Текст книги "Академия (СИ)"

Автор книги: Алексей Свадковский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Интерлюдия

Интерлюдия

Удостоверение легло на стол. Расул провёл по нему пальцем руки.

– Настоящее, – констатировал он. Затем посмотрел на Котлова. – Но здесь оно власти не имеет.

– Оно имеет власть везде, где расправил свои крылья двуглавый орёл, – не опустив взгляд, возразил Котлов, констатировав про себя: – «Авторитет Тайной канцелярии падает. Раньше одного блеска двух букв „ТК“ хватало, чтобы такие, как он, чуть ли не на коленях ползали перед ним, лебезя. А сейчас обнаглели – силу почувствовали. Хорошо, но для его вопроса плохо».

– Что интересует? – буркнул Расул, продолжая буравить взглядом Котлова.

– Дом генерала Куропаткина, – ответил он.

– Не наши, – почти сразу последовал ответ. Расул едва заметно облегчённо выдохнул. Несмотря на свою храбрость, ссориться с Тайной канцелярией он всё же не хотел.

– Скорее всего, какие-то гастролёры сработали, – уточнил он, чуть подумав. – Мне не представлялись, разрешения на работу не просили, долю от дела не занесли. Так что я бы и сам с этими субчиками с удовольствием пообщался.

Котлов молча сидел, слушая его. Волнение есть, но запах тела не поменялся, мышечные признаки тела также отсутствуют – значит, ему говорят правду. Значит, всё ещё уважают. Всё-таки не вольные, выходит. А кто?

Оставалась последняя зацепка.

Глава 11

Глава 11

– Твое, – я кивнул на контейнер, который поставил на стол. – Одну ампулу нужно выпить перед тем, как в тебя начнут переливать силу. Первые приливы – самые мощные, поэтому усилитель нужно выпить сразу перед тем, как распечатают ядро.

Вика кивнула, продолжая рассматривать контейнер. Черные круги под глазами, руки слегка потрясывает, кровь постоянно идет из носа. Истощение постепенно брало свое, и даже те «Огоньки», что я выделил из своих запасов, не особо помогали. Дар совсем слабенький.

– А его хватит, чтобы поднять? – задумавшись, уточнила она у меня.

– Должно. Здесь нижняя тройка, свежая, только извлеченная из твари. Меньше недели прошло с момента, как его извлекли. Так что силы здесь хватает. Да и усилитель должен помочь. Главное – не захлебнись от избытка силы. Вторую «Пиявку» выпей на второй или даже третьей процедуре, когда первоначальный прилив силы пройдет. Софья Андреевна будет за тобой наблюдать, так что все должно быть хорошо.

Вика кивнула, даже не прислушиваясь к моим словам, продолжая рассматривать контейнер с ядром.

– Знаешь, а я ведь была уверена, что умру. Поэтому и вела себя так, словно завтра нет. Я ведь не такая, Вань. Просто умирать очень страшно, особенно если ты толком и не жил. А сейчас с этим… я ведь могу прожить и год, и два, а может, и целую жизнь. Спасибо тебе за все.

Не зная, что сказать, я ее тихо обнял, прижав к себе.

* * *

Полигон

Начало занятий откладывалось. Замерев в кабине, прижав к глазу подзорную трубу, я рассматривал крестоносца. Барон Кисельбах неожиданно появился на полигоне, начав тренировки. Правда, не совсем понятно, зачем. Но учитывая приказ генерала помогать ему во всем, начало наших занятий перенесли на потом, предоставив возможность посмотреть вблизи на современный тяжелый мех. У Кисельбаха тяжелый мех был собран в снайперской модели: одно единственное массивное орудие с длинным набалдашником. В соседней руке – щит-опора, служивший также дополнительной защитой для меха, с сошками для массивного ствола. При стрельбе орудие укладывалось на щит в специальную выемку и после выстрела гасило отдачу, позволяя тратить меньше времени для прицеливания. Плюс на внутренней стороне щита крепилась дополнительная обойма для ускоренной перезарядки – магазин на четыре выстрела, заряды чуть более мощные, чем мои. Да и дальность благодаря длине ствола намного выше: если я мог уверенно вести стрельбу с расстояния до километра, то Кисельбах мог вполне уверенно накрывать тварей с полутора, а то и двух километров, благодаря прекрасной оптике. Массивная башня на торсе машины, две панели из закаленного стекла пересекали ее горизонтально и вертикально, создавая своеобразный крест и давая хороший обзор.

Мощная машина почти под семьдесят тонн весом, массивный клевец закреплен за спиной на случай ближнего боя. И двое ландскнехтов на случай прикрытия вблизи. Они же осуществляют перезарядку. В каждом из них за спиной в рюкзаке по три дополнительные обоймы, плюс широкий нож и легкий пулемет с ленточной подачей патронов. Удобно. Плюс боезапас в самом крестоносце. Там еще зарядов сорок. Солидно.

У нашей тройки в прямом столкновении – без шансов. Я на своем «Носороге» пока дойду на дистанцию эффективного огня, меня уже на части разберут. Давид на своем «Вулкане» тоже ничего не сможет противопоставить. Только Вика имеет шанс добежать и сблизиться. Но только что она со своими пистолетами сделать может? Разве что меха поддержки расковырять. Только если действовать из засады или использовать рельеф местности…

Выстрел снова ахнул над полигоном. Тяжелый снаряд, взрыхлив землю, упал метрах в трех от условной твари, вынырнувшей из-за макета дома. Картонный стенолом пошел на сближение. Свита, не сумев среагировать, зачем-то стала поливать его из пулеметов, хотя шкуру твари они даже пробить не смогут. Разве что отвлечь. Они должны попытаться сблизиться, используя свои ножи, отсекая тварь от барона, давая ему время на перезарядку или шанс воспользоваться вторым оружием за спиной. Барон замешкался, явно не зная, что делать, теряя секунды. Его дружинники, сообразив (или получив команду), пошли на перехват.

Макет ускоряется, имитируя тварь, набравшую разгон. Новый выстрел – и опять мимо. Кисельбах, нарушив правила безопасности, открыл стрельбу, когда возле цели были другие мехи. Снаряд лишь чудом никого не задел, ударив в паре метров от твари. Барон, торопясь, явно сбил прицел, попутно распугав свое прикрытие. Те, чуть не получив стомиллиметровый гостинец в кабину, отшатнулись назад, позволив мишени проскочить между ними и ударить по тяжелому меху, который они были призваны защищать.

Над полигоном раздался рев сирены, появились зеленые флажки, знаменующие собой, что стрельбу нужно прекратить, орудие поставить на предохранитель, а пилотам покинуть кабины мехов.

– Результат неудовлетворительный: из четырех мишеней условно поражены две, лишь по одной было прямое попадание. На предельной дистанции и вовсе ни одного. Атакующая мишень смогла сблизиться на дистанцию для удара. Ваш мех был условно поврежден или уничтожен. Кроме того, вы допустили нарушение правил безопасности во время тренировки, произведя выстрел вблизи других мехов, что строжайше запрещено. Я должен буду отметить это в своем рапорте.

Генрих недовольно кивнул. Дед был прав, требуя возвращения к прерванным занятиям. То, что оказалось незыблемым, внезапно стало призрачным. Столица, веселая жизнь, местные красавицы и лихие кутежи внезапно могли исчезнуть, уступив место казарме, реальным боям, крови, грязи и смертельному риску. Он, барон Кисельбах, внезапно мог оказаться на фронте с настоящими тварями, одну из которых он лишь раз видел вблизи, да и то мертвой. И всему виной был он, Соболев, сейчас выводящий свой мех на полигон, готовясь к стрельбе. Впереди него мелькнула легкая «Саранча». Явно перейдя в режим ускорения, она вырвалась вперед. Сбоку от тяжелого «Носорога» застыл «Вулкан», водя из стороны в сторону соплами огнеметов, выискивая возможные цели. Далекие хлопки, и к небу взметнулся красный столб дыма, затем еще один и еще. Реагируя на это, Соболев вскинул свои два орудия и сделал прицелочный выстрел. Снаряд ушел в сторону дымов. Стандартная тактика: разведчик нашел цели и начинает, провоцируя, выводить их на тяжелый мех, одновременно давая Соболеву направление целей, приблизительное их количество. Сегодня они отрабатывают навесной огонь.

Столб взрыва. Генрих прильнул к прицелу: недолет. Связь была неустойчивой: каменки-говорилки, установленные в мехах, передавали слова лишь шагов на сто. Из-за камней в него ударил ветровой столб, две зеленые вспышки, одна синяя. Новый выстрел, затем еще один, корректировка. И, наконец, залп из шести снарядов. Взрывы еще не успели отгрохотать, как из-за кустов и деревьев вынырнули условные кислотники – здоровенные шары, больше похожие на коричневые мешки, набитые соломой. Их встретил настоящий поток пламени: Давид, выдвинувшись вперед, накрыл всю стаю могучим потоком огня, не дав даже шанса сблизиться с охраняемым им объектом.

– Давид, молодец! – начальник полигона, похвалив одаренного, приник к биноклю, наконец дождался результатов стрельбы. – Две из трех целей поражены. Условное накрытие без прямой видимости цели зачтено. – Он сделал пометку в блокноте и после этого посмотрел на барона: – Я вас больше не задерживаю.

Генрих кивнул и направился к дверям, задумавшись о чем-то своем.

* * *

Меня разбудил посреди ночи громкий стук в дверь. Убрав с себя ногу Вики, я направился к ней и, распахнув, увидел лицо встревоженного коменданта общежития.

– Срочно собирайся. Тревога. Пробой открылся в сорока километрах от города. Приказано на защиту города отправить наиболее подготовленные части курсантов.

Я торопливо бросился к шкафу с одеждой.

– Лещинская, марш к себе! – взревел Сильвер, увидев голову Вики, сонно оторвавшуюся от подушки. – Приказано направить всех наиболее боеспособных, и ты, как ни странно, вошла в их число.

Вика сонно кивнула, нимало не смущаясь коменданта, и пошла к себе прямо в ночнушке.

Спустя пять минут мы уже были в мотоповозке, и она вместе с нами троими рванула к ангарам. У мехов уже суетились техники, загружались снаряды. В баки Давида заливали огнемётную смесь. Я торопливо натягиваю костюм пилота, поправляю шлем, затем взбираюсь по лесенке наверх. Опять ожидание – мех пока не активирую, не стоит раньше времени будоражить источник. Провернул по кругу тумблер, лишь активировал на приём камень-говорилку.

Ожидание. Ещё одна мотоповозка, вылетев из-за угла, замерла возле ангара с тяжёлыми мехами. Из машины выбежали три фигуры и скрылись там. Ворота распахиваются, в дверном проёме показался тяжёлый «Крестоносец» Кисельбаха. Машина неторопливо выходит из ангара, а я слышу в переговорнике голос капитана Горохова:

– На посадочную площадку. Срочно, вас будет забирать дирижабль.

Ни хрена себе! Я их только в небе видел, и то пару раз. Это что ж там такое происходит?

Толчок импульса – ядро, просыпаясь, начинает выплёскивать силу. Мой «Носорог» натужно ревя, делает первый шаг вперёд. Я не спеша выхожу из дверного проёма, стараясь не смести его неосторожным движением. Следом выбегает Вика на своей «Саранче». Из своего ангара выныривает Давид на «Вулкане». Выстроившись цепочкой, мы двигаемся вперёд. Позади – барон со своими ландскнехтами.

Взлётно-посадочная площадка располагается недалеко от ангаров. В небо торчат причальные мачты, а вдали, приглядевшись, я увидел неспешно плывущую тушу цеппелина – двухсотметровый гигант неспешно снижается, готовясь сбросить якоря. На площадке суетится причальная команда. Вниз летят якоря – один, второй. Их фиксируют возле мачт. Начинается спуск, одновременно раскрывается трап-днище – широкий стальной мостик, ведущий внутрь дирижабля. Рядом выстраиваются техники со светящимися жезлами, на сигналы которых я и ориентируюсь, выдвигаясь вперёд на своём «Носороге». Шаг, ещё шаг. Мостик вибрирует под тяжёлой тушей «Носорога». Чуть левее принять, ориентируясь на световой сигнал техника. Ещё шаг. Теперь прямо. Продолжить движение. Наконец замереть возле крана-фиксатора, чуть развернуться. Техники фиксируют мой мех: накидывают браслеты на ноги, обнимают цепями торс меха. Я дёрнул рычаг, раскрывая бронемаску меха, затем раскрыл купол кабины пилота и крикнул вниз суетящимся техникам:

– Нам долго лететь? Мне глушить ядро или держать его в активном режиме?

– Не знаем, – последовал ответ.

Закончив со мной, бросились к «Саранче» Вики, а там уже и «Вулкан» Давида на подходе.

– Ладно, ждём.

Показался наконец офицер, подбежал ко мне, быстро раскрыл планшетку и крикнул, задрав голову:

– Ты старший?

– Нашего звена – да, – ответил я.

– Слушай внимательно, – крикнули мне в ответ. – Прорыв серьёзный, больше двадцати тварей. Вас поставят на флангах, будете прикрывать железнодорожную станцию и мост. Мост – это приоритет. Хоть все там сдохните, но его необходимо сберечь. Основное ядро тварей километрах в тридцати от вас, по идее выйти на вас не должны, но всё же рисковать не стоит – слишком важный объект. Лордов или мозговиков вроде не было обнаружено, но, учитывая количество тварей, вполне могут быть, так что проявляйте осторожность. Сигналы стандартные: две красные ракеты – вступили в бой, три зелёные – нужна помощь, всё по книге сигналов. Держи, – он бросил мне планшет с картой внутри. – Я отметил, где вы должны разместиться. Ваша тройка прикрывает станцию, «Крестоносец» со своими – мост. Оказываете помощь друг другу по мере необходимости. Объекты защиты не покидать. Это приказ.

– Я понял, – ответил я, затем уточнил свой вопрос по поводу ядра и дождался команды:

– Можешь глушить, нам лететь не меньше двух часов. Нечего силу понапрасну расходовать.

Кивнув, я развернул карту местности. Три синих квадратика расположены вокруг станции, красные стрелки указывают примерное направление, откуда двинутся твари, зелёные квадраты отметили наших союзников. Неровная линия окопов полукругом охватывает станцию – на ней, оказывается, размещён гарнизон: рота солдат с двумя пулемётами. Ну что же, тоже неплохо, хотя бы мелочёвку смогут отсечь.

Что ж, ждём. Прикрыв глаза, я попытался расслабиться, но наверху затарахтели пулемёты: один, второй. Затем по дирижаблю что-то ударило, заставив трястись стальную тушу. Один из моторов, захлёбываясь, взревел и замолчал. Ещё один удар. Стрельба пулемётов не стихает.

– Давайте, родненькие, – взмолился я, представив, что будет, если нам выбьют ещё один или два мотора. Мы же тут все живьём сгорим, если не погибнем при падении.

Бой идёт, а я понял, что хуже нет вот этого бездеятельного ожидания. Лучше бы я был там. Пускай бы по мне стреляли, пытались сожрать, но я видел бы, что происходит, боролся, защищал. А вот так стоять и ждать, доверив свою жизнь в чужие руки…

Но, кажется, начало стихать. Моторы ревут, умолк один пулемёт, спустя несколько секунд – второй. Снова ожидание. Спустя час появился знакомый офицер, что дал мне карту.

– Подлетаем, заводись! – проорал он и побежал дальше.

Наконец-то! Активирую ядро, закрываю стеклянную сферу и, дёрнув рычаг, захлопываю бронированную маску кабины. Проверка систем – всё вроде в порядке. Несмотря на общий износ механизмов, мой «Носорог» достаточно функционален.

Кажется, снижаемся. Лёгкие толчки – видимо, мы сбросили якорь, затем второй. Сейчас они должны за что-то зацепиться, позволив зафиксировать дирижабль. Похоже, удалось. Сильный треск, хруст – наше днище что-то сминает. Замерли. Начинают бегать техники, снимая фиксаторы, развязывая цепи. Падает трап, впуская дневной свет. Выходит, уже утро. По очереди мехи покидают наш дирижабль. Мой «Носорог» снова неторопливо бредёт вперёд, ориентируясь на взмахи светящихся жезлов посадочной команды.

Выбрались наконец. Оглядываюсь назад и вижу на стальном боку цеппелина дымящийся мотор, из которого кто-то вырвал кусок металла. Ещё несколько рваных дыр в самом цилиндре. К счастью, пространство внутри разбито на сотни ячеек, и повреждение нескольких не сильно сказалось на остальных.

Оглядываюсь по сторонам, сверяясь с картой. Нахожу ориентиры: небольшая церквушка, водонапорная вышка, а вот и сама станция, и рельсы, бегущие вдаль от неё. Кажется, нам туда.

– Давид, Вика, за мной! – скомандовал я, начав движение вперёд.

– При командовании положено обращаться по позывным, – донеслось из переговорника.

– Если в округе появится ещё одна Вика, я это учту, – пробормотал я, щёлкнув переговорником.

Осторожно идём по дороге. Одна из моих ступней сминает телегу с капустой, брошенную на самой окраине.

– А вот нехер бросать имущество, препятствуя движению тяжёлой техники, – буркнул я.

А вот и солдаты нас приветствуют, машут шапками – фигурки в сером с винтовками в руках. Спокойно, парни, вас не бросили и не забыли. Хотелось бы помахать в ответ, но для этого нужно остановиться, раскрыть маску, затем стеклянную сферу, что категорически нельзя в условиях возможной атаки врага. Так что не обращаем внимания и движемся вперёд.

– Давид, ты вбок и шагов на сто от меня. Вика, ты позади меня. Без моей команды ничего не предпринимай.

– Поняла, – донеслось в ответ.

Может, стоило бы провести разведку. Но вокруг тайга, и станция, которую мы прикрываем, выглядит как крохотный островок посреди зелёного моря. Вокруг лес, где многие деревья величиной с Викину «Саранчу», а то и выше. И тварей она сможет обнаружить в этой чащобе, лишь столкнувшись с ними нос к носу. А там у неё шансов практически нет. Так что не геройствуем – стоим, ждём. У нас задача не поиск и уничтожение, а прикрытие и защита.

Кисельбах и вовсе расположился посреди моста, расставив своих дружинников по его бокам, а сам, выставив орудие на щит, замер в ожидании, как и я.

В будущем даже воздух по счётчику. А власть у того, в чьей крови правильный ДНК… /reader/596689

Глава 12

Глава 12

Первых тварей заметил я, что, впрочем, и неудивительно, учитывая, что мой мех был выше всех, а бинокль был только у меня как у командира тройки, да и тот личный. Хотя это бред – оптика должна быть у всех пилотов, а не только у командиров, но уставы, увы, писал не я.

– Приготовьтесь, – скомандовал я. – Есть контакт: северо-запад, ориентировочно шесть километров. Вика, отсигнализируй нашему барону и вперёд не суйся.

Крохотные чёрные точки появились на горизонте, постепенно увеличиваясь. Я приложил трафарет к стеклу, пытаясь определить размеры. Точно тройки – учитывая расстояние, каждая из чёрных отметок метров двадцать высотой. Ещё бы понять, что к нам идёт и кто. Способности, уровень бронирования… Как же не хватает нормальных биноклей! Нам доверяют многотысячные машины, а экономят на биноклях. Дурота.

Да сколько же вас? Пока устойчиво видно три. Хотя нет, вот и четвёртая – её смазал и прикрыл собой силуэт твари, идущей впереди. Может, пройдут?

Хотя нет, двигаются в нашу сторону.

– Вика, пускай ракеты – теперь уже нечего себя скрывать.

Две красные ракеты взмыли в небо. На станции судорожно сейчас отбивают по телеграфу о нападении. Меня охватывает лёгкий мандраж – первый бой как-никак.

До тварей километра три, и я наконец смог их разглядеть. Первый – стеноголов. Массивная тварь с широкой прямоугольной головой и коротким тупым рогом. В памяти словно само собой всплывает всё прочитанное про неё. Может брать разгон при рывке, может развивать скорость до шестидесяти километров. Близко подпускать нельзя: на ускорении двигаться долго не может, но с трёхсот метров может рвануть, а дальше – короткий гравитационный удар, способный раскалывать камни и рвать как бумагу, металл. Опаснейшая тварь, уничтожившая немало мехов. Прочная шкура, нечувствительность к боли, вес – тонн под сто.

Рядом – крикун. Этот менее опасен. Основная сила – в акустическом ударе, который он создаёт с помощью широкого раскрытия пасти и усиливает с помощью объемного воротника, развёрнутого вокруг шеи. Он оглушает жертв с помощью крика, а дальше вступают в дело когти, зубы и длинный тонкий хвост, которым он так же активно действует. Опасен для незащищённых людей, но против мехов особой угрозы не представляет благодаря защищённости кабины. Но близко такую тварь не стоит подпускать из-за высокой скорости и подвижности.

Третья тварь – что-то незнакомое. Какая-то химера, смесь разных типов тварей: широкая пасть, короткие ноги. Эти крохотные ножки делали её отдалённо похожей на бегемота. Тело покрыто массированными бронированными пластинами, с крохотными глазками, упрятанными в глубине массивного черепа.

А четвёртая тварь – я даже приблизительно не мог понять, что это такое. Больше всего похожа на самопередвигающуюся кучу навоза, из которой торчали кучи отростков, беспрерывно подхватывавшие всё в пределах доступного: деревья, кусты, мелкую живность и даже птиц, имевших глупость не убраться с пути этих тварей.

Ну и под конец – пятый, вынырнувший со стороны и не замеченный мной ранее. Он двигался в стороне от основной группы. Каменная горилла – тварь, чем-то напоминающая этих животных, опирающаяся при ходьбе на все четыре конечности, но способная передвигаться и на ногах. Крайне опасна: способна далеко прыгать, очень прочная шкура, нечувствительная к малым калибрам, колоссальная физическая сила, позволяющая массивным рукам рвать и ломать всё доступное, плюс режим берсерка – когда она, впадая в раж, буквально удесятеряет свои физические возможности. Высокий интеллект – правда, без всяких ментальных штучек, слава Богу. И двигалась она целенаправленно к мосту.

Твою мать… И как мы это всё убивать будем?

Я прикидывал расстояние. Боезапаса не так много – всего сорок снарядов. Хотя вместе с нами должны были выгрузить дополнительные боекомплекты, да кто ж нам их даст восполнить во время боя? Так что палить просто так нельзя. А значит, ждём. А нас ведь тоже заметили.

Горилла продолжает двигаться в сторону моста, вдали от основной группы – словно разведчик-диверсант. А вот основная группа монстров разделилась. Стенолом двинулся в сторону, смещаясь восточнее. Бегемот, наоборот, двинулся сразу на нас. «Травяной мешок» – так условно я назвал тварь с отростками – чуть замедлив скорость, стал смещаться за бегемотом, набирая массу, поглощая всё доступное вокруг себя. Крикун тоже чуть отстал, словно чего-то выжидая. А чего?

Бегемот тем временем, широко раскрыв пасть, начал втягивать воздух, словно огромная воронка. Километра два. Массивная тварь, захлопнув пасть-воронку и ускоряясь, продолжает переть вперёд прямо на меня, явно выбрав главной целью для атаки. Вот только какой – я не мог понять. Огромная туша начала разрастаться – втянутый воздух словно что-то в ней включил, и ее буквально начало распирать изнутри. Короткие ноги, несмотря на свои размеры, шустро тащили вперёд гигантское тело, которое только продолжало увеличиваться в размерах.

Метров восемьсот. Пора.

Первый залп – два коротких выстрела. Один – недолёт, второй лёг чуть в стороне. Ещё один выстрел – снаряд рикошетом отлетел от массивной туши. Та продолжает раздуваться. По толстой шкуре начали разбегаться огненные прожилки. Тварь распирало, словно мешок с дрожжами, готовый лопнуть в любой момент.

Да быть не может! Потрясённый своей догадкой, я начал палить, не думая уже ни о чём.

Пятьсот метров. Сразу два снаряда ложатся перед бегемотом. Третий отлетает от массивного черепа, заставив тварь лишь дёрнуть головой. Следующий выстрел – снаряд отлетает от массивной грудной пластины, оказавшись бессильным пробить её. Следующий снаряд – опять рикошет. Я целюсь в голову, пытаясь попасть в глаза. Выстрелы грохочут один за одним, стволы орудий раскалились. Не попасть! Да твою же мать!

Метров триста…

Так его не пробить. А что, если опустить орудия чуть ниже? В корпус эту тварь нельзя, но ноги… Короткие лапки, что толкают тело вперёд. Целься в них. Тут нужно попасть. Спокойно, Вань. Давай. Целься не туда, где они сейчас, а туда, где будут потом.

Траектория движения, угол высоты, доворот корпуса для лучшего угла атаки. Короткая очередь из двух снарядов. Один – опять рикошет, бессильный пробить, отлетел от бока твари. А вот второй попал куда надо – прямо в короткое колено. Разбив коленный сустав, он взорвался, разнеся всю ногу, заставив тварь рухнуть на землю. Та, упав, проехалась по земле, попыталась встать, взревела, но три короткие лапы без четвёртой не смогли поднять бронированную тушу. Красные венозные прожилки начали пульсировать всё ярче, наливаясь красным. А потом последовал взрыв. Вспышка на миг ослепила меня, заставив опустить голову. Волна взрыва бросила в стороны комья земли, мусор, куски деревьев и плоти. Бронированные пластины, словно осколки снарядов, забарабанили по меху, заставив его трястись от ударов.

«Успел», – это всё, что сейчас крутилось в голове. Дай я пробежать твари ещё метров сто – мне бы точно не поздоровилось. Мех от взрыва могло бы перевернуть, а встать бы мне уже никто не дал. Потому что крикун, всё это время державшийся позади, пошёл в атаку. Умная тварь – наверняка выжидала, пока взрывной бегемот достанет нас, устранив главную угрозу, и опасалась сама попасть под взрыв. Хитро.

Я быстро бросил взгляд на счётчик снарядов – семнадцать штук, меньше половины. Стенолом в паре километров от нас начал брать разгон, его пока не достать. Крикун, задрав голову, издал пронзительный визг, и из леса на нас побежали твари помельче – иглоплюи, похожие на тех, что я видел в Меловодье.

«Травяной мешок» тем временем продолжил движение вперёд. Подхватив щупальцем массивный валун, он с размаху запустил им в меня, целясь в кабину. Каменюка, не долетев, упала шагах в тридцати от меня. Но следом за ним полетела вырванная с корнями сосна, сразу дав понять, что спокойно постреливать, стоя на месте, нельзя. Попади в меня тот валун – не факт, что выдержит защита кабины, а орудие он и вовсе разнесёт на куски. Нужно двигаться. И для начала вперёд.

До крикуна пара километров. Тварь продолжает вопить. И её вопль, несмотря на расстояние, бьёт по разуму всех, кто его слышит. Солдаты в траншее валятся на землю, зажимая уши. Пулемётчик, попытавшись дать очередь, рухнул без сознания, задрав вверх ствол оружия. А из леса к ним, к беззащитной станции и деревушке возле неё, неслись десятки ядоплюев, готовых вонзить клыки и когти в беззащитную плоть.

Поток пламени их накрыл сразу. На вырубке, которую по закону проводили вокруг всех деревень, густое красно-бордовое пламя ударило почти на сто метров вперёд, ведомое силой и яростью пилота. Плотная струя накрыла собой сразу дюжину тварей, и те, воя, покатились по земле, силясь сбить охвативший их огонь. Сбоку затарахтели пистолеты-пулемёты Вики, ударившей по двум тварям, вынырнувшим из подлеска чуть в стороне от остальных. Ускорившись, они почти достигли окопов, когда их накрыли выстрелы девушки. Сначала одна, получив пулю, с воем покатилась по земле, затем вторая рухнула в десятке шагов от траншеи, получив сразу две пули в корпус. Смена магазинов – и снова стрелять.

Твари рассеялись, попытались обойти защитников. А я, не обращая внимания на мелочь, рванул вперёд, идя на сближение с тем, кто всей этой стаей управлял. Виляя из стороны в сторону, пытаясь маневрировать, но в тайге, среди деревьев, достававших мне до верхушки кабины, особенно не поманеврируешь. А по мне продолжало лететь всё, что «травяной мешок» находил вокруг себя и в себе: деревья, камни, полусъеденный лось. Всё это сыпалось сверху, от ударов мой мех мотало из стороны в сторону, но я продолжал идти вперёд, держа перед глазами главную цель – небольшой холмик, торчавший из земли метрах в ста. Главное, чтоб не повредили орудия и ноги и не разбили прицел.

Удар, ещё удар. Крикун умолк, почуяв во мне угрозу, и начал отступать назад. Без его крика твари, которыми он командовал, тоже стали сдавать назад, больше не горя желанием сгорать в огне и гибнуть от выстрелов. Из окопов появились солдаты, раздались выстрелы винтовок. Тем временем стенолом, о котором в пылу схватки все забыли, взял разгон и, ускорившись, рванул вперёд и врезался в стоявший на околице дровяной склад. Одним ударом разнёс длинное строение – штабеля брёвен, сложенные внутри, полетели в разные стороны. Тварь, мотнув головой, на время замерла, приходя в себя после рывка.

Ускорившись, я наконец достиг небольшого холма, возвышавшегося над деревьями. Крикун отходил, «травяной мешок» также смещался назад, явно не горя желанием вступать в ближний бой. Попался, дружок. Слишком ты у меня распелся, упустив момент, когда надо было отходить.

Поднять орудие, прикинуть расстояние, взять упреждение, прильнуть к прицелу – тут примерно тысячи полторы метров. Короткий залп. Тварь быстро двигается, но холм давал мне хороший обзор и позволял стрелять навесом. Выстрел, за ним ещё один, и ещё.

Ага, не нравится! Крикун закрутился – близкий разрыв исполосовал шкуру осколками. Зазубренную сталь не смогла остановить тонкая чешуйчатая шкура. Увидев, как тварь начала хромать, подволакивая ногу, я кровожадно ухмыльнулся, вскинул оружие. Теперь легче. Новый залп – и я довольно улыбнулся, увидев, как снаряд бьёт под лопатку, уходит в тело и взрывается уже внутри. Во все стороны летят куски плоти, бьёт потоком кровь. Тварь рухнула, судорожно дёргаясь на земле.

Готов.

Так, что там позади? Оглянувшись назад, я увидел, что стенолом снова начал брать разгон, целясь в высокое здание железнодорожной станции – единственного дома, сделанного из камня. Массивная туша несётся вперёд. Поток пламени бьёт ему в бок – Давид, выдвинувшийся на перехват, попытался остановить тварь, но это ему удалось лишь частично. Та, дёрнувшись от боли, слегка сместилась влево и, немного промазав, врезалась в склад с каменным углём для проезжающих паровозов. Чёрное облако взлетело вверх. Тварь на мгновение замерла, приходя в себя, и в это время её накрыла волна пламени практически на максимальной дистанции. И всё же её хватило, чтобы поджечь угольные кучи. Пламя, усиленное даром, охватило тварь. Та, взревев, попыталась вырваться из огненного хаоса, побежала вперёд. В это время из клубов пламени и дыма вынырнула Вика, сменившая пистолеты на рапиры. Она, словно заправский тореадор на арене, нанесла один, но точный укол – в шею, в стык между головой и телом, не прикрытый бронёй. Тонкое лезвие рапиры с мою руку толщиной уходит глубоко в плоть. Разворот корпусом, чтобы не попасть под удар горящей туши. Та, пробежав с десяток шагов вперёд, запуталась в ногах и упала на землю.

Этот тоже готов. Молодцы – вдвоём уделали стенолома.

Я отступаю назад. «Травяной мешок», потеряв всех союзников, продолжил смещаться назад, больше не горя желанием продолжать схватку. Да и наплевать на него. Добьют и без нас. Наш приоритет – защита станции, а не охота на тварей.

Что там у барона? Пользуясь высотой, я перевёл прицел в сторону моста, развернув своего «Носорога». А там всё было крайне интересно. Каменная горилла, как заправский боец, крутила маятник, уходя от выстрелов барона: шаг вперёд, шаг назад, резкий прыжок вбок и тут же отскок назад, пропуская снаряд перед собой. Эдакий танец с постепенным смещением ближе к мосту.

– Выдвигаемся к барону, – даю команду я, ещё раз оглядев горизонт.