Текст книги "Несмеяна для босса (СИ)"

Автор книги: Алёна Амурская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

Глава 26. Приказ Батянина

Батянин приезжает ко мне через несколько часов, когда на улице уже поздний вечер. И едва услышав его приветствие с порога, я спешу быстро сообщить ему:

– Андрей Борисович, вся эта история с ловушкой произошла против моей воли! Я сглупила… расслабилась… и Герман воспользовался этим, – я перевожу дыхание и от молчания Батянина у меня виновато потеют ладони. – Я могу подробно рассказать, как это всё случилось, если вы мне не верите!

– Не надо, – отказывается тот и с обескураживающим спокойствием добавляет: – Я тебе верю, Яна.

Такая коротенькая фраза. И такая душераздирающая для того, кто привык к постоянному недоверию вокруг.

– Верите мне..?

– Да, – Батянин как-то по-доброму усмехается и садится на стул возле моей кровати. – Ты скрытная и в серьезных вещах обычно не лжешь, а умалчиваешь. Такой уж у тебя характер и способ самозащиты. И раз уж ты что-то объясняешь, значит, так оно и есть. А методы Германа мне отлично знакомы. Я его знаю… очень давно.

– Спасибо… – выдавливаю я с ощущением кома в горле. Глаза нещадно щипает. – Спасибо за понимание, Андрей Борисович.

Он смотрит на меня с таким сложным выражением, будто у него вдруг все зубы разом прихватило.

– Не переживай больше об этом. Поживешь пока у Медведских, бояться их не надо. У меня с ними договоренность, и вредить тебе они не станут. Только из дома не выходи, там может быть слежка. Мрачко так легко свои активы из рук не выпустит.

– Хорошо.

При мысли о людях Германа, рыскающих снаружи в ожидании удачного момента снова затащить меня в подвал, меня передергивает страхом и отвращением.

Иногда нет ничего хуже, чем вдруг понять печальную вещь. В мире нет ничего постоянного. И человек, который в прошлом вроде как условно держал тебя под своим крылом, защищал даже, вдруг может взять и вонзить в твою спину когти. Оскалить на тебя клыки в момент незащищенности и пригласить познакомиться с самой темной стороной его характера не только на словах-угрозах.

Какое счастье, что благодаря родному отцу, у меня есть возможность категорически отказаться от этого приглашения!

– И вот еще что… – задумчиво произносит Батянин. – Не рассказывай пока ничего Короленко насчет его дяди. Я хочу проверить кое-что связанное с ним, а для этого мне понадобится время и твое молчание.

– Как скажете, – грустнею я и опускаю глаза.

Ну вот, опять какие-то тайны. И у меня есть подозрение, что просьба Батянина свидетельствует о невидимой трещине, которая пролегла между ним и Короленко из-за проклятого предателя Агаева. Ведь, будучи опытным бизнесменом, он однозначно не может позволить себе такую глупость, как безусловная лояльность. Особенно, если деловой партнер невольно скомпрометировал себя таким родственником.

Я устало потягиваюсь, ощущая ломоту в ушибленных от падения местах… и неожиданно для себя зеваю. Голова всё такая же тяжелая и ноющая, несмотря на прием лекарств.

– Поспи, – широкая теплая ладонь Батянина покровительственно касается моей макушки и тут же исчезает. – Тебе надо отдохнуть и восстановиться.

Его слова действуют на меня, как самое лучшее снотворное.

Снова просыпаюсь я уже посреди ночи.

В спальне темно, а в кресле у окна посапывает сиделка-медсестра, которую приставили ко мне, словно к беспомощному инвалиду. В доме царит тишина.

Я медленно опускаю ноги с кровати и качаю головой, проверяя на болезненные ощущения. Чувствую себя гораздо лучше! Только пить очень хочется. Но не воды, а чего-нибудь тепленького и сладкого, вроде мятного чая.

Не желая беспокоить спящую женщину из-за такого пустяка, я тихонько крадусь к выходу босиком и спускаюсь вниз по лестнице. Туда, где предположительно в любом доме должна находиться кухня.

Звяканье поставленной кем-то на стол чашки безошибочно подсказывает мне правильное направление. И одновременно с этим заставляет остановиться перед дверью, из под которой мерцает включенный свет. В воздухе пахнет крепким свежезаваренным кофе.

– …не нужно ее посвящать во все эти грязные подробности, Егор Николаевич, – доносится до моего слуха приятно-густой бас Батянина. – Девочка и так натерпелась за последнее время. Всё, в чем она сейчас нуждается, это спокойствие, стабильность и безопасность. И вы ей это обеспечите, пока всё не разрешится. И проследите за тем, чтобы она не скучала.

– Понял.

– Еще и развлекать? – хмыкает голос Яра Медведского. – Ну вы и загнули, Андрей Борисович! Хотите, чтобы мы с братишками в шоуменов переквалифицировались ради девчонки?..

– Да хоть в детских аниматоров, – отрезает Батянин непреклонным тоном. – Можете и на голове походить, распевая песни, если это заставит ее улыбаться. Считайте это одним из основных пунктов договора.

Глава 27. Несмешные шутки

Моё самочувствие пришло в норму только через несколько недель.

Нет, в целом всё было нормально, но голова у меня периодически кружилась и побаливала. Так что я предпочитала двигаться с осторожностью… и целыми днями отчаянно скучала от нечего делать.

Врач, который время от времени приезжал ко мне на диагностику, нервно предостерег, что при сотрясении любые гаджеты противопоказаны до полного восстановления. Как и книги, и музыка, и прочее-прочее-прочее, что можно назвать активным раздражителем для мозга. На всякий случай. Зато спать и смотреть в потолок можно было сколько угодно.

Единственное, что хоть как-то оживляло мою пресную жизнь, так это зачастивший с визитами Короленко, который приходил к Медведским регулярно, как запрограммированный. Со мной он практически не общался – только бросал оценивающий взгляд и уходил обсуждать какие-то дела с хозяевами дома.

Да, а еще я боролась со скукой через наблюдение за братьями Медведскими. Мне было даже любопытно, как они справятся с нелепым указанием Батянина – очевидно, пожалевшего своего непутевого курьера чисто по доброте душевной.

Нет, ну серьезно, как они собираются меня развлекать?.. Особенно учитывая то, что Ярослав – младший из братьев и наиболее юморной из них, – куда-то исчез. Комедии и шоу смотреть нельзя, смешные видосики в соцсетях тоже. А сами мужчины, Егор и Фёдор, довольно замкнутые личности и непохоже, что они вообще любят общаться на легкие веселые темы. Мрачной криминальной аурой от обоих разит за версту.

Я и сейчас ее чувствую. Даже сквозь дверь, когда они, как обычно, поднимаются ко мне в гостевую комнату, чтобы сказать свое зачем-то обязательное утреннее “привет”.

– ... ну где ты там застрял? – бубнит угрюмый голос Фёдора. – Нам через полчаса выезжать на встречу уже пора. Может, договоримся наконец… Яр, зар-раза, весь мозг вынес с этим любителем малолеток. Психует. Требует его засадить, максималист хренов.

– Тихо ты, – обрывает его недовольный Егор. – Нашел место трепаться. Мне только что Батя опять звонил…

Их голоса становятся приглушенными и неразборчивыми. А через несколько секунд дверь открывается, впуская старательно растягивающего губы Фёдора. Улыбка на его резковатом лице с грубой тяжелой челюстью выглядит немного чужеродно. Сразу чувствуется, что это нечастый прием в арсенале его повседневной мимики.

– Привет, нормально спалось?

– Да, спасибо…

– Доброе утро. – В отличие от среднего брата, Егор Медведский не гримасничает. Кивает мне формально и подталкивает Фёдора в спину, словно давая сигнал.

– Э-э… – булькает тот и неловко спрашивает: – Как настроение? Что-то ты всё время бледненькая и молчаливая.

– Я всегда такая, – пожимаю плечами. – Это мое обычное состояние, не обращайте внимания.

– Ну как это не обращать внимания? Так нельзя. Ты наша гостья. Слушай… а давай анекдот расскажу? Вдруг повеселеешь.

Я смотрю на него без энтузиазма.

– Какой анекдот?

– Очень смешной, я прям угораю с него.

– Мне не очень нравятся анекдоты… – пытаюсь я отказаться и при этом не задеть воодушевленного своей идеей Фёдора.

– Да ладно, просто послушай! Короче, в тёмном переулке встречаются два мужика. Первый достает из кармана нож и спрашивает: “У тебя деньги есть?” Второй вынимает из-за спины топор: “А тебе зачем?” Тогда первый тут же прячет нож и быстро показывает крупную купюру: “Да вот, разменять…” – на последней фразе Фёдор сам же не выдерживает и хрюкает, действительно искренне наслаждаясь своим грубоватым юмором.

Мне очень не хочется расстраивать его тем фактом, что я никак не разделяю его веселья. Поэтому я просто вежливо хмыкаю, давая понять, что оценила чужие старания по достоинству.

– Чё, реально не смешно? – лицо Фёдора разочарованно вытягивается, и он сосредоточенно сощуривается. – Так. А как насчет этого..? Маленькую девочку спросили: “Как ты думаешь, какая разница между теми мальчиками, которых принёс аист и теми, которых нашли в капусте?” Маленькая девочка подумала и серьезно ответила: “Одни мальчики вырастают орлами, а другие – козлами!”

Этот анекдот заинтересовывает меня гораздо больше. И я невольно задумываюсь над тем, к какой категории мальчиков относился в детстве Короленко. Не удивлюсь, если ни ктой и ни к другой. Скорее всего его прямо из скалы вырубили, цельным куском. Вот и вырос из него гранитный монумент самому себе.

– Так… – уловив пустое выражение моего лица, Федор, кажется, начинает заводиться всерьез. – Тогда зацени это. Судья спрашивает подсудимую-блондинку: “Вы пошто отравили своих соседей?” А она разводит маникюром:”Ну, просто мне в магазине сказали, что травить тараканов лучше вместе с соседями!”

В комнате повисает тишина. Я моргаю и тоскливо прикидываю, когда же эти типы уйдут наконец по своим делам. А молчаливый Егор делает шаг вперед и оттесняет недовольного брата в сторону.

– Федь, хорош уже ху… фигню какую-то нести. Ясно же, что девушкам такое не нравится. Им про отношения больше интересно, а не твое любимое “Вчера в подворотне хулиганы избили оптимиста до полужизни”.

– А ты докажи, – раздосадованно огрызается тот. – Еще посмотрим, какой из тебя болтун анекдотов получится.

– Смотри и учись.

Егор высокомерно скрещивает руки на груди и смотрит на меня исподлобья, набычившись. Как будто собрался решать сложный кроссворд, а не девушку без настроения развлекать.

– Может, не надо?..

– Послушай разок, вдруг улыбнет, – флегматично отвечает он. – Всем моим знакомым женщинам смешно слушать одну историю про очень популярного мужика-козла...

– Про козлов уже было, – не выдерживаю наконец. – И я не очень соответствую категории ваших знакомых женщин, имейте в виду.

Фёдор ухмыляется при моем предостережении и прислоняется к стене со скрещенными на груди руками. Всем своим видом демонстрирует саркастичную готовность внимать “мастер-классу” старшего брата.

– Ладно, – примирительно соглашается Егор, не обращая на него внимания. – Но попытаться-то можно? Итак… Собрались как-то однажды психологи, чтобы провести эксперимент на любимую женскую тему "Все мужики – козлы!" Для этого эксперимента выбрали пятьдесят ничего не подозревающих одиноких женщин с неоднократным несчастливым опытом – беременных брошенок, матерей-одиночек, разведёнок. Все – из разных социальных слоев общества и разным материальным достатком. Объявили вечер бесплатных быстрых знакомств и пригласили туда тщательно отобранных психологами мужчин. Сорок девять из них – проверенные временем счастливо женатые верные и ответственные мужчины с хорошим достатком, без вредных привычек. Со стандартной внешностью – не красавцы, но и не уроды. Для чистоты эксперимента все, естественно, сняли кольца и надели одинаковые костюмы. Только после этого их показали женщинам…

В отличие от туповатых анекдотов Фёдора эту историю я слушаю с большим вниманием. И при первой же несостыковке любопытствую:

– Подождите, я что-то не поняла. Почему женщин пятьдесят, а мужчин всего сорок девять?

– Ага, зацепило? – довольно хмыкает Егор. – Всё просто. Пятидесятый был тем самым козлом. Отборная стопроцентная скотина, лживая сволочь, блудливый гад-бабник и далее по списку аналогичных характеристик. Особой красотой среди других он также не выделялся, эдакий мужичок-середнячок с виду. И когда этого козла запустили на вечеринку, то… – он делает выразительную паузу и вместо продолжения подмигивает: – Как думаешь, что произошло?

– Все выбрали козла?

– Не все. Пара женщин, возможно, и извлекла какие-то уроки из своего опыта. Но остальные сорок восемь высоко оценили козла в своих анкетах. Хором расхваливали. Называли его “ну очень интересный мужчина!” и просили дать телефончик. Эксперимент провели несколько раз, приглашая других одиноких женщин, но результат повторялся… Вывод! – торжественно повышает голос Егор, напомнив мне почему-то тамаду, говорящего тост в духе “Так выпьем же за то и сё”. – Не всякий мужик является козлом. Но зато всякая женщина, называющая мужиков козлами, является мазохисткой, которую жизнь ничему не учит. Забавная история, м-м? – косится он на меня. – На этом месте все улыбаются.

Я растягиваю губы в вежливой улыбке.

– Вот так улыбаются?

– Нет, обычно как-то поживее…

– Наверное, у ваших женщин хорошее чувство юмора, если они так улыбаются, – честно замечаю я. – Или они хотят вам понравиться, вот и смеются всем вашим шуткам. Даже несмешным.

Федор возле своей стенки принимается тихо ржать.

– Как она тебя, а..? “Смотри и учись”, – передразнивает он. – Юморист! Фигня, а не история.

– Вообще-то мне история понравилась, – вмешиваюсь я. – Только она не смешная, а поучительная. Есть над чем задуматься.

– Я и говорю! – продолжает веселиться Фёдор. – Видать, бабы и правда сильно на Егора западают, раз даже над лекциями готовы смеяться!

Старший Медведский бросает на него нехороший взгляд, но ответить не успевает. В комнате раздается новый смешок – от человека, вторжение которого в разгаре нашей беседы никто не заметил.

– О, у нас тут с утра пораньше лекции с анекдотами читают? Я тоже хочу поучаствовать, – влезает он. – Если ни у кого нет возражений. Уверен, с Янкиным чувством юмора я найду общий язык.

– Яр… – ворчливо цедит Егор. – Где тебя носило? Всё утро не могли дозвониться.

– Мы с Бояркой зависали, а что? Дела у нас общие. Кстати, он шепнул, что Короленко сегодня снова к вам намылился. Опять чем-то недоволен. Так что будьте начеку.

Глава 28. Дошутился

– Короленко скоро будет здесь? – Фёдор моментально становится серьезным и кривится. – Вот же задолбал, а! Повадился к нам ходить, как к себе домой, совсем берега потерял! Намекнуть бы ему, что так дела не делаются… Егор, ты бы с Батей переговорил, что ли..? Он мужик толковый, да и тебя уважает…

Пока он продолжает втолковывать свои соображения старшему Медведскому, Ярослав беспечно плюхается на самый край кровати. Рядом со мной.

– Странные звери эти мужики, а? У них даже хвост спереди! – шокирует он с ходу неожиданной пошлостью и внимательно смотрит мне в лицо. – Так… понятно. Шутки ниже пояса отметаем. Ты у нас и правда девушка серьезная. Строгая такая… ну да ладно, и не таких улыбал. Знаешь, есть у меня один приятель, настоящий профи в женщинах… Опробую-ка я его метод на тебе, ты же не против?

Я угрюмо пожимаю плечами.

Самое раздражающее в сложившейся ситуации – это невозможность послать всю эту семейку куда подальше со всеми их шуточками. Потому что с одной стороны я тут всего лишь гостья, которой оказали услугу, взяв под защиту… а с другой стороны – они не виноваты. Ведь вся эта суета – результат негласного приказа Батянина. Он ведь наверняка хотел сделать мое пребывание тут более приятным. А в итоге получилось… ну, в-общем, как всегда.

Медвежья услуга в чистом виде.

– Кстати! – насмешливо продолжает Ярослав. – Раз уж мои старшие братцы затронули тему козлов, то и я начну с нее же. М-м… интересно, а такие серьезные девушки, как ты, знают, почему любые мужики делятся на козлов и баранов..? Не напрягайся, я просвящу. Просто бараны в женской психологии разбираются так себе, а козлы, наоборот. Разбираются слишком хорошо.

Я кошусь на него с нескрываемой иронией.

– Себя вы, очевидно, причисляете к козлам?

– Естественно! – легко соглашается он и придвигается поближе, заставив меня нервно напрячься. – Но я хороший козёл с хорошим вкусом. И по чужим огородам не бегаю, если что. Честное слово.

Опять, что ли, заигрывает?.. Вот ведь… козёл озабоченный!

Его братья тоже наконец закругляются со своим разговором в сторонке и обращают внимание на поведение Ярослава. И уж не знаю, почему… возможно, из-за сегодняшней зоологической повестки дня… но с этими своими снисходительно-раздраженными взглядами в сторону чересчур общительного братишки они реально напоминают мне двух больших медведей, вынужденных опекать непоседу-младшего.

– Яр, хорош девушке мозги пудрить, – одергивает его Егор. – Раньше ты был посерьезнеё. Что с тобой такое в последнее время?

– Он с Бояркой связался, ясно же, – ворчливо поясняет Фёдор. – Они уже как дружки неразлей-вода. Носятся по городу с тайными делишками… Вот чьё влияние чувствуется.

Старший брат морщится.

– Если это из-за истории с твоей сестрёнкой, то сами разберемся, не привлекая посторонних. Мрачко же и так в наших руках, чего тебе еще неймется, а?.. Яр! Я к тебе обращаюсь.

– А? – тот небрежно оглядывается. – Не, меня ваши решения не устраивают, дорогие родственники. Так что я буду контролировать каждый этап. Особенно насчет самого тухлого местечка в тюряге с самыми большими и активными “фанатами” насильников. Без меня вы никак организовать его не можете. Или не хотите. Наташа ведь не ваша родная сестра.

– Эй, за словами следи! – вспыльчивый Фёдор на эмоциях забывает о моем присутствии и добавляет пару непечатных слов. – Ты хоть знаешь, как трудно даже просто официально под статью подвести этого твоего неприкасаемого Глебчика? Судья и вся его компашка – все под колпаком у Мрачко, понял?.. И…

– Федь. – резко вмешивается посуровевший Егор и косится на меня. – Давай не здесь.

– Да, – любезно подхватывает Яр, в глазах которого поблескивают нехорошие огоньки. – Слушайся старшего брата, Федь. Он плохого не посоветует. Всегда такой разумный, обдуманный и осторожный, прямо пример для подражания всем нам.

Все трое сверлят друг друга с такими сложными выражениями лиц, что мне становится не по себе. Я громко откашливаюсь.

– Знаете, мне что-то надоели анекдоты. Особенно про козлов и мужиков. Уверена, у вас всех есть сейчас куча других более важных…

– А как насчет змей и женщин? – быстро поворачивается ко мне Ярослав, как по волшебству, снова легкомысленный и насмешливо-игривый. Он опять придвигается, причем еще ближе, чем прежде. И, к моему огромному смущению, переходит на совсем уж интимный мурлыкающий тон: – Есть одна интересная теория… Разговаривая с любой особой женского пола, надо стараться говорить ласково и нежно – причем почти неважно, что именно. Потому что женщины похожи на змей… они ничего не слышат, но зато великолепно ощущает вибрацию голосовых связок и тонко на это реагируют… – и внезапно абсолютно будничным голосом спрашивает: – А как реагируешь на этот фокус ты? Расскажи нам. И кстати, если не хочешь отвечать, то можешь просто искренне мне улыбнуться. Чтоб я выиграл. А то так легко не отстану.

Первую секунду я взираю на него с изумлением и неловкостью. Затем, очнувшись, нервозно отодвигаюсь как можно дальше, к самой спинке кровати. Как так вышло, что тупые козлиные анекдоты плавно перешли к приставаниям? И куда смотрят хозяева дома?

Оказалось, старшие братья Медведские в этот момент почему-то с напряженным вниманием таращатся в окно. Оба. Но что их там так заинтересовало, я не знаю. Да и не до расспросов. Ярослав надвигается на меня с лукавой усмешкой, не давая увильнуть от ответа.

– Ну так что? Хорош я в роли змеиного факира или нет?

– Без понятия, – буркаю я, прикидывая, не пора ли звать Медведских на помощь. – Я вам не змея. Идите в зоопарк и попробуйте трюк на какой-нибудь кобре.

В ответ на мой прямолинейный посыл его ухмылка становится еще шире.

– Ты действительно не такая, как все. Никогда еще не встречал настолько серьезной девушки. Броня у тебя… что надо.

– Давайте будем считать, что со мной просто что-то не так, – предлагаю я. – И на этом закончим, хорошо?

Но младший Медведский, похоже, еще не наигрался. Он вдруг подается вперед и шепчет мне прямо в ухо:

– Ты говоришь об этом, как те самые яблочки, что растут на самой макушке…

– Какие еще яблочки? – я раздраженно толкаю его в грудь, чтобы отодвинуть.

– Самые вкусные, конечно… – продолжает лукаво нашептывать он. – Потому что женщины хоть и похожи на змей, но у каждой есть своя ценность. Как у яблок на одном и том же, казалось бы, дереве. За лучшими надо лезть на самую макушку, а на это сил и терпения хватает не у многих. Поэтому мужики чаще выбирают яблочки с земли – упавшие, червивые или перезрелые. Самые доступные. А по-настоящему прекрасные яблочки на макушке дерева игнорируют. Вот те и думают, что с ними что-то не так, хотя они…. – Яр неожиданно бодает меня носом в мочку уха и с улыбкой заканчивает: – …просто восхитительные.

– Яр! – рявкают за его спиной. – Ты что творишь, придурок?

Обзор передо мной резко освобождается.

Младший Медведский с удивленным лицом вдруг оказывается сидящим на стуле возле кровати. Причем, судя по качнувшимся передним ножкам, приземлился он туда на приличной скорости. И не без чужой помощи.

Только “помогли” ему с этим не старшие братья, а…

Артур Короленко.

Я моргаю, уставившись в его исказившееся и потемневшее от гнева лицо. Когда он успел войти в мою комнату? Никогда не видела его настолько злым – и чтобы это отражалось на лице настолько явным образом. Как у обычного человека, имеющего проблемы с самоконтролем. Даже два года назад в горах такого не было.

– Объяснитесь, – цедит он в сторону оторвавшихся от окна Медведских.

Егор Медведский морщится, потирая тяжелый щетинистый подбородок.

– Слушай… Наш мелкий, конечно, налажал сейчас, не спорю, но поаккуратней с выражениями в чужом доме, а? И так никаких препятствий не чиним… хотя могли бы. Так что “объясняться” мы будем только перед Батяниным, если уж на то пошло. Он попросил позаботиться о Яне. И не давать ей скучать.

– А, так это забота у вас тут такая? – цедит Короленко. – Лезть к девушке в кровать, пользуясь ее слабостью? Она вам не одна из телок, с которыми вы развлекаться привыкли!

– Я не то, чтобы лез… – Яр восстанавливает равновесие и медленно поднимается со стула, с каким-то особым любопытством глядя на него. – Во всяком случае не с той целью, что вы подумали, Артур Георгиевич. Просто развеселить пытался. Хандрит ведь девчонка. Да и шутки в целом безобидные…

– Сейчас я тебя тоже развеселю, – мрачный взгляд Короленко переходит на Медведского и становится еще тяжелее. – Как насчет легкого полета из окна? Очень весело будет. Гарантирую.

– Пожалуй, откажусь, – быстро отвечает тот.

– Отказ принимается только вместе с извинениями. Перед девушкой.

Я округляю глаза, уставившись на Короленко.

Он хочет, чтобы этот беспардонный Медведский попросил у меня прощения из-за такого пустяка? Его поведение, конечно, довольно дерзкое, но тянет разве что на игривое хулиганство, а не на серьезный проступок с домогательствами. По крайней мере для меня, привыкшей к вечному нарушению личных границ в моей жизни.

Помнится, Глеб Мрачко в свое время даже в спальню ко мне посреди ночи вламывался, когда я спала. Так что после него какое-то дразнительное присаживание молодого человека на край моего одеялка кажется ерундой. Тем более посреди бела дня и в присутствии его старших родственников. Даже если они и не слишком внимательные...

Пока я взволнованно размышляю об этом, Яр оперативно разворачивается ко мне.

– Извини за кровать. Надеюсь, ты не такая обидчивая?

– Всё нормально, – ворчливо откликаюсь я, неловко отводя взгляд от нависающих сверху мужчин. – Просто в следующий раз обратите внимание, что в комнате есть и стулья.

– Следующего раза не будет, – обрывает меня мрачный голос Короленко. – Я забираю тебя с собой.