Текст книги "Искра Свободы 3 (СИ)"

Автор книги: Александр Нова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

Глава 28
Не моя война

Лира глубоко вдохнула, словно впервые за много дней могла сделать это свободно. В глазах, которые всю неделю назад казались пустыми и потухшими, теперь теплился огонёк. Девочка снова стала собой – любопытной, энергичной и упрямой Лирой.

– Первоотец сказал, что помнит нас, своих детей. И что поможет нам, доведёт свою работу до конца. Что постарается исправить тех искажённых, которым не повезло родиться… странными.

Девочка сказала то, что считала самым главным и замолчала, глядя куда-то сквозь меня, будто снова вспоминая слова не-бога.

– Но Первоотцу понадобится помощь. И в первую очередь, нужно рассказать о нём остальным искажённым и перенести его в другое место. В наши земли, за реку, подальше от церковных ищеек, – продолжила Лира. – В этом он просит твоей помощи. Мой народ заплатит за неё справедливую цену.

Я переглянулся с отрядом и кивнул. Если платят, то можно и помочь. Да и интересно узнать, что в этом мире происходит на самом деле. Кто такие Изначальные, почему «возвращение Изначальных», а не «пришествие», есть ли ещё Алтари нулевой серии?

Можно ли доверять не-богу? Не знаю. Но сотрудничать можно точно. Я не питал иллюзий и не считал его «добрым дедушкой» – разум не-бога был чужд человеческому. Прагматичный, гибкий, но при этом абсолютно уверенный в своей непогрешимости. И то, что он избавил меня от Метки, как раз и было проявлением практичности и расчёта. Теперь мне не то что нет смысла, мне опасно сдавать не-бога церковникам.

Раз Метка не исчезла, а помечена как «закрытая», я уверен, что где-то записано, кто именно её закрыл. И достаточно Владыке проверить «журнал доступа», как ко мне появится много вопросов. Закончатся они, скорее всего, на костре. Мало ли, какие ментальные закладки вложил в мою голову Падший Алтарь?

Так что не-бог обезопасил себя и приобрёл если не союзника, то нейтрального наёмника точно. Пока выглядит как стратегия, где все выигрывают. Время покажет, так ли это.

– Первоотец может разговаривать только так, в ускоренном времени, – продолжила свой рассказ Лира. – И даже для искажённых это тяжело.

Только сейчас я заметил, что у девочки из носа идёт кровь. Я протянул ей обрывок бинта, который носил вместо платка, но она лишь отмахнулась.

– Поэтому Первоотцу и нужна представительница. Я буду говорить от его имени! – гордо заявила девочка. – Он сказал, что улучшит моё ядро и я смогу выдерживать общение с Ним гораздо дольше, чем все остальные.

– Странное название. По обязанностям это больше походит на жрицу, – сделала резонное замечание Селена.

– Да, но Первоотец утверждает, что он не бог, и поэтому жрица ему не нужна, – явно смутившись, ответила Лира.

И здесь было от чего запутаться и смутиться. Искажённые считали его богом. Столетия ему поклонялись, молились. А когда нашли, сам бог заявляет, что он не-бог. Причём заявляет это через ребёнка, сидящего с кровью под носом у древней Чаши в подземелье. В нормальном мире после такого вызывают психиатра. В этом – обсуждают условия сделки.

– А кто он тогда? – вопрос Лиса был насквозь практичным.

– Он назвал себя Создателем и Покровителем детей свободы.

О как. Этот не-бог уже был Покровителем Первой Республики. От неё остались только монеты, да и те найти сложно. Надеюсь, искажённые под его покровительством не повторят путь республиканцев.

– Мне нужно передохнуть, и тогда Первоотец произведёт необходимые изменения в моём теле. После чего он снова впадёт в спячку – энергии осталось мало. Он просил заполнить все шесть картриджей, но уже на новом месте, – добавила Лира. – Эллади, ты сможешь их достать?

– Купить, Лира, – поправил я девочку. – Нужно узнать у церковников условия продажи и цены.

Возражать искажённая не стала.

– От Падшего Алтаря осталась только одна Чаша. Это не влияет на функционирование не-бога? – спросил я из любопытства.

– Первоотец говорит, что теперь он медленнее делает некоторые вещи. А кое-что делать вообще не может. Например, теперь с ним можно говорить только когда Первоотец ускоряет разум.

– Тогда ты не представитель, Лира, а проводник, – усмехнулся я.

Я ждал продолжения, но его не последовало. Список пожеланий у не-бога оказался коротким: безопасность и питание. Всё прямо по пирамиде Маслоу, хоть он и не человек.

– Тогда план такой, – медленно поднявшись, произнёс я. – Лира проводит свой ритуал. Мы закрываем секретный зал, и Лира возвращается к своим через горный лаз искажённых, который только для подростков. Встречается со своим отцом, решает, как транспортировать не-бога, и возвращается к нам, докладывает, что и как. Дальше действуем по обстоятельствам. Мы все это время ждём здесь, охраняем не-бога.

Возражать никто не стал.

– Думаю, я готова, – произнесла девочка.

Лира взяла плащ, сложила его в несколько слоёв и постелила на поверхность Чаши, после села на импровизированную подушку, скрестив ноги. Достала кинжал, уколола подушечку пальца и выдавила несколько капель крови на мерцающую красным руну на Чаше.

Кровь мгновенно впиталась в поверхность Чаши, и руна потухла. Вместо неё загорелся силуэт ладоней по краям диска. Искажённая неторопливо отложила нож, замотала ранку на пальце бинтом, и только после этого накрыла своими ладошками подсвеченные места.

Силуэт ладоней исчез, но едва заметным светом загорелись руны по периметру Чаши. Лира повернула голову в мою сторону. В её глазах читалось всё то же любопытство и жажда движения. Никакого благоговения, религиозного транса или чего-то подобного.

– Мне тут пару часов сидеть, так что расскажи что-нибудь интересное, – внезапно обратилась она ко мне.

– Я понимаю, что Первоотец не бог, но… Но разве не нужно встать на колени? И молитвы читать? – в замешательстве спросила Селена.

И я с ней был согласен: происходящее кардинально отличалось от того, что должен делать верующий на Алтаре, когда хотет получить его благодать. Никакого дыма, хора, экстаза и священного ужаса. Только девчонка, древний артефакт и практическая инструкция, как будто мы запускали сложный станок.

– Камень холодный, а стоять на коленях – больно. Про молитвы Первоотец сказал, что они бесполезны. В общем, это не нужно делать, – Лира немного помолчала и продолжила. – Я не понимаю, зачем вы, человеки, все так усложнили со своим Владыкой, если, как говорит Первоотец, и без этих действий всё получается?

Селена не нашла, что ответить. Лис предусмотрительно молчал. А я понял, что девочка-подросток из магического средневековья только что напомнила мне, человеку с высшим техническим образованием, что такое инженерный подход. По-своему конечно, но даже так она буквально ткнула меня носом в то, что я слишком сильно погрузился в местные верования. Бытие определяет сознание, да? Когда все вокруг твердят про бога, магию и прочее, критическое мышление отступает. Сначала на шаг. Потом ещё на один. А потом ты уже сам начинаешь искать сакральный смысл там, где достаточно прочитать инструкцию.

– Так расскажешь историю? – повторила вопрос Лира.

– Расскажу. Я слышал эту историю ещё в детстве. Враки, конечно, но история интересная, – начал я и заметил, что даже Лис и Селена прислушались. – Когда-то на острове посреди моря жил мастер…

Дальше я рассказал миф о «Дедале и Икаре». История про любознательность, упрямство и цену ошибки показалась мне хорошим выбором. Лира слушала внимательно, но иногда морщилась, будто внутри у неё что-то неприятно тянуло. Но она старалась сидеть неподвижно и ладоней с рун не убирала.

Говорил я неторопливо, часто останавливаясь и раздумывая, как адаптировать миф Древней Греции по реалии этого мира, так что повествование затянулось. Когда, наконец, история подошла к концу, на несколько минут повисла тишина.

– Это же притча про гордыню? – неуверенно спросила Селена.

– Как мне кажется, она про то, что инструкции пишут не просто так, – не задумываясь ответил я.

– Да какая разница? – бросила Лира. – Главное, что интересная. Эллади, расскажи ещё про небо. Мне нравится про небо.

Я развёл руками:

– Извини, вот так сразу ничего не приходит на ум. А тебе долго ещё?

Лира оторвала свои ладошки от Чаши и с самым невинным видом подняла глаза на меня.

– Пять минут как закончила, – звонко ответила Лира. – Но ты интересно рассказываешь, хотела послушать ещё.

Моё лицо само растянулось в улыбке.

– Так может Лиру из «бестрашной» переименовать в «хитрую»?

– Нет, Хитрый уже есть, – девочка указала на Лиса и важно добавила: – Нельзя, чтобы клички повторялись. Смотри, что я теперь могу!

Изменения я заметил почти сразу: вертикальный разрез зрачка Лиры превратился в обычный человеческий круг, цвет сменился на голубой, а блеск исчез. Теперь её никак нельзя было отличить от человека.

– Правда, так видно гораздо хуже, – рассеянно пробормотала девочка, и её глаза начали обратную трансформацию. Примерно через минуту на меня снова смотрели ярко-бирюзовые, блестящие, как у кошки в темноте, глаза Лиры. Живые, хищные и совершенно нечеловеческие.

– Покажи ещё, – потребовал Лис. – Хочу посмотреть вблизи и понять, насколько хороша маскировка.

Лира снова изменила глаза, и охотник, взяв её за подбородок, долго крутил головой девочки, рассматривая глаза под разными углами.

– Если не знать, что такое возможно и как изначально выглядят глаза, обнаружить вряд ли выйдет, – вынес вердикт охотник. – Твой не-бог хороший подарок тебе преподнёс, теперь ты выглядишь как обычная человеческая девочка. Никто не посчитает тебя искажённой, не станет ловить и тащить на костёр.

– Только ей бумаги нужно сделать, чтобы вопросов не возникало, кто она и откуда, – добавила Селена.

– И тогда мне можно будет путешествовать с вами? – с предвкушением спросила Лира.

– А как же твои обязанности представительницы?

Лира на мгновение сникла, но быстро взяла себя в руки. Радость на её лице погасла так резко, будто кто-то накрыл ладонью свечу.

– Я не навсегда представительница, – сказала она уже не так уверенно. – Первоотцу нужен тот, кто сможет говорить от его имени сейчас. Пока остальные не знают, что он проснулся. Пока его нужно спрятать и перенести. А потом, уверена, назначат кого-то другого. Постарше. Может даже совсем старика.

– И после этого ты хочешь погулять по миру? – уточнил я.

Лира насупилась.

– Не гулять. Узнавать. Первоотец сам сказал, что хочет знать, что происходит в мире.

Я покачал головой – мне только ребёнка в команду не хватало. Который, по совместительству, шпион не-бога. И который наверняка будет лезть в каждую дыру первой, потому что «интересно».

– Не-бог так прямо и сказал, что ты должна пойти с нами?

– Нет, так Первоотец не говорил. Не хочешь меня брать, да, Эллади? – верно интерпретировала мои слова Лира. – Обузой я не буду. И опасности не боюсь.

– Я знаю, Лира. Но я планирую закрыть ещё одно дело здесь и покинуть баронство де Монфор. Уйти далеко на восток. А там мы будем промышлять охотой, в которой ничего интересного нет. Ты уверена, что тебе это подойдёт? Потому что слушать жалобы на то, что тебе скучно, я не стану.

– А как же дорога приключений?

– Она мне порядком надоела, – честно признался я. – Я хочу построить своё дело со стабильным доходом. Если получится – масштабировать до роты наёмников. Хочу свой дом. Семью.

Селена кинула меня острый взгляд, но я его проигнорировал.

– Ты такой же скучный, как и другие человеки, Эллади, – фыркнула Лира.

– А чего мы тут сидим? Пошли на поверхность, – предложил Лис.

– Хорошая мысль, только нужно закрыть дверь в секретный зал. Всё равно до прихода искажённых нам там делать нечего, – произнёс я. – А в горах есть проход: могут гости пожаловать. Лучше замуровать не-бога обратно.

– А ты знаешь, как закрыть дверь?

– Нет. Но для начала попробуем поставить пластину-заслонку на место, – сказал я. – Если механизм жив, думаю, дверь закроется сама.

– А если не жив? – уточнил Лис.

Я посмотрел на древнюю плиту, на тёмные щели вокруг неё и на каменную крошку у порога и пожал плечами.

– Тогда и будем думать.

– Я сообщу Первоотцу, чтобы он уснул, пока не придут другие искажённые, – сказала Лира и, не дожидаваясь ответа, коснулась ладонью края Чаши.

Руны, которые горели по периметру Чаши, стали медленно гаснуть. Через несколько секунд не-бог снова превратился в мёртвую Чашу. Только вот обычным этот предмет не выглядел – и форма, и размер, и матовый блеск металла, всё выдавало в нём часть Алтаря.

Я посмотрел на потухшую Чашу, потом на Лиру.

– А способ связаться с не-богом на расстоянии у тебя есть? – поинтересовался я.

– Нет. И Первоотец сказал, что такой способ связи опасен – Владыка может услышать.

– А в мою голову удалённо лезть, значит, безопасно?

– Тут, под землёй – безопасно.

Очень интересно. Значит, если я буду находиться на поверхности, не-бог перестанет пытаться меня подчинить. Не потому, что не хочет, а потому, что боится быть обнаруженным Владыкой.

Мы покинули секретную комнату, и Лис отправился к роднику, переставлять пластину. А мы остались в туннеле, наблюдая за дверью. Охотник вернулся быстро, но ждать хоть какого результата пришлось долго – почти час.

Наконец откуда-то из глубины донёсся протяжный скрежет, будто древний механизм провернулся через силу, преодолевая ржавчину и время. Потом – глухой, тяжёлый удар, от которого дрогнула земля под ногами.

Мы все одновременно обернулись к двери.

Массивная каменная плита, которую мы планировали закрыть, сорвалась с места и начала опускаться. Она рухнула с грохотом, полностью скрывшись в полу. От удара по верхнему торцу пошла трещина, разделив дверь пополам. Теперь, даже если мы найдём и починим механизм, плита уже не пригодна к использованию. Творение инженеров Первой Республики не пережило больше сотни лет без обслуживания.

Сквозь полностью открытый проём в секретный зал стало попадать больше света, и Чаша не-бога стала ещё заметнее.

– Нужно хоть как-то перекрыть проход, – сказал я, уже оглядывая ближайшие завалы. – Воспользуемся камнями от других обрушений.

Работать пришлось долго. Мы оттаскивали валуны от ближайших обвалов и вкатывали их в новый, рукотворный, забивали щели щебнем и мелкими обломками. Получилось коряво, с просветами, но Чаша не бросалась в глаза, да и чтобы попасть к ней, теперь нужно разгрести завал.

Все вымотались и, омывшись от каменной пыли и пота у родника, направились на поверхность. Было очевидно, что к своим Лира пойдёт завтра: после ритуала и возни с завалом девочка едва держалась на ногах.

Остаток дня мы провели, отдыхая на солнце и жаря мясо. Меня заставили рассказать ещё историю, и я пустил в ход «12 подвигов Геракла».

– Тебе бардом или сказителем нужно быть, а не монстров убивать, – произнёс Лис уже вечером у костра. – Хорошие истории. И говоришь чисто и красиво, приятно слушать.

– Может и стану, – усмехнулся я. – Уже поздно, да и истории у меня закончились. Если никто не против, я дежурю первым.

– Тогда я возьму последнюю смену, – попросила Селена, и Лис согласился. Лиру к дежурствам мы не привлекали.

– Наблюдение лучше вести со второго этажа. Оттуда и вход в туннели виден, и все окрестности, – в очередной раз уточнил Лис, я кивнул и пошел наверх, в зал с мозаикой.

Внизу весело трещал костёр и спали соратники, а я смотрел на звёзды этого мира и впервые думал о том, что они мне уже не такие чужие.

* * *

Проснулся я от прикосновения Селены. Открыл глаза и, увидев серьёзное выражение на её лице, сразу же понял – дело плохо. Вместе мы разбудили Лиса и Лиру. Солнце едва встало над горизонтом, на траве ещё лежала роса, а воздух был холодным.

– В лесу, на самой границе с опушкой – люди. Вижу тепловые силуэты, человек двадцать, не меньше, – прошептала Селена.

– Пошли наверх, понаблюдаем. Может они в алтарный зал пойдут и об Воителя убьются – выхода теперь оттуда нет, – произнёс я, беря пневморужьё.

На втором этаже мы просидели около получаса, прежде чем противник вышел из леса. В том, что пришли враги, не возникло сомнений: в оптику пневморужья я чётко видел пятнадцать человек и троих связанных и избитых искажённых, среди которых узнал Гюго – вождя племени искажённых и отца Лиры по совместительству. И Мари, которую уже один раз ловили баронские. Последний искажённый мне был не знаком. Людей рассмотреть не удалось – их лица скрывали маски.

– Осторожные, – со смесью уважения к противнику и сожаления, что противник не тупой, пробормотал Лис. – Идут медленно, Храм обходят. На Воителя они точно не полезут.

Лира требовательно протянула руки к ружью.

– Дай посмотреть в твою трубу. Она же приближает картинку, верно?

Я кивнул и передал девочке оружие. Она некоторое время смотрела на идущих.

– У этих искажённых нет явных отличий от людей. Отца и Мари пытали, – быстро перечисляла факты девочка. – Они идут прямо ко входу в катакомбы, по нашей тропинке. Я и сама по ней шла.

Лира не стала говорить про то, что внизу беззащитный Первоотец и что люди его сразу найдут. И что вроде как мы должны его защитить. Она не стала просить или требовать. Но стояла рядом: маленькая, бледная, с чужим оружием в руках, и смотрела, как ведут её избитого отца.

Это была не моя война. Не мой бог. Не мой народ и не моя вера. Я вообще слишком часто в этом мире оказывался рядом с чужими бедами и слишком редко успевал пройти мимо.

Но бросить Лиру я был не готов.

Значит придётся принять бой.

От автора. Прододжение приключений Эллади уже ждет вас в следующем томе «Искры Свободы»

/reader/614065