Текст книги "Его Величество Мертвец Том 4 (СИ)"

Автор книги: Postulans

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

Глава 25

Не порадовали меня новости от Оуфа, совсем не порадовали.

К сожалению, быстро (настолько, насколько хотелось бы) я выступить не смог. Если свои легионы скелетов я собрал в темпе вальса, то с артиллерией возникли затруднения. Можно попробовать пройтись по условно занятой противником земле и без помощи пушек, но! А если они каким-то образом уже провели туда армию? По данным нашей разведки – нет. Большое воинство ещё двигалось от Цитадели, войскам потребуется месяца два, не меньше, чтобы дойти до границы. Неспешно двигаются, да. Однако какие-то силы уже сейчас действуют на территории Союза, а лезть в потенциальную ловушку… Нет, опасно. Враги слишком много знают о текущем вооружении моей армии. Могут и подготовить какие-нибудь неприятные сюрпризы. Не просто же так они сподобились на эту войну?

Одну наработку Цитадели я, в принципе, уже увидел чужими глазами. Твари, вызвавшие у меня ассоциацию с богомолами из-за тонких, длинных конечностей, сгибающихся как передние лапы этого насекомого. Я таких создавать не могу, потому и полное ТТХ мне недоступно. Занимают они свежий труп, или создаются в ещё живом человеке? Если первое, то любой лич и достаточно сильный некромант смогут определять таких ребят. А вот если второе… С какого момента можно заметить паразита? Неизвестно. И неизвестно, насколько много подобных тварей могут создать в Цитадели. Явно больше одного отряда, чтобы так быстро перебить наши гарнизоны, потребуется минимум десяток групп.

В общем, этот вопрос требовал отдельного изучения, и это ещё одна причина сравнять Цитадель с землёй.

Оуф показал мне не только этих богомолов, но и реакцию людей. Что же, стратегия выбрана верно. По уму применение таких существ чем-то аморальным (тем более по меркам средневековья) не является. Особенно когда применяется только к солдатам. Не будь это магией смерти – никто бы даже слова не сказал, примени я что-то подобное к солдатам противника. Но мы имеем дело с магией смерти. И как показывают наблюдения, даже наши собственные граждане ещё не привыкли к некромантии. То есть да, пока скелеты работают – никаких проблем нет, кто отказывается от халявной рабочей силы? Но всё же есть и негатив, особенно касается он захоронений.

Систему склепов я вводил не столько из-за нехватки мертвецов, сколько для прививания всё той же толерантности к некромантии и магии смерти. И регулярно возникают случаи недовольства. Дальше возмущения, высказанного местным органам власти, пока не заходило, всё же повышение уровня жизни заставляет людей мириться со многими нюансами, но где грань, которую нельзя переступать? Не думаю, что некто извне сумеет поднять восстание против нас, некромантов и личей, это уже совсем фантастические сценарии. Но вызови мы своими действиями стихийное недовольство – подавлять его придётся именно нежитью, дисциплина живых полков не позволяет бросать людей против своих же. Солдаты у нас мотивированные, это хорошо, но мотивированы они на конкретную цель – защиту сограждан. Попытка подавить восстание живыми солдатами может привести к непредсказуемым результатам. А я не люблю непредсказуемость.

Хаарт считает, что я перестраховываюсь. Что наш авторитет достаточен для непопулярных мер. Возможно. Но я постараюсь обойтись без неоднозначных инцидентов, чтобы мне их потом не припоминали сотнями лет, как это пару раз случалось в истории моего мира. Чистая репутация – меньше головной боли. И уроки из истории извлечь не так-то сложно, первый урок: не посылать войска на подавление гражданских.

А пока другой вопрос. Если у меня всё же появятся такие вот богомолы, стоит их использовать? Да вроде как незачем. Подходят они, судя по всему, только для кратковременного внедрения, чтобы провести диверсию или атаковать изнутри небольшой гарнизон. С этим должен справиться спецназ, или правильно проведённая штурмовая операция обычными войсками. А со шпионажем куда лучше справляются вампиры. Заточенность под узкие задачи не всегда удобна.

Куда больше меня сейчас беспокоила безопасность оставшихся в зоне действия противника городов. Пока всё спокойно, личи дежурят ночью, живые днём, войска противника у стен не замечены, с диверсиями справились. С первыми двумя попытками, во всяком случае. Им бы ещё пару дней простоять, а там и я подтянусь.

Однако сейчас на повестке дня у меня возник другой вопрос. Из республики собственной персоной прибыл Конрад. Первый раз мы встречались, когда он приехал для получения вампиризма. Помимо ритуала мы обсудили сотрудничество и взаимодействие. Тогда Конрад пожелал сохранить автономию и независимость, никак де-юре не закрепляя подчинённое положение республики к Союзу. Я ничего не имел против, меня устроило бы любое взаимодействие, кроме откровенно враждебного. Весь прошедший год Конрад, очевидно, постепенно укреплял свою власть и методично проводил какие-то внутренние преобразования, иногда пользуясь нашей поддержкой.

Некоторое время я вообще не интересовался тем, что у них там происходит, и лишь недавно, когда впереди замаячила новая война, получил полный отчёт о состоянии дел, собранный нашей разведкой. И увиденное меня не порадовало, если откровенно. Конрад оказался человеком, теперь уже вампиром, далеко не самых выдающихся моральных качеств.

Получив бессмертие, решившее все проблемы со здоровьем, Конрад взялся за политику республики. Постепенно реформируя её обратно в монархию. Не в прямом смысле, но в основном Конрад занимался централизацией власти и замыканием управления на свою персону. Бессмертный построил у себя в голове простую логическую цепочку: раз он бессмертен, то будет править долго (в идеале вечно), значит – нужно замыкать власть на себе, а механизмы обновления власти и вовсе не нужны. Он сам всё решит, всех назначит и так далее.

И к войне республика подошла не в политическом кризисе, но буквально в шаге от него. Политические оппоненты Конрада всё ещё не подняли восстания только по одной причине: не успели договориться между собой. Но они договорятся. Конрад считал иначе, не без основания полагая, что разрозненные группы республики, имеющие множество противоречий (часть из которых сам Конрад и поддерживал) договориться не в состоянии в принципе. Дураком он не являлся и пользовался тем самым приёмом: «разделяй и властвуй». А вот наша разведка уже вскрыла два очага оппозиции, между которыми шли переговоры. Оппоненты Конрада нашли способы, где развязать противоречия, где отложить, не это важно. Итог один: любое действие Конрада по укреплению своей власти начнёт восстание.

Получив результаты разведки на руки, я подумал, посоветовался с Хаартом, подумал ещё раз. Да и отдал приказ: информацию по оппозиции слить Конраду, но активно ничего не предпринимать. Разберётся сам – молодец. Не разберётся – будем исходить из последствий. По сути я вампира банально списал, убедившись, что он не станет нашим единомышленником. У него в распоряжении имелся год с лишним, чтобы узнать, как у нас всё устроено и почему нет политической оппозиции, как явления, притом что физически мы никого не истребляли. Конрад у нас бывал, смотрел, но у себя всё делал по своему разумению, вообще на нас не ориентируясь. Что тому причина – неизвестно, но факт есть факт. Поэтому для нас Конрад – временный союзник, не более того.

Сейчас же глава республики приехал, чтобы обсудить начавшуюся войну.

– Таким образом, Серая Цитадель собрала против вас коалицию, формально не объявляя войну, – закончил Конрад рассказ.

Выглядел вампир при этом так, будто преподнёс мне какую-то безумно важную информацию, за которую я ему по гроб жизни обязан. А у меня об черепную коробку изнутри бился только один вопрос, если упускать ругательства, звучащий так: «почему ты сообщаешь это только сейчас?».

Информация имела актуальность до начала войны, но не сейчас. К тому же сам факт, что Конрад этой информацией владел, о многом говорило. Не думаю, что он или его полководец участвовали в собрании, а вот кто-то из дворян республики – вполне. И всё же эта информация к нему попала. Значит, Серая Цитадель достаточно доверяла республиканцам, чтобы так рисковать. Из всего этого следует некий вывод.

Если рассматривать самый пессимистичный вариант: Конрад уже готовился к предательству и переходу на сторону врага, в первую очередь Цитадели (предположу, что ему обещали свободу), но положение внутри республики покачнулось. Конрад понял, что только я могу помочь ему удержаться на троне, и потому сторону менять повременил. Хотя я больше склоняюсь к другому выводу. Понимая нашу экономическую мощь, Конрад надеялся сохранить статус-кво, поддерживая союзные отношения, но не разделяя наши взгляды и политические ориентиры. Терять статус дворянина, государя и тому подобное, наводя какую-то непонятную «демократию» вампир не хотел.

Каролина, отслеживающая действия вампира, не запросила ордер на убийство по одной причине: смерть Конрада лишит нас нейтралитета республики. А направлять большие силы, чтобы наводить там порядок, мы не хотели. Предатель нас устраивал, он не мог нам навредить и исполнял единственную задачу, нами поставленную.

– Республике война не угрожает? – спросил я.

Доказательств предательства Конрада у меня не имелось. Кто знает, может, он действительно получил информацию только сейчас? И передал так быстро, как мог? Да и наказывать его прямо сейчас не имеет никакого смысла. Неважно, готов он предать нас или нет, если он обеспечивает нейтралитет республики – нас всё устраивает. Это политика. Мой приоритет – сохранение жизней граждан Союза, в остальном я могу лавировать в достаточно широких пределах. Да, нам, Первому Союзу, нарушать договорённости нежелательно. Репутация, её сложно нарабатывать и легко очернить. Поэтому никаких резких телодвижений. Надо подумать, как и дальше использовать Конрада в своих целях.

– Нет, пока такой угрозы нет. Я получил информацию поздно, предупредить вас о нападении мы не могли. У меня всё ещё слишком много неверных людей при дворе…

Хм, при дворе. Да, уже мнит себя королём. А на первый взгляд казался вполне приличным человеком. Может, применить своё влияние? Подавить волю вампира я вполне смогу. Однако я не знаю, как он будет себя вести после подобного подавления. Если внешне ничего не изменится – замечательно! А если это сразу будет заметно? Объяснять потом Алану и Льюису, почему и зачем я мозги их собрату прополоскал? Нет, да и необходимости нет.

– А как информация вообще к тебе попала?

– Предатели не договорились между собой, один из них провалился и сдал остальных. На это собрание приглашали моих противников. По договорённости они должны провести переворот в республике, когда вы не сможете им помешать. Значит, сначала Цитадель планирует навязать войну, а уже потом втягивать силы остальных.

– Логично, – киваю.

– Я бы, по возможности, вообще не ввязывался в этот конфликт, – перешёл Конрад к делу. – Ни на чьей стороне…

Предположу, что у вампира уже заготовлены аргументы, но в них нет необходимости.

– Хорошо. Постарайся получить больше информации. Это не обязательно, но упростило бы мне задачу. У Цитадели не будет возможности зайти так далеко, чтобы прочие осмелились присоединиться. Поэтому просто выжидай и сохраняй свою власть. Большего не требуется.

Только ведь ты, вампирчик, не просто так лично сюда мчался, чтобы мне всё это рассказать, ой не просто так. Однако Конрад удовлетворился моим ответом. Мы ещё немного обсудили войну, где он попытался больше узнать о моих планах, окончательно убеждая меня в том, что вампир собирается играть на два фронта. Эх, жаль, Льюис далеко. Отправил бы вампира самого устранять своего излишне обнаглевшего собрата. И Хаарту лучше пока не сообщать, тот нетерпим к предателям.

Надо поторопить артиллеристов. Затягивать компанию для меня опасно.

Глава 26

– Это полный провал… – признал Аранос.

Рыцарь-командор вздохнул и медленно поставил недопитый кубок с вином на стол. Аранос не отличался склонностью к импульсивным поступкам, и, несмотря на гнев, не выбросил кубок в стену или что-то вроде того. А причин для гнева хватало.

Теперь, спустя столько времени, Аранос уже мог сказать, где Орден совершал ошибки и как ситуация докатилась до критического состояния, но это сейчас. Рыцарь-командор, руководивший силами Ордена с самого начала переворота, знал, на чём основывались решения и какой логике Аранос следовал, отдавая приказы.

Первой ошибкой стало планирование операции. Точнее – отсутствие достаточного количества наблюдателей, что сообщали бы обо всех действиях короля и придворных. Уже это предотвратило бы весь тот бардак, что начался в день переворота. И Аранос высказывался по этому поводу Светлым Отцам, но получил… отказ. Конкретно ему сказали: «На всё воля Светлой Матери, она защитит нас, верь, брат». Рыцарь-командор вздохнул и принял такой ответ, а сейчас стойко переносил испытания, что выпали на плечи Ордена.

Переворот прошёл отвратительно. Его Величество погиб где-то в суматохе. Половина дворца сгорела. Кто-то рассказал горожанам и городской страже, что дворец пытаются захватить какие-то враги (версии в разных частях города отличались), и Орден едва не устроил бойню прямо на площади перед дворцом. Семья короля скрылась в неизвестном направлении. Аранос догадывался, в каком, но догадки оставались лишь догадками. И ещё встреча с этим неизвестным тёмным, лично убившим несколько воинов Ордена и, похоже, являющимся причиной всех бед.

И после переворота проблемы Ордена не закончились. Дела пошли только хуже. Сначала Орден и Церковь тратили силы, чтобы подавить стихийный мятеж в столице. Тёмный, пользуясь моментом, совершил несколько нападений, убив двух Светлых Отцов и одного рыцаря. Не все нападения прошли успешно, но всё же.

Затем, наведя порядок, Орден попытался собрать аристократию, чтобы договориться о новом порядке. И здесь всё пошло наперекосяк. На встречу пришли далеко не все дворяне, и не явившихся рассматривать приходилось в качестве потенциальных врагов. Но даже те, что пришли, задавали очень неудобные вопросы. Ведь то, что должно выглядеть, как освобождением народа от гнёта безумцев и тёмных личностей, выглядело банальным переворотом, при этом королевская семья осталась на свободе, а значит – у королевства имелся легитимный наследник, способный собрать недовольных вокруг себя.

Ещё одним промахом порадовали Светлые Отцы. До всего случившегося Араноса убеждали, что народ горячо поддерживает Церковь и жаждет нового, справедливого порядка. На деле всё оказалось далеко не так радужно, на Орден и Светлых Отцов смотрели в лучшем случае с подозрением, а паства, полностью верная Церкви, не насчитывала и десятую часть населения города. К счастью, ораторского искусства Светлых Отцов хватило для убеждения приличной части аристократии, ситуация начала стабилизироваться.

Когда начались мелкие провокации, Аранос не мог сказать, действия ли это тёмного, или недовольные аристократы пытаются разжечь вражду, но конфликты не заканчивались ни на день. Церковь и Орден уверенно удерживали столицу, также заняли несколько ближайших замков для своих нужд, но на этом всё. Светлого Отца без охраны, двигающегося из столицы в один из городов, запросто могли ограбить и убить даже на безопасном, вроде бы, тракте. А среди народа начали появляться страшилки, одна безумнее другой, выставляющие Орден и Церковь натуральными монстрами.

К счастью, Церковь готовилась давно и работать с простыми крестьянами умела. Убеждение и действия Светлых Отцов медленно, но верно меняли отношение людей. Увещевания и благие дела склоняли чашу весов…

Пока не объявился наследник, Маркос. Едва появившись, юноша начал рассылать своих людей по городам и поселениям, и только укрепившаяся власть Церкви вновь посыпалась. Маркос напоминал, что его отец показал себя хорошим правителем, снижал налоги, делился продовольствием с голодающими, ввёл справедливый суд, последнее вызывало недовольство у дворян. Впрочем, и дворянам Маркосу имелось, что сказать. И теперь, если Церковь во всеуслышание заявляет о справедливости, доброте и свете, то не хотят ли Светлые Отцы предъявить доказательства тёмных дел Его Величества Винсента, что сподвигли Церковь вмешаться? А если доказательств нет, не хотят ли Светлые Отцы вернуть престол законному наследнику и понести наказание за свои действия.

И как будто одного этого мало, Светлые Отцы не придумали ничего лучше, чем отправить за Маркосом отряд рыцарей в обход Араноса. Рыцарь-командор, конечно же, такой приказ бы заблокировал. Мало того что подобное действие дискредитирует Церковь, так вся ситуация напоминала ловушку. Маркос не скрывался, открыто заявляя о своём местоположении и просто приглашая в гости. Предчувствие Араноса не обмануло, отряд его подчинённых отчасти перебили, а выжившие стали пленниками.

Естественно, Маркос воспользовался ситуацией, очернив Орден и объявив, что Церковь силой захватила власть и не собирается её отдавать. А значит – пора собирать войска и возвращать своё.

Внутренняя война, которую всё это время пытался предотвратить Аранос, стала вопросом времени. Рыцарь-командор поставил вопрос ребром, добиваясь у Светлых Отцов ответа: оставляют они попытки удержать власть или собираются драться. Светлые Отцы решили драться. Рыцарь-командор, получив ясную цель, потребовал передать всё командование в его руки, чтобы все силы Церкви действовали как единый механизм.

Хотели Светлые Отцы воспрепятствовать Араносу или нет – уже не важно. Произошло то, что за всю историю происходило всего трижды. Светлая Мать явила свою волю, благословив Араноса. Это воодушевило рыцаря-командора и придало сил к действию, да и все верные сыны Церкви, узнав благую весть, сплотились перед лицом тьмы.

Первым решением рыцарь-командор вызвал все наличествующие силы Ордена и Церкви, чтобы действовать один кулаком. А пока силы собирались, предложил Маркосу встречу, чтобы попытаться мирно урегулировать ситуацию. Возможно, получится обратить юношу в истинную веру, и из противника он станет верным союзником.

И здесь всё снова пошло наперекосяк. В среде аристократии поползли слухи, что Маркос – самозванец. Что принц на самом деле погиб, и некто выдаёт себя за наследника, ведя свою игру. Не успел Аранос как-то среагировать на это известие, как собравшиеся в коалиции дворяне начали воевать между собой. Всё, что успел сделать рыцарь-командор – отправить отряд за Маркосом, чтобы вытащить его в столицу и разобраться, кто он, и представить жителям столицы.

И вот отряд вернулся с одним сообщением.

– Он отступал вместе с отрядом неизвестных солдат, – докладывал лейтенант. – Они хорошо сражались, потерь не понесли, только отступали. И в какой-то момент просто сами прирезали парня и бросили. Ещё и пожар устроили, так что тело не опознать – обугленный кусок мяса.

– А пока вы пытались погасить огонь, они ушли? – догадался Аранос.

– Всё так, владыка, – повинился лейтенант.

– Не вини себя, Тилон, – ободрил подчинённого Аранос, – ты сделал всё, что мог.

Отпустив подчинённого, рыцарь-командор повернулся к тёмному углу. Кабинет, что он занимал, имел отличное освещение, да и убранство сильно поменялось, Аранос предпочитал светлые и мягкие тона, и потому его рабочее место вызывало подсознательную ассоциацию к светлому залу церкви. Однако один тёмный угол оставался.

– Что ты об этом думаешь, Демат?

Вышедший из тени Светлый Отец имел вид старца. Сгорбившийся, с морщинистым лицом и руками, в обтёртой мантии, он производил обманчивое впечатление. Да, Демат – старик, пусть не немощный, не способный показывать чудеса акробатики и грации. Зато Светлая Мать хранит его разум в ясности, поддерживая тело, позволяя много работать и оставаться незаменимым на своём посту.

– Тебе стоило вызвать меня намного раньше, парень, – проскрипел Демат. – Не скажу, что время упущено, но для исправления положения потребуется приложить массу усилий.

– Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю, старик, – ответил рыцарь-командор.

– Хе, – Демат опустился в свободное кресло. – Тот тёмный, о котором ты говорил. Щенок, наглый, хитрый, безумно удачливый, но не очень опытный. Много мелких ошибок, хотя это не важно, своего он добился. Хорошие новости – я здесь, и я опытнее этого щенка, так что теперь ему придётся поумерить наглость.

– А есть плохая новость?

Старик пожевал губы, не спеша с ответом.

– Думается мне, рассказ твоего лейтенанта наглядно показал, что столкнулись рыцари не с обычными противниками. К тёмному подошло подкрепление, хорошо обученное подкрепление.

Аранос нахмурился.

– Только сейчас? Мне кажется, этот тёмный уже давно действовал не сам.

Демат отрицательно покачал головой.

– Нет, парень, он работал с местными. Тебе этого не заметить, но я вижу все совершённые ошибки. Совершённые бестолковыми исполнителями. А вот потом, когда объявился этот наследник, кое-что поменялось. Не думаю, что у тёмного много сил, скорее один или два небольших отряда. Но хороших, очень хороших, так что бдительности ты не теряй.

Новости не радовали. Даже два хороших отряда могут многое сделать. Уже сделали, и наверняка на этом не остановятся. Иллюзий Аранос не питал, раз его рыцари не смогли настичь отряд один раз, значит, не смогут и в следующий. Потребуется хорошая засада или значительный перевес сил.

– Что посоветуешь?

Старик вновь задумчиво пожевал губами, некоторое время размышляя над ответом.

– Во-первых, не отступать от веры, парень. Светлая Мать ведёт каждого из нас своим путём, нет никого, кто смог бы противостоять её воле. Раз она отметила тебя – не сомневайся в выбранном пути.

Аранос улыбнулся, медленно кивнув. Не стал рыцарь-командор говорить, то и так уверен в себе и своей вере.

– Во-вторых, не забывай заветы Церкви. Мы можем утопить сопротивление в крови, но это не будет победой. Делай то, что должен делать: убеждай, призывай, вдохновляй. Не опускайся на уровень тёмного. Он своё получит, теперь я здесь и об этом позабочусь. В конце концов, тёмный – лишь мальчишка, я подловлю его, это не более чем вопрос времени. А ты делай то, что должен. Нас ведёт свет.

– И мы несём свет, – ответил Аранос.