Текст книги "Вельмата. Длинные тени (СИ)"

Автор книги: Алёна Моденская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16. Вечный Хэллоуин

Перебив зёрна в электрокофемолке, Настя потихоньку достала смартфон и спросила у поисковой системы, как правильно варить кофе в турке. Хорошо, что Игорь в этот момент тоже с кем-то переписывался. И хорошо бы не с Викой.

Когда он отложил телефон, Настя уже деловито прогревала кофе и сахар на дне турки. Причём ещё и ванильного добавила.

– Интересно, ваниль у нас тоже выращивают? – пробормотала Настя, заливая кофе водой, тут же зашипевшей на дне турки.

– Очень может быть, – отозвался Игорь.

Настя добавила себе в чашку молока, а Игорь предпочитал чёрный кофе. Но с сахаром.

– Что там твоя подруга говорила про приворотное зелье? – спросил Игорь, отдав пустую чашку Насте.

– Да она пошутила. – По пути к раковине Настя случайно глянула в его чашку. А там налилось большое чёрное пятно, расходившееся по стенкам витиеватыми ломаными лучиками. Как разрастающаяся дыра.

Пока Настя возилась с чашками, сзади подошёл Гошка и положил ей руки на плечи. По шее пробежали тёплые иголочки.

– Можно я останусь? – спросил Гошка, обдав затылок горячи дыханием.

– Что? – не поняла Настя.

С чего он вдруг об этом спрашивает? Обернулась. Ну да – глаза-то Гошкины. А вот всё остальное – явно не его. То есть, тоже как бы Гоши, но другого.

– Ты точно не врёшь насчёт Вики? – спросила Настя, избегая смотреть ему в глаза.

– Ну конечно, – произнёс Игорь, гладя её по шее. Прямо как Гошка.

Да, так я тебе и поверила, – рассудила Настя. Но остаться ему всё же разрешила.

Проснувшись утром, долго не открывала глаз, потому что так приятно было снова оказаться рядом с Гошкой. Чувствовать его тепло, ощущать дыхание. Даже запах.

Запах. Затхлый, подвальный. Вонь от гниющей мертвечины.

Настя сжалась и открыла глаза. Хорошо, что не закричала. Солнце уже встало, и чердак окрасился сероватым ноябрьским светом. Приподнявшись на локте, Настя удостоверилась, что рядом с ней спал всё-таки не Гошка, а Игорь. Только что-то с ним опять не так.

Из-под края одеяла на коже виднелись синеватые линии, вроде следов старой татуировки. Настя осторожно потянула за пододеяльник и снова чуть не закричала. На груди Игоря, в том месте, куда вошёл призрак его предка, синела пульсирующая дыра. Фиолетово-чёрная, она то слегка сжималась, то расходилась. В стороны от неё по коже расползались тонкие линии, будто трещины синяков.

Немного успокоившись, Настя приготовилась проснуться. Но ничего не произошло. Похоже, она не спит. Грудь Игоря мерно приподнималась и опускалась. А чуть повыше солнечного сплетения зияла дыра.

Настя осторожно вылезла из постели. Разбудить его? Или не надо? Что это вообще такое?!

Ступая по возможности неслышно, Настя спустилась вниз. Нашла телефон и заперлась в ванной. Набрала номер Бороды и полушёпотом попыталась более или менее связно рассказать, что случилось.

– Вчера этой дыры точно не было? – спросил Борода, зевая.

– Вроде нет, – неуверенно ответила Настя. Честно говоря, она и внимания-то не обратила. Близость Гошки напрочь отключила способность здраво рассуждать и обращать внимание на детали.

Да какого Гошки?! Он же умер!

– Ты меня слушаешь? – резко спросил Борода.

– А? Извини, отвлеклась. – Настя попыталась вернуться в реальность.

– Если там были замки́, – со вздохом произнёс Борода, проговаривая слова чуть ли не по слогам, – значит, с этими его предками связаны какие-то тайны.

– Это я и так поняла.

– Молодец, – сухо сказал Борода. – Не совсем тебе, значит, башню снесло. Значит, так. Этот его прадед, или кто он там, уже ничего не скажет. Такие замки снимаются теми, кто их ставит. А этих людей, может, и нет уже. Стало быть, надо поискать кого-то другого. Например, его папаша.

– У него своя история, – вздохнула Настя. – Предков он только мельком показывает, как теней.

– Н-да. Вот что. Я попробую поискать, что там за истории у этих Сергомасовых, а ты пока держи этого своего приятеля поближе.

– Зачем это? – насупилась Настя. Уже который раз ей хотелось сказать что-нибудь вроде «да нафиг он мне сплющился».

– А что тебе не нравится? – Судя по голосу, Борода улыбался. – Богатый, красивый.

– Про́клятый, – выскочило из Вельматы.

– Что?

– Что? – Настя поморгала. – Извини. Мне что-то показалось…

– Нет, не показалось, – энергично заговорил Борода. – Ты на то и Вельмата, чтобы такие вещи видеть. Значит, они прокляты. Вот в чём дело.

– Вельмата, – повторила Настя, будто пробуя слово на вкус. Приятный вкус. – Мне вдруг показалось на секунду, что меня так зовут.

– Бывает. Это нормально, – произнёс Борода невыразительно, будто обсуждал пустяки вроде сорняков в палисаднике. – А тот Сергомасов на кладбище, похоже, пытался подать знак, поэтому и впечатался в него.

– Слушай, вот зачем мне их проблемы, а? – Настя рассматривала в зеркале своё лицо, переставшее наконец напоминать маску для Хэллоуина. – Пусть сами разбираются.

– Так. Послушай меня. Вот сейчас внимательно послушай. И уясни – случайностей не бывает. Всё связано со всем. Всегда. Как обратная сторона гобелена.

– Не поняла, – призналась Настя.

– Ну что сложного? – А сейчас Борода как будто глаза закатил. – На лицевой стороне рисунок. Сложный, многоцветный, но не видно, как он сделан. А на изнанке – нитки, петли, узлы. И становится ясно, как узор выткан.

– Только сам узор не виден.

– А говоришь, не понимаешь, – одобрительно произнёс Борода. – Ладно, я ближе к вечеру тебе напишу. Посмотрим, что получится про них разузнать.

Борода отключился. Настя вышла из ванной. И что ей теперь делать? Спасать этого Игоря? Зачем? Одного Гошу она уже не спасла. Второй шанс? Карму исправить? Ерунда какая-то. Это же живые люди.

И с какой стати она вообще должна кого-то спасать? Ей-то на помощь никто не кидался. Хотя нет, враньё. Игорь, который спит сейчас на чердаке, приехал и еды привёз, когда ей было плохо. Хотя она и не просила.

Чувствуя вину перед Игорем, Настя поставила в духовку бутерброды. Глянула на счётчик на баллоне с газом. Н-да, пока ей кусок в горло не лез, газ как-то экономнее расходовался.

Бутерброды запеклись, и Настя поставила на плиту турку. Залив воду, пошла будить Игоря.

Но когда поднялась на чердак, оказалось, он уже проснулся. Стоял у окна, застёгивая рубашку.

– Доброе утро, – улыбнулся Игорь, оборачиваясь.

– Доброе. – Настя подошла ближе, пытаясь заглянуть ему под воротник.

Игорь посмотрел на неё удивлённо, так что пришлось импровизировать. Настя изобразила мягкую улыбку (ту, на которую была способна) и стала застёгивать пуговицы на рубашке. Никаких синюшностей на его коже не рассмотрела. Может, ей просто показалось?

– Спасибо, – тихо сказал Игорь, обнимая её за талию.

Краем глаза Настя увидела, как в углу под крышей шевельнулось нечто чёрное и огромное. Непроизвольно дёрнулась и ударила Игоря лбом по лицу.

– Прости, прости, – тараторила Настя, гладя его по руке, которой он со стоном зажал челюсти. – Я случайно. Иди вниз, я сейчас тоже приду. Там кофе на плите.

Игорь, морщась, повернулся в сторону её взгляда и, вскрикнув, отскочил на пару шагов. Хорошо, что не на Настю, а то в стену бы её впечатал.

– Это ещё что?! – ошарашено спросил Игорь, мигом забыв про боль от удара.

– Ничего страшного, – по возможности спокойно произнесла Настя, бочком подходя к окну. – Всего лишь летучая мышь. Сейчас я открою фрамугу, и мы её выгоним.

– Откуда она вообще здесь взялась?!

– Да они гнездятся за стенкой. – Настя боком, глядя на большущие кожистые крылья, дотянулась до фрамуги и повернула ручку. – Это у меня здесь вроде как гостиная или спальня. А у соседей просто кладовка и овощесклад.

Настя открыла окно, и на чердак хлынул влажный холодный воздух. Осторожно подойдя к углу, где устроилась мышь, Настя взмахнула руками, громко ударив ладонями по стене, и ей в лицо полетела здоровенная чёрная клякса. Настя пригнулась, развернулась и стала бегать по чердаку за хлопающей крыльями мышью, пытаясь подогнать её к окну. Но мышь всего лишь бестолково металась по комнате огромной чёрной кометой, сшибая горшки с цветами.

– Эй! – возмущённо крикнула Настя, когда на пол полетело большое монетное дерево. – Оно у меня только оклемалось! А ну, кыш отсюда!

Мышь шумно забила крыльями и наконец выбралась из чердачного окна на улицу.

– Вот это да, – выдохнул Игорь, пока Настя закрывала фрамугу и поднимала цветы.

– Кофе! – вскрикнула Настя и помчалась вниз, пытаясь не упасть на крутой лестнице.

Хорошо, что она налила не слишком много воды, и кофе просто кипел в турке, не выплёскиваясь на плиту. А то оттирать конфорки – тоже сомнительное удовольствие.

– Это ты придумала сделать здесь два этажа? – спросил Игорь, усаживаясь за стол.

– Нет, ещё до меня так было. – Настя налила кофе и теперь старалась понять, не остыли ли бутерброды. Впрочем, разогреть их всё равно не получится – газ-то на исходе.

– У тебя классно, – улыбнулся Игорь, принимая чашку кофе и бутерброд. – Даже несмотря на твой вечный Хэллоуин.

– Что? – переспросила Настя, усаживаясь на стул напротив.

– Ну, эти твои крысы, привидения. – Игорь бросил сахар в чашку. – Прогулки по кладбищу, летучие мыши. Атмосферненько.

– Да уж. – Настя хотела обидеться, но он определённо был прав.

– Зато я у тебя хорошо сплю. Даже забыл, когда так качественно высыпался. Можно я почаще буду здесь оставаться?

Настя только неопределённо помычала в ответ, усердно пережёвывая бутерброд. Она не очень поняла, было это искреннее одобрение, или этакий подкат. Или и то, и другое.

У Насти тренькнул телефон – Борода писал, что хорошо бы приехать к нему в кафе. Потому что надо что-то обсудить. Наверняка что-то жутко важное, касаемое проклятых предков Игоря, хрустящего печеньками из магазинчика Чипкофф.

– Ты куда сейчас поедешь? – спросила Настя, тоже пробуя песочную печеньку. – В смысле – в какую сторону?

– А здесь разве есть другие дороги в город? – иронично спросил Игорь.

– Ну, может, тебе на дачу ехать, – смутилась Настя. – Выходные всё-таки.

– У нас дача в районе Василейска. Бывшее семейное имение.

– Класс, – похвалила Настя, смутно представляя, где это вообще находится. – А мне бы в центр. Не подбросишь?

– Подвезу, конечно, – улыбнулся Игорь, ставя пустую чашку на стол. – Кофе у тебя получается отменно.

– Спасибо, – проговорила Настя, убирая посуду со стола. Приятно, конечно, что он похвалил её умение готовить, которое мало кто хоть когда-нибудь положительно оценивал. Вопрос в том, насколько ему действительно понравилось. То есть, не врал ли он из каких-то своих соображений.

Пока Игорь в прихожей шнуровал ботинки, Настя быстренько оделась, всё перепроверила и накинула куртку.

– Ты всегда так ходишь? – вдруг спросил Игорь, глядя, как Настя влезала в старые кроссовки.

– То есть? – глянула на него Настя снизу вверх.

– Ну, у тебя есть какие-нибудь сапожки на каблуках?

– Зачем? – удивилась Настя, вообще никогда не носившая такой обуви.

– Женщины обычно любят каблуки. – Игорь накинул шарф. – Сапоги, там, ботильоны всякие. Туфли на шпильках.

Настя встала и выпрямилась, вспомнив, как Вика в институте пренебрежительно называла её манеру одеваться помойка-стайл.

– Что ещё любят нормальные женщины? – сухо поинтересовалась Настя.

– Я просто спросил, – выставил ладони Игорь.

– А теперь просто вали отсюда.

– Ты что, обиделась? – снисходительно спросил Игорь.

– Нет, я в восторге. Выход там. – Настя подбородком указала ему на дверь.

– Я просто к тому, что, может, тебе деньги нужны?

– Я что, похожа на потаскуху? – произнесла Настя, обомлев от такой наглости.

– Определённо нет, – усмехнулся Игорь. Тут же добавил: – Я не то хотел сказать.

– Уйди от греха, – покачала головой Настя, с трудом сдерживаясь, чтобы не раскричаться на весь дом и не вытолкать его силой.

– Всё, ухожу. – Игорь шагнул на площадку.

Настя выключила свет в прихожей и тоже вышла, толкнув его задом, чтобы плотно закрыть дверь. Пока копошилась с замком, Игорь всё перетаптывался за спиной.

Убрав ключи, Настя деловито спустилась вниз и вышла на улицу. Демонстративно проигнорировав кудахчущих в сторонке тётю Римму и её подругу Котову, направилась по тротуарчику к зарослям. Миновала красивое авто Игоря под громкие возмущения тёти Риммы – её сын вроде как собирался приехать на ноябрьские праздники, а машину ему, видите ли, поставить теперь негде.

– Эй, ты куда? – спросил Игорь где-то позади.

Настя не ответила, продолжая топать по тропинке к пляжу. Ей просто не хотелось лезть в тоннели в праздники, потому что народу кругом заметно больше, и кто-то мог заметить, как она выходит из старой штольни на откосе. Собственно, поэтому она и просила Игоря её подвезти. Теперь придётся быть осмотрительнее. А это, увы, не Настин конёк.

– Да подожди ты.

Настю за локоть развернуло на все сто восемьдесят, и она резко выдернула руку.

– Ты куда? – спросил Игорь, удивлённо глядя на Настю. – Тебе же в центр.

– Сама доберусь. – Настя уже пожалела, что пришла сюда – пляж-то пустынный. В случае чего не докричаться. Надо было на автобусную остановку идти.

– Ты как добираться-то собралась? – спросил Игорь, будто с капризным ребёнком разговаривал. – Вплавь?

Да, глуповато вышло.

– Не твоё дело, – процедила Настя, отводя взгляд. Кажется, она ещё и покраснела. Ну, на морозце это в глаза не бросается.

– Ты ненормальная, – покачал головой Игорь.

– Ещё скажи – конченная, – брякнула Настя.

Игорь повёл глазами, сжав челюсти. Видимо, чтобы снова не ляпнуть лишнего.

– Так, ладно. – Игорь вздохнул и старался говорить спокойно. – Пошли назад. Я тебя отвезу куда тебе нужно.

– Ты что, забыл, что у меня вечный Хэллоуин? – язвительно спросила Настя. – Я на метле долечу. Я же ведьма.

На этих словах где-то за ухом будто колокол ударил. Настя даже обернулась. Но увидела только на удивление пустынный пляж. Ни одного призрака, даже родитель Игоря куда-то запропастился.

– Хорошо, не хочешь ехать со мной – не надо, – напряжённо цедил Игорь, кажется, теряя остатки терпения. – Давай я вызову тебе такси.

– Не надо. – Настя всё осматривалась. Чего так пусто? Как-то даже тревожно.

– Ладно. Тогда до остановки тебя довезу. На автобус пересядешь. Не могу же я тебя здесь одну оставить. – Игорь окинул быстрым взглядом холодный пляж.

– А придётся. – Настя спрятала озябшие руки в карманы. Вот же привязался. Ну не при нём же в грот залезать.

Игорь, глубоко дыша, будто сдерживаясь, снова помотал головой.

За его спиной что-то хрустнуло. И Настя, и Игорь синхронно обернулись на звук. Оказалось, сквозь заросли пробирались тётя Римма и Котова. Вот только их здесь не хватало.

– Мы вот решили прогуляться, – приторно пела тётя Римма. – Думаем, надо же посмотреть, как пляж, как что. А то закатают всё в асфальт, а нас выселят. Только и будем вспоминать, как тут хорошо да красиво было.

Котова только кивала, как игрушечная собачка. А её настоящие собаки носились вокруг, оглашая окрестности звонким лаем.

Настя мысленно застонала. Похоже, всё-таки придётся ей трястись в автобусе до самой площади Минина. А там, наверное, всё ещё и перекрыто из-за праздников.

С другой стороны, спасибо этим любопытствующим тёткам. Вовремя появились, а то, не дай бог, у них с Игорем дошло бы до скандала, а то и до драки.

– Нас не будут выселять, – твёрдо произнесла Настя и вопросительно глянула на Игоря.

– Проект пока заморозили, – нехотя сказал Игорь. И в свою очередь посмотрел на Настю, будто чего-то ждал.

Народу-то на пляже прибавилось. Теперь точно в тоннель не сунешься. Так что Настя мысленно примирилась с необходимостью колесить по городу на автобусе и, бросив соседской компании «до свидания», направилась к выходу с пляжа.

Глава 17. Все правильно – крылья

Игоря заболтали Настины соседки, так что ему пришлось немного задержаться. Сама Настя прибавила шаг, чтобы успеть пробежать путь до проспекта быстрее него. Однако почти сразу стало ясно, что как ни крути, а встретиться им всё равно придётся – он же на машине. Так что Настя свернула с тропки между зарослями и оказалась у старых развалин, которые, если верить разным источникам, являлись остатками не то бани, не то церкви, не то всего вместе.

Обрушенные стены давно заросли тонкими деревцами и кустами, крыша провалилась, рассыпавшись по полу множеством разнокалиберных обломков, теперь занесённых песком и землёй.

Настя кое-как пробиралась по бугристому рельефу, расставив руки, чтобы не упасть. Кое-где с древних стен сползла штукатурка, открыв облезлые остатки фресок. Деталей уже почти не разглядеть – только овалы лиц, голубой и белый фон, остатки облаков и ещё какие-то малопонятные детали вроде крыльев, руки с крестом, книги в длинных тонких пальцах.

Побродив у стен и посмотрев вверх, на небо, Настя достала телефон. Чуть за полдень. Интересно, Игорь уже уехал? Можно выходить-то?

– Любезная барышня, – раздался где-то рядом хриплый мужской голос. – Можно попросить вас сделать милость?

Настя выглянула из-за выщербленного остатка колонны и увидела грязного деда в старой оборванной одежде. От него метров за десять несло перегаром и нечистотами.

– Не одолжите ли вы пару монет бывшему художнику? – кряхтел дед, почёсывая шею под спутанной бородой. – Нынче большой праздник, надо бы отметить.

– Почему же вы бывший? – спросила Настя, роясь в карманах сумки.

– Ну так это… – Дед почесался под штанами. – Мои таланты нынче не востребованы.

– Это почему? – Настя отдала ему сотенную купюру и стала потихоньку двигаться к выходу.

Дед растянулся в беззубой улыбке, показал кому-то наверху денежку, что дала Настя, подмигнул и весело спросил:

– Видал, а? – Он расправил купюру и щёлкнул по ней.

Настя глянула вверх, не увидела ничего, кроме серого ноябрьского неба над крошащимися стенами и бочком стала отходить от деда.

– Я, милая барышня, умудрился впасть в прелесть. – Дед спрятал деньги в недрах кучи старых курток, висевших на нём слоями, как на луковице. – Пустяковое, казалось бы, дело было поручено – подсказывай, подправляй. Но всегда же хочется как лучше, правда?

– Правда, – тихо произнесла Настя, осторожно ступая по осколкам кирпичей.

– Вот и мне захотелось сделать так, чтоб лучше, чем у других. А мне – щёлк по носу. Мне бы охолонуться, а я – в нервы. Раз выпендрился, два. И всё – крылья долой. – Дед развёл руками, как ведущий ток-шоу, объявляющий рекламу.

– Крылья? – переспросила Настя. От удивления оступилась и чуть не упала. Доли секунды, пока она обретала равновесие, хватило, чтобы увидеть стены расписанными ликами с большими глазами. Люди в ярких одеждах, светящиеся облака, крылья.

– Да, да, всё правильно. Крылья. – Произнёс ровный приятный голос.

Дед исчез, а на его месте появился осанистый невысокий седой мужчина с аккуратной белоснежной бородой и в опрятном брючном костюме. Настя снова оступилась и снова чуть не упала.

– Правда, ста рублей маловато, чтобы их вернуть, – белозубо улыбнулся мужчина. – Зато на костюмчик хватило. Благодарю вас, милая барышня.

– Крылья, сто рублей, – непонимающе бормотала Настя. – Вы вообще кто?

– А кого вы ищете? – красиво изогнул белую бровь мужчина.

– Никого. Я тут вроде как прячусь.

– Да, это хорошее место, чтобы спрятаться, – закивал мужик. – Только от себя не спрячешься. Даже здесь. За сим откланиваюсь.

Он оправил рукава костюма, глядя вверх. Снова кому-то там подмигнул и ровной аристократической походкой направился к выходу. Будто не по старым кирпичам ступал, а по качественной булыжной мостовой. Завернул за остатки дверного проёма и исчез.

Настя снова посмотрела на небо. В просвете между тучами, напоминающем большую трещину в камне, виднелось белое солнце, расходящееся лучами по всему небу.

Так. Куда она собственно собиралась? А, ну да. В кафе к Бороде. Только вот всякое желание выбираться в город напрочь отпало.

Настя вышла из развалин и направилась домой. Машины Игоря уже не было, зато тётя Римма с подругами из всех соседних домов активно обсуждали очередную повестку дня. В какой-то момент они как по команде смолкли и одновременно, словно сборная по синхронному плаванию, повернулись в Настину сторону. Она только помахала им рукой. Хватит на сегодня дружелюбия. И лучше бы никто в ближайшие часы к ней больше не подходил, а то как окатит позитивом, весело отрывая по пути конечности.

Придя домой, Настя сварила себе какао и плюхнулась в кресло перед телевизором. Правда, по всем каналам шли или советские фильмы, или вдохновенно-торжественные концерты, или ток-шоу, где напомаженные знаменитости наперебой делились духовным опытом.

Даже не допив какао и не доев третью слойку, Настя выключила зомбоящик. Телефон сообщил, что Борода желал побеседовать с ней в формате видеозвонка.

Настя приняла вызов и, продолжая жевать, кивнула в знак приветствия Бороде, сидевшему за письменным столом.

– С праздником, – высунулась из-за спины Бороды Яна. – А почему ты не приехала?

– Не фофефя, – с набитым ртом произнесла Настя.

– Мы тут кое-что разузнали о предках твоего приятеля, – по-деловому сказал Борода. – Ты чего?

При намёке на Игоря и его семейство у Насти, очевидно, здорово перекосило лицо. Она только помотала головой, чтобы на это не обращали внимания.

– В общем, с его родственниками истории связаны – одна темнее другой. Кто там кого проклял, разобраться будет очень непросто. – Борода поскрёб под подбородком. Прямо как тот дед из развалин.

– С какой стати я вообще должна с ними разбираться? – недовольно произнесла Настя. – Это их проблемы. Я-то здесь причём?

– Я же тебе уже говорил – случайностей не бывает, – медленно и чётко произнёс Борода. – Если тебе выпало снять с них проклятие, значит, надо это сделать.

– Кто сказал? – нагло перебила Настя.

– Да все. Может, у этого твоего Игоря какое-нибудь важное предназначение в жизни, – снова показалась Яна из-за плеча Бороды.

– И что? – скучающе переспросила Настя. – Пусть сам возится со своими предназначениями. И вообще, может, уже и не надо там ни с чем разбираться. Я сегодня была на пляже, а там даже призрака его папаши уже нет, хотя раньше он там безвылазно торчал.

– Так он, наверное, на службе был. – Яна, сидя боком к камере, рассматривала длинные красные ногти. – Сегодня же большой праздник – Казанская. Все привидения на службах. Ждут, что, может, кого-нибудь из них заберут. Такое тоже бывает.

– На каких ещё службах? – не поняла Настя.

– На церковных, – закатила глаза Яна. – Литургия называется. Там ещё имена читают за упокой душ. Проскомидия. Или панихида. Слышала? Вот, если в большой праздник кого из них назовут, и привязка не очень сильная, то привидение сможет пойти дальше.

– Только кто же их запишет, – вздохнул Борода, глядя в сторону. – Некоторые веками болтаются между мирами. Кто о них вспомнит.

– Ещё можно так отпустить призрака в Родительскую субботу, – опять вылезла Яна. – Особенно в Дмитриевскую, но она уже прошла.

– Какая жалость, – пробормотала Настя, раздумывая, как бы узнать имена привидений, что болтаются по округе, и всех их записать на службы.

– Ещё по большим праздникам падшим ангелам возвращают крылья, – произнесла Яна, снова повернувшись боком и занимаясь ногтями.

– Крылья? – тут же переспросила Настя, вспомнив мужика из разрушенной церкви.

– Вообще-то сейчас не об этом. Если не возражаете, – учтиво поклонился Борода. Яна за его спиной усмехнулась. – У нас на повестке про́клятый род Сергомасовых. Так вот. Мы уже говорили, что от купца Сергомасова, который на Бугровском, мы ничего не узнаем. Потому что непонятно, кто повесил на него замок. Но есть другой вариант – его младший сын. Герасим Сергомасов. Примерно в девятьсот десятом году его понесло в Революционную компанию. Их ячейку раскрыли, и всех бросили в наш нижегородский Острог. Вроде как собирались их отправить по этапу на каторгу, да никого не осталось.

– Как это – не осталось? – переспросила Настя.

– Ты серьёзно? – фыркнула Яна. – Не понимаешь?

Настя покачала головой.

– Да расстреляли их там, и всё. – Яна скорчила гримаску, будто с дебилами разговаривала. – Списали как умерших от болезней или погибших в драке.

– Ну, допустим, – мысленно корчась от стыда за тупость, произнесла Настя. – И что дальше? Чем нам поможет эта информация?

– Понимаешь, – медленно начал Борода, и от его тона сразу повеяло какой-то отбитой затеей, – если этого Герасима казнили несправедливо, то он вполне мог застрять на переходе. То есть, тоже бродит где-то в образе привидения. Хорошо бы с ним поговорить.

– И где его искать? – иронично спросила Настя. – В городе полтора миллиона жителей и раз в десять больше привидений.

– Раз в тысячу, – прошептала Яна. – Если не больше.

– Ну, есть вариант. – Борода уставился на Настю. Яна выглянула из-за его спины и тоже смотрела в камеру.

Настя не понимала, к чему они вели. Или…

– Нет! И не уговаривайте! – замахала свободной рукой Настя. – Я в это жуткое место в жизни не сунусь!

– Да ладно тебе, – натянуто расслабленно произнёс Борода.

– Мы тебе оберегов наделаем, – поддакнула Яна.

– Не-не-не! – Настя мотала головой так, что перед глазами поплыло. – И потом – кто меня туда пустит?

– Вот! – радостно подняла палец Яна. – Мы уже придумали!

– Твой приятель, – повёл бровями Борода. – У него есть связи, пусть он как-нибудь организует вам туда экскурсию.

– А обычные экскурсии туда не водят? – со слабой надеждой спросила Настя.

– Нет. Давно уже. – Борода сцепил руки на столе. – Попроси его сделать тебе такой подарок. После похода на Бугровское он не удивится.

– Ты это уже говорил, – прошептала Настя, глядя в сторону. – Экскурсия в Острог. Тот ещё подарочек.

– Женщина должна уметь принимать подарки, – менторским тоном заявила Яна.

– И выпрашивать тоже? – вяло съязвила Настя.

– Не без этого, – повела бровями Яна.

– Ну, уговори его как-нибудь, – пожал плечами Борода.

– Не получится. Даже если бы я захотела.

– Включи обаяние, – кокетливо улыбнулась Яна, хлопая длиннющими ресницами. – Ты же женщина.

– У меня обаяния – как у старой разваленной бани, – усмехнулась Настя, вспомнив сегодняшнюю прогулку. – В лучшем случае я на него грудой кирпичей обрушусь.

Борода и Яна дружно рассмеялись.

– Всё равно не получится. – Тут у Насти мелькнула идея. – Ян, а может, ты его попросишь? Вы же тоже знакомы, он ведь тебя тогда подвёз. И на кладбище вы виделись. Тебе он вряд ли откажет.

– А что, можно попробовать. – Борода глянул через плечо на Яну. – Скажешь, что разрабатываешь новый маршрут для мрачных экскурсий. Договориться с администрацией всё равно не получится, но хотя бы один раз ты сможешь туда попасть.

– Так-то да, – протянула Яна. – Проблема в том, что как Вельмата у нас снова появилась, так я фантомов почти перестала воспринимать. Так, бледные фигурки маячат. Я даже толком не слышу, что они говорят.

– Мне бы так, – прошептала Настя. Уже громче спросила: – Может, есть другие способы? Или родственники? Так, чтобы без Острога?

– Может, и есть, – пожал плечами Борода. – Но это пока самый рабочий вариант. Если этот Герасим считает себя несправедливо наказанным, то он точно там. Может, он даже знает о проклятии и подскажет, где искать источник.

– Ну не получится, – произнесла Настя, ёрзая в кресле. – Не смогу я Игоря уговорить.

– Сможешь. Ты себя недооцениваешь. – Яна поставила локоть на плечо Бороды, будто бы на стенку опиралась.

– Да не в этом дело, – отмахнулась Настя.

– Поссорились? – наконец догадался Борода.

– Вроде того, – опустила взгляд Настя. Она вообще не любила обсуждать личную жизнь с посторонними, а тут ещё прибавилось такое деликатное дело, как визит в Острог.

– Проси прощения, – твёрдо произнесла Яна, будто приказывала.

– Я?! Прощения?! – взвилась Настя. – Он сказал, что я плохо выгляжу, он мне денег предлагал, как какой-то содержанке! И после этого я должна просить прощения?!

– Вообще-то, да, – серьёзно кивнула Яна. – Я же уже сказала – надо уметь принимать подарки. Если он предложил тебе денег, значит, проявляет заботу.

– Главное – уметь различать подарки и подачки, – вставил Борода, но тут же замолчал под грозным взглядом Яны.

– В общем, так, – по-деловому произнесла Яна. – Звони ему, извиняйся и проси организовать тебе проход в Острог.

– Ещё чего, – насупилась Настя. – Не буду я ему звонить. И извиняться не буду. И вообще – пусть всё идёт как идёт. Если не получится снять с их семейки проклятие – значит, просто не судьба. Всё, пока.

Настя завершила вызов. И чуть не шлёпнулась с кресла на пол, потому что где-то что-то громко треснуло. Осторожно поднявшись, Настя, стараясь ступать неслышно, обошла всю квартиру. Сначала подумала, что это снова летучая мышь забралась в окно и теперь буянит. Но все рамы оказались плотно закрыты. Краны закручены, холодильник в порядке. Двери и шкафы заперты как положено. Даже двери кладовки плотно прижаты шпингалетом.

Когда рядом что-то застучало, Настя даже вскрикнула. Но оказалось, это всего лишь синичка скакала снаружи по оконной раме, барабаня клювиком во фрамугу. Птичка будто бы смотрела на остаток слойки в Настиной руке и спрашивала: «Ешь, да? Вкусно тебе? А поделиться?».

Настя накинула куртку и вышла в палисадник. Дотянулась до кормушки бабы Юли и насыпала туда семечек, которые приготовила для рассады подсолнухов на будущий год.

Когда вернулась домой, просигналил телефон. Борода прислал ссылку на какую-то новость в городском паблике. Оказалось, на проспекте недалеко от посёлка Изыскателей случилась авария – кто-то выскочил на дорогу, и из-за этого столкнулись сразу три машины. Одна из них принадлежала Игорю.

– И что дальше? – наигранно безразлично произнесла Настя, пытаясь понять из текста, кто и насколько серьёзно пострадал.

Словно в ответ пришло сообщение от Бороды: «А будет ещё хуже. Неужели тебе человека не жалко?»

Минут десять Настя мерила шагами квартиру, сжимая в руке телефон. Это ведь Игорь от неё ехал. Ну и что? В Нижнем почти каждый день где-то аварии. И все откуда-то и куда-то едут.

Наконец Настя решилась и набрала номер. Если он сейчас не ответит, она больше не будет навязываться. Её совесть будет спокойна.

Но Игорь ответил.

– Я случайно увидела новость про аварию, – глупо мямлила Настя. – Там вроде твоя машина, хотя может, мне показалось, я не очень разбираюсь…

– Всё правильно, моя, – как-то натужно произнёс Игорь.

– И как ты? – обеспокоенно спросила Настя. Хотя с чего бы ей вообще за него волноваться.

– Нормально, – глухо сказал Игорь. – Так, небольшой ушиб.

Настя будто бы снова стала Вельматой и словно увидела, как он, морщась, потирает грудь ровно в том месте, куда вошёл призрак и где у него зияла дыра. Но видение быстро пропало.

– Чем ударился? – слабо спросила Настя.

– Да грудной клеткой. Ничего страшного, рентген даже трещин не показал.