сообщить о нарушении
Текущая страница: 52 (всего у книги 54 страниц)
Глаза против воли раскрываются, ничего не видно из-за слез, внутри так пусто и холодно, они все мертвы, все кто был дорог. И, поддавшись безрассудству, тело, в котором я нахожусь, хватает автомат, кричит что-то нечленораздельное и стреляет на поражение, попадая как во врагов, так и в своих. На уровне подсознания улавливаю сбоку свист, но тело не успевает обернуться, дикая боль пронзает грудь, а перед глазами лица убитых.
Я сменила тело за несколько секунд до смерти, теперь, кажется, в теле ребенка, что затравленно смотрит на вооруженного мужчину, враг полагает, что опасности нет и отвлекается, чужое тело хватает спрятанный нож и бросается на мужчину, лезвие входит прямо в шею, но за секунду до этого враг выпускает пулю, и все вокруг покрывается мраком, а мальчишка смеется - он отомстил за семью.
Я не помню в скольких местах побывала, как много боли, безрассудства и отчаянья видела, скольких близких и друзей потеряла. И плевать, что никого из них я никогда не знала - они знали, они любили, они дорожили….
Сил плакать не было, слезы высохли, а воздух походил на раскаленное железо, что, попадая в легкие, обжигал, царапал и калечил.
Еще одно тело - боль в ногах, ползет, царапает ногтями землю, а за спиной шаги, бессмысленные слезы.
Молить о пощади?
А смысл?
Никто не выжил, и ты не выживешь.
Пальцы скользят и тело падает, разворачивается лицом к противнику, готовый принять смерть лицом к лицу.
Врага не видно, он наступает тихо, лишь дуло автомата поблёскивает в полумраке, и внезапно до боли знакомый голос заставляет уже мое нутро сжаться:
-Вен?
-Ранди?! -пытаюсь поддаться вперед, но ноги не слушаются, дуло дрожит, слышу всхлипы.
-Беги! -срывается голос оборотня. -Беги, Вен! Я не смогу его долго сдержать! Я не позволю ему убить тебя!
Нет! Нет! Нет!
Так не должно быть! Он не должен был меня узнать!
-Беги, Бэйт! -рычит мужчина, и голос его ненормально искажается.
Я пытаюсь ответить, пытаюсь объяснить – это все иллюзию, ложь, так должно быть!
-Беги, мать твою! - хрипит Ран, сгибается пополам, словно от боли, и я с ужасом вижу, как начинает меняться его лицо. Жуткие звериные клыки, мерцающие золотом глаза, его тело увеличивается в размерах и покрывается шерстью, на пальцах отрастают огромные когти, и вот уже полузверь - получеловек, запрокинув морду, громко воет на показавшуюся в небе луну.
В жутких горящих глазах не осталось ничего человеческого, зверь скалится, рычит и, приняв угрожающую стойку, делает шаг в мою сторону. Все внутри с ужасом замерло, наблюдая за монстром, что некогда был милым и добродушным рыжеволосым парнем.
- «В тихом омуте черти водятся!» -испуганно пищит альтэр-эго.
Пытаюсь отползти, но тело не слушается, хочу закричать, но в горле ком.
Что случится если меня порвет ликан? Выживу ли я в реальной жизни?
Что-то подсказывало мне, что нет.
-Смертная! -внезапно кто-то тянет меня за руку, обернувшись, вижу Войну. Зверь снова завыл и бросился в атаку, тяжелая лапа с острыми когтями должна было разорвать меня как минимум пополам, но всадник, выдернул меня из зоны опасности, прикрыв собой. Зверь зарычал, явно злясь, что не достриг цели и снова приготовился атаковать. Рыжеволосый мужчина громко цокает языком и, подхватив меня на руки, прижав к груди, перемещается.
Через мгновение мы буквально вваливаемся в красную комнату, Война брезгливо отцепляет меня от себя, и падает на кресло, прикрыв глаза и прерывисто дыша.
-Что это, мать вашу было?!
Голос наконец вернулся, тело подчинялось приказам, но в голове полнейший бардак. Если с переживанием чужих жизней я могла как-то смириться, то обращение Ранди выходило за рамки дозволенного.
Всадник молчит - все еще переводит дыхание.
Я рванула к нему и, зависнув над креслом, почти зашипела:
-Я спросила, что это было?!
-Непредвиденное обстоятельство. -приоткрыв черные глаза, отозвался всадник.
-Непредвиденное обстоятельство?! Да вы шутите?! Как он узнал меня? Почему обратился?
-Потому что мы слабые! Довольна? –Война, резко встав? протаранив меня лбом. - С каждым гребанным днем мы слабеем! И мы не знаем, что будет дальше! У оборотня обоняние оказалось лучше, чем мы рассчитывали, он учуял твою душу! Поначалу нам удалось ее скрыть, но чем дольше, тем было хуже! -он громко вздыхает и трет переносицу. -Послушай, девочка, мы тоже с этого кайф не ловим и тоже хотим все решить, как можно быстрее и проще, но, как видишь, снова оплошали.
-Что с Ранди? Где он?
-Братья усмирили его, лишили сознания, сейчас он вернулся к человеческому обличью, в ближайшее время придет в себя, и нам придется одевать поводок на ликана, иначе, кто знает, чем это может обернуться с его-то новой силой.
-Я не могу больше, -голос звучит словно со стороны, - все, простите, я более в этом не участвую.
Внутри так холодно, пусто и страшно.
-Ты не можешь уйти! -война пытается схватить меня за руку, но промахивается и с трудом, кажется, удерживается на ногах.
-Могу. -подхожу к двери, что ведет в коридор со скрижалью. -Видишь?
-Мир погибнет, если хотя бы одна сила вырвется наружу!
-Да и хрен с ним!
Всадник раскрывает рот, явно намереваясь возразить, привести сотни контраргументов, и от этого тошно. Я не хочу его слушать, не хочу больше видеть, просто подарите мне свободу, просто дайте мне уйти!
И, прежде чем мужчина успевает ответить, жестоко перебиваю:
-Посмотри вокруг, Война, оглянись, этот мир давно протух, сгнил до самого основания и его смрад везде, в каждом, он засоряет даже самых чистых и непорочных. Мы прокляты, каждый, все до единого, не важно кременианцы или люди, мы брошены Богом на растерзание собственным грехам и мыслям! - набираю в легкие побольше воздуха. - Может оно и к лучшему? Может это единственный выход? Просто разом закончить все...
-Смертная… -рыжеволосый всадник недоверчиво смотрит, кажется, пытается подобрать слова, я же, лишь тихо вздыхаю:
-Простите, что не оправдала ваших надежд, но это выше моих сил.
Не дождавшись ответа, разворачиваюсь и ухожу, вперед, по длинному коридору, скорее, к старой скрижали.
Пальцы касаются каменной поверхности, она холодная, как и все внутри меня, тяжёлый вдох и головокружение, секунда, и я вновь в своей квартире.
========== Глава 27 "Пара взаимных убийц". ==========
Вот твой главный недостаток: когда мне холодно, тебе жарко, когда мне жарко — тебе холодно. (с) Эжен Ионеско
Дрожащие колени едва держат усталое тело, а в голове лишь одна мысль-быстрее добраться до кровати, спрятаться под одеялом от всех проблем и забыть все произошедшее, как страшный сон.
На глаза внезапно попадается зеркало, и что-то вынуждает неуверенно замереть. Спутавшиеся волосы, опухшие губы, покрасневшие от слез глаза.
А что ты хотела, Бэйт?
Неужели ты думала, что все произошедшее поможет выглядеть тебе чуть лучше, чем ужасно?
Отчего-то становиться смешно. Похоже, безумие и впрямь заразно.
А отражение смотрит на меня сквозь зеркальную поверхность, искажает безумную улыбку оскалом, и я не узнаю себя, Боже, словно чужой человек.
Кто ты, Господи? Кто же ты? Когда ты поселилась в моем теле? Как давно имеешь власть? Куда ты девала хладнокровную убийцу? Под каким замком сейчас та, что имела силы, та что была почти бесстрашна, та, которой море было по колено?
Осознание, реальные жизнь - вот что это было, вот, что скалилось на меня сквозь зеркало, вот, что душило и убивало.
Безумно хочется отпустить все, закончить, уснуть и не проснуться, не делать ничего...
Но от «ничего» становиться лишь хуже. Мир катится с невероятной скоростью на дно, в ад, и ничего не делать все ровно, что молча уйти с его дороги.
Пора с этим заканчивать, к черту эту безысходность!
Очнись же, дура!
Очнись!
Шли к черту все законы, пора брать все в свои руки!
И первым пунктом в моем новом плане было покончиться с Кремено. Вырвать его из души с корнями, с кровью, плевать! Рана заживет, все вернется на круги своя, в этот раз победа в битве за нормальность будет моей!
И уже не хочется прятаться под одеялом, хватаю мобильник и пока есть силы, пока есть решимость, набираю номер того, с кого все это началось.
Первый гудок.
Второй.
В трубке кажется немного удивленный голос:
-Лисенок?
-Нам надо встретить, через час в парке за городом.
Сбросила.
Надо торопиться, пока уверенность не покинула уставшее тело, пока отражение смотрит с одобрением.
Точка - значит точка, рубить - так под корень.
Буквально через сорок минут я уже неслась по оживлённым дорогам Бриджпорта, стоило мне пересечь мост, как движение заметно поредело, стало тише и, даже, спокойнее.
Съехав на обочину, я вышла из машины и потянулась, оглядывая пространство вокруг. Взгляд сам собой зацепился за старый полуразрушенный дом, почему-то именно сегодня захотелось прекратить обманывать себя, безуспешно пытаться убедить свое же нутро в том, что мне наплевать.
Ложь.
Ложь.
Ложь.
Подобно крохотным колокольчикам звенит голос альтер-эго в ушах. Достав мобильник и убедившись в том, что у меня есть еще немного времени, я направилась к старой заросшей тропинке, срывая по пути несколько полевых цветов, о названии которых я даже не задумывалась.
Ноги сами принесли меня туда, где стояла пожарная лестница, я запрокинула голову в поисках знакомого окна.
Да. Вот оно.
Старое, потрескавшееся и по-прежнему с открытой форточкой. Хозяйка этой квартиры давно мертва.
Осторожно положив сорванные цветы под окно, я набрала в легкие побольше воздуха. Казалось, с моего последнего визита пошла целая вечность, но я помнила каждую деталь того вечера.
Жалела ли я о том, что убила собственную мать?
Нет, никогда, эта женщина получила то, что заслуживала. Однако, это не значит, что я вышвырнула ее из памяти, ведь именно она дала мне жизнь, да только, на кой черт?
Похлопав себя ладонями по щекам, пытаясь прийти в себя, я решила вернуться к парку, где, возможно, меня уже ждал вампир.
По мере приближения к пункту назначения ноги ставились все тяжелее и неподъёмнее, мне не хотелось идти туда, но все, что было во мне истошно кричало «Надо!».
Хотя бы ради того, чтобы спасти его, чтобы не дать Каю, совершить ошибку, предсказанную Алетой.
Прохладный вечерний ветер принес первые капли дождя, заставляя меня поежиться.
Прямо таки драма, ей Богу, не хватает только угнетающей музычки на заднем плане.
Я сразу почувствовала его приближение, не знаю как и каким местом, но ровно в ту секунду, как он появлялся в парке, я обернулась.
А теперь самое сложно - удержаться, не споткнуться, не позволить ему взять верх. Закрываю глаза - пара глубоких вдохов - и в мыслях выстраивается огромная стена, которую не обогнуть.
-Ты хотела меня видеть? - как всегда красив, горд, самоуверен, с намеком на ухмылку и надменным ледяным взглядом, что проникает под самую кожу и касается сердца.
Несколько долгих секунд молчу, пытаюсь запомнить его, хоть и знаю, это бестолку, его образ навсегда вырезан на моей душе, и поди разбери дар это или проклятье.
-Почему ты закрываешь мысли? -вампир внезапно останавливается и прищуривается.
Потому что это конец.
-Не понимаю о чем ты. -небрежно повела плечами.
-Ложь. -клыки немного заострились, заставляя меня нервно всхлипнуть.
Он всегда знал, когда я лгу, и для этого ему не надо читать мысли, он угадывает это по движениям, по привычкам, которые не заметны для обычных людей. И в этом еще одна опасность, Кая не обмануть, я для него - раскрытая книга, он для меня - гримуар под семью печатями и тринадцати заветами.
Вампир приближается осторожно, словно хищник, и с каждым его шагом сердце бьётся все быстрее.
Остановись!
Не приближайся!
Иначе, клянусь, оно вырвется из груди!
-Зачем ты позвала меня? - ощущаю щекочущее чувство в голове и сильнее сосредотачиваюсь на образе стены.
Ты не пройдешь, не сегодня.
Прикусываю губы и пытаюсь подобрать слова, найти то, с чего можно начать, но как назло в голове пустота.
-Лисенок, что за игры в молчанку? - его голос обманчиво нежный, я слишком легко улавливаю в нем угрозу.
-Мы...- поднимаю глаза на мужчину и чувствую, как дрожит все тело.
Я не хочу отпускать тебя! Не хочу!
Но...Ведь так будет правильнее, да? Ведь только так я смогу спасти тебя, если меня не будет рядом, ты не сможешь пожертвовать своей жизнью.
-Точка.
Кай вопросительно приподнимает брови, продолжая слишком внимательно изучать меня.
-Наш уговор, - нервно заправляя волосы за ухо, - ты должен исчезнуть из моей жизни, как обещал.
-Ты все еще этого хочешь? - в глазах чистый лед, и так страшно замерзнуть.
Так надо, поверь.
Меня столько раз ломали, уничтожали, калечили, они терзали мое тело, мои мысли и мою душу, они хотели, чтобы я была слабой, но я вставала, всякий раз, снова и снова, отбрасывая ненужное, возводя стены, становясь сильнее.
И что теперь?
Уподобившись тем тварям, я самолично уничтожаю своё сердце, хороню его заблаговременно, погребаю заживо, а оно борется, царапает крышку гроба стертыми в кровь пальцами, вынуждая меня отвернуться и прикрыть глаза.
Прости.
Не сорвавшееся с губ слова, смешная попытка уйти по-английски*.
Я не позволю тебе умереть!
Столь громкая фраза врезается в возведенный барьер и обращаются в прах, не достигнув того, кому предназначались, а ОН стоит напротив, вглядывается в глаза, немного щурится, все еще пытается снести баррикаду в моих мыслях.
Прости.
Не в этот раз.
-И? - он сделал шаг ко мне, и теперь так близко, так опасно близко, что все внутри рвется и стонет, пальцы болят от желания обнять его.
Когда ты успел стать таким необходимым?
-Пожалуйста, - не узнаю собственного голоса, слишком жалко, даже для меня, - уходи. Навсегда! Просто исчезни из моей жизни! – я, наконец, нахожу силы ответить на его взгляд. - Просто отставьте меня все в покое! Хватит с меня вашего Кремено и его заморочек! Я человек, мать вашу! Обычный человек! Я не хочу ввязываться в ваши проблемы! И поэтому, сейчас, мы видимся в последний раз!
Вдох.
Выдох.
Умничка, Бэйт, уже лучше, намного лучше обычного молчания.
-Откройся мне, - он слегка наклоняет голову в бок,- покажи свои настоящие чувства, докажи, что это то, чего ты хочешь и, даю слово, я исчезну.
-Мои мысли, на то и мои, чтобы оставаться в моей голове!
-Что ты пытаешься спрятать от меня, пушистик? - он делает еще пару шагов и теперь, подайся я навстречу, смогла бы уткнуться в его прохладную твердую грудь, чтобы как ненормальной вдыхать внезапно столь необходимый запах тростникового сахара, чтобы дышать лишь им, чтобы сдохнуть от удушья в нем.
Обычные чувства давно уже не действительны в нашей с ним игре, тут царит иное, грань безумия, та самая, которую мы совсем скоро пересечем, но радии Бога, давай не вместе!
И мы сойдем с ума, обязательно сойдем, но прошу, давай сделаем это порознь, слышишь, Кай? Я не хочу видеть, как ты потеряешь последние намеки на здравомыслие, как пожертвуешь собой ради меня, не хочу, чтобы ты наблюдал, как я кану в бездну.
Мы сойдем с ума, слышишь? Уничтожим друг друга! Хрен поймешь, как раньше физически или морально, в какой-то момент мы просто оба потеряем рассудок. А знаешь, что самое смешное? Это неизбежно! Ведь от сказанного на языке пророка не спрятаться, но я попробую, слышишь? Попробую!
Мы давно переступили черту, а ведь оба знали - исход будет летальным. Хватит, прошу, мы должны отпустить друг друга, должны постигнуть пик безумия порознь, ты ведь понимаешь, знаю, что понимаешь. Это отражается в твоих глазах - наше чертово общее безумие. И единственный способ хоть как-то это отсрочить - разойтись по разным сторонам. Нам нужна эта бездна, нужна чтобы выжить, чтобы надуть эту тварь -судьбу и послать их всех к черту.
Точка, Кай, все кончено.
Мы обязательно сойдем с ума, но сделаем это порознь.
И пусть Господь хранит нас.
Прощай.
Два шага назад.
-Я сделаю все, чтобы забыть тебя.
Еще шаг.
-Забыть меня? - вампир запрокидывает голову и гортанно смеется, глаза изумрудно-зелёные, он быстро преодолевает расстояние между нами, хватает за руку, тянет на себя, сжимает подбородок и целует так, как может только он, вкладывая боль, отчаянье, ненависть и снова боль.
Держись, Бэйт, прошу!
К черту!
Руки обвивают его талию, прижимаюсь как дешевая шлюха, лишь бы дольше чувствовать его прикосновения, только бы он не прекращал.
Вампир тянет меня за волосы, царапает клыками губы и впивается в крохотную ранку, отчаянно высасывая кровь по капли.
Только не ломайся.
Прошу.
Он прекратил так же резко, как начал, грубо схватив меня за плечи и оттолкнув, брезгливо стерев кровь с губ и, со свойственной лишь ему королевской надменностью, ухмыльнулся.
-Понравилось, зверюшка?
Тело дрожит, оно все еще чувствует холод его пальцев на коже.
