Текст книги "Настоящий покойник"

Автор книги: Александр Днепров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Охватившая меня ярость, будто подключенный ко мне дополнительный источник энергии, заставила меня вздрогнуть, и я успокоился. Только от этого спокойствия отдавало убийственным холодом, и горе тем, кто попадет в поле его действия. Я готов был рвать их голыми руками…

Только вот кого?!

Я снял трубку, но не произнес ни слова.

– Вы сами во всем виноваты, Владислав Станиславович. Зря вы так вчера поступили.

В моей голове зазвонил маленький колокольчик, но постепенно он перерастал в огромный, мощный по звучанию колокол. Воистину человеческая память не знает предела – я вспомнил этот голос. Я вспомнил человека, которому принадлежал этот голос. Неужели он надеялся, что через пятнадцать лет я его не узнаю?

Но я его узнал.

Теперь я точно знал, кого буду рвать.

Огромным усилием воли я сдержал себя и ничем не выдал, что узнал говорившего.

А он продолжал:

– Если вы вернете то, что вам не принадлежит, больше жертв не будет… – Он помолчал, возможно, ожидая, что я ему отвечу. – Если денег и папки не будет, то у нас есть возможность еще раз вам насолить… – Он снова выждал. – Ведь у вас осталась мать, насколько мне известно. В настоящий момент она в девятой городской больнице, кстати, с завтрашнего дня к ней разрешен доступ. В ваших силах сделать так, чтобы посещение больной не превратилось в доступ к телу покойной. Только сутки. Если завтра в это же время… Там на тумбочке часы, они должны показывать семнадцать двадцать одну, так вот, если завтра в это же время, ни минутой позже, вы не передадите мне все, что имеете, то вам придется справлять еще одни похороны.

– Твои… – только и смог ответить я, так как захлестнувший меня гнев прервал дыхание.

– Зря вы так, Владислав Станиславович. Вы, наверное, уже оценили наши возможности. Вам не кажется, что из-за вас и так слишком много крови?

– …слишком много крови, – как робот, повторил я, мысленно представляя всех тех, кто недавно еще был жив, а теперь… Но, снова взяв себя в руки, я проговорил: – Ты покойник… Ты и тот козел, что называет себя носорогом. Надеюсь, ты понял, о ком я говорю?!

В трубке послышался смешок.

– Я предоставлю вам такую возможность, и не далее как сегодня – это касается моего партнера по бизнесу. Что же касается меня, то я встречусь с вами завтра. Да, чуть не забыл – надеюсь, вы понимаете, что обращаться в милицию смысла нет. Милиция в нашем городе знает своего хозяина. – Он повесил трубку.

Судя по тому, что он не назначил места встречи, он надеялся все время держать меня в поле зрения.

«Ну что ж, побрыкаемся, дружище», – твердо решил я и, бросив прощальный взгляд на тело Валентины, медленно пошел к двери. Пистолет лежал нетронутым там, где я его спрятал. Сунув его за пояс брюк за спину, я одернул пиджак.

Пытаться уничтожить следы моего пребывания в квартире смысла не имело, поскольку они были оставлены везде.

* * *

Осторожно, но не крадучись, чтобы не вызвать подозрение любопытных соседей, я вышел из квартиры и до первого этажа добрался невредимым. Оставалось выйти из подъезда. То, что сегодня меня убивать не будут, я знал, но ничто не мешало этим ублюдкам слегка меня повоспитывать.

Я толкнул дверь подъезда, оставаясь при этом внутри. Если кто-то и прятался за углом, то он обладал отменной выдержкой и себя не выдал. Посмотрев в щель между дверью и притолокой, я никого не обнаружил. Единственное место, где кго-то мог прятаться, – это справа от дверей за стеной.

Я сделал широкий шаг левой ногой, вынес голову и часть тела за мысленно проведенную опасную черту и в тот же миг отдернулся назад и вправо. Если бы я чуть промедлил, то получил бы по голове полиэтиленовым пакетом, просвистевшим перед моим носом.

Я не успел еще сообразить, что произошло, как передо мной с гнусной улыбкой на лице возник этот блондинистый коротышка.

Угол, куда я отпрыгнул, оказался для меня ловушкой.

Однако коротышка сделал несколько шагов назад, давая мне возможность двигаться. Он настолько был уверен в себе, насколько могут быть уверены психи. Безумный взгляд его бесцветных глаз говорил о том, что мне придется иметь дело с ненормальным, а они как бешеные собаки – их нельзя остановить, их можно только уничтожить.

Он отходил, освобождая для меня место, а я следовал за ним. Таким образом мы оказались на улице. Сочтя, что дал мне достаточно форы, он остановился.

Нападать на него первому – все равно что добровольно подлезать под пресс. Я давно уже перерос тот возраст, когда спарринг-партнера оценивают по внешним данным. Отличные бойцы не всегда отличаются мощной мускулатурой и огромным ростом. Зачастую недооценка противника и приводит к поражению. Я правильно оценил стоявшего передо мной щуплого на вид парня лет двадцати пяти и понимал: чтобы победить, мне нужно спровоцировать его на атаку.

Перестрелка взглядами закончилась, и мой противник перешел к действиям – стал раскручивать пакет наподобие нунчака, выписывая им «восьмерки». Он явно готовился напасть, но я не мог позволить ему сделать это раньше, чем буду готов отразить атаку. Медленным, почти скользящим шагом я стал двигаться по кругу (центром был он) против часовой стрелки. За действием доходяги я следил периферическим зрением, что обостряет реакцию. Мои руки расслабленно висели вдоль тела, поскольку пытаться противопоставить их его разящему пакету было бы глупо. Лицо тоже было расслаблено, веки слегка прикрыты, а мой взгляд был устремлен не на самого противника, а как бы мимо него.

«Восьмерки», вычерчиваемые пакетом, становились все больше, взгляд этого недоноска стал сосредоточеннее… Каким-то образом я почувствовал его атаку и, опередив ее на долю секунды, резко изменил направление движения, чем поставил нападавшего в невыгодное положение. Теперь я перемещался в противоположном направлении. Его лицо расслабилось, и он улыбнулся.

– Неплохо, – похвалил он меня.

Он сделал ложный выпад, я, оттолкнувшись двумя ногами одновременно, отпрыгнул немного в сторону, и тут же он нанес молниеносный удар: сверху вниз, справа налево по диагонали. Я отскочил назад и сразу же переместился вбок. Вроде бы я все сделал правильно и быстро, тем не менее пакет скользнул по моей груди. От этого я чуть не взвыл благим матом. Мой уход с линии атаки не был напрасным – задержись я на секунду, моей правой ключице пришел бы каюк.

Подобные мои перемещения могли показаться неопытному взгляду хаотичными и бесполезными, но это не так. Мне часто доводилось видеть хороших бойцов в атаке, когда же возникала необходимость отступить, все они допускали одну и ту же ошибку: двигались назад по прямой линии, что и приводило к их поражению. У меня же не было права на ошибку.

Неожиданно моего слуха достиг чей-то истошный вопль:

– Ты че-о ето, такой здоровый, к маленькому пристал?! Щас вот милицию вызову.

Знала бы эта крикунья, кто к кому пристал. Не думаю, что этот пустоглазый испугался милиции, но все же он решил ускорить развязку и нанес мне сразу несколько ударов. Благодаря моей маневренности мне удалось ускользнуть от этой серии ударов, правда, чтобы уйти от последнего, я был вынужден упасть на асфальт. А поскольку шлепнулся я из неудобного положения, то не успел сгруппироваться и больно ушиб руку. Локоть словно онемел, но времени на то, чтобы как-то отреагировать на боль, у меня не было: любое промедление могло стоить мне головы или как минимум сломанной кости. Проглотив стон, я сделал перекат и вскочил на ноги, набирая этим прыжком дистанцию, чтобы хоть немного отойти.

– Неплохо, – вновь произнес он, но в этот раз на его лице улыбки уже не было. – Пора кончать, – тихо проговорил он и сделал неожиданный выпад как фехтовальщик, стараясь ткнуть меня своим пакетом в горло.

Случилось то, что я и предполагал. Какой нормальный человек будет голыми руками отбиваться от спрятанного в пакете орудия убийства? Коротышка привык убивать, а не сражаться, при этом он всегда нападал неожиданно.

Но со мной он просчитался. Я развернулся вполоборота, одновременно перехватив его правую руку своей, а левой, превозмогая боль в локте, спереди обхватил его шею, так что его горло оказалось как раз на локтевом сгибе, и сильно сжал руку. Он не был готов к такому капкану. Он захрипел, но лучше бы он помер сразу: сюрпризы, что я для него приготовил, удовольствия ему не доставили. Вытянутая правая рука этого кретина касалась локтем моей груди. Выпятив грудь, я стал медленно отводить руки назад – в локтевом суставе послышался хруст, а хрип маньяка перерос в хрипящий вой. Предпоследним аккордом в этих услаждающих мой слух звуках был треск сломавшегося локтя и порвавшихся сухожилий. Бросив уже не угрожающую мне руку, я крепко ухватил предплечье моей левой руки, державшее шею сзади, и сжал изо всех сил. Тело коротышки задергалось, хрипы прекратились. Своей свободной и единственной целой рукой он пытался ослабить мой захват – это был последний аккорд, так как я, резко дернув его вверх, сломал ему шейные позвонки. Тело его несколько раз вздрогнуло и безжизненно обмякло.

Кто-то завопил, кто-то завизжал… Но мне было плевать на это. Я молча стоял над распростертым на асфальте бездыханным телом Черного носорога.

Вдруг от сильного удара в спину я, чем-то гремя по асфальту, полетел головой вперед и чуть не поцеловался с росшим прямо у дороги деревом. От злости на себя, что допустил такую непростительную ошибку, я был готов взорваться. Я попытался вскочить на ноги, но метнувшаяся ко мне тень врезалась в меня и снова свалила на землю.

– Мать твою!.. – не своим голосом заорал я. – Ты…

– Лежи, придурок, иначе подстрелят, – сказал мне кто-то голосом Тай, и тут я услышал частые выстрелы, скрытые глушителями. Моя рука дернулась за спину под пиджак… пистолета там не было.

– Держи, ты его выронил, когда дрался. – Девушка протянула мне мой пистолет.

Я посмотрел сначала на пистолет, а затем поднял глаза на девушку – это и в самом деле была Тай.

– Надо уходить, – сказал подошедший к нам неизвестный мне мужчина, примерно моего возраста и роста, только, в отличие от меня, худощавый.

– Пойдем, – вставая с земли, проговорила Тай и, взяв меня за руку, потянула за собой. Отказываясь что-либо понимать, я поднялся и поплелся за ней, как маленький ребенок за мамой.

На сегодняшний день мне впечатлений хватило – что-то у меня в голове замкнуло.

* * *

– Пакет взяли? – таращась на Тай, первым делом осведомился я, когда мы оказались в небольшой, но уютной картирке. Пока мы ехали сюда, я не произнес ни слова. Я был в таком состоянии, точно не я носорогу шею сломал, а он мне своей «полиэтилен-кой» по макушке врезал.

– Взяли, взяли, – успокоила меня Тай. – И бар-сетку твою взяли. Ты, я смотрю, тут здорово изменился: блондином стал, в братву записался, – намекая на барсетку, сказала она.

– Ты как здесь оказалась?

– Очень просто – самолетом.

– А-а…

– Ты хотел спросить – какого рожна? – прервала меня она.

– Вот-вот, – подтвердил я.

– Тебя спасать прилетела, чего ж тут не понять.

– Лучше бы не подставляла… и спасать бы не пришлось, – буркнул я.

В этот момент в комнату с огромным подносом, на котором громоздилась гора наполненных чем-то тарелок, вошел уже знакомый мне мужчина. Поставив поднос на стол, он разгрузил его и со словами: «Я сейчас» снова вышел, но через несколько минут появился опять с подносом, только теперь на нем стояли бутылка коньяка, рюмки и чашки.

– Прошу к столу, – ставя поднос к стене, пригласил он нас.

– Знакомьтесь – Виктор, Влад, – представила нас друг другу Тай и первая села за стол. – Кто такой Влад, вы знаете, а Виктор – майор ФСБ из городского управления, – пояснила она.

Пожав друг другу руки, мы тоже сели.

– Можно на «ты»? – обратился ко мне Виктор.

– Валяй, – бросил я и спросил: – Ну, и кто из вас начнет первым?

– Я, – по праву женщины первой начала Тай. – Вопросы можешь не задавать, я их знаю.

– Надеюсь. Только прежде чем вы начнете… Есть одно безотлагательное дело – нужно выставить охрану возле моей матери и друга. Им угрожает серьезная опасность.

– Вы нас недооцениваете, Влад, я это сделал еще вчера после звонка из столицы, а потом еще и Тай звонила и просила за вами присмотреть, чтобы вы не вляпались в очередное дерьмо. Извините, Тай, я только повторил ваши слова. Предлагаю сначала выпить за знакомство, мой опыт подсказывает мне, что оно будет веселым, а разговоры потом, – подняв уже наполненную рюмку, предложил майор.

Я поднял свою, Тай свою, мы чокнулись, выпили.

– Вчера рано утром, ты же знаешь – я пташка ранняя, мне в офис позвонили. Человек представился старым знакомым Матвеева. Я ответила, что его нет. Тогда он задал ряд стандартных вопросов: «Когда будет? Где можно найти?..» – ну и так далее. Я ответила, что Матвеев уже на пенсии и руковожу фирмой я. Тогда он попросил охарактеризовать тебя. Я и охарактеризовала.

– Хотел бы я послушать, – вставил я.

Пропустив мимо ушей мое замечание, она продолжала:

– После этого он вкратце обрисовал ситуацию и попросил, чтобы я замолвила за него слово, поскольку ты никому не доверяешь…

– Надоверялся, – пробормотал я себе под нос, – хватит.

– Я выполнила его просьбу, связавшись с тобой, – игнорируя мои слова, говорила дальше она. – Но ты же знаешь, как я отношусь к подобным телефонным знакомствам. Я срочно нашла Матвеева и рассказала все ему. Он тут же связался с Киевом, с кем-то из бывших коллег. Это только правительства общий язык найти не могут, а спецы старой закваски друг за дружку держатся, – не удержалась от замечания Тай. – Короче говоря, этот… редиска, что мне звонил, действительно из бывших, но попал под подозрение за связь с оргпреступностью. Зовут его, кстати, как и тебя, Влад, только полное имя – Владилен. Панов Владилен Евгеньевич. Отзывались о нем как об очень толковом специалисте. Как недостаток отмечалось повышенное самомнение, жестокость. Любитель быстрых расправ и физического воздействия на задержанных. Услышав все это, я поняла, что ты – она замялась, – снова попал в переделку по моей вине. Я не могла остаться в стороне и срочно вылетела сюда. Вот и все.

– Перед своей частью доклада, – майор усмехнулся, – я предлагаю, Влад, – его лицо стало серьезным, – помянуть вашего отца. Я его знал лично… – Виктор осушил рюмку. Поставив ее на стол, он закусил куском холодного мяса и снова заговорил: – Я с ним встречался как раз по собранным им документам. Информацию он собрал ценную. Человек он в городе известный и уважаемый… – Виктор запнулся, а затем добавил: – был. Так что многие люди с ним откровенничали. Мне в этом плане было сложнее, и не только потому, что я представляю определенные органы… А еще и потому, что я постоянно чувствовал давление сверху. Стоило мне заговорить об этом деле, как меня тут же в командировку. Вот поэтому я сегодня действую сам. Ну ладно, с этим я потом разберусь, а сейчас в дополнение к тому, что сказала Тай… Человек, которого вы убили, – он называл вещи своими именами, – нам также известен, его кличка Черный носорог. В прошлом тоже работник спецслужб – занимался тем же, чем и сейчас. Представьте, в каком-нибудь городе кто-нибудь вроде вашего отца начинает будоражить умы. Посадить или убить его – это возведет его в ранг героя-мученика и раздует его авторитет еще больше. Тогда делается другой ход. В городе появляется «маньяк», который убивает людей почем зря. Телевидение, радио, газеты трезвонят о мероприятиях, проводимых органами с целью поимки убийцы. Нагнетается страх – лучшее средство, чтобы отбить ненужные мысли. Самого бунтаря «маньяк» не трогает, обходится убийством кого-нибудь из близких, особенно детей… – Виктор опустил голову и замолчал. Затем он взял бутылку, разлил коньяк по рюмкам. – Давайте выпьем за то, чтобы ушедшее не возвратилось.

Выпив, мы закурили, и он продолжил:

– Несмотря на то что мне мешали, я старался держать дело на контроле, но тут Станислава Георгиевича убили… Я попытался сунуться… но меня резко осадили. Тем не менее и мне удалось кое-что раскопать. Дело в том, что Мертвый город строился только из отходов, а лучше сказать, из отбросов производства. Все эти дома стоят до первого сильного урагана, и не дай бог такое случится – они рухнут. Туда не то что заселять людей, к ним близко подходить опасно. Думаю, не надо вам рассказывать, какая смета была на бумаге и какая реальная… Во всем этом деле много непонятного. А особенно мне непонятно, кто вызвал сюда Панова и его людей. Сам бы он не приехал.

Виктор замолчал, и я понял, что наступила моя очередь рассказывать.

– А ты уверен, что ваши коллеги сейчас нас не слушают? – на всякий случай спросил я.

– Исключено. Об этой квартире никто не знает.

Я подробно рассказал обо всем, за исключением происшествия в «Синей птице», сумок с деньгами и что узнал звонившего мне человека.

– У тебя нигде не проходил Дубак Павел Константинович? – как бы невзначай спросил я Виктора.

Он удивленно посмотрел на меня.

– Мне даже не надо напрягать память – темная лошадка. Вроде ничем не занимается, а денег море. Было время, я его в разработку брал, и казалось, вот сейчас зацеплю… Вдруг все свидетели изменили показания, а один бесследно исчез. Ходили слухи, что этот Дубак в администрацию мэра вхож, вроде бы приторговывал металлом, но это только слухи. А у тебя что-то на него есть?

– Да нет, – уклонился я от ответа. – Так, старый знакомый. Давно не виделись, вот и спросил. – Внешне он никак не отреагировал на мои слова. Зато Тай точно мне не поверила. Ее хитрые глазки прищурились, и она стала похожа на кошку, которая заметила зазевавшегося воробышка. Я усмехнулся: «Не на того воробышка коготки точишь – у меня клюв орлиный». – Можно узнать, где он сейчас живет? – проговорил я вслух.

– Проблем нет. – Виктор встал и вышел в коридор, вернулся с кожаным портфелем. Сев на стул, он поставил портфель на колени, открыл его и достал из него ежедневник размером с толстенную книгу. Полистав его, он нашел, что искал. – Ага, вот. Записывай.

– Да ничего, говори, я запомню.

Он продиктовал мне адрес и счел нужным дать разъяснения:

– У твоего бывшего друга есть одна характерная особенность: где бы он ни был, ночевать приезжает домой. Дом девятиэтажный. Он живет на четвертом этаже в трехкомнатной квартире – из лифта налево и направо. Двери двойные – на этаже и в саму квартиру. Иногда ужинает в «Славушче», ресторан такой, а иногда в «Синюю птицу» захаживает.

– В «Синюю птицу», говоришь? – Видно, в моем голосе было что-то такое, из-за чего Виктор с любопытством взглянул на меня.

– Так это вы вчера там дров наломали?

– Каких дров? – вопросом на вопрос ответил я. А зачем разглашать раньше времени, ведь вряд ли те, кто за мной гнались, оставили после себя следы или трупы?

– Ну, трое охранников убиты, четверо ранены – это я об огнестрельных ранениях рассказываю, а были еще и другие, в том числе и среди посетителей.

– А что люди рассказывают? – задал я очередной вопрос.

– Налетела толпа, положила всех на пол. Кто сам не лег, тому помогли. Да весь город шумит, вы что, не слышали?

– Нет, это не наша работа, – ответил я на первый вопрос.

– А есть мысль – кто? – Виктор чуть подался вперед на стуле.

– Даже не мысль, а точно знаю…

– Кто-о?!

– Ваш коллега Панов, – спокойно выдал я. – Что-нибудь на моего друга Пашу есть еще?

– Имеет джип «Лексус» черного цвета. Ездит всегда с охраной на двух машинах – тоже на джипах, не таких солидных, правда, – занятый своими мыслями машинально ответил Виктор.

– Как какой-то крутой из Москвы, – не удержался я.

– Ну, пока все. – Виктор встал. – Мне пора, а вы отдохните, пообщайтесь. Вечерком созвонимся. На всякий случай, если меня вдруг опять в командировку отправят, – Виктор достал из кармана визитку и протянул мне, – вот человек, с которым можно связаться здесь, а на обороте – номер телефона и данные человека в Киеве, хотя Тай его знает. Два нюанса: связываться с местным только в случае, если совсем туго, а с киевским – только если нет первого. И еще запомни, Влад: если ты мне дашь хоть малейшую зацепку – я гарантирую, что через два часа тут будет спецкоманда из Москвы.

– Подумаем, – неопределенно ответил я. – А у тебя случайно фоток моего друга нет?

– Почему ж нет, найдем. – Виктор покопался в своем профессорском портфеле и, достав из него несколько фотографий, протянул мне. – Только не забудь о моей просьбе: если что – сразу мне… По рукам?

– По рукам.

– Вот и хорошо, ну а коли понадоблюсь, Тай знает, как меня найти. – Он пожал мне руку, откланялся Тай и удалился.

Я устало откинулся на спинку стула.

– Тяжело убить человека своими руками? – участливо поинтересовалась она.

– Убивать мне и раньше приходилось, – сказал я вяло, – только вот… убить человека на расстоянии – это одно, а вот так… шею ему свернуть – это совсем другое. – И, малость подумав, я добавил: – Хреновый, видать, из меня киллер получился бы.

– Каждому свое, – словно успокаивая меня, проговорила Тай.

Я перебрался в кресло, вьггянул ноги, расслабился и закрыл глаза. Образ Паши возник в моей памяти так отчетливо, словно мы расстались вчера. Высокий, крепкий, можно даже сказать, мощный парень. Паша моложе меня года на три-четыре. Уже в те годы он был высокомерен и не упускал возможности показать свое превосходство над кем-либо. Даже руку пожимал не как другие. Здороваясь с человеком, он касался его ладони кончиками выпрямленных пальцев, и весь его вид говорил – он жалеет, что не может тут же помыть руки.

Познакомились мы на тренировке, он начал заниматься на пару недель раньше меня. К тренировкам он относился серьезно, как и к любому своему делу, так что первый же спарринг с ним закончился для меня плачевно…

– Может, ты поспишь? – отвлекла меня от мыслей Тай.

– Нет, – я покачал головой, – дел много, а людей мало: кроме меня, всего два человека, да и те уже засвечены, – с огорчением произнес я и обратил внимание на то, что Тай как-то виновато топчется на месте. – Ты что-то хочешь мне сказать? – требовательно спросил я.

– Ну-у, с людьми у тебя как раз все нормально.

– Не понял. – Я чуть приподнялся в кресле.

– Все твои здесь, – наконец-то выговорила она и с облегчением выдохнула, словно сбросила с себя груз.

Это известие выкинуло меня из кресла.

– Кто?.. Где?.. – вскрикнул я.

– Никита, Саныч, Князь, Немой, – перечислила она.

– А как же?.. Я ведь сегодня звонил в контору, с Яшей разговаривал… – И тут я все понял – он развел меня, лохотронщик. – Ну, Яша, хрен с бугра, вернусь, я ему башку откручу. – Несмотря на свое рычание, я ликовал. – Чего же ты сразу не сказала?

– Да как-то не до этого было, – корча из себя наивность, ответила Тай.

– Зря они всей толпой прикатили. Не думаю, что тут для всех работа найдется.

– Лишних друзей, как и денег, не бывает, – философски заметила Тай.

– Где они сейчас?

– Саныч с Немым скорее всего город на колесах изучают – они ведь на машинах приехали. А Никита с Князем моего сообщения ждут.

– Так сообщай, чего ж ты тянешь?.. Хотя лучше я сам. Куда им звонить?

– На их мобильные, – коротко ответила Тай.

Я тут же набрал номер Никиты, он ответил сразу же.

– Привет, разгильдяй, – едва сдерживая эмоции, проговорил я.

– Привет, Влад. Ты уже в курсе?

– Да, да.

– Тогда командуй, кому тут башку свернуть?

– Одному я уже сам свернул.

Видно, Никита понял по моему голосу, что это мне особого удовольствия не доставило.

– Свернул так свернул, не зацикливайся на этом, – подбодрил он меня.

– Стараюсь.

– Ну и отлично. Скажи лучше, сколько ты новых костюмов купил? – Задавая этот вопрос, он намекал на одну интересную особенность: стоит мне надеть новую вещь, как со мной происходит какая-нибудь неприятность.

– Два, – хмуро ответил я. – Сегодня буду покупать третий. Два предыдущих никакая химчистка не вернет в нормальное состояние.

– Тебе надо двойника завести, чтобы первый раз костюм он надевал, – пошутил Никита. – Ладно, говори, что делать надо?

– Работы хватит, так что не торопись. Саныч и Немой на месте?

– Пока нет – город изучают.

– Как только они приедут, ты сразу мне позвони. – Я продиктовал Никите номер своего мобильного. – Подробнее при встрече поговорим.

– О’кей, – ответил он.

– Тоща все, – отключился я. – Теперь с тобой… обратился я к Тай. – Сходи, пожалуйста, в магазин и купи мне спортивный костюм и какую-нибудь куртку, только обязательно с капюшоном, а то я со своими белыми волосами, как белая ворона. Сделаешь?

– Без проблем, – ответила Тай.

– Кстати, как вы меня нашли?

– А мы тебя прямо в Дубовой роще приняли.

– А как вы меня узнали? – изумился я.

– Да хоть во все цвета радуги перекрасься, я тебя все равно узнаю, – не без язвительности ответила она. – Сложно было тебя вести – ты крутился, как уж под вилами, но ничего, справились.

– Да-а, – я почесал затылок, – теряю бдительность. – И буркнул: – Дуй за шмотками.

Пока Тай ходила за очередной моей одежкой, я решил, что новое желательно надевать на чистое тело, а посему влез под душ. Мои мысли невольно вернулись к Павлу.

Высокий красивый Павел знал себе цену и умел себя преподнести. От девок у него в те времена отбоя не было.

Сказать, что он был сдержан, – значит не сказать ничего, я не помню, чтобы он веселился или огорчался, вообще хоть как-то проявлял свои эмоции, можно было подумать, что это ему лень. Даже разговаривал он, едва разжимая губы.

Хотя жил он с матерью, без отца, он всегда был при бабках.

Как положительные черты его характера можно отметить пунктуальность, скрупулезность и умение держать слово.

Через некоторое время тренер выгнал Павла с тренировок за жестокость. Мы стали встречаться все реже, потом общаться совсем прекратили. Я не интересовался его судьбой, но, пока еще жил в городе, до меня долетали слухи о нем – у него, как всегда, все было отлично. Потом я уехал, и до недавнего его звонка о нем ничего не слышал.

«Жаль, Никиты нет, а то бы он своими мазями обмазал, и боль поменьше стала бы», – думал я, разглядывая в висевшем на стене зеркале протянувшуюся через грудь, точно пулеметная лента, красную полосу и опухший локоть левой руки. Зная своего друга Никиту, я не сомневался, что он прихватил с собой сумку с лекарствами.

* * *

В одних трусах я вышел из ванной. Сварив кофе, я уселся тут же на кухне и, закурив, стал рассматривать извлеченное из прорвавшегося в нескольких местах пакета оружие. Одного взгляда хватило, чтобы понять, насколько опасен этот кусок фанеры, обитый тонким листом нержавеющей стали, шириной сантиметров в двадцать и длиной около тридцати – без учета ручки. По своей форме он напоминал то ли саперную лопатку, то ли доску для разделки мяса, но одна его сторона была выпилена таким образом, что действительно походила на рог носорога.

Я взял эту досочку за очень удобную ручку, обмотанную кордовой лентой, дабы не повредить пальцы. Продел руку в прикрепленную к ее концу кожаную петлю и провел по воздуху несколько ударов. После этого я подошел к широкому подоконнику и слегка стукнул по нему краем этого садистского приспособления – в подоконнике образовалась вмятина. Я поднес выступавший рог к своему предплечью и слегка надавил… Да-а, это и в самом деле была «досочка» для разделки «мяса», при помощи которой были убиты… не просто убиты, а изувечены уже несколько человек.

Тай вернулась, когда я допивал вторую чашку кофе и докуривал третью сигарету. Увидев меня в исподнем, она хихикнула.

– Давненько я тебя в таком наряде не видела.

– И больше не увидишь. – Я взял из ее рук два фирменных пакета, в одном были костюм и куртка, а в другом коробка с кроссовками. Быстро одевшись, я походил по комнате в новой обуви, проверяя, удобна ли она мне, – все было отлично. Подойдя к валявшимся на полу в ванной вещам, я проверил карманы и вдруг… наткнулся на ключи от квартиры и машины Валентины, они были на одном брелоке. «Вот черт! Забыл ключи оставить. Хотя что ни делается – все к лучшему», – подумал я и переложил их в барсетку. – Сколько я тебе должен? – доставая деньги, спросил я у Тай.

– Да пошел ты!.. – раздраженно фыркнула она. Совсем головка ва-ва?

Я ничего не ответил, сунул деньги обратно в бар-сетку и потянулся к телефону. Но не успел его коснуться, как он зазвонил.

– Слушаю, – поднес я трубку к уху.

– Это я, – услышал я голос Никиты. – Мы все в сборе.

– Великолепно. Подожди секунду. – Я обратился к Тай: – Ты не против, если мы тут у тебя совещание проведем?

– С каких это пор ты спрашивать стал? Проводи. В первый раз, что ли?

– Записывай адрес, – сказал я Никите. После того, как продиктовал адрес, спросил: – Да, чуть не забыл, ты мази свои привез?

– А как же – я ведь знал, к кому еду. Что у тебя?

– Ссадина на груди, ушибы локтя и колена.

– Понял, – безнадежным голосом произнес он. – Скоро будем.

Я не стал предупреждать Никиту, чтобы не входили толпой в подъезд, – это они и сами знают.

– Что это за квартира? – спросил я у Тай.

– По моей просьбе Виктор снял. У ребят такие же, – упредив мой вопрос, пояснила она. – Правда, они сами эту проблему решали.

Мы еще поговорили о том о сем, чтобы как-то заполнить паузу.

Долгожданные и почти родные, появились сначала Никита, затем Саныч, после Князь с Немым.

К тому моменту, когда все прибыли, Никита успел обработать мне грудь и занимался локтем.

– Итак, – начал я, когда все расселись в комнате, – вот фотки одного гада. – Я протянул Никите фотографии Паши. – С обратной стороны его адрес. Выберите местечко, чтобы вас не засекли, и глаз с него не спускайте. Сначала Никита с Санычем, а Князь и Немой где-нибудь затихаритесь и будьте на подхвате. Остальное вам объяснять не нужно. Поскольку с рациями у нас хреново – связь по мобильным.

Неожиданно зазвонивший мой мобильник заставил меня прерваться.

– Алло.

– Ты о нас не забыл? – Это был Стас.

– Как можно. Минут через десять собирался вам звонить. Нужно будет пару человек навестить. Но об этом при встрече. У вас что-нибудь новенькое есть?

– Слушай, Влад, я доктору звонил, так там Дуча кипиш устроил.

– Чего ему не лежится?

– Да говорит, вполне здоров, в бой рвется.

– Подожди. – Я задумался. «Вообще-то Дучино присутствие сейчас в масть. Будет ездить с пацанами, а то заблудятся еще где или в ловушку угодят. А Никита своими бальзамами да настойками быстренько приведет его в чувство». – Хорошо, – наконец произнес я, – забирай. Когда он уже у тебя в машине будет, позвони.

– Договорились. – Стас отключился.

– Скоро привезут одного паренька, там тебе, – я посмотрел на Никиту, – серьезно поколдовать нужно будет – ранения опасные.

– Сколько лет этому пареньку? – поинтересовался Никита.

– А что, это имеет значение? – удивился я.

– Естественно – то, что подойдет для лечения молодому, может пойти во вред старому.