Текст книги "Сумрак Андердарка (СИ)"

Автор книги: Sedrik&Rakot

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 28 страниц)

– Она Арфист?

– Нет, она просто целительница храма и очень добрая женщина, – Греххэм вновь улыбнулся в усы. – Что ж, отдыхай, – который раз повторил священник, – я зайду на кухню и велю принести тебе ужин, или скорее уж ранний завтрак, и передам Эльвитере не тревожить тебя во время общего подъёма.

– Спасибо вам, брат Греххэм, – чародейка запоздало подскочила с кровати и поклонилась уже повернувшемуся к двери старику.

– Не стоит, сестра, не стоит, – тот сделал неопределённый жест рукой. – Не меня ты должна благодарить, совсем не меня, – замерший в уже открытом дверном проёме священник опёрся обеими руками о навершие посоха, после секундной паузы повернулся к женщине и, поймав её взгляд, с намёком поднял глаза к потолку.

Большего было не нужно.

– Я… я поняла, – тихо прошептала Ниса, опустив взгляд, но только что собиравшийся уходить священнослужитель почему-то задерживался.

– К Мистре посылаешь голос свой или к кому из покровителей знаний? – наконец нарушил молчание и открыл причину своей задержки помощник настоятеля.

– Я… – девушке внезапно стало стыдно и неудобно, и хоть умом она и понимала, что задавший прямой вопрос жрец Тира не обидится, узнав о её вере, тем более что и сам он это уже предположил, но всё равно признаваться в храме жрецу, который уже сильно тебе помог и ещё многое собирался сделать, что ты возносишь молитвы другому богу, пусть и тоже светлому, было очень неудобно. Но всё-таки прямой вопрос требовал ответа. – Я волшебница… – выдавило непослушное горло.

– Значит, Мистра… – кивнул человек. – Помолись ей. Богам редко кто-то молится, чтобы просто сказать «спасибо», всё больше чего-то просят. А вот ты можешь поблагодарить искренне, есть за что, а это редкость, почти как настоящая добродетель. Даже если и не она это была, то ничего страшного, во Вселенной всё взаимосвязано, может, и твоему спасителю кто-то так же скажет спасибо «по ошибке», вот и зачтётся, – коротко взглянув в глаза собеседницы, Греххэм понял, что разговор и впрямь пора заканчивать.

Увы (или к счастью), не каждому дано познать на собственном опыте, что такое два месяца сидеть в соседних клетках со жрецом Талоны, ожидая, когда толпа безумных дикарей решит приготовить тебя в качестве основного блюда на какой-то религиозный праздник. Безвыходность ситуации, невозможность придушить своего визави на месте, полное отсутствие иных собеседников, чей язык ты понимаешь, на многие поприща вокруг и общий, хм, колорит обстановки делают религиозные диспуты практически единственным возможным времяпрепровождением. Как признавал сам Греххэм, данный жизненный опыт оказал на него очень благотворное влияние и значительно расширил кругозор.

– Ну, пойду я, годы уже не те, а работёнки на эту ночь ваша группа мне прибавила. Эх, успеть бы всё до утренней службы, – глядя на слегка удивлённое лицо девушки, старик ещё раз улыбнулся в усы и вышел за дверь, плотно её притворив.

Зайти к целительнице и на кухню, где почти никогда не прекращалась работа, много времени не заняло, и через двадцать минут помощник настоятеля вошёл в свои комнаты. Можно было бы, конечно, и это называть кельей, но грешить против истины – большой грех. Три комнаты, одну из которых занимала личная (и совсем не маленькая) библиотека, никак не тянули на скромное название «келья», хотя роскоши тоже особо не было, в основном к ней можно было причислить различные подарки или трофеи ещё со времён молодости. Ну в самом деле, не выбрасывать же настоящую голову глубинного дракона? Она, разумеется, не так велика и солидна, как у повелителей небес, но где в наше время можно такую достать? Спускаться в Подземье дураков нет, он сам-то её обнаружил в склепе безумного полуразложившегося вампира, который до того ошалел, что во время боя пробил заклинанием свод и сгорел от солнечного света, так и не поцарапав ни одного из Арфистов, пришедших очищать его логово. Вот всегда бы так. Или вон та чудесная ваза времён расцвета эльфийских держав. К сожалению, работы мастеров какой из них, установить так и не удалось, определённо одна из светлых, а вот кто конкретно – не ясно, но ведь не выкидывать? Всё-таки память, да и в средствах он не стеснён, чтобы продавать такое сокровище, вот если бы храму или Ордену срочно потребовались деньги…

Воспоминания об ордене заставили отвлечься от созерцания интерьера и пройти к рабочему столу, как всегда, полному ещё не прочитанных бумаг, но сегодня они могли подождать, а завтра… ну, несколько ночей без сна – не самое тяжёлое испытание в его жизни.

Достав чистые листы пергамента и перо, Греххэм быстро, но с отработанной за долгие годы аккуратностью изложил недавний рассказ группы собратьев по ордену, постаравшись как можно меньше его исказить, а также обстоятельства встречи с ними и некоторые свои соображения. Не очень значительные и больше по тому, что касалось границы Тетира и Калимшана. В целом, вышло изрядно. Но священнослужитель всё равно перечитал весь текст, пометил ошибки и переписал всё набело, после чего сложил получившуюся папочку доклада на край стола и, встав, тихо подошёл к окну, за которым уже начал брезжить рассвет.

Иллюзий Греххэм не питал. Разумеется, и как слуга Тира, и как член ордена Арфистов он был крайне рад, что его собратья смогли сбежать, а пленившие их прогнившие души получили по заслугам. Что бы ни планировали эти подлые люди, оно никак не могло быть безвинным и благим для мира. Скорее уж его собратьев по ордену везли для жертвоприношения – последние годы у беспокойного соседа замечались странности, которые можно было бы интерпретировать как попытки играться с силами внешними – враждебными и жаждущими сеять зло в землях всего Фаэруна. Однако попытка принести в жертву верных слуг Справедливости, ещё и со столь сложным маршрутом их доставки, говорит о том, что культ уже весьма окреп в землях пустыни и его покровитель уже не удовлетворяется простыми рабами. А это означает гибель на алтаре уже многих сотен невинных. И тут воображение жреца пасовало, даже ему не хотелось представлять себе, что могли сотворить с пленными обитатели Абиса в своём ужасном мире.

– Тир, защити их души, – сами собой прошептали морщинистые губы, а руки сложились в ритуальный символ. – Надо будет сегодня же провести воззвание о защите всех несчастных, попавших в лапы исчадий, и переговорить с настоятелями других храмов!

Внезапно появившаяся идея значительно успокоила священника. Это воззвание – коллективная молитва не была панацеей, но у неё был шанс, история знала примеры, когда боги, откликаясь на молитвы своих последователей, действительно спасали души тех, кого демоны уже утянули в свои миры. В любом случае его долг был в том, чтобы попытаться.

И тем не менее что-то продолжало его тревожить, но… слишком мало он знает о ситуации и раскладах на побережье Лунного моря.

«А ещё надо написать Алисии и Трофалю, их охота, конечно, полезна, но в этом деле хорошие разведчики ордену сейчас пригодятся больше».

Приняв данное решение, жрец вновь направился к столу дописывать послание, которое, будучи магически размноженным, также при помощи магии уйдёт сразу нескольким адресатам, некоторые из которых довольно известны в мире, а о некоторых не знает почти никто. А также писать ещё два письма, для адресатов совсем уж частных и незначительных в мировом масштабе, что, однако, нисколько не мешало им быть неплохими мастерами своего дела и друзьями одного стареющего человека…

Примечание:

(*) Ехал как-то по дороге знатный барон, спасаясь от врага, разбившего его дружину, взявшего замок и занявшего земли, а с ним три телеги, гружённые золотом и ценной утварью. Верных слуг осталось всего ничего, началась гроза, а впереди как раз замаячило подворье паладинов, ну барон и приказал завернуть к слугам божьим, ибо, как известно, они в дворянские дрязги не встревают. Паладины открыли, вежливо поприветствовали и попросили за постой всего десяток серебряных монет за всех, просто чтобы было на что сена лошадям у ближайших крестьян купить да запасы еды, что вновь прибывшие люди съедят, пополнить. Но барон то ли по жизни дурной был, то ли в дороге перепил, в общем, стал на паладинов бочку катить. Мол, вы же святые воины, клялись людям помогать, защищать, оберегать и так далее. Долго он распинался, до того дошло, что услышал это настоятель, уже сам человек в летах, давно доспехи не носивший, но с жизнью, событиями богатой и знакомствами обильной. Вышел он на двор, послушал и, когда в монологе разошедшегося дворянина наступила пауза, этак вежливо уточнил:

– Так вы, любезный, за помощь ближнему ратуете и делиться призываете?

– ДА! – яростно возопил барон, ещё ничего не поняв. – А эти!..

Но закончить ему не дали. Не обращая больше внимания на больного, настоятель обратился к своим рыцарям и, небрежным жестом махнув на телеги, скомандовал:

– Вы все слышали, этот добрый человек только что пожертвовал своё имущество в пользу храма, так и быть, дадим приют ему и его людям бесплатно…**

(**) Существует мнение, что шутка имеет под собой реальную предысторию, а подлинное имя скупого барона – граф Раймон де Бейсак, проживавший на территории Альянса Лордов примерно за 250 лет до описываемых событий. Однако его потомки это категорически отрицают, хоть и признают полное и внезапное обнищание некогда весьма богатого рода именно в период его жизни, по так и не ставшим официально известным причинам. Также потомки отрицают и лютую неприязнь графа к паладинам, возникшую во второй половине его жизни, хотя современники в своих воспоминаниях утверждали обратное.

Глава 4

Более-менее разобравшись с покушением, ответом на него и разгребанием внезапных проблем в лице Арфистов (насколько запутывание этого дела вообще может быть «разгребанием»), мы вернулись к тому, на чём нас прервали. Нет, не разврату… ну, не только разврату, ведь тема обеспечения себя рядом ценных реагентов, что можно с пользой и самим использовать, и в Подземье выгодно продать, никуда не девалась, даже стала стоять несколько острее. Особенно в ракурсе того, что кое-каких договорённостей мы в тот раз успели достичь и за счёт наличия телепортации в арсенале Шеллис даже не прошляпили, пока я блуждал в творческом угаре. Но в том-то и дело, что лишь «кое-каких», уж слишком внезапно пришлось прерывать наш коммерческий визит, даже до Грозового Камня так и не выбрались.

В общем, закончив с поднятием бойцов Зентарима в качестве нежити, разбором боевых трофеев и выпроваживанием группы борцунов за Добро и Справедливость на другой край мира, мы решили не откладывать дело в долгий ящик и вернуться в Кормир. Правда, из-за того, что моя спальня в нашем доме теперь вызывала ряд не самых приятных воспоминаний у всего нашего коллектива, оный коллектив как-то сам собой распался. Айвел с Лин и Тмистис изъявили желание укатить в Грозовой Камень, чтобы оформить все наши интересы там, заодно проведав знакомых, Эндаэль с Шеллис взялись договариваться с местными поставщиками, я же принялся повышать защищённость поместья. Всё же практика показала, что формальное отношение к этому вопросу чревато появлением лишнего куска зачарованной стали в глубине сердца, а быть наступающим на одни и те же грабли дураком я совсем не желал, особенно теперь, когда доподлинно узнал у профессионалов количество дыр в имеющейся защите.

Словом, все были при деле, ну а так как с торговыми делами основную работу мы всё-таки сделали ещё в прошлый раз и я там, откровенно говоря, уже был действительно необязательным элементом, то в своё направление я погрузился полностью, не постеснявшись задействовать свой почётный титул магистра ордена Боевых Магов Кормира. Это устраивать себе канал поставок реагентов для торговли с Подземьем через них я считал слишком наглым, да и просто не очень безопасным, так как лучше работать с несколькими поставщиками, чем полностью зависеть от одного, а вот спросить совета на тему магической защиты объекта было не только вполне уместно, но и ценно. Всё-таки как бы силён я ни был, далеко не все области знания я успел освоить на высоком уровне, а тут ещё и тема вполне пристойная, не то что некромантией интересоваться.

И вот тут-то и начались не то чтобы проблемы, скорее предвестники потенциальных неприятностей. Нет, меня не догнали наконец-то отчёты по деятельности, что высылались мне, как одному из магистров, на дом в Сузейле. И меня даже не попросили сотворить ещё пару-тройку свитков с телепортацией того или иного разлива. Всё оказалось проще, ведь, нагрянув в центральный штаб Ордена со своими пожеланиями и вопросами вида «а не подскажут ли уважаемые коллеги, кого из компетентных специалистов я сейчас мог бы привлечь, разумеется, компенсировав его время?», я волей-неволей начинал взаимодействовать с орденской структурой. Не то чтобы я и до этого с ней не взаимодействовал, но, скажем так, не злоупотреблял этим, особенно после того, как фактически закончил уроки по фехтованию, полностью переняв нужный мне стиль. Чисто теоретически мне было бы правильно посещать некоторые собрания, пусть на них у меня имелся лишь чисто совещательный голос, но это значило влезать в политику Кормира и дела Ордена, чего я не хотел, так что, даже получая извещения о таких собраниях, как правило, на них забивал. С учётом некоторой формальности моего звания магистра и отсутствия полноценного членства в Ордене другие магистры на это тоже закрывали глаза, не желая давить с полноценным втягиванием в свои ряды. Словом, я не лез в их дела, не пытался куда-то срывать боевые звёзды магов и не злоупотреблял скидками и доступом к поставщикам и мастерам, при этом был открыт к прямым предложениям работы по профилю, так что ко мне никаких претензий у одних из самых уважаемых людей королевства не было. Здесь же претензии не то чтобы появились, но…

Я оказался в городе как раз накануне очередного собрания, сдёрнул на задание одного из спецов по установке магической защиты Колледжа Боевых Магов Сузейла и две недели подряд его эксплуатировал, попутно скупая у Ордена же реагенты для работы. Как итог, кто-то решил, что «раз уж он всё равно оказался поблизости…», ну и пригласили поучаствовать. Лично пригласили, а не письмом, отчего игнорировать стало совсем уж неудобно, особенно с учётом того, что работы над защитой поместья обещали затянуться ещё дня на четыре. Всё же магическая фортификация – это отдельный, сложный и глубокий раздел искусства, где мало просто выпотрошить на знания пару вампиров, что-то понимающих в теме, и прочитать лабораторные заметки давно почившей некромантки, что тоже умела защитить свой дом. Тут надо практический опыт иметь, знать, как совместить разные зачарования в единый контур защиты без конфликтов элементов, ну и понимать, что в густонаселённом городе на защиту периметра вешать можно, а что не стоит. Последний пункт особенно важен магу крови и некроманту в ракурсе сохранения реноме приличного человека.

Короче, пришлось идти, и всё бы ничего – умения молчать с умным видом и не отсвечивать я не потерял, но тут на совете всплыла тема, что мне си-и-ильно не понравилась.

– Териамар? – я вскинул бровь, делая вид, что удивлён и вообще не сразу вот так вот вспомнил, что это такое. – И что с ним за проблема?

– Пока, – подчеркнул слово мой учитель «магического фехтования», что также присутствовал, – проблемы нет. Однако до нас стали доходить нехорошие слухи, будто бы живущие там орки начали вести активную торговлю с Крепостью Зентил. И, возможно, даже объединились под единым вождём.

– Вот как… – протянул я, мысленно поминая нехорошим словом Гара с Рунгом и особенно их желание прикупить зерна и тканей.

– Ох, право слово, мастер Эаренил, – вздохнул глава всех орденских алхимиков и артефакторов, – эти разбойники с побережья Лунного моря готовы торговать даже с лесными троллями, если это сулит прибыль. А уж орков они привечают, сколько я себя помню. Но Териамар далеко, есть ли нам до него дело, если эти же люди постоянно подстрекают дикарей в Каменных Землях атаковать наши границы и рушить торговлю с Долинами? Для нас важнее разобраться с этой проблемой, а Теримар оставим Тэшвейну и Долине Кинжала. Они к нему куда ближе.

– Так-то оно так, – покивал пожилой магистр, отвечающий непосредственно за боевых магов, именно под его руководством ходил Ансельмо де Гратти, да и, по сути, всякие наёмники и сторонние специалисты, которыми мы с девчатами до недавнего времени числились у Ордена, тоже относились к его епархии, – вот только если там и правда появился вождь, достаточно сильный, чтобы объединить всех сородичей в единую орду и заключить союз с самым агрессивным городом Лунного моря, это может стать проблемой не только для Земель Долин, но и для нас. Совместный удар с двух сторон по Долине Кинжала может очень сильно изменить расстановку сил в регионе и даже дойти до нас.

– Какую бы орду они ни собрали, им не пройти дальше Шэдоудэйла, – хмыкнул самый молодой из человеческого состава магистров – мастер Тсолас, он, как я помнил, отвечал за торговлю и прочую административку, включая и просто логистику. – Там башня Эльминстера, а в Крепости Зентил нет никого, кто мог бы претендовать на звание даже обычного Архимага, да простят мне собравшиеся такое абсурдное словосочетание. Однако же все мы знаем, что между званием Архимага, коего способны своим трудом достичь честные маги, и силой Избранного Мистры лежит пропасть. И одной ордой орков эту пропасть не заполнить.

– Эльминстер десятилетиями может не появляться в своей башне, пропадая на Внешних Планах или ещё где-нибудь, – возразил глава боевого крыла Ордена. – Никто не знает, что у него на уме и в какие дела он соизволит вмешаться. Ещё наши друзья эльфы давно убедились, что рассчитывать на него – это как играть в карты с шулером: выиграешь, только если это входит в его планы, а во всех остальных ситуациях он всегда найдёт, чем оправдать своё бездействие, даже если помощь обещал.

– Серьёзно? – думал, только я отношусь к нему с настолько сильным предубеждением.

– Его нельзя упрекнуть в предумышленности такого поведения, по крайней мере, ни у кого не получалось такое доказать, – посмотрел в мою сторону эльфийский мастер меча, – но его жизнь полна стечений обстоятельств, где он или не мог прийти на помощь по самым уважительным причинам, или его союзники получали удар вне пределов его зоны ответственности.

– Мы не отрицаем вклад, который Эльминстер внёс в историю мира, – продолжил за моего наставника всё тот же престарелый магистр, руководящий военными силами Ордена, – однако никто в здравом уме не будет безоговорочно верить в человека, все соратники и друзья которого так или иначе нашли смерть, даже если речь о великих магах эльфийского народа, в то время как он сам за тысячи лет своих свершений не лишился даже пальца. Пусть все обстоятельства выглядят как угодно пристойно, но лично я бы не хотел, чтобы и Кормир пополнил список тех держав, что погибли по какой-то пристойной и естественной причине, только потому, что слишком доверился Эльминстеру.

– Кроме того, – тут же продолжил мысль Эаренил, – мы не можем быть уверены, что орда пойдёт именно в Земли Долин. С тем же успехом Таргейт может использовать орков для окончательного подчинения земель вдоль реки Тэш и западного побережья Лунного моря. Или же заставить их обойти горы Пустынного Зева вдоль Анаурока, спускаясь к нашим Каменным Землям, где, объединившись с местными племенами, они смогут угрожать уже нашим границам.

– На мой взгляд, вы всё-таки несколько сгущаете краски, Наставник, – не смог промолчать я, слушая, как меня уже записывают в главную угрозу королевству, когда я ну во-о-обще не при делах. – Сбор орды сложно не заметить. Насколько я знаю, все подобные примеры сопровождаются повышением активности орков с разорением соседних селений и значительным увеличением числа блуждающих по округе банд, в которые вливаются дикари издалека. Но я не слышал ни о чём подобном в тех местах.

– Я бы тоже склонялся к такой точке зрения, – кивнул мастер Эаренил, – но это верно, лишь когда орда собирается естественным образом. Если же власть над орками получает внешняя сила, они могут действовать гораздо осторожнее.

– И, глядя на существующую торговлю с Таргейтом, вы убеждены, что здесь такой случай? – не столько спросил, сколько констатировал глава алхимиков.

– Я не стал бы использовать слово «убеждён», но такая вероятность есть, а значит, нам нужно более тщательно приглядеться к тем местам, чтобы не пропустить опасность. К тому же, как нам недавно стало известно, в районе Крепости Зентил пропала группа Арфистов, которая вела какое-то важное расследование.

– Хм… – сраные Арфисты, как, вот как они это делают⁈ Живёшь, никого не трогаешь, наоборот, кровожадных дикарей к мирному труду приобщаешь, и тут на тебе! Уже записан в жаждущие захватить мир тёмные властелины, а соседи уже готовы идти на тебя войной! Ну не звиздец ли, а⁈

– Но что вы предлагаете? – продолжал разговор глава алхимиков. – Не уговаривать же короля отправить туда армию? Штурмовать дворфийскую крепость нужно не меньше чем тысячей латников, и это я ещё делаю скидку на то, что оборонять её будут орки, а не изначальные хозяева. Но даже отряд в две сотни солдат нашего королевства, отправленный в те места, вызовет своим перемещением такие «интересные» последствия, что нам и без орков станет жарко.

– Согласен, – покивал лидер по военной части, – даже наши союзники из Земель Долин могут расценить это как повод к войне.

– Разумеется, никто не говорит о таких радикальных шагах, – покачал головой солнечный эльф. – Но мы вполне можем отправить пару команд авантюристов в качестве охранников торговых караванов в Тэшвейн. Подготовка военного похода не может проходить незаметно. Даже если Таргейту удастся скрыть набор наёмников и мобилизацию своих сил, скачок цен на продовольствие и оружие они не смогут спрятать.

– Если они только начали договариваться с орками, никаких скачков цен ещё может и не быть, – отметил глава алхимиков.

– В таком случае и вторжения в этом году ожидать не приходится, – парировал Эаренил. – И собирать сведения дальше нам это тоже не помешает.

– Разумно, – покивал старик, как раз отвечающий за связи с авантюристами. – Думаю, у меня есть на примете парочка надёжных команд для такого дела…

Далее началось обсуждение более мелких деталей, быстро перешедшее на иные темы, которые меня уже никак не касались. Да и в любом случае у меня был лишь совещательный голос, но это ерунда, слушал я всё равно вполуха, сам же размышляя, как и куда выкручиваться.

Объективно, пока ничего по-настоящему плохого не случилось, просто народ, привыкший везде искать подвох и ждать удара от политических противников, привычно построил себе картину худшего варианта и начал подстилать соломку. Само по себе это мне не угрожало… на данном этапе. Но вот если всплывут ещё какие-то факты, вроде того, что орки Териамара объединились под единой властью, особенно при продолжении торговли с ушлыми ребятами из Таргейта, могут ведь и перепугаться по-настоящему.

Сам по себе мощный король орков – это не проблема, вон, Гарыг тоже формально правил всем Териамаром. Конечно, будь его власть не чисто формальной, а абсолютной, соседи опасались бы его куда больше, но и всё на том. Пока он бы сам с войной не полез, его бы не трогали. Чиновники везде одинаковые и отправлять армию воевать в горах, ещё и с голожопыми дикарями, с которых взять нечего, будут с огромной неохотой. Буквально пока жареный петух не клюнет, никто не почешется, отбалтываясь нехваткой денег, людей и всего чего только можно. Однако если этот король орков вступит в союз с Крепостью Зентил – это уже совсем другой коленкор. Слишком уж данный город-государство наглый, дерзкий и настроенный на экспансию. У него буквально сложилась такая репутация, что никто в жизни не поверит, будто он может заключить с кем-то союз, направленный на что-то кроме скорой завоевательной войны. Тем более с орками.

В общем, надо срочно проводить операцию по слому начавшей складываться стройной картины предположений. И лучше всего будет организовать парочку нападений на торговые караваны из Таргейта. Чтобы в лучших народных традициях орков и все поняли откуда. Да, в Зентиле обидятся, ведь эти торгаши очень не любят терять деньги и репутацию опасных людей, но посылать армию в горы тоже вряд ли станут, а там, глядишь, и Кормир успокоится…

Проклятье! Я просто хочу изучать магию, жить с гаремом эльфиек и сделать крутого ездового дракона-нежить! Но почему, даже когда я забился в самую жопу мира к тупым немытым дикарям, править которыми я даже не лезу, в моей жизни всё равно постоянно случается подобная хрень⁈ Воистину чувствую себя как в той мудрости, мол, не было печали, купила баба порося… Вот и у меня так с Териамаром, хоть в леса на Хребет Мира переселяйся, честное слово!

Два месяца спустя.

Двое дозорных притаились на лесной опушке, безмолвно наблюдая за виднеющимся в отдалении изгибом старого торгового тракта. Место было хорошее: густой кустарник надёжно скрывал залёгших наблюдателей, от дороги их отделяло больше сотни метров, потому даже самый бдительный охранник не будет ожидать отсюда атаки и не полезет проверять густые заросли, а растущие невдалеке хвойные деревья послужили хорошим источником материала для шалаша. Чуть сзади располагался старый выворотень, отлично подошедший для возведения укрытия и расположенный так, что огонь от костра был совершенно не виден со стороны дороги. Словом, жаловаться дозорным не приходилось.

Между тем за людей их можно было принять лишь издалека, и то исключительно со спины. Хотя и на орков, каковыми они являлись с рождения, эти двое тоже мало походили. Прежде всего, их отличала экипировка – добротные лёгкие кожаные доспехи, под которыми кое-где проглядывала кольчуга, короткие широкие мечи и мощные арбалеты. Всё это содержалось в отличном состоянии, ни следа обычных для орков грязи, ржавчины и шкур, едва прикрывающих голое тело. Да и сами наблюдатели выглядели на удивление опрятно. Поношенные плащи местами оказались аккуратно заштопаны, волосы, обычно у всех орков мира сальные и слежавшиеся, были чисто вымыты и собраны в тугие хвосты. Даже в Крепости Зентил, где орки составляли весомую часть армии и были подчинены суровой дисциплине, нечасто можно было увидеть кого-то столь чистоплотного. И тем не менее эти двое давно не обращали внимания на такие мелочи, как внешний вид. За собой они следили автоматически, даже не замечая этого, как будто подчиняясь многолетней привычке.

Умиротворяющая тишина летнего леса была прервана едва слышным шуршанием кустов, и к лежащим на подстилках из шкур оркам присоединились ещё двое столь же странных нелюдей в точно такой же одежде и с таким же вооружением. Новоприбывшие несли дымящийся котелок с каким-то варевом и деревянные миски на всех четверых.

– Ну как вы тут? Оголодали уже? – задавший вопрос орк на вид был значительно старше остальных, его волосы уже почти наполовину окрасила благородная седина, но в его движениях не чувствовалось и толики старческого бессилия.

– С тобой, Цэрлэг, оголодаешь, как же! Так и жиром заплыть недолго, весь день лежишь, даже потренироваться толком нельзя, – проворчал один из наблюдателей, однако на его лице было написано совершенно иное: что, мол, была б его воля, всю жизнь бы так провёл. В подтверждение этой мысли он незамедлительно извлёк из-за голенища сапога деревянную ложку.

– Да-а, тут хорошо! Вот только ещё бы солнце поменьше светило да бутылочку чего покрепче! – протянул второй дозорный, тоже доставая ложку.

– Эх, всё бы вам, молодым, только пойло хлестать, – глянув в просвет листвы на дорогу, седовласый разместился у ближайшего дерева, подперев спиной ствол.

– А я что? Я ничего. Да только с ним всяко вкуснее хоть каша, хоть мясо, хоть те же грибы. А кстати, что там у тебя?

– Да вот Харук из лагеря кабанчика притащил, – кивнул в сторону своего спутника старший орк. – Они там славно поохотились.

– Кабанятина – это хорошо, – оживился говоривший, нетерпеливо поёрзав на месте и жадно впившись взглядом в как раз открываемый посыльным котелок. – А что там в лагере говорят? С другой стороны известий нет?

– Нет, – мотнул головой названный Харуком. – Со стороны пустыни вообще тихо, и разбойников нигде не видать. Не набежали ещё с прошлого раза.

– Жаль…

– А чего жаль-то? Тебе же тут нравится, сам говоришь – для полного счастья только бутылки не хватает, – ухмыльнулся Харук.

– И бабы! А лучше двух – под каждый бок! – внёс важное уточнение второй дозорный.

Мысль нашла в компании бурную поддержку, и под кронами деревьев грянул дружный хохот, сопровождаемый горячим обсуждением того, кто из знакомых орчанок лучше подойдёт на сие ответственное дело и как инициатор собирается потом объясняться с вождём, ведь работу, по общему мнению коллектива, он в таком окружении точно запорет.

– Оно, конечно, да, – отсмеявшись со всеми, согласился виновник, – но я же не дурак! Я пока одной занят, вторую на пост поставлю! И мне хорошо, и дело делается, чем не план?

– Ага, и уши всей округе ты тоже заткнёшь, – покивал седовласый. – Али ты у нас худосочный, и девки голос подать не сподобятся?

– Ну ты… – от возмущения подавился куском планировщик, под новый взрыв хохота.

– Тихо вы, огры горластые! – одёрнул их второй дозорный, проверив свой пост, не переставая жевать. – Разорались как на попойке.

– Да пошутили чутка, чё ты, Керк?

– Чё-чё, – передразнил напарника орк. – Чароплёты, знаешь, не только у нас есть, ещё подслушают. Кто этих торгашей знает, может, у них друид какой в охране, а вы на весь лес горланите.

В ответ компания притихла, и следующие несколько минут лесные звуки разбавляли только сосредоточенное постукивание ложек и звук работающих челюстей.

– Кстати, а что там по поводу охоты? – нарушил тишину тот, что мечтал о тёплых объятиях орчанок.

– О, точно! – оживился Харук. – Я когда в лагере был, там валялась туша здоровенного секача, в холке почти с меня ростом, матёрый зверюга. Голова начисто срублена одним ударом; ну и бивни там, я вам скажу, что моя рука! Такой бы даже огра порвал, не запыхался. Ох, и не хотел бы я сам на такого нарваться!

– А кто срубил-то?

– Да знамо кто, – пожал плечами рассказчик, – вампир наш. Кто ещё такое может?

– Ага…

– Вот те и «ага». Но бивни! – Харук мечтательно закатил глаза. – Такую башку над головным местом повесить – все соседи сдохнут от зависти!

– На трофейную стену пойдёт, – авторитетно заявил старший орк. – Себе Фобос такое не берёт.