сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 54 страниц)
-Это же Натаниэль Скил! – послушался вскрик откуда-то справа, мы разом обернулись, писатель попятился назад, но не успел, толпа девиц моментально окружила его, вынуждая нас с Каем отойти на несколько шагов, поймав извиняющийся взгляд Натана, я смогла кивнуть и улыбнуться, давая понять, что все хорошо.
-Ты задержалась у нее, - тихий шепот дразнит, проникая в самое сердце и жестоко раздирая его, лишь потому что так напоминает его «Повтори».
-Она порадовала меня фактом о том, что не все ее предсказания сбываются, – так же тихо отвечаю, пряча глаза, – не переживай, я не пыталась выяснить о тебе.
-Неужели поумнела? – губы складываются в улыбку, но взгляд внимательный, пронизывающий.
-Кай, послушай, не делай так больше, ладно?
-Не делать чего? – мужчина ухмыляется, конечно же он знал о чем я, да даже если б не догадался, прочел бы в мыслях.
-Того, что ты делал в кинотеатре. – заливаюсь румянцем, опускаю глаза, рассматривая собственную тень под ногами. – Я встречаюсь с Натанам, возможно, может быть что-то серьезное, а ты начинаешь…
-Чувствуешь, что придаешь его? Верно? – от его насмешки становиться не по себе, но я тихонько киваю. – Ты придаешь его не потому, что я тебя лапал, словно последнюю шлюшку, а потому, что ты получала от этого удовольствие. Прежде, чем ты скажешь, что это не так, я напомню тебе, что умею читать мысли, а твои были до смешного очевидными, не вини меня в своих грехах, зверюшка.
Голова резко закружилась, не верю, что он сказал это, назвал последней шлюшкой, хочется убежать, дальше, глубже, во тьму, навсегда. Но что-то гаденькое внутри тихонько поддакивает вампиру, он прав, Господи, он прав…
-В любом случае, не смей больше меня трогать, ясно?!
-А иначе что? – мужчина наклоняется так, что бы глаза с зелеными искрами находиться на уровне моих. – Что ты можешь, лисенок? Поцарапаешь мою спину в порыве страсти?
-Пошел ты на хрен! Я сказала, этого никогда не случиться! Да я лучше сдохну, чем лягу с тобой в одну постель!
-Твоя наивность так мила. – язык скользит по заострившимся клыкам, а я ловлю себя на том, что слежу за этим движением словно зачарованная.
Да черт бы вас всех подрал!
-Простите. – смущенный голос писателя приводит меня в чувства и прерывает гневные триады в сторону ненавистного вампира.
-Сложно быть знаменитостью? – зло ухмыляется Кай, зачесывая черные волосы назад.
Боже, и почему эта дурацкая челка всегда приковывает внимание? Особенно, когда скользит по его лицу и беспорядочным потоком прикрывает один глаз.
Натан одарил нахала снисходительной улыбкой и, промолчав, взял меня за руку:
-Ты хорошо себя чувствуешь? Выглядишь бледноватой.
Краем глаза замечаю зеленые сполохи в глазах вампира, кажется, поведение писателя ему не понравилось, губы скользят в улыбке:
-Ты такой заботливый, - перевожу взгляд на Скила, – я в порядке, правда.
Натаниэль наклонился, коснулся губами моей щеки и, не отпуская руку, повел сквозь веселящуюся толпу.
Его пальцы были теплыми, так странно было чувствовать это, пожалуй, я могла бы насладиться моментом и расслабиться, но все мое внимание было уделено шедшему за спиной темноволосому мужчине, чьи ледяные глаза как-то уж слишком внимательно изучали происходящее вокруг.
Нервно прижавшись к писателю, я молила Бога, чтобы все закончилось хорошо, чтобы сегодня никому не приспичило убивать меня, но, увы, Бог давно уже не слышал моих молитв…
Стоило нам отойти подальше от всеобщего празднества и свернуть в безлюдный переулок, как послышался странный звук…знакомый до боли…до ужаса…до дрожи в коленях…
Чужие пальцы сомкнулись на моих плечах, кажется, даже сквозь верхнюю одежду я ощущала на сколько они холодные, рывок, и меня буквально отшвырнуло к стене дома.
Еще не очухавшись, я поняла, что там, где я стояла буквально мгновение назад, пронеслась пуля. Ноющая боль атаковала спину, кажется, там останутся синяки, я смогла приподняться и едва не подавилась потоком воздуха, вампир стоял, прищурившись смотря в темноту, если бы не он, мое тело сейчас украшало бы этот и без того жутковатый квартал.
-Какого…?- Натан не успел договорить, звук повторился, вторая пуля, рассекая воздух, попала в цель, и мой крик пронзил тишину.
Нет! Пожалуйста! Только не это!
На дрожащих ногах, которые резко перестали меня слушаться, я кинулась к писателю.
Пожалуйста! Пожалуйста!
Но рука Кая сомкнулась на моем локте, все еще переливающиеся зеленью глаза были устремлены в темноту.
-Отпусти! Черт! Отпусти! Он умирает! – отчаянно пытаюсь вырваться, но вампир не реагирует. – Отпусти меня!
Что было сил пнула наглеца, видимо, не ожидая подобного, он ослабил хватку, я воспользовалась моментом и кинула к Натану.
Только подожди, слышишь?! Подожди! Не смей умирать!
Пуля попала в живот, и я прекрасно знала, что ужасная кровоточащая рана была смертельной.
Карие глаза покрылись дымкой, но все внимание писателя было устремлено на меня, его рука дернулась, но, видимо, ему уже не хватило сил чтобы поднять ее, губы приоткрылись, послышался, кашель, тонкая струйка крови…
Нет! Ты не можешь умереть!
-Ты такая красивая, Вен. – его голос звучит тихо и слабо, снова кашель, его кровь на моих руках, и ее все больше и больше…
-Все будет хорошо, – по щекам текут слезы, – ты не умрешь.
Вру, снова, даже сейчас!
Оборачиваюсь и вижу рыжего пса, который на секунду замирает возле Кая, получив от него кивок, зверек исчезает в темноте.
Это был Ранди?!
-Вызови скорую! Немедленно! – голос срывается, в глотке ком.
Почему?! Почему это должно было случиться?!
Но вампир не реагирует, прячет руки в карманы черных брюк и смотрит на меня с усмешкой:
-Ты прекрасно знаешь, что скорая ему не поможет.
-Он не должен умереть! Слышишь?! Не должен!
-Мне плевать. – пожимает плечами, устало обводит улицу взглядом.
-Спаси его! Ты же можешь! Твоя кровь…ты можешь его вылечить!
Вампир разразился смехом:
-С чего вдруг я должен делиться кровью со слюнявым писакой?
А Натан делает еще один судорожный вздох, рана кровоточит все сильнее.
Только не умирай, прошу тебя, останься со мной!
-Ты не можешь так просто стоять в стороне и смотреть! –утопаю в отчаянье, становиться страшно, все мысли стремятся в одном направлении «он умрет, ты потеряешь его».
-Спаси его! Ты слышишь?! Кай! – и я уже не узнаю своего голоса, чужой, отчаянный, мне нельзя было сближаться с Натаниэлем Скилом, но я пошла против правил и поплатилась за это.
-И не подумаю. – от мерзкого равнодушия все внутри сводит, я должна что-то придумать, я должна найти способ…
-Я сделаю все, что ты скажешь! Исполню любое твое пожелание, если ты вылечишь его! – пугающе тихо, закрываю глаза, крепко сжимаю руку задыхающегося, это была страшная смерть, полная мучений и боли, но я не могла отпустить его, только не Натана.
-Ты понимаешь, что заключишь со мной сделку? Тебе это может дорогого стоить. – он оказывается близко, даже слишком, в другой ситуации я бы отметила чарующий аромат его одеколона, заметила бы заинтересованные искры в надменном взгляде, но не сейчас, все было не важным, за исключением жизни писателя.
-Да, – закусываю губу, понимаю, что пожалею об этом, но выхода нет, – я готова на это.
Схватив меня за руку, совсем не церемонясь, мужчина оттолкнул мое размякшее тело.
Он спасет его?! Неужели, правда спасет?
Несколько долгих секунд, которые кажутся вечность, он внимательно изучает Натана, тяжело вздыхает, подносит свое запястье к губам и беспощадно раздирает его.
Я невольно прикрыла рот, стало страшно, пожалуй, самое время жалеть о том, что я впуталась во все это дерьмище!
А тем временем вампир пальцами раскрыл рот мужчины, вливая в него свою кровь, Натан закашлялся, карие глаза распахнулись в ужасе, конечно же он не понимал, что происходит. Кай зажал ему рот, заставляя проглотить алую жидкость, и захотелось отвести глаза, я все еще помнила, как прекрасна его кровь на вкус. От этой мысли едва не выворачивает наизнанку, не выдерживаю, закрываю глаза и слышу, как медленно восстанавливается дыхание Скила и от облегчение хочется взвыть.
Он выживет…Слава Богу, выживет…
«Готовься раздвигать ножки, Бэйт!» - альтер-эго устроилась на диване. – «Я догадываюсь, какую оплату потребует пиявка!»
Но сейчас это было не важным, далеким и бесполезным, не хотелось думать, бояться, все отошло на второй план, пока холодные пальцы не коснулись плеча:
-Все в порядке.
Поднимаю голову и встречаюсь с ледяными голубыми глазами:
-Нам придется разгрызть небольшой спектакль.
-Что? – прежде чем вопрос сорвался с губ, кулак вампира врезался в голову Натана.
-Какого хрена?!
Я вскочила на ноги, позабыв про усталость и все пережитое сегодня, Кай не отреагировал, достал мобильник и равнодушным голосом заявил:
-Да, подозрение на сотрясение. - пауза, глаза блестят. – Нет, на нас напали. Нет, только он. Нет, в полиции нет нужды, они сбежали. Хорошо, ждем.
Комментарий к Глава 13 "Теряя контроль".
*Па - танцевальное движение в балете.
*Алета – правда.
*Захария (мужское имя) - бог помнит.
*При описании внешности Антихриста, всегда упоминается то, что он будет иметь явный дефект, а именно, один его глаз (правый) будет иметь цвет жухлой (сгнившей, испорченной) виноградины. От сюда следует две версии, если имеется ввиду зеленый виноград, то соответственно глаз будет желтым, если же черный, то это будет темно-фиолетовый цвет. От сюда понятие «глаза Антихриста» т.е желтые или темно-фиолетовые.
========== Глава 14 "Твои слабости". ==========
Свобода человека заключается в том, чтоб выбрать себе рабство. (с)
Пауло Коэльо
Щеки стали липкими от уже высохших слез, я сидела на старом покачивающемся стуле и крепко сжимала руку Натаниэля. Его дыхание было ровным, врачи заверили, что с ним все в порядке, через несколько часов он должен прийти в себя, пару дней побудет под наблюдением и смело сможет вернуться домой.
Они не понимали почему я так плакала, не понимали почему отчаянно настаивала на том, чтобы быть с ним рядом, ведь они не видели ту самую пулю, что беспощадно разорвала его кожу, они не знали, что буквально за несколько минут до их приезда он практически покинул наш мир.
Когда скорая приехала, я в истерике колошматила грудь Кая, который отказывался что-либо мне объяснять, лишь потом, в машине скорой помощи, до меня дошел смысл произошедшего. По словам вампира на нас напали грабители, они ударили Натана по голове и попытались добраться до нас, но, благодаря навыкам борьбы, он смог обезвредить ублюдков, один из которых напоролся на нож друга, от сюда кровища.
Эта была одна из самых глупых историй, которые я когда либо слышала и удивилась тому, что люди в белых халатах ему поверили, лишь позже заметила, как мерцали его глаза, лишь тогда все стало очевидным, он заставил их поверить.
Нас троих доставили в ближайшую больницу, по сути, мы были уже свободны, но я не могла оставить Натана одного, не после того, что он пережил, не тогда, когда едва не потеряла его.
Прекрасный день обернулся кошмаром, я чувствовала дикую усталость, но всячески старалась не замечать ее, всякий раз, закрывая глаза, я видела его, лежащего на холодной земле в темном переулке, тоненькая струйка крови сползала из уголка губ и охрипший голос «Ты такая красивая, Вен».
Внутри все сжалось, конечно же он не знал, что в него стреляли из-за меня, не понимал, что я была причиной всего этого балагана, если так подумать, не окажись Кай рядом…
Я перевела глаза на распахнутую в палату дверь, мужчина с темными волосами стоял, облокотившись на косяк, ледяные голубые глаза устремлены куда-то далеко сквозь стены, челка взлохмачена, руки в карманы. Он стоял так самого начала, с той самой минуты, как я, распахнув дверь, кинулась к больничной койке, касаясь мертвенно-холодной руки Натаниэля Скила.
Кай не сказал ни слова, это настораживало и пугало.
А ведь я даже не поблагодарила его, ведь он спас мою жизнь.
Собрав остатки сил и заставив себя выпустить руку Скила, я, пошатывающейся походкой, направилась к вампиру, который никак не отреагировал на мое приближение.
-Прости, – мой голос тихий, становиться стыдно и не ловко, – я не поблагодарила тебя.
-Это была сделка, а не благотворительность. – равнодушный тон, так жестоко режущий слух, сжимаю руки в кулаки.
-Не за на Натана, за меня.
Глаза наконец отрываются от созерцания стены и замечают меня, спокойное пожатие плечами:
-Пока что ты нужна мне, твоя смерть была бы крайне неуместна.
-Как ты? – вопрос звучит странно и некстати, чувствую, как щеки начинают наливаться краской, я просто побеспокоилась, тут нет ничего криминального.
-Ты страдаешь хренью, лисенок. – но в его голосе звучит хрипца, та самая, что сводит с ума, и я не решаюсь посмотреть на него.
-Я просто…я…- начинаю заикаться, понимаю, что нет смысла оправдываться, он уже все понял, – тебе наверное нужно питание.
-Хочешь предложить себя? – жестокая насмешка, такая привычная для него, такая холодная и пугающая.
-Я хотела поговорить на счет…-запинаюсь, чувствую, как меня начинает трясти и так некстати, снова перед глазами то, что показала гадалка и его «повтори».
-Ты так ничего и не поняла, зверюшка? – его пальцы зарываются в черный шелк волос, он устало вздыхает и снова смотрит куда-то мимо меня. – Я не принуждаю девушек к сексу, да и зачем мне это? – опасная улыбка освещает лицо. – Не вижу смысла тратить такую возможность на то, что и так рано или поздно сбудется.
-Сомневаюсь, – поджимаю губы, так не хочется с ним снова ссориться, не в этот полный ужаса день, – тогда, что я буду тебе должна?
-Посмотри на меня. – его голос устрашающе тихий, едва слышный.
-Что? – на секунду показалось, что я ослышалась.
-Посмотри на меня. – повторяет громче, на лице появляется странное выражение.
-А я что по твоему делаю? – становиться совсем не по себе, отступаю, напрягаюсь.
-Не так, – он, наконец, отталкивается от дверного косяка, и, слегка наклонившись, рассматривает меня, - ты смотришь сквозь.
-А? - утрачиваю способность мыслить, замираю, тону в небесно-голубых глазах таких прекрасных и таких холодных.
-Я хочу, чтоб ты хоть раз посмотрела на меня, – выражение лица серьезное, даже, кажется, немного растерянное, – не так как ты делаешь обычно, ты ведь не видишь меня, - губы замирают в грустной усмешке, - смотришь на зверя, на ужасного монстра с клыками, на убийцу, на вампира, на Неистового, но не на меня…
-Кай… – автоматически отступаю от него на шаг, а он не шевелится, лишь продолжает практически шептать.
-Я хочу, чтобы ты хоть раз посмотрела на меня как на мужчину, забыла о зеленых глазах, о клыках и о моей репутации, чтобы ты увидела во мне того, кем я являюсь. – и секундная грустная вспышка в его глазах, которая жестоко выдирает что-то из моей груди.
-Мы будем в расчете, как только я увижу в твоем взгляде то, что хочу видеть. – вздыхает, трясет головой, словно пытается прийти в себя и резко разворачивается в противоположную сторону.
Уйдет.
Удары сердца заглушают все вокруг, хочется сползти по стене и заплакать, выплакать все, что со мной произошло, его руки, на моих коленях, которые были такими желанными, его шепот в видении, который сводил с ума, то, как он схватил меня за плечи, чтобы спасти, не выдерживаю и кричу на весь коридор, наплевав на персонал и пациентов:
-Я не могу смотреть на тебя так!
Ровная спина облаченная в черную куртку замерла, он не повернулся, просто остановился в ожидании продолжения, я хотела прекратить, действительно хотела, заткнуться, уйти к Натану, но не смогла.
-Я никогда не посмотрю на тебя так! Слышишь?! Никогда! – глаза защипало, в голове все загудело, альтер-эго отчаянно молило меня замолчать, но кто его вообще слушает? – Я никогда не забуду про то кто ты, никогда не посмотрю на тебя как на мужчину! – голос срывается, звучит жалко, больше похоже на оправдание. – Я никогда не смогу этого сделать, потому что…- и вмиг все обрывается катится к чертям собачьим, потому что с губ слетает то, что я никогда бы не произнесла в здравом уме, – потому что тогда я влюблюсь в тебя, а после, ты меня уничтожишь!
В коридоре повисла тишина, никто не смел ее нарушить, лишь мое слишком частое дыхание, вампир слегка повернул голову и посмотрел на меня из-за плеча:
-Пес приходил и просил передать, что стрелявший в вас мертв.
Говорит спокойно, на лице не одной эмоции, а до меня не сразу доходит смысл, прикусываю губу, сильнее, еще сильнее, пока во рту не появился металлический привкус, вампир приподнял темные брови, тяжелый вздох, и он растворился в пустом коридоре, словно его и не было, будто бы все это лишь галлюцинация.
Облокачиваюсь на стену, поднимаю глаза и смотрю на отвратительный белый потолок, запрещаю себе плакать, достаточно и так уже стала походить на истеричку.
