Текст книги "Сказание о второстепенном злодее 2 (СИ)"

Автор книги: Swfan

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)

Глава 9
Ночной визит

– Охрана! – крикнул я и немедленно выпрыгнул из ванны. Все мои мышцы сразу напряглись, как будто их стянули крепкие верёвки. В ту же секунду высокое окно распахнулось, и на подоконник ступила рослая фигура в длинном чёрном пальто. В одной руке она держала сверкающий меч. Её лицо скрывала красная маска, за которой струились длинные рыжие волосы.

Это была…

– П-профессор Елена? – выдавил я прерывистым голосом.

Фигура остановилась на краю ванны и наклонила голову:

– Как ты узнал? – раздался знакомый, но приглушённый маской голос.

Я неуверенно приоткрыл губы, и вдруг за спиной у меня раздался крик:

– Уже иду, господин!

Дверь распахнулась, на пороге показалась Мая. В руках у неё был обыкновенный веник, который она занесла над головой и влетела в помещение. На секунду наши взгляды встретились; я заметил, как огромные глаза девочки стали ещё шире, когда в них отразилась моя мокрая и совершенно голая фигура, а затем раздался ещё один вскрик: «А-а!» – и хлопок.

Мая поскользнулась на воде, которую я разлил, когда выпрыгнул из ванны, и с грохотом распласталась на белой кафельной плитке.

В комнате повисла тишина.

Я вздохнул, потирая переносицу, пока вокруг лица Маи медленно разрасталась кровавая лужица.

…

…

…

– Ай…

– Терпи, – сказал я суровым голосом, наклеивая на лицо Маи пластырь из небольшой аптечки, чтобы найти которую мне пришлось перерыть всю комнату. Обычно такими делами занимались Гимон и Рабле, однако недавно я запретил им дежурить у моей двери до поздней ночи (мне было неловко каждое утро видеть синеватые мешки под их суровыми глазами), так что теперь полагаться приходилось только на себя.

– Спафибо, – пролепетала девочка, когда я наконец закрепил на её правой скуле пластырь.

Я раздражённо фыркнул и тайком глянул на индикатор системы. Сперва я не собирался ей помогать, но после пятой неудачной попытки, когда Мая клеила пластырь куда угодно, только не на рану, моё терпение лопнуло. Я воскликнул, что не потерплю, чтобы моя служанка превратилась во всеобщее посмешище и тем самым опозорила меня, своего господина, и приклеил его сам.

Разумеется, причиной, по которой Мая вдруг стала настолько нерасторопной, было лёгкое сотрясение, которое она получила при падении и от которого у неё до сих пор подрагивали кончики пальцев.

Посмотрев на них краем глаза, я тайно цокнул языком.

– Пройдёт. Ей просто нужно поспать пару дней, – прозвучал у меня за спиной знакомый голос.

Я повернул голову к женщине в длинном пальто, стоявшей за спинкой моего кресла.

– Может, снимете маску, «профессор»? – спросил я леденящим голосом.

Женщина приподняла руку, обхватила пальцами красную маску и открыла своё светлое лицо.

– Зачем вы проникли в мои покои?

– Вообще-то я проникла в твою ванную, – ответила Елена.

Я закатил глаза.

– Мне хотелось кое-что проверить, – сказала она.

– Что?

– Действительно ли ты поддавался.

По моей спине пробежал холодок.

– Теперь я в этом уверена.

Я сглотнул.

– Зачем ты это сделал?

– Я… с чего это я должен вам об этом рассказывать?

– Ты не обязан, – неожиданно ответила Елена, присаживаясь на диванчик рядом с Маей, которая боязливо подвинулась в сторону. – Я не хочу вмешиваться в твои личные дела и проблемы, но я твой учитель и хотела бы знать, на что способен мой ученик, чтобы тренировать его должным образом.

– Я…

– К тому же, если ты и дальше будешь поддаваться, я не смогу делать на тебя ставки, – серьёзно нахмурилась женщина.

На секунду во мне вспыхнуло желание выставить её за дверь, но в последний момент я всё же сдержал свои актёрские порывы и задумался. На самом деле Елена говорила правду. Не про ставки… хотя и про них, наверное, тоже… не суть. Она говорила правду в том смысле, что действительно была куда более заботливым учителем, чем казалось на первый взгляд.

На первых этапах истории все – от главных героев до её помощника и даже игрока – считали её безалаберным и безответственным человеком. Воплощением всего того, чем не должен быть учитель. Но со временем это восприятие менялось.

Почему она казалась такой отстранённой и «странной»? Потому что всю свою жизнь, начиная с раннего детства, она провела на поле боя. У неё никогда не было друзей – только командиры и подчинённые, которых бесконечная война научила её воспринимать как расходный материал.

Печально известная «Бешеная Фурия» не только ради зарплаты согласилась стать преподавателем в Академии Лапласа. Она действительно хотела изменить свою жизнь, найти в ней что-то ещё, кроме вечного запаха крови и сухого расчёта. Это было непросто. Каждый день ей приходилось учиться, как вести себя в нормальном человеческом обществе. Она даже вела дневник, в котором отмечала свои ошибки и расписывала планы. Её отстранённость в первые несколько недель нашего обучения объяснялась тем, что она просто не знала, как подступиться к своим ученикам. При этом иной раз она не спала ночи напролёт, штудируя книги по педагогике, чтобы сделать всё «правильно».

Открывалась эта грань характера Елены не сразу. Главные герои ещё нескоро узнают о том, насколько… не буду говорить «хорошим», но старательным учителем она была на самом деле.

Более того, если не выполнять дополнительные миссии, связанные с Еленой, известно об этом становилось только после её смерти, когда она пожертвует своей жизнью, чтобы спасти учеников.

Замявшись, я покосился на невозмутимое лицо женщины, которая терпеливо смотрела на меня своими зелёными глазами.

– Есть… определённая причина, по которой я не хочу, чтобы другие знали, на что я способен на самом деле, – наконец сказал я выверенным голосом.

– Другие – это де ла Крус? – спросила Елена.

Хм? Адель? А, наверное, она решила, что я не хочу раскрывать свои карты перед соперницей на выборах и по политическому спектру.

– Не только.

Елена кивнула и задумчиво прикрыла глаза.

– Мне будет сложно тренировать тебя, если ты будешь постоянно себя сдерживать, – наконец сказала женщина.

Я пожал плечами.

Мои планы требовали, чтобы я был – или хотя бы казался – слабее главного героя. Идея была в том, чтобы я постоянно «собирался» совершить некое злодеяние (намерения и попытки было достаточно, чтобы система начислила мне баллы), а герой, Алекс, каждый раз меня останавливал. Но если я буду сильнее Алекса, он не сможет мне помешать, и тогда мне действительно придётся совершить злодейский поступок или ломать голову над причиной, почему я всё же не хочу этого делать.

– Ладно, пошли, – сказала Елена, поднимаясь на ноги.

– Куда? – удивился я.

– Тренироваться.

– А?

– Если я не могу тренировать тебя вместе с остальными, я буду делать это отдельно.

– Но сейчас ночь, – сказал я, с тревогой поднимаясь с кресла и бросая взгляд в окно, за которым сиял полумесяц, похожий на музыкальную ноту.

– Ночь, – согласилась Елена.

И только тогда я с лёгким ужасом осознал, что ни это обстоятельство, ни тот факт, что на мне был один лишь мохнатый халат, не имеют для неё ни малейшего значения. В этот момент я почувствовал себя так, будто подписал признание, ставшее основанием для смертного приговора и отменить которое было уже слишком поздно…

…

…

…

– Мая⁈ С тобой всё в порядке? Что случилось? Это… это он тебя так?.. – воскликнула Аннабель и нависла над Маей, когда та вернулась на кухню с белым пластырем на покрасневшей скуле.

– Я упфала, – с неловкой улыбкой ответила девочка.

– Упала… – прошептала Аннабель дрожащим голосом и, шмыгая носом, покачала головой.

Схожим образом отреагировали и другие слуги, работавшие на кухне, а затем и пресса. Уже на следующий день стали распространяться слухи о том, что Савин, известный мерзавец, потерял терпение; что давление со стороны общественности вконец его доконало; что он получил выговор от семьи за своё первое интервью и теперь, якобы, решил выплеснуть злость единственным известным ему способом: снова стал распускать руки на служанок.

Фотографии девушки – с неловкой улыбкой, округлёнными глазами и пластырем – едва не напечатали в новом выпуске «Академического вестника». В этот раз, однако, Академический совет проявил осторожность и по велению старшего профессора Гарцинии немедленно придушил эту новость, прежде чем она смогла выйти за стены Академии и привести к очередному международному скандалу.

Теперь эта тема стала настолько щепетильной, что сами дворяне невольно начали избегать резкого обращения с прислугой. Если раньше провинившаяся служанка могла рассчитывать на пощёчину или плеть, то теперь, помявшись, молодые аристократы ограничивались выговором. Для слуг это было большим облегчением – причём не только в физическом, но и в моральном плане. Впервые они увидели неуверенность на лицах своих угнетателей и поняли, что и сами являются людьми, с которыми необходимо считаться.

Меж тем сам Савин стал ещё мрачнее, чем раньше. Теперь он походил на хмурого, изголодавшегося зверя, готового наброситься на тебя в любой момент.

Никто его особо не боялся. В поединке против профессора Елены он показал себя как полное убожество. Напротив, сильные студенты даже надеялись, что он сорвётся – тогда они смогут проучить его своими руками, однако Савин этого не делал, и лишь мрачная аура вокруг него становилась всё гуще, а мешки под глазами – всё темнее…

…

…

Как же хочется спать…

Во время очередной перемены я, ковыляя, прошёл в туалет, упёрся руками в раковину и посмотрел на своё отражение. С той стороны на меня глядел совершенно изнемождённый молодой человек. Диагноз был очевиден – хронический недосып.

Вот уже целую неделю, с тех пор как Елена решила стать моим «ночным репетитором» – звучит куда лучше, чем есть на самом деле, – я спал в лучшем случае по несколько часов в сутки. Всё остальное время я посвящал учёбе и самостоятельным тренировкам. Едва ли я смог бы поддерживать такой режим, если бы не волнение перед лицом грядущего Полевого задания и опыт многочисленных ночных смен. Они научили меня, что называется, спать на ходу – буквально. Стоило закончиться очередному уроку, как я погружался в дрёму и просыпался уже за другой партой, в другом кабинете.

Как я туда добирался? Не имею ни малейшего понятия. Вероятно, со стороны я выглядел как ходячий труп. Возможно, именно поэтому моя репутация в последнее время стала ещё хуже:

'Текущие баллы: 10,2

…

Текущие баллы: 12,2'

Странно, конечно… Может, внешний облик играет большую роль, чем я предполагал? И мне нужно одеваться во всё чёрное, ходить с тросточкой с набалдашником в виде черепа и злобно смеяться?

На данный момент я не собирался тратить заработанные баллы. Елена тренировала меня каждый день и неминуемо заметит, если мои способности вырастут слишком быстро. Следовало дождаться подходящего момента. Благо, он был уже на подходе.

Я умылся, потряс головой, вышел в коридор и направился прямо в наш класс, минуя студентов, которые провожали меня взглядами и перешёптывались. Зайдя в кабинет, я прикрыл за собой дверь. Все остальные уже были на месте: Алекс, Саша, Адель, Альфирия и Зигфрид. Некоторые бросили на меня недобрые взгляды, другие сделали вид, что не замечают. Я тоже их проигнорировал и присел за свою парту.

Через несколько минут вошла Елена. Все сразу напряглись, когда увидели у неё в руках тонкую серую папку. Женщина быстро пролистала её содержимое, посмотрела на нас и сказала:

– Поздравляю.

Пауза.

– Вам поручили новое Полевое задание.

– Куда? – немедленно спросила Адель.

– Хм… Сыграем в шарады? – неожиданно предложила Елена.

В классной комнате повисла тишина.

Я вспомнил, что во время нашей последней тренировки, пока я из последних сил размахивал шпагой, она одной рукой отражала мои атаки, а в другой держала книгу – «Образовательные техники для младших классов. Как привлечь внимание малышей!».

– Кхм, вот, – с каменным лицом сказала Елена.

Она изобразила руками большой купол, затем – волны, а после – спящую женщину, прикрыв глаза и сложив руки на груди.

Тишина.

Гробовая…

…

…

…

Глава 10
Город Белых Ветров

Священный Город Белых Ветров располагался посреди бескрайней зелёной равнины на полуострове Алебастры, у самой южной оконечности Северного континента.

Первые его камни были заложены несколько тысяч лет назад, сразу после окончания Тёмных веков, и всё это время город сохранял независимость. Ни одна держава не смела претендовать ни на него, ни на прилегающие плодородные земли. Подобное считалось не просто величайшим святотатством – ведь город был собственностью Церкви Спящей Богини, – но и форменным безумием. В Священном городе сосредоточилось самое большое в мире количество могущественных Воинов и Заклинателей Безграничного ранга на душу населения.

И, разумеется, кристаллов, которые они могли использовать.

На уроках нам рассказывали про договор 1241 года, согласно которому нейтральным странам в мирное время запрещалось использовать кристаллы 3-го ранга. Город Белых Ветров был единственным исключением из этого правила, а также инициатором другого, куда более древнего соглашения, согласно которому… Впрочем, это спойлер. И если бы герои знали, в чём он заключается, атмосфера в нашем экипаже была бы ещё более напряжённой.

– И всё же я считаю, что это неправильно, – в очередной раз сказала Адель, мрачно разглядывая профессора Елену. Та невозмутимо кивнула, к лёгкому раздражению девушки, которая сразу нахмурила свои светлые брови.

Прямо сейчас мы сидели в просторном экипаже, который пара коней мирно катила по длинному тракту, напоминавшему серую ленту, затянувшую зелёное пальто обширного луга. Небо было чистым – ни единого облачка или летающего корабля. Традиционно их запрещалось использовать на территории Священного города, поэтому наше судно после долгого путешествия приземлилось на границе, где мы пересели в заранее арендованные кареты.

В первой ехали Алекс, Саша и Альфирия. Во второй – Елена, Адель, Зигфрид и я. Ник с нами не поехал: у него были дела в Академии, а Зигфрид почти сразу перебрался на крышу, что, впрочем, сделало обстановку внутри кареты ещё более тягостной.

Самое удивительное, что в этот раз виновником был не я. Вернее, не совсем я. Основное «трение» происходило между Еленой и Адель, а точкой преткновения служила небольшая деревянная шкатулка, которую я держал у себя на коленях.

Наше новое задание заключалось в том, чтобы доставить её из Академии Лапласа в Белый Собор – аналог Ватикана в рамках этого мира. Что находилось внутри, нам не говорили, но предположить, опять же, было несложно.

Издревле Церковь Спящей Богини собирала всевозможные артефакты, книги и редкие кристаллы, найденные по всему континенту. Многие страны, даже великие державы, добровольно передавали ей свои находки – такова была традиция. Поэтому Адель и остальные решили, что наше задание заключается в доставке очередного подобного предмета, имеющего либо сугубо историческую ценность, либо ограниченное практическое значение.

Причина недовольства Адель заключалась не в этом, а в том, как Елена распределила наши обязанности.

– Почему он? – в который раз спросила Адель.

– Я уже говорила, – беззаботно ответила Елена, подперев голову кулаком.

– Верно, но я не понимаю, почему с тактической точки зрения необходимо, чтобы наша посылка находилась в руках именно этого человека.

– Потому что я самый способный среди вас, это очевидно, – заметил я высокомерным тоном, задирая нос.

Адель пропустила моё замечание. Её недовольство и удивление были оправданны. Со стороны действительно могло показаться странным, что именно меня определили хранителем шкатулки. И не потому, что Адель была сильнее – нет. Если действовать нам предстояло в команде, логично было предположить, что самый сильный возьмёт на себя роль своеобразного «танка», сражаясь в первых рядах и защищая хранителя.

Можно было сделать хранителем Заклинателя, от которого ожидалось, что он будет сражаться в задних рядах, но те были слишком хрупкими и медлительными и не могли в случае необходимости быстро отступить. Следовательно, оставалось всего три кандидата: Зигфрид, Алекс и я. Зигфрид был полезнее на передовой и вообще доверять ему после экзамена, на котором он бросил свою напарницу, было немного неразумно. Значит, выбирать приходилось между Алексом и мной, и Адель была недовольна выбором, который в итоге сделала Елена.

– Вы ошибаетесь, – сказала она.

– Все ошибаются, – небрежно качнула головой Елена.

Адель нахмурилась.

– Что, если он захочет украсть посылку?.. – выдавила она наконец, когда закончились другие аргументы.

Не то чтобы она испытывала ко мне личную неприязнь – хотя не без этого. Просто с её точки зрения Алекс был сильнее меня, и намного. Адель была уверена, что Елена тоже это понимает (не зная о наших тайных тренировках и моей настоящей силе) и что единственная причина, почему она выбрала меня, заключалась в том, что я ей заплатил, чтобы стать хранителем.

История про ставки, конечно, сильно испортила её репутацию.

Зачем я это сделал? Кто его знает. Может, чтобы похитить загадочный артефакт и пополнить им свою коллекцию. У высокомерных аристократов бывают свои причуды. С другой стороны, какой безумец станет воровать у церкви, чтобы в итоге оказаться на костре? Вероятно, даже сама Адель не верила в такую версию событий, не говоря уже про Елену и остальных.

Зря.

Во-первых, потому что внутри шкатулки был никакой не артефакт, а нечто намного более важное и опасное.

Во-вторых, потому что я действительно собирался это украсть.

…

…

…

Через несколько часов за окном показались золотистые поля пшеницы, рапса и других злаков. Дорога стала петлять, а затем по обе стороны от нашей кареты выросли изящные поместья из белого камня, в которых проживали богатые и знатные люди со всего мира.

Затем был пропускной пункт, проверка бумаг, длинный проём в гигантской белой стене – и вот наш экипаж уже катится среди множества других, подскакивая на выбоинах и кочках, испещряющих мостовые древнего города.

В отличие от современного и просторного Лапланда, Священный город Белых Ветров казался по-настоящему средневековым. Он напоминал старинную Венецию, только без каналов. Лабиринты местных улиц были настолько запутанными, что в них, как это ни парадоксально, терялся даже ветер; воздух здесь был старым и затхлым и лишь когда мы поднялись на третий этаж своего отеля, на белокаменном горизонте стала заметна сверкающая линия океана, напоминавшая о том, что город стоит на побережье.

Впрочем, всё внимание привлекала вовсе не она, но белый купол гигантского собора, который возвышался посреди города, словно упавшее солнце.

Забавный факт: в Лапланде с его населением в два с половиной миллиона человек было несколько сотен больших и маленьких церквей.

В Городе Белых Ветров, где проживало почти пять миллионов (включая окрестности), она была всего одна – самая большая на всём континенте: Белый Собор. Именно там находился Запретный Индекс Алебастры – величайшая мировая библиотека, хотя в данном случае точнее будет сказать величайшее «хранилище книг», поскольку для простых людей доступ туда был закрыт, – располагался главный административный центр веры в Спящую Богиню, находилась штаб-квартира Инквизиции и проживала Белая Дама.

Именно туда мы должны были доставить завтра утром нашу «посылку».

Я посмотрел на старинные часы, висевшие на стене в общей гостинной отеля, соединявшей наши спальни. Было только девять тридцать утра. Перед нами простирался ещё целый день.

«Развлекайтесь», – сказала нам Елена и отправилась на туристическую прогулку.

Первым её приказание исполнил Зигфрид – ему было душно находиться в старом, затхлом помещении, и он сразу сбежал через окно.

Вслед за ним стали собираться Саша и Алекс. Девушка тянула своего друга посмотреть окрестности, при этом в её глазах проглядывались восторженные огоньки. Город Белых Ветров считался одним из главных туристических направлений на всём континенте. Саша хотела пригласить Альфирию и Адель, но первая виновато извинилась и сказала, что плохо себя чувствует, после чего ретировалась в свою комнату, а вторая заявила, что у неё есть другие дела политического характера.

Хотя нет. Это в изначальной, игровой сюжетной линии она заявила, что у неё были другие дела. В этой девушка пристально посмотрела на меня, сидевшего за чайным столиком напротив деревянной шкатулки, и сказала:

– Я ему не доверяю.

– И? Посылку я тебе всё равно не отдам, – бросил я в своей самой презрительной манере.

Температура в помещении немедленно упала на пару градусов.

Саша торопливо встала между нами и выставила руки:

– Д-давайте не будем… не будем. Мы должны действовать вместе, верно? От этого зависят наши оценки.

– Шкатулку доверили мне, так? – заметил я, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. – Значит, она будет со мной.

– Наше задание заключается в том, чтобы защитить шкатулку. Сомневаюсь, что Ты будешь в состоянии это сделать.

– В таком случае можешь и дальше стоять у меня за спиной. Мне не помешает бесплатный телохранитель. Можешь заодно заварить мне чай. – Я звонко цокнул чашкой о столик.

– Ты!..

– У меня есть предложение! – громко заявила Саша. Она переводила взгляд с меня на Адель и обратно, тщательно подбирая слова и внимательно наблюдая за моей и её реакцией.

– Может, мы пойдём все вместе? Мисс Адель, мы могли бы проводить вас туда, куда вам нужно. А вы, господин Савин… Вы ведь не против посмотреть город?

– … Я не против, – после некоторой паузы ответила Адель. – До тех пор, пока посылка будет в моем поле зрения.

Саша кивнула и посмотрела на меня. Как и Адель, и Алекс, который до сих пор держался в стороне и молчал, и даже Альфирия, которая между делом выглянула из своей комнаты.

Наступило долгое молчание. Потом я резко поднялся и со словами «Мне надо в уборную» вышел из общей комнаты в коридор. Пройдя его до конца, я спросил дорогу у слуги, спустился на первый этаж и ступил в небольшую кабинку с медным туалетом. Сиденья не было – поверхность унитаза на ощупь была ледяной. Я дёрнул за верёвочку из бусин, и внутри него забурлила чистая вода.

Не снимая штанов, я сел на крышку и положил шкатулку себе на колени. Помялся. Дёрнул замочек и медленно приоткрыл её, заливая тесное помещение ярким белым светом.

Внутри обыкновенной деревянной шкатулки был не старинный артефакт и не драгоценная книга, как считала Адель, нет – в ней лежал ребристый белый кристаллик.

Кристалл времени 4-го ранга.

«Бесконечность».

…