Текст книги "Возвращение повелителя. Книга IV (СИ)"

Автор книги: Александр Владыкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Возвращение повелителя. Книга IV

Глава 1
Великая княжна Екатерина

Великая княжна Екатерина проснулась в своей спальне в левом крыле Нового Кремлевского дворца и не смогла себе сразу ответить, приснилось ли ей то, что произошло ночью, или было наяву.

Не вставая с постели, Екатерина начала вспоминать. Как и посоветовал тот, кто ей не то приснился, не то и действительно был тут ночью.

Вернувшись накануне с полигона в Кубинке, где она в компании Нижегородской княжны Веры и ее старшего брата князя Нижнеуральского Андрея присутствовала при демонстрации героем Российской империи Владимиром Шебуршиным своих магических способностей, она сразу направилась к матери и сообщила ей, что нашла того, с кем готова пойти к алтарю.

То, что показал Шебуршин, производило сильное впечатление. Макеты химер вспыхивали от его огнешаров один за другим, а три отряда нежити, каждый из которых состоял из двух сотен манекенов, он сжег тремя мощными стенами огня.

Екатерина отчетливо помнила эмоции, которые тогда испытывала, – она была в восторге от Шебуршина. Аплодировала ему и Вера. А вот Андрей Нижнеуральский, это она заметила, следил за действиями боярича без особого интереса. Мало того – один раз на его лице промелькнула скептическая усмешка. Тогда ее это настолько задело, что она едва сдержалась, чтобы не высказать князю что-нибудь язвительное. Какое счастье, что сдержалась. В противном случае сейчас ей было бы невыносимо стыдно. Потому что… Впрочем, об этом потом.

– Ты готова взять в мужья этого боярича только из-за того, что он необычайно сильный маг огня? – чуть насмешливо спросила вдовствующая императрица. – Так я тебе скажу, что в совместной жизни в наше время умение зажигать огонь далеко не самое главное.

– Нет, мама, – возразила Екатерина. – Не поэтому. А потому, что он смел, решителен, умен, обходителен, скромен. Он такой, каким был мой отец и твой муж император Михаил. И в добавок к этому он еще и сильный маг огня.

Присутствовавший при этом разговоре Алексей Тверской при этих словах Великой княжны невольно поморщился (любое напоминание об отце всегда вызывало такую реакцию у любовника ее матери), но в главном Екатерину неожиданно для нее поддержал.

– Владимир Шебуршин подходящая партия для ее высочества, – произнес он. – Он достаточно знатен для этого, с одной стороны, но, с другой стороны, его род недостаточно влиятелен, чтобы этот брак вызвал раздражение у членов Высшего Совета аристократов. Это – если говорить о политической стороне вопроса. Кроме того, он сейчас пользуется всеобщей любовью народа, так что введение его в императорскую семью повысит ее престиж в стране. Ну, и еще он, действительно, прекрасно воспитан, скромен, привлекателен внешне, да еще и сильный маг. Чего еще желать для жениха ее высочества? Мне кажется, что ваша дочь, ваше императорское величество, сделала правильный и очень не по годам мудрый выбор.

– Хорошо, я подумаю, – почти сдалась под двойным напором вдовствующая императрица, которой, единственной из них троих, Владимир Шебуршин почему-то не слишком нравился.

После этого Великая княжна еще чем-то занималась, чем – сейчас даже вспомнить не могла, наверное, читала какую-нибудь книгу, поужинала и вскоре легла спать. Перед тем, как заснуть, думала о Владимире Шебуршине.

Он ей и приснился. При этом девушка каким-то образом понимала, что это лишь сон. Сначала она увидела себя и его, обменивающихся кольцами. Значит, я все-таки выйду за него замуж, во сне подумала Екатерина и счастливо улыбнулась.

Потом действие перенеслось в Грановитую палату. Она и Владимир сидели на двух стоявших рядом тронах. Но на императорском восседала не Екатерина, а Владимир Шебуршин, хотя должно было быть наоборот. Став ее мужем, императорский титул он получить не должен был. По законам Российской империи статус ее будущего мужа определялся как принц-консорт. Тем не менее, во сне императором, бесспорно, был именно он. И этот нисколько Екатерину не оскорбило.

«Значит, я сама передам ему в будущем корону императора, – все так же во сне, подумала она. – Значит, я смогу продавить это решение, несмотря на сопротивление Совета аристократов, которое обязательно будет».

В Грановитую палату между тем входили члены Высшего Совета аристократов и занимали свои места. Когда все расселись, Владимир выступил с какими-то предложениями. Какими именно, во сне понятно не было, но они без сомнений были исполнены мудрости, потому что ни один из членов Совета не нашел, что на них возразить. В этот момент Екатерина ощутила необычайный подъем и гордость за своего столь умного мужа.

А потом… Потом в палату вошел он. Князь Андрей Нижегородский. И картинка сна, до этого четкая и ясная, поплыла, стала искажаться, и, наконец, пропала.

Екатерина открыла глаза, сожалея, что такой приятный сон прервался, и увидела сидящего рядом с ее кроватью на стуле… князя Андрея Нижегородского.

– Что вы здесь делаете, князь? – ошарашено прошептала она. – Как вы попали в мою спальню? Что вы себе позволяете? – голос ее окреп. – Я сейчас же позову свою охрану! – она набрала в легкие воздуха, чтобы громче крикнуть.

– Не стоит, – спокойно покачал головой князь Андрей. – Ни сотрудники секретной службы, ни гвардейцы нам здесь сейчас совсем не нужны.

При этих словах его глаза как-то блеснули в полутемной комнате, и… Великая княжна поняла, что не может издать ни звука. Тогда она попробовала вскочить с постели, но и это ей не удалось – князь опять сверкнул глазами, и Екатерина почувствовала, что все ее мышцы парализовало. Она безвольно упала на спину, откинувшись на подушки.

Единственное, что ей по-прежнему подчинялось, это глаза. Округлив их, она следила за Нижнеуральским владетелем, который, пока она не познакомилась с Андреем Шебуршиным, чего уж тут скрывать, вызывал у нее жгучий интерес и сам по себе, и всем тем, что творилось вокруг него. В первую очередь, конечно, ее поражали его познания о сопряженном мире, который он называл Мезинарой, сопровождавшая его повсюду иномирная красавица-вампирша, его уверенность в себе и то, что он всегда разговаривал с ней, как равный, а не как подданный. И это уже не говоря о том, что он стал первым, кто сумел создать в этой опасной Мезинаре, в которой сгинул ее отец, полноценную базу и чувствует себя там, как дома.

Но сейчас она его не на шутку испугалась. Что он задумал? Как, вообще, смог проникнуть в сверхохраняемый Кремль? В ее покои?

Князь Андрей, между тем, ничего не делал. Просто сидел на стуле и пристально смотрел на нее. Даже не на нее, а куда-то внутрь ее. Екатерина почти физически ощущала, как взгляд молодого человека проникает ей в голову и что-то там внимательно разглядывает.

– Я так и думал, – пробормотал он, и Екатерина поняла, что слух тоже остался при ней, так как она эти слова услышала. – Не слишком тонкая работа. Впрочем, а зачем бы ему себя излишне утруждать? Здесь нет ни одного сильного менталиста, который смог бы обнаружить оказанное им воздействие и снять его. Кроме меня, – добавил он, усмехнувшись.

И опять наступила тишина. Князь по-прежнему не сводил с нее глаз, Екатерина продолжала следить за ним и потеть от страха.

– Вот и всё, – удовлетворенно произнес князь спустя некоторое время, которое Великой княжне показалось вечностью. – Вы были под ментальным воздействием, ваше высочество. Каким, поймете сами утром. Просто вспомните свои мысли и желания за последнее время и обратите внимание, не изменились ли они, не пропали ли. Тогда и имя того, кто вас этому ментальному воздействию подверг, легко угадаете. И еще, – князь встал, достал из кармана небольшой кристалл на цепочке и положил его на прикроватный столик. – Сейчас вы заснете, а когда проснетесь, обязательно наденьте этот амулет, прежде чем выйдете из своей спальни. И постарайтесь его ни при каких обстоятельствах не снимать. Он защитит ваше сознание от проникновения извне. Спокойно ночи, Екатерина! – закончил он и… шагнул куда-то в никуда, мгновенно исчезнув из спальни.

«И какие же мысли и желания у меня изменились или пропали?» – спросила сама себя девушка, восстановив в памяти все произошедшее. И после недолгого поиска смогла себе ответить: «Я не хочу брать в мужья Владимира Шебуршина. Он совершил героический поступок, но я ему не верю. Он какой-то слишком соответствующий всему, что только можно ждать от будущего принца-консорта. Будто его сделали по заказу, или он искусно притворяется».

«Но это означает», – Екатерина вздрогнула от осознания того, что Шебуршин, если он менталист, то есть владеет магией, которой на Земле никто не владеет, не просто крайне опасен, он – враг, которого нужно остановить.

«Как это сделать?» – возник у Великой княжны следующий вопрос.

Ни армия, ни имперская секретная служба ей не подчиняются. Они выполнят только прямой приказ ее матери, да князя Алексея Тверского. Матери Шебуршин сразу не понравился. Хотя она с ним по большому счету и не общалась близко – видела только один раз, когда награждала в Кремле. Увы, но, к сожалению, не посоветовавшись со своим любовником (даже мысленно назвав так Тверского князя, Екатерина брезгливо поморщилась), вдовствующая императрица никогда не даст указания задержать того, кого вся страна считает героем. Да и никаких доказательств его вины у Екатерины нет. Не рассказывать же в самом деле, что ей очень иносказательно, намеками сообщил это князь Андрей Нижнеуральский, когда невидимый для всех посетил ночью ее спальню? Бред какой-то. Кто ей поверит?

Обратиться к ненавистному Алексею Тверскому? Но он-то как раз поддержал ее, когда она вчера заявила, что хочет выйти замуж за Шебуршина. Почему он это сделал? Может быть, он тоже попал под его ментальное воздействие, а может быть, у него есть какие-то другие резоны.

«Нет, торопиться сейчас нельзя, а то можно таких дел наворотить, что потом не разгребешь», – признала свое бессилие немедленно принять соответствующие меры против боярича Екатерина. И едва не вскрикнула. Конечно! Надо найти князя Нижнеуральского и посоветоваться с ним. Он же каким-то образом смог не только понять, что она находится под контролем Шебуршина, но и снять с нее этот контроль.

Великая княжна быстро поднялась с постели, надела на шею оставленный ей князем Андреем амулет, ощутив неожиданно исходящее от кристалла тепло, и начала набирать на своем коммутаторе номер Нижегородской княжны Веры, чтобы узнать у нее, где в столице остановился ее старший брат.

* * *

Пока мы с Верунчиком ехали из Кубинки в Москву, я прикидывал, что и в какой последовательности я могу предпринять, чтобы остановить лже-Шебуршина. От кортежа Великой княжны мы сразу отстали, так как он мчался с мигалками то по разделительной, а то и по встречной полосе. Шебуршин же следовал за нами, будучи сам за рулем небольшого спортивного автомобиля. Похоже, что хотел убедиться, не поедем ли мы в Кремль вслед за ее высочеством. Свернул в сторону, только когда мы уже выехали на Рязанку, направляясь к загородной резиденции Нижегородского князя.

– Что скажешь о Владимире? – оторвала меня от мыслей сестра. – Ты такой задумчивый. Не переживай, я уверена, что ты сможешь вернуть себе предпочтение Екатерины. Как-никак ты удельный князь, а Шебуршин при всей его известности и популярности всего-навсего боярич из обедневшего рода.

– Мне он понравился, – ответил я. – Приятный в общении, смелый, сильный маг.

Не буду же я говорить Верунчику, которая, как и всегда, себе на уме, что я на самом деле думаю об этом самозванце?

Продолжить разговор моя хитрая сестренка не успела. Ее коммутатор принял какое-то сообщение, и она, прочитав его, расплылась в довольной улыбке.

– Сейчас мы довезем тебя до дома, а я вернусь в Москву, – сообщила она. – Меня тут приглашают девочки из моей группы. Мы давно договаривались вместе погулять по вечерней Москве, посидеть в каком-нибудь кафе. Демократично так, вместе с обычными людьми. Вот сегодня они и решили этот план осуществить. Ты не беспокойся, я теперь без двух телохранителей по требованию отца никуда не езжу. Это с тобой можно было сегодня без них обойтись.

Врет, сразу понял я. Ну и ладно. Мне Верунчик сейчас только помехой будет. Так что пусть едет, куда и к кому хочет. Лишь бы снова каким-нибудь похитителям не попалась.

Через полтора часа Верунчик уже усвистела в столицу, а я принял решение. Надо снять ментальное воздействие с Великой княжны. Когда она придет в себя, можно будет и поддельным Шебуршиным заняться. Увы, но если я его прибью до этого, не имея ни одного свидетеля, что он осмелился наследнице престола внушить чувства к себе, то совершу преступление, за которое против меня вся имперская служба безопасности будет брошена. А начну защищаться, так еще и армия подтянется.

Другой вопрос, как снять с Екатерины ментальную установку? Просто прийти в Кремль и сказать, что, мол, так и так, ее высочество подверглась ментальному воздействию и его необходимо деактивировать? А кто мне поверит, спрашивается? Менталистов в Российской империи нет. Здесь, вообще, о такой магии знают только теоретически. Как она действует на практике, никто и понятия не имеет. Короче, не вариант.

Тогда… Тогда мой путь лежит через сумрак.

В Кремль я вошел без малейших проблем, в Новый дворец тоже. По нему, правда, пришлось немного поплутать в поисках покоев наследницы престола, но нашел.

Девушка спала и во сне улыбалась.

«Видимо, что-то приятное ей снится», – подумал я, и аккуратно, чтобы не разбудить, полез ей в голову.

К сожалению, девушка проснулась. И, естественно, и испугалась, и возмутилась. Пришлось ее сначала лишить дара речи, а затем и обездвижить. Глазами она, конечно, после этого вращала отчаянно, но помешать мне работать не могла. Закладка Шебуршина оказалась не из числа сложных. Не слишком он заморачивался, уверен, что мог бы и куда тоньше сработать, а так? За час я полностью очистил Великую княжну от его ментального воздействия.

Оставил ей на всякий случай амулет, предохраняющий от ментальной магии, подсказал, как определить, подвергалась ли она в последнее время ментальной атаке и кто был ее автором, и все так же через сумрак ушел.

Что дальше? Подожду, не выйдет ли Катюха со мной на связь. Девушка она не глупая, сообразит, надеюсь, что к чему и как лучше поступить. Ну, а если она не проявится, то тогда сначала навещу Алексея Тверского и задам ему пару вопросов, как так получилось, что он покровительствует не просто явному иномирцу, а иномирцу с очевидно недобрыми намерениями, а потом займусь самим Шебуршиным.

Эх, жаль, что я Ди с собой не взял. Очень бы ее способности следить и проникать всюду мне сейчас пригодились бы. Но я оставил свою барну в замке Михаила. Пусть за темно-эльфийской воительницей присмотрит. А то снимет, несмотря на мое указание этого не делать, Михаил с нее ошейник подчинения, и кто его знает, к чему это приведет. Инасиас, конечно, дала слово верно служить Мише, но, как говорится, доверяй, но проверяй.

Глава 2
Интерлюдия. «Владимир Шебуршин»

Тот, кто еще совсем недавно был известен всей Российской империи как молодой герой Владимир Шебуршин, сидел в кресле за столом и думал.

«Как же я так расслабился в этом мире, что допустил такую ошибку?» – спросил он свое отражение в висевшем напротив зеркале, из которого на него смотрел человек, ничуть не похожий на калужского боярича – лет сорока, с жесткими чертами лица, орлиным носом и тонкими губами, которым, казалось, вообще, не было свойственно улыбаться. А ведь именно открытая, доброжелательная улыбка, помимо собственно подвига, и сделала его самым популярным человеком в стране.

Ну, не только улыбка, разумеется, воздействовала на людей. На толпу – да, а вот власть предержащих он предпочитал склонять на свою стороны ментальной магией.

«Тратил при каждой встрече силы на эту восторженную и романтически настроенную принцессу, как ее здесь называют, 'Великую княжну», – продолжил себя корить сидевший за столом. – На глупого интригана Тверского князька. На членов Высшего Совета аристократов. С императрицей, будущей тещей, правда, не получилось. Его награждение, когда он ее увидел в первый и пока в последний раз, было многолюдным, и ему не удалось наладить с матерью Екатерины необходимый по времени зрительный контакт, а другой возможности не представилось.

Но это все, как раз, не столь важно. Ошибка его заключается в том, что он не счел нужным как следует пройтись по мыслям и воспоминаниям юной княжны Нижегородской. Зачем? Эта самонадеянная дурочка, мнящая себя умной и хитрой, и так влюбилась в него по уши. А оказалось, что теперь из-за этого весь план, продуманный его мудрым отцом, королем Синестрии Гругрумом Шестнадцатым может провалиться.

И тогда… Тогда следующим на трон сядет не он, Кригор, а его младший брат. И станет Гругрумом Семнадцатым. Вот тоже идиотский обычай, который они позаимствовали у эльфов – каждый король после коронации меняет свое имя, данное при рождении, на имя основателя их династии, великого мага-некроманта Гругрума Первого'.

Кригор поднялся с кресла и заглянул в спальню, где на постели в неудобной позе, как-то странно изогнувшись, валялась (именно валялась, а не лежала) обнаженная Нижегородская княжна и пускала на подушку слюну.

«Еще часа три в таком состоянии пробудет, – оценил ее вид мужчина. – Потом придет в себя. Надо будет ей память подтереть. Но не всю. Воспоминания о том, как она ублажала меня на зависть самым последним шлюхам, пусть останется при ней. Послушнее будет, если и когда мне это понадобится», – криво усмехнулся он.

Маг развернулся и прошел в другую комнату. Там плечом к плечу стояли, прислонившись к стене, два крепких телохранителя княжны и пустыми глазами пялились в зашторенное окно. На появление Кригора они никак не отреагировали.

«А вот эти так и останутся навсегда овощами, – удовлетворенно кивнул он. – Не надо было пытаться связаться по коммутатору с отцом Веры. Пришлось им мозги в жидкую кашицу превратить и подвергнуть полному подчинению».

Тут маг почувствовал неприятный запах и, приглядевшись, увидел, что один из громил пустил под себя лужу.

– Вылижи языком пол, кукла! – жестко приказал он. – А потом шагайте оба в подвал. Прямо по коридору и налево вниз по лестнице! Там хоть все загадьте! Только не забывайте предварительно свои портки спускать!

'Уроды! – мужчина раздраженно развернулся на каблуках и возвратился к своему креслу в соседней комнате. – Убить бы их, но надо, чтобы валяющаяся сейчас без сознания в спальне девка доставила их живыми, пусть и невменяемыми, домой. Ему не нужно, чтобы Нижегородский князь начал расследование по факту их смерти. А так? Спятили телохранители его любимой дочурки. Почему? А кто его знает? Пускай его лекари разбираются. Вере он вложит в голову воспоминание, что она их такими обнаружила в машине, когда вернулась с вечеринки.

Между прочим, вчера, когда он привез ее и этих двоих обалдуев к себе, в арендованный им дом в элитном поселке по Рублевскому шоссе, она от смеха надрывалась, увидев, в кого он их одним взмахом руки превратил'.

– Так им и надо! – весело смеялась она. – Как же они мне надоели своим постоянным присутствием! Не телохранители, а настоящие надзиратели! Володя, ты гений! – и княжна прижалась к нему всем телом.

«М-да… Не повезло Нижнеуральскому князю с такой „родственницей“, а вот ему она оказалась очень полезной», – мужчина покрутил в пальцах лежащий перед ним на столе амулет.

Уникальная вещь. Позволяла его обладателю превратиться в того, чью кровь предварительно в имеющуюся в амулете полость закачивали. Благодаря этому артефакту Кригор и смог выдавать себя за Владимира Шебуршина. Сколько оборотней, пойманных для исследований в Мезинаре, пришлось замучить до смерти, пока не смогли разгадать, какие магические эманации, приобретенные оборотнями в результате мутации, позволяют им перекидываться в зверей! А потом еще и повторить их нужно было в этом амулете, да так, чтобы не в волка превратиться, а в того, чью кровь предварительно запечатывали в кристалле.

Единственное, чего добиться не удалось, так это безболезненности трансформации. Оборотни при превращении ничего не чувствуют, а Кригору, когда он надевал амулет и за несколько минут становился копией Шебуршина, приходилось терпеть адские муки.

Но все равно! Уникальный артефакт, соединивший в себе природную магию оборотней и запретную магию крови.

А все его отец, Гругрум Шестнадцатый! Пожалуй, по своим талантам не уступит и своему легендарному предку под номером «один». Да что там этот амулет? Это он, его отец, смог изготовить артефакты, пронизывающие пространство и открывающие порталы. Это он нашел этот мир – Землю.

Как же тогда они все были рады. Здесь они обнаружили изнеженных обитателей, никогда не знавших или забывших, что такое «война под белым флагом», то есть – до полного уничтожения.

Всего сотня магов-некромантов проникла тогда в город, который, как они потом узнали, назывался Париж, и уже через сутки миллионы его жителей превратились в армию жаждущей крови нежити. Попытавшиеся оказать сопротивление войска, как и местные слабосильные маги, были сметены, и они пошли дальше. Через считанные месяцы все соседние страны были опустошены, а в их мир – Синестрию отправились тысячи рабов и миллионы зомби. Всех брать с собой не стали – упокоили после того, как они выполнили свою задачу.

– Нам надо продолжать! – настаивали советники его отца, да и он, будучи в то время еще совсем молодым и недальновидным, разделял их мнение.

Но отец решил по-другому.

– Нет, – отрезал он. – Этот мир слишком ценен для нас. Пусть здесь слабое магическое поле, но технологии, которые мы обнаружили, позволят нам подняться на недосягаемую высоту. Теперь мы постараемся не уничтожать полностью местное население, а заставим подчиниться нам.

Увы… Несколько следующих попыток осуществить задуманное не принесли успеха. Слабые земляне на разных континентах сопротивлялись, пока их не убивали, или разбегались по горам, лесам и непроходимым джунглям.

– Всё! Хватит, – принял тогда решение Гругрум Шестнадцатый. – Открою вам нечто, что приведет вас всех в восторг. Эта Земля оказалась в сопряжении с Мезинарой, откуда шесть веков назад были вынуждены бежать наши предки! Так что у нас появился шанс захватить и ту, и другую. Но действовать нужно умно.

Умно, по мнению отца, означало следующее. На первых порах всячески ослаблять небольшими вторжениями Мезинару, а в это время постараться исподволь захватить власть на Земле.

– Легче всего управлять разумными тогда, когда они даже не подозревают, что их действия кто-то направляет из вне, – поучал он Кригора. – Нам просто нужно посадить своего ставленника на трон и из-за его спины править. Из тех земных стран, которые нам известны и которые мы еще не тронули, в наибольшей степени для этого подойдет Российская империя. Во-первых, там правит император, то есть нам нужно будет подчинить своей воле или заменить только одного человека, а во-вторых, повторюсь, мы, к счастью, это государство еще не уничтожили и даже не нанесли ему никакого урона. Еще лучше, если на трон там сядет кто-то из нас, – добавил он.

Достаточно быстро среди захваченных в рабство землян были отобраны те, кто выразил готовность служить своим хозяевам не за страх, а за совесть, и были засланы в Российскую империю в качестве шпионов с задачей информировать обо всем, что там происходит.

– Мы, поляки, ненавидим русских, мы сделаем все, что прикажете, – заявил самый активный из них.

Кстати, этот Станислав оказался очень полезен. За несколько лет он смог сделать потрясающую карьеру. И не где-нибудь, а в имперской службе безопасности. Именно от него и стало известно, что самый влиятельный из российских аристократов, князь Тверской, являющийся любовником вдовствующей императрицы, прочит в женихи наследнице престола некоего боярича Владимир Шебуршина.

– Ты должен стать Шебуршиным! – сообщил Кригору отец. – Не кривись! Шпионы доносят, что эта девчонка, их принцесса, весьма недурна собой. Женишься на ней, ментально обработаешь, и она будет тебе в рот смотреть. Здесь тебе другую жену найдем, более тебя достойную, ну а там придется потерпеть. Ты же понимаешь, что я не могу доверить такое дело никому другому? Только тебе или твоему младшему брату. Я выбрал тебя. Гордись!

Разумеется, он согласился. Дальнейшее было, как выражаются земляне, «делом техники». Родители боярича Шебуршина вместе с ним были захвачены в собственном поместье и посажены в подвал под охраной пятерых рабов-поляков, а он занял место претендента на руку наследницы Российского трона.

И снова произошла заминка. Алексей Тверской все что-то тянул с его представлением ко двору, опасался реакции членов этого их идиотского Высшего Совета аристократов, хитрил, интриговал и… наконец, не так давно вывел Кригора из себя.

Он явился к Тверскому князю лично и, применив ментальную магию, узнал, что, во-первых, настоящий Шебуршин выбран князем в будущие принцы-консорты потому что стерилен, то есть детей у наследницы от него никогда не будет, а во-вторых, что, воспользовавшись этим, Алексей Тверской хочет жениться на еще совсем не старой вдовствующей императрице и посадить их будущего сына или дочь на трон.

«Ну-ну… – усмехнулся тогда Кригор. – Неплохо придумано, но меня это совершенно не устраивает, так что план мы подкорректируем».

Перед уходом он внедрил в голову князю установку всегда и во всем слушаться Владимира Шебуршина, а сам с помощь отца организовал для себя яркий подвиг – вторжение нежити вблизи от Калуги, которое на глазах у всех героически отразил.

Правда, собственно нежити было не так уж и много. Пришлось, конечно, для достоверности пожертвовать парой тысяч зомби, но вся остальная огромная армия была не более чем искусной иллюзией. Кстати, как потом едва сдерживал смех, вспоминая эти события, Кригор, как раз неуязвимость иллюзорных зомби и химер для артиллерии, пулеметов и прочего земного оружия и напугала местных военных до такой степени, что они предпочли отступить.

Вслед за подвигом последовало приглашение в Кремль, награждение, банкет в его честь, всенародная слава и… любовь наследницы престола Российской империи.

И тут этот Андрей Нижнеуральский. Чтоб его!