Текст книги "Командир КВ (СИ)"

Автор книги: Александр Берг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

На складе тоже пока к моему удивлению всё было без изменений, и интендант 3-го ранга Силантьев с удивлением смотрел на вернувшиеся танки. Но больше его удивили два с половиной десятка бойцов, которые приехали с нами на наших КВ.

– Старлей, почему назад приехал и кто это с тобой?

– Боекомплект пополнить, товарищ интендант, расстреляли почти всё, но немцев набили не меряно, вон товарищ старший политрук может подтвердить, он всё видел.

– И сколько?

– Много, 21 танк, около четырёх десятков бронетранспортёров и порядка шести десятков грузовиков с двумя батареями противотанковых пушек. Сколько прибили самих немцев не знаю, это считать нужно было, а мы сразу, как бой закончился, отступили. Там мало того, что всё горело, так ещё и новые немцы могли в любой момент появится или их авиация, так что собрать трофеи и всё подробно подсчитать не получилось.

– А вы кто, товарищ старший политрук?

– Старший политрук Кошелев, увидел, как неизвестные уничтожают немецкую колонну, подумал, что там немцев бьёт немаленький отряд, а оказалось, что всего три танка, но хватило и их. Хорошо, что они уехать не успели, вот и влились в отряд товарища старшего лейтенанта.

– Я смотрю ты не зеваешь.

– Так я же вам говорил, хочу отдельный механизированный батальон создать, и тут главной проблемой будет не технику и вооружение найти, а людей, впрочем и это не так сложно сделать. Вон к примеру окруженцев взять, как товарищ старший политрук, да и наших пленных у немцев отбить. Кстати, как отряд создадим, можно будет несколько больших лагерей с нашими пленными освободить, а затем вооружить их с немецких пунктов сбора трофейного вооружения и создать из них отдельные отряды, которые разными путями пойдут к нашим, по дороге всячески кошмаря немцев.

– Что делая?

– Кошмаря, это уничтожая по дороге все доступные им цели. Встречные колонны противника, склады, аэродромы и уничтожая также все мосты и железнодорожные пути по ходу своего движения. В результате немецкий передний край окажется без подвоза боеприпасов и топлива, а какое тогда наступление, а наши как раз выиграют время для подхода новых частей и организации нормальной обороны. И да, товарищ интендант 3-го ранга, а вы сами со своими людьми, что думаете дальше делать? Тут немцы скоро будут, решайте, если хотите, то можете тоже в мой отряд вступить, вы как раз станете начальником тыла, а ваши бойцы пойдут в хозвзвод.

Мещеряков после услышанного крепко задумался, связи с начальством не было вот уже больше суток и посланный посыльный назад не вернулся, а канонада приблизилась очень быстро и что ему делать дальше он не знал. Под его командованием было два десятка бойцов, но все считай нестроевые и оказать достойное сопротивление противнику они не смогут. А ведь этот старлей, не смотря на свою молодость и судя по всему запредельную наглость, ничуть не боится оказаться в окружении, похоже даже наоборот рад этому. Да и планы у него наполеоновские, но судя по всему вполне осуществимые. Вон уже два с половиной десятка бойцов нашёл, да и похоже про уничтожение немецкой механизированной колонны он не обманывал, прибывшему с ним старшему политруку нет ни какого смысла ему врать. Если он уже попал в окружение, то выходить к своим намного лучше в составе достаточно крупного и хорошо вооружённого отряда, да ещё если при этом они нанесут немцам значительный урон. Впрочем, долго решать ему не пришлось, с окончательным выбором ему помогли сами немцы. В его кабинет буквально ворвался боец политрука, ранее отправленный в дозор, с криком – немцы! Все мгновенно выскочили на улицу и услышали приближающийся звук моторов, пока ещё несильный. Старлей мгновенно стал командовать: товарищ интендант, у вас есть на складе станковые пулемёты готовые к бою?

– Есть, два десятка Максимов, как раз вчера приказал очистить их от консервационной смазки, как чувствовал.

– Тогда немедленно тащите их сюда и патроны к ним.

Мещеряков смотрел, как старлей быстро определил позиции для пулемётов и бойцов политрука и его собственных, а сам направился к танкам. По словам прибежавшего бойца сюда двигалось четыре немецких танка с десятком бронетранспортёров и двумя десятками крытых грузовиков. Хотя сами склады были в лесу, но как раз с той стороны была не очень большая проплешина, где росли в основном кусты, но метров двести достаточно свободного пространства было. Пулемёты установили как раз на границе леса и проплешины, в кустах, при этом старлей приказал огня не открывать, пока он сам не вступит в бой.

Я, когда ставил тут танки, на всякий случай поставил их так, что бы они могли контролировать дорогу, по которой мы приехали. Расставив бойцов Кошелева и Мещерякова и определив места для пулемётов, я со своими танкистами занял места в своих КВ, но их двигатели пока не заводили, слишком громко они работают. И хотя немцам будет мешать звук их собственной техники, но кто знает, может у них какой слухач есть, с очень тонким слухом, так что рисковать не стал. Один их бойцов спрятался за толстым деревом, как раз на краю проплешины, и когда немцы доехали до её середины, рванул к нам, а я, как только его увидел, дал команду заводить моторы и рванул вперёд. Хорошо прогретые дизеля сразу подхватились и мы, проехав метров сто до края деревьев, остановились, к нам ехали немецкие тройки. Немцы разумеется тоже нас увидели, вот только что они могли нам сделать?

Немецкая танковая пушка калибра 50 миллиметров начала войны могла пробить броню КВ с дистанции в 100 метров только подкалиберным снарядом.

Танковой дуэли, как таковой не состоялось, выстрелили мы практически одновременно, вот только мы с места, а немцы на ходу. Немцы попали только в один из моих танков, но бронебойная болванка лишь бессильно срикошетировала от слишком толстой для неё брони КВ, зато мы попали с первого выстрела и три немецких танка загорелись. Ничего удивительного в этом не было, с места, по приближающемуся прямо на тебя танку и с дистанции порядка полутора сотен метров, когда не надо учитывать опережение, не попасть мог только зелёный новичок, а все мои наводчики уже успели послужить и имели опыт. Дальше просто начался расстрел двигающихся мишеней, мой КВ уничтожил последнюю тройку, а остальные танки принялись жечь бронетранспортёры и грузовики. Из машин и бронетранспортёров посыпались немецкие пехотинцы и тут в дело вступили наши Максимы. Они длинными очередями прижали немцев к земле, а мы немного выдвинувшись вперёд, стали уже из своих ДТ, короткими очередями гасить немцев. Уцелевшие немецкие солдаты, увидев против себя наши КВ, а кроме того минимум десяток станковых пулемётов, приняли единственно верное решение, а именно свалить отсюда нахрен, причём как можно побыстрей и как можно подальше. В этом им помогло то, что между нами и концом прогалины были их танки и бронетранспортёры с грузовиками. Когда начался бой, они успели развернутся из колонны в линию, но и только, зато сейчас они перекрывали нам линию стрельбы. Можно конечно было продолжить бой, но меня это не очень устраивало, поскольку два бронетранспортёра и с десяток грузовиков уцелели и я хотел наложить на них свою загребущую лапу. Техника мне понадобится по любому, и достать её я смогу достаточно легко, тут главной проблемой станут водители, вернее их отсутствие, но с этого склада нам по любому нужно уходить, немцы уже считай захватили эту территорию и явятся сюда в ближайшее время. Думаю у нас есть не больше этого дня на то, что бы выгрести отсюда всё, что только мы сможем забрать с собой и тут трофейные грузовики нам в масть. На складе были только две полуторки, а на них много не увезёшь, а немецкие грузовики могли взять минимум 3 тонны груза каждый. Вот именно поэтому я и дал возможность немецким солдатам свалить отсюда, что бы не повредить уцелевшую технику. Как только последние немцы скрылись в лесу, мы двинулись вперёд, я перед этим высунувшись из танка, велел бойцам провести зачистку, а именно добить всех ещё живых немцев. Языки мне сейчас были не нужны, итак было ясно, что большая воинская часть сюда пока не пойдёт, дальше дорога вела просто в лес, и судя по всему, немцы зная про этот склад, решили его захватить, а учитывая, что тут могут быть наши части и послали достаточно крупный отряд, а тут было не меньше роты солдат. Так что под прикрытием моих танков бойцы политрука двинулись вперёд, я ещё перед самым боем объяснил им политику партии, да и сами бойцы уже успели насмотреться на немцев, так что излишним гуманизмом отнюдь не страдали. Для экономии патронов, бойцы примкнув к своим винтовкам штыки, принялись бить ими всех подряд, не делая разницы между мёртвыми и ещё живыми. Разумеется, что Кошелев, когда ещё только услышал перед боем мой приказ, попытался возмутиться, но я его сразу окоротил. Через минут десять всё было кончено, и мы принялись собирать трофеи, в первую очередь немецкие фляги и котелки, они были гораздо удобней и практичней наших, так что все бойцы с удовольствие поменяли их на свои, кроме того бойцы забирали себе достаточно удобные немецкие штыки в качестве ножей, ну и разумеется часы. Собрали и деньги, правда их я велел все отдать пока мне, это пока у нас нет своего начфина ну или на худой случай зампотыла. Уцелело шесть грузовиков и два бронетранспортёра, вот только проблема была в отсутствии водителей на всю эту технику. Среди бойцов Кошелева оказалось двое, кто мог водить машины, пока же я решил просто всё спрятать, в любом случае я пока буду кружить в этим местах, так что позже, когда найду водителей, просто заберу лишнюю технику. И тут меня приятно удивил начальник склада, он, видя, как мы лихо разделали немцев, наконец принял правильное решение, а именно присоединится ко мне. Вот и готовый зампотылу, а кроме того, у него оказалось четверо бойцов умевших водить машины. В результате мы забирали с собой оба бронетранспортёра и четыре грузовика, а кроме того, трое бойцов умели ездить на мотоциклах, так что прихватили и их, а просто впереди ехала шестёрка мотоциклов с колясками и четыре из них уцелели. Оставшиеся два грузовика, складские полуторки, и мотоцикл просто отогнали на пару километров в лес и тщательно спрятали. На складе оказался приличный запас масксетей, вот ими и укрыли оставшуюся технику, а то нарубленные ветки быстро высохнут и наоборот, начнут демаскировать её. Бойцы Кошелева быстро переоделись в новую форму, как впрочем и тыловики Мещерякова, после чего принялись споро грузить в грузовики топливо и снаряды. Загрузив машины, отъехали на пару километров и выгрузили в неприметном месте, после чего сделали ещё три ходки до ночи. Всё снова замаскировали маскировочными сетями, и теперь у меня была можно сказать персональная нычка, которой нам одним хватит надолго. Кстати, кроме 76 миллиметровых снарядов, также вывезли два грузовика и 45 миллиметровых, это в расчёте на БТ и Т-26, да и я был не против при случае обзавестись батареей другой противотанковых орудий. Раз создавать буду механизированный батальон, то они вполне войдут в масть.

Рано утром, сев в уже загруженные с вечера грузовики, мы небольшой колонной двинулись в лес. К полудню мы были уже в двух десятках километров от склада, его кстати уничтожать не стали. Хотя мы основательно его разграбили, но там оставалось ещё прилично разного имущества. Я честно говоря имел виды на него, в ближайшие дня я рассчитывал значительно увеличить свой отряд и ещё раз наведаться на этот склад за оставшимся добром. Немцы ведь тоже его уничтожать не будут, а возьмут под охрану и если что и будут вывозить, так это продовольствие, которое на складе оставалось, хотя и не в очень большом объёме. Глядя на трофейную карту, как раз досталась после боя у склада, я прикидывал свои дальнейшие шаги. Мы, проехав порядка двух десятков километров, встали лагерем возле небольшого, но чистого лесного ручья. Гонять туда – сюда КВ я не собирался, тут кроме конского расхода соляры ещё и крайне низкое качество двигателя и ходовой, так что танки надо использовать напрямую, а не катаясь на них наобум. Тщательно замаскировавшись и оставив экипажи вместе с тыловиками, я сам с политруком и его бойцами, оседлав бронетранспортёры и грузовики, уехал. Через четыре часа мы выехали на удобное место, тут основная дорога шла по окраине леса и хорошо просматривалась на несколько километров. Расположив в лесу грузовики, мы отрыли небольшие ячейки для стрельбы лёжа и затаились. Мне нужны были люди и я решил пополнить свой отряд за счёт пленных, так как окруженцы могут появится, а могут и нет и кроме того, какие гарантии, что они захотят присоединится ко мне, ни каких, вот я и решил поохотится на колонны с нашими пленными. Ждать пришлось не очень долго, через пару часов показалась колонна из пары сотен человек. Впереди не спеша ехал немецкий грузовик, в кузове которого стоял наш Максим, наведённый назад, а замыкали колонну два мотоцикла с колясками, в которых были ручные пулемёты, и ещё по десятку солдат шло по бокам колонны пленных. Когда они поравнялись с нами, то по моему приказу бойцы открыли огонь, расстояние было небольшим, не более 15 метров, так что из винтовок было легко попасть в немцев. Кстати, на складе оказалась пара сотен СВТ, так что я мгновенно заменил трёхлинейки бойцов на них. Хотя СВТ и посложней мосинки, зато её огневая мощь больше, так что бойцы мгновенно перестреляли конвой, правда не весь, десяток конвоиров, которые шли со стороны поля не попали на прицел, но это им не помогло. Они были вооружены винтовками, а когда мы открыли огонь, то наши пленные сами напали на них, как только увидели, что головных и замыкающих конвоиров убили. Чуть сложней было с боковым охранением, но тут бойцы стреляли снизу вверх, правда в голову идущего немца, но поскольку получилось, что в каждого стреляло почти по паре человек, да из самозарядной винтовки, когда не надо передёргивать затвор и сбивать прицел, то и тут их убили вторым – третьим выстрелом. Как только добили охрану, я приказал бойцам выйти к дороге, пленные, увидев нас замерли, а я, не теряя времени закричал, что бы с гарантией услышали все.

– Я, старший лейтенант Ковалёв, командир отдельного механизированного батальона, мне нужны бойцы в мой батальон, все, кто хочет дальше сражаться с противником два шага вперёд! Все остальные могут проваливать к чёрту на куличики.

Хотя мне и нужны были бойцы, но каждая цепь крепка только на крепость её самого слабого звена, так что мне не нужны были люди пошедшие в отряд насильно, из под палки, так как они могли предать в любой момент. Всего в колонне оказалось 247 человек и 213 не раздумывая, сделали два шага вперёд. Оставшимся я велел убираться, и они оглядываясь, видимо ожидая от нас выстрелов в спину, побрели прочь по дороге, кстати не удивлюсь, если они сами снова сдадутся немцам, к сожалению хватало и таких, зато их не будет в моём отряде. По грузовику и мотоциклам стреляли аккуратно, и хотя с нами было два ДП, но их в бою так и не использовали, так что грузовик и мотоциклы оказались целыми, только борта грузовика немного попортили. Построив освобождённых, погнал их в лес, разумеется, что все в грузовики не влезали, но у меня были свои планы. Быстро построив освобождённых, велел умеющим водить выйти из строя, таких нашлось целых 11 человек, затем вызвал пулемётчиков и метких стрелков. Пулемётчиков оказалось семеро и ещё почти два десятка бойцов заявили, что хорошо стреляют, вот со всеми ними, да ещё с десятком бойцов Кошелева я и отправился назад, пока остальные приходили в себя. Мы с собой взяли несколько канистр с чистой водой и с десяток ящиков с говяжьей тушёнкой. Оставшиеся принялись подкрепляться, поскольку с самого утра немцы их не кормили, а пошедшим со мной выдал по банке консервов и фляге с водой. Когда вернулись назад, то бывшие пленные стали есть в ожидании цели. На дороге так и остались лежать тела убитых конвоиров, я специально не стал их убирать, только приказал перетащить всех на нашу сторону дороги, да снял с них фляги и котелки. Мы расположились в уже вырытых ячейках и стали ждать, вскоре показалась немецкая колона из полутора десятков грузовиков и ехала она со стороны фронта, так что практически гарантирована была пустой, то что мне и было нужно. Увидев лежащие тела своих камрадов, немцы естественно остановились и вылезли из машин, вот тогда я и приказал открыть по ним огонь. В результате мы получили полтора десятка немецких грузовиков в неповреждённом виде. Быстро ошмонав убитых водителей на предмет полезных ништяков, забрали грузовики и уехали в лес. Доехав до оставшихся, велел всем грузится, правда на пять машин не хватило водителей, но я их пока спрятал, в надежде потом забрать, но даже если их найдёт кто другой и заберёт с собой, то расстроюсь не сильно, другие тогда себе найду. К началу ночи вернулись на стоянку и выставив часовых, все легли спать. Утром следующего дня, после завтрака, принялся с политруком опрашивать освобождённых и формировать подразделения. Теперь у меня под рукой была считай полноценная рота, так что забрав с собой пять десятков бойцов и почти всех водителей, на грузовиках поехали назад. Такой наглости от нас, что мы в третий раз подряд используем одно и тоже место для засады, немцы от нас точно ждать не будут. В итоге уже под вечер нам попалась ещё одна колонна наших пленных, три с половиной сотни человек, они устало, из последних сил плелись по дороге. Зачем плодить сущности, короче мы сработали как и раньше и в результате со мной уехало три сотни бойцов, тут как и раньше нашлись те, кто не захотел присоединится ко мне. Прятать тела я снова не стал, всё равно немцы узнают всё от ушедших пленных, но и возвращаться сюда назад уже в четвёртый раз я не собирался, по крайней мере в течении минимум ближайшей недели.

В итоге под моей командой оказался почти батальон и большинство освобождённых бойцов оказались пехотинцами. Теперь надо было их вооружить, так как стрелкового оружия на том складе кроме нескольких десятков станковых пулемётов не было. На следующий день аккуратно наведались на склад, но он уже был занят немцами, десятка три тыловиков, а поскольку время у меня было, то решил унасекомить их ночью, когда они спать лягут, что бы не вылавливать их по всему складу, если начать сейчас, да и содержимое можно ненароком попортить. В общем ночью аккуратно сняли двух часовых, одного у ворот склада и другого у казармы, после чего забросали её гранатами. Для страховки затем проверили, с десяток оккупантов оказались ещё живы, так что их добили и с чувством, толком и расстановкой принялись выносить склад. В первую очередь переодели всех освобождённых, а я весь кагал с собой сюда припёр, затем загрузили подъехавшие машины, в том числе и оставшейся формой, а что, люди у меня ещё будут, вот я заранее и озаботился об их обмундировании. Все грузовики разгрузили километрах в десяти и снова вернулись под загрузку. Короче в итоге мы вынесли почти весь склад и с чувством выполненного долга и глубокого удовлетворения уехали, поджигать остатки не стали, вдруг ещё кому пригодятся. По книгам о попаданцах я знал, что вооружить своих людей можно на пунктах сбора трофейного вооружения, а узнать о них можно у фельджандармов, вот и решил захватить их. На всякий случай мы переехали в другой лес, а то мало ли, вдруг разозлённые немцы решат искать нас в лесу, с них станется, вот и свалили отсюда. Найдя место под временный лагерь, окончательно разобрался с новыми бойцами, организовав из них отряды, командовать которыми поставил освобождённых командиров. Проблем было много, продовольствия пока у нас было, но на долго его не хватит, да и полевой кухни у нас тоже не было, а кроме того нужно было и тяжелое вооружение. Короче решил пару дней простоять тут, заодно и бойцы в себя придут и отдохнут, и немцы успокоятся, а пока занялся разведкой.

Глава 3

К моему счастью старших командиров среди освобождённых не оказалось, а то мне вовсе не хотелось мериться с ними членами в борьбе за командование отрядом. Самым старшим по званию оказался майор артиллерист, гаубичник и он явно не собирался оспаривать моё право командовать, его вполне устроила должность начальника артиллерии, а она у меня точно будет.

Вечер позавчерашнего дня.

Майор Желтов, после своего внезапного освобождения, не сразу осознал это, однако качать права и пытаться перехватить командование отрядом у старлея танкиста не пытался. Он вместе со всеми прибыл на место стоянки, а на следующий день, участвовал в захвате склада. Лишь когда они уехали к новому месту стоянки и командир принялся разбираться с бойцами, он и смог нормально с ним поговорить. Явно уставший за день старлей, заговорил с ним уже под конец.

– Итак товарищ майор, представьтесь пожалуйста.

– Майор Желтов, Сергей Иванович, командир гаубичного дивизиона, в плен попал три дня назад, когда мой дивизион был уничтожен. Товарищ старший лейтенант, что вы планируете делать дальше? Оспаривать по праву старшинства ваше командование я не собираюсь, но хотел бы знать, что вы будете делать дальше, что бы решить, остаться мне с вами или самостоятельно пробираться к своим.

– Планы у меня простые, собрать и вооружить из брошенной техники и вооружения механизированный батальон и немного погуляв по немецким тылам прорваться к своим, при этом нанеся противнику максимальный ущерб. Устраивают вас товарищ майор такие планы?

– Вполне устраивают товарищ старший лейтенант, я с вами, какую должность мне занять в вашем формируемом отряде?

– Разумеется должность начальника артиллерии, какую ещё можно вам предложить кроме неё?

– А что у вас с артиллерией?

– Пока ничего, но это дело наживное.

– И что вы планируете?

– Много чего, дивизион противотанковых орудий из 18 сорокопяток, дивизион полковых орудий из Ф-22 или УСВ, дивизион гаубиц А-10 или А-30, в зависимости от того, что мы найдём и два зенитных дивизиона, один из 37 миллиметровых орудий и второй мобильный, на машинах, желательно из авиационных пушек. Кроме того два миномётных дивизиона, один из 82 миллиметровых батальонных миномётов и другой 120 миллиметровый полковой.

– И вы думаете, что сможете это всё достать, тут, в немецком тылу?

– Не думаю, а знаю! Сейчас тут брошено или захвачено масса оружия и боеприпасов, надо их только найти и забрать обратно. Я планирую создать полнокровный механизированный батальон со всеми средствами усиления, в частности кроме артиллерии, танковый батальон из 30 танков и пехотный, на трофейных бронетранспортёрах, а кроме того роту разведки и сапёрную роту.

– Да тут у вас уже считай настоящий полк будет, только ещё один пехотный батальон добавить, и где вы кстати возьмёте авиационные пушки для мобильных зениток, и как их потом поставите на грузовики?

– Пушки возьмём на наших аэродромах, наберём их там, а установить сможем, только нормальную мобильную мастерскую достать и слесарей, у которых руки из правильного места растут, а не из задницы.

Майор услышав от старшего лейтенанта о его планах вначале ему не поверил, но немного подумав, понял, что у старлея всё может получится. Всего за пару дней старлей из освобождённых пленных набрал себе бойцов на батальон, а ведь таких колон с пленными не мало, а кроме них есть ещё и окруженцы, которые лесами выходят к своим. А ведь и ему самому представился просто отличный случай выйти к своим не в одиночку или максимум с небольшой группой бойцов без документов и тяжёлого вооружения, а в составе достаточно большого подразделения и занять там должность начальника артиллерии. Где один пехотный батальон, там и второй, а по совокупности всё это уже потянет на механизированный полк. Судя по тому, как уверенно и нагло действует старлей, он знает, что делать и пока у него всё получается. Даже все машины у него трофейные, а такого нет ни в одной нашей дивизии. Про себя майор Желтов, не кривя душой, понимал, что он сам не сможет сделать всего задуманного лейтенантом, зато командовать артиллерией и миномётами он сможет без проблем, а потому даже и не стал пытаться перехватить командование отрядом у старшего лейтенанта Ковалёва.

Через день вернулась одна из трёх групп разведки, причём вернулись назад не пешком, а на двух трофейных мотоциклах с пулемётами и бронетранспортёре, а кроме того притащили немецкого офицера, лейтенанта. Это разведчики наткнулись на патруль немецких фельджандармов и ночью, сняв часового, тихо их вырезали, оставив в живых лишь этого лейтенанта. Решив не будоражить лишний раз бойцов, я приказал разведчикам, среди которых один как раз отлично знал немецкий, взять добытого языка и отъехать на трофейном бронетранспортёре немного в сторону. Отъехав на километр, остановились, после чего пара бойцов стала в охранении, а я с оставшимися вытащил немецкого офицера из бронетранспортёра и приказал привязать его к дереву. Немец поначалу хорохорился, пытаясь состроить из себя истинного арийца, но довольно быстро сдулся. К сожалению я сам немецкого не знал, иначе результат наверное был ещё лучше, но и так получилось достаточно неплохо. Я сам говорил достаточно тихо и абсолютно спокойно, даже можно сказать скучающе, но при этом достав свой нож и аккуратно подрезая им ногти на руках, а боец переводил мою речь.

– Разговорить можно практически любого, лишь единицы могут выдержать пытки, и не думаю, что вы относитесь именно к ним. Скажу прямо, в живых вы не останетесь, у меня нет возможности ни таскать вас всё время с собой, ни переправить в свой тыл, однако вы сможете выбрать, как вам умереть, легко и быстро или тяжело и мучительно. Если подробно ответите на все мои вопросы, то отойдёте в мир иной быстро и легко, в противном случае всё равно в итоге ответите на мои вопросы, только при этом превратитесь в кровавый кусок орущего от нестерпимой боли мяса. Когда с вас по кусочку начнут отрезать всё выступающее и по живому сдирать кожу, долго вы не продержитесь и я вовсе не кровавый маньяк, просто мне нужны сведенья, которые знаете вы. Всё честно, вы мне отвечаете на вопросы, и я вас не мучаю, а затем быстро убиваю.

Короче хватило одного отрезанного уха, лейтенант не сразу поверил в мои угрозы, а затем запел, как соловей. Вместе с ним нам досталась и его карта, чему я очень обрадовался, так как до этого можно сказать блуждал вслепую. От него я и узнал места расположения пунктов сбора трофейного оружия, а позже бойцы показали мне на ней расположение двух наших аэродромов, причём один из них оказался стационарным, с бетонной взлётной полосой. Немца я честно прирезал, причём сам и не от кровожадности, а для поднятия своего авторитета среди бойцов. Один удар в сердце и немец обмяк, перестав дышать, я даже приказал его похоронить, как раз неподалёку была яма от выворотня, вот в ней его и похоронили. Первым на очереди был пункт сбора стрелкового вооружения, поскольку у меня было вооружено меньше роты солдат, пардон, бойцов, приходилось всё время контролировать свой базар, а то с местными заморочками можно было легко попасть, как кур в ощип. На дело выехали под вечер, и проехать нам нужно было почти полсотни километров, причём повёл бойцов на дело я сам, оставив майора Желтова за себя. К месту приехали уже в темноте, к самому пункту сбора, устроенному на бывшем колхозном МТС, не подъезжали, а остановившись в паре километров от него. Оставив всех водителей охранять транспорт, мы пешком двинулись к месту назначения, это что бы не перебудить немцев звуком моторов грузовиков. Из минусов было то, что мы не знали, сколько тут всего немцев и где они расположены, а потому пришлось немного понаблюдать. Мы наблюдали за часовыми, их было двое, один на воротах и второй возле склада, переоборудованного в казарму. Тут просто в отличие от остальных строений были окна, вот поэтому его и переоборудовали под казарму. В три часа ночи, после очередной пересменки часовых, разведчики тихо сняли обоих немцев, после чего неслышными тенями буквально просочились в казарму и в едва видимом свете от двух небольших ламп, принялись резать спящих солдат. Всё удалось сделать тихо, без единого выстрела, благо, что работали не новички, а уже имевшие опыт бойцы, да и были тут одни тыловики. В соседнем строении оказались заперты полтора десятка наших пленных, они были из реммастерских и тут использовались немцами и как грузчики и как ремонтники, сортируя и ремонтируя неисправное оружие. Как говорилось в одном мультике – такая корова нужна самому, это я про ремонтников, хорошие специалисты всегда в цене, и с их помощью моё вооружение всегда будет в порядке. Командовал ими воентехник 1-го ранга или по-простому старлей, он с радостью влился в мой отряд и стал нам показывать, где исправное оружие, а где нет. На этом пункте сбора оказалось прилично стрелкового вооружения, и к моей большой радости тут оказались самозарядные винтовки СВТ. Хотя я и не специалист по вооружению, но на мой взгляд самозарядная СВТ гораздо лучше обычной мосинки, не смотря на то, что последняя надёжней. Нужно просто следить и правильно обслуживать своё оружие, зато у СВТ гораздо выше огневая мощь, что по моему мнению было основным. В итоге я набрал СВТ на два батальона, а кроме них ещё около сотни ППД, как раз для экипажей танков и командиров. Нашлось тут и значительное количество пулемётов, а также 17 снайперок, из них 11 мосинок и 6 СВТ, я отнюдь не собирался упускать из внимания снайперов, как раз по снайперской паре в роте и отдельный взвод снайперов. Главное, нашлось для них оружие, а снайперов я найду, возможно не сразу, но по крайней мере метких стрелков наберу, а там им настоящие снайпера проведут ликбез и натаскают по специальности. Поздним утром, мы, забив грузовики под завязку оружием и патронами, отъехали от МТС, всё, что не смогли забрать с собой, подожгли, правда перед этим сделали небольшой короткий рейс вывезя часть оружия, а главное все патроны в лес, сделав там небольшой схрон. Потом заберём, будет у нас как заначка с НЗ на чёрный день, а то неизвестно, когда и где мы при нужде сможем пополнить свой арсенал. К вечеру приехали назад и принялись вооружать бойцов, в каждом отделение ручной ДП, во взводе Максим, а в роте пулемётный взвод. Для большинства бойцов СВТ – это невиданный зверь, так что организовал для них курсы ликвидации безграмотности. Взял тех бойцов, что хорошо знают, как обращаться и обслуживать светку, они разбившись на группы, стали показывать всем, как разобрать и правильно настроить винтовку. После бойцы начали разборку и сборку СВТ что бы закрепить результат. Через час сборки – разборки все более или менее усвоили, как её чистить и правильно настраивать. Максимум неделя и даже самые тупые бойцы смогут правильно обслуживать самозарядки, зато в случае чего смогут очень неприятно удивить противника плотностью своего огня, главное, это что бы им патронов хватило. Пока занимался бойцами, разведка шуршала по округе, а я прекрасно понимая, что для меня главным будет подвижность, принялся учить бойцов водить машины. Взяв с десяток трофейных грузовиков, организовал экспресс – курсы по вождению. Главное, что бы бойцы хоть как-то могли управлять машинами, а там за пару недель обучатся, конечно при условии, что останутся живы. Ещё важным вопросом стояла добыча, как продуктов, так и походных кухонь, а то пока готовить приходилось чуть ли не в котелках. Через день, когда выдвинулись в небольшой рейд, тут и противника по мере наших сил и возможностей пощипать и провести боевое слаживание, устроили засаду на дороге. Ждать пришлось долго, слишком большие колонны немцев по ней двигались, а я отнюдь не страдал лозунгом – слабоумие и отвага. Уже под вечер показалась колонна немецкой артиллерии, шестнадцать лёгких немецких гаубиц, как раз отличная цель для нас, и немцев там не так много и что ни говори, а в бою артиллеристы будут послабее пехоты. А в качестве вишенки на торте, у немцев оказалась наша полевая кухня, её в конце колонны тянул на прицепе грузовик. Как только я увидел её, пообещал лично натянуть глаза на жопу тому, кто её повредит. Определённые трудности были в том, что грузовики были крытые и мы не могли знать, где там снаряды, а где расчёты. Не дай бог детонирует боекомплект, он ведь всю колонну разнесёт к чертям собачьим, а я был отнюдь не против пополнить свой автопарк, а кроме того КУХНЯ! Пускай она и ехала последней, но это не гарантировало, что она не получит повреждений при взрыве боезапаса. Там скорее всего вообще на дороге ни чего целого не останется. Короче, когда головная машина доехала до начала засады, перерезали верёвку, которая удерживала подрубленное дерево и оно с шумом рухнуло поперёк дороги, перегородив её. Машины встали и тут в дело вступили лучшие стрелки, они принялись выбивать водителей. Дерево было нужно для того, что бы не повредить машины, если убить водителя на ходу, то неизвестно, когда и как остановится его грузовик и какие повреждения он при этом получит. Вот если бы нам было нужно просто уничтожить колонну, тогда другое дело, а так такая корова нужна самому, вернее грузовики. Из кузовов полезли артиллеристы, но много навоевать они не смогли, не смотря на то, что пулемётов у нас не просто хватало, а даже было с избытком, но в ход они не пошли из-за опасения повредить машины. С нашей стороны стреляли только хорошие стрелки, и тут СВТ оказалась вне конкуренции. Они быстро перебили выскочивших из машин немцев, не повредив при этом сами машины, а затем пошли на зачистку. Немногих выживших, добили и принялись в темпе вальса разгружать грузовики, правда перед этим отцепили от них гаубицы, а снаряды выгружали прямо рядом с отцепленными орудиями. Когда закончили, то грузовики двинулись к лесу, а ящики со снарядами подожгли, кстати грузовик с кухней оказался загружен продуктами, так что кроме самой кухни, способной нас всех прокормить, мы получили и еду. Не успели мы далеко отъехать, как принялись рваться подожженные ящики со снарядами, так что гаубицам полный и окончательный кобздец. Не описать словами, как радовались бойцы отряда, когда мы вернулись, не нашему удачному возвращению с грузовиками, а привезённой нами полевой кухне. Хотя на складе, кроме всего прочего бойцы обзавелись котелками с кружками, но немецкие были более удобные и практичные, так что счастливым владельцам трофейных котелков завидовали все, их не имевшие, и вскоре подвернулся удобный случай решить эту проблему, патронов хватало, а потому решил устроить немцам основательную взбучку. К делу я подошёл обстоятельно, с чувством, с толком, с расстановкой, а именно с передовым и задним дозором, которые контролировали дорогу с обоих направлений, а основной отряд расположил на дистанции длинной примерно в километр по ходу движения по дороге. По опушке леса, который проходил метрах в 50 вдоль дороги, отрыли не окопы, а стрелковые ячейки, правда полного профиля и установили все имевшиеся у нас пулемёты. Ещё формируя пехотный батальон, с учётом достаточного у нас количества пулемётов, я расписал их следующим образом – ручной ДП в каждом отделении и станковый Максим во взводе, а кроме того отдельный пулемётный взвод в роте из трёх Максимов и пулемётная рота в батальоне уже из девяти станкачей. Таким образом батальон у меня получился очень кусачий, 27 ручных ДП и целых 27 станковых Максимов и это без учёта того, что простые бойцы вместо трёхлинеек вооружены самозарядными СВТ. Именно по этой причине я не использовал в этой засаде танки, берёг их моторессурс, тут и просто бойцов с пулемётами хватит за глаза и зауши. Ждать нам пришлось несколько часов, пока не появилась нужная цель, а то либо колонна была слишком большая, либо на подходе были другие подразделения противника. Если бы нашей целью было просто обстрелять немецкую колонну и свалить в лес, то тогда подошла первая попавшаяся немецкая часть, но я хотел полностью уничтожить немецкое подразделение и затем собрать трофеи. Говорил же, больно мне, как впрочем и всем моим бойцам, понравились немецкие фляжки и котелки, вот и хотел их затрофеить. Наконец вдали показалась пешая колонна немцев, примерно батальон пехоты неторопливо пылил по дороге, поднимая ногами пыль. Позади них двигались три конные повозки, как мне думалось с продуктами и возможно с патронами и полевая кухня, немецкая, на деревянных колёсах, рассчитанная именно на транспортировку конской тягой, причём она дымила и распространяла вокруг себя довольно аппетитный запах, видимо скоро будет привал с обедом. От дозоров поступила отмашка, что всё чисто, других немецких частей на подходе нет, а потому я отдал приказ своим бойцам. Пулемёты стояли на расстоянии примерно метров 15 друг от друга, вперемежку, один станковый, следующий ручной и снова станковый. Как только голова немецкой колонны поравнялась с началом засады, я дал отмашку и на дороге начался форменный ад. Мощные винтовочные пули на расстоянии в полсотни метров насквозь пробивали человеческие тела, и одним патроном удавалось убить или ранить сразу двух противников. А ведь кроме пулемётов по немцам работало почти три сотни самозарядных винтовок, так что буквально впервые же секунды начала боя, около половины немецких солдат оказались убиты или ранены. Надо отдать им должное, растерянность немецких солдат продлилась недолго, уцелевшие пехотинцы мгновенно залегли на противоположной стороне дороги, при этом используя тела павших камрадов, как укрытия. В это момент в бой вступили мои снайпера, они засели на деревьях, чуть в глубине, что бы их нельзя было сразу заметить с дороги. С высоты, они прекрасно всё видя, принялись отстреливать уцелевших немецких офицеров, унтеров и пулемётчиков, так что в ответ нам несогласованно огрызались только винтовки уцелевших немецких солдат, но и их в течение десяти минут заткнули. Наконец на дороге после грохота выстрелов и лязга пулемётных очередей наступила оглушительная тишина. Даже вездесущие птицы молчали, они похоже ещё в самом начале боя в панике улетели отсюда и теперь ни что, кроме редкого стона раненых не нарушило тишины.