Текст книги "Его Величество Мертвец Том 4 (СИ)"

Автор книги: Postulans

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)

Глава 29

Я пересёк границу и вышел на территорию соседей. Соседи, само собой, от таких заходов в восторг не пришли, выслав делегацию для встречи. В прямом смысле делегацию, не армию. Армию посылать чревато, я могу сначала из пушек расстрелять, а уже потом спросить «кто такие?».

Делегация состояла из пяти, надо понимать, дворян на красивых, статных лошадках. А лица мрачные, недовольные. Сидят, пытаются сосчитать, сколько моих отрядов проходит. Я им задачу не облегчаю, скорость колонны определяет артиллерия, так что скелеты бегают туда-сюда. Отряды ведь никаких знаков отличия не имеют, все, как братья-близнецы. А я ещё численность тасую. В одну сторону пройдёт четыре отряда увеличенного состава, в другую – шесть отрядов уменьшенного. Можно просто прогнать пинками этих наблюдателей, наплевав с высокой колокольни на дипломатию, но я терплю, тренирую мероприятия по маскировке на марше, так сказать.

– Арантир! По какому праву вы нарушаете границу! У нас есть соглашения!

Ну да, есть ещё шестой. Куда более напыщенный, чем остальные пять.

– Две недели назад через вашу территорию прошло воинство Серой Цитадели и без объявления войны вторглось в земли Первого Союза. Этого уже достаточно, чтобы предполагать существование договорённостей между Его Величество Итирусом и магами Цитадели.

– Это не более чем голословное обвинение! – брызгал слюной болван.

– Считаете, что я вру?

Болван на секунду подавился, но быстро собрался.

– Для подобных обвинений требуются доказательства. Вы же, никак нас не уведомив…

– Мне достаточно случившегося, чтобы считать вас потенциальными врагами. Соответственно, ваши интересы меня не волнуют совершенно. Нравится вам это или нет, мои войска пройдут туда, а затем обратно. И, прошу, попытайтесь мне помешать. Это станет отличным поводом зайти к вам в столицу, на чай к Его Величеству.

Болван оглянулся на своих товарищей, но поддержки не увидел. Лица дворян, явно связавших свои жизни с войной, как бы говорили: «у нас нет аргументов для разговора на повышенных тонах». Ещё бы, я точно знал о них всё, вооружение, количество людей в дружинах, мобилизационный потенциал. Здесь ещё не умели секретить подобную информацию. Ну, кое-что умели, но если взяться за дело с хорошей мотивацией и большим кошельком – всё решаемо. Не скажу, что смог бы разогнать армию местных одним подразделением, но тремя ротами, пожалуй, уже можно попробовать. Люди здесь храбрые, но бедные, с природными ресурсами не повезло.

Создавать мне проблемы в пути не стали, посмотрели, увидели подход артиллерии и рыцарей смерти и сочли за лучшее убраться подальше. Я в каком-то смысле спешил. Хотел занять выгодное положение и успеть подготовить позиции. Вступать в бой с армией Цитадели следовало не где попало, а на подготовленной позиции. У них точно есть какие-нибудь сюрпризы, наверняка неприятные, и мне следует подготовить возможности для манёвра. Пожалуй, самое плохое, что я ожидаю от магов Цитадели – перехват управления над моей армией. Вряд ли над всей, но потеря даже пары отрядов вызовет проблемы. Мои скелеты очень крепкие, и расстрелять отряд выйдет далеко не сразу. Пусть я знаю, что перехватывать контроль над чужой нежитью очень сложно, но возможно. И у Цитадели могут найтись хитрости и уловки.

А ночью меня навестил информатор, по совместительству дальний родственник Его Величества.

– Знаешь, глядя на всё происходящее и зная, на что способен Первый Союз, я уже хочу попросить тебя свергнуть этого кретина, чтобы занять его место. Многим достойным людям сберегу жизни.

Алекс, молодой мужчина, красивый, обаятельный, умный, сейчас выглядел куда мрачнее, чем те пять дворян днём. Мы заняли мой шатёр, и у меня даже нашлось вино, чтобы угостить позднего визитёра.

– Всё настолько плохо?

Алекс поздно узнал о договорённостях с Цитаделью, к сожалению. И, в отличие от Конрада, парень сомнений не вызывал, Алекс информацию поставлял стабильно и в полном объёме. А уж если чего не знал, то ничего не поделаешь, он не самый приближённый к королю родственник, скорее уж наоборот.

– Его Величество и его приближённые уверены, почему-то, что новейшим оружием оснащены только твои скелеты, а гарнизоны в городах воевать будут мечами и копьями. На все попытки их образумить твердят, что новое оружие очень дорогое, и им физически не могут быть оснащены все войска. В лучшем случае – гарнизон столицы, – ответил Алекс.

– А то, что я за год таких стволов мог с запасом наделать? Нет?

Мужчина развёл руками.

– Арно это постоянно повторяет, не хотят слушать.

Как и в любом государстве, здесь вокруг правителя сформировалось несколько фракций, конкурирующих друг с другом. Я в подробности не вникал, соседей у нас пара десятков, и наизусть помнить, кто там с кем против кого дружит можно, конечно, только для таких задач у меня есть Каролина, пусть у неё голова болит по этому поводу.

– А про переворот? Насколько ты серьёзен?

Ответил информатор сразу.

– Не, я так, к слову. У Итируса хорошая поддержка, ни у кого из претендентов такой нет, так что всё это…

Я, не слушая Алекса, переключил внимание на своих мертвецов.

– Извини, Алекс. Похоже, кто-то из твоих знакомых попытался проникнуть к моим пушкам.

Лицо мужчины выразило сначала удивление, а затем раздражение и стыд.

– Кретины. Это насколько же нужно быть самоуверенным идиотом?

– Да, похоже, – соглашаюсь. – Тебе не стоит попадать им на глаза.

– Ага, согласен. Спасибо за хорошее вино.

С информатором я расстался. Или его лучше называть агентом влияния? Впрочем, кроме информации и минимального сотрудничества, какое не вызовет подозрений, мы с Алексом и не взаимодействовали.

Я же отправился к артиллеристам. Люди, само собой, спали. Отдыхали после марша. Даже офицеров будить не стали, незачем, оборона лагеря их не касается. Пока я шёл, пленников, двух молодых мужчин и одну девушку, доставили в свободную палатку, которую днём артиллеристы используют для приёма пищи.

Когда я вошёл, все трое стояли на коленях в окружении гвардейцев. А лица уверенные, даже насмешливые.

– Ну что, поймал? – с вызовом заговорила девушка. – Теперь отпускай.

Серьёзно?

– С чего бы вдруг?

– С того, что ты на нашей земле, – ответил старший из парней, лет двадцати пяти, примерно. – И тебя сюда никто не приглашал. А мы на своей земле!

Забавно, насколько разными бывают люди. Вот Алекс. Член правящей семьи, но так, почти дальний родственник, так что преференций минимум. Отлично понимает все перспективы конфликта между его страной и Союзом. Также вполне способен понять, почему нам конфликт не нужен в принципе, и почему с нами можно спокойно взаимодействовать. Он ведь даже не предатель в полном смысле слова. Информацию, которую он предоставляет, против его государства не используют, опять же, в этом нет особого смысла. Слишком велика разница в экономической мощи. Соединённые Государства Америки моего мира не будут всерьёз рассматривать контакт с каким-нибудь африканским племенем как дипломатическую миссию, потом что экономический потенциал этого племени ниже, чем у самого захолустного городка в одном из центральных штатов. Здесь разница не столь велика, но уже достаточна, чтобы я не рассматривал соседние государства (по отдельности) как потенциальных соперников. Алекс это понимает, также он отлично понимает перспективы ближайших десятков лет.

А эти трое не понимают. Не понимают, какую угрозу я представляю лично для них, не понимают, что, если я развешу их на ближайшей сосне, Итирус на это закроет глаза. Запомнит, обиду затаит, но на этом всё.

– Вы вообще зачем пришли? – спрашиваю.

Потому что реально не понимаю, что они рассчитывали сделать. А эти насупились и молчат, партизаны малолетние.

– Ладно, начнём сначала. Вы кто такие?

Молчат. Забавно.

– Потому что, если вы разбойники с большой дороги, я просто вам бошки посворачиваю и поставлю в строй к остальной армии.

Переглядываются. Ага, дошло.

– Я – герцог Кром Миллаский, – представился старший. – А это мои брат и сестра.

Какая прелесть.

– Хорошо, а теперь скажи мне, ми лл ый, а доказательства у тебя есть, что ты герцог?

– Как ты смеешь не верить слову дворянина⁈ – возмутилась девушка.

Игнорирую, ожидая ответа от старшего.

– Наши клинки, что забрала твоя нежить. Взгляни на них. Такие могут носить только дворяне.

А его братец добавил:

– И только попробуй сказать, что мы их украли!

Гвардеец продемонстрировал отнятое оружие. Что же, признаю, хорошие вещи. С такими точно только дворяне и будут ходить. Опять же, вряд ли ворованное, такие вещи сразу пытаются сбыть, или прячут.

– Допустим.

На лицах пленников появилось самодовольное выражение. Они всерьёз ожидают, что я сейчас испугаюсь и их отпущу?

– Впрочем, это ничего не меняет. Вы посреди ночи пытались проникнуть в мой лагерь. И, поскольку не признаётесь, зачем, я предполагаю, что вы мои враги.

– Мы находимся на нашей земле! – выкрикнул младший из братьев.

Пожимаю плечами.

– И что?

На лицах недоумение.

– Право сильного, детки. Из-за ваших жизней со мной ссориться не станут. Поэтому единственное, что спасает ваши жизни – моя порядочность. Я не убиваю, тем более детей, без веской причины.

– Мы не дети! – возмутилась девушка.

– Тебя только это беспокоит? – уточняю.

Старшему в голову пришла какая-то мысль, и он начал её реализовывать.

– Мы не сделали ничего плохого! Просто прогуливались мимо!

– И не заметили лагеря? С факелами и патрулями? То есть заметили, но решили плюхнуться брюхом в траву и попробовать проползти? Я ничего не упустил?

Подростки постепенно начали волноваться. Осознали, наконец, положение? Переглядываются, волнуются. Девушка смотрит на братьев с надеждой. Младший на старшего с отчаянием. Старший ещё пару секунд метался, и, наконец, признался:

– Мы хотели посмотреть на пушки.

Или соврал.

– Звучит, как жалкое оправдание.

– Но это правда! – возмутился младший из братьев. – Мы… эм… купили мушкет, но…

– Замолчи! – синхронно закричали старший брат с сестрой.

И, переглянувшись, снова заговорил старший.

– Нам интересно, как работает это оружие. Но порох купить сложно, и мы хотели… Попробовать украсть немного.

– А когда увидели пушки, – подхватила девушка, – захотели посмотреть вблизи. Мы ничего такого не хотели! Но это интересно!

Это звучит глупо. Настолько глупо, что может оказаться правдой.

– Так, – произнёс я и задумался.

Ничего увидеть они не успели. Со скрытностью у них не сказать, что совсем плохо, первый ряд патрулей они как-то миновали, но это всё равно смешно. Так что, по совокупности факторов, они действительно похожи на тех, кем называются. Убивать их, по большому счёту, не за что. Держать при себе тем более.

– У меня сейчас война, детишки. Тем не менее я вас отпущу, цените. А если очень хочется посмотреть на мушкеты…

Сколько надежды в глазах, ну сущие дети.

– Дождитесь окончания войны и заглядывайте в гости, в любой пограничный гарнизон. Дам пострелять и даже продам немного пороха.

Если они просто увлекаются оружием – ничего страшного. А если хитро замаскированные враги… Как-то я не понимаю такой хитрой маскировки. Слишком она безумная. Пинками выставил всю троицу за пределы лагеря, вернув оружие.

Глава 30

Порыв ветра бросил в лицо путников песчаную пыль, и Джейтраэль прикрылся капюшоном, защищая глаза и уши. Вездесущий песок доставлял массу дискомфорта, но остроухий был привычен к этому, насколько вообще можно привыкнуть к иссушающей пустыне.

Остроухий бросил взгляд на продолжавших движение мертвецов и мыслено им позавидовал. Нежить не испытывала дискомфорта. Хотя песок донимал и гвардейцев, так что мертвецы тоже укутались тряпками, защищая кости от истирания.

Хуже всего приходилось людям, не привыкшим ни к дальним переходам, ни к пустыням. Эльф отдавал им должное, подобранные для экспедиции люди не жаловались и старались, работая с полной самоотдачей. И их присутствие, благодаря нежити, в основном, не замедляло продвижения. Откровенно говоря, присутствие нежити весьма ускорило движение экспедиции. Мертвецы тянули много полезных грузов, в том числе тех, от которых обычно приходилось отказываться, при этом сами не требовали ни еды, ни, что важнее, воды.

Джейтраэль убедился, что цепь путников не растянулась, и поспешил в голову колонны. До пункта назначения оставалось всего несколько дней пути, если он не ошибается в расчётах. Джейтраэль хоть и являлся одним из самых опытных следопытов, пустыня оставалась пустыней. Минимум ориентиров, приличные расстояния и тяжёлые условия, всё это влияло на определение своего местоположения. Опять же, в этой экспедиции они шли быстрее обычного темпа, и дополнительно осложняло ему работу.

В голове колонны он нагнал платформу, которую тащили гвардейцы, и взобрался на неё. На таких платформах и проходили основную часть пути все живые участники экспедиции. Не так часто в пустыне встречались места с мягким песком, когда платформы приходилось разгружать, чтобы скелеты не тонули в барханах.

На платформе в распоряжении Джейтраэля имелось одно сидячее место и место под сумку, а также доступ к воде. К воде остроухий и приник, прежде чем стянул с головы капюшон. У платформ имелся навес, спасавший от солнца, оставалось только не зевать, чтобы не пропустить очередной порыв ветра, что принесёт мелкую песчаную пыль.

Два лича играли в шахматы. Со стороны это смотрелось очень странно. За день каждый из играющих успевал сделать по три, иногда четыре хода. Остроухий в один из вечеров говорил об этом с Зараком, старшим среди людей.

– Это они сейчас ещё активно играют, – с улыбкой рассказал мужчина, успевший отрастить бороду во время пути. – В Предельном они могли даже не каждый день по ходу делать. Развиваются.

– Я так и не понял сути игры, – признался Джейтраэль. – У вас она популярна, как я погляжу?

– Ну, не сказал бы. Она сложная, – Зарак задумался. – Надо думать, особенно если противник сильный.

– А ты сильный? – спросил остроухий.

Зарак горделиво подбоченился.

– А то! Я и с Арантиром играл. Даже один раз выиграл, а кронлорд играет ой как зло.

– Зло? – не понял Джейтраэль.

– Ну, агрессивно, сильно. С ним сложно играть. Ты стратегию выстраиваешь, он ломает. И не всегда поймёшь, куда он сам собирается атаковать.

Остроухий указал на личей.

– А они как? Хорошо играют?

На этот вопрос человек ответил не сразу.

– Знаешь, так сразу не сказать. Играют они долго, а так, вообще-то, нельзя. Но вообще я за ходами наблюдал. Они не просто на несколько шагов считают, у них прямо противостояние. На много ходов считают, и своих, и противника. Не думаю, что смог бы кого из них легко победить.

Джейтраэль наблюдал за игрой не мешая. Он уже понял, как ходят фигуры, но многие вещи от эльфа ещё ускользали. Нельзя сказать, что остроухий сильно заинтересовался, просто в пути, да ещё в таком комфорте, делать было нечего.

Караван медленно поднялся на очередной бархан. Джейтраэль глянул вперёд, на гребень следующего бархана, где должен ждать передовой отряд. И, едва увидев разведчиков, остроухий вскочил. Передовой отряд развернул полосатый флаг: две красные линии, две чёрные. Они видят цель.

– Передовой отряд видит руины.

Личи оторвались от игры и тоже поднялись, оборачиваясь к передовому отряду. Они ничего не сказали, но мимо платформы промчались два рыцаря смерти. Остроухий подал знак своим собратьям. Эльфов с экспедицией следовало не особо много, однако они были, и Джейтраэль за них отвечал.

Началась рабочая суета. Экспедиция начала возводить временный лагерь на безопасном расстоянии от руин, пока часть нежити начала разведку. Джейтраэлу нравился такой подход, живые не рискуют, пока нежить обеспечивает безопасность поверхности и верхних уровней руин. От него и его подчинённых теперь требовалась разведка местности: найти ближайший источник воды и выбрать место под постоянный лагерь.

Джейтраэль только собрал группы поиска, как от руин донеслись хлопки выстрелов. Эльф обратил вопросительный взгляд на лича, Эрста, и тот пояснил:

– Дикая нежить.

Выстрелы повторились. Остроухий мысленно порадовался, что не его собратья проводят зачистку. Да, всю пользу с руин получат и союзники, но, во-первых, они сделают это без потерь в живой силе, а во-вторых, союзники же. Насколько знал Джейтраэль, сотрудничать с Арантиром собираются всерьёз и долго, так что не о чем переживать.

С поиском воды не повезло. После нескольких дней отряд разведки обнаружил небольшой оазис, но именно что небольшой. Если из него активно брать воду на всю экспедицию, он может и обмелеть. Маг воды, участвовавший в экспедиции, обещал помочь, но Джейтраэль, имея опыт в этих делах, сразу озаботился поиском надёжного источника. Пусть доставлять из него воду придётся караванами, но это небольшая плата.

Всё это время нежить союзная выбивала нежить дикую. Живые успели поставить лагерь, личи даже начали возводить свой монолит. И только на шестой день Эрст разрешил живым приближаться к руинам.

– Мы очистили три этажа. Глубже ведёт всего один проход, поэтому там должно быть безопасно.

– А если они найдут другие проходы? – уточнил остроухий.

– Мы всё осмотрели, никаких проходов не обнаружили. И мы продолжаем зачистку, займём нежить на глубине.

Джейтраэль признал, что риск оправдан. На следующий день экспедиция вошла в очищенные залы. И первое, что пришлось сделать – действительно их очистить. После боёв осталось множество трупов. Гвардейцы растащили тела, чтобы оставить проходы, но для тщательного изучения руин этого недостаточно.

То, что Эрст назвал этажами, правильнее называть уровнями. Впрочем, сколько раз Джейтраэль бывал в подобных местах, так и не разобрался в архитектуре. А люди взялись тщательно всё зарисовывать, начав с планов. И уже на второй день пришлось перепроверять верхний уровень. На подробном плане оставались большие пустые участки между стен, слишком большие, чтобы не заподозрить наличие потайных ниш. В двух местах действительно удалось обнаружить скрытые комнаты. В остальных решили не ломать стены, а сначала подробно срисовать всё, что на них нанесено.

Остроухие с удивлением наблюдали, как люди документируют всё. Каждый сантиметр поверхностей подвергался зарисовке. Каждый найденный предмет подробно описывался, обнюхивался, облизывался, разве что ломать не пробовали, аккуратно складывая. Через две недели Джейтраэль понял, почему люди рассчитывали на столь долгую экспедицию. С таких подходом за прошедшие дни они прошли меньше трети самого верхнего уровня. А в лагере росли горы мешков. В этих мешках очень аккуратно собиралось всё найденное, оборачивалось тканью и засыпалось просеянным песком. Всё, чтобы не повредить предметы при транспортировке. Изучать всё это добро будут в Предельном.

Ещё остроухие увидели, как нежить аккуратно вынимает целые фрески из стен, чтобы, да, тоже собрать их и уволочь в Предельный. На закономерный вопрос Джейтраэля:

– Как вы собираетесь волочь плиту пять на четыре метра по пустыне?

Эрст ответил:

– На санях.

Какое-то время эльфы занимались своими делами, возили воду, проводили разведку окрестностей. Вскоре делать стало нечего и большинство эльфов присоединилось к работе людей. Джейтраэль присоединился к Зараку, уже не столько руководившему процессом (народ втянулся в работу, и постоянный контроль не требовался, только решение возникавших периодически проблем), сколько занятому систематизацией находок.

В очередной вечер, когда работа уже подошла к концу и все вернулись в лагерь (инструкции Арантира категорически запрещали ночевать внутри руин), Зарак предложил Джейтраэлю отметить первый результат их работы.

– Не рановато ли говорить о результатах? – усомнился остроухий.

В понимании эльфа результатом должен стать найденный артефакт. Ранее экспедиции самих эльфов надеялись найти что-нибудь об истории их народа, но после нескольких неудач оставили это дело.

– Ну, результат у нас промежуточный, – уточнил Зарак, когда доставал небольшую бутылочку. – И тем не менее я с уверенностью заявляю: всё сделанное уже было не зря.

– Хорошо, – кивнул Джейтраэл, наблюдая, как несколько капель падает в травяной отвар. – Я слушаю, что вы нашли?

Зарак сделал драматическую паузу, с улыбкой глядя на остроухого, но Джейтраэль не поддался, возвращая улыбку и терпеливо ожидая ответа.

– Помнишь ту фреску, с которой так долго возились гвардейцы?

– Такое забудешь, – хмыкнул остроухий.

– Вот! Я, как на неё взглянул, заподозрил неладное. На первый взгляд там просто большое художественное полотно с детальной прорисовкой местности. Я внимательно рассмотрел барельеф и постарался сопоставить его с нашими картами. Признаюсь, в какой-то момент я даже подумал, что ошибся.

Зарак замолчал, подходя к одному из столов в своей палатке и показав лист, исписанный заметками.

– Но если очень внимательно смотреть, то вот эта горная гряда…

– Это хребет Марракара? – не имея полной уверенности, спросил Джейтраэль.

– Именно! – подтвердил Зарак. – Только, как видишь, хребет этот на юге карты, а не на севере. И то, что сейчас является бесплодной пустыней, когда-то было иным. Судя по рисунку – зелёные равнины, леса, реки.

– Остался только песок и дикая нежить.

Зарак покивал.

– Ага, ага. И дикари. Очень хочу узнать, дикари – это одичавшие жители, или они пришли из других мест.

– Я другое хочу узнать. Что изображено на севере? На самом верху?

Человек собрал несколько листов и разложил на столе, сложив в линию. Художники постарались, картинка была передана довольно точно. По верхнему краю шла полоса, обрыв, уходящий в никуда.

– Край мира, мой друг, – ответил Зарак.