Текст книги "Не смотри (ЛП)"
Автор книги: Александра Айви
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)
Он был ласковым, как ягненок, но его размеров вполне хватало, чтобы напугать большинство людей.
Идеальный гость в доме.
Глава 14
Дорогой Рудольф,
Посещал ли ты Эффиджи-Маундс, когда учился в школе? Конечно. Наш четвертый класс ездил на экскурсию, чтобы посетить их. Другие дети бегали вокруг, притворяясь ковбоями. Или пробирались в близлежащий лес, чтобы поиграть в дурацкие игры с поцелуями. Идиоты. Но не я. Я был очарован курганами. Только представь себе, что в этих гробницах витает дух мертвых. Как только вернулся домой, побежал в пустое поле и построил свой собственный курган. По замыслу это должен был быть буревестник, но он больше походил на извилистый крест. Тем не менее, я хотел узнать, даст ли он мне силы, которых так отчаянно жаждал. У меня не было трупа, но это меня не остановило. Я перерезал горло нашей кошке и положил ее внутрь.
Тогда за мной пришла моя мать.
Думал, она будет гордиться мной. Я создал свой собственный курган. Глупо, конечно. Никто никогда не гордился мной. Она увидела мертвую кошку и решила, что я поклоняюсь дьяволу. Она в ужасе уставилась на меня и закричала.
О, боже. Эти крики.
Именно такой я ее и запомнил. Ее крики эхом разносились по нашему дому днем и ночью. Они представляли собой симфонию гнева, боли и самозабвенных мучений.
Когда они наконец смолкли, я решил, что обрету покой. Хоть одну ночь без этих непрекращающихся криков. Но покоя не наступило.
Вместо этого глубоко внутри меня образовалась ноющая пустота. Я не понимал, что мне нужно, чтобы ее заполнить.
До прошлой ночи, когда снова услышал эти крики. Они вибрировали во мне, когда я нашел свое освобождение.
Успехов тебе, дорогой Рудольф.
А сегодня утром…
Алая кровь окрашивает чистый белый снег. Жизнь перетекает из теплой в застывшую. Не смотри. Боль ушла.
***
Линн проснулась рано утром в понедельник и приготовилась к работе.
Она спала на удивление хорошо, учитывая, что в ее родном городе на свободе бродит сумасшедший убийца, который оставляет жуткие фотографии на ее сарае. А по другую сторону стены спал мужчина, которого она не видела много лет. И еще ее кровать занимала собака весом в сто двадцать фунтов, которая храпела, как дальнобойщик.
Возможно, это потому, что Линн не одна в своем доме. У нее хватало смелости, но она не была идиоткой. Безопасность в численном перевесе. Особенно, когда в него входила огромная собака. А может, дело в расслабляющем вечере, который она провела, смотря телевизор и потягивая вино с Киром.
Они поделились тем, что узнали, по обоюдному согласию. Кир рассказал ей о Челси, загнавшей Нэша в угол в церкви, а также о его разговоре с мисс Локхарт. Она сообщила ему, что шериф побывала в приюте, и что несколько месяцев назад там произошел взлом. После этого они намеренно избегали любых тем, которые могли бы напомнить им, что в городе есть убийца.
Линн уютно устроилась на диване в компании Кира, чувствуя себя так… комфортно. Как будто она провела с ним годы, а не несколько дней.
Как это произошло?
Однажды, когда ее отец пытался объяснить, почему ее мать ушла, он сказал, что жизнь не всегда предсказуема. Иногда ты идешь по дороге, оглядываясь назад, чтобы увидеть каждый шаг, который привел тебя к конечной точке. В других случаях, оглянувшись, вы не могли понять, как же вы так заблудились. Словно волна снесла вас с ног и занесла туда, где вы никогда не собирались быть.
Это могло быть хорошо или плохо, но это неизбежно. Он называл это подарком судьбы, а Линн – проклятием.
Трудно сказать, кем окажется Кир.
Приняв душ и одевшись для рабочего дня к пяти сорока пяти, Линн прошла на кухню, где ее уже ждал Кир с горячим кофе и свежими тостами. Он натянул поношенные джинсы и старую толстовку, а его волосы спутались после сна. В ее животе забурлило тепло. Как он мог выглядеть так сексуально в столь ранний час?
«Пока что это скорее дар, чем проклятие», – прошептал голос в глубине ее сознания.
Она взяла кружку кофе, которую он протянул ей, и прислонилась к стойке, чтобы откусить тост.
– Как спалось? – спросил Кир, скользя взглядом по ее кремовому свитеру крупной вязки и повседневным брюкам, словно лаская.
Она поборола девичье желание покраснеть, проглотив последний тост и сделав глоток кофе.
– Кинг храпит.
Он усмехнулся, придвинувшись так, что она почувствовала тепло его тела.
– А я нет.
Она откинула голову назад, встретив его дразнящую улыбку.
– И ты говоришь мне это, потому что…?
– На будущее.
– Приятно слышать.
Он шагнул еще ближе, коснувшись рукой ее бедра.
– Я, однако, краду одеяла.
Ее пронзили мурашки удовольствия.
– Это меня не удивляет.
– Не удивляет?
– Ты похож на парня, который знает, чего хочет, и добивается этого.
Он провел рукой вдоль ее бедра к изгибу спины.
– Я решительный.
– Упрямый, – поправила она.
– Я еще и реалист.
Она инстинктивно выгнулась вперед, позволяя себе прижаться к его твердому телу.
– Что это значит?
Мучительное сожаление омрачило его глаза.
– Мне потребовались годы, но я наконец-то понял, что не могу изменить других. Как бы сильно я этого ни хотел. – Он сделал паузу. – Ты должна решить, стоит ли рисковать.
Во рту у нее пересохло, как в пустыне. Кир едва касался ее, но между ними возникла пугающе интимная связь.
Инстинктивно она сделала шаг назад, разрывая его легкую хватку.
– Я слишком скучна, чтобы рисковать.
Он моргнул, как будто она только что сказала что-то невероятное.
– Ты шутишь?
– Нет.
– Линн, у тебя повсюду шишки и синяки, не говоря уже о том, что я вижу, как минимум один след от укуса. – Он бросил взгляд на ее руку, заживающую после битвы с испуганным йорком. – Ты ездишь в метель и работаешь безумное количество часов. Вся твоя жизнь – это риск.
– Только не с моим сердцем.
– А-а. – Он поднял руку, как будто собираясь притянуть ее к себе. Затем, скорчив гримасу, опустил ее обратно на бок. – Чего ты боишься?
– Я не знаю. – Эти слова не стали ответом, но они звучали искренне. Она резким движением схватила свою куртку, которую повесила на спинку стула. – Мне нужно в клинику. Что ты собираешься делать сегодня?
Кир сложил руки на груди, прислонившись к обеденному столу.
– Я подумал, что мог бы взять Кинга на прогулку.
Линн погладила по голове мастифа, который закончил завтрак и дремал у задней двери.
– Не слишком далеко. Его лапы замерзнут в такую холодную погоду.
– С ним все будет в порядке. – Кир улыбнулся собаке. – Правда, мальчик?
Кинг залаял в знак согласия.
Линн закатила глаза и взяла свою сумочку и медицинский саквояж, который оставила на стойке.
– Если меня не будет дома к ужину, ты можешь поискать что-нибудь в морозилке.
– Разберусь. – Без предупреждения Кир взял ее лицо в свои руки и прижался к ее губам в пылком поцелуе. – Береги себя.
Он отпустил ее, прежде чем она поняла, что происходит, и Линн поспешила из кухни через гостиную. Мгновением позже она уже сидела в своем грузовике, давая двигателю прогреться. Что с ней творится? Сердце колотилось так быстро, что у нее закружилась голова, а губы покалывало от его поцелуя. Как будто она легкомысленный подросток.
Разве она не усвоила урок с Нэшем? Впрочем, это лишь пустые слова. Кир совсем не походил на Нэша. И ее растущее увлечение прямо противоположно тому, что повторялось с мужчинами, с которыми она встречалась в прошлом. Обычно, чем ближе они становились, тем больше ей хотелось разорвать отношения. С Киром же, чем больше времени она проводила с ним, тем больше он ей нравился и вызывал уважение.
Сокрушаясь своим нелепым мыслям, она сдала назад и выехала со двора. К счастью, Кир припарковался на другой стороне улицы, так что ей не пришлось беспокоиться о том, что его машина заблокирует ее. К тому же снег прекратился, когда она возвращалась домой из приюта, так что ей не пришлось чистить окна.
Но когда она включила двигатель, Линн нахмурилась.
Что-то показалось странным.
Она позволила грузовику катиться вперед, пытаясь определить источник своего беспокойства. Когда ей это не удалось, она списала на необычность начала своего дня с мужчиной на кухне и нажала на газ. У нее хватало забот и без новых тревог.
Свернув на пустую улицу, она повернула за угол и направилась к своей клинике. Было еще достаточно рано, рассвет только начинал расползаться по небу. Из-за затянувшихся теней оказалось легко заметить вспышки света, идущие из центра города.
Что теперь?
Она затормозила. Ее клиника располагалась справа. «Просто езжай прямо на работу и притворись, что ничего не случилось», – сказала она себе. В конце концов, она не шериф и не опытный медик – чем она может помочь? Но больное любопытство заставляло ее ехать вперед. Когда она свернула на Главную улицу, у Линн подвело живот при виде многочисленных машин скорой помощи, круживших вокруг парка.
О боже. Случилось что-то плохое.
Сосредоточившись на фигурах в тени, а также на шерифе, которая, как она видела, двигалась вокруг машины скорой помощи, Линн вскрикнула от шока, когда фургон, ехавший навстречу, внезапно остановился прямо перед ней.
Ударив по тормозам, она выругалась, когда грузовик занесло, прежде чем Линн восстановила контроль. Она все еще дрожала, когда из фургона вылез знакомый мужчина и направился к ее двери.
Паркер Боуэн.
Линн опустила окно, сопротивляясь желанию наброситься на него за то, что он чуть не довел ее до сердечного приступа. Она предполагала, что у него есть важная причина для такого безрассудного маневра.
– Что случилось?
Паркер шагнул в свет ближайшего фонаря, его лицо казалось напряженным.
– Поезжай на станцию.
– Что?
– На телевизионную станцию, – уточнил он. – Я встречу тебя там.
Она покачала головой. Ни за что на свете Линн не хотела попасть в утренние новости.
– Как бы я ни ценила все, что ты сделал для приюта, Паркер…
– Это важно, – перебил он.
Не дожидаясь ответа, он повернулся и поспешил к своему автомобилю. Линн нахмурилась, когда фургон осторожно отъехал в сторону. Следует ли ей проигнорировать его просьбу? Она не верила, что Паркер не попытается убедить ее дать интервью. С другой стороны, он сказал, что это важно. Что, если это как-то связано с убийствами?
Растерянно вздохнув, Линн сняла ногу с тормоза и развернулась. Шериф сейчас слишком занята, чтобы заметить ее, а она не хотела проезжать мимо парка. Не сейчас, когда Линн понятия не имела, кто лежит мертвым на снегу.
И она не сомневалась, что там точно какой-то мертвец.
Иначе почему все машины скорой помощи в округе оказались там?
Следовавшая за фургоном Линн почувствовала облегчение, когда они въехали на стоянку рядом со станцией. Еще совсем рано, но на стоянке уже стояло несколько машин, а в одноэтажном кирпичном здании горел свет. Истинная правда – новости никогда не спят.
Паркер остановился на месте, где на деревянной табличке красовалось его имя. Линн припарковалась рядом с ним. Она не собиралась задерживаться надолго, поэтому не должна никому помешать.
Он подождал, пока она вылезет из грузовика, и провел через запертую входную дверь. Вместе они пересекли вестибюль, где за стеклянным столом уже сидела симпатичная молодая секретарша, выражение ее лица резко изменилось при виде Паркера. Неужели эти двое любовники? Возможно. Линн лично не привлекал ведущий новостей, но он молод, красив и амбициозен. Все то, что большинство женщин хотели видеть в потенциальном муже.
Не взглянув на секретаршу, Паркер повел Линн по коридору, устланному коврами и увешанному глянцевыми фотографиями ведущих новостей.
– Куда мы идем? – спросила она, когда они свернули за угол. В этой части здания царила тишина, которая ей не нравилась. Это заставляло ее чувствовать себя слишком отрезанной от мира. Она потянулась в сумочку, чтобы нащупать телефон.
– В мой кабинет. – Он использовал свою ключ-карту, чтобы отпереть дверь и толкнул ее. – Заходи.
Линн крепче сжала телефонную трубку.
– Мне действительно нужно в клинику.
– Это не займет много времени.
Он переступил порог и исчез из виду. Линн осторожно двинулась вперед, заглядывая в кабинет. Обстановка была сурово мужской, с тяжелой кожаной мебелью и полками, заставленными статуэтками, которые, по ее предположению, служили своего рода наградами. Стеклянная стена от пола до потолка открывала вид на поля, окружавшие Пайк.
Паркер пересек серебристый ковер, чтобы занять место за тяжелым письменным столом из вишневого дерева, и нетерпеливо пригласил ее присоединиться к нему.
– Закрой дверь.
Линн колебалась, затем, расправив плечи, заставила свои ноги двигаться вперед.
– Вообще-то, я предпочитаю оставить ее открытой.
Он нахмурился.
– Ладно.
– Извини, просто…
– Да, сейчас странное время в Пайке, – согласился он с беззлобной улыбкой. – И оно становится все более невероятным.
Линн присела на край кожаного кресла рядом с письменным столом. Она рассеянно заметила стопки блокнотов на его столе, а также два ноутбука. На противоположной стене висел телевизор, на экране которого мерцало утреннее шоу, а под ним – серия фотографий Паркера в рамке, на которых он держал разнообразных крупных рыб.
Возможно, Паркер и не был уроженцем этих мест, но он явно заразился местной одержимостью.
Убедившись, что кабинет соответствует ее представлениями о занятом телеведущем, она обратила внимание на Паркера, наблюдавшего за ней с нечитаемым выражением лица.
– Ты знаешь, что происходит в парке? – спросила она.
Он откинулся в своем кресле, поворачиваясь из стороны в сторону.
– У меня есть несколько знакомых в офисе шерифа. Они позвонили мне в пять часов и сказали, что найден труп.
Стало трудно дышать, как будто воздух затвердел в ее легких.
– Ты знаешь, кто это?
Паркер замешкался, потянулся, чтобы взять со стола блокнот. Раскрыл его.
– Мисс Рэндалл, – прочитал он вслух.
– Мэдлин Рэндалл?
– Да. Она… – Он помрачнел, подняв взгляд от блокнота. – Извини. Учительница на пенсии.
– Я училась у нее в третьем классе. – Страх, что Паркер собирается назвать имя одной из ее близких подруг, улетучился, оставив Линн в оцепенении. Она не знала пожилую женщину за пределами класса. И если быть до конца честной, ненавидела мисс Рэндалл как учителя. Уже тогда та представляла собой озлобленную, обиженную женщину, которая обращалась с детьми очень жестоко. – Как думаешь, это сделал тот же сумасшедший, что убил Шерри и Рэнди? – спросила она.
Ведущий бросил блокнот обратно на свой стол.
– К тому времени, как я приехал, парк уже перекрыли, и они не очень охотно делились информацией. Но по выражению лиц помощников шерифа я понял, что это один и тот же убийца.
Линн кивнула.
– Это ужасные новости, но не совсем понимаю, почему ты настоял, чтобы я приехала сюда.
– Когда понял, что не получу никаких кадров с места преступления, я вернулся обратно на станцию.
Линн скрыла дрожь, стараясь не выказать отвращения. В обязанности Паркера входило освещать новости, будь то новый знак «Стоп» перед банком, собрание молодежной организации или трупы.
– И тут я вспомнил, что у нас в парке есть камера.
Ее глаза расширились от шока. Скрытая камера в парке? Это казалось… слишком грубым вторжением в чужие дела. Возможно, даже незаконным.
– Серьезно?
– Мы используем ее для прямых включений во время утренних и вечерних прогнозов погоды.
Ох. Линн вдруг вспомнила кадры раннего рассвета и заката, которые показывали во время трансляции. Она никогда не задумывалась о том, где могут находиться камеры. Теперь она наклонилась вперед, и в ней вспыхнула надежда.
– Хочешь сказать, что убийство попало в прямой эфир?
Он поднял тонкую руку.
– Камера находится в парке, но она направлена на городскую площадь. Тем не менее, я надеялся, что мы могли заснять что-то, что раскрыло бы личность убийцы.
– Получилось?
– К сожалению, нет. – Его челюсть сжалась от разочарования. – Чертовски жаль. Так бы я попал в национальные сети.
– Паркер. – Ее отвращение сменилось сильнейшим шоком. На секунду она подумала, не несет ли он ответственность за эти смерти. Что может быть лучше, чем обеспечить себе освещение самой горячей истории в Висконсине?
Затем она подавила это неприятное подозрение. Даже Паркер не настолько амбициозен. «В самом деле?»
– К тому же мы могли бы привлечь преступника к ответственности, – продолжал он ровным тоном.
Она отогнала свою неприязнь к Паркеру. Он имел полное право заниматься своей карьерой. Не похоже, что маленькая станция в Пайке, штат Висконсин, представляла собой работу мечты для любого ведущего.
– Неужели нет ничего, что могло бы помочь властям?
– На камеру попала только одна машина. – Он подался вперед и взял со стола пульт. Направив его на телевизор на стене, переключился с прямой трансляции на предыдущее видео с камеры в парке. – Посмотри сама.
Она нахмурилась. Неужели он надеялся, что она узнает машину и даст ему ключ к разгадке личности убийцы?
Изображение на записи представляло собой резкий контраст света уличных фонарей и предрассветных теней, что придавало городской площади ненатуральный вид. Как будто это голливудская декорация, а не город, который она знала всю свою жизнь. Магазины стояли темные, а улицы опустели. Просто сонная ночь в Пайке.
Затем по парку промелькнули фары, и затвор камеры открылся и закрылся, пытаясь сфокусироваться. Техническая неполадка почти скрыла мчащийся по улице автомобиль, шины которого выбрасывали рыхлый снег в виде белых брызг. Но как раз перед тем, как машина исчезла с экрана, Паркер нажал на паузу на пульте и увеличил изображение.
Линн вскочила на ноги и сделала шаг к телевизору.
– Это мой грузовик, – задыхаясь, произнесла она, указывая на номерной знак с буквами PAWSPRO*. Шутка ее отца. – В котором часу это было?
* PAWSPRO – социальная сеть любителей животных.
– Четыре пятнадцать утра, – отозвался Паркер, без всякого удивления, и Линн поняла, что он уже знал, что это ее машина.
Она покачала головой.
– Я не понимаю.
– Чего не понимаешь?
– Как мой грузовик мог ездить по городу, в то время как я спала в постели.
– Ты не была на вызове? – спросил он.
Линн заставила себя подумать. Иногда ее дни сливались воедино. Особенно когда она оказывалась безумно занята. Ничего необычного в том, чтобы перепутать, не было.
– Нет, – твердо отрицала она. Линн провела вечер с Киром, а потом проспала до будильника в четыре сорок пять. Она судорожно вздохнула. – Наверное, кто-то украл его.
– Хм… – Паркер бросил пульт на стол и медленно поднялся со стула. – Я как раз собирался поговорить с тобой, когда увидел, что ты проезжаешь мимо парка.
Она повернула голову и озадаченно посмотрела.
– Почему?
– Ты была… – Он намеренно сделал паузу, его губы изогнулись в кривой улыбке. – Расстроена, когда я упомянул, что наркотики, найденные у мертвых женщин, могли быть из твоей клиники. Я предположил, что ты будешь так же расстроена, когда узнаешь, что твой грузовик засняли в парке, где была убита женщина.
Она облизала свои сухие губы.
– Мисс Рэндалл убили в парке?
– Может быть, ее тело просто бросили там, – согласился он. – В любом случае, это не очень хорошо, что твой грузовик находился в этом районе.
Несмотря на толстую куртку и жару в комнате, Линн дрожала.
– Бедная женщина.
Паркер пересел на угол стола.
– Что мне делать с записью?
– Прости?
Он кивнул в сторону телевизора, где на экране все еще застыло изображение ее задней двери.
– Насколько знаю, я единственный, кто это видел.
Она вернула свое внимание к красивому лицу Паркера. Пытался ли он на что-то намекнуть? Линн не умела улавливать тонкие намеки.
– Я уверена, это просто вопрос времени, когда шериф попросит ее посмотреть.
Он улыбнулся.
– Я могу заставить ее исчезнуть.
– Зачем тебе это делать?
– Уверен, что ты не имеешь отношения к убийствам, но шериф… – Его слова повисли в воздухе. Как предупреждение. После долгой паузы он продолжил. – Она ищет, кого бы обвинить. Я не хочу, чтобы убийца сбежал, пока местные правоохранительные органы гоняются за собственными хвостами.
Она сузила глаза. Доверяла ли она ему? Нет. Она обнаружила, что Паркер Боуэн готов использовать любую ситуацию в своих интересах, будь то карьера или личная жизнь. Линн не совсем понимала, почему он считает, что сокрытие видеозаписи ее грузовика может принести ему пользу, но, возможно, он из тех парней, которые собирают одолжения. В том, что люди находились у тебя в долгу, есть своя сила.
– Спасибо, но в этом нет необходимости. – Она натянуто улыбнулась. – Кто-то, должно быть, украл мой грузовик.
Он изогнул бровь.
– А потом вернул его?
Линн замерла, резко вспомнив странное ощущение, когда сегодня залезла в свой грузовик. Подсознательно ли она поняла, что его переставили? Может быть, в салоне оказалось на несколько градусов теплее? Или сиденье не совсем в правильном положении.
Тошнотворный ужас стиснул ее желудок, но она встретила взгляд Паркера, не дрогнув. Линн не хотела, чтобы он понял, насколько она встревожена.
– Да.
– Думаешь, шериф тебе поверит?
– У меня есть свидетель. – Линн с трудом удавалось составлять связные слова. Она не боялась шерифа. С чего бы ей бояться? Она не сделала ничего плохого. Но отвратительная мысль о том, что убийца взял ее грузовик, чтобы совершить убийство…
Паркер напрягся, как бы удивленный ее признанием.
– Свидетель?
– Кир Янсен провел ночь в моем доме.
– А-а. – Нечто, похожее на ревность, читалось в его сжатых челюстях. – Как удачно для тебя.
Отчаянно желая побыть одной, чтобы переварить последние события, Линн отступила к двери. Меньше всего ей хотелось показывать, насколько она близка к полной панике.
– Спасибо, что предупредил, Паркер. – Она кивнула в сторону телевизора. – Тебе, наверное, стоит передать запись шерифу.
Он шагнул к ней.
– С тобой все будет в порядке?
– Конечно.
С бессмысленной улыбкой она повернулась и направилась к выходу из кабинета по коридору. Только когда забиралась обратно в свой грузовик, Линн позволила улыбке угаснуть, и затаившемуся страху захлестнул ее.
– Со мной все будет в порядке? – прошептала она.
Ответа не было.
Глава 15
Кир наблюдал, как Линн отстранилась, рассеянно поглаживая Кинга по голове, и тревога волной прошлась по его позвоночнику. Он не хотел выпускать ее из виду. Не слишком безосновательный страх, учитывая, что две женщины мертвы. Но он не мог быть с ней круглосуточно, напомнил Кир себе. Если он намерен отыскать виновных.
Желая чем-то себя занять, Кир вернулся на кухню и вымыл посуду. Затем, не удержавшись от соблазна, он освободил шкафы и переставил их, чтобы сделать маленькую кухню как можно более функциональной. Он не стремился вмешиваться, но заработал целое состояние на организации жизни других людей. Он был экспертом.
Криво усмехнувшись, он направился в ванную, чтобы быстро принять душ. Что он будет делать со своими знаниями, если продаст бизнес? Кир не очень хотел начинать новый бизнес. В молодости стресс переносился хорошо, но он больше не желал работать по сто часов в неделю. С другой стороны, он никак не мог лежать без дела. Кир бы лучше воткнул вилку себе в глаз.
Звук, с которым Кинг скребся в дверь ванной, вызвал вспышку вдохновения.
Конечно, Киру не хотелось постоянных сложностей с открытием новой компании, но как насчет некоммерческой благотворительной организации? Его организаторские способности и контакты в мире бизнеса позволяли эффективно заниматься сбором средств. Он решил начать с приюта для животных Линн.
Он даже не подозревал, что в его жизни не хватает такого волнения. Новое приключение. То, что ему так нужно. А если в этом приключении будет участвовать доктор Линн Гейл? Что ж, это просто дополнительный приятный бонус.
Приняв душ, Кир оделся и влез в кожаную куртку и ботинки. Затем застегнул поводок на ошейнике Кинга и повел его на прогулку по двору, чтобы проверить, не появлялись ли ночью незваные гости. Как только убедился, что свежих следов, которые могли бы выдать непрощенного гостя, нет, он отправился на прогулку вокруг квартала. Если кто-то следил за домом Линн, пусть хорошенько рассмотрит этого внушительного пса.
Возвратив Кинга в дом, Кир направился к своему внедорожнику. Угрюмые облака висели достаточно низко, чтобы задевать верхушки деревьев, пока он ехал по городу. На часах почти девять, но улицы, как ни странно, оставались пустыми. А может, они просто казались пустыми после бостонской суеты.
Вождение в городе – это спорт гладиаторов, а не занятие для одиночки.
Приятно конечно, что не пришлось стоять в пробках, но джип сильно выделялся на дороге. Кир полз по обледенелым дорогам со скоростью улитки, а затем припарковался в двух кварталах от церкви. Нельзя допустить, чтобы его заметили, и он спугнул пастора до того, как будет готов противостоять ему.
Направляясь прямо к небольшому пасторскому дому, он обошел его кругом, заглядывая в окна. Пусто. Затем пошел по выщербленной дорожке к церкви. Задняя дверь оказалась заперта. Кир оглянулся, чтобы убедиться, что никто не проезжает мимо, прежде чем обогнуть край кирпичного здания. Вполне вероятно, что пастор Брэдшоу занимался одной из своих благотворительных организаций в городе, но он собирался убедиться в этом перед уходом.
Кир засунул руки в карманы куртки, проходя мимо первого окна. В складском помещении никого не обнаружилось. Он пошел дальше, его ботинки хрустели по замерзшему слою льда, покрывавшему снег. Вспомнив обстановку, он понял, что сейчас проходит мимо туалетов. Следующее окно должно находиться в кабинете Брэдшоу.
Замедлив шаг, он остановился у края окна, чтобы заглянуть внутрь. Кир улыбнулся. Даже сквозь матовое стекло он смог разглядеть фигуру пастора, сидящего за своим столом.
Не давая тому времени сбежать, Кир поспешил к входу в церковь. Подергав тяжелую деревянную дверь, он с удивлением обнаружил, что она крепко заперта. Пожав плечами, он вернулся к задней части здания и одним резким толчком плеча сломал замок. Ему должно быть не по себе, признал он, молча проходя через захламленный склад. Но разве не существует поговорки о том, что одна дверь закрывается, а другая открывается?
Он просто перевел это с духовного уровня на буквальный.
Дойдя до кабинета, Кир осторожно заглянул в открытую дверь. Внутри пастор Брэдшоу все еще сидел за своим столом, склонив голову, по его лицу текли слезы. Пальцами он рассеянно перебирал цветы, высыпавшиеся из опрокинутой вазы.
Кир замер. Пастор выглядел жалким, сгорбившись, с поникшими плечами. Или пугающим, безмолвно признал Кир. Возможно, это сожаление человека, только что убившего двух женщин.
Своевременное напоминание, решил он, вставая в дверном проеме. Ему нужно постоянно быть начеку. Если пастор виновен, он без колебаний убьет снова.
Оставаясь в дверном проеме на случай, если ему понадобится быстро ретироваться, Кир прислонился к косяку.
– Я не помешал?
Брэдшоу рывком поднял голову, явно застигнутый врасплох.
– Вы, – пробормотал он, вскакивая на ноги. – Как вы сюда попали?
Кир пожал плечами.
– Несмотря на то, что я сын шерифа, или, скорее, благодаря этому, в молодости у меня появилось несколько дурных привычек, – признался он. – Одна из них – врываться в старые здания, чтобы там рисовать граффити.
– Это церковь.
– Разве это не значит, что ее двери всегда должны быть открыты?
Пастор покраснел, как будто Киру удалось его уязвить.
– Церковь открыта по вторникам и четвергам, а также в среду вечером для молитвенных собраний. Я предпочитаю, чтобы меня не прерывали, когда работаю над своими проповедями.
Кир посмотрел в сторону стола, на котором лепестки цветов лежали на стопках бумаги.
– Так вот чем вы занимаетесь?
Румянец пастора стал ярче, на этот раз от смущения.
– Я пытался быть терпеливым с вами, мистер Янсен…
– Кир.
– Кир. – Челюсть Брэдшоу сжалась. – Я понимаю, что вы скорбите об отце.
– Да.
– Тем не менее, я не могу позволить вам вламываться в церковь, – продолжил он, переместившись и встав прямо перед столом. Как будто мог скрыть следы изуродованных цветов. – Это противозаконно.
– Может быть, но я ведь не единственный грешник в этой комнате?
Брэдшоу переминался с ноги на ногу. На нем были джинсы и толстовка. Непринужденная одежда подчеркивала, что он не просто проповедник, а молодой мужчина в самом расцвете сил.
– Мы все грешники.
– Это правда. – Кир кивнул в сторону лепестков на столах. – Красивые цветы. Что с ними случилось?
Брэдшоу сделал резкий шаг вперед.
– Последний раз вас предупреждаю, уходите, пока я не вызвал полицию.
Кир проигнорировал подразумеваемую угрозу. Он не боялся, что пастор вызовет шерифа. Пока нет.
– Сколько стоит такой букет, доставленный в воскресенье утром? – поинтересовался он. – Сто баксов в неделю? Довольно большая роскошь для маленькой церкви.
Пастор заколебался. Собирался ли он отрицать, что заказывал их? Затем, словно поняв, что Кир видел грузовик, он попытался выглядеть воинственно.
– Я считаю своим долгом поддерживать местные компании.
Кир фыркнул.
– Особенно если владелец – красивая женщина?
– Это не имеет к делу никакого отношения.
– Тогда зачем отменять постоянный заказ теперь, когда Рэнди мертва?
Брэдшоу побледнел, стиснув руки в кулаки. Его напряженная реакция убедила Кира в том, что подозрения верны. Между проповедником и Рэнди Декер что-то происходило.
– Я полагаю, что магазин закроется, – попытался оправдаться пастор. – Она была владелицей.
– Хватит нести чушь, Брэдшоу. – Кир сузил взгляд, сопротивляясь желанию двинуться вперед и нависнуть над ним. Он не сомневался, что сможет победить Брэдшоу в драке, но не мог знать, есть ли у того оружие. Он должен быть уверен, что сможет быстро выбраться из церкви. – Почему вы мне солгали?
– Я не понимаю, о чем вы говорите.
– Вы притворялись, что едва знали Рэнди Декер, а теперь я узнаю, что она встречалась с вами каждое воскресенье.
Пастор нахмурился.
– Мы не встречались.
– Вы утверждаете, что Рэнди не доставляла цветы в вашу церковь каждое воскресенье? Это довольно легко проверить.
– Да, она привозила цветы, но это все. – Он поджал губы. – Не то чтобы это вас касалось.
Это обвинение отозвалось тоненьким голоском в глубине сознания Кира. Брэдшоу прав. Кир не был ни копом, ни федералом, ни частным детективом. Он всего лишь мастер на все руки, который хватался за любую соломинку в надежде выяснить, кто насмехался над его отцом и теперь угрожает Линн.
Но он не собирался останавливаться. Пока не узнает правду.
Он всегда отличался упрямством.
– Почему вы солгали? – Кир повторил свой предыдущий вопрос.
Брэдшоу облизал губы.
– Это уже переходит в преследование.
– Если думаете, что я вас преследую, просто представьте, что произойдет, когда шериф узнает ваш секрет.
Кир бросил эти слова в надежде надавить на больное место. Они попали прямо в цель. На этот раз пастор не побледнел. Он стал белоснежным от страха.
