Текст книги "Развод по ее правилам (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 48

Марк кладет мне на тарелку мясной пирог, от которого исходит такой аромат, что мой рот мгновенно наполняется слюной, и салат. Его действия точные и выверенные. Наливает мне минеральную воду. И только потом кладет угощения на свою тарелку.

Первые несколько минут мы просто едим в тишине. Это та самая редкая, комфортная тишина, когда не нужно судорожно придумывать темы для разговора, чтобы заполнить паузы.

– Передайте Кире, что ее эмпирический опыт в британской кулинарии заслуживает высшей оценки, – Марк откладывает вилку и берет стакан с минералкой. – Идеальный баланс вкусовых паттернов и структурной плотности.

– Эмпирический опыт? Вкусовые паттерны? Марк, это просто картошка с запеченным фаршем, – с улыбкой качаю головой. – Обычный мужчина на вашем месте просто сказал бы: «Катя, как вкусно, можно добавки». А вы даже домашний ужин хвалите так, словно защищаете диссертацию.

Марк чуть приподнимает бровь, и в его глазах вспыхивают смеющиеся искорки.

– Статистическое большинство мужчин слишком примитивно формулирует сенсорные отклики. Я предпочитаю терминологическую точность.

Я внимательно смотрю на него. В мягком свете кухонных ламп его лицо кажется менее жестким. Шрам над бровью уже не выглядит как метка хищника. В этот момент его фирменная словесная манера вдруг кажется мне не просто забавной, а скрывающей что-то очень важное.

– Марк... – делаю крошечную паузу, собираясь с мыслями. – Можно задать вам один очень личный вопрос?

– Моя информационная база полностью в вашем распоряжении, Екатерина.

– Вот об этом я и говорю. Почему вы так разговариваете? – произношу это очень мягко, без капли насмешки, только с искренним любопытством. – Термины, алгоритмы, законы физики. Вы словно постоянно прячетесь за броней из сложных слов. Вы же не родились с подобным набором терминов и фраз?

Марк замирает. Уголок его губ поднимается в полуулыбке, но взгляд становится непривычно глубоким, направленным куда-то в прошлое. Он неспешно крутит стакан с минералкой.

– Вы очень проницательны, Катя. Нет, не родился. – он делает небольшую паузу. – В юности я страдал критическим дефектом базовой комплектации. Я был возмутительно, иррационально добрым парнем.

Я удивленно приподнимаю брови.

– Эмпатия без фильтров ведет к быстрому истощению ресурса, – ровным, но чуть более теплым голосом продолжает Марк. – Я вырос в обычной семье. Не умел говорить «нет». Помогал всем подряд: тащил на себе чужие курсовые в институте, одалживал деньги, которые мне не возвращали, решал чужие проблемы в ущерб своим. Люди – существа прагматичные. Они мгновенно считывают безотказность и начинают паразитировать на ней.

Слушаю его, затаив дыхание, и вдруг очень живо представляю этого молодого, умного, искреннего парня, которым пользовались все кому не лень. Мое сердце предательски сжимается.

– И что вы сделали?

– Я понял, что если не изменю архитектуру взаимодействия с социумом, меня просто сожрут, – Марк смотрит мне прямо в глаза. – И я разработал личный файрвол. Защитную оболочку. Я начал отгораживаться от людей ледяной рациональностью и сложной терминологией. Этот язык стал моим щитом. Моим людским фильтром.

Он делает большой глоток минералки. Какое-то время смотрит на стакан, потом поднимает на меня взгляд.

– Большинство людей пугались. Им было некомфортно, они не хотели напрягать интеллект, чтобы пробиться сквозь эту стену, и уходили. Отсеивались любители легкой наживы. А те немногие, кто оставался... кто понимал этот язык или хотел понять – те становились моим ближним кругом. Хотя должен признать, со временем я осознал, что и это не идеальная броня и в ней много уязвимостей.

– А потом вы просто привыкли? – догадываюсь я.

– Именно, – Марк кивает. – Сначала это была маска, а потом она вросла в кожу. Стала частью меня. Этот алгоритм защищал меня в бизнесе, помогал выигрывать переговоры и держать дистанцию. Я перестал быть удобным парнем. Я стал Стратегом.

Он замолкает. На кухне слышно только тихое гудение холодильника. Я смотрю на его сильные руки, на четкий профиль. Этот мужчина, который кажется всем железной машиной, на самом деле просто когда-то давно спрятал свое огромное, доброе сердце за бетонной стеной интеллекта, чтобы его не растоптали.

– Знаете, что самое забавное? – тихо говорю я, не отрывая от него взгляда. – Мы с вами очень схожи в этом. Я тоже выстраивала свою защитную стену. Я думала, что если буду контролировать каждый сантиметр своей жизни, мне никто не сделает больно. Я тоже спряталась, Марк. Только не за умными словами, а за графиками, планами и иллюзией власти над мужем.

– Мы оба скрывались за своей броней. И оба оказались преданы теми, кого пустили за броню.

Его взгляд становится таким плотным, осязаемым, что по моей коже бегут мурашки. Он медленно протягивает руку через стол. Его большие, теплые пальцы накрывают мою ладонь.

– Но сейчас, Катя, – его голос звучит глубоко, бархатно, пробирая до самых костей. – Мы сидим на вашей кухне. И впервые за очень долгое время моя система не фиксирует угрозы. С вами мне не нужен файрвол.

– И мне он не нужен, – едва заметно киваю.

– Катя, вы – единственный человек, который переводит мой код без искажений, – Марк переплетает наши пальцы. Движение получается абсолютно естественным. – И, смею заметить, за вашей броней скрывается невероятно живая, теплая и красивая женщина.

Глава 49

Николай

Наступает волнительный день. Скоро моя судьба изменится. Я смогу переехать из коммуналки. Смогу зажить так, как того заслуживаю, а дальше открыть новые залы, снова ворваться на олимп.

Стою у замызганного зеркала ванной. Рубашка моя пожелтела. Уля ее испортила. Неправильно стирала. Еще и с таким криком. Но я прощаю, ей можно, она все же беременна. От души поливаю себя подарком Зины, одеколон «Черный принц», запах мне даже стал нравиться.

Прическа моя… тут, конечно, обидно, из Зины стилист так себе. Она меня машинкой своего сына стрижет. Но как-то кривовато. Ну да ладно. Главное ведь начинка. Аленка от меня без ума! Я самец, в какой бы обертке ни был. Особенно в сравнении с ее муженьком.

При упоминании о Стратеге, челюсть сводит судорогой.

Я бы сделал его в том бою! Я бы победил!

Это тренер все испортил!

Зинки нет, Уля спит. Она последнее время то и делает что дрыхнет. В принципе это неплохо, меньше мне на мозги капает. Не мешает строить планы по новому завоеванию мира.

На автобусе доезжаю до больницы. И я даже привык к этому виду транспорта. Настоящего бойца такими мелочами не сломить.

Влетаю в палату клиники с победоносной улыбкой. Алена уже переоделась в свободный, но явно дорогой серый костюм. Она выглядит бледной, но в глазах горит привычный холодный, расчетливый огонек.

– Аленушка! Птичка моя наконец-то на волю! – распахиваю объятия, подхватываю ее и смачно целую в щеку.

Алена внезапно морщится, дергает носом и слегка отстраняется.

– Коля... Господи, чем от тебя пахнет? – она изящно машет ладонью перед своим лицом. – Как будто ты спал в сосновом лесу и жег резину.

– Эксклюзивный парфюм! Запах настоящего мужчины, а не твоего офисного сухаря Марка! – невозмутимо парирую, главное не терять бодрость духа, подхватывая ее сумку. – Ну что, поехали в новую жизнь? Моя тачка в ремонте, легкий тюнинг перед новым сезоном. Поедем на твоей? – выпаливаю подготовленную речь.

Ясное дело, что она ожидает меня на тачке, но тут я мозг! Я подстраховался.

– На моей не получится, – Алена поджимает губы. – Она в гараже у Марка. Это его дом, и доступ мне пока туда закрыт. Но это временно, я с ним еще пободаюсь. Пусть не думает, что легко отделается.

– Правильно! Нельзя ему ничего с рук спускать! Ты в таком состоянии была, а он так цинично с тобой! В дом не пускать! – естественно, тут я полностью ее поддерживаю, чем больше она ощиплет Марка, тем больше мне достанется.

– Я сейчас еду в какую-то крошечную двушку, даже не в центре. Марк снял ее для нянь и девочки, – она раздраженно поправляет волосы. – Представляешь, какая наглость? Выставил меня из моего же дома в арендованную конуру!

– Полнейшая наглость! – усердно киваю. – Нельзя ему это прощать!

– Коля, давай лучше поедем к тебе? Ты же говорил, что у тебя огромный дом!

Внутри меня все холодеет. В коммуналку?! К Стасику, Уле и Зине?! Мой мозг, натренированный годами на ринге, мгновенно выдает гениальное решение.

– Радость моя, я бы с удовольствием! – делаю скорбное лицо и прижимаю руку к сердцу. – Но я же говорил, старый дом я благородно оставил Катьке! А себе купил новый. Огромный особняк. Три этажа, бассейн! Но там сейчас полным ходом идет ремонт. Сносят стены, там пыль столбом! Я не могу привезти мою нежную девочку, только что из больницы, дышать строительным мусором. Я сам пока ночую... э-э-э... в служебных апартаментах инвесторов. Так что поехали пока к малой. Я безумно хочу увидеть дочь! Это же плод нашей с тобой любви! – самые именитые актеры бы позавидовали моей игре. Сейчас я реально выгляжу как влюбленный мужик и счастливый отец.

Алена тяжело вздыхает, но кивает.

Еще бы моя логика железная!

Мы спускаемся вниз, я королевским жестом вызываю такси, выбираю тариф «Эконом», но машина чудом приезжает чистая. Всю дорогу Алена молчит, глядя в окно, а я мысленно подсчитываю, сколько денег осталось ее личных, и что ей полагается после развода.

С ее хваткой она точно не должна продешевить.

Такси тормозит у приличного жилого комплекса. Водитель поворачивается к нам. Называет сумму.

Запара… но и я к ней готов.

Я с вальяжным видом хлопаю себя по карманам пиджака. Левый, правый. Делаю удивленное лицо.

– Вот же, блин... Бумажник! Оставил его в другом пиджаке, когда ездил на встречу с инвесторами! – я виновато, но с гордостью смотрю на Алену. – Малыш, раскидайся с шефом, а? Это ж мелочевка.

Алена медленно поворачивает ко мне голову. Ее взгляд становится каким-то очень колючим и подозрительным. Она молча достает бумажник, передает деньги водителю.

– Сдачи не надо, – цедит сдавленно и покидает автомобиль.

Мне этот взгляд совсем не нравится. Надо срочно сгладить углы! Я не могу допустить, чтобы рыбка сорвалась с крючка!

Глава 50

Мы поднимаемся на нужный этаж, заходим в квартиру. Двушка действительно обычная, с хорошим ремонтом, но без роскоши. Нас встречают две женщины в медицинской форме. У одной на руках маленький, завернутый в плед сверток.

Стратег и тут отличился, не мог нормальных нянек нанять. У этих рожи такие пресные, такие деловые. Тьфу. Впрочем, как и он сам.

Но плевать на Марка, мне сейчас надо запудрить мозги Алене. Для этого надо быстро включить любящего папочку.

– Принцесса моя! Папина радость! – я картинно подхватываю малышку на руки, заглядывая в ее крошечное личико. Сюсюкаю, чмокаю ее в лобик.

А внутри – абсолютная пустота. Я смотрю на эту девочку и не чувствую ровным счетом ничего. Она была просто инструментом. Способом доказать Марку, что я круче, что я могу забрать у него все, вплоть до жены, и даже ребенок будет от меня.

А теперь... Уля носит моего сына. Моего настоящего наследника, будущего чемпиона! А эта девчонка – просто приятный бонус, который принесет мне деньги ее матери.

Смогу ли я играть заботу и любовь?

Да без проблем, если это поможет вновь вернуться на олимп. И даже благодарность к ней буду испытывать.

Вообще, малой реально повезло, что в ней текут мои гены, а не этого зануды Стратега. Так что я ее уже наградил, в ней от рождения заложен чемпионский ген.

Алена на ребенка даже не смотрит. Она сбрасывает туфли, брезгливо оглядывает прихожую, тяжело вздыхает и плетется в гостиную.

Странная она… это же ее дочь. И она же ее вообще не видела с рождения.

Возвращаю ребенка няне и спешу за своей золотой антилопой. А она падает на диван и закрывает глаза рукой.

– Марк – просто жлоб, – возмущается, дышит сипло, рвано. – Как он мог снять это убожество? Я тут не останусь. Переночую, соберусь с силами, и мы найдем что-то приличное. А девочка... – она кривится, слыша плач из соседней комнаты. – Я еще слишком слаба, чтобы слушать эти крики. Пусть остается тут.

– Конечно, родная! Тебе нужно восстанавливаться, – присаживаюсь рядом, поглаживаю ее по колену. – Пусть няньки и смотрят, Марк же им платит. А мы с тобой скоро переедем в мой особняк, как только я завершу ремонт.

Алена вдруг убирает руку от лица. Она поворачивает голову и смотрит на меня. Долго. Внимательно. Цепко. Так хищник смотрит на хромую антилопу. Она садится на диване, скрещивает руки на груди и ее голос становится тихим, металлическим и абсолютно беспощадным.

– Коля.

– Да, птичка? – я лучезарно улыбаюсь, хотя по спине пробегает холодок.

Пятой точкой чую что-то недоброе. Напрягаюсь. Но внешне держусь, демонстрирую любовь.

– У тебя явно проблемы с деньгами, – констатирует она тоном, не терпящим возражений.

Меня прошибает холодный пот. Мне дурно становится. Как у нее мозги так быстро заработали?

Что делать?

Как выкрутиться?

Что придумать?

Открываю рот, чтобы возмутиться, надо продолжать гнуть свою линию, но она поднимает палец, заставляя меня заткнуться.

– Пока я лежала в палате, я кое-что пробила, – замолкает и выжидающе смотрит на меня.

– Ты могла пробить, только то, что я тебе рассказал. Еще происки конкурентов и заказные статьи, но… – делаю паузу, вздергиваю подбородок, – Но, Алена, ты слишком умна, чтобы верить бредням.

– Коля, у меня нет времени и желания играть с тобой в эти нудные игры. Или ты выкладываешь мне все, как есть, или…

Нервно сглатываю.

Что выкладывать? Что она знает?

И что это за нехорошее «Или»?

Глава 51

– Аленушка, ну какие секреты? – выдавливаю самую обаятельную улыбку, хотя губы внезапно становятся деревянными. – Да, есть временные кассовые разрывы. Катька, стерва, подсуетилась с юристами при разводе. Заблокировала пару карточек...

– Пару карточек? – Алена грациозно выгибает бровь, и в ее глазах появляется откровенная брезгливость. – Коля, у тебя миллионные долги. И ни одного собственного зала. У тебя нет ничего. Ты – абсолютный финансовый ноль.

– Это подстава! – взрываюсь, искренне возмущаясь несправедливостью этого мира. – Меня предали! Но я же Молот! Мое имя стоит огромных бабок! Мы с тобой сейчас объединим капиталы, я найду спонсоров, ты же гениальный финдиректор...

– Объединим капиталы? – Алена издает короткий, злой смешок, от которого мне становится не по себе. – Мои деньги и твои долги? Ты за кого меня держишь, Молотенко? За идиотку?

– Но как же наша любовь?! – пытаюсь взять ее за руку, но она отшатывается так, словно я прокаженный. – Я же ради тебя семью бросил! Ты говорила, что я яростный самец, что я свожу тебя с ума!

– Что за чушь! Семью он бросил! – Алена картинно закатывает глаза. – Коля, давай называть вещи своими именами. Марк был идеальным и до зевоты скучным. Мне захотелось адреналина. Грязной, первобытной страсти. Ты был отличным тренажером. Тупым, но очень умелым в постели. К тому же чемпионом. Эдакий спортивный трофей, которым можно потешить эго.

Меня словно бьют под дых на ринге. Воздух со свистом вырывается из легких.

– Трофей?! Да я отец твоего ребенка! Я примчался к тебе, как только ты глаза открыла!

– И что? – Алена презрительно кривит губы. – Думаешь, ребенку нужен нищий папаша, от которого несет дешевым, подвальным одеколоном? Коля, твое чемпионство быльем поросло. Кто сейчас помнит твои бои? Ты дырка от бублика. Отработанный материал.

Я стою, задыхаясь от унижения. Мои кулаки сжимаются сами собой до хруста в костяшках.

– Ты не имеешь права так со мной разговаривать... Я альфа!

– Ты бесполезный хлам, – отрезает ледяным тоном. – Если бы от тебя была хоть какая-то польза, я бы, возможно, оставила тебя при себе в качестве эскорта и комнатной собачки. Но ты даже такси оплатить не можешь. Вон отсюда, Коля. И чтобы я больше тебя не видела.

– Ален...

– Вон! Если у тебя осталась хоть капля самоуважения. Не позорься больше.

Хлопок тяжелой двери. Я в коридоре. Тяжело дышу и по ступеням бегу прочь из подъезда. На воздух.

В груди зияет огромная, кровоточащая рана. Как она могла?! Я же для нее… я же готов был воспитывать ребенка, стать девочке отцом. И это несмотря на Улю, которая носит моего наследника. А она… А она вышвырнула меня, как бродячего пса. Растоптала мою мужскую гордость, обесценила мои победы!

Ее слова звучат в ушах. До сих пор. Больно. Обидно.

И самое паршивое, по телу расползается липкое унижение.

Хочется вернуться и… что я скажу?

У меня нет денег, а значит и аргументов.

Холодный ветер бьет в лицо, остужая пылающие от унижения щеки.

Почему моя жизнь превратилась в этот ад? За что мне все это?

Я иду к метро, пиная попадающиеся под ноги камешки, и тут в моей голове все встает на свои места. Словно вспышка прожектора на темном ринге.

Алена права в одном. У меня ничего нет. Но почему у меня ничего нет?! Потому что все украла Катька!

Эта ледяная, расчетливая стерва присвоила себе МОИ достижения! МОЙ бизнес, который я строил своими потом и кровью! Пока я выживаю в коммуналке, деля макароны с Улей и тараканом Стасиком, она кайфует в моих залах! Купается в роскоши, перекрашивает мои стены в розовый цвет и корчит из себя великую бизнес-леди! Это из-за нее от меня отвернулись инвесторы. Из-за нее меня сейчас унизила Алена!

Кровь приливает к голове. Ярость затапливает меня с головой, выжигая обиду и превращая ее в чистое, концентрированное топливо.

Настоящие бойцы не сдаются. Если со мной играют грязно, то и я буду бить ниже пояса.

Достаю телефон, листаю телефонную книгу. Спортивные журналисты, редакторы скандальных хроник, стервятники из желтой прессы... У меня же столько раз брали интервью, когда я был на пике!

Эти гиены падки на скандалы и грязное белье. А уж историю о том, как коварная, беспринципная жена-мегера обманом отняла империю у доверчивого, благородного Чемпиона, вышвырнув его на улицу без копейки, они оторвут с руками! Я расскажу им все. Приукрашу так, что зрители будут рыдать от сочувствия ко мне и плеваться в сторону ее фитнес-залов.

Я уничтожу ее репутацию. Я размажу ее по всем телеканалам и пабликам.

Держись, Катерина. Молот возвращается на ринг, и теперь он ославит тебя так, что ты будешь бояться на улицу выйти. Узнаешь, каково это жить в презрении.

Глава 52

Катерина

Утро начинается не с кофе, а с того, что мой телефон сходит с ума.

Сначала я спросонья думаю, что забыла выключить будильник. Но когда на экране высвечивается имя пятого за утро потенциального клиента, я понимаю: в мире что-то сломалось.

– Катерина, здравствуйте! – щебечет в трубку незнакомая мне женщина. – Мне срочно, просто жизненно необходим ваш дизайн-проект для нашего нового загородного дома! Готова заплатить сколько скажете за срочность!

Я моргаю, сидя на кровати. Дизайн всегда был моей страстью. Еще учась в школе, я уже зарабатывала свои первые деньги. Я с нуля выстроила свою фирму. У отца ни копейки не просила. Я очень много лет потратила, чтобы заработать себе безупречную репутацию.

Переделка залов Коли, это скорее чтобы вытравить его дух. Это приятный бонус, но никак не основной доход.

Но чтобы клиенты звонили в восемь утра и умоляли взять их объекты без очереди? Такого никогда не было.

Что вообще происходит?

Не успеваю отложить телефон, как звонит менеджер из главной фитнес-студии.

– Екатерина Петровна! – ее голос срывается от волнения. – У нас ЧП!

– Что случилось? – напрягаюсь.

– У нас аншлаг! Телефоны обрывают, запись во все четыре филиала забита на два месяца вперед! Лист ожидания трещит по швам! Женщины пришли прямо к открытию с желанием купить абонемент.

– Я скоро приеду.

Едва успеваю закончить разговор, как звонит менеджер из другой студии, там точно такая же ситуация.

Не понимаю, что в мире случилось, что всем с утра понадобился фитнес? И мои услуги по дизайну?

Понимаю, что я чего-то не понимаю.

Быстро принимаю душ, натягиваю строгий брючный костюм и мчусь к фитнес-центру.

В просторном, пахнущем орхидеями холле реально не протолкнуться. Десятки ухоженных женщин пьют детокс-коктейли, оформляют клубные карты и возбужденно перешептываются. Увидев меня, они замолкают, и вдруг по холлу прокатывается одобрительный шепоток. Кто-то даже показывает мне большой палец.

Я пробираюсь в свой кабинет, закрываю дверь и тяжело прислоняюсь к ней спиной. Что происходит? Я стала лицом какого-то тайного женского культа?

Телефон в кармане вибрирует. Люда.

– Катя! – сестра не здоровается. Она бьется в истерике, всхлипывает от смеха. Ни разу я не слышала, чтобы она так смеялась. – Катька, скажи мне, что ты уже видела этот шедевр мирового кинематографа!

– Люда, я ничего не понимаю, – прохожу к столу и падаю в кресло. – У меня студии забиты под завязку, заказчики на дизайн выстроились в очередь. Что я должна была видеть?

Люда снова заходится безумным смехом.

– Ты не знаешь?! О, святые небеса! Катя, твой бывший превзошел сам себя! Он пошел к этому... как его... скандальному блогеру, который грязное белье полощет! Я тебе ссылку кидаю. Включай немедленно! Это лучшая пиар-кампания века!

В мессенджер падает ссылка. Я открываю ноутбук, кликаю по видео. На экране – студия в темных тонах. В центре, на кожаном диване, сидит Коля. В своем заляпанном пиджаке, небритый, с трагически заломленными бровями.

– Понимаешь, брат... – Коля вздыхает в микрофон, и его голос дрожит. Он картинно трет нос огромным кулаком. – Я отдал ей все. Свои лучшие годы. Свое здоровье! Я на ринге кровь проливал, я все в дом тащил, обувал, одевал ее с ног до головы! А она... она оказалась холодным, расчетливым тираном!

Ведущий сочувственно кивает:

– Она подавляла в вас мужское начало, Николай?

– Еще как! – Коля всхлипывает. Огромный мужик реально сидит и давит слезу! – Она все подмяла под себя! Я был львом в золотой клетке! Она заставляла меня... пылесосить! Представляешь?! Чемпиона – за пылесос! Она мне изменяла! Использовала меня! А потом она обманом переписала на себя мой бизнес. Мои брутальные залы, где пахло железом и победой! И что она с ними сделала?! – Коля возмущенно всплескивает руками. – Она выкрасила их в розовый! Навешала там шелковых тряпок и заставила баб прыгать под жуткую музыку! Она уничтожила мое наследие! Я остался на улице, в одних штанах!

Я закрываю лицо руками. Мне одновременно стыдно за то, что я когда-то спала с этим человеком, и невероятно, до колик в животе смешно. Коля пошел мстить, а в итоге расписался в собственной ничтожности на миллионную аудиторию.

Опускаю взгляд в комментарии под видео. И там полыхает настоящий пожар. Интернет безжалостен.

«Скиньтесь Чемпиону на платочек, а то он сейчас ринг слезами затопит».

«Когда пропустил хук слева от собственной жены. Нокаут в первом раунде, Коля!»

«Сто килограмм мылодрамы. Альфа-самец просит алименты на успокоительное».

«Скажите адрес залов этой его бывшей жены! Я хочу тренироваться у женщины, которая заставила боксера-тяжеловеса пылесосить и отжала у него бизнес! Она просто богиня!»

«Скинула ссылку мужу. Сказала, если не помоет посуду, выкрашу его гараж в розовый, как Катя».

Мда… Коля, чем ты думал…

Смотрю на экран и перевариваю информацию.

Кода мы были в браке, Коля советовался со мной по каждому вопросу. Я ему говорила, как поступить и он слушался. А сейчас… сейчас он занялся самодеятельностью.

И тут мой телефон снова оживает. Марк.

– Доброе утро, Марк, – с улыбкой принимаю вызов. – Вы тоже звоните записаться ко мне на дизайн-проект или на растяжку? Мест нет, говорю сразу.

В трубке раздается его низкий, бархатный смешок.

– Доброе утро, Екатерина. Признаюсь, наблюдать за публичным самоуничтожением вашего бывшего супруга – весьма занимательно. Уровень социального дна просто беспрецедентный.

– Он хотел меня уничтожить, Марк, – вытираю слезы от смеха. – А в итоге сделал мне бешеную рекламу. Я даже не знаю, подать на него в суд за клевету про пылесос или отправить ему корзину фруктов в коммуналку.

– Закон сохранения энергии в действии, – философски замечает Стратег. – Его агрессия конвертировалась в вашу прибыль. Скажите, Катерина... вы ведь не планируете из сострадания мешать ему закапывать себя дальше?

– Мешать? – фыркаю, покрутившись в кресле. – Марк, я планирую купить попкорн. Пусть роет.

– Идеальная стратегия. В таком случае, не окажете ли вы мне честь разделить эту порцию попкорна сегодня за ужином?