Текст книги "Натиск (СИ)"

Автор книги: Алексей Осадчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

– Идем, ауринг, – произнесло оно тихо, но отчетливо.

Верена замерла. Ауринг… Откуда он здесь?

Хэйдэльф снова потянул, и Верена вдруг почувствовала легкий толчок магической энергии. Очень знакомой энергии… Первородный поделился с ней своей силой. И она побежала. Полуслепая от боли, задыхающаяся, едва переставляющая ноги.

Маленькое существо вело ее через лагерь, мимо горящих повозок и шатров, огибая сражающихся. Складывалось такое впечатление, что никому до них двоих не было дела.

Они, как невидимые тени, бежали прочь от лагеря. Прочь от зарева. Прочь от всего, что еще час назад было ее армией, ее будущим, ее надеждой на трон отца.

Они нырнули в лес, не оглядываясь. Пушистые ветви елей сомкнулись за ними.

Верена плелась, не разбирая дороги, цепляясь за маленькую руку хэйдэльфа. Она видела энергосистему первородного. Его собственная сила в истинном зрении слегка искрилась из-за маленьких золотистых пылинок, неспешно проплывавших вдоль его энергоканалов, словно следы чьего-то прикосновения. Прикосновения, которое мог оставить только ауринг.

Макс… В груди сквозь боль и усталость робко шевельнулось что-то теплое. Все это время она была не одна…

Глава 14

Брезмон встретил нас своим неповторимым ароматом задолго до того, как впереди показались стены.

Ветер дул с юго-запада, и я невольно поморщился, когда до ноздрей добралась знакомая смесь нечистот, прогорклого жира и чего-то кислого, гнилостного, чему я так и не смог подобрать определение за все свои визиты в этот город.

Справедливости ради, за последние годы я успел побывать в местах и похуже. Взять хотя бы тот же Шеран. Правда, в этом случае сравнение не совсем корректно. Все-таки город побывал в осаде. Брезмон же вонял просто потому, что таким был всегда.

– Ваше сиятельство, – негромко произнес Сигурд, поравнявшись со мной. – Передовые вернулись. На воротах предупреждены, во дворце тоже.

Я кивнул. Соваться в приграничный город с тремя сотнями всадников без предупреждения – верный способ устроить панику. Особенно сейчас, в свете последних новостей, когда нервы у всех на пределе.

А новости были одна хлеще другой. Мне их принесла Вайра, прилетевшая из Брезмона на четвертый день после того, как мы взяли Шеран. В городе мне пришлось задержаться подольше. Много вопросов требовало моего присутствия. Пришлось бросать все дела и спешно скакать в Брезмон.

Главная новость – Оттон Второй разгромил армию коалиции и теперь со всеми своими легионами двигался прямиком на Эрувиль. Подробностей мало, но все уже уверенно говорили о гибели принца Генриха и маршала фон Мансфельда.

Когда я впервые услышал новость о разгроме, почувствовал, как в груди неприятно кольнуло.

Верена… Что с ней? Выжила или погибла? Если выжила, смогла ли скрыться или попала в плен?

Реакция Аэлиры была более эмоциональна. Но это понятно. Оборотни – существа вспыльчивые, а меня с моей стрессоустойчивостью вывести из себя не так уж и просто. Тем более, что подтверждения смерти Верены у нас нет. И, увы, узнать мы пока ничего тоже не можем.

Отправить одну из эфирель на северо-запад прямо сейчас не было возможности. Их и так у меня мало, и они все нужны мне здесь. Надеюсь, один из сородичей Лорина, которого я тайно приставил к Верене, смог ей как-то помочь…

Пришлось усилием воли отгонять мрачные мысли. Они сейчас мне только мешали.

Второй новостью была высадка на южном побережье Вестонии армии северян под предводительством принцессы Астрид и принца Луи. Признаюсь, дочь Острозубого смогла меня удивить. Ведь в ее письме Хельге ясно говорилось, что она намерена высадиться на западе Вестонии и воссоединиться с легионом герцога де Клермона. Тот уже готовил ей «торжественную» встречу. Но не срослось… Интересно, что сподвигло Астрид изменить первоначальный план?

В любом случае, должен признать, смена места высадки оказалось весьма удачным и своевременным решением, особенно в свете гибели принца Генриха. Луи – единственный из сыновей Карла, кто остался в живых. Он теперь наследник и что очень важно – у него есть армия, которая по численности, может быть, даже превышает армию Оттона.

Генрих… Последний раз мы с ним пересеклись в день объявления его наследным принцем. Правда, он демонстративно игнорировал меня. Лишь изредка я ловил на себе его брезгливые и злые взгляды. А еще иногда в них проскальзывала то ли обида, то ли ревность.

Зря он, конечно, злился на меня. Я ведь не виноват, что его папаша превратил ритуал объявления наследника в торжественную церемонию награждения меня.

Своему наследнику Карл уделил от силы четверть часа. Быстренько зачитали указ, и родитель с кислой миной возложил корону на чело сына, при этом даже не вставая с трона. Однако на чествование меня ушла чуть ли не половина всего отведенного протоколом времени, и маслица в огонь добавлял тот факт, что все награды Карл выдавал мне стоя в шаге от меня.

Тут кто угодно на месте Генриха взбесился бы и приревновал. В сущности, король и его коротышка-советник именно такого эффекта и добивались. Столкнуть нас лбами с принцем и его сторонниками.

Но теперь все это уже не важно. «Синей» партии более не существует. Остался тот, кого все уже сбросили со счетов. Эрувиль наверняка бурлит и кипит. Благо, я загодя раздал указания всем своим людям, в том числе обеим тетушкам, как действовать в том случае, если в столице все выйдет из-под контроля.

Представляю сейчас ажиотаж вокруг барона де Леви. По словам Хельги Жан-Луи со дня приезда в Эрувиль с приемов и званых ужинов не вылезал. Он упорно, но в основном безуспешно, продвигал «зеленую» партию при дворе. Я видел его мрачную физиономию на объявлении наследника.

Однако теперь… Барон ведь единственный официальный представитель принца Луи при дворе. Да сейчас его особняк дворяне, ловко переодевшиеся в зеленые цвета, приступом начнут брать. А когда весть о высадке армии северян долетит до Эрувиля, даже боюсь представить, что там начнется. Остается только посочувствовать барону. Хотя это мои личные рефлексии.

Жан-Луи, напротив, будет на седьмом небе от восторга. Это его звездный час, о котором он так мечтал. Главное, что он теперь должен сделать, это объявить, что принц Луи привел армию, дабы спасти своих соотечественников. И рейтинг «зеленых» взлетит выше небес.

Армия коалиции разгромлена, Оттон ведет свои легионы прямо на столицу. Да, ему придется задержаться, чтобы взять несколько крупных городов по пути. Оставлять в тылу незахваченные вестонские города и крепости – это прямой путь к потерям поставок с продовольствием.

Вестонские дворяне, оставшиеся верными клятве Карлу, сидеть сложа руки не будут. Да и от армии коалиции наверняка что-то осталось. В общем, Оттону еще нужно добраться до Эрувиля. Быстрого победоносного марша не получится. Уверен, «спасители Вестонии» Астрид и Луи доберутся до столицы раньше короля Астландии.

Собственно, следующая новость проистекала из предыдущей. И касалась она герцога де Гонди, с которым мне так и не удалось повидаться. Он ушел два дня назад, забрав свое войско, своих дворян и часть купеческих обозов. По донесениям Вайры, герцог спешно выдвинулся на юг, в свои земли.

С одной стороны я был разочарован, ведь мне так хотелось с ним повидаться, но с другой – он мне облегчил задачу. Не пришлось тащить в Брезмон все мое войско. По сути, я сейчас беру контроль над границей всего лишь с тремястами всадниками. Причем без боя. В том, что в Брезмоне кто-то будет сопротивляться моей воле, я очень сомневался.

У меня к Гонди и раньше не было особой симпатии. Ни к самому герцогу, ни к его семейке. Да, с Бланкой мы заключили соглашение и мне понятны ее мотивы, но в то же самое время я понимаю, что маркиза может нарушить свою клятву в любой момент. Как говорится: яблоко от яблони недалеко падает.

Папаша ее за последние полгода уже вон сколько всего успел наворотить. Снюхался с Бофремоном, переметнулся на сторону Оттона. Опять же – устроил откровенный саботаж с поставками продовольствия для моей армии. Плюс все эти тайные переговоры с аталийцами.

Вот и теперь герцог поступил вполне в своем репертуаре. И при этом, как обычно, умудрился пустить всем пыль в глаза. Выставил себя защитником королевства и чуть ли не героем.

Собственно, долго убеждать своих вассалов выдвинуться на юг, герцогу явно не понадобилось. Наверняка они и сами его поторапливали. И плевать им на приказ Карла. О какой защите границы может идти речь, когда прямо сейчас на их землях хозяйничает многотысячная армия северных варваров?

Но и в то, что Гонди, этот перестраховщик, не подстелил себе соломки, мне тоже мало верилось. Вероятно, что-то придумал на случай, если вдруг придется отвечать перед Карлом или тем же Оттоном.

В общем, Гонди рванул на юг, и, как по мне, «король Акитании» в очередной раз намылился сменить сторону с проворством достойным лучшего применения. Не удивлюсь, если узнаю, что перед отъездом из Брезмона Гонди и его дворяне скупили все сукно зеленого цвета.

Пожалуй, его мысли сейчас вертятся вокруг того, как бы поскорее добраться до Луи, чтобы успеть поцеловать зад принца одним из первых. Ведь тот, кто первым преклонит колено перед будущим королем, получит больше всех. А зная Астрид, я просто уверен – Гонди и его вассалы будут обласканы и приближены к его высочеству, а в будущем – и к его величеству.

И получат они намного больше, чем ему дал бы Оттон. Король Астландии, насколько я уже понял, мужик жесткий и сам себе на уме. Наобещать он может золотые горы, а как время придет – как бы остаться при своих.

Юг Вестонии для Оттона и его окружения слишком лакомый кусок, чтобы не откусить от него, а то и вовсе не проглотить его целиком. Видимо, Гонди тоже так думал, вот и сорвался с места, наверняка при этом благодаря всех богов за неожиданную возможность…

Предместья начинались за поворотом дороги. За период сперва первой, а теперь и второй бергонской кампании перед отправкой за границу здесь обычно квартировали вестонские войска.

Предместья, появившиеся на месте самого первого военного лагеря, успели обрасти деревянными постройками и превратиться в приличный поселок. Кузни, конюшни, лавки, постоялые дворы, склады – все то, чем обрастает любое скопление вооруженных людей с деньгами в карманах. Кое-где даже виднелись каменные фундаменты. Жизнь здесь пустила корни основательно.

Но сейчас поселок выглядел притихшим. Лавки работали через одну. Людей на улочках было меньше, чем я помнил по прежним визитам, а те, что попадались нам на пути, двигались торопливо, не поднимая глаз. При виде нашей колонны прохожие прижимались к стенам, пропуская всадников.

Чуть в стороне от дороги, на окраине поселка, виднелось поле, где совсем недавно стоял лагерем герцог де Гонди. Поле напоминало свалку, от которой попахивало не менее ароматно, чем от города. В кучах брошенного хлама копались группки каких-то оборванцев. То, что для многих мусор, для этих ребят – горы сокровищ.

Снова вспомнив о герцоге, я поморщился. С мыслью о том, что он успел свалить до моего появления, я уже свыкся, но вот те купеческие обозы, которые он утащил за собой…

Впрочем, не все так плохо. Не все купцы ушли с герцогом де Гонди. Часть застряла на границе, часть одним большим караваном повернула назад в Эрувиль. С первыми я договорюсь уже сегодня, а за вторыми отправлен десяток гленнов с моими предложениями. Уверен, купцов они заинтересуют. Придется серьезно переплатить, но я готов. Тем более что в Шеране мы обнаружили казну багряных, которая порадовала своим звонким содержимым…

Мы миновали предместья и двинулись к воротам. Впереди над серыми зубцами стен лениво колыхались на ветру выцветшие знамена короля Вестонии и графа де Бриссе.

– Забегали, – хмыкнул Лафор, прищурившись.

На стене у надвратной башни суетились стражники. Кто-то махал руками, кто-то тыкал пальцем в нашу сторону. Ворота были распахнуты. Перед ними, вытянувшись по стойке смирно, застыли несколько десятков вооруженных человек. По центру – массивная фигура, которую я узнал даже на расстоянии.

Надо же, лейтенант Брике. Почти не изменился. Рядом еще двое знакомых: пузатый Жак и его широколицый приятель. Оба бледные и перепуганные. Видать, весть о том, кто именно едет, произвела на гарнизон должное впечатление.

Вайра, весело хихикая, рассказывала мне, что о битве у стен Шерана в Брезмоне уже ходят невероятные и противоречивые слухи. Как только в этих россказнях багряные ни умирали. Версия с огнем тоже активно озвучивалась. Только по слухам – это пламя обрушилось на демонопоклонников прямо с небес, ниспосланное самим Праотцом. Отсюда и реакция людей на мои знамена.

Когда до ворот оставалось шагов тридцать, я натянул поводья и позволил себе несколько мгновений просто понаблюдать за суетой.

Брике стоял по центру, развернув плечи и задрав подбородок. Кольчуга начищена, меч на поясе, борода расчесана. Явно готовился. За его спиной в две шеренги выстроились стражники Шерана, а на стенах маячили легионеры. Эфирель доложила, что в городе осталось около двух когорт.

Жак и широколицый стояли по бокам от лейтенанта. Пузатый заметно дрожал и старательно втягивал живот. Его приятель замер с каменным лицом, уставившись в точку где-то над моей головой. Оба выглядели так, словно проглотили по ежу.

Я подъехал ближе. Брике шагнул вперед и гаркнул:

– Смирна!

Голос у него не изменился. Ревет, что тот раненый медведь.

Стражники и без того стояли по стойке смирно, но после окрика, кажется, перестали дышать.

– Ваше сиятельство! – Брике отсалютовал, приложив кулак к груди. – Гарнизон Брезмона к вашему прибытию готов! Лейтенант Брике, командир городской стражи!

Я остановил коня в нескольких шагах от него и молча кивнул. Взгляды наши встретились.

Сперва лейтенант просто смотрел на меня так, как положено смотреть на прибывшего маркграфа, – почтительно, с ожиданием и с некой опаской. Но через мгновение что-то в его глазах дрогнуло. Зрачки чуть расширились. Тяжелые брови поползли вверх. Я буквально видел, как шестеренки в его голове со скрежетом провернулись, совмещая лицо маркграфа де Валье с чем-то, что хранилось в памяти старого служаки.

Его губы беззвучно шевельнулись.

«Циркач?..»

Я едва заметно качнул головой. Не здесь, лейтенант. Не сейчас.

Брике понял мгновенно. Моргнул, громко сглотнул, затем стиснул челюсти и вытянулся так, что, казалось, стал на полголовы выше. Кулак, прижатый к груди, побелел от напряжения.

– Благодарю за службу, лейтенант, – произнес я, трогая коня.

Когда я проезжал мимо, краем глаза заметил, как Брике облегченно выдохнул и расслабил плечи. Из него словно вытащили невидимый штырь.

Колонна двинулась через ворота. Копыта гулко загрохотали по камням. Жак и широколицый пожирали глазами проезжавших мимо всадников, знамена, оружие. Ни один из них даже не посмотрел мне в лицо. Не узнали.

Впрочем, тогда, на парапете стены, у меня была черная улыбка до ушей и темные тени на веках. А сейчас… Представляю их рожи, когда Брике им поведает, в кого на самом деле они метали свои ножи в тот день.

Улицы Брезмона не изменились. Те же серые каменные дома, те же узкие кривые переулки, та же вонь, что лезла в ноздри с настойчивостью голодного клопа. Разве что людей стало поменьше. Многие лавки были закрыты, а на перекрестках вместо привычной торговой суеты стояли кучки горожан, о чем-то негромко переговариваясь.

При виде колонны всадников разговоры стихали. Люди расступались, прижимаясь к стенам, провожая нас настороженными взглядами. Но я не видел в этих глазах страха. Скорее, напряженное ожидание.

Впрочем, когда люди разглядели королевские знамена, кое-кто заметно расслабился. Один бородатый торговец, стоявший у распахнутых дверей своей лавки, даже неуверенно улыбнулся.

По мере приближения к центру города я отметил, что на улицах стало попадаться все больше вооруженных людей. Не городская стража – легионеры. Экипировка в надлежащем состоянии. Двигались четко, группами, не шатались без дела. Дисциплина явно железная. Захотелось познакомиться с их командиром.

Дворец графа де Бриссе показался за очередным поворотом. У парадного входа меня ждали.

Делегация выстроилась полукругом на площадке перед широкими ступенями. Человек двадцать, может, чуть больше. Местные дворяне и несколько горожан в дорогих одеждах, вероятно, представители городского совета.

Возглавляли делегацию двое.

Первого я узнал сразу. Граф де Бриссе почти не изменился с нашей последней встречи. Невысокий, полноватый, с круглым лицом и жидкой бородкой. Гардероб графа претерпел изменения заметно в лучшую сторону. Видимо, за последние годы казна Брезмона изрядно пополнилась за счет всех проходивших здесь армий. Граф держался прямо и старался выглядеть уверенно, но я видел, как его пальцы нервно теребят перчатки.

Рядом с де Бриссе стоял человек, являвшийся полной противоположностью графа. Высокий, широкоплечий. Лицо загорелое, обветренное, с тонким шрамом через левую бровь. Стоял он спокойно, без суеты, руки сцеплены за спиной. Облачен в костяной доспех страйкера. Плащ легионера скреплен офицерской фибулой. Судя по насечкам во внутреннем круге фибулы, передо мной лейтенант. Хотя, когда я его видел последний раз, он был капитаном. И командовал он не легионерами, а телохранителями принцессы Адель.

М-да… Похоже, после того покушения на принцессу возле храма карьера капитана де Скалона, а это был именно он, пошла под откос. Карл из-за страха за жизнь внучки весь свой гнев обрушил на ее телохранителя.

Хм… Страйкера в легион лейтенантом… Жестко. Хотя подозреваю, если бы не магический дар, Карл отправил бы капитана еще дальше.

А вот то, что Скалон, несмотря на позорное понижение, продолжает нести службу, многое говорит о его верности короне. Другой боевой маг, да еще и в ранге медиуса, на его месте не стал бы тратить свою жизнь на служение неблагодарному правителю. Вспомнить тех же страйкеров, переметнувшихся к Дикому герцогу. Да и правители других государств охотно приняли бы на службу одаренного.

Его взгляд я почувствовал еще до того, как спешился. Спокойный, внимательный, оценивающий. Так смотрят люди, привыкшие определять угрозу по мелочам, по движению рук, по посадке в седле, по тому, как человек носит оружие. Профессиональный взгляд. Без подобострастия, без враждебности. Просто – оценка.

Но и напряжение тоже присутствовало. Это было заметно по его энергосистеме. Вряд ли он не знает, что перед ним абсолют.

Я спешился и двинулся к ступеням. Граф де Бриссе шагнул мне навстречу, склонив голову в поклоне. Его примеру последовали остальные встречающие.

– Ваше сиятельство! Для нас большая честь приветствовать вас в Брезмоне!

Голос у него слегка подрагивал, но держался граф достойно. Годы практики с именитыми и влиятельными гостями давали о себе знать.

– Граф, – я ответил на поклон и окинул взглядом площадку. – Благодарю за встречу. Вижу, в городе спокойно. Несмотря на скверные вести.

Де Бриссе позволил себе тяжелый вздох. Граф, как и раньше, отыгрывал этакого провинциала, чуть растерянного и неуклюжего, но с хитринкой в глазах. Я помнил этот взгляд. Граф может выглядеть простачком, но идиотом он никогда не был.

– Вы правы, ваше сиятельство, – кивнул он. – Последние дни дались нам всем непросто. А порядком в городе мы прежде всего обязаны командиру легиона его величества.

Граф полуобернулся и уже было открыл рот, чтобы представить мне стоявшего рядом с ним мага, но я его опередил:

– Капитан де Скалон, приветствую вас!

Мне удалось его удивить, причем я намеренно назвал его капитаном.

– Ваше сиятельство? – озадаченно произнес он, даже не заметив мою «оговорку». – Насколько я помню, мы не представлены друг другу.

– Все верно, – кивнул я. – И считаю этот факт досадным упущением с моей стороны. Господа!

Я повысил голос и обвел взглядом всех присутствующих дворян Брезмона. Те, навострив уши и вытянув шеи, внимательно ловили каждое наше слово.

– На тот случай, если вы еще не осведомлены. Перед вами человек, благодаря профессиональным действиям которого была спасена принцесса Адель! Я видел собственными глазами, как капитан де Скалон и его бойцы, самоотверженно рискуя своими жизнями, сражались с негодяями, покушавшимися на драгоценную жизнь ее высочества. Хочу также заметить, что противники превосходили численностью отряд капитана де Скалона. Более того, среди нападавших были боевые маги.

По мере того как я говорил, глаза бывшего телохранителя принцессы становились все шире и шире. Его нижняя челюсть поползла вниз.

Окружившие нас дворяне дружно и возбужденно зашумели. Похоже, большинство из них даже не догадывались об этом факте в биографии де Скалона.

Тем временем, на мгновение ошарашенный и растерявшийся под моим напором Скалон, подался слегка вперед и негромко произнес:

– Но откуда? Эти подробности…

– А об этом, мессир, мы поговорим с вами позднее, – так же негромко ответил я ему, многозначительно указав глазами на галдевших дворян.

– Что же касается цели моего приезда! – я снова повысил голос, и все тут же замолчали. – После позорного и трусливого бегства герцога де Гонди, бросившего границу на произвол судьбы, защита рубежей королевства переходит под мою руку! Отныне и до особого распоряжения его величества гарнизон Брезмона, а также все воинские силы, расположенные в городе и окрестностях, поступают под мое командование!