Текст книги "Первый поход (СИ)"

Автор книги: Алексей Александров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

Глава 2
Мирный остров

– Почему я?

– Потому что ты идеальный кандидат?

Сидели мы со всеми удобствами: мягкие кресла, полыхающий камин, рядом столик с вином и лёгкими закусками.

В иной ситуации я бы возгордился. А то! Сирота вчерашний, двух десятков лет не разменявший и вот так запросто, можно сказать почти по-дружески, чуть ли не по-семейному, вино с императором хлещет. Ладно, не хлещет, а степенно потягивает. Да и вино порядком разбавлено водой, чтобы голова оставалась ясной. Но сам факт!

Я не стал спрашивать, в чем эта самая моя «идеальность», но Суман Второй снизошел до объяснений.

– Древние традиции – наша слабость, но они же наша сила. Нужно просто смотреть с правильной стороны, правильно их использовать, – начал он издалека. – Если ты прав… А ты, скорее всего, прав! За всем этим… – он слегка замялся, подбирая слова, а затем всё же нехотя процедил сквозь зубы, – инцидентом, стоят наши островные родственники.

Ваши родственники, так и хотелось вставить мне шпильку. Я то благородными предками похвастаться не могу. Любыми предками похвастаться не могу. Сирота – что с меня взять?

– Несмотря на это, мы не можем начинать войну с Великогартией. Не сейчас… да и не потом, – честно признал Суман Второй. – Дело не в каких-то там договорах, которым мы должны следовать. Эта война только ослабит две наши империи. И этим немедленно воспользуются враги. Но и оставлять без внимания подобную наглость я не намерен. В последние годы я и так слишком много и часто прощал островитянам их выходки!

– Есть другие маркграфы, да и просто фольхи, – спорил я больше из упрямства, в надежде выбить себе что-то более существенное, нежели прощение. Да и виновным себя не чувствовал.

На награды не претендую, но и наказывать не за что.

– Чем древнее род, тем больше он обрастает невидимыми, но зачастую весьма крепкими связями, в том числе и с родами Великогартии. Торговые интересы, брачные договоры, старые родственные связи. Десятки, сотни невидимых нитей, – подробно, словно непослушному ребёнку пояснил император. – Две наши империи так давно соперничают, что стали ближе друг к другу, чем в те времена, когда колонии Суренасила объявили о своей независимости от островов. А ты ничем таким пока что не связан.

– И меня не жалко, – подытожил я, отбросив в сторону все эти красивые формулировки.

– Видишь, ты всё понимаешь, – цокнув языком, утвердительно кивнул император.

Создается стойкое ощущение, что после всех связанных со мной происшествий Суман Второй хочет решить вопрос радикально. Убивать меня ему не с руки, а вот отправить такой подарок куда-нибудь подальше от империи, к врагам поближе – милое дело.

– И твоё участие в колониальной войне не будет нарушением договоров между нашими империями. Частное предприятие, частного лица. Одно из тех самых древних прав фольхов, над которым трясутся родовитые Великогартии и Эдана. Тем более и со стороны Великогартии в новой войне участвует исключительно «частная» компания Южных морей, помогающая нанявшему их князю Ринору Норому.

Приличия может и соблюдены, но всё равно чувствую себя бойцовской собакой, которую выпустили в яму на потеху публике. Я и князь Нором будем драться, а большие дяди станут смотреть со стороны и ставить на того, кто победит.

Но выбора нет. Придётся соглашаться.

– На какую помощь от империи я могу рассчитывать?

Суман Второй запрокинул голову, прищурился куда-то вверх: взгляд у него стал отсутствующий.

– Боюсь, что официально Эдан тебе ничем не может помочь. Более того, империя станет всячески дистанцироваться от этого предприятия, – отмерев, ответил он и хитро продолжил: – Но если помощь окажет не империя, а кто-то другой. Например, какое-то частное лицо. Которое затем получит послабление в налогах, прощение старых грешков с контрабандой и определённые преференции, то это ваше, опять же, частное дело.

Намёк толще некуда. Понятно, на кого Его Величество намекает. Забавно, но на таких условиях почтенный Ригор Загим будет только рад вложиться в это предприятие. Для него в этом двойная выгода! И от Эдана поблажки получит и с Дхивала этот хитрый жук что-нибудь стрясёт. В накладе точно не останется! Да и не ему же под пули лезть!

– Это частное лицо очень хочет получить лицензию на производство рыцарей, – отстранённо намекнул я.

Мой интерес очевиден. Договорился насчёт «Стилетов», договорюсь и на счёт рыцарей. А там и до сначала частичного, а затем и полного производства в Вольной марке недалеко.

Остаётся сущая мелочь – выжить в Дхивале!

– Будет ему лицензия, – отмахнулся император. – Все бумаги давно подписаны и ждут своего часа.

– Рад за почтенного Загима. Остаётся последний, куда более важный вопрос – а что с этого получаю я?

Наглеть, так наглеть! Если император так хочет от меня избавиться, то пусть за это хотя бы щедро заплатит. Титул маркграфа вспоминать не будем – я его уже отработал.

Изумление Суман Второй разыграл практически безупречно. Кто-то другой мог и поверить. Но не я! Хотя игра выше всяких похвал, готов аплодировать стоя, да Его Величество оваций не оценит.

– Полное прощение! – напомнил он. – Разве это мало?

– Но и не так много, – парировал я, готовясь к торгу. – Хотелось бы что-то более существенное…

– Гарн? Гарн! – отвлёк меня от размышлений голос Бахала. – Ты заснул что ли?

– Задумался. Это, знаешь ли, помогает.

– Не в твоём случае… – привычно отозвался он. Мы обмениваемся этой шуткой так часто, что её можно считать дежурной. – И когда этот ритуал очистки совести считается выполненным?

– Ритуал восстановления чести, – машинально поправил я, хотя и так понятно, что Бахал просто подшучивает, пытаясь поднять мне настроение. – С совестью у меня всё в полном порядке – отсутствует за ненадобностью.

Но вопрос он задал правильный, с ответом хуже.

– Ритуал будет считаться выполненным, когда император или фольхстаг посчитает его выполненным, – вздохнул я, вновь прикрыв глаза.

Самая мерзкая часть этого старинного обычая! Слишком мало у меня надежды на первое и ещё меньше на второе. С одной стороны, можно мелкую стычку выиграть – и всё! Чистая совесть, безупречная честь! А с другой… и победоносно завершенная кампания не поможет, если фольхи и император заартачатся.

Вот и придётся постоянно для них таскать каштаны из огня. Впрочем, я и сейчас только этим и занимаюсь.

– Удобно, – сочувственно присвистнул Бахал. – Особенно если кого-то нельзя убить, но очень хочется от него избавиться или отстранить от власти.

– В точку! – согласился я.

Хоть Бахал зачастую берёт на себя обязанности моего личного шута – ума ему не занимать.

– И что, – немного помедлив, неуверенно продолжил он. – Хоть кто-то сумел таким образом восстановить свою честь?

– Разумеется… – криво усмехнулся я, и честно добавил: – Но за давностью лет, истории об этих смельчаках не сохранились.

Нет, если в архивах покопаться, то можно найти ответ. Но у меня не было на это времени, да и желания. Условия прощения за отсутствующую вину поставлены – будем выполнять.

Я выживу! Назло врагам и наперекор судьбе. Меня сложно напугать войной. Добрая половина моей жизни – война.

Да и островитян по носу щелкнуть хочется. Не всё же им гадости Эдану устраивать. Пора показать, что мы и ответить можем. Причем так ответить, чтобы отбить желание лезть в дела империи если не навсегда, то хотя бы лет на десять.

Но прежде чем бросаться сломя голову восстанавливать мою непорушенную честь, следует подготовиться. Выяснить обстановку в Дхивале, прикинуть свои возможные шаги. Выгадать место и время удара, чтобы он был действительно болезненным и запоминающимся.

Про самих дхивальцев не стоит забывать. Сомневаюсь, что они ждут меня с распростёртыми объятиями. Нет, в качестве пушечного мяса с радостью возьмут… чтобы кинуть в пекло. Ведь чужака не жалко. Но мне нужно иное.

– Да чтоб тебя! Куда лезешь! – ругнулся Бахал, надавив на педаль тормоза. Самобегающая коляска резко остановилась. Меня качнуло вперед. Похоже, этим машинам не помешали бы ремни, как на рыцарях. Может не такая сложная система, а попроще, но лишними они не будут.

Причиной резкой остановки стала метнувшаяся откуда-то из подворотни прямо под колеса мелкая собачка. Яростно лая, пёс начал кружить вокруг коляски, то подступая ближе, то отпрыгивая назад.

– Рыцарей боятся, а под колёса так и норовят броситься, – пожаловался Бахал, аккуратно вдавив педаль газа. – Так что делаем дальше? – спросил он, когда мы отъехали, а гордый тем, что отстоял свою территорию, пёс скрылся в подворотне. – Выполняем поручение императора или объявляем о своей независимости от империи?

– А сработает? – заинтересовался я.

– Вряд ли, с голоду умрём, – пожал он плечами и оптимистично добавил: – Хотя нет, не умрём, тебя раньше свергнут.

– Значит, придется исхитриться и выполнить этот проклятый ритуал. Да так, чтобы у императора и фольхстага не осталось сомнений в том, что он выполнен. Весь вопрос только в том, как это сделать. Пока что вся затея больше походит на оттянутый, изощрённый способ моего устранения, – честно признался я. Перед Бахалом можно не таиться.

– Его величество мудр – понял твою суть, – услужливо подсказал Бахал. – Вот и решил отправить подальше от империи. Дхивальцев не так жалко, про островитян и вовсе умолчим. Так что ты у нас теперь – секретное оружие особой мощности резерва императорской ставки. Как те же самоходные осадные бомбарды, только опаснее.

– Есть и такие подозрения, – согласился я. – На твоем месте я бы не радовался. В одиночестве страдать не собираюсь. Пока что не знаю, сколько заберу людей и кого именно, но ты точно отправишься со мной.

– Да я догадался, – отмахнулся он, быстро покосился на меня и добавил: – При всех твоих недостатках, Гарн, у тебя есть одно неоспоримое достоинство – с тобой не скучно.

– А как же богатая, спокойная жизнь, о которой ты так мечтаешь? – усомнился я.

– Так я не против богатства! А покой… он не для нас, Гарн. В него приятно возвращаться, окунаясь, словно в тёплую ванную. Но он так же быстро надоедает и нам становится скучно, – мечтательно-пророчески изрек наёмник.

Не совсем с ним согласен. Я бы не отказался хотя бы от пары лет спокойствия. Но в одном он прав – покой нам только снится.

– Что же, посмотрим, что ты скажешь, когда мы окажемся в Дхивале.

– Буду ворчать и скучать по спокойной, богатой жизни, разумеется, – мечтательно улыбнулся он, словно не мог дождаться, когда этот момент наступит.

* * *

Ветер норовил сбить с курса, но голод гнал вперед, манил обещанием сытости, покоя. Последний рывок, и приземление на теплую, лоснящуюся и вкусно пахнущую потом кожу. Хоботок нащупывает тонкую венку.

Мгновение блаженства! Теплая, сладкая кровь…

Хлоп!

– Проклятые насекомые! Проклятые джунгли! Проклятая земля! – недовольно проворчал Хог Рудар, вытерев остатки очередного гнусного гада о порядком пропитанный потом мундир.

Может эти проклятые острова и богаты, но до чего же мерзкий тут климат! На побережье ещё ничего, но когда приходиться идти вглубь острова, в эти демоновы джунгли, то сразу же возникает желание плюнуть на высокое жалование и сбежать обратно в благословенную Великогартию.

Жаль, что в Компании и это предусмотрели. Помимо щедрого жалования, наградных и премий есть система высоких штрафов. Особенно за «досрочное одностороннее расторжение контракта», то есть бегство. И не стоит надеяться, что Компания про тебя забудет, не станет искать или не найдёт.

Найдёт! Кучу средств потратит, больше чем твое жалование за десять лет, но найдёт. Репутация важнее каких-то трат. Так что с Компанией Южных морей стоит вести дела честно, либо не вести никаких дел вообще.

Да и жаловался подмастерье больше по привычке. В силу склочного характера.

Хорошо быть магом – это любой скажет. Но происхождением он не вышел. Да и сильным магическим даром не обладал. Ему уже давно за сорок, а он всё еще подмастерье. А когда станет мастером и станет ли вообще – большой вопрос. Карьеру так не сделать, в сильный род не попасть.

Кто-то более родовитый и в скромном ранге подмастерья может неплохо устроиться, а таким как он только и остаётся, что кормить комаров в колониях, пытаясь сколотить приличное состояние.

Нет, закроет пятилетний контракт и хватит с него. Состояние не состояние, а на приличную жизнь он скопил. Не в столице, понятное дело, но Хог туда и не рвался. Небольшое поместье в сельской глуши его вполне устроит. А там и жену можно поискать. Даже среди родовитых! Он хоть и не самый сильный, но маг. Не в старших ветвях, так хотя бы в младших. Но обязательно с даром! Хотя бы со слабым. Может таким путём и сам в младшую ветвь войдёт.

В любом случае, его детям не придётся месить грязь и кормить комаров в колониях!

Из пелены мечтаний его самым наглым образом вырвал укус очередного насекомого, сумевшего добраться до открытого участка кожи на шее.

Ругнувшись, Хог резко дёрнулся, прихлопнув гада. Что-то яркое просвистело прямо перед его глазами.

– Засада! – успел крикнуть один из охранников каравана и захрипел, получив в горло длинную стрелу, с цветастым оперением.

Густые, высокие словно лес, заросли слоновой травы справа от дороги взорвались огнём и дымом, щедро плеснув свинцом по каравану.

Залп был не слишком слаженным и метким, но когда стреляет почти сотня ружей – пули найдут добычу. Заржали раненые лошади, несколько охранников каравана и возниц полетели на землю. Рабочие-кули, набранные в основном из неприкасаемых и местной голытьбы, бросили поклажу. Кто-то испуганно рванул в джунгли. Самые умные, просто повалились на дорогу, притворяясь убитыми. Или рухнули на колени, сжавшись в комок и закрыв голову руками.

Хог поставил щит. Вовремя! Несколько стрел зависли в воздухе сбоку от него. Пока стрелки справа сеяли гром и хаос, немногочисленные лучники, укрывшиеся на деревьях слева от дороги, выискивали самые вкусные и жирные цели, стараясь выбить офицеров и магов.

Шедшие во главе колонны и слегка вырвавшиеся вперед оруженосцы развернулись, рванули на полной скорости назад к каравану. Один из них, оснащённый огнеметателем, не глядя выпустил струю огнесмеси по зарослям слоновой травы.

Кто-то громко, отчаянно заорал. Охваченная пламенем фигура выскочила к дороге и покатилась по земле, безнадёжно пытаясь сбить пламя. Железная нога оруженосца, наступила на обречённого, прекратив его страдания. Огнеметатель выдал новую струю огня. Сверкнуло два луча световых копий. Но из зарослей продолжали хлопать винтовки, летели стрелы.

Залёгшая под повозками охрана каравана начала отвечать. Но палили больше на удачу. Очень неприятно, когда в тебя стреляют, а ты не можешь стрелять в ответ.

Зато оруженосцы действовали наверняка. Возвышаясь над зарослями травы, они видели куда больше, чем все остальные. Световые лучи и огнесмесь явно находили свои цели. Но машины топтались на дороге, не решаясь двинуться вперед. Местные бандиты знали толк в обманных отступлениях. Стоит углубиться в джунгли, оторвавшись от основных сил, и оруженосец, а то и рыцарь, из охотника резко превратится в добычу.

На короткий миг всё зависло в шатком равновесии. Хогу даже начало казаться, что они отбились.

Хоть он и отвечал за охрану каравана, но в герои не лез. Сосредоточился на своей защите, не пытаясь бросаться в противника атакующими плетениями.

Достаточно и того, что он остался одним из последних всадников, всё ещё не выбитых из седла. Кто-то поймал стрелу или пулю, кто-то предпочёл укрыться под повозками.

Внезапно один из оруженосцев споткнулся на ровном месте и полетел на землю. Особых повреждений он не получил и тут же попытался встать. Но из зарослей на его корпус с ловкостью обезьян запрыгнули три фигуры. Вымазанные в какой-то грязи, и одетые только в набедренные повязки, они были совершенно безоружны, если не считать за оружие болтавшиеся на спине вместительные заплечные мешки. Но Хог сразу же понял, что именно в мешках таится главная угроза.

– Огонь! Огонь! Да стреляйте же по этим макакам! – взревел он, пытаясь достать одного из ловкачей водяной плетью.

Оруженосец начал подниматься с земли. Одна из фигур не удержалась, полетела вниз. Проворно приземлилась, с ловкостью кошки смягчив падение, и тут же одним движением откатилась обратно в придорожные кусты.

Оруженосец окончательно встал, вновь вскинув глефу. Опасных гостей, зацепившихся за его корпус, он не видел.

Еще одна фигура полетела вниз, не сумев удержаться, а может и отыскав свою долю свинца. Найдя очевидные цели, охрана каравана принялась палить из всех стволов. И часть пуль могла преодолеть личный щит машины, явно вводя в недоумение пилота. Который не мог понять причину этого дружественного и совершенно бесполезного огня.

Яркая вспышка резанула по глазам Хога, заставив зажмуриться. Когда он проморгался, под ногами оруженосца образовалась небольшая, пышущая жаром и огнём воронка – всё что осталось от сражённого бандита.

Но последний уцелевший «паразит» не терял время даром. Закрепив свой смертоносный груз на крыше голема, он рыбкой, словно прыгал в воду, а не в заросли, полетел вниз.

Второй оруженосец попытался сдёрнуть задымившийся мешок с напарника, но не успел. Новая яркая вспышка резанула Хога по глазам, заставив плясать по дороге причудливые тени.

Поначалу казалось, что боевой голем не получил значительных повреждений. Только где-то на крыше, возле люка, что-то шипело, полыхали искры, похожие на огни фейерверка. Но затем тяжелая машина неуклюже дернулась. Через пробитую броню вверх плеснула струя пламени. Перекрывая звуки боя, был слышен отчаянный крик сгорающего заживо пилота. Оруженосец вновь повалился, чтобы в этот раз не встать.

Местная придумка: смесь пороха, огнесмеси и какой-то алхимической дряни из сока местных растений не ведала пощады. Нестабильная, крайне опасная при использовании, но до жути действенная и умеющая прожигать тонкую броню куда лучше стандартной огнесмеси, она стала настоящим кошмаром для оруженосцев и рыцарей, заставив их бояться голоногих теней, скрывающихся в кронах деревьев и зарослях.

Второй оруженосец неуклюже заметался по дороге, не зная, с какой стороны ждать новый удар. А он не замедлил последовать. Из леса ударил такой яростный поток огня, что впору было подумать, что где-то среди деревьев спрятался настоящий дракон.

– Да у них маг! И явно не подмастерье! Неужели это отродье бездны всё ещё живо! – молнией вспыхнуло в голове Хогара.

Быстро оценив обстановку, он более не медлил. Развернул дрожавшую под ним от грома и вспышек лошадь и погнал её прочь.

Караван обречён! Оруженосца добьют, а затем расправятся с немногочисленной охраной. А его жизнь слишком ценна, чтобы жертвовать ею в безнадёжной схватке. Но ещё ценнее весть, которую он принесёт Компании – все заверения об окончательном уничтожении мятежников оказались пустой болтовнёй.

Глава 3
Мирные дни

Круговорот дел захватил меня с головой. Приказ императора, приказом, но бросаться в бой сломя голову я не собираюсь. Тем более никаких сроков мне не поставили. Наверное я даже мог просто плюнуть, запереться в Вольной марке и забыть о ритуале, дожидаясь смерти Сумана Второго. Сколько бы старик не бегал от давно заслуженного котла в преисподней, эта не та гонка, которую можно выиграть, будь ты хоть трижды император.

Но боги с ним и его приказом. Всепрощение – это не про меня. И мне хотелось мести! Нет, справедливого возмездия! Островитяне перешли черту, которую не следовало переходить. Ладно альвы и ликаны – с ними у нас свои, давние счёты. Ненависть ликанов к Эдану я даже в чём-то понимаю, хоть и не принимаю. Но островитяне всё же люди, а ведут себя хуже древолюбов. Интриговать, шпионить, бодаться в колониях – это одно. А устраивать бомбардировки моих владений отравой и распространять смертельно опасную болезнь – совсем другое.

Хотелось бы свалить всё на альвов, которые нагло обманули наших островных родственничков, но ушастые виноваты в меньшей мере. Да и глупо ожидать от них чего-то кроме подлости. А с Великогартией у нас последние лет сто, вроде как, мир.

Нет, периодически бодаемся в колониях. Но всё списывают на фольхов с их малыми войнами.

Встречи поручения, новые встречи. Время летело вперед, словно взбесившийся рысак. Зато это помогало отвлечься. Перед отбытием на «ритуальные пляски», следовало убедиться, что в Вольной марке справятся и без моего участия. Причём, долгого участия, без возможности решать важные вопросы через телеграфные сообщения. Понятия не имею, сколько продлится моё отсутствие. Но если сумею управиться за полгода, это не включая подготовку, то буду считать это огромной удачей. И возвращаться лучше в преуспевающее маркграфство, а не на пепелище.

Не скажу, что оправляюсь в Дхивал с легким сердцем – столько вопросов ещё не решено! Но Вольная марка работает – это главное. А остальная империя? Лекарство от Изумрудной чумы создается. Успеют или нет, тут от меня мало что зависит. В остальном моё знание будущего уже ни на что не влияет. Оно устарело. Тем более после встречи с одной ушастой сучкой.

То прошлое будущее окончательно ушло и не повторится вновь. Будет ли новое лучше – большой вопрос.

В любом случае, я сделал, что мог. Пора хоть на время предоставить империю своей судьбе. Да и спасать её дело крайне неблагодарное.

Наблюдая за поднимающимся в воздух дымом сигнальных шашек, я задумчиво потер переносицу. Два «погибших» оруженосца, за одного «уничтоженного» рыцаря. В принципе размен приемлемый.

Что же, должен признать, Раншил Толдокар сумел сотворить маленькое чудо. Дхивальские пажи действовали несколько неуклюже, но довольно слаженно, чётко выполняли приказы и быстро совершали перестроения. Да и с внезапной атакой рыцаря справились, пусть и не без потерь. Требовать от них чего-то большего пока что глупо.

Типичные оруженосцы ускоренных курсов. Могут сносно управлять оруженосцем? Чётко следуют приказам? Умеют стрелять и даже периодически попадают? Значит можно бросить их в пекло. Кто переживет первые два боя – станет ветераном. Пять – элитой. Но с куда наибольшей вероятностью их примет в свои объятия милосердное Синее Пламя.

От неприятных ассоциаций я почувствовал, как по спине бежит лёгкий холодок. Пусть они и дхивальцы, но слишком рано бросать их в бой. С другой стороны – они дхивальцы. Кто, если не они?

– Неплохо, – констатировал я, но Раншила Толдокара эти слова не обманули.

Взгляд старого мастера-наставника сделался тревожным.

– Они не готовы! – покачал он головой, вторя моим мыслям. Неужели их так просто прочитать?

– Значит, гоняй их словно проклятых. Я не сегодня их в Дхивал потащу, и не завтра. У тебя будет не меньше месяца.

– Этого мало!

– Это ровно столько, сколько у нас есть, – отрезал я, показывая, что разговор окончен.

У меня не так много людей, чтобы тащить их в неизвестность. Дхавальские пажи – совсем другое дело. Не скажу, что мне их не жалко. Но и обратное утверждение будет ложью. Их потеря никак не скажется на Вольной марке, а это главное. Да и речь идёт об их родине.

В любом случае, на первых порах под моим присмотром им будет куда безопаснее, чем среди своих. Можно сказать, эта кампания станет для них выпускным экзаменом. И выжившие смело будут называть себя оруженосцами, а не наспех обученным суррогатом.

Князю всех князей нужны воины! А они рождаются только в бою.

Подготовка среднего дхивальского рыцаря вряд ли лучше будет. Особенно если вспомнить, что собственные паро-магические големы появились в Дхивале не так давно.

Вообще приказ императора напоминает условия в детской сказке. Пойди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что. Говорят, эту сказку первый железный маркграф Стан Ранк придумал. Врут, наверное. А то как-то слишком много всего приписывают одному великому, но всё же человеку.

С другой стороны, такой расплывчатый приказ открывает простор для действий.

Продолжение прерванного разговора произошло вечером. Но отнюдь не с мастером-наставником.

– Да, входите! – отвлёкшись от карт дхивальских островов, раздражённо крикнул я, отреагировав на стук.

Пора что ли секретарём обзавестись? Хотя, зачем он, если скоро я опять покину марку?

Посетитель был необычным – один из дхивальских пажей. По большей части ими занимались мастера-наставники. Иногда к ним присоединялась Онилия. Я же с момента той самой клятвы с пажами практически не общался, всё же почти переборов в себе привычку лично всё контролировать.

– Амрат? – Покопавшись в памяти, вспомнил я имя неожиданного визитёра. – Что-то случилось?

– Я… – начал он, но тут же поправил себя: – Все мы слышали, что вы, шахарт, отправитесь на острова.

Какие именно острова он имеет в виду понятно. Явно не Великогартию. Но с каких это пор я вошёл в высшую касту Дхивала. Шахарт – это полноценный маг или жрец. Если судить рамками дхивальцев, меня можно отнести разве что к сахсарам – воинам.

– И? – не став забивать себе этим моментом голову, выразительно посмотрел я на пажа.

– Вы должны взять нас собой! – одним духом выпалил он, преданно поедая меня взглядом.

– Должен? Это ещё почему? Ваше обучение не закончено, а людей у меня хватает, – возмутился я. Да, решение принято, но не дхивальским пажам ставить мне условия.

– А где вы найдёте воинов, знающих наречия дхивала и эданский? – резонно возразил Амрат.

Когда он нервничал, то вместо лёгкого южного говорка появлялся отчётливый акцент, делая его окончательно непохожим на выходцев с юга Эдана.

– Вас же князь всех князей нашел? – резонно возразил я, но затем смягчился: – Возможно, вы вернётесь на родину чуть раньше срока. Возможно, вернётесь! – строго добавил я, заметив с каким воодушевлением он принял эти новости.

Мальчишка! Забавно так думать – ведь я его ровесник. Но что есть, то есть. Война ему кажется игрой. Скоро он поймет, что это не так или погибнет.

– Мы не подведём! – вытянулся он.

– Иди уже, обрадуй страждущих, – отмахнулся я. – И готовьтесь! Ближайшие дни станут для вас хуже любой войны.

Он задорно улыбнулся, посчитав это весёлой шуткой. А я ведь ни капли не шучу. Сон для них скоро станет роскошью.

Новый день принёс новый сюрприз, в этот раз для разнообразия радостный и приятный. Я от таких начал отвыкать.

– Ригор! Наконец-то! – облегчённо вздохнул я, поднимаясь навстречу новому, долгожданному визитёру. – Что-то ты не торопился, – слегка попенял я ему.

– Дела, – несколько неуверенно дёрнул он плечами. – Не каждый день я узнаю новости о своём участии в каком-то фольхском ритуале.

– Вообще-то, в нём участвую я.

– Да? – на первый взгляд совершенно искренне удивился один из богатейших людей Спорных земель, а может и империи. – Срочно сообщи эту новость императору! У него, похоже, иное мнение.

Взгляд его смягчился, с лица пропала маска наигранного беспокойства.

– Но я не в обиде, – успокоил он меня. – Просто в следующий раз предупреждай заранее. Месяца за два, а лучше за четыре.

– Сплюнь! – вздрогнув, искренне посоветовал я. Какой к демонам «следующий раз»! – Нам бы с этим разом разобраться.

Желание мести не ушло. Но чем больше я вникал в детали, тем твёрже становилась уверенность, что вся эта задумка – изощрённая форма самоубийства.

Не дождётесь!

Ригор хотел что-то вставить, но посмотрел на мой измученный вид и не стал этого делать.

– Как дела в Тирбозе. Как Ланилла? – начал я издалека. Хочется хоть на короткий миг отвлечься и забыть о проблемах, упавших на меня с приказом Его Величества.

– Тирбоз пока ещё стоит, а Ланилла пока ещё учится. У них там скоро намечается новый турнир Академий, но тебе явно не до него, – сообщил магнат. – Кстати, вот. – Он протянул мне внушительную пачку писем и пожаловался: – У тебя самый богатый почтальон в истории.

Взяв письма, я быстро просмотрел отправителей: Ланилла, Константин, Сагар, Дэя, надо же и от Мирры с Шилин письма есть. С достопамятного выпуска старших курсов о них ничего не слышал.

– Ты не против? – я помахал письмами.

– Читай, не убегу, – усмехнулся Ригор, с интересом покосившись на карты родины своих предков, обильно разбросанные на моём столе среди прочих бумаг.

Распечатав пару первых писем, я пробежался взглядом по строчкам. От сердца отлегло, а на душе потеплело. После кампании в газетах и всех этих слухов ожидать можно было самого разного, в том числе ругательств и проклятий. Но в письмах оказались слова поддержки. Приятно, что мои друзья еще про меня помнят и не делают поспешных выводов.

– Что стоишь? Присаживайся. Разговор у нас будет долгим, – предложил я Ригору, отложив письма в сторону. Хорошего помаленьку. Вечером почитаю, перед сном. А сейчас дела – будь они трижды прокляты.

– И сложным, – добавил магнат. Устроившись на стуле, он устало вытянул вперед ноги. Отрицательно дёрнул подбородком, когда я кивнул на графин с вином. – Что планируешь делать?

– Выполнить повеление Его Величества и выжить.

– Хороший план, – одобрил Ригор и тяжело вздохнул, вперив в меня сочувствующий взгляд, словно прикидывал похоронную церемонию. Мою, что обидно. – Но ты даже не представляешь, во что ввязываешься. Дхивал… там такой змеиный клубок, что все фольхи Эдана и рядом не стояли. Сколько в Эдане великих родов или как их иногда называют великих домов? Девять? Если считать только герцогов? Десять? Если добавить к ним императора? Пятнадцать, когда прибавишь пограничных маркграфов? Ладно, с учётом Вольной марки, шестнадцать. Еще найдётся два-три рода в Коронных землях, что по власти и влиянию вполне могут претендовать на этот статус. То есть, грубо говоря, два десятка. А Дхивал… Там на каждой кочке свой князь со своим великим родом. Может не таким многочисленным, как в Эдане. Но с гордостью и самомнением величиной с горы. Мир стремительно меняется, а большинство шахартов цепляются за старые порядки, куда там фольхам.

– А что князь всех князей?

– А что князь? Осоман Сухарат мудр. Нет, не столько мудр, сколько хитер, даже коварен. – В устах Ригора эта характеристика прозвучала как комплимент. – Но он вынужден постоянно лавировать, чтобы это лоскутное одеяло княжеств хотя бы номинально подчинялось его воле. Определённые преобразования идут, но довольно медленно и тяжело.

– Есть идеи, как мне следует действовать? – поинтересовался я. Окончательное решение будет за мной, но от совета человека, знающего местную кухню, глупо отказываться. Книги и прочее – это всё не то.

– Я не воин, – напомнил Ригор Загим. – Да и в Дхивале был всего четыре раза и долго там не задерживался.

– Это на четыре раза больше, чем я.

– Есть одна идея. Откровенно говоря, безумная. – Покопавшись среди карт, он достал одну из них и ткнул пальцем в нужную точку. – Советую присмотреться к Талхалу.