Текст книги "Зимняя война 1939-1940. Политическая история"

Автор книги: Александр Чубарьян

Соавторы: Олли Вехвиляйнен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 36 страниц)

Замысел рассечь Финляндию: кайну-куусамское направление

Бои, развернувшиеся в направлениях на Кумо, Суомуссалми и Салла, велись в еще более тяжелых условиях, чем в восточной части; Приладожья. Погода была весьма суровой, жилища встречались редко, и наступавшие дивизии разделяло простиравшееся на десятки километров бездорожье. Поэтому у восточной границы Финляндии сплошного фронта не возникло. Главные дороги там были узкими, несколько шире только километрах в двух от границы. На действия крупных масс войск при столь слаборазвитой дорожной сети рассчитывать не приходилось. Дивизии продвигались колонной длиною в десятки километров. Обеспечить их фланги было трудно.

В непроходимых лесах Восточной Карелии было сосредоточено огромное количество войск. Из рассекреченных документов ясно видно, что наступление на Каину предполагало дальнейшее продвижение к Оулу и перекрытие связей Финляндии со Швецией и вообще с Западом⁵⁹. Сама эта идея была понятной, и маршал Маннергейм за несколько недель до начала войны обращал внимание правительственных кругов на вероятность именно такого развития событий⁶⁰. Учитывался также неблагоприятный для ведения крупных операций характер местности, что и подтвердили потери Красной Армии.

Вопрос о том, как будут развиваться военные действия в Каину, не был достаточно ясен для руководства Красной Армии. В конце октября 1939 г., с нарастанием угрозы войны, сюда стали прибывать крупные силы. Было решено для действий в направлении Оулу использовать особый армейский корпус. В ноябре численность войск, предназначавшихся для северных участков фронта, еще более возросла. Для управления ими пришлось создать новый штаб (9-й армии) в Кеми. Мурманская группа получила наименование 14-й армии. 9-й армии (командующий комкор М.П. Духанов, с 22 декабря комкор В.И. Чуйков) были подчинены особый корпус и перемещенный с юга штаб 47-го стрелкового корпуса. С начала боев в армии насчитывалось 110 тыс. человек и 191 танк. Плацдармом для нее являлась Беломорская Карелия, включая и район Кандалакши. Так оулонское направление за несколько недель стало важным для Красной Армии.

Финская "талия" являлась исключительно уязвимой территорией. Войска противника, избравшие наиболее проходимую дорогу, которая вела от Суомусалми на запад, могли быстро продвинуться к Оулу, перерезать страну на две части и изолировать ее от Швеции.

Перед 9-й армией была поставлена задача наступать на Каяани и выйти к рубежу Кемиярви-Контиомяки, а также захватить Оулу. Военный совет армии исходил из того, что скандинавские страны вряд ли смогут быстро переправить Финляндии большое количество войск. Захват же Оулу воспрепятствовал бы оказанию извне необходимой помощи Финляндии, а также полностью изолировал бы ее вооруженные силы. Стремительное наступление на Оулу намечалось осуществить от Суомуссалми через Пуоланка. На правом фланге армии предусматривалось наступление от Кемиярви на Рованиеми и Кеми.

Общая продолжительность операции с выходом на рубеж Оулу-Кеми и занятием побережья Ботнического залива по замыслу военного совета 9-й армии составляла около 20 суток. Операцией предусматривалось три длинных перехода (70, 75 и 90 км) со средним темпом продвижения соответственно 14, 15 и 30 км в сутки⁶¹. Выход к границе со Швецией считался аксиомой. 29 ноября Ленинградский военный округ дал войскам указание: «С выходом к границе с Швецией и Норвегией не разрешается производить выстрелов и допускать провокаций. На границе необходимо приветствовать солдат шведской и норвежской армий»⁶².

При планировании наступления 9-й армии финские войска оценивались поверхностно и односторонне. Полагали, что их главные силы встретят наступающих на линии Пуоланка-Контиомяки или только у Оулу. В начале войны 9-й армии противостояло только четыре финских батальона, которые располагались на направлении Каяани и Оулу для их прикрытия⁶³.

На ребольско-кухмонском направлении наступала 54-я дивизия особого корпуса 9-й армии. Продвигаясь с боями к Кухмониеми и Корписалми, за неделю она достигла важного перекрестка дорог у Расти (6 декабря) и угрожала коммуникациям, идущим с севера Финляндии на юг. Для противодействия финны сформировали на базе полка, прибывшего в район боевых действий, отдельную бригаду Вуокко (5 батальонов и артиллерийский дивизион), которой удалось остановить противника и к рождеству частично отбросить его назад к границе. Предприняв контрнаступление, финские войска окружили противника, но сломить его оборону из-за отсутствия артиллерии не смогли. Окруженная дивизия отражала атаки финнов вплоть до конца войны⁶⁴.

На кандалакшско-салланском направлении цель командования Красной Армии заключалась в том, чтобы овладеть Рованиеми и продвинуться затем на Торнио. Здесь оборонялись два финских батальона. Снега было мало, и земля обледенела, что осложнило действия пехоты вне дорог. Части 122-й дивизии, оттесняя сдерживавших их финнов, 8 декабря вышли к Салла, в 40 км от границы. Овладев развилкой дорог, они получили возможность продвигаться через Ёутсиярви к Кемиярви и через Савукоски к Пелкосенниеми. К Ёутсиярви и к северу от Пелкосенниеми войска Красной Армии вышли 16 декабря. За две с половиной недели они продвинулись на 200 км, создав угрозу непосредственно Кемиярви, конечной станции железнодорожной ветки Кеми-Рованиеми-Кемиярви.

11 декабря для обороны Лапландии из группы "Северная Финляндия" была выделена Лапландская группа (командир генерал-майор К. Валлениус) для прикрытия направлений на Петсамо и Салла. Для обороны района Кемиярви 12–17 декабря сформировали группу в составе восьми батальонов. Предпринятый ею контрудар вынудил наступавшие на Пелкосенниеми войска Красной Армии отступить 19 декабря почти на 20 км. Северо-западнее Салла фронт стабилизировался. Удачная пелкосенниеминская операция устранила угрозу, создавшуюся для магистрали, ведущей к Северному Ледовитому океану. После этого финны сосредоточили войска у Ёутсиярви, начали подготовку контрнаступления и вынудили противника укреплять свои позиции⁶⁵.

Из Ухты (в настоящее время Калевала) наступала 163-я дивизия Красной Армии в направлении Суомуссалми. 8 декабря ее части смогли соединиться в с. Суомуссалми. Противостоявшие им силы финнов увеличились с одного батальона до двух. 6–7 декабря они вместе с прибывшим из резерва полком влились в сформированную бригаду, а затем в группу под командованием полковника X. Сииласвуо. 11 декабря бригада перешла в контрнаступление и перерезала пути снабжения русских войск в направлении на Раате. Инициатива перешла к финнам. 163-я дивизия в Суомуссалми вынуждена была обороняться и с западной и с северной сторон.

Перед 9-й армией в канун войны ставилась задача добиться быстрого продвижения вперед и обходить оборону противника. Встретив сопротивление, командование армии сосредоточило внимание на поиске быстрого пути продвижения вперед. Но для перегруппировки и нового сосредоточения сил в боевой обстановке требовалось немало времени. Когда дорога на Раате оказалась перерезанной, направление главного удара было перенесено на юнтусранта-суомуссалминское направление. 19 декабря командующий армией по распоряжению Ставки приказал переместить 44-ю дивизию, предназначавшуюся для действий в направлении Раате, южнее Каяни.

Учитывая фактор времени, Маннергейм быстро решил направить свои последние резервы к Суомуссалми. 22 декабря под командованием Сииласвуо формируется 9-я дивизия (более 10 батальонов). В это время противника теснила в направлении дороги на Куусамо группа из четырех батальонов под командованием подполковника П. Суситайвала. Противостоявший ей полк вынужден был оставить тяжелую технику и налегке двинуться в направлении Юнтусранта.

Получив подкрепление, финские войска 27 декабря начали наступление против главных сил 163-й дивизии. Вначале положение казалось неясным, но уже 28 декабря их сопротивление было сломлено. Большая часть личного состава дивизии беспорядочно отступила на северо-восток вдоль оз. Киантаярви. В тот же день были полностью ликвидированы опорные пункты дивизии. Довольно много военного имущества досталось финнам в качестве трофеев. Остатки дивизии перегруппировались для обороны в районе Юнтусранта⁶⁶.

При завершении этого сражения финнам стало известно, что на помощь 163-й дивизии направляется из Важенваара к Суомуссалми новая 44-я дивизия. Финнов удивляло, что ее войска, растянувшиеся на марше по дороге к Раате (авангард находился в 33 км от границы), остановились и что дивизия с ее внушительными силами не попыталась разгромить сравнительно небольшие финские части. Рассмотрим подробнее, как это случилось.

Сииласвуо был вынужден двинуть свои войска, не дав им передышки, в направлении Раате. Снег и условия местности препятствовали 44-й дивизии воспользоваться мощью своей техники. Кроме того, она прибыла с Украины совершенно не готовой вести бои в условиях северного театра военных действий. В то же время финны скрытно проложили проходы на флангах для своего продвижения и снабжения, обеспечив при этом возможность 25-50-километровых обходов противника. Они перерезали дорогу, забитую его колоннами, и к 7 января в ожесточенных боях разбили многие его части. Дивизия была разломлена почти полностью. Оставшиеся войска заняли оборону на участке дороги, ведущей к Суомуссалми, в 9 км от границы.

Двойная Суомуссалминско-Раатенская операция имела решающее значение для укрепления обороны Финляндии. Она отодвинула угрозу расчленения страны на две части. В этих боях Красная Армия потеряла предположительно 10–15 тыс. человек, финны – 2100 человек, или 15 % личного состава, участвовавшего в операции. Вместе с тем этот успех финнов позволил им перебросить часть сил (до дивизии) на другой участок фронта, несмотря на то что советское командование еще в течение продолжительного времени посылало подкрепления на суомуссалминское направление. Высвободившиеся войска Маннергейм решил использовать на кухмонском направлении, хотя обстановка там была относительно спокойной.

Новый командующий 9-й армии В. Чуйков, действуя решительно, перенес 27 декабря направление главного удара на правый фланг – на кандалакшско-салланское направление. Туда же был перенацелен с кухмонского направления штаб особого корпуса. Из Архангельской области на усиление 122-й дивизии начали прибывать части 88-й дивизии. Однако и здесь для продолжения наступления сил было недостаточно. 11–16 января из-за сложностей со снабжением русские отошли от Ёутсиярви к Мяркяярви. Переброска значительного количества войск тормозилась из-за малочисленности железных дорог в приграничной местности и ледяных заторов, которые начиная с 8 января задерживали морские перевозки с архангельского направления в Кемь⁶⁸.

Успехи финских войск у Суомуссалми, Раате, Ёутсиярви и Кухмо создали в начале 1940 г. угрозу 9-й армии, командование которой было вынуждено обратить на это особое внимание.

Овладение Петсамо

Перед созданной в Мурманске 14-й армией стояла задача с началом войны при поддержке Северного фронта занять п-ва Рыбачий и Средний и район Петсамо, построить на этой территории укрепления и, обеспечивая прикрытие с юга, не допускать подвоза живой силы и вооружений через норвежский порт Киркенес, а также воспрепятствовать высадке десанта на мурманском побережье. Следовало также иметь в виду возможное участие в войне Норвегииб9. Без особых усилий части 104-й и 52-й дивизий овладели в начале войны Рыбачим и Средним, петсамским портом Лиинахамари, а также Луостари. В Петсамо у финнов имелась лишь одна отдельная рота, у которой не было никакой возможности противостоять двум дивизиям. С прибытием дополнительного воинского контингента на основе оборонявшегося подразделения была образована часть, названная «Петсамо», силой более батальона.

Наступавшие войска Красной Армии за первые восемь суток продвинулись вперед на 150 км. Финны уничтожили портовые постройки Лиинахамари и рыбацкие суда, вели сдерживающие бои на подступах к Хёюхенярви. 18 декабря продвижение советских войск на этом рубеже приостановилось. Большие расстояния затрудняли снабжение войск, требовали надежных коммуникаций. Дальнейшее наступление через Лапландскую пустошь к Рованиеми не было должным образом обеспечено, хотя после первых успехов и ставилась задача овладеть Рованиеми, а затем продвигаться к Алапитке и Пелкосенниеми. Ведению активных боевых действий препятствовали также погодные условия Арктики и затянувшаяся почти на два месяца ночь. Ко дню рождения Сталина и рождеству положение на фронте для Финляндии существенно изменилось. На восточной границе финны достигли заметных успехов, а на перешейке было остановлено продвижение войск Красной Армии, получивших отпор на главной линии обороны. Снижение их активности на восточной границе было связано, вероятно, с тем, что Главный военный совет в Москве уже пришел к заключению, что война будет решаться на перешейке и, следовательно, основная часть ресурсов должна направляться туда.

В течение декабря в связи с приостановкой продвижения войск в Ленинградский военный округ для обеспечения ранее намеченного плана боевых действий прибыли еще четыре дивизии: две на перешеек и по одной в 8-ю и 9-ю армии. Против Финляндии теперь уже действовало 27 дивизий и около 15 тыс. человек в составе "финской народной армии" (две дивизии)⁷¹.

Во второй половине декабря финская ставка, вопреки первоначальному замыслу, стала уделять чрезмерное внимание сосредоточению войск у восточной границы Финляндии, полагая, что положение на перешейке у главной линии обороны стабилизировалось. Неожиданное наступление Красной Армии одновременно на нескольких направлениях поставило Финляндию в трудное положение при распределении резервов, затрудняло формирование на местах новых соединений и частей. В конце декабря у главнокомандующего имелась в резерве лишь одна дивизия на Карельском перешейке. Две дивизии находились в стадии формирования. Прибывшему пополнению следовало пройти предварительную военную подготовку, но неблагоприятное развитие событий на фронтах вынудило использовать их в оперативных целях⁷².

Успех оборонительных боев финской армии показал, что она намного сильнее, чем предполагало руководство Красной Армии. У нее было выгодное поле боя. Естественно, дух армии поднимало то, что она сражалась во имя защиты своего отечества, а противник выглядел агрессором. Советский Союз был совершенно иным государством, чем социалистическая революционная Россия, на которую многие финны возлагали в 1918 г. свои надежды. Наступательный порыв и эффективность боевых действий финских частей, укомплектованных из солдат приграничных районов, объяснялись знанием местности и тем, что они защищали свои дома.

Финны противопоставили моторизованным войскам противника классное тактическое и стрелковое мастерство одиночного бойца. Их сильной стороной было умение рядового воина владеть оружием, метко стрелять, разумно вести огонь из автомата и пулемета. За этим стояла полученная каждым военнообязанным хорошая стрелковая подготовка и боевая выправка отрядов шюцкора. Около трети финской армии составляли добровольцы, выражавшие дух шюцкоровской организации в деле обороны страны.

Сильной стороной финского воина была тактическая выучка. Это проявилось в боях небольшими подразделениями и крупными воинскими частями, в выборе оборонительных позиций, умелом использовании местности и возведении препятствий из имеющихся подручных материалов. Весьма умело действовала также патрульная служба. Это выразилось в правильном использовании местности, способности скрытно передвигаться на далекие расстояния, вводить в заблуждение противника и маскироваться. Это стало возможным благодаря натренированности личного состава вести бои на незнакомой местности, тактическим навыкам командного состава, особенно младших офицеров, искусству и опыту руководства людьми. Практически все военнослужащие ориентировались в обстановке неплохо.

Иногда недостаток боеприпасов приводил к тому, что финский солдат экономил их, ограничивал себя в ведении огня.

В условиях зимы решающее значение имела лыжная подготовка. И в этом финская армия превосходила противника. По существу все ее военнослужащие умели передвигаться на лыжах, тогда как личный состав Красной Армии в начальной стадии войны не имел такого навыка, исключая пограничные войска и соединения, находившиеся в мирное время у восточной границы с Финляндией.

Партизанские методы борьбы в Финляндии начались отрабатываться задолго до войны. Было предусмотрено (и усовершенствовано в ходе ее) снаряжение для подразделений лыжников, предназначавшихся для действий в условиях пустынной местности. Использовалось легкое вооружение, а все необходимое для обеспечения солдат находилось за их спиной и на санях-волокушах. Провизия приобреталась у местных жителей и добывалась на базах снабжения противника.

Финские войска испытывали меньше трудностей зимой, чем русские, благодаря имевшемуся у них опыту и амуниции. Они располагались в заранее подготовленных укрытиях, утепленных землянках, размещались в лагерях, которые находились в чаще леса. Финское снаряжение было наиболее удобным в условиях зимней войны. Солдаты из местных жителей в лесных условиях использовали свою одежду.

Задуманная система финских фортификационных сооружений, приспособленных к местности укрепленных позиций, скрытого огня достигала большой эффективности. Линия Маннергейма стала для оборонявшихся сильной опорой, которую Красной Армии не удалось прорвать без сосредоточения ударных сил.

Финская армия была готова к оборонительным боям. Войну предвидели в руководстве генштаба. Войска в течение двух месяцев изучали театр военных действий. С началом войны, правда, оказалось, что добытые сведения о Красной Армии являлись большей частью устаревшими⁷³.

Начиная с раннего этапа войны радиоразведка имела возможность следить за скрытым радиообменом противника, особенно его танковых и воздушных сил. Так, финское командование получило ценные сведения о различных этапах крупного наступления на перешейке в феврале-марте и о налетах авиации. Перехваченные телеграммы расшифровывались и направлялись руководству финских штабов приблизительно в пределах полусуток.

Конкретные результаты приносила радиоразведка на обширной малонаселенной территории у восточной границы. Следя за передвижением частей Красной Армии, финские войска получали возможность своевременно сосредоточиться, чтобы нанести удар. Риск в этом случае становился наименьшим. К примеру, в период боев в районе Суомуссалми-Раате финны заранее знали о действиях 163-й дивизии и уже 25 декабря имели сведения о перегруппировке 44-й дивизии. В Кухмо и в районе северо-восточной части Ладожского озера радиопрослушивание открывало возможность следить за намерениями находившихся в окружении советских войск, их расчетами на получение помощи и предпринимать контрмеры: наносить удары по войскам, предназначенным для этой цели. На пустынной территории части Красной Армии в большей степени зависели от радиосвязи, чем на Карельском перешейке, где сообщения по телефону и через посыльных были защищены от постороннего прослушивания⁷⁴.

Искусство и опыт командования финской армии не всегда были безупречными, но, тем не менее, являлись примером фундаментальных командирских качеств. Офицеры запаса, действовавшие как командиры рот, кадровые военачальники знали и понимали значение глубокой идейности и своего личного долга, что в известной степени объясняет тяжелые потери офицерского состава.

В начале войны для финнов обстановка складывалась на ряде направлений настолько безнадежно, что командиры шли на риск, ослабляя до предела линию обороны на одном участке, чтобы укрепить другой. Риск нередко оправдывался.

Слабая сторона финской армии – неопытность в организации наступательных действий крупного масштаба. Недоставало войск даже для локального сосредоточения крупных сил и, как выяснилось, опыта руководства контрнаступлением. Для его подготовки, как правило, не хватало времени. Контрнаступления не удавались из-за несинхронных действий войск. Попытки выпрямить линию фронта, особенно в ходе неудачно организованных крупных наступательных операций, оплачивались большой кровью. При ведении войны в малых формах финны были искусны. Группы, оснащенные лыжами, нападали на линии связи, транспорты и базы снабжения противника. Более крупные части наносили удары с флангов и с тыла⁷⁵.

Существенный недостаток финской армии – ее малочисленность. Из соображений экономии не все военнообязанные призывных возрастов были обучены. Этот недочет пришлось устранять уже в ходе боев, формируя новые пополнения. Редевшие воинские части не получали достаточного подкрепления, а когда оно поступало, то прибывшие солдаты, не имевшие боевого опыта, выглядели едва ли не беспомощными.

Самолеты и артиллерия были преимущественно устаревшими. К тому же довольно много оказалось снарядов, которые не взрывались. Но наиболее серьезной проблемой явился их острый недостаток. Воздушные силы Финляндии были небольшими, но уровень мастерства финских летчиков превосходил боевые качества летного состава русских⁷⁶. Однако огромная мощь воздушных сил Красной Армии позволяла ее подразделениям действовать беспрепятственно, не маскируясь от опасности с воздуха⁷⁷.

Причин неудач наступления Красной Армии имелось много. Прежде всего это нереальный план войны, рассчитанный на молниеносное проведение операций. Переоценивались свои возможности и недооценивалась боеспособность противника. Командование и политическое руководство готовилось к легкому военному походу.

Боевые действия по преодолению предполья, а также попытка прорыва главной оборонительной полосы линии Маннергейма раскрыли многие упущения в руководстве войсками, в организации и проведении операции. Красная Армия оказалась неподготовленной к прорыву долговременных укреплений в сложных природных условиях. Особенно неблагополучно обстояло дело с взаимодействием между различными родами войск. Воздушные силы действовали по тыловым объектам, но практически не оказывали поддержки войскам на поле боя. Артиллерия вела огонь по площадям, не используя выявленных с помощью разведки данных об объектах. Руководство войсками оставляло желать лучшего. Оснащение войск материальной частью и техникой не соответствовало условиям театра военных действий⁷⁸.

Сражавшиеся на поле боя войска нередко оказывались без руководства. Ворошилов писал Сталину и Молотову 21 декабря: «Дороги в завалах, пехота действует на фронте не как организованная сила, а болтается туда-сюда, как почти никем не управляемая масса, которая при первом раздавшемся выстреле разбегается в беспорядке по укрытиям и в лес. Многие полки отправились воевать с единичными пулеметами на пехотное подразделение, остальные ожидают "прорыва", чтобы торжественно промаршировать в Выборг. Военный совет 7-й армии ничего не делает организационно». В этой связи Мерецкову от имени Сталина было сделано предупреждение, что если он не наведет порядка в войсках, то будет снят и отдан под суд.

По словам Мерецкова, Сталин тогда был крайне разгневан. Он указывал командующему на то, что неэффективные действия в войне с Финляндией отрицательно могут сказаться "на нашей внешней политике", поскольку в эти дни "на нас смотрит весь мир". Сталин требовал, чтобы в боевых действиях был достигнут перелом⁷⁹.

Основное упущение первоначального военного плана состояло в том, что на направлении главного удара не было сосредоточено достаточного количества сил и намечалось действовать одновременно на слишком многих направлениях. Развертывание войск происходило медленнее, чем предполагалось. К тому же слабая пропускная способность дорог не позволяла отдать распоряжение об использовании крупных сил. Части прибывали в район действий одна за другой. Спаренная узкоколейка Мурманской железной дороги оказалась горлышком бутылки как с точки зрения перевозок войск, так и их снабжения.

Выяснилось, что руководство Красной Армии и войска слабо знали противника и театр боевых действий. Разведка велась, но анализу разведывательной информации, по-видимому, не уделялось должного внимания. Можно заключить, что представление о мощи своих вооруженных сил и военной техники порождало известную халатность. Разведывательные органы Красной Армии к октябрю 1939 г. подробно изучили фортификационные сооружения линии Маннергейма, но руководство Ленинградского военного округа утверждало, что этих сведений недостаточно.

Особое внимание командования Красной Армии привлек автомат "Суоми". Хотя Генеральный штаб еще в 1935 г. направил разведывательную информацию об этом оружии в штабы, результаты его применения явились для наступавших неожиданными⁸⁰.

На уровне Генерального штаба подготовка Красной Армии была направлена в первую очередь против Польши и Германии, и войска нацеливались на конкретные регионы. Дивизия проявила себя недостаточно маневренной, тем более в условиях лесистой местности. К тому же тяжелую артиллерию направили по труднопроходимым с малым числом дорог районам, когда ее целесообразно было сосредоточить против линии Маннергейма. Смазка в откатной системе новейших орудий оказалась непригодной при сильных морозах.

Следует констатировать, что до половины войсковых соединений, прибывших издалека, не из состава Ленинградского военного округа, не имели времени для ознакомления с театром военных действий. Отсутствовал опыт боевых операций в условиях снежного покрова, на незнакомой территории, в лесистой местности. Войска к тому же не знали как действовать против современных фортификационных сооружений.

Перед войной один из красноармейцев выразил в своем дневнике следующие сомнения: "Есть такие мысли, что если мы окажемся в войне с Финляндией, то нашу часть разобьют, так как у наших командиров совершенно нет реального представления, как надо вести войну в горах и в лесу"⁸¹.

В частях возникали также проблемы, связанные с двойным руководством (командир и комиссар). Такое положение являлось причиной излишней осторожности и пассивности командного состава. Комиссар мог отменить приказ командира еще до его исполнения. Это проявлялось на всех уровнях, но особенно острая ситуация возникла в 9-й армии, где членом военного совета был начальник Главного политического управления Красной Армии Мехлис. Он часто отменял решения командующего, как только они принимались⁸².

Мужество и упорство красноармейцев, стойко удерживавших занимаемый рубеж, не вызывали ничего иного, кроме похвалы. Финны, со своей стороны, отмечали это как устами главнокомандующего, так и фронтовиков, воевавших против войск, находившихся в "котлах". Вместе с тем подъем боевого духа путем политической работы являлся трудной задачей в этой войне. Утверждения относительно финской угрозы Советскому Союзу и Ленинграду воспринимались как преувеличение. Кроме того, среди сельского населения, большая часть которого составляла ряды красноармейцев, были по-прежнему те, кто оставался недоволен насильственной коллективизацией сельского хозяйства и относился с предубеждением к утверждениям правительства⁸³.

В тех войсках, которые в предвоенной тревожной обстановке сосредоточивались у финляндской границы, проявлялся упадок духа, вызванный длительным пребыванием в неустроенных бытовых условиях. Один командир роты писал 21 ноября в своем дневнике: "Политико-моральное состояние падает. Слышу такие разговоры, что якобы советская держава всегда говорила, что мы своей земли не отдадим никому, но и пяди чужой не хотим, а теперь начали войну с Финляндией, как же это понимать? Если разъяснять, что необходимо укреплять границы, возразят, что ведь никто на нас не нападал… Я и сам считаю, что противоречий с Финляндией можно было избежать"⁸⁴.

Руководству Красной Армии приходилось обращать внимание на неопытность политруков и на проблемы с разъяснением указаний и инструкций. Войскам объясняли, что финны могут внезапно обстрелять с тыла, что они минируют местность и что везде имеются ловушки. Об особых чертах ведения финнами боевых действий предупреждалось перед отправлением в действующую армию, в частности, в ноябрьских указаниях командования Ленинградского военного округа по боевой подготовке⁸⁵. В первые дни войны, в ходе ведения финнами сдерживающих боев, Красная Армия действительно встретилась с фактами использования ловушек, минирования и внезапного применения огня. Эти примеры составили львиную долю того, что послужило созданию у красноармейцев обобщенного представления о коварстве противника. Неудивительно, что они, продвигаясь вперед, проявляли осторожность, просматривали и просвечивали окружавший лес и даже устанавливали небольшие заграждения перед оборонительной позицией. Установку на молниеносную войну стремились забыть.

Устойчиво сохраняющейся выдумкой зимней войны, связанной с ведением финнами военных действий, является история с "кукушками". О них много рассказывалось в издававшейся в Советском Союзе литературе. Под данным термином пропагандисты Красной Армии имели в виду финнов, которые, как уверялось, забирались на деревья и скрытно оттуда вели огонь по тылам наступавших советских войск. Финнам неизвестно о таком способе ведения войны. На приграничной территории были, по-видимому, перед войной наблюдательные вышки пограничников, а в отдельных случаях сооруженные на деревьях позиции стрелков могли все же использоваться во время боевых действий. Относительно воспоминаний красноармейцев о множестве "кукушек" выдвинуто объяснение, что, непривычные к ведению войны в лесу, они не могли определить местонахождения противника, когда неизвестно откуда раздавались выстрелы⁸⁶.

Леса являлись серьезным препятствием для наступавших войск, а у восточной границы их было в изобилии, так же как и бесчисленных озер. На поверхности озер возникала "шуга", когда вода поднималась из-подо льда на поверхность и покрывалась снегом. Это становилось ловушкой для всех, кто пытался пройти или проехать через озеро. В таком случае неосведомленный солдат, орудие или танк неизбежно проваливались под лед.

Дороги проходили по нескончаемым, непроглядным лесам, через болота или возвышенности. Такая местность часто не позволяла выставить охрану на флангах. К тому же из-за снежных заносов движение транспорта на многих дорогах прекращалось. Поскольку дороги были узкими, организовать двустороннее движение по ним не представлялось возможным. На дорогах образовались "пробки".