Текст книги "Его Величество Мертвец Том 4 (СИ)"

Автор книги: Postulans

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 25 страниц)

Глава 37

Лагерь Серой Цитадели сжался в несколько раз. До боя маги, нежить и наёмники занимали несколько полей и пару холмов, сейчас же остался всего один холм, плотно охраняемый наёмниками. Победа стоила дорого. Треть магов смерти, участвовавших в вызове Гнева Серого Пепла, навсегда лишилась сил. Остальных ждало долгое и болезненное восстановление. Стихийным магам тоже досталось. Катализаторы, позволившие осыпать войска Арантира молниями и уронить метеорит, в лучшем случае просто надолго лишали сил, а чаще калечили. Лишение всей нежити и немалой части живых наёмников в сравнении с этим было ерундой, не стоящей внимания. Главная цель достигнута: Арантир пленён.

В холме, на котором стоял лагерь, откопали рукотворную пещеру. В ней создали камеру, способную сдержать лича. Хотя бы какое-то время. На время достаточное для разговора. А затем, в зависимости от ответов лича, для его окончательного умерщвления, либо для других действий.

Бактра, член Совета Серой Цитадели, одёрнула дорожный плащ и спустилась к камере. Рыцари смерти пропустили её, позволив войти к единственному пленнику.

Бактра вошла в камеру. Арантир сидел, прикованный к каменному полу, окружённый устройствами-подавителями. Звучит громко, а на деле всего лишь благословлённые Светлыми богами столбы, при правильной обработке способные подавлять силу смерти. Арантир поднял взгляд на Бактру, но промолчал.

– И ничего не скажешь? – улыбнулась волшебница. – Великий лич, сумевший подмять под себя целое королевство, проиграл и посажен на цепь, как пёс.

Арантир промолчал. Бактра продолжила.

– Что же, тогда давай я представлюсь. Я…

– Много болтаешь, – перебил лич.

Женщина добродушно рассмеялась, оценив шутку. Ей нужен был контакт, и лич вступил в разговор.

– Меня зовут Бактра. Я член Совета Серой Цитадели. С кем попало я не разговариваю, Арантир.

Лич высокомерно промолчал. Именно высокомерно, скупое на эмоции лицо мертвеца отчётливо отражало его отношение к волшебнице конкретно, и ко всем магам Цитадели в целом.

– Если ты думаешь, что являешься какой-то важной фигурой, для борьбы с которой Цитадель бросила все свои дела и направила на противодействие тебе все силы – то нет. Признаю, своими действиями ты внёс некоторые изменения в наши планы, но не поменял ничего глобально. Тем не менее ты привлёк наше внимание, и не только как враг. У нас куда больше общего, чем ты думаешь.

Арантир молчал несколько секунд, а затем медленно кивнул.

– Само собой, – подтвердил Арантир.

Взгляд Бактры стал вопросительным. Она не ожидала, что лич согласится вот так сразу.

– М? Даже так? И что ты об этом думаешь?

– Вы, маги Цитадели, как и я, имеете иное мировоззрение. Не такое, как у всех этих королей, герцогов и прочих благородных кретинов, мнящих себя воплощение государства, живым символом и олицетворением власти, чуть ли не богоизбранными хозяевами самой жизни. Вы, наравне со мной, воспринимаете мир иначе. Как все соседние короли не могут понять меня и моих мотивов, так они не могут понять вас. Это нас единит в каком-то смысле. Только не обольщайся, Бактра, друзьями или союзниками мы не станем. Некоторые ключевые заблуждения делают вас, магов Цитадели, опасными бешеными животными. Всё, что с вами стоит сделать – побыстрее убить, пока вы не заразили ещё кого-нибудь.

Волшебница нахмурилась.

– Говоришь: бешеными животными?

– Да. Я поймал несколько ваших, молодых совсем, глупых. Наивных.

Арантир наклонил голову набок.

– Стоило ковырнуть, пара безобидных вопросов, и полилось, не остановить. Заряженные вашими идеями, они мне выдали многое.

– Они не знают всего… – начала было Бактра.

– Перестань. Я достаточно умён, чтобы выстроить общую картину. Ирония в том, Бактра, что я о вас знаю больше вас самих.

Волшебница хмыкнула.

– Так уж?

– Ещё как! Большое видится на расстоянии. Вы, в своём Совете, как и просто старшие маги, варитесь в собственном соку. В этом вы ничем не отличаетесь от напыщенных аристократов, порой понятия не имеющих, чем вообще живут их собственные крестьяне, как работают, что едят, во что одеваются. На каком языке говорят. Вы от аристократов вообще в принципе мало отличаетесь, форма власти абсолютно идентична, но я об этом. Вам кажется, что установившийся порядок незыблем. Молодые маги, приходящие к вам, быстро воспринимают правила игры, скрывая свои истинные мысли, чтобы не отличаться от остальных. Они раскрывают себя, только поднявшись повыше, заняв устойчивые места. Да…

На лице Бактры отразились некоторые ассоциации. В Цитадели были… Разные маги. И некоторые заходили за рамки.

– Ваша наивная вера в неравенство. Вы воспринимаете всех, кто не способен к магии, за низших существ. Для вас, вроде как, очевидно, что люди всё равно нужны, всё равно полезны, что это стадо, которое нужно лелеять и оберегать, пока это твоё стадо. Для ваших молодых адептов всё несколько иначе. Я много интересного услышал. Для некоторых из вас все «не маги» – паразиты. Существа, хуже насекомых. Ваша же молодая поросль спит и ждёт, когда вы отдадите, наконец, приказ, избавить мир от грязи, от всех, кто ниже. Но даже не это самое интересное, да?

Арантир закрыл глаза.

– Вы наивно полагали, что разделение на высших и низших существ не проникнет внутрь вашего же маленького сообщества. Но ваш молодняк уже поделил себя на тех, кто сильнее и кто слабее. Поколение, два, может, три, и ваша маленькая Цитадель превратится в разделённое на жёсткие касты деспотичное сообщество злобных ублюдков. Секту. А потом у кого-нибудь из высшей касты сильных магов родиться слабенький, в плане магии, ребёнок. А с улицы возьмут грязнокровку, произошедшую от босоногих крестьян, но с потенциалом великого мага.

Лич рассмеялся.

– На самом деле мне не следовало бы вмешиваться в естественный ход вещей. Вы с собственным уничтожением прекрасно бы справились сами.

Бактру передёрнуло. Некоторые вещи действительно случались. Единичные случаи. Но что это? Проблемы отдельных глупцов? Или нарастающая тенденция?

– Глупости, Арантир. Маги живут долго. Совет не позволит Цитадели выродиться.

– То есть, я прав, и всё это уже происходит?

– Нет! – на миг потеряла контроль Бактра. – Нет. И у тебя будет возможность увидеть всё своими глазами.

Волшебница полностью успокоилась и взяла снисходительный тон.

– Хорошая попытка. Но на самом деле ты ничего не знаешь о нас.

Лич промолчал.

– И как насчёт тебя, Арантир? Что произойдёт с Первым Союзом в твоё отсутствие?

Арантир чуть качнул головой.

– Ничего.

– Так уверен? – Бактра не дождалась от лича ответа и продолжила мысль. – Что они будут делать без тебя?

– То же, что делали. Проб и ошибок будет больше, возможно, в остальным ничего не изменится. Разве что за пару сотен лет несколько забудут принципы, на которых всё было построено. Только в союзе элиты и черни нет, так что никто никого гнобить не будет. Мы простоим куда как дольше.

Бактра улыбнулась.

– Ты называл нас наивными, но та сам наивен, лич. Как ты можешь всерьёз думать, что маги и обычные смертные равны? Как ты сам можешь считать смертных равными себе?

Арантир рассмеялся. Не в голос, глухо, будто пытался сдержаться.

– Философский разговор, а? На твой вопрос очень просто ответить, Бактра. Нужен ли тебе этот ответ?

Женщина кивнула.

– Нужен, изволь.

– Хорошо. В какой момент можно понять потенциал будущего мага?

– Ты отвечаешь на мой вопрос или задаёшь свои?

– Просто ответь.

Волшебница немного помолчала. Она чувствовала, что ответ даст Арантиру опору, довод в споре, но пока не могла понять, какой довод.

– От пяти до семи лет, если рядом будет сильный и опытный маг. Обычно точный потенциал определяется позже. Но в основном задатки видны сразу, как проявляется магия.

Лич кивнул.

– Примерно то же самое мне сказали и мои маги. Я не стал спорить, а затем попросил привести ко мне мага лет двадцати, которого определили, как слабого. Обычного мага огня, посредственного, способного разве что факел поджечь. Мне хватило суток, чтобы научить парня кидать огненный шар почти на сотню метров.

Бактра подавилась, закашлялась.

– Врёшь!

– За сутки. Он ещё поспать успел по-человечески. У нас вообще выражение «слабый маг» уже не используется, не к кому применять. Парень, конечно, всё ещё тянет не больше пары шариков за раз, но это уже дело тренировок.

– Тогда почему в твоей армии нет магов⁈ – почти рявкнула волшебница.

– Да их не так много, чтобы ими на войне рисковать. У нас куда больше задач в других сферах деятельности. Мы открыли маленький секрет. Разобрались, в чём магия, где ключевой элемент, который надо развивать.

Несколько минут Бактра молчала, переваривая услышанное. Если Арантир не врал… Это очень важная информация. Неоценимо важная.

– Допустим. Но при чём здесь смертные?

Лич снова улыбнулся. Насмешливо, надменно.

– В какой момент я научу смертных опосредованно применять магию?

– Это невозможно!

– Да я уже. Сейчас это просто некие артефакты, собранные магами. Артефакты, которые могут использовать люди, вообще к магии неспособные. Дальше будет больше. А вы… Вы подобны мотылькам, которые вьются вокруг пламени свечи, ослеплённые его светом. И вы неспособны поднять глаза и увидеть свет звёзд.

Арантир поднял глаза к потолку.

– Так вот, скажи мне, какая разница? Какая разница между мной и любым смертным? В магии? Ну так я способен к магии, а смертный умеет играть на музыкальном инструменте, чего я не умею. Зачем мне возвышать себя? Зачем пытаться втоптать смертных в землю? Зачем? Я вижу только одну причину. Тщеславие. Весь ваш извращённый порядок построен на тщеславии. В своём тщеславии вы были слепы. Сочли себя чем-то большим, чем смертными, наделёнными магией. Мыслите вы точно так же, как смертные.

Бактра покинула подземную камеру. Покинула с желанием закопать лича прямо там, уничтожить, разорвать саму его суть. Нельзя! Филактерия не была найдена среди вещей Арантира, она может находиться где угодно. И нет никакой гарантии, что смерть для него будет окончательной.

У Серой Цитадели есть чем воздействовать на личей, но для этого придётся дотащить Арантира до самой Цитадели. Секреты он расскажет. Все! Если не сам, то расскажут маги Первого Союза, которых Цитадели рассчитывала переманить на свою сторону. Грандиозный план не изменился, ничего не изменилось. Слова лича не породили сомнения в душе волшебницы, лишь разозлили. Так, во всяком случае, Бактра убеждала себя.

Отдав приказ усилить охрану, член Совета Серой Цитадели отправилась в свою палатку.

Глава 38

– Что случилось с Арантиром?

Это первый вопрос, который задала Алиса, войдя в зал Малого Совета. Решительный взгляд, озабоченное лицо, общая воинственность, требовательные интонации, всё это пропало втуне. Присутствующие на экстренном собрании хотели получить ответ на этот вопрос, но никто не мог в полной мере на него ответить.

Собрались многие, в том числе и едва приближённые к Арантиру. Например, среди присутствующих нашёлся гном Санни, волшебница Илия, даже остроухие резко приехали в столицу, всем табором из Предельного, правда, на само совещание их всё же не пригласили. Хаарт, убедившись, что появление Алисы ничего не изменило, и никто не собирается ей объяснять очевидные, как казалось личу, вещи, продолжил.

– Младшие личи под его контролем на несколько минут замерли, а затем продолжили действовать как и до этого. На прямой вопрос о причинах остановки движения отвечали, что никакой остановки не было. – Хаарт перевёл взгляд на Аделию. – Может быть, большой специалист по магам смерти нам расскажет больше?

Взгляды присутствовавших сошлись на женщине в ожидании дополнительных пояснений. Аделия не спешила отвечать.

– Я что-то пропустил? Кто она и почему она специалист по магам смерти? – уточнил Санни.

– Тебе лучше не знать, – ответил Алан. – Меньше знаешь – крепче спишь.

– Эм… – Санни хотел возразить.

– Поверь, в этом случае всё именно так, – подтвердила Каролина.

– Ну… ладно, – смирился гном.

Алиса тоже ждала ответа. Она относилась к той части присутствовавших, кто знал, что Аделию на самом деле зовут иначе, и она вообще не человек, а дух древней эльфийки.

– Арантира схватили и, как я предполагаю, использовали некую форму подавления силы.

– Как это на нас отразится? – спросил Алан.

Аделия хмыкнула.

– Никак. Арантир, если я ничего не путаю, всегда старался делать всё таким образом, чтобы работало и без его участия. Ничего не изменилось и сейчас. Младшие личи будут тянуть мертвецов только своей силой, а вот гвардейцев его никто из вас в таком количестве не потянет, а больше ничего не изменилось.

– Уверена, что его не убили? – спросила Алиса.

Древняя расхохоталась в голос.

– Нет, не убили, да, уверена. Он в военных кампаниях не носил филактерию при себе. Маги Цитадели, конечно, попробуют его и от возрождения отрезать, но ничего у них не выйдет. Для этого потребуется лич более сильный, чем сам Арантир, а таких не то что в Цитадели, на этом континенте не сыскать.

– Очевидно, вопрос о пленителях не стоит, – продолжил Хаарт. – Надо обсудить, как нам реагировать на эту ситуацию.

– Ты имеешь в виду, помимо отправки армии на Цитадель для освобождения Арантира? – уточнила Алиса.

Ответ её не обрадовал.

– Как раз посылать армию не следует, – ответил лич. – По многим причинам.

– Собрать армию большую, чем мог вести Арантир, мы не можем, – подхватил мысль Алан. – И сейчас мы не знаем, как именно Цитадель разбила войска Арантира. Верно?

Последний вопрос вампир адресовал Аделине.

– Рассказы неодарённых мало что проясняют, – ответила женщина. – Я знаю несколько разных способов вызвать описанный ими эффект. Диаметрально противоположных способов, гадать бессмысленно.

– Живые солдаты не готовы к наступательной войне, – продолжил Алан. – Как минимум надо дождаться готовности нового оружия.

Алисе очень хотелось спросить: «мы просто его бросим?», или нечто подобное. Преодолев минутную слабость, молодая женщина взяла себя в руки. Никто, само собой, не собирался оставлять Арантира в плену. Сбросив оцепенение, вызванное переживанием, Алиса включилась в работу Совета.

Пусть Арантир являлся создателем и идейным вдохновителем Первого Союза, но Аделия, или же Милес, права. Оставаясь лидером Союза, Арантир по факту не имел никакой должности, не принимал единолично никаких решений, разве что мог наложить вето. Он год сидел в Предельном, а государство функционировало, развивалось. И всё должно остаться также, даже если лича пока нет.

Потрясение, вызванное пленением кронлорда, постепенно рассеялось. После небольшого спора приняли решение выждать, быстро готовя новое оружие и тренируя войска. Если Арантир не выберется из плена сам, безумное, казалось бы, предположение, но вполне возможное, Первый Союз отправит на Цитадель новую армию. Однако это будет позже.

Сейчас совет закрыл текущие дела и ещё раз прошёлся по всем проектам и работам, скорректировав их под новые обстоятельства. Пусть на Арантире было завязано не так уж много, но всё же некоторые направления он вёл практически лично, либо участвуя в качестве консультанта и куратора, либо предоставляя своих гвардейцев, в обычном или модифицированном виде, для ускорения производственных процессов. Самая лучшая команда шахтопроходчиков как раз основывалась на гвардейцах. И теперь всё это надо срочно передать на других, младших личей, либо на личное обеспечение Хаарта.

Так потянулись дни. Напряжение не отпускало, но быстро стало чем-то постоянным, обыденным, постепенно становясь привычным. Алиса удивлялась тому, как скучает по личу. Не по самому Арантиру, они не слишком часто общались, хотя и по этому общению тоже. Арантир приносил чувство стабильности, безопасности. И хотя Хаарт и Алан, тем более при поддержке остальных, без труда тянули управление Союзом, как делали это и при самоустранении Арантира от многих рутинных вопросов, молодой женщине не хватало привычного ощущения присутствия лича во всех делах государства.

Прошло две недели. Две недели в ожидании новой информации. И потому, когда Каролина запросила внеочередное собрание, Алиса обрадовалась и выдохнула с облегчением. Возможно, новости не будут радостными, но женщина оставляла себе надежду на лучшее. Да и вряд ли Каролина стала бы собирать всех, чтобы сказать: «Арантир нас навсегда покинул, дальше мы сами». Для такого хватило бы и письма. Зато новая информация несколько снимет напряжение, которое мешало спать и работать.

В этот раз в зал Совета Алиса вошла спокойно, даже степенно. Стоило ей это немалых усилий воли, но больше никакой беготни. Как несколько раз говорил Арантир, а за ним повторяли и другие: бегущий генерал в мирное время вызывает смех, а в военное – панику. Высших придворных чинов, пожалуй, эта поговорка тоже касалась.

Когда все собрались, вошла Каролина. Уставшая и мрачная Каролина.

– У нас проблема. И она не касается Арантира.

Несколько помощников Каролины внесли большую карту и стойки, чтобы её разместить. На этой карте, пестрящий множеством пустых участков, нашлось место всему известному северу, от эльфийских земель и до неизвестного королевства на дальнем востоке, но куда больше карта показывала южные земли. В том числе окраину некого государства, помеченного, как Империя Розы. Даже той части, что отражалась на карте, хватало, чтобы понять: Империя Розы больше Первого Союза как минимум вдвое.

– Империя Роз? – спросил Хаарт.

Каролина кивнула.

– Да, если переводить. Без перевода их название произносить – язык сломаешь. А проблема в том, что оттуда движется пять армий.

Каролина отметила на карте пять мест.

– Сейчас они здесь, здесь, здесь, здесь и здесь. И, судя по направлению движения, идут они именно к нам.

Заявление вызвало всеобщее удивление.

– Подождите, подождите! – подняла руку Тайра. – Кто они вообще такие, напомните мне. И за каким демоном они послали к нам армию через… Весь континент?

– Империя Розы, или же, – Каролина достала бумагу. – Соззаблаеданликская империя, что дословно значит – Империя Цветущей Закатной Розы. Относительно молодое государство, если считать от времени объявления империи – триста сорок лет. Создатель – Уруйс Завоеватель. Знаем мы о них не так чтобы много, очень большое расстояние, они не были нам интересны. Хотя с началом нашей внутренней войны их шпионы в Первый Союз проникали. Последний их шпион уволок у нас арсенал гарнизона приграничного города. После того случая всех умников мы вылавливали.

Продолжил Хаарт.

– У нас есть некоторые торговые отношения, но не официальные. Наши торговцы иногда добираются до их земель, а их торговцы изредка добираются до нас. Как видите, расстояние между нами такое, что мы просто друг о друге знаем, и это уже много.

– Но они послали армию? Несколько армий? Почему ты уверена, что к нам? – обратилась Алиса к Каролине.

– Направление движения, – пожала плечами Каролина. – Набранный темп. И отсутствие других, помимо нас, возможных целей, для которых требуется такая армия.

Тайра помотала головой.

– Я не понимаю! Ещё раз! Зачем они тащат армию через весь континент к нам?

– Как раз вопрос «Зачем» несложный, – ответил Алан. – Наше оружие.

– Согласна, – подтвердила Каролина. – Пойманные нами шпионы все были посланы за образцами оружия. Если прикидывать время, партию нашего оружия, украденного из гарнизона, успели доставить к ним, изучить, собрать армию и начать поход.

Алиса с трудом укладывала всё в голове.

– И что? Никто им по пути не мешает? – спросила она.

– Пять армий, – ответила Каролина. – Мы столько сможем собрать, только если две армии будут полностью состоять из нежити, а в остальных будут служить все мужчины Союза. Кто им помешает? Тех, кто отказывается пропускать войска через свою территорию, они просто захватывают и делают вассалами, а затем идут дальше.

– И… Что теперь? – спросила Тайра. – Мы теперь ещё готовимся и с ними воевать? Сколько вообще времени пройдёт, пока они будут у наших границ.

Она посмотрела на карту, но, как и Алиса, не могла легко сориентироваться по расстояниям и темпу движения войск.

– От полугода до восьми месяцев у нас ещё есть, – ответила Каролина. – ТАКОЕ воинство прозевать очень сложно, так что внимание на них я обратила ещё месяца три назад, но только сейчас стало понятно, куда они так рвутся.

– Что известно о составе армии? – спросил Алан.

Каролина пожала плечами.

– Что их много. Кавалерия, пехота, маги.

– Нужно больше информации, – высказал вампир очевидную, в общем-то, мысль, с которой никто не стал спорить.

– И готовиться к войне, – продолжил парад очевидных мыслей Хаарт. – К оборонительной. Пока, как показывает практика, оборонятся мы не умеем.

– Вряд ли пять крупных армий будут действовать так же, как диверсионные группы Цитадели, – поставил тезис под сомнение Алан.

– А что им помешает? – отозвался лич. – И да. Надо вернуть Арантира до того, как эти… Розы к нам доберутся.