Текст книги "Сказание о второстепенном злодее 2 (СИ)"

Автор книги: Swfan

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 25 страниц)

Глава 19
И снова: эпилог

– Я ничего не скажу.

– Что?

– Я… я ничего не видела! – быстро выпалила Саша.

Я посмотрел на кристалл. Затем на неё. Наши глаза встретились, и девушка нервно прикусила нижнюю губу.

– И правильно, – бросил я максимально надменным тоном, поправляя помятый воротник. – Если посмеешь хотя бы заикнуться об этом, мой отец сожжёт ваш приют дотла и…

– Не посмею! – замотала головой Саша.

– …

Я замолчал. Мне показалось, или она как-то слишком охотно решила пойти на сотрудничество? Это было немного странно…

Я не уверен, когда именно она проснулась. Вроде бы она не видела, как я ударил Алекса в спину. Значит, с её точки зрения, он либо спонтанно впал в бешенство, либо просто свалился без сознания после битвы с неизвестным противником. Но даже в таком случае она должна понимать, что кристалл у меня в руках – та самая посылка, которую мы должны были доставить в церковь.

Она ведь это понимала? Всё-таки Саша была неглупой девушкой. Может, она боялась, что я попытаюсь избавиться от неё как от единственного свидетеля?

«Избавиться от Саши и Алекса – награда: 60»

Ага, уже бегу.

Я замялся. Кристалл и раньше был не самой приятной ношей, а теперь и вовсе казался мне радиоактивным. Изначально я планировал, что Алекс вернёт его в церковь. Теперь сделать это было немного затруднительно, хотя сам парень был, кажется, в порядке судя по реакции Саши, которая осторожно приблизилась к нему и некоторое время спустся облегчённо вздохнула.

Ладно. «Важные персонажи» всё равно пока не собирались его использовать, а когда придёт время… не знаю, вышлю им его по почте.

– Чего сидишь? Пошли, – бросил я Саше, которая в этот момент возилась с Алексом, замеряя его пульс. – Но имей в виду: я его на себе не потащу.

Саша с трудом взвалила своего друга на плечи – благо, даже Заклинатели были сильнее обычных людей, – и вместе мы продолжили бродить по тёмному городу.

Сперва я готовился сражаться с армией монстров, даже ещё немного приподнял свои характеристики:

«Имя: Антон Савин»

Возраст: 16

* * *

Сила: 18,21

Рефлексы: 9,37

Регенерация: 8,30

Манипуляция Маной: 4,21

* * *

Навыки:

Фехтование (начинающий): 3/3

Манипуляций электрической маной (начинающий): 3/3

* * *

Бездарный имперский мечник

Резонанс: 22,2%'

Текущие баллы: 3′

Но монстров не было. Вероятно, их распугала аура, которую Алекс выпустил во время трансформации. В игре с определённого уровня он получал навык «Аура Древнего Дракона», позволяющий при желании пропускать случайные встречи с противниками. Как итог: вторая половина нашей подземной экспедиции прошла тихо и спокойно.

Впрочем, самые важные сюжетные события всё равно случились – просто не с нами. Альфирия, Адель и примкнувший к ним Зигфрид действительно встретили «Инквизитора Фердинанда», который сперва разыгрывал перед ними роль спасителя, а затем попросил передать ему посылку. Когда же Адель честно ответила, что её у них нет, Фердинанд на мгновение задумался – а затем решил избавиться от них, чтобы спокойно обыскать тела. Именно он был истинным заговорщиком и нанимателем Камелии.

Спойлер.

Прежде чем он успел расправиться с героями, однако, на помощь явились другие инквизиторы, которыми руководила Белая Дама собственной персоной. На мгновение своды подземного города озарились ослепительным сиянием кристаллов. Фердинанда скрутили по рукам и ногам, после чего отряд бросился в погоню за Камелией – инквизиторы были свято уверены, что настоящий кристалл 4-го ранга находится именно у неё.

В этом плане история развивалась как в игре. Разве что на месте событий не хватало Алекса и Саши. Впрочем, уже вскоре они – и я – присоединились к остальным, когда я заметил вспышку белого света и смог, наконец, сориентироваться в запутанных улочках подземного города. В игре он был немного более схематическим, в то время как в реальной жизни представлял собой настоящий лабиринт.

И так арка второго Полевого задания плавно подошла к своему эпилогу.

Не знаю, нравится или нет мне эта новоявленная традиция, что все самые важные события происходят от меня «за кадром»…

– Привет! – весело помахала нам Сильвия, когда мы приподнялись на пригорок с прекрасным видом на подземный город, на котором она стояла в сопровождении дюжины бронированных инквизиторов.

– Приветствую, Ваше Святейшество, – отозвался я уставшим голосом и огляделся по сторонам.

К этому времени вслед за авангардом подоспели основные силы – несколько сотен воинов в алых мантиях, которые немедленно заполонили город и стали прочёсывать его миллиметр за миллиметром. Своими действиями Фердинанд и Камелия разворошили осиное гнездо, и теперь карательная машина Церкви набирала полные обороты.

Некоторое время я внимательно наблюдал за этой суетой, мельком поглядывая на Сашу, которая караулила своего спящего друга детства. Убедившись, что она не собирается ничего говорить и что трансформацию Алекса не видел никто, кроме меня и Камелии (сам он вряд ли что-то вспомнит), я вдруг осознал, что смертельно устал.

Я подыскал себе свободную койку, прилёг на неё и, разглядывая далёкие тёмные своды подземного города, немедленно провалился в глубокий сон.

…

…

…

– Как продвигаются поиски?

– Стабильно. Его святейшество Монтгомери просит разрешения спуститься на третий уровень.

– Разрешаю, – сказал Грандмастер Святой Инквизиции Рейнхард своему подчинённому Годвину, рослая фигура которого возвышалась у него за спиной.

Они стояли у высокого окна с видом на белокаменный город, озаряемый первыми лучами восходящего солнца. Рейнхард, в своей простой мантии и круглых очках больше напоминавший обыкновенного школьного учителя, был заметно ниже своего подчинённого. Он стоял прямо перед окном, но его тень едва достигала воротника Годвина, и солнце во всех подробностях освещало бледное лицо последнего, напоминавшее каменное изваяние.

– Что говорит Святой Отец? – поинтересовался Рейнхард.

– Просит, чтобы мы поторопились.

– Передай Его Святейшеству, что мы ждали этого больше тысячи лет. Едва ли небольшая заминка способна всерьёз сказаться на наших планах.

– Как скажете, – Годвин низко наклонил голову.

– И всё же… мне нужно будет лично извиниться перед Академией Лапласа, – задумчиво заметил Рейнхард, поправив очки.

– Эти дети потеряли кристалл.

– Да, но только потому, что на них набросилась змея, которую мы пригрели за своей пазухой.

Годвин, ты лично возглавишь допрос Фердинанда. И той женщины, когда мы её поймаем. В первую очередь мне нужно знать, кто ещё состоит в их секте. Разумеется, большой опасности они не представляют, но сама Богиня учила нас, что, прежде чем браться за великое дело, необходимо провести генеральную уборку. Сам факт, что семя зла укоренилось на нашей грядке – уже проблема. Только священник уровня Фердинанда мог знать о тайных проходах в катакомбы и использовать их, чтобы сбить нас со следа здесь. В городе, который должен представлять нашу неприступную обитель.

Годвин медленно кивнул, развернулся и зашагал по коридору. Спустя несколько шагов он остановился и, не поворачивая головы, спросил:

– Оставить им жизнь после допроса?

– Нет, конечно, – безмятежно отозвался Рейнхард, освещённой лучами восходящего солнца.

Годвин развернулся, и вскоре его грузная фигура исчезла за поворотом. Грандмастер Инквизиции ещё какое-то время стоял перед окном, стёклышки его очков отражали небесную синеву и облака цвета топлёного молока. Затем он повернулся и тоже прошёл по коридору до лестницы.

Он спускался по тем же ступенькам, по которым всего несколько часов назад Сильвия вела новоприбывших студентов из Академии Лапласа. Наконец Рейнхард переступил порог просторного, величественного зала, где покоились Божественные мощи. Грандмастер прошёл до Саркофага, приоткрыл его. Внутри лежал маленький, как будто детский скелет, обрамлённый прекрасными белыми волосами.

Рейнхард посмотрел на него с улыбкой, поправил очки. Затем схватил череп, покрутил перед собой, с презрением харкнул прямо в глазницу и, развернувшись, бросил обратно в саркофаг.

Покидая величественный зал, Верховный Инквизитор насвистывал весёлую мелодию:

– Ту-дуду, ту-дуду, ту-дуду~

…

…

…

Насколько я помню, в игре Алекс тоже потерял сознание после встречи с Фердинандом – что логично, ведь до этого ему пришлось сразиться с гигантской рыбой-вампиром – а пришёл в себя уже на кровати в одной из башен Великого собора. Рядом, как обычно, сидела прекрасная девушка и чистила ему яблоко.

В этот раз её роль исполняла Белая Дама, Сильвия, успевшая проникнуться симпатией к Алексу и Саше за время их совместной прогулки, пока отыгрывала обыкновенную нищенку. В итоге они стали её первыми настоящими друзьями. Время от времени она будет писать им письма, а затем серьёзно поможет во второй игре, после начала монументальной сюжетной арки Гражданской войны в Гальварийской империи. Несмотря на то, что сейчас её статус в церковной иерархии был сугубо символическим, слова Сильвии обладали серьёзным политическим весом. Все, даже Императоры и Президенты, вынуждены были если не прислушиваться к ним, то хотя бы слушать.

Собственно, к чему это я. Теперь всё будет иначе, потому что Сильвия не стала сидеть напротив койки Алекса и чистить ему яблоко.

Почему я был в этом так уверен?

– О, вы уже проснулись? С добрым утром! Хотя на самом деле сейчас полдень.

Потому, что она сидела напротив моей кровати…

Открыв глаза и осмотревшись, я немедленно убедился, что больше в комнате никого не было. Великий собор был огромным, и для всех нас подобрали личные комнаты. Приятно, конечно, но внутри меня всё сжалось, когда я снова посмотрел на девушку, которая умело ковырялась серебристом ножиком в яблоке.

– Что вы здесь делаете? – спросил я нахмурившись.

– Мне захотелось навестить героев, которые спасли такую важную для нас посылку. Вы не против? Они всегда нравились мне больше, чем сами яблоки, – спросила она и, схватив семечко, надкусила его своими белыми, как жемчужины, зубками.

Я поджал губы, пытаясь прийти в себя. Тревога помогла достаточно быстро сбросить сонную дымку. В этой версии реальности Сильвия действительно не смогла построить особенно крепкие отношения с Алексом и Сашей. Они не бродили вместе по городу, не помогали нищим, не делились с ней историями из прошлого.

Но даже так – почему она решила караулить именно у моей кровати?

– Я не герой, – сказал я надменным голосом. – Я просто сделал то, что от меня требовалось. А вам бы не помешало принести мне официальные извинения. Всему виной ваш предатель, так?

– Мм, премного благодарна, – с улыбкой поклонилась Сильвия, продолжая покусывать яблочные семечки.

И снова между нами повисла неловкая тишина.

Что происходит? Почему она здесь? Пока в моей голове снова и снова бились эти вопросы, ударяясь о стенки черепа, как логотип «Windows» на скринсейвере, Сильвия с улыбкой протянула мне яблочный ломтик:

– Вот, – сказала она.

Я молча посмотрел на яблоко, взял его и прожевал.

– Кислое, – сказал я.

– Спасибо.

– А?

Я с удивлением посмотрел на девушку. Её белоснежные волосы сияли, словно облака в лучах утреннего солнца.

– Кстати говоря, как вам наши катакомбы, господин Савин? Вы успели там прогуляться, не так ли?

– Тесные и смердящие, – ответил я растерянно.

– Действительно, они именно такие! В детстве я несколько раз пыталась туда пробраться, но телохранители меня не пускали. Причём знаете как? Очень смешно: я пыталась приподнять канализационную крышку, но у меня ничего не получалось, потому что они придерживали её с другой стороны.

На самом деле они следят за мной, даже когда я наряжаюсь нищенкой. Они позволяют мне набивать себе шишки, если вы меня понимаете, но, если я попробую открыть дверь, которую не должна, она просто не откроется. – Сильвия сложила руки на поясе и сделала нарочито важный вид. – Хотя формально, конечно, никто из них не может ослушаться моего приказа. Могут, конечно. Если сделают вид, что не знают меня.

Девушка горько улыбнулась, а я растерялся.

Чего она добивается? Чтобы я её пожалел? Но почему именно я?

Насколько я помню, в игре она привязалась к Алексу и начала переписку с ним по двум причинам.

Во-первых, потому что даже после того, как ему открылось, кем Сильвия была на самом деле, его отношение к ней почти не изменилось. И дело не в том, что Алекс был неверующим, – просто такой уж у него был характер.

Вторая причина заключалась в том, что Алекс стал для неё своеобразной щелочкой в золотой темнице, через которую Сильвия могла видеть настоящий мир. Поэтому она просила его рассказывать о своей жизни в Академии и Полевых заданиях. Все это она могла прочитать в книгах и газетах, но первые были старыми и сухими, а вторые писали «профессионалы», в то время как ей была интересна перспектива своего ровесника.

Не знаю, почему в этой версии реальности она решила ухватиться за меня, но мне поскорее нужно было сбросить эту хватку.

– В этом состоит ваша обязанность, Ваше Святейшество, – сказал я сухим, бесчувственным голосом. – Не думаю, что вам пристало смеяться над телохранителями, которые тратят своё драгоценное время, подпирая перед вами двери только потому, что вам вдруг приспичило поиграть в нищенку.

Хотя образ инквизитора, который обеими руками удерживает канализационный люк, пока в него пытается пробиться хрупкая девушка, действительно забавный.

Я был уверен, что после этого комментария наша беседа стремительно подойдет к завершению, но…

– Вы абсолютно правы! – просияла девушка.

А?

– Кстати говоря, как думаете, это будет очень греховно, если я подстригусь немного короче? Вы даже не представляете, как сложно прятать такие волосы под париком, когда я маскируюсь.

Чего?

– Кстати, а самим вам какие волосы нравятся больше – длинные или короткие?

А, господин Савин?..

Глава 20
Прогресс

Покидая комнату молодого дворянина, разговор с которым затянулся почти на полчаса, Сильвии сияла ясной улыбкой.

Что было немного странно, потому что сам Савин явно был растерян и недоволен – вероятно, всё ещё плохо себя чувствовал после событий прошедшей ночи, – и отвечал на её вопросы с явной неохотой. Хотя и отвечал.

Логично. Никто в Городе Белых Ветров, в чертогах Великого собора, не посмел бы проигнорировать Белую Даму. Проблема была в том, что почти никто не отвечал ей правду.

Однажды она спросила Святого Отца, можно ли ей немного укоротить волосы. Он ответил, что у Белой Дамы, определённо, есть такие полномочия. А затем из Великого собора в одночасье исчезли все ножницы. Она искала их весь день, наконец забрала у садовника, а уже на следующее утро ей сообщили, что все её выступления отменили из-за «погодных условий».

– Кто-нибудь может получить солнечный удар, – неловко прошептал за её спиной Дитрих, пока Сильвия разглядывала абсолютно чистое небо.

Никто не говорил ей правду. Никто не видел в ней живого человека. Для одних она стояла безмерно выше, для других – ниже. Не было ни одной живой души, с которой она могла бы поделиться своими мыслями. Когда она пыталась это сделать, ей казалось, будто она говорит со стенами.

Для Святого Отца и Верховного инквизитора она была неразумным ребёнком, которого нужно направлять до тех пор, пока не исчезнут последние крупицы характера и не останется образцовая кукла. Для всех остальных она была священной Белой Дамой. И никто не видел – не хотел видеть – Сильвию. Просто Сильвию. Временами она сама забывала, что она – Сильвия – вообще существует.

Даже пробираясь в город, она просто меняла одну личину на другую. Превращалась в «бесстрашную нищенку», хотя сама прекрасно понимала, что на самом деле ей ничего не грозит и в случае реальной опасности на помощь незамедлительно придут её телохранители.

Она смотрела на мир со стороны – и удивилась, когда юноша с фиалковыми волосами узнал её прямо посреди улицы. В тот миг Сильвии показалось, будто он обратился к ней «настоящей». И своими последующими действиями он лишь укрепил это чувство.

Он говорил с ней грубо, как никто другой, но именно поэтому вместо раздражения и обиды она чувствовала лёгкое волнение в груди – то особенное чувство, когда впервые видишь нечто новое, интересное и необычное.

Она была уверена, что грубил он только потому, что говорил ей правду. И поэтому общаться с ним было чрезвычайно интересно.

Сильвия, точно окрылённая, направилась в свои покои. Возможно, со временем ей это надоест, но до тех пор она просила Савина писать ей письма. Конечно, он мог этого не делать, но даже в таком случае Сильвия по меньшей мере была уверена, что он не будет выдумывать глупые оправдания, якобы у него – во всём соборе, во всём городе! – закончились чернила.

Нет, Антон Савин обязательно скажет ей чистую правду…

…

…

…

После этого мы лишь ненадолго задержались в Городе Белых Ветров.

Сразу после событий в катакомбах Святой Отец созвал срочный совет Верховной коллегии, на котором инквизиция доложила о ходе расследования и заявила, что больше не видит необходимости удерживать нас под стражей. В тот же день нас отпустили обратно в Академию.

Полагаю, на это было две причины. Во-первых, они всё же нашли кристалл 4-го ранга, «Бесконечность», который я тайком выбросил из кармана, пока мы с Сашей пробирались через подземный город, – сама она ничего не заметила.

Во-вторых, Грандмастеру или Святому Отцу очень не понравилось, что Белая Дама проводит слишком много времени в нашей компании. Они решили поскорее от нас избавиться, чтобы вернуть её к прямым обязанностям – а именно молча сидеть на вершине башни и время от времени зачитывать прихожанам написанные для неё проповеди.

Вот почему нас так стремительно посадили в карету и отправили в дорогу.

Для меня это было большим облегчением, как и тот факт, что Алекс, судя по всему, не помнил свою трансформацию. Мне удалось подслушать его разговор с Сашей, из которого я узнал, что его воспоминания заканчивались на моменте нашей встречи с Камелией.

Единственным «больным местом» оставалась сама Саша, которая до сих пор считала, что я прибрал кристалл 4-го ранга в свои руки. И эта мысль явно не давала ей покоя – судя по тому, как она намеренно избегала смотреть в мою сторону.

Впрочем, не думаю, что она об этом кому-то расскажет, ведь тогда «мой отец спалит дотла её приют». Да и кристалла у меня на самом деле не было, так что я всегда мог заявить, будто ей просто показалось.

Ещё было немного странно, что Саша знала о том, что я украл кристалл, но система не стала зачислять мне за это баллы. Почему? Может, потому что она заранее подозревала, что я собирался это сделать? Или потому что мой образ в её сознании был настолько плохим, что даже это новое злодейство было не в состоянии его испортить?.. Если так, то впредь мне нужно было злодействовать перед другими персонажами.

Адель и остальные тоже не оставили своих подозрений, но прямых доказательств у них не было. Поэтому я не получил ни баллов, ни штрафа.

В любом случае уже вскоре я выбросил данное обстоятельства у себя из головы и впервые за долгое время действительно расслабился. Именно так. Расслабился с большой буквы. Самое страшное осталось позади. Следующее Полевое задание обещало быть куда менее опасным, а до его начала у меня оставалось ещё целых че-ты-ре ме-ся-ца.

Всю обратную дорогу в Академию я провёл в прекрасном настроении. Вероятно, это было заметно, потому что Адель бросала на меня ещё более подозрительные взгляды, а Саша стала ещё усерднее «не обращать на меня внимания». Но опять же – мне всё равно!

Сразу по возвращении я принял очередную медальку, отправился в свою комнату и стал планировать график на ближайшее время. Это было несложно. По меньшей мере первые два месяца я собирался ровным счётом ничего не делать. Нет, я всё равно прилежно учился, постепенно подтягивая средний балл Савина до нормальных значений, и занимался с Еленой, но всё это так – рутина.

Поначалу я немного опасался, что Елена начнёт допрашивать меня, как это я так за время задания вплотную приблизился к границам Продвинутого ранга. Но Елена не стала этого делать. Ни на первой тренировке, ни на второй, ни на третьей.

Я был не против: чем меньше вопросов, тем лучше. И всё равно это казалось странным. Елена была не из тех, кто любит копаться в чужих делах, однако она искренне беспокоилась о своих учениках. Что, если я использовал какое-нибудь опасное средство, чтобы нарушить стабильность своей Кристаллизации и стать сильнее? Было странно, что она даже не попыталась прояснить ситуацию.

Целую неделю я гадал о причинах её загадочной апатии, пока она сама – совершенно случайно – не ответила на мой вопрос.

Это случилось во время очередной тренировки. Я лежал на траве, весь мокрый от пота, и наслаждался холодным дыханием ночи. Елена стояла рядом, задумчиво рассматривая свой меч.

– На сегодня всё, – сказала она вдруг.

– Второго раунда не будет? – спросил я с лёгким удивлением.

Она качнула головой:

– Тебе следует отдохнуть. Завтра будет генеральная тренировка.

Вместе с Алексом и остальными, значит.

– Я всё равно не собираюсь сражаться в полную силу.

– Знаю, – кивнула Елена. – Тем не менее в этот раз я могу проиграть, – заметила она.

– А? Почему?

Я удивленно сел на траве и посмотрел на неё. В первой игре действительно «победить» Елену можно было только в последней битве.

– Он тоже стал сильнее, – пояснила женщина.

– Он – это кто?

– Алекс Кляйн.

Я округлил глаза.

– Полагаю, на него, как и на тебя, подействовал тот кристалл. Возможно, даже в большей степени, – задумчиво произнесла Елена.

В моей голове мелькнула молния. Наконец-то всё встало на свои места. Оказывается, всё это время Елена считала, что я стал сильнее благодаря Кристаллу Времени, который случайно активировался в катакомбах. Елена наверняка заметила его пробуждение. Она была Воином Высшего ранга, а значит могла если не увидеть, то почувствовать силу, которую обрёл тогда Алекс.

Обрёл и потерял… но потерял ли он её всю?

Ответ на этот вопрос я получил уже на следующий день. И он мне совершенно не понравился.

Вот каким Алекс был в игре на этом этапе истории, после второго Полевого задания:

Имя: Алекс Кляйн

Возраст: 15

* * *

Сила: 15,14

Рефлексы: 9,21

Регенерация: 8,31

Манипуляция Маной: 7,82

* * *

Навыки:

Фехтование (начинающий): 2,4/3

Манипуляция огненной маной 2,⅓

* * *

Резонанс: 23%'

А вот каким я увидел его во время нашей Боевой тренировки:

Имя: Алекс Кляйн

Возраст: 15

* * *

Сила: 20,14

Рефлексы: 13,21

Регенерация: 13,31

Манипуляция Маной: 12,82

* * *

Навыки:

Фехтование (начинающий): 2,4/3

Манипуляция огненной маной 3/3

* * *

Резонанс: 29%'

…Ауч.

Это было нехорошо. Совсем нехорошо. Елена оказалась права: воздействие Кристалла Времени привело к необратимым переменам. К счастью, Алекс не сохранил своё будущее тело, иначе всю сюжетную линию можно было бы сразу выбрасывать на свалку, но он всё равно стал заметно сильнее.

К чему это приведёт? Не знаю. На данный момент это обеспечило нашему отряду победу на второй Генеральной тренировке. Опять же, Елена использовала едва ли треть своих сил, но даже так она была грозным противником. Я немедленно свалился на землю, но вот Алекс сражался до последнего, и в итоге, при поддержке Адель, Альфирии и Зигфрида, смог нанести ей несколько ударов, которых оказалось достаточно, чтобы она выписала ему «проходной балл».

– Держи, – сказала Елена и вручила ему сверкающий кристалл.

Его первый кристалл 2-го ранга.

На данный момент Алекс ещё не мог его использовать, но это ненадолго. В игре каждый уровень Резонанса представлял собой, собственно, уровень персонажа. В первой части максимальный уровень был 33. Во второй – 69. Даже в изначальной сюжетной линии Алекс ещё на первом курсе мог добраться до Продвинутого ранга. Теперь он сделает это намного раньше.

Видимо, мне тоже пора напрячься.

До следующего Полевого задания я обязательно должен стать Продвинутым воином.

Впрочем, времени было ещё не занимать; я посмотрел уголком глаза на триумфального Алекса, вздохнул и закинул руки за голову, наслаждаясь приятным солнечным деньком. Вдруг солнце заслонила мрачная тень.

– Чего тебе? – спросил я Адель, которая встала у меня над головой.

Девушка тоже выглядела потрёпанной после тренировки, в которой сражалась на пределе возможностей, но сияла самодовольной улыбкой:

– Теперь ты бы не смог его победить, – сказала она надменным голосом.

– Может быть, – я лениво прикрыл глаза. – Не отменяет того факта, что с тебя желание.

– Чего ты хочешь?

– Скажу, когда придёт время.

– Почему не сейчас?

– Не хочу.

Адель раздражённо вздохнула.

– … Ты даже не смеешь смотреть мне в глаза, пока мы говорим, – сказала она недовольно.

– Смею. Но если я сейчас открою глаза, то увижу, что у тебя под юбкой, – парировал я.

– Кхм…

Адель сделала шаг назад и, покраснев, прокашлялась в кулак.

– Тебе так не терпится исполнить моё желание? – спросил я с усмешкой.

– Не твоё дело… – огрызнулась она уже гораздо менее твёрдым голосом.

На самом деле и да, и нет. Вероятно, Адель опасалась моей просьбы, но ещё меньше ей хотелось и дальше носить этот груз на душе.

Воспользовавшись её мимолётным замешательством, я поднялся и направился в классную комнату. Потом придумаю желание. Сейчас мне не хотелось занимать свою голову такими – или вообще любыми – вопросами.

Моя предвыборная кампания тоже постепенно входила в размеренную фазу.

Интервью, даже самые безумные, перестали приносить мне баллы. Заниматься прочей активной деятельностью, которую обычно ожидают от кандидата на должность Председателя, – общаться с учениками разных факультетов, выслушивать их жалобы и пожелания, – я, разумеется, не собирался. Всё равно у меня не было ни единого шанса на победу. Так зачем напрягаться? Куда лучше посвятить это время тренировкам и учёбе. С первым мне помогала Елена, со вторым – Таня, с которой я поддерживал регулярную переписку.

Гениальная девочка получила спонсорство и поступила на «подготовительное отделение» Академии Лапласа, расположенное в Империи. Местная учебная программа была для неё настолько простой, что у неё оставалось достаточно времени, чтобы писать мне длинные письма. В них она проверяла мой прогресс, давала советы по учёбе и рассказывала о том, как проходит её школьная жизнь.

В одном из них она сообщила, что нашла подругу.

В другом мимолётно заметила, что её одноклассник, аристократ, настойчиво требует, чтобы она делала за него домашние задания.

Я выяснил его имя и род, после чего отправил его отцу не слишком длинное, но крайне выразительное письмо, после которого эта практика стремительно сошла на нет. С этого момента Таня стала неприкосновенной – даже несмотря на своё крестьянское происхождение.

Ещё вести с ней корреспонденцию меня просила Белая Дама, Сильвия. О чём ей писать, правда, я не имел ни малейшего понятия. Тот же Алекс в другой временной линии расписывал ей свои приключения.

Немного поломав голову над этим вопросом, я решил писать ей выдуманные истории о моих злодеяниях.

Сильвия была персонажем умеренной важности. Значит, если она будет считать меня злодеем, я получу за это баллы. А поскольку девушка находилась далеко, совершать злодейские поступки на самом деле мне было необязательно – достаточно было их придумывать.

Эта идея показалась мне настолько гениальной, что под вдохновением от неё я немедленно настрочил первое письмо следующего содержания…