Текст книги "Командир КВ (СИ)"

Автор книги: Александр Берг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

Уже в наступающих сумерках наша длиннющая колонна двинулась прочь из города. К нам по дороге пристроились ещё машины. При виде большой и сильной колонны с массой бронетехники к нам так и стремились присоединится, ибо так выше шанс прорваться к своим в составе большой и сильной колонны наших войск. Мы их разумеется не гнали, чем больше сможет выйти из котла наших войск, тем лучше, а из примкнувшим к нам по дороге потом сформируем новые части. Двигались мы всю ночь без остановок и только под утро встали на привал в лесу. Требовалось в первую очередь дозаправить технику, а кроме того мы с Новиковым стали разбираться, кто именно к нам присоединился. В основном это были разрозненные подразделения наших войск, которые пытались выйти из немецкого окружения. Поскольку у полковника Новикова его дивизия была полного штата, то я решил этих приблудных взять к себе. Попробую снова развернуть свой батальон до полка, в этой суматохе начальству будет не до того, что бы смотреть, соответствует моё звание статусу части или нет. Вот так я снова сформировал себе полноценный полк, добавив ещё два пехотных батальона. Правда на них у меня не было бронетранспортёров, но это дело наживное, немцев вокруг, как собак нерезаных, так что добуду. Идти я старался по второстепенным дорогам и с минимумом мостов, так как не все из них могли выдержать вес моих КВ. Благо, что Новиков себе полностью восстановил сапёрный батальон и я себе тоже создал инженерную роту из приблудившихся к нам, а сапёры, кроме работ со взрывчаткой ещё и строить умели, а потому несколько раз пришлось становиться на привал, пока сапёры укрепляли для моих КВ встреченые мосты. Двигался я на Северо-запад, в сторону Москвы и через пару дней пришлось встать на длительную стоянку. У нас наметилась нехватка топлива, техники-то прибавилось, а кушала она бензин и соляру очень хорошо, так что стоило поискать его в округе. В первую очередь мы всё выгребали по дороге во встречных МТС. Потом судя по карте, неподалёку была железнодорожная станция при городке, вот туда я направил разведку. Городок уже был захвачен немцами, но было их там всего около батальона, а на станции оказался наш эшелон с топливом, что и решило наши дальнейшие действия. На захват отправился мой уже можно сказать полк, я просто не доверил захват топлива другим. Правда свои танки я оставил в лагере, нечего их гонять без толку с места на место, им пока ТО делали, а что подкрутить и подделать найдётся всегда. С собой взял только БА-10, их пулемётов и пушек хватит для этого дела за глаза и зауши. К городку подошли уже вечером, разведка за это время успела досконально всё узнать. Немцы расположились в городской школе, переделав её под казарму, это было довольно большое кирпичное трёхэтажное здание. Я прождал до середины ночи, прежде чем стал действовать. Разведчиков я себе уже набрал, а там и так были довольно тёртые парни, так что они сняли все немецкие посты и в городке и на железнодорожной станции. После этого все бойцы подошли к превращённой в казарму школе, а затем в окна полетели бутылки с зажигательной смесью. Я не захотел рисковать своими бойцами, пытаясь тихо вырезать спящих там немцев. По закону подлости что-нибудь, да случится, а так мои бойцы расположились по периметру школы и разом забросили бутылки с горючей смесью во все окна, после чего просто стали ждать. Огонь распространялся очень быстро, ещё бы, в школу наверно штук сто бутылок в общей сложности закинули. Немцы сначала попробовали отстреливаться, но очень скоро это стало невозможно из-за стремительно разгоравшегося пожара. Все попытки противника вырваться наружу пресекались, так что очень скоро всякое сопротивление прекратилось. В городе уцелело лишь совсем немного немцев и они поняв, чем им грозит наше присутствие, попрятались кто где смог, а у меня не было ни времени, ни необходимости всех их вылавливать, так что кому повезло, тому повезло. Вскоре к станции потянулись наши машины и в них стали грузить топливо, пришлось делать две ходки, во время первой заправили всю технику в лагере, а затем вернулись снова и залили все ёмкости, которые у нас только были. В качестве трофеев захватили два десятка бронетранспортёров, как раз начал укомплектовывать ими свои два новых батальона. Времени, чтобы хорошо покуролесить в немецком тылу у нас не было, так что пришлось идти дальше. Сейчас основной нашей задачей было выйти к своим к Вязьме и преградить немцам дорогу на Москву. По пути нам ещё попадались наши разрозненные части и группы бойцов, всех их брали с собой, пополняя ими уже сформированные подразделения до полного штата, поскольку все они имели потери и нуждались в пополнении. Я смог достать себе ещё порядка трёх десятков бронетранспортёров, краска у меня была, так что на длительном привале их перекрасили и по сухой и жаркой погоде они за день успели высохнуть. Я себе ещё и музыкальную команду достал, хорошо успел перехватить её раньше Новикова. Два десятка военных музыкантов меня не разорят, а в качестве пропаганды дело важное. Я, пока мы будем ехать, велел им разучивать марш – Прощание славянки, благо, что их дирижёр его знал. Моральный дух среди бойцов тоже очень важен, а вовремя зазвучавшая музыка может заменить собой и подкрепление, когда она зазвучит в нужном месте и в нужное время. Разумеется, что я перехватывал весь попадавшийся мне на пути немецкий транспорт, а если машины были с грузом, то всё, кроме продовольствия выбрасывал. Нам по пути всё время попадались наши разрозненные части, которые тоже пытались выбраться из котла, вот я по мере возможностей и пытался им помочь. Из них мы с полковником Новиковым стали формировать ещё одну стрелковую дивизию. Чем больше я смогу вывести с собой людей, тем крепче будет наша оборона на подступах к столице. За это время я полностью сформировал себе два стрелковых батальона, вот только с вооружением было напряжно, просто не попадались места, где его можно было добыть. Даже трофейной бронетехникой не получилось их укомплектовать полностью. Лишь одна рота в батальоне, а остальное обычные грузовики, причём не однотипные, а в разнобой. Пришлось брать всё, что смог захватить и главное не было времени, что бы погулять по немецким тылам, как раньше. Мне с большим трудом удалось насобирать всего один дивизион 76 миллиметровых Ф-22, а вот с противотанковыми пушками даже пришлось взять немецкие «Дверные колотушки» РаК 36. Благо, что к ним прекрасно подходили наши 37 миллиметровые снаряды, поскольку в основе нашей первой противотанковой пушки была как раз немецкая Рейнметал, лицензию на которую купило у Германии СССР, а потом эти же снаряды использовали и в полуавтоматической зенитке. Вот и получалось, что снаряды к трофейным орудиям найти будет можно на наших складах, а как говорится – за неимением гербовой, пишем на простой. Чем вообще никаких противотанковых орудий, так хоть немецкие, хотя у них обычными снарядами бронепробиваемость была хуже, чем у наших сорокопяток. Радовало только одно, сейчас у немцев в основном свои лёгкие тройки и чешские «Праги», на болтах и заклёпках, а с ними и РаК 36 могли успешно бороться, тем более на близкой дистанции. Вот и пришлось оба новых батальона вооружить дивизионом трофейных орудий, но зато в каждом было по 18 противотанковых пушек.

К моменту, когда мы вышли в районе Вязьмы, как я и планировал, кроме моего уже полнокровного полка и дивизии Новикова, тоже полнокровного, из прибившихся к нам частей сформировали ещё одну стрелковую дивизию. Командование там взял на себя полковник Щеглов, тоже бывший комполка, и если флаг своей дивизии он не сохранил, зато флаг полка был при нём. Нам пришлось ещё поделиться патронами с прибившимися к нам бойцами. Хорошо хоть, что почти все они имели оружие, правда только стрелковое, тяжёлого у них практически не было. Я им выделил два дивизиона всё тех же немецких РаК 36, пусть хоть они будут, чем вообще ничего. К Вязьме мы вышли восточней и северней города, причём вышли тихо, не встретив при этом ни немцев, ни своих. Оставив дивизии Новикова и Щеглова отдыхать за городом, я со своим уже полком двинул в Вязьму. Нужно было выяснить, куда мы можем отправить вывезенных с собой раненых, а для этого нужна была действующая железнодорожная станция, куда мог придти санитарный эшелон. В самом городе мы не встретили никого, улицы были пусты, а редкие прохожие при звуке моторов нашей техники старались укрыться. Мы проехали к горкому партии, с трудом найдя туда дорогу. Здание стояло абсолютно пустым, с открытыми дверями и следами поспешной эвакуации. На полу валялись какие-то бумаги, двери в кабинеты и в шкафы открыты и не одной живой души. К моему удивлению телефон работал, так что я решил пока сделать это здание своим штабом. Тыловые подразделения и КВ оставил тут, как и третий батальон, а первый и второй вместе со всеми Т-34 и БА-10 отправил занимать оборону на окраине города, а то как-то не хотелось получить от немцев сюрприз.

Командующий 16 армией генерал-лейтенант Рокоссовский въехал в Вязьму в плохом настроении. После Смоленского сражения и Ельнинской операции от его армии мало что осталось, и теперь ему нужно было снова её собрать. Позади его вездеходной эмки ехала полуторка с десятком бойцов охраны. До самой Вязьмы он не встретил никаких наших частей, да и в городе тоже. Сама Вязьма выглядела вымершей, лишь изредка встречались редкие прохожие. Они уже въехали в город и проехали с пару километров, когда внезапно впереди из-за поворота выехали немецкие бронетранспортёры. Мгновенно сориентировавшись, Рокоссовский изо всех сил заорал водителю – Гони! Но водитель и сам уже всё понял и нажал на газ. Машина рванула в поперечную улицу, а из грузовика охраны послышалась стрельба. Один из бойцов, вооружённый ДП, положил его на задний борт полуторки и открыл огонь по немцам. Вот только толку от его стрельбы было никакого, слишком сильно трясло грузовик и все пули летели в молоко. Ответный огонь противника был более результативным, тем боле, что огонь открыли сразу три пулемёта и пулемётчика охраны вместе с парой бойцов быстро ранили. Они проехали половину улицы, когда позади показались вывернувшие в неё преследователи, и в этот момент спереди показались новые немецкие бронетранспортёры, правда необычно окрашенные.

– Это конец. – Только и подумал Рокоссовский, поскольку свернуть им было уже некуда, когда встречные бронетранспортёры открыли огонь, вот только стреляли они не по его машине. Неожиданно следом за бронетранспортёрами выехал наш бронеавтомобиль БА-10, но в такой же необычной раскраске. Он на мгновение остановился, а затем грянул орудийный выстрел. Только тут Рокоссовский обратил внимание на две вещи, нарисованную на капотах бронетранспортёров оскаленную медвежью голову и большие красные звёзды в жёлтой окантовке на лобовых панелях бронетранспортёров. Не обращая внимания на его машину и грузовик охраны, продолжавшие выезжать из-за поворота бронетранспортёры и два появившихся танка Т-34, но все в трёхцветном камуфляже и оскаленными медвежьими головами на корпусах, двигались дальше, в сторону преследовавших его бронетранспортёров. Оттуда уже слышались звуки нарастающего боя. Очереди пулемётов прерывались звуками орудийных выстрелов. Рокоссовский с недоумением смотрел на проезжающую технику. Теперь он ясно видел в немецких бронетранспортёрах наших бойцов, а пулемёты на них были не немецкие МГ, а наши ДТ. Вскоре появился и немецкий легковой автомобиль с двумя командирами в сопровождении двух бронетранспортёров. Вышедший из своей машины Рокоссовский смотрел на проезжавшую технику. Кюбельваген, а именно им был немецкий автомобиль, остановился перед ним.

– Кто такие? – Спросил он у старшего лейтенанта, который был в легковой машине, вторым его спутником оказался политрук.

К Рокоссовскому уже вернулось самообладание и теперь он хотел узнать, кто это тут такой бравый.

– Отдельный механизированный батальон капитана Ковалёва, товарищ генерал-лейтенант.

– Вы откуда тут взялись?

– Вышли из окружения, товарищ генерал.

– Что-то я не слышал про ваш батальон.

– Так мы из под Киева вышли.

– Откуда⁈

– Из под Киева.

– И большой у вас батальон?

– Да уже пожалуй с полк будет, после того, как нас в первый раз раскулачили месяц назад, товарищ капитан только сейчас снова нас до штата полка довёл.

– Где ваш капитан?

– В горкоме, он там себе штаб устроил.

– Показывай дорогу.

– Сам не могу товарищ генерал, мне ротой командовать надо, но я вам сопровождение и охрану дам.

– Ладно, давай.

– Савельев! Бери с собой ещё один БА-10 на всякий случай и проводи товарища генерала к бате!

Один из бронетранспортёров встал перед его машиной, а позади пристроился БА-10 и они поехали назад. Пока Рокоссовский разговаривал, его охрана в полуторке перевязала раненых. Как только генерал сел в свою машину, маленькая колонна тронулась с места. Не успели они проехать и пары километров, как им навстречу вывернуло три немецких бронетранспортёра. Тут же рявкнула пушка бронеавтомобиля и один из Ганомагов накрыл огненный султан. Стрелять по нему бронебойным снарядом, это как из пушки по воробьям. В большинстве случаев он просто пробьёт броню бронетранспортёра насквозь без особого урона, а вот осколочно-фугасный снаряд совсем другое дело. Приданная Рокоссовскому охрана мгновенно подавила противника, два вражеских бронетранспортера подожгла и один захватила. Вскоре они уже подъехали к штабу капитана Ковалёва в здание городского комитета партии. Сам капитан ждал Рокоссовского на улице, видимо ему уже доложили о нём. Молодой командир, чуть за двадцать, высокий и жилистый с приятным лицом, он как только Рокоссовский вышел из своей машины, встав смирно, отдал ему честь и доложил:

– Товарищ генерал-лейтенант, капитан Ковалёв, отдельный механизированный батальон Юго-западного фронта, вышел тут из немецкого окружения.

– Вольно капитан, вижу, что молодец, выйти в нужном месте и сохранить свою часть много стоит. Состав твоего батальона.

– Танковый батальон в составе двух рот тяжёлых КВ, двух рот средних Т-34 и двух рот пушечных бронеавтомобилей БА-10. Всего 20 КВ, 20 Т-34 и 20 БА-10. Три стрелковых батальона, первый батальон имеет 60 трофейных бронетранспортёров, второй и третий по 18, ещё не успел довести их до штатной численности, не было времени на охоту. Артиллерийский дивизион УСВ, три противотанковых, один из наших сорокопяток и два из трофейных немецких 37-ми миллиметровых орудий, миномётный дивизион и зенитный дивизион, во всех по 18 орудий. Также в составе: сапёрная рота, разведрота, санрота, рота связи, полевые арт, стрелковые и механизированные мастерские, комендантская рота и музыкальная команда.

Рокоссовский аж опешил от перечисленного капитаном.

– Капитан, так это уже на полноценный полк тянет.

– А у меня и был полк, пока не раскулачили, тогда ещё и дивизион гаубиц с дивизионом тяжёлых 120 миллиметровых миномётов было. Вот только когда я в первый раз вышел к своим из окружения меня сразу раскулачили отобрав два батальона и дивизионы гаубиц и самоваров.

В войсках часто полковые миномёты ПМ-38 называли Самоварами.

– Специально не хотел снова людей до полка добирать, но просто не бросать же было примкнувших.

– Это хорошо, что вы снова себе на полк набрали, поскольку у меня есть полномочия включать в свою 16 армию все свободные части, с этого момента вы командир отдельного механизированного полка. Первая задача вам, организовать оборону Вязьмы.

– Так я и так её организовываю товарищ генерал.

– Товарищ капитан, может ещё кто с вами из окружения вышел?

– Так точно, ещё механизированная дивизия полковника Новикова, она создана на базе 124 стрелковой дивизии. Командир дивизии погиб и полковник Новиков принял командование на себя. На данный момент дивизия также полностью укомплектована. В составе дивизии три механизированных полка полного штата на трофейных бронетранспортёрах, танковый батальон из 40 лёгких танков Т-26 и 20 бронеавтомобилей БА-10, артиллерийский полк из 36 орудий Ф-22, гаубичный полк из 36 гаубиц М-30, три противотанковых полка из сорокопяток, зенитный полк, инженерный батальон, разведбат, санитарный батальон, батальон связи, комендантская рота. А ещё дивизия полковника Щеглова, это чисто стрелковая, у него только трофейные грузовики и три противотанковых дивизиона из трофейных немецких 37 миллиметровых пушек. Просто с Новиковым я в немецком тылу был, так что была возможность ему и бойцов найти и технику с вооружением, а сейчас просто времени не было полноценно его снарядить.

– Капитан, а где ты людей и вооружение в окружении брал, там складов и снабженцев нет?

– Так у немцев, товарищ генерал, личный состав это окруженцев себе забирал и наших пленных освобождал. И с вооружением не так сложно, часть на наших складах, а остальное навестил немецкие пункты сбора трофейного вооружения и там, как в магазине выбрал себе всё нужное. Да и так по дороге попадалось брошенное нашими частями исправное вооружение и техника. Вот в итоге и получил полностью укомплектованную и вооружённую часть. Главное голову на плечах иметь, и что бы этой головой думать уметь, а не только фуражку на ней носить и в неё есть.

От последнего Рокоссовский громко рассмеялся. Его настроение стремительно взлетело вверх, до этого он не знал, где себе взять части в армию, а тут считай практически уже готовые. По нынешним временам две полностью укомплектованные дивизии и механизированный полк с почти полусотней новейших танков и двумя десятками бронеавтомобилей уже считай армия. Да с тем количеством артиллерии, и другой бронетехники можно сделать многое. Да и этот капитан не смотря на свою молодость воевать умел. Считай все из окружения выходят с потерями, а он вышел с пополнением, так что он возьмёт его к себе и ни кому уже не отдаст.

– Капитан, а зачем ты медвежью голову на своей технике нарисовал? Я понимаю камуфляж, он у тебя действительно хорошо получился, в лесу и поле хорошо будет технику скрывать, а голова?

– Психология, товарищ генерал, сначала ты работаешь на репутацию, а затем репутация работает на тебя. Это и моих бойцов воодушевляет и противника запугивает. Как я уже успел узнать от пленных, за мою голову немцы уже награду назначили, а для меня это лучшее известие. Значит хорошо воюю, да и когда противник тебя до одури боится это уже половина победы.

– Ладно капитан, дай провожатого и покажи, где там дивизии Новикова и Щеглова расположились.

– Есть товарищ генерал.

Рокоссовский уехал к Новикову с Щегловым, а я приказав передать им по радио о визите высокого начальства сосредоточился на бое. Получив сообщения от своих частей, а радиосвязью я озаботился всерьёз. Своих раций не хватало, зато у немцев набрал более чем достаточно. Так начальство требовало немецкие рации сдавать, но тут я его послал куда подальше, припрятав всё, что смог, да и потом новых набрал, так что у меня в каждом взводе было по рации. А для облегчения работы своих связистов, заменил на них таблички с немецкого на русский, а также нанесли обозначения краской по трафаретам, так что теперь всё было понятно. Получив доклады с мест, был вынужден послать в бой и оставшийся батальон с КВ. В итоге выбил вошедших в Вязьму немцев достаточно быстро, танков у них почти не было, в основном одни бронетранспортёры, но и их против пехоты было более чем достаточно. Заодно мои бойцы смогли себе ещё почти полтора десятка ганомагов захватить. Выбив противника из города, устроил небольшую контратаку с использованием танков, в результате пытавшийся захватить Вязьму немецкий моторизованный полк понеся большие потери был вынужден отойти от города, а после того, как подсчитали потери и уйти на переформирование, так как от полка осталось не больше трети. Уже ближе к вечеру, когда ко мне в штаб снова прибыл Рокоссовский, провёл небольшой парад, который приказал снимать на киноплёнку. Под звуки бессмертной «Прощание Славянки», которую очень хорошо исполняла моя музыкальная команда, колонной проехали танки и два батальона со всей артиллерией. Горожан правда при этом почти не было, но ничего, зато и на Рокоссовского нужное впечатление произвёл и своим бойцам боевой дух поднял и для политотдела новый киноматериал будет, что бы эти звиздуны мне палки в колёса не вставляли.

Уважаемые читатели, возможно вас заинтересуют и другие мои книги написанные в жанре мистики и ужаса. Предлагаю вашему вниманию написанную в соавторстве с Олегом Неверовым книгу – Шутка Локи, книга полностью закончена и есть её аудиоверсия озвученная Александром Никитиным. По воле Локи армия мертвецов из мира меча и магии переносится в Сибирь, на место закрытого городка и секретного полигона, а они сами попадают в Мёртвые Земли, где пытаются выжить в новом мире.

Также в работе книга Наследие Болотной ведьмы, в жанре мистики и ужасов. Альтернативная Земля, где существует магия, в том числе и церковная. Средние века, третий крестовый поход, юная баронесса влюбляется в своего соседа, но тот любит другую. Желая заполучить себе молодого барона, Мари де Беранже обращается за помощью к болотной ведьме. Однако в итоге любовный приворот рассеивается и Мари, ставшая ведьмой после смерти старой, начинает мстить молодому барону и его невесте. В итоге некогда процветающее графство погружается в ужас и разорение, а между Мари де Беранже и Святой Инквизицией с рыцарями Тамплиерами начинается настоящая война. Паладины церкви и церковные бойцовые псы инквизиции против адских псов и демонов ставшей злобной ведьмой Мари де Беранже и её демона фамильяра.

Глава 8

Как оказалось, в город первыми вошли части 7-й танковой дивизии вермахта, правда, в основном это были передовые маневренные группы из мотоциклистов и бронетранспортёров. Поскольку наших частей в городе считай не было (не считать же за них небольшие отряды ополченцев и милиции), то сопротивления они почти не оказали. Именно поэтому для немцев настоящим шоком была встреча с окрашенными в незнакомый камуфляж своими родными «Ганомагами», которые с ходу открыли по ним пулемётный огонь, причём поддержанные русскими пушечными бронеавтомобилями в том же трёхцветном камуфляже. В ходе достаточно короткого, но очень интенсивного столкновения, понеся сильные потери, передовые немецкие части были вынуждены спешно отойти.

В ходе столкновения с противником мои бойцы смогли захватить несколько пленных, от которых я и узнал, что к городу подошла 7-я танковая дивизия противника, в которой было почти три сотни танков. Правда, в основном это были лёгкие чешские «Праги» и лишь около четырёх десятков считавшихся у немцев тяжёлыми «четвёрок». К сожалению, разведку к противнику не пошлёшь – не те условия, шансов у неё не будет никаких, так что пришлось ориентироваться исключительно на показания пленных. Я, после того как допросил через переводчика «языков», немедленно послал сообщение Новикову и Щеглову, ну и, разумеется, Рокоссовскому. Через час они все трое уже были у меня.

Когда генералу Рокоссовскому приказали сдать войска и отправиться в Вязьму формировать новую армию, он и предположить не мог, чем всё это обернётся. Чуть не попал в плен к немцам, и если бы не бойцы капитана Ковалёва, то ещё неизвестно, чем бы это окончилось. Однако ему явно везёт: считай на голом месте найти полнокровный механизированный полк со всеми средствами усиления и две стрелковые дивизии также штатного состава, причём одна из них с танковым батальоном и обе с артиллерией. Пускай вторая дивизия была вооружена трофейными орудиями, но главное – они вообще есть. Даже вид этих частей внушал оптимизм. Пускай только дивизия полковника Новикова оказалась полностью обмундированной в новую форму. Капитан Ковалёв, по его словам, два стрелковых батальона сформировал в пути из примкнувших к ним бойцов, так что обмундировать их он уже не успевал – не было по пути подходящих складов.

Да и по обычному вооружению всё было просто прекрасно. Один батальон у Ковалёва и все бойцы Новикова были вооружены самозарядными СВТ, и пулемётов у них было вдвое против штата. Вот у Щеглова бойцы были вооружены «трёхлинейками», хорошо хоть, что пулемёты довели до штатного расписания. В принципе, с этими силами он уже считай имеет армию, а если ещё добавить немного других частей, то будет полноценное объединение. В здании горкома партии их проводили в большой кабинет, где на длинном столе уже была расстелена карта, а рядом стояли капитан Ковалёв, незнакомый майор и ещё один капитан.

– Товарищ генерал, есть сведения от пленных: на город наступает немецкая 7-я танковая дивизия. Есть возможность как следует всыпать немцам по первое число. Тут со мной мой начальник штаба майор Одинцов и начальник разведки капитан Свиридов. Немцев мы из города выбили, благо что их было немного – передовые части. Главное, мы не засветили наши танки, в основном в бою участвовали БА-10, так что противника ждёт неприятный сюрприз. По словам пленных, основные танки в дивизии – это лёгкие чешские «Праги». Для наших танков это просто подвижные мишени, их 37-миллиметровые орудия могут разве что повредить мои «коробочки», и то при большом везении. К сожалению, провести полноценную разведку не получится, но и так можно провести бой от обороны. Засветить лишь бронеавтомобили и спровоцировать немцев на атаку, после чего сначала выбить им все танки, а потом провести контрудар. Слегка прогуляться по их тылам и навести у них шороху.

В составе 7-й танковой дивизии вермахта на начало войны было 284 танка, из них: 11 Т-1, что по сути было лёгкой пулемётной танкеткой, 55 танков Т-2, 167 чешских Pz 38 (t) и 30 тяжёлых Т-4. Кроме них было 15 командирских танков и 6 самоходных 150-мм гаубиц на шасси лёгкого танка.

Пришлось мне все свои подразделения вводить в Вязьму и маскировать их, чтобы не напугать немцев. В качестве НП на время боя выбрали пятиэтажный дом неподалёку от окраины. В трёхкомнатной квартире на последнем этаже установили две стереотрубы и разместили связистов с рациями. Неподалёку от окраины разместили и артиллерийские орудия: мой дивизион УСВ и дивизион Ф-22 Новикова. Орудия расположили на закрытых позициях и замаскировали их от наблюдения с воздуха. Стрелять в предстоящем бою им предстояло навесным огнём, а кроме них установили и два миномётных дивизиона – опять мой и Новикова. Также в полную готовность привели и дивизии Новикова и Щеглова.

Долго ждать нам не пришлось, буквально часа через три показались основные силы немцев. По полю к городским окраинам двигалось порядка полутора сотен немецких танков. Я, честно говоря, не то что не испугался, а наоборот – даже обрадовался этому обстоятельству: не придётся потом вылавливать немецкие «панцеры». Будь на месте немецких лёгких танков «Тигры» и «Пантеры» – тогда другой разговор, да даже «четвёрки», но уже модернизированные, с лобовой бронёй в 80 миллиметров и длинноствольным орудием… А сейчас беспокоиться было не о чем. Когда до танков противника оставалось около полукилометра, вперёд выехали мои Т-34 и КВ. Встав, но при этом не глуша двигатели, они принялись не спеша отстреливать танки противника. Один за другим немецкие танки стали взрываться и гореть. Достаточно мощный бронебойный снаряд танковой Ф-34 пробивал тонкую броню «чехов» с лёгкостью, зачастую прошивая танки насквозь. Ответный огонь немцев, хоть и достаточно точный, оказался полностью неэффективным. Малокалиберные снаряды просто рикошетировали от брони моих танков.

В это время артиллерия и миномёты сосредоточили свой огонь на двигавшихся позади танков бронетранспортёрах с пехотой. На колокольне церкви, стоявшей недалеко от окраинных домов, разместили артиллерийского наводчика с рацией, и он, прекрасно всё видя, корректировал огонь орудий и миномётов. Не прошло и четверти часа, как всё поле перед городом покрылось кострами немецких танков и бронетранспортёров.

Когда генерал Рокоссовский в предоставленную ему стереотрубу увидел надвигавшуюся на Вязьму лавину немецких танков и бронетранспортёров, ему стало не по себе. Всё же такая армада вражеской бронетехники, пускай и лёгкой, в умелых руках заставляла себя уважать. А вот капитан Ковалёв ничуть не обеспокоился, ему даже показалось, что он, наоборот, обрадовался им. Рокоссовский всё же не выдержал и спросил его прямо:

– Товарищ капитан, я смотрю, вы даже радуетесь такому количеству вражеских танков?

– Да, товарищ генерал. Знаете притчу про жалостливого хозяина, который рубил своей собаке хвост по частям? Я лучше сразу прихлопну все эти немецкие, вернее чешские жестянки, чем потом буду их отлавливать поодиночке.

Продолжить разговор не дал начавшийся бой. Свои танки они не могли видеть – мешали дома, зато было отлично видно, как стали один за другим загораться танки противника. Не прошло и четверти часа, как воевать, собственно говоря, стало не с кем. И вот тут капитан Ковалёв отдал приказ, и его танки наконец двинулись вперёд, а следом за ними, второй волной – бронетранспортёры и пушечные бронеавтомобили. Они быстро миновали поле и скрылись вдали, откуда стали раздаваться звуки боя.

Генерал-майор Ганс фон Функ, командир 7-й танковой дивизии, просто не поверил, когда ему сообщили, что в Вязьме русские на трофейных бронетранспортёрах, и именно они выбили оттуда передовые части его дивизии. Правда, там отметились и русские пушечные бронеавтомобили, но их тоже не так много. Этих сил в любом случае недостаточно, чтобы защитить город от его дивизии, а потому он и приказал атаковать с ходу. На данный момент на ходу было 163 исправных танка, остальные или были потеряны в ходе боевых действий, или находились в ремонте после поломок и повреждений. За танками двигались бронетранспортёры с пехотой. Он сам расположился в паре километров от окраины Вязьмы и оттуда в мощный бинокль наблюдал, как его танки атакуют русских. Они почти доехали до окраины города, оставалось не больше полукилометра, когда внезапно из-за домов выехали русские Т-34 и КВ. Они просто встали и стали с места бить по его танкам. Он ясно видел многочисленные попадания своих парней в русские танки, вот только те, как призраки, оставались неуязвимыми.

В отличие от противника, его танки вспыхивали один за другим, и не прошло и четверти часа, как всё поле перед Вязьмой покрылось горящими кострами немецкой техники – его техники! Досталось и шедшим позади бронетранспортёрам с пехотой: по ним стала работать русская артиллерия, и хотя орудия были среднего калибра, его солдатам было от этого не легче. Скрепя сердце он отдал приказ на отступление, вот только отступать было уже почти некому. А русские, закончив избиение его танков и бронетранспортеров, сами перешли в контрнаступление. Сначала вперёд двинулись русские танки, а следом за ними выехало около шести десятков трофейных «Ганомагов» в странном трёхцветном камуфляже и десятка два русских пушечных бронеавтомобилей. Остановить русских ему было нечем, все танки он потерял, а артиллерия отстала, а потому он приказал немедленно уезжать. Ему ещё предстояло отчитываться перед начальством за свою, считай, уничтоженную дивизию.