Текст книги "Охотница на Лис (СИ)"
Автор книги: Анастасия Малышева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц)
Рассуждала я просто – Цезарь уехал из зоопарка, который считал своим домом. Новые люди были ему незнакомы – ни их повадки, ни даже язык. С другими животными он не контактировал, поскольку находился на карантине. С медицинской точки зрения здоровяк был совершенно здоров – не считая небольшого истощения, связанного с тем, что он не давал себя кормить.
Поставив себя на его место, я подумала, что ему просто грустно и одиноко. Поэтому, прихватив с собой угощение, решила немного посидеть с ним. В конце концов, я была первым человеком из местных, с которым он познакомился. У нас были все шансы подружиться.
Первые полчаса ничего не происходило – зверь кружил в бассейне, никуда особо не спеша и ни на что не реагируя. Я же настолько погрузилась в свои мысли, что в какой-то момент просто отключилась от окружающей действительности. В себя я пришла, лишь, когда услышала всплеск, и через секунду увидела, как рядом со мной на берег выползло огромное черное тело.
В этот момент мне стало страшно. Поймите меня правильно – это был огромный лев! Хоть и морской, но оттого он не становился менее опасным. У него были зубы, и он явно умел ими пользоваться. Начнем с того, что громила мог просто меня раздавить, хотя, если бы я чуть поторопилась, то успела бы удрать. Всё же на земле преимущество было у меня. Но меня словно парализовало от волнения и страха, так что я могла лишь следить за перемещениями животного.
Которое, покосившись на меня, бесцеремонно плюхнулось на пол рядом со мной и что-то проворчало утробным голосом. Мне почему-то стало смешно, словно здоровяк решил пожаловаться мне на жизнь. Осторожно, без резких движений, я повернулась и негромко спросила:
– Что, достало всё? Понимаю, я бы тоже на твоем месте не была в восторге.
Цезарь снова что-то пророкотал, словно действительно понимал, о чем я говорила. Хотя, почему «словно» – я давно убедилась, что животные были гораздо умнее людей. И уж точно честнее.
Неожиданно для себя я разговорилась, болтая со львом на самые разные темы – от своей учебы до очередной неудачной попытки Кати приготовить ужин. А Цезарь молчал, словно внимательно меня слушал, пристально глядя своими черными глазами.
В какой-то момент я осмелела настолько, что протянула руку – и коснулась его мягкой, чуть теплой и слегка влажной кожи. Цезарь с шумом выдохнул, и я испуганно отдернула ладонь, но зверь только повернул голову и положил её мне на колено.
– Эй, – позвала я его тихо, – Может, всё же перекусишь? У меня тут для тебя угощение.
Потянувшись, я достала из ведра рыбину и слегка нерешительно протянула Цезарю. Тот смерил меня долгим, пристальным взглядом, после перевел его на рыбу – и открыл рот. Вот так, с первой рыбы, началась наша дружба.
За почти два года здоровяк освоился в новом вольере, привык к сотрудникам, и уже охотно позволял себя кормить и осматривать. Иногда, правда, у него бывали вспышки плохого настроения, но мы как-то ухитрялись договариваться.
Кинув Цезарю рыбу, которую тот с готовностью проглотил, я поинтересовалась:
– Ты чего девочку пугать вздумал? Не стыдно тебе – такой ведь уже большой мальчик!
Но Цезарь лишь рыкнул, ударив ластой по воде и требуя еще еды. Но меня так просто было не провести.
– Так не пойдет, дружочек, – покачала я головой, – Ты помнишь наше главное правило – еду нужно заслужить. Придется поработать.
Позанимавшись с животным – стандартные упражнения на послушание и подвижность – я накормила своего любимца так, что тот мог только осоловело моргать и вяло шевелить своими пышными усами. Мы устроились на суше так, что половина тела Цезаря была в воде, а голова уже привычно покоилась у меня на коленях. Наша дружба для всех была сродни чуду – такой преданности и покорности никто от огромного морского льва не ожидал, и я – в первую очередь. Но внимание такого поклонника мне, безусловно, льстило. Хоть и отмываться от стойкого запаха рыбы приходилось с особой тщательностью.
Я почесывала здоровяка специальной щеткой, и тот тихо млел, прикрыв глаза и довольно кряхтя. Я же, как и обычно, рассказывала ему о своем дне спокойным, размеренным тоном.
Вспомнив о неожиданном госте, я решила и этим поделиться со своим молчаливым другом. Надо же мне было кому-то пожаловаться. Марина моего негодования не разделяла, утверждая, что Елисей для меня – прекрасный вариант. Правда, я не понимала, что в нём такого прекрасного, но решила не спорить.
– Нет, вот и что мне делать, если этот тип реально позовет меня на свидание? Ты бы, что на моем месте сделал? – спросила я у Цезаря, но тот ответил мне равнодушным взглядом, который я истолковала по-своему, – Что, тебя ни разу мужчины не приглашали на свидание? Странно. Будь я на их месте – точно бы не прошла мимо такого красавчика.
Рыкнув, Цезарь ткнулся прохладным носом мне в щеку, пощекотав лицо своими усами, после чего соскользнул обратно в воду, всем своим видом показывая, что аудиенция окончена.
– Неблагодарный! – фыркнула я, решив, что стоит всё же вернуться к работе.
Позанимавшись с остальными и заодно осмотрев по просьбе штатного ветеринара нескольких приматов, я засобиралась домой. Время на работе, как обычно, пролетело незаметно, и мне пора было бежать, если я планировала еще успеть позаниматься.
Дом встретил меня шумом и негромкой музыкой – у Кати был выходной, который она, по всей видимости, решила разделить с друзьями. Чуткий нос уловил слабый запах чего-то непонятного. Пойдя на него, словно аромат был моими хлебными крошками, я вырулила на кухню и увидела, как моя тетушка суетится возле микроволновки и явно пытается что-то сообразить. За ней наблюдали её друзья – я насчитала пятерых.
– Салют всем, – махнула я рукой и повернулась к тётушке, – Кать, что ты делаешь?
– Мини-чебуреки! – жизнерадостно отозвалась она, убирая с лица волосы, – Они уже готовые, их нужно только разогреть.
М-да, видимо, и с таким простым заданием моя милая родственница справиться не смогла. Бросив полный сочувствия взгляд в сторону её друзей, я трагично шепнула:
– Спасайтесь, глупцы!
– Сейчас кто-то огребет у меня полотенцем, – пригрозила мне Аржанова-старшая.
Но я только пожала плечами:
– Лучше так, чем провести ночь в обнимку с унитазом. Ребят, если решите не рисковать, – снова я обратилась к хихикающей толпе друзей, – Там в холодильнике со вчерашнего дня еще лазанья осталась. Готовила я, так что это, как минимум, съедобно. А я в душ.
Когда я, смыв с себя запахи зоопарка, вернулась в спальню и развалилась на кровати, по всей поверхности которой были раскиданы мои конспекты и справочники, телефон, сиротливо лежащий на столе, вдруг решил подать признаки жизни. Номер был мне незнаком, что мне не особо понравилось – не любила брать трубку в подобных случаях. Мало ли, каким только неадекватам не придет в голову позвонить. Чуть нахмурившись, я решила всё же ответить – вдруг что-то важное. Умирает кто-то, например, а я и не в курсе. Непорядок.
– Слушаю.
– Добрый вечер, – ответила мне трубка незнакомым мужским голосом, в котором перекатывались бархатистые нотки.
– Кто это? – сразу решила я взять быка за рога.
Хотя, странное сосущее чувство под ложечкой подсказало мне, кем мог быть мой неизвестный собеседник. Но это было бы слишком.
– Елисей Воронцов, – тут же растоптал мои хрупкие надежды мужчина.
Вот, что вообще происходит? Какого черта ему от меня нужно? И почему именно от меня? И что мне нужно сделать, чтобы он от меня отстал?! Все эти вопросы роились у меня в голове, но в итоге произнесла я только:
– Откуда у вас мой номер?
– Аля, – мягко произнес Елисей, и я невольно вздрогнула – моё имя в его устах звучало как-то слишком…почти интимно, в общем, – Ты даже не представляешь, как просто в наше время раздобыть контакты необходимого человека.
– Что-то я не помню, чтобы мы с Вами на "ты" переходили, – хмуро отозвалась я, – Зачем звоните?
– Уточнить детали нашего с тобой будущего свидания, – проигнорировал мои слова о фамильярности Воронцов.
Глубоко вздохнув и призывая себя успокоиться, я сказала максимально ровным тоном:
– Елисей, я могу спросить кое-что?
– Конечно.
– Сколько Вам лет? – задала я конкретный и прямой вопрос.
Нет, вы не подумайте, я была человеком широких взглядом, и предрассудков по поводу большой разницы в возрасте у меня не было. Однако если таким образом я могла хотя бы намекнуть мужчине, что ко мне лезть не стоит – я была готова притвориться хоть больной раком. Хотя, нет, на это я бы не пошла, потому что верила в силу слова. А гневить карму лишний раз мне не хотелось.
– Скоро будет тридцать два, – ответил Елисей.
Хм, чуть-чуть не дотянул до моей Кати – она не так давно справила свой тридцать третий день рождения. Однако теперь я знала точно, что между нами был целый шестиклассник, а точнее – разница в возрасте в двенадцать лет. И как бы это не то, чтобы смущало, но задуматься вынуждало.
– А мне – двадцать, – поспешила сообщить я, – Вас это как, не смущает?
– А должно? – задал встречный вопрос мужчина.
– Ах, так значит, Вы любите девочек помоложе, – притворно расстроилась я, – А я-то уж хотела предложить Вам встретиться с моей тетушкой. Вы как раз в одной возрастной категории.
– Аля, хамить ты не умеешь, – усмехнулся Елисей в трубку, – Но меня забавляют твои попытки. Так что там насчет свидания?
Я вздохнула. А он упорный. И я не уверена, было это плюсом или минусом.
– Почему я?
Спросила я это скорее у потолка, в который пялилась, лежа на кровати, но ответил мне, как ни странно, Воронцов. И его ответ удивил меня своей прямотой и вместе с тем – простотой:
– Ты понравилась мне. Мне казалось всегда, что этого достаточно для приглашения. Завтра? – без перехода, тут же спросил он.
– У меня много занятий, а после работа, – тут же отрапортовала я, в душе радуясь тому, что у меня был такой плотный график.
– Среда? – предложил Лис.
– Такое же расписание.
– Четверг? – не сдавался мужчина.
– Увы, никак, – мой голос самую малость дрогнул, но он не должен был этого заметить.
Воронцов неожиданно негромко рассмеялся:
– Вот ты и попалась. Обманывать нехорошо. Ведь у тебя в четверг всего две лекции в утреннее время.
– Ты знаешь моё расписание?! – воскликнула я, широко распахнув глаза и даже не замечая, что сама перешла на «ты».
От удивления я даже села на кровати, поджав под себя ноги. Он еще и где-то расписание моё раздобыл! Это вообще законно? Я могу подать на него в суд за вторжение в частную жизнь?
– Я просто привык держать всё под контролем, – судя по голосу, Елисей явно веселился.
– Это попахивает уже сталкерством, – хмуро пробормотала я, – Может, ты еще и мой домашний адрес знаешь? – мужчина молчал и я недоверчиво протянула, – Нееет, ты не мог.
– Зато я точно знаю, что ты не сможешь отправить меня по ложному адресу. А если не придешь – я всегда смогу найти тебя.
От злости я даже скрипнула зубами, чувствуя, как мышцы лица немеют от такого напряжения. Этот гад всё предусмотрел. Я ведь действительно подумывала о том, чтобы дать ему ложный адрес и мысленно махнуть ручкой – мол, ищи где хочешь. А потом просто сменить номер. И всё – оривидерчи, малышка, в моей жизни ты вспышка.
Но Воронцов спутал мне все карты. Вот не зря его Лисом называли – такой же был хитрый и изворотливый. И он явно настроился на охоту. Вот только я быть цыпленком или кроликом в этой истории не хотела. Я и сама могла быть той еще охотницей. Главное, чтобы добыча была стоящей.
Елисей, явно не подозревая о моих мыслях, спросил:
– Ну так что там с четвергом?
Пришлось, скрепя сердце, сказать правду:
– Лекций действительно две, но потом я еду на работу. Заканчиваю в пять, – добавила я неохотно.
– Отлично! – не могла быть уверена точно, но мне почудилось, что Лис улыбался, – Я заеду за тобой в восемь.
– Эй! Ты не разгоняйся! – попыталась я осадить мужчину, – Мне в пятницу на учебу утром. И тебе об этом точно известно, маньяк!
Но Воронцова явно было сложно сбить с толку. В этом он был удивительно похож на мою Маринку – та тоже, задавшись целью, пёрла как скоростной поезд, снося на пути все препятствия.
– Не переживай – я верну тебя не слишком поздно. Живой и невредимой.
– Уж постарайся, – вздохнула я, понимая, что от свидания мне уже не отвертеться.
Скомкано попрощавшись и отключив телефон, я бросила его рядом с собой на кровать и нахмурилась. Интересно, а тюлени Северного полюса примут меня в свою семью, если я вдруг решу сбежать с ними? И успею ли я сделать за три дня тюленью визу?
глава шестая
Глава шестая
– Повтори еще раз – кто тебя пригласил на свидание?
Катя сидела на моей кровати, играясь с плюшевым медвежонком, и, кажется, до последнего не могла поверить в то, какие люди снизошли до простых смертных. Собственно, три дня с того идиотского звонка я потратила на попытки достучаться до сознания тетушки, но потерпела сокрушительное фиаско – её разум, кажется, упорно отказывался усваивать эту информацию.
На самом деле, в тайне я надеялась, что Катя запретит мне куда-то идти. Ну, вспомнит, что она – взрослый человек, который несет за меня ответственность, и не отпустит на свидание с сомнительным персонажем, который, к тому же, приходился ей почти что ровесником. И тогда я смогу с чистой совестью воспользоваться старой, как мир, и детской, как мои мысли, отмазкой – семья не отпустила.
Увы, фиаско ждало меня и тут – Катя даже не пыталась меня отговорить. Нет, она просто ходила все эти дни за мной хвостом, и без устали повторяла:
– Кто-кто тебя пригласил?
В конце концов, даже моей выдержке пришел конец. Вспыхнув, я отвернулась от шкафа, в котором безуспешно пыталась найти хоть что-то приличное и подходящее к случаю, и рявкнула:
– Елисей Воронцов меня пригласил! В народе больше известный, как Лис! Сколько раз мне повторить, чтобы до тебя дошло?!
Тетя смерила меня недовольным взглядом:
– Полегче на поворотах, милочка. А то я ведь могу и наказать тебя.
Внутри меня тут же встрепенулась надежда, расправляя свои крылья. Подавшись чуть вперед, я поспешно, боясь, что Катя передумает, спросила:
– Что, не отпустишь меня никуда?
– Э, нет, – осадила меня родственница, – На свидание ты пойдешь в любом случае. Не хватало мне еще проблем с директором «Феникса». Еще вход мне закроет – где я буду прожигать остатки молодости?
– Да как он вообще узнает? – не сдавалась я, цепляясь за последнюю ниточку, как утопающий – за спасательный круг.
– Знаю я этих бизнесменов, – хмыкнула Катя, – Если им что-то нужно – они это узнают. Так что, племяшка, извиняй – в этой ситуации каждый за себя.
Да уж. Что эта порода людей ушлая до безобразия, я узнала на собственном опыте. И, кажется, исчерпала все возможности и аргументы. Оставалось только одно – покориться судьбе и плыть по течению. Кто знает – может, вечер пройдет не так ужасно, как я себе представила.
Со стороны прихожей послышался шум, и через секунду я услышала громкий голос подруги:
– Где звезда сегодняшнего вечера?
Я повернулась к Кате:
– Ты опять не закрыла входную дверь.
Я не спрашивала, а утверждала, потому что из нас двоих только она страдала от такой удивительной рассеянности. О которой знала Андреева, и нередко пользовалась тем, что может без лишних преград попадать в наше жилище.
Но Катя только плечами пожала:
– А что такого? Маринка же своя.
Мне оставалось только закатить глаза, прежде чем изречь:
– Запомни– в один прекрасный день к нам в дом проберется кто-нибудь менее дружелюбный. Тогда вспомнишь мои слова о том, что иногда нужно быть менее похожей на ворону, но будет уже поздно.
Аржанова-старшая фыркнула:
– Смотри, как получается – каркаешь ты, а ворона в итоге я. Нечестно.
– В жизни честные вещи вообще редкость.
Катя не успела ответить – в мою спальню, как ураган, ворвалась Марина. Скептическим взглядом оценив тот живописный бардак, в который превратилась комната, она требовательным тоном спросила:
– Ну? Уже придумала, в чем будешь покорять Лиса?
Я покачала головой:
– Вообще никаких идей. Может, не пойти…
– Я тебе дам – не пойти! – прикрикнула Андреева, – Елисей – отличная для тебя партия. Роскошный мужик с внушительным счетом в банке – что еще для счастья нужно?
– Даже не знаю, – сделала я вид, что задумалась, – Может быть, душа? Доброе сердце? Любовь?
Марина изобразила, будто ее тошнит прямо на мой ковер – очень натурально, между прочим, после чего заявила безапелляционным тоном:
– С такими взглядами на жизнь ты из этой дыры никогда не съедешь! Катя, без обид, – тут же добавила она, повернувшись к моей тетке.
Но та и не думала обижаться. Хмыкнув, она отозвалась:
– Всё в порядке, Марин. Я, честно говоря, сама жду не дождусь, когда она свалит из этой, как ты выразилась, дыры.
– Если я уеду – ты тут без меня загнешься! – возмущенно выдохнула я, бросая в тетю первое попавшееся платье, – В грязи и без еды! Или отравишься! – Ну, не драматизируй, – поморщилась Катя, – Жила же я как-то раньше, до тебя.
– Да уж, помню я, как ты жила. Ладно, – выдохнула я, сдавшись, – Я уже вижу, что поддержки в этом доме не дождусь. Но, быть может, хотя бы модный совет? Я реально не знаю, что надеть.
– Синее платье! – тут же отозвалась Марина, – Ты в нём роскошна!
Схватив с кровати вешалку с платьем, подруга тут же оказалась рядом и, развернув меня к зеркалу, приложила к моему телу вещицу. Хм. Не спорю – сидело платье на мне хорошо, ткань была мягкой и приятной на ощупь, и мне было в этом наряде всегда более чем комфортно, а его цвет красиво оттенял мои глаза и волосы. Однако, было кое-что, что меня смущало.
– Может, всё же брюки? – неуверенно спросила я.
Марина хмыкнула и понимающе улыбнулась:
– Не хочешь показывать слишком много тела на первом свидании? Понимаю, хотя и не одобряю. Ладно, отложим платье до второго свидания. Тогда, может вот эти черные брючки?
Я закатила глаза, реагируя так и на прогноз о возможном втором свидании (лично я считала, что этим вечером мы и ограничимся), так и на предложенный элемент одежды.
– Конечно. Брюки, которые обтягивают меня, как вторая кожа.
– Зато всё прикрыто, – невинно хлопнула глазками Андреева и добавила командным тоном, – Надевай! А к ним синюю кофточку с открытыми плечами.
– Она вообще-то моя, – вмешалась в разговор Катя, – Но, так уж и быть, я её тебе одолжу. Всё же, на благо нашей семьи стараешься.
– В смысле? – нахмурилась я, не понимая, к чему она клонит.
– Ну как же. Ведь если у тебя всё сложится с этим денежным мешком – мы заживем, как королевы! – с гаденькой ухмылочкой сообщила тетушка.
– Так, я сейчас никуда не поеду! – бросила я на кровать эти злосчастные брюки, – Пусть Марина едет! Ей же этот Лис так сильно в душу запал!
– Вот уж точно нет, – хмыкнув, отозвалась Андреева, – У меня тут свои карусели. И вообще, радовалась бы, что на тебя такие мужики внимание обращают. А не бармены противные, – добавила подруга негромко.
Я хотела было уже сказать, что это внимание мне было, как кость в горле – неприятно, неудобно и откровенно мешало. Но последние слова подруги заставили меня чуть изменить траекторию разговора и навострить уши.
– Что ты сказала? Какой бармен?
Но Марина только отмахнулась:
– Неважно.
– Так, давай рассказывай! – не собиралась я сдаваться.
В конце концов, не только ей можно было издеваться надо мной. Я тоже имела право и на сплетни, и насмешки. Правда, до них я бы точно не опустилась – хотя бы потому, что не видела ничего зазорного в работе бармена. Да и подругу всё же любила. Несмотря на все её закидоны.
– Милая, давай после. Если я начну рассказывать – ты точно опоздаешь. У нас остался всего час. Бизнесмены – они такие пунктуальные, что лучше задержаться на пятнадцать минут, а не на все сорок, как я обычно советую. Так что давай, в темпе вальса. Моя история никуда не убежит. И она такая скучная, что ближе к концу ты гарантированно уснешь.
Проглотив слова о том, что я вообще-то очень даже не против опоздать больше, чем на пятнадцать минут – например, навсегда – я кивнула и начала собираться.
В конце концов, это всего лишь свидание. Ну не съест же он меня, верно?
*****
– Лис, это просто невыносимо! Серьезно, если я пролистаю еще хотя бы одно резюме – я начну грызть монитор компьютера!
Мужчина только хмыкнул, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги, в то время как его друг громко распинался по громкой связи. Поймав паузу между его возмущениями, Воронцов сказал:
– Ты сам виноват. Уволил прошлого бармена. Да, не спорю, – чувствуя, что Игнат хочет возразить, добавил мужчина, – Он был нечист на руку, и таких людей я сам не перевариваю. Но ты мог поступить мудрее – сперва нашел бы замену, убедился, что человек адекватен и сможет работать, и уже после этого почистил бы ряды в персонале. А так – расхлебывай теперь.
– Ну, я же не знал, что адекватные работники у нас в городе перевелись! – воскликнул Васильев.
Но и на это у Елисея были свои аргументы. Которые он озвучил всё тем же спокойным, и даже будто бы немного скучающим тоном:
– Твоя работа, как управляющего – знать такие вещи. Ты всегда должен владеть нужной информацией. И признаваться в подобном своему партнеру – тоже непрофессионально. И потом, – добавил мужчина со смешком, – Тебе же вроде бы нравилось работать за баром. Что-то изменилось?
– Я вроде как хочу чуть больше свободного времени. Не все парни могут работать по будням.
– А нафига тебе вечера в будние дни? Погоди-ка, – догадался вдруг Лис, – Дело в той рыжей?
– Её зовут Марина, – ответил Игнат, – И нет, дело не в ней. Точнее – не совсем.
– Что, отшила тебя? – продолжал веселиться Воронцов.
– Не отшила! Ну…Просто она продолжает думать, что я работаю барменом. И твоим водителем, – признался Васильев.
– Серьезно? – присвистнул Лис, – А я много тебе плачу? На жизнь хватает? Или подкинуть пару тысяч в качестве премии?
– Ой, да пошел ты! – рыкнул Игнат, – Я ему тут каюсь, признаюсь, можно сказать, в сокровенном, а он в душу плюёт.
Елисей громко фыркнул, сверяясь с навигатором и сворачивая в нужную ему сторону. В искренность Игната он не верил. Зато в расчетливость этой Марины – очень даже охотно. Ей не нужен был простой парень, работающий в баре. Нет, это было для неё слишком мелко. С другой стороны, если его друг хотел лишь поиграть – то Воронцов был лишь за. Поэтому, он задал самый логичный, на его взгляд вопрос:
– Почему не скажешь ей, кем работаешь на самом деле?
– Не хочу, – упрямо отозвался Игнат, и Лис прямо ощутил, как тот недовольно поджимает губы, размышляя о чем-то своем.
– Ну, тогда я не знаю, чем еще могу тебе помочь. Советов по такому случаю я не припас. И нового бармена для тебя у меня нет. И вообще – я уже на месте, так что отключаюсь. Позвоню позже.
– Угу, – тоскливо протянул Игнат, – Звони сразу в ад – я отвечу.
Елисей усмехнулся:
– Без проблем. У меня их номерок как раз на быстром наборе. Всё, дружище, связь.
Сбросив звонок, мужчина, бросив взгляд в сторону подъезда, который, если верить его данным, был именно тем, из которого скоро должна была выпорхнуть Аля. И Лис, по неизвестным причинам, волновался.
Раньше с ним такого не случалось. Воронцов в принципе был довольно уверенным в себе человеком, и немалую лепту в воспитание этой черты характера внесли сами женщины. Которые баловали его своим вниманием еще со школьных времен.
Лис помнил, с каким неодобрением всегда поглядывал на него Дан, который, разумеется, всегда был в курсе всех приключений брата. Даже про первый опыт – с молоденькой репетиторшой по физике – он был в курсе. А ведь Елисею тогда было всего пятнадцать лет. И, хоть здравый смысл подсказывал ему, что гордиться тут особо нечем, Лис все равно долгое время не мог заглушить в себе это чувство. Ведь выбрали именно его! Пусть он был неопытен и весьма неуклюж – сути это не меняло.
И тем не менее, несмотря на свои многочисленные победы на любовном фронте, по какой-то причине Воронцов не мог унять волнение. Сердце колотилось о грудную клетку, как сумасшедшее, а ладони то и дело мокли, и Лис судорожно вытирал их о брюки. Чем-то зацепила его эта студентка. Быть может, своей независимостью, и какой-то неприступностью. В любовь мужчина не верил, а вот в наваждение – еще как. Так что, в какой-то степени он надеялся, что вечер поможет ему избавиться от этого непонятного и неприятного чувства.
Бросив взгляд на табло, которое показывало, что Але уже пора бы спуститься, Елисей взял в руки телефон и набрал номер девушки. Почему-то поговорить с ней ему хотелось именно так – не по громкой связи, а зажав аппарат в руке и прижимая его к уху. Словно так её голос мог проникнуть в самую глубину его сознания.
– Алло? – девушка ответила после третьего гудка.
– Я уже подъехал, можешь спускаться, – спокойным, уверенным тоном сообщил Лис.
Але ведь вовсе не обязательно знать, как сильно он волновался, и что от звука её голоса у него по спине пробежал табун мурашек, посылая по телу электрические импульсы. Нет, Воронцов вел себя уверенно, как завоеватель, убежденный в своей победе. Так, как он привык.
– Что, подняться не хочешь? – голос Али так и сочился ехидством.
Но Елисей знал, что на это ответить. Потому что шестым чувством понимал, что тон этот – своеобразная защитная реакция. И девушка на самом деле сама боролась с волнением.
Поэтому, ухмыльнувшись, мужчина отозвался:
– Не хочу пугать твоих родных. Оставим знакомство с родителями до второго свидания.
Как он и предполагал, трубка обиженно засопела, и через пару мгновений Аля недовольно выдохнула:
– Через три минуты буду.
После чего, не прощаясь, сбросила звонок.
Девушка повернулась к застывшим на кровати тете и подруге, и пробормотала:
– Приехал.
Марина вскочила на ноги:
– Ну, так и чего стоим? Иди, давай. Он же ждет!
– А может, всё же не стоит? – неуверенно протянула Аля, всё еще надеясь, что её родные передумают и не позволят ей совершить глупость.
Но решительность Марины была сравнима разве что со способностью царя Леонида вести переговоры с послами. Иными словами, она выпнула её из дома, разве что не добавив «Это Спарта!».
А когда за Алей закрылась дверь, её подруга повернулась к Кате и, наигранно всхлипнув, сказала:
– Ну вот наша девочка и выросла.
– И не говори, – Аржанова утерла несуществующую слезинку, – Как быстро всё же растут чужие дети, – после чего добавила уже нормальным тоном, – Есть будешь? Алька там овощи запекла с сыром, пальчики оближешь!
Рыжая с готовностью кивнула:
– Конечно! Люблю повеселиться, особенно – поесть!
Она собиралась было уже последовать за Катей на кухню, но ее задержала трель телефона, которая сообщила, что ей пришло новое сообщение. Открыв входящие, Марина прочитала:
«Понравились цветы?=)»
Андреева скривилась. Снова этот бармен, который каким-то чудом достал её номер телефона, и закидывал звонками вперемешку с сообщениями. Девушка уже начинала подумывать о том, чтобы сменить номер телефона, но ей было жалко – всё же он был у стольких нужных людей. Да и сам номер был красивым, легко запоминался, и она к нему просто привыкла. Поэтому, пока Марина терпела, успокаивая себя тем, что этот человек был послан ей в качестве испытания. И она была намерена пройти его.
Проще всего было проигнорировать Игната, и тот, скорее всего, через некоторое время отвалился бы сам. Но Марина не была бы собой, если бы позволила кому-то оставить за собой последнее слово. Поэтому, изогнув губы в лёгкой усмешке, та быстро напечатала ответ:
«Не особо. Дешево и скучно. Всю зарплату на них, небось, спустил».
После чего, отбросив телефон в сторону своей сумки, лежащей на кровати подруги, Марина поспешила на кухню, откуда уже доносились весьма манящие ароматы.
А в это время внизу Елисей со смесью волнения и восхищения наблюдал за тем, как его спутница выходит из подъезда. Её длинные волосы колыхал весенний ветер, вместе с ними развевались и полы светло-серого пальто. Девушка надела узкие черные брюки и полусапожки на высоком каблуке, отчего её ножки казались еще более тонкими и длинными.
Мужчина мигнул фарами, и Аля, поняв сигнал, поспешила к его машине, сжимая в руках маленькую черную сумочку. Пока она шла к нему, Лис всё больше убеждался, что это будет отличное свидание. И он сделает всё, чтобы этот вечер стал лучшим в жизни девушки.