Текст книги "Мастер путей 7 (СИ)"

Автор книги: Александр Черный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Что и исполнили. Тем паче, что по местному времени как раз случился обед, и ответственные по кухне нашли возможность изыскать запасов пищи на лишний десяток-другой ртов.

Собрались за общим длинным столом негласным размещением: я с отрядом по одну сторону, Ростислав во главе стола, все же прочие – с другой.

Отдельно пришлось потратить пять секунд времени на то, чтобы схватить Лану за шкирку и насильно усадить хвостатую рядом со мной. Даже после команды к общей посадке за стол девушка осталась в стороне и не спешила присоединяться к трапезе. Заминка не осталась незамеченной для остальных, но все, от Милославы до Протопопова, попридержали свои комментарии.

– Так что же, Александр Александрович? – подал голос первым Свят. – Что поведаешь нам сегодня? Как ваши продвижения? Тяжко ли аль ладно?

– Пока на грани допустимого, – пожал плечами я, садясь за своё место. – Пока самое тяжкое, что встретилось по пути – стая айнов голов на тридцать и непреодолимое болото на несколько лётных дней.

– Будете обходить? – поинтересовался светлейший князь Бериславский. – Сколь велика задержка в пути?

В ответ лишь махнул рукой.

– Уже пересекли. Оставили его за спиной и встали на пару дней для отдыха. Особенно он нужен Вете с Катей.

Морозов заинтересованно повёл бровью.

– Это был единственный способ пересечь топи, – пояснил я. – Болото растянулось на сотни километров во все стороны. Конца-края ему не видно было даже с высоты. Даже человек тонул, не говоря уже про тяжёлую самоходку. Ветрана промораживала всё на несколько метров вниз и на десятки вокруг, чтоб её лёд выдерживал наш общий вес. И так приходилось делать каждый час на протяжении нескольких дней. Будто бы этого мало, газоанализатор постоянно сообщал о наличии злокачественных испарений. Тут и Катя нам пришла на помощь, сносила зловредные массы прочь и даруя нам чистый для дыхания воздух. Только позавчера вечером вышли на сухую твёрдую землю и оставили болота позади. Девчонки от усталости вырубились сразу, как только оказались в безопасном месте.

– Александр Александрович не оставил дев без заботы, – будто бы невзначай добавила Ева. – Одарил собственноличными запасами Силы и предоставил отдых для восстановления.

– Как будто что-то экстраординарное сделал… – буркнул «Александр Александрович». – Само собой разумеется. Что ещё в такой ситуации полагается?

– Действительно, – фыркнула Ветрана. – Не каждый муж так о супруге заботится, как воевода наш Александр свет Александрович о своих подчинённых.

Я ненавязчиво перевёл тему разговора в другое русло. Выслушивать восхваления на грани велелепия в воскресенье мне не улыбалось.

– В остальном без существенных происшествий, – проинформировал присутствующих. – Личный состав налицо. Отсутствующих нет. Жалоб на состояние здоровья нет. Полевой быт наладили, начали к нему привыкать. Вчера организовал девчонкам переход в свой мир, там сменили нательное бельё, отстирали одежду и отмылись сами. Чистоту тела блюдём не хуже чистоты души.

– Окромя той стаи айнов более зверей не встретили? – уточнил Святогор.

– Да была пара куриц. Эдакие ящеры с крыльями. Не знаю, как по-вашему их именовать. У себя бы мы их назвали птерозаврами. А так… Тихо, Свят. Да и идём мы не слишком громко. Стараемся вести себя незаметно. Вот к нам и не проявляют интереса.

Ну, да. Сказал, как обухом по башке. С ноги вломиться как к себе домой на поле чужой брани и походя раскидать стаю псин, которые, со слов местных, рвут окружающих на части похлеще приснопамятного Тузика грелки – это «незаметно»? Ну, да, ну, да… Конечно…

Голос подала Алина.

– Но и взаправду, путешествие протекает менее… напряжённо, нежели ожидалось. Мы готовились противостоять зверю, равных которому ещё не знали. До сих пор же нам… удавалось сохранить своё присутствие в тайне.

Яна улыбнулась словам дочери.

– А как же иначе, моя милая? Вас ведёт умудрённый ратным опытом военачальник, для которого сбережение ваших жизней дороже боевой славы. Махая мечом, вломиться в оголтелую атаку любой дурак способен. Куда важнее свершить то, что поручено.

– Потому и была избрана тактика инфильтрации малой группой, – кивнул я. – Большая армия или экспедиция создавала бы большой шум и была бы заметной. Пока что нам удаётся следовать плану.

– Как и нам, – подал голос Протопопов. – Благодаря Бериславу, удалось провести в Первоуральск сотни рабочих рук и сотни телег обоза, запряжённые сотнями тягловых животных. Сей день растрачен на логистику и размещение людей со скарбом. С последующего же дня все привлечённые станут заготавливать ресурсы для ускоренного возведения фортификаций.

– Был разговор о какой-то конкретной точке, куда нам надо будет выйти, – напомнил ему. – Не появилось точных координат?

– Не без этого, – подтвердил офицер. – Опосля трапезы выкажу тебе карту. Ты явно умеешь с ней работать. Обнаружишь то место на берегу своим летучим оком.

Одной проблемой меньше.

А вот на Морозова смотреть было жалко. Даже взгляд Ветраны говорил, что с её отцом что-то не так. На лицо (и на лице заодно, пользуясь случаем) следы капитального утомления.

– Не высыпаешься? – спросил я Властислава. – Выглядишь так, будто днями и ночами от литейных печей не отходишь.

Уголок рта светлейшего князя Морозова дёрнулся в едва заметной ухмылке.

– Почти что прав, Александр Александрович. Великий Император Всероссийский выдал такой план по производству орудий и стрелятельных припасов, что вся мануфактура перешла на трёхсменный режим выпуска. Мы не были готовы к такому. Пришлось ретиво перестраивать многие производственные цепочки.

Глава 19
Отсель врагу грозить мы будем

После еды образовалось некоторое время, которое каждый был волен потратить на собственное усмотрение. Отдых, как-никак. Кто-то прилёг переваривать принятую пищу, кто-то убыл заниматься своими делами. У меня же образовался самый натуральный, мать его, приёмный день. Один за другим ко мне подходили люди (не скрою, не последние для меня в этом мире), дипломатично выжидая для разговора тет-а-тет.

Первыми по списку уединились с Бериславскими. По просьбе Свята отошли до одного из незанятых кабинетов здания штаба. Там Марина явила себя во всей красе: и в вопросе форменной одежды родовой гвардии, на которую сменила свой рабочий сарафан, и в вопросе владения Силой. Девушка осенила помещение «Безмолвием», напрочь отсекая нас от чужих ушей.

«Нас» – это, непосредственно, обоих Бериславских-старших, обеих Бериславских-младших, себя и меня заодно.

– Ты уж извини нас, Александр Александрович, – на правах главы семьи первым начал светлейший князь. – Однако больно неспокойно родительское сердце за свою кровиночку. Знаем, что ратник ты отменный. Но и я лучше многих знаю, что есть такое Зауралье. Хочется из первых уст услышать, что ты там видишь.

– Вижу большой потенциал для развития, Свят, – проинформировал я собеседника. – Земли необъятные. Мы неделю летим вперёд со скоростью птицы. И едва ли прошли четверть от того, что должны. И это – лишь на восток. А сколько этих земель простирается на север и на юг… В этом наши миры похожи. Полезных ископаемых сверху невидно, их необходимо разведывать подземными способами. Но лесов и полей – без края. Где леса – там и живность. Где живность – там мясо и меха. Из серьёзных преград лишь широкие полноводные реки, но и их мы научились приручать.

Мужчина нахмурился.

– А как же айны? Ты сказал, что лишь одну стаю встретил…

– Так и есть, – кивнула Алина. – Не считая того случая, мы покамест не наблюдаем больших скоплений зверей.

Участник зауральских экспедиций задумался, сопоставляя свой опыт с услышанным только что. Абсолютно очевидно, что не всё сходится.

– Тому множество объяснений, – пояснил я. – Как мы выяснили, айны – звери. И, как любое животное, они подчиняются своим законам биологии. У них бывают миграции, сезонные или вынужденные. За сутки, со слов Ланы, выносливые твари способны покрывать до сотни вёрст. Земли необъятны, и в большие табуны существа не сбиваются. Быть может, нам посчастливилось пройти мимо. А, быть может, у них что-то произошло, по типу нехватки пищи, и они отправились искать её в иных местах. К тому же, мы прошли всего две тысячи вёрст…

– «…всего…»? – горько ухмыльнулся Свят.

В голосе светлейшего князя отчётливо послышались нотки профессиональной ревности, что не осталось без внимания улыбнувшейся Яны.

– То ли ещё будет. Никто не знает, что нас ждёт впереди. Не хотелось бы превращать инфильтрацию в полномасштабное наступление с зачисткой. Но пока нам везёт оставаться тихими.

– У «Мастера» на оснащении невиданная нами техника, – добавила Алина. – Его силами возможно такое, чего не можно достичь ничем другим более. А ещё «Мастер» отменно ведает ратное дело. Он достойно подготовился. Не переживай. У нас нет причин для тревог и лишений.

– Рады это слышать, – улыбнулась Яна. – Хотелось бы иметь возможность слышать ваши голоса и видеть вас чаще…

– Я думал об этом, – я посмотрел на Истиславовну. – Но мы рискуем даже сейчас. Тактически, мы поступаем неграмотно, отступая от занятых нами рубежей. Сейчас наша самоходка и имущество оставлено без присмотра, а точку, где всё стоит, могут занять айны. По возвращению мы рискуем встрять в бой на короткой дистанции. Ладно, один раз повезёт. На отдых мы отойдём в тыл. Ладно, второй раз случайно карта также ляжет. Но сколько таких «раз везения» мы вынесем? Каждый обед и каждую ночь уходить в тыл… Можно было бы, конечно, отправлять только девчонок, а мне и Лане оставаться на закреплённой позиции. Но много ли навоюют два человека?

– Боюсь, ты прав, друже, – отозвался Святогор. – Не стоит надолго оставлять лагерь.

Я посмотрел на Злату, присутствовавшую при разговоре и держащуюся подле матери.

– Ну? – улыбнулся, глядя в озорные глазки девчули. – А ты у нас как поживаешь? Не бедокуришь?

Малышка, улыбаясь в притворном смущении, скользнула ко мне и прижалась, обняв, насколько позволил мой боевой защитный костюм.

«Плитник» с разгрузкой снял ещё до начала трапезы. Я и так в нём безвылазно нахожусь. Выходные для того и нужны, чтоб отдыхать от физической нагрузки. Позвоночнику и плечам отдых нужен не меньше, чем мозгу и мышцам.

Прижал малышку к себе, погладил по золотистой головке и чмокнул в темечко.

– Спасибо, Мастер, – улыбнулась она, посмотрев на меня снизу-вверх. – Я ждала тебя. А ты всё не появляешься.

«Живой взгляд», – отметил про себя. «Цветной румянец на щеках. Внятная и связная речь. Более или менее логичный ответ на поставленный вопрос. И спокойная. Стоит, не носясь, как метеор».

Что ж. Абсолютно точно и определённо, состояние здоровья Златы улучшилось капитально. Тактика лечения, подобранная Смазновой, дала свои плоды в относительно короткие сроки.

– Как спишь? Больше не буянишь по ночам?

– По ночам я скучаю, – озорно улыбнулась Бериславская-младшая.

Её словам понимающе улыбнулась и Марина.

Прекрасно. Просто восхитительно. Я доволен.

Но, раз так, то в относительно скором времени психика девушки должна встать на место настолько, чтобы она смогла адекватно воспринимать входящую информацию. Как только закончим с лечением, девчонкой необходимо будет заняться крепко и жёстко: она, по сути, из-за своей душевной болезни пропустила всё детство и юность. В её возрасте уже поступают учиться в высшие учебные заведения, а она, по сути, даже в школу не ходила. Придётся хорошо напрячься, чтоб втащить её на уровень эрудиции, соответствующий её нынешним годкам.

– Злата чувствует себя во сто крат лучше, дорогой Александр Александрович, – не скрывая материнской радости, тепло улыбнулась Яна. – Ночами спит, как и положено. Помогает по дому. Познаёт окружение. Учителей для неё мы покамест не нанимали. Смею надеяться, ты подсобишь нам со столь… деликатным делом. Ежели на прямоту, то неохота посвящать в дела рода посторонних. Тебе же мы… доверяем всецело.

– Обучение человека, пропустившего школьную скамью, потребует не меньше трёх лет, – предупредил я. – С ноля необходимо учить всему. Читать, считать, писать. География, обществознание, мироустройство, история. Чему я могу её научить? Я не принадлежу к вашему миру и не знаю его основ.

– Зато твой мир опережает в развитии наш, – многозначительно проронила мать девушек. – Ты знаешь то, что наша наука не познает ещё минимум век. О лучшем учителе невозможно мечтать. Лишь только назови цену.

Хм.

А логика в словах матери-то есть. Как я успел узнать, в этом мире – информация буквально есть сила. Чем больше ты знаешь, тем ты сильнее. Это касается Силы в первую очередь, но и на остальные аспекты распространяется не меньше. Самые успешные предприниматели – те, кто лучше шарит в экономике. Самые лучше производственники и ремесленники – те, кто больше знает о своём деле. Самые лучшие управленцы и командиры – те, кто круче всех и эффективнее рулит. Если ребёнка, пропустившего школу, попробовать обучить по методе, опережающей по эффективности и объёму знаний нынешнюю программу… Это даже не «из грязи в князи». Это буквально из детского сада в академию наук.

– Я подумаю, что с этим можно сделать, – пообещал я. – Не могу поклясться, что смогу преподавать уроки лично: всё же, одним контрактом уже обременён, и может не хватить времени на большее. Как минимум, смогу поставлять учебные материалы и пособия. И не только для Златы.

* * *

Стоило мне оставить разноглазку с семьёй, чтоб ввиду выдавшейся свободной минуты пообщались вдосталь, как на приём ко мне пожаловали Морозовы.

Вот уж не думал, что доживу до того момента, как ко мне будут живую очередь на приватные разговоры занимать.

– Мы рады видеть вас в полном здравии, невзирая на тяготы и невзгоды, – Властислав начал с дежурного рукопожатия.

«Вас» – это, в данном конкретном случае, меня лично, приобщившуюся ко мне Ветрану, и её телохранительниц, Настю и Катю.

«Мы» – это, непосредственно, светлейший князь Морозов, иже с ним светлейшая княгиня Олеся и маленькая, но подающая надежды светлейшая княжна Милослава.

– Взаимно, Слав.

– Просили бы тебя уделить нам несколько минут твоего бесценного времени, – произнёс он. – Не сочти за праздное любопытство, но посвяти же нас. Что лежит на землях за Уралом? Тяжко ли там аль зябко? Сколь богаты те земли на руды и угли?

А. Понятно. Производственник же. Как владелец мануфактур, Морозов сразу включился в добычу ресурсов для своих заводов.

– Мы не производили разведку ископаемых, – пожал плечами я. – Лесов – от края до края, и им не видно конца. Болот – только позавчера вышли из бескрайней топи, занимающую площадь неплохого европейского государства. Реки – пока их много не встретили, но те, что есть, полноводны. Как следствие, из всего этого заключаем, что древесины в преизбытке: ложи для ружей точить можно в товарных количествах, и останется для полуподземной заготовки углей. Воды немерено, тысячи и миллионы тонн. Торфа даже считать не буду, его и потомки ваших потомков не выработают весь. Святогору уже сказал: где леса – там пушнина и мясо. Не скажу, что рай да раздолье. Но места нетронутые.

– Как велики затраты на логистические издержки? – спросил светлейший князь. – Ежели поставлять из-за гор материалы?

– На текущем этапе – колоссальные.

– Там реликтовые леса, отец, – подала голос Ветрана. – Без дорог снабжения не пройдёт даже тяжёлая самоходка. Где болота – там не пройдёт решительно ничто. Нынче же потребно строительство путей сообщения с заходом через Первоуральск. Только так можно поставлять из-за гор расходное.

– Деревья там напитаны Силой, как кузнечные меха воздухами, – добавил я. – Тяжёлые, что донельзя. Будто бы бетонные столбы, а не стволы. Первоуральск из местного леса строит вместо кирпича и камня, и несильно-то жалуется на прочность строений.

* * *

За Бериславскими – Морозовы, за Морозовыми – Пламневы, за Пламневыми – Ветровы… Когда меня чуть ли не за ворот боевого защитного костюма в свой кабинет затащил Протопопов, я вздохнул с облегчением.

– Не умеешь ты вовремя застопориться, наёмник, – констатировал полковник, закрывая за нами дверь помещения. – Тебе на шею сядут, ножки свесят, а ты и рад стараться. Твоё счастье, что ничего сверхсрочного не имеем, да дела идут своим чередом… что тебя так задержало?

– А…! – отмахнулся я. – Этого стоило было ожидать. Родичи своих чад насели. Спасибо, что по очереди, а не сообща. Не каждый день родная кровиночка за тридевять земель пропадает. Тут любой бы забеспокоился. Так что, нормально. Стоило предвидеть.

– И как оно? – осведомился офицер. – Кровиночки-то?

– В общих чертах – неплохо, – это уже доклад на имя руководителя Тайной Канцелярии, а не вольная беседа с родственниками военнослужащих. – Боевой дух на высоте или недалёк от неё. Состояние здоровья опасений не вызывает. Как уже сказал ранее, Морозова с Ветровой свалились от бессилия, но сейчас уже в строю. Идём согласно запланированного графика с расчётной скоростью. Пищи и воды хватает, недостатка в медикаментах и боеприпасах нет. Сегодня ещё отдых, а завтра – старт.

– Что-нибудь интересное находили? Кроме селения чуди белоглазой с твоим земляком во главе оного.

– Покамест нет. Ничего такого, что приковало бы взгляд с высоты птичьего полёта. Но Зауралье населено: факт. Видны грунтовые дороги, по ширине сопоставимые с какой-нибудь среднего размаха телегой.

– Понят тебя.

Собеседник проследовал до своего рабочего стола и рукой подозвал к себе.

– Смотри сюда, ратник.

Палец визави указал на дальнюю сторону материка, изображённого на карте, расстеленной поверх столешницы.

– Наши контрразведчики через свои подковёрные и закулисные игрища сумели внушить штабистам супостата, будто бы это – место, где мы собираемся заложить острог. По легенде, твоя группа успевает прибыть туда чуть ли не одновременно с ордером противника, и у вас просто нет времени на окапывание с возведением укреплений. Строго говоря, легенда недалека от истинного положения дел… Враг попытается атаковать с моря, используя несопоставимое преимущество в артиллерии: на каждом боевом корабле десятки орудий, да десанта сотни человек.

Если не вдаваться в подробности, то точка на карте плюс-минус находится в широтах южной оконечности полуострова, по форме и расположению похожего на Камчатский.

Отсель врагу грозить мы будем ©.

Если местные штабные решили встречать врага в районе Авачинской губы (как бы она тут ни называлась иначе), то всё ещё более предсказуемо. С тактической точки зрения претензий к плану не имею.

Но с логистической… Это уже означает, что идти нам не пять, не семь и даже не девять тысяч километров. Чтобы поспеть к сроку, нам необходимо прибавить ходу, ибо придётся обогнуть местное внутреннее море, по площади и расположению напоминающее Охотское. Через него не перелетит беспилотник. Мы не построим плот, на котором сократим расстояние и время. Нас не ждёт там транспортная баржа, линкор или ракетный сторожевой корабль на подводных крыльях. На огибание моря по береговой линии с выходом на Камчатский полуостров уйдут лишние две с половиной, а то и три тысячи километров. Вот это, конечно, засада… Нет, я подозревал, что лёгкой прогулка не будет, и нас отправят куда-нибудь на край Земли. Но всё же…

– Покуда ваш темп продвижения хорош, – от Протопопова не укрылась моя реакция. – Ежели его и будете поддерживать, то должны поспеть к сроку.

– Мы-то поспеем, – отозвался я. – Вот только, у людей не останется времени на подготовку береговых укреплений. Врага буквально встретим с голой грудью.

Хотя…

– Или придётся разыгрывать другую карту.

Ростислав вопросительно посмотрел на меня.

– Берислав сказал, что во мне дури немерено, – пояснил ему. – Мол, Силы через край настолько, что даже воззвания к Путям не ощущаю. Запасов, значит, с преизбытком. А тут в обозримом прошлом имел счастье ознакомиться с трудом, описывающим взывание к Силе для повеления ходом времени. Повернуть вспять его я точно не смогу, но замедлить – это даже получилось. Правда, в небольшом радиусе и не очень сильно. Если и впрямь успеем опередить ордер на море, то могу попытаться выиграть нам сколько-то. Человеко-часы и трудо-дни никуда не денутся. Объём работы сам по себе не сократится.

– Однако ход времени замедлен будет, – закончил за меня мысль офицер. – Ежели для врага на море пройдёт день, то для нас… все два или три?

– Может, и неделя, – признался я. – Честно, полковник, не знаю. Это всего лишь идея. Такое не проворачивал до сих пор. Но провернуть придётся. Иначе нас разнесут на атомы ещё до того, как успеем произвести пристрелочный залп.

Собеседник кивнул.

– Я учту это. Ты прав, слепо уповать на твои способности не следует. Они не проверены в деле. И, ежели прямо, то я рад, что ты здраво оцениваешь свои силы с изрядной долей самокритики. Многие на твоём месте рвали бы на груди тельняшку и кичились каждому кусту.

Я улыбнулся.

– Уже вырос из этого возраста. Да и кому кичиться-то? У нас отряд небольшой, все друг друга знают. Пытаться кому-то что-то доказать… а смысл? Работаем как работаем. А там – война план покажет.