Текст книги ""Фантастика 2026-26". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Mortykay

В их первую встречу Игнирис обозвал его дикарем, от которого веет смертью и кровью. Более того, он презирал Кая за это и говорил, что подобные не могут быть алхимиками. Естественно, сейчас все это казалось Каю смешным и он не мог упустить возможность подколоть своего конкурента.

Услышав слова Кая, Игнирис только хмыкнул и зашел во внутренний двор особняка. Глянув на Кая, он строго произнес:

– Я до сих пор считаю, что ты в плохом смысле чудной алхимик. После твоей дуэли с Брунхильдой это мнение только усилилось.

– Вселенная слишком огромна и разнообразна, чтобы подгонять мастеров и ремесленников под какой-то стандарт. Может я и странный для Пантеона, но, как видишь, я также прилагаю усилия, чтобы прогрессировать в алхимии и поспевать за тобой. – С улыбкой ответил Кай и пошел вперед, показывая гостю дорогу.

Кай знал, что Игнирис почему-то ненавидит гениев, поэтому специально акцентировал внимание на том, что он также тяжело работает над обучением ремеслу алхимии.

– Может ты и прав… – задумчиво пробормотал Игнирис, – Должен признать, что с момента нашей первой встречи, твои умения действительно сильно улучшились. – С похвалой добавил он.

– Ты сказал, что сражение со мной ускорили твой прогресс. Я нахожусь в аналогичной позиции. Дуэли с тобой помогают мне развиваться и держаться в тонусе. – Разворачиваясь, с улыбкой ответил Кай.

Двое быстро прошли на задний двор Кая, и сели на крыльцо. Кай достал из своего пространственного кольца небольшие чаши, а также разнообразные закуски. Все это происходило в странной умиротворенной атмосфере, будто их прежняя вражда была поставлена на паузу.

Налив своему гостю, а также наполнив свою чашу, Кай с улыбкой произнес:

– Давай выпьем за новое знакомство. Пусть отныне мы будем не врагами, а конкурентами! Однажды я обязательно выиграю в дуэли с тобой! Более того, я хочу полностью превзойти тебя! Хе-хе.

– Теперь мы конкуренты. Даже если ты когда-то выиграешь, на следующий раз я снова раздавлю тебя. Так что можешь не мечтать о вечном превосходстве. – Внезапно улыбнувшись, ответил Игнирис.

После еще нескольких нейтральных фраз и выпитых бокалов между ними разгорелась новая конкуренция, выразившаяся в непрямом соревновании в искусстве употребления алкоголя...

Они оба начали осушать свои бокалы с неожиданным энтузиазмом, как будто между ними вспыхнула новая дуэль. Каждый глоток был веселой эскалацией их стремления доказать превосходство не только в алхимии, но и в способности выдерживать алкоголь.

Хотя оба они были взрослыми мужчинами, в подобных мелочах вели себя как смертные дети. Озорство начало брать над ними верх, а Кай регулярно доставал новые бутылки из своего кольца.

– На скорость, Игнирис! Ты что-то отстаешь! – Выкрикнул Кай, подмигивая гостю.

– Оптимистичный дурачок... – с усмешкой отозвался Игнирис, – Ты думаешь, что можешь победить меня в выпивке? В алкоголе я ничем не хуже, чем в алхимии!

Каждый следующий тост становился все более изобретательным и забавным. Они поднимали тосты за алхимические открытия, которых еще не совершали, за дуэли, в которых еще не участвовали, и даже за те моменты, когда их взгляды пересекались на поле битвы, полные конкуренции.

С каждым бокалом их речи становились все более размытыми, а смех – громче и заразительнее. Казалось, они соревновались не только в умении пить, но и в способности делать забавные и остроумные замечания друг о друге.

– Помнишь, как ты пытался подавить меня в первую дуэль, но разочаровался, увидев мой боевой настрой? Бедолага... – Смеясь выдал Кай.

– Лучше вспомни последнюю дуэль. Можешь отрицать, но было видно, что ты уверен в своей победе. Было жалко смотреть на тебя, когда загорелся мой жетон! – Хмыкая, пренебрежительно ответил Игнирис.

В конце концов, они даже забыли, кто из них выпил больше. Стало очевидно, что победитель в этом необычном соревновании не важен. Главное – непредсказуемая и веселая конфронтация, которая зародилась между двумя такими разными, но уважающими друг друга конкурентами. Их смех и шутки наполнили особняк Кая, превращая вечер в один из самых запоминающихся моментов их соперничества.

К глубокой ночи атмосфера в особняке Кая стала более спокойной и умиротворенной. Вечер был чрезвычайно красивым, со звездами, мерцающими в небесной черни, и легким прохладным ветерком, который иногда проникал в уютную атмосферу их встречи.

На крыльце, где они сидели, теперь горел только один светильник, бросая мягкие тени на стены и создавая иллюзию изолированности от остального мира. В этой полутьме они казались не столько конкурентами, сколько старыми давними знакомыми, разделяющими момент тишины.

После долгих часов беседы, смеха и соперничества, пьяный Кай, опираясь на локоть, наконец решился задать вопрос, который давно мучил его любопытство.

– Игнирис, – начал Кай, его голос звучал задумчивее, чем обычно, – Ты знаешь... Я всегда хотел спросить... Почему ты так ненавидишь гениев? Что заставляет тебя так яростно к ним относиться?

Эти слова заставили Игнириса на мгновение замереть. Казалось, будто его взгляд потемнел от воспоминаний, которые до сих пор лежали тяжелым грузом на его сердце. После короткой паузы, он произнес то, что Кай не ожидал услышать. Это был откровенный и искренний рассказ...

– Мое детство прошло в секте алхимиков, – начал Игнирис, его голос был спокойным, но в нем звучали нотки глубокой боли. – Я родился без особого таланта, как и многие мои близкие. Каждый день я видел, как гении легко достигают успехов, в то время как мне приходилось трудиться вдвойне, иногда даже втройне, только чтобы держаться на их уровне.

Он сделал паузу, словно собираясь с мыслями.

– Наша секта была жестокой... Ошибки в культивации карались немедленно. Шрамы на моем теле – напоминание о тех наказаниях. Хотя они укрепили мой характер, но также зародили во мне ненависть к тем, кто рождается с дарами, которые я должен был зарабатывать кровью и потом. Более того, подобные гении часто топтали обычных учеников, превращая их жизнь в ад.

Глаза Игнириса отражали глубину его страданий. А Кай внезапно вспомнил сцену, когда он увидел тело своего собеседника, полностью покрытое шрамами, похожими на удары от огненных плетей.

– Мало кто выдерживал наказания, и умирали жалкой смертью... Многие близкие друзья не смогли выдержать испытания секты, и даже мои любимые младшие сестренки были забиты до смерти из-за высокомерия одного ублюдка… После их потери моя ненависть к гениям только усилилась. Я обещал себе, что докажу всему миру: настоящая сила – это не то, что дано с рождения, а то, что выковано упорным трудом и бесконечными испытаниями. С того момента и по сей день во мне сидит навязчивая идея и желание подавлять гениев и разрушать их самоуверенность.

Кай слушал, поглощенный рассказом. В его глазах отражалось определенное понимание и сочувствие. Казалось, что все миры, независимо от их уровня, пропитаны жестокостью и несправедливостью. Сам Кай также много раз видел подобное…

– Это тень моей души... Она всегда со мной. И, возможно, я никогда полностью не избавлюсь от чувства ненависти к мастерам, которых называют гениями. Иногда эта ярость отравляет даже мою жизнь. – Игнирис вздохнул, словно с трудом выбирая слова.

Видя, что собеседник замолкает, Кай тяжело вздохнул и произнес:

– Гений – это хорошо, но только его недостаточно. Многим гениям также пришлось пройти через множество трудностей, чтобы чего-то достичь. Я не могу отрицать, что я обладаю уникальными способностями, дающими мне преимущество… – задумчиво пробормотал Кай, – Но я родился в низшем мире, где Сфера Ядра считалась пиком культивации. С моей позиции – мастера высшего мира имели надо мной огромное преимущество. – Раскрывая часть и своей истории, добавил Кай.

– Моя ненависть была направлена не на тебя лично, Кай. Это борьба с неправдой этого мира, где те, кто рождаются без дара, вынуждены бороться за каждый шаг. – Открывая свои истинные мотивы, ответил Игнирис.

Кай, впитав каждое слово, наконец понял глубину чувств и мотивы Игнириса. Этот момент открыл между ними новую страницу – страницу взаимопонимания и, возможно, начала странного вида дружбы, в которой они желали превзойти друг друга.

Глава 685

В тот вечер Кай много слушал Игнириса, узнавая его предысторию глубже. Он вырос в секте, где слабость считалась грехом, а ошибка – преступлением. Игнирис стал живым свидетельством жестокости этого мира. Каждый промах, каждая неудача, оставляли на его теле шрамы.

Старейшины наказывали детей огненными плетями, что разрывали плоть до самых костей, накладывали печати, что не давали шрамам исчезнуть. Эти шрамы были будто метками прокаженного неудачника, от которого старались держаться подальше более талантливые дети.

Вокруг него умирали его близкие, падая в борьбе за признание и силу, и каждая потеря оставляла в его сердце рану глубже шрамов на коже. Но самой сложной для него оказалась потеря его младших сестер близняшек, которые не сумели справиться с такими сложными испытаниями.

Видя, как одаренные дети легко преодолевают те же преграды, которые казались ему непреодолимыми, в его сердце зарождалась горечь и боль. Он стал жить мечтой однажды показать этому миру, что настоящая сила – это не дар, а плод упорного труда и жертв. Он хотел сделать так, чтобы легкомысленные гении вкусили той же боли, что и его младшие сестры.

Каждый день Игнирис просыпался с мыслью о том, что сегодня он станет сильнее. Его мечта была не о славе, не о власти, а о правде – правде, что ни один врожденный талант не сравнится с тем, что может достигнуть человек, пожертвовавший всем ради своей цели.

Когда Игнирис излил свою душу, он к удивлению захотел узнать историю Кая. Он не был высокомерным или зацикленным только на себе. Казалось, после долгого разговора, он увидел, что Кай не совсем похож на тех гениев, которых он презирал.

Кай, в свою очередь, вкратце рассказал свою историю, охватив ключевые моменты своей жизни. Он начал с самого детства, проведенного в приюте, где он регулярно сталкивался с голодом и необходимостью красть еду, чтобы выжить. Эти ранние годы научили его быть крепким и шустрым, что в итоге помогло ему не умереть на улицах деревушки. Кай не скрывал, что даже никогда не ощущал энергию и не знал о культиваторах.

Далее, Кай поведал о трагическом событии резни в приюте, когда всех его близких убили, а само здание сгорело дотла. Это стало переломным моментом в его жизни, когда детская мечта о том, чтобы улучшить приют и жизнь своих братьев и сестер, была жестоко разрушена. Это глубоко затронуло Кая, оставив в его сердце неизгладимый след.

После Кай вспомнил, как встретил Мастера Мо, взявшего его под свое крыло. Эта встреча стала началом его жизни культиватора. Кай подчеркнул, что его путь казался уникальным и он достиг значительных успехов, в своем роде гением. Но также он уточнил, что это было результатом не только его таланта, но и бесконечных испытаний и трудностей, с которыми ему пришлось сталкиваться с самого детства.

В своем рассказе Кай поделился, что его жизнь всегда была наполнена преодолением тяжестей, начиная с бегства в деревню за едой и заканчивая вечными вызовами в высшем мире. Он не отрицал своего статуса нетипичного мастера, но ощущалось, что Кай придерживался философии, похожей на аналогичную у Игнириса. Настоящая сила – это плод упорного труда и жертв!

Этим вечером Игнирис наконец увидел в Кае не просто гения, презираемого им за легкость достижений, но человека, чья жизнь была полна борьбы, упорства и стремления доказать свою ценность через невероятные испытания и жертвы.

Оба внимательно выслушали друг друга и весело продолжили выпивать. Все же они не желали меряться тем, у кого жизнь была тяжелее.

Когда Игнирис покинул дом Кая, он предложил иногда сражаться вне Арены Золотого Колокола, чтобы оттачивать алхимическое мастерство вместе. Естественно, Кай согласился на подобное предложение и был только рад.

Именно с того момента по-настоящему началось “активное затворничество” Кая в Пантеоне Божественных Ремесленников. Казалось, что все произошедшее до этого было подготовкой к активному наращиванию силы и статуса.

Во-первых, Кай обеспечил себя ресурсами и постоянными поставками Небесных Огней. А также начал разрабатывать свою технику культивации духа.

Во-вторых, Кай полностью осознал надобность продвижения в иерархии Пантеона, для своей личной защиты от Пожирателя Пламени Войны.

В-третьих, он нашел оппонента сильнее его в алхимии, с которым мог постоянно сражаться и прогрессировать. А также завоевал репутацию в Семье Алхимиков Артемион, что сделало его пребывание внутри более удобным.

В-четвертых, его пригласили на тренировки к Хранителям Божественного Правопорядка, а значит он сможет сражаться и не проседать в боевых навыках.

Каждый из этих факторов стал частью рутины Кая, давшей ему возможность развиваться. И Кай не желал терять время или любой из этих шансов!

Кай провел несколько дней, чтобы создать тщательный и удобный график месяца. Он составил все так, чтобы успевать выполнять свои обязанности в Семье Алхимиков Артемион, при этом иметь время на три типа тренировок:

Первая – тренировка алхимии вместе с Игнирисом, для продвижения в ранге семьи.

Вторая – поглощение Небесных Огней и в перерывах разработка собственной техники культивации, для развития культивации.

Третья – тренировка на тералите Хранителей Божественного Правопорядка, для получения опыта в сражении с мастерами Сферы Преобразования Закона.

Таким образом, дни текли, складываясь годы, а потом и века...

Каждый день был похож на предыдущий, словно капли воды, сливающиеся в бескрайнем океане времени. Кай, обретший убежище и цель в Пантеоне Божественных Ремесленников, погрузился в алхимические исследования и боевые искусства, почти забыв о внешнем мире. Его дни стали бесконечным чередованием экспериментов, медитаций и сражений, каждое из которых приближало его к великим целям будущего.

Каждый год добавлял к его возрасту новые слои опыта и знаний. Он продвигался по иерархии, пока он не достиг отметки в пять сотен лет.

В течение этих долгих двухсот пятидесяти лет, каждый день в жизни Кая был наполнен бесконечной рутиной, которая для кого-то могла показаться монотонной. Однако для Кая это было время, когда каждый момент, каждое действие приближало его к цели, которая казалась ему поначалу недосягаемой. Его жизнь стала живым воплощением поговорки о том, что путь к мастерству лежит через тысячу повторений.

Каждый день Кай начинал с медитации, погружаясь в глубины своего сознания, исследуя и укрепляя свой внутренний мир. Это было время, когда он мог по-настоящему исследовать свою систему духа.

После медитации следовали часы усердной работы в алхимической лаборатории иногда чередуясь со сражениями с Игнирисом. Кай экспериментировал с различными ингредиентами, искал новые сочетания, которые могли бы дать миру неизведанные ранее эликсиры. Он тестировал каждую новую формулу, каждый раз рискуя, ведь алхимия – это искусство, где грань между открытием и катастрофой порой невелика. Но Кай не боялся неудач, он знал, что каждый неудачный эксперимент приближает его к успеху.

Затем наступало время тренировок. Кай упорно занимался своим боевым искусством, совершенствуя техники Божественной Дуальной Энтропии и Прародителя Асуры. Он тренировался как с живыми партнерами на тералите Хранителей Божественного Правопорядка, так и в платных зонах для культивации. Эти тренировки были необходимы, чтобы держать себя в форме.

С наступлением ночи, когда тишина окутывала мир, Кай проводил время за чтением древних манускриптов и книг. Он изучал истории прошлых мастеров, тайные знания, которые были утеряны веками. Это время было для него священным, ведь знания, полученные из древних источников, позволяли ему видеть мир под другим углом и находить новые пути для своего развития.

Именно так, в бесконечном цикле медитации, алхимии, тренировок и исследований, прошли века… И в один из дней, Кай наконец достиг звания Магистра Алхимии первого ранга, воплотив тяжелую цель, которую он культивировал на протяжении веков!

За эти годы, репутация Кая только укреплялась. Он стал не только известным алхимиком в Семье Алхимиков Артемион, но и знаменитым мастером молодого поколения Пантеона Божественных Ремесленников. Его имя звучало в сражениях и экспериментах, а его достижения поражали даже старейшин.

Кай постоянно приходил к Хранителям Божественного Правопорядка, где его сила и мастерство оставались непревзойденными для большинства. Только те, чьи способности были на несколько преобразований закона выше, могли составить ему достойную конкуренцию. Это делало его исключением из правил, нетипичным ремесленником, чья сила шла вровень с боевыми мастерами.

Дуэли между Каем и Игнирисом, изначально начавшиеся как сильная вражда, переросли в своеобразную хорошую традицию. В конце каждого месяца они встречались в дуэли на Арене Золотого Котла, привлекая внимание почти всех молодых алхимиков Семьи Артемион. С течением времени Кай даже начал одерживать победы над Игнирисом, хотя большинство побед все еще оставалось за его оппонентом.

Эти дуэли не просто стали зрелищем для их соратников и коллег, но и символом непрекращающегося стремления к совершенству, испытанием для их духа и мастерства. Каждая встреча становилась испытанием новых техник, эликсиров и стратегий, оттачивая их умения и раздвигая границы возможного. Также, подобные дуэли влияли и на остальных, заметно повышая соревновательный дух в рядах семьи.

Таким образом, жизнь Кая в Пантеоне Божественных Ремесленников стала своеобразным путешествием к совершенству, где каждый день был наполнен дисциплиной и порядком.

– Ты наконец достиг Магистра. Теперь мне будет не так стыдно сражаться с тобой. – С издевкой произнес Игнирис, идущий рядом с Каем.

В этот момент они шли в сторону особняка Кая, а по пути их часто приветствовали и даже слегка кланялись. Игнирис добился звания Магистра раньше Кая, что уже приравняло его к старейшинам. По иронии судьбы Игнириса также начали считать гением, ибо добиться подобного в его возрасте могли единицы.

– Если бы я не занимался другими аспектами моей силы, я бы давно тебя обогнал. – С улыбкой ответил Кай, специально провоцируя друга.

– Да-да, мечтай… – хмыкая, выдал Игнирис, – Кстати, теперь тебе также придется проводить лекции или выберешь другие обязательства? Благо, количество других заданий с тебя снимут...

– Это определенно хорошая новость, ибо я смогу перепланировать свой график. – Довольно вздыхая, ответил Кай.

– График? Это больше похоже на навязчивую идею, вроде моей с ненавистью к гениям. Ты буквально сотни лет проводил каждый день одинаково. Удивительно, что ты еще не сошел с ума… Хотя… Может ты изначально был сумасшедшим. – Подшучивая произнес Игнирис.

– Так только кажется. Хотя распорядок дня был одинаковым, я ежедневно занимался разными задачами и прогрессировал в них. Дисциплина очень важна. Не тебе ли об этом не знать? – Переводя взгляд на своего друга, с улыбкой спросил Кай.

– Кстати, тут поговаривают, что ты близишься к прорыву на шестое преобразование. Это правда? – Внезапно переводя тему, с интересом спросил Игнирис.

Как только прозвучали эти слова, Кай многозначительно улыбнулся, но не ответил. Казалось, он специально бесил своего друга, просто ради забавы.

Глава 686

Естественно, Игнирис прекрасно осознавал прогресс Кая в культивации, ибо они часто вместе тренировались в алхимии. Казалось, что слухи просочились и в общие круги семьи Артемион.

– Если повезет, то после поглощения еще десятка Небесных Огней смогу прорваться на шестое преобразование. – Честно ответил Кай.

– Магистры Алхимии первого ранга обычно только на четвертом преобразовании. Думаю, что твой престиж среди старейшин сразу будет немного выше. Все же шестое преобразование это в целом поразительный результат. – с похвалой ответил Игнирис, – Кстати, через полгода будет представление новых старейшин. Там тебе должны будут выдать новые обязанности. Будешь настаивать на чем-то конкретном? – С интересом спросил он.

– Пока не знаю. Если честно, я думал о том, чтобы пойти в политику и поучаствовать в Божественном Совете Ремесленников. У меня хорошие связи с Хранителями Божественного Правопорядка, а также Семьей Исследователей Наварин. А это, можно сказать, две фракции с которыми тяжелее всего построить отношения.

За последние годы Кай продал много чего полезного через Алариона. Более того, сам Аларион свел его с некоторыми старейшинами, позволив Каю построить с ними хорошую связь. Также, он регулярно контактировал с Гаэланом и через него познакомился с рядом старейшин из других семей.

– К удивлению ты оказался достаточно умелым в построении сети связей. Думаю, что позиция политика будет для тебя подходящим местом… – Задумчиво сказал Игнирис, вспоминая об репутации Кая.

В свою очередь, он сам выбрал для себя наставничество и начал проводить много времени в академии. Игнирис говорил Каю, что когда обучаешь других, сам намного лучше начинаешь понимать суть алхимии. Казалось, что ему понравилось амплуа учителя, который помогал другим развиваться, а не уничтожал их уверенность, как делали в его родной секте.

После того как друзья потренировались в особняке Кая, а затем хорошенько выпили, Кай отправился в Духовное Море. Как только он появился в небе над Крепостью Забвения, возле него возникла фигура Кессии.

– Шестой этаж почти готов. Тебе осталось совсем немного. – Спокойно произнесла она и нежно положила ладонь на плечо Кая.

– Гаэлан как раз должен передать мне десять Небесных Огней. Он говорил, что в этот раз откопал что-то эксклюзивное. Может у меня наконец получится пробудить Духовное Пламя? – Разворачиваясь к королеве, спросил Кай.

– Я удивлена, что оно до сих пор не проявилось. Ты уже и так поглотил бесчисленное количество огней. Надеюсь, что прорыв даст толчок, и пламя потянется за ростом силы. – Задумчиво произнесла Кессия, опуская руку, проводя ладонью по спине Кая.

– Надеюсь... Ибо даже Игнирис уже вскормил свое пламя, подняв его на Духовный уровень… – Ответил Кай и улыбнулся девушке.

Казалось, что они стали еще ближе, ибо в отношениях Кая и Кессии появился намек на близость и даже нежность. За последние двести пятьдесят лет между ними не раз происходили моменты определенного влечения, но каждый раз они держали себя в руках…

Кессия обладала одной только душой, и была запечатана внутри Духовного Моря Кая. Хотя они могли имитировать тактильные прикосновения, это совершенно не то что тепло настоящего тела. Казалось, что между ними сотворился негласный договор не переступать черту. По крайней мере, Кай для начала хотел вернуть королеве ее тело…

– Ничего, у тебя еще много времени. Благо, Пожиратель Пламени Войны так и не узнал о твоем местоположении. – Успокаивающе сказала Кессия.

– Так-то оно так, но тералит мне все равно лучше не покидать… Из-за этого я уже раз отказался от экспедиции в карманный мир. А ведь многие получили в нем внушительный урожай... – Недовольно проворчал Кай, ибо именно в том мире Игнирис сумел вскормить свое пламя.

– Ты уже и так получил очень много в карманном мире Созидателя Энергии. Имей терпение и скромность. – Закатывая глаза ответила Кессия и слегка ударила Кая кулаком в плечо.

– Ладно... Для начала нужно прорваться на шестое преобразование… Благо хотя бы есть успехи с Техникой Девятого Забвения. Она наконец приобрела очертания и я могу сделать полный цикл оборота духа, следуя естественному пути Закона Забвения. – с улыбкой произнес Кай, – Правда над ней еще работать и работать. – Тяжело вздыхая, добавил он.

– А ты чего хотел? Ты в принципе еще не осознал свой закон духа на высшем уровне, поэтому придется постоянно развивать и технику. Техника Божественной Дуальной Энтропии и Техника Прародителя Асуры создавались мастерами высшего порядка, которые уже забрали закон у Вселенной. Вот когда ты будешь на таком же уровне, тогда и твоя Техника Девятого Забвения станет равноценной им. – Хмыкая, на одном дыхании ответила Кессия.

– Ты когда так брюзжишь – мгновенно теряешь весь свой шарм. – прищурившись выдал Кай, – Смотри, а то я передумаю брать тебя в жены. – Смеясь добавил он.

– Сначала верни мне тело, а потом поговорим. Может я вообще желаю побыстрее избавиться от плена, и как только смогу – сразу убегу! – С довольной улыбкой ответила королева.

– Ну да, ну да… – с хитрой ухмылкой ответил Кай, ловка обхватывая талию Кессии и пододвигая к себе, – Ты сама то хоть веришь в сказанное? – С блестящими глазами спросил Кай.

Такой поворот событий заставил королеву смутиться, но только на секунду. Сразу следом, она пододвинула лицо почти впритык к Каю. Каждый раз, когда они вели себя подобным образом, напряжение между ними поднималось до опасной черты.

– Ты же знаешь, что я пообещал себе не трогать тебя. – С уверенной улыбкой произнес Кай.

– Конечно же знаю. И я буду пользоваться этим! – хитро ответила Кессия, – Думаешь, что тебе дозволено дразнить меня, а мне нет?

– Какая-то жалкая попытка... Не хочешь попробовать что-то поинтереснее? – Его голос был низким и вызывающим, словно он играл с огнем, зная, что не обожжется.

Паря под звездным небом Духовного Моря Кая, они казались двумя кровавыми бриллиантами в вечной тьме. Небо, усыпанное миллионами звезд, отражалось в глазах Кессии, придавая им невероятную глубину и загадочность. Легкий бриз, веяние самого моря, лишь добавлял остроты моменту, вихрем пробегая по их коже, словно пытаясь разжечь скрытое пламя страсти.

Женщина и мужчина с кроваво-красными волосами смотрели друг на друга, с очевидной провокацией и упертостью...

Вокруг них была полная тишина, нарушаемая лишь едва слышным шепотом волн Духовного Моря, который казался олицетворением внутренних переживаний Кая – мощных, неукротимых, но в то же время на удивление мягких и заботливых.

– А что, если я попробую? – Кессия, не отрывая взгляда от Кая, медленно приблизилась к его лицу, ее дыхание смешивалось с его, создавая вокруг них ауру напряженного ожидания.

Между ними оставалась дистанция преодолеваемая за мгновение, но она казалась пропастью, которую оба боялись и одновременно желали пересечь. Взгляды их были заперты в ловушке взаимного влечения, и каждое мгновение, когда они не касались друг друга, только усиливало желание сократить это расстояние до нуля.

– Тогда докажи. – Прошептал Кай, его руки крепче обхватили ее талию, притягивая ее еще ближе к себе.

Их тела были так близко, что между ними едва проходил воздух. Это момент, когда время будто останавливается, а мир вокруг теряет свою реальность, оставляя их одних в этом звездном море, наполненном электричеством предвкушения.

В этот момент, под звездным небом Духовного Моря Кая, они оба понимали, что играют с огнем. Кессия только улыбнулась и нежно поцеловала Кая в щеку. Заканчивая игры и немного отодвинувшись, она произнесла:

– Прости, иногда я неосознанно перехожу черту. – немного покраснев, сказала она, – Не хочу нарушать твои принципы, но иногда не могу удержаться. – Искренне добавила она.

Для мастера боевых искусств обещания значили куда больше, нежели для смертного. Если мастер будет нарушать свои слова и принципы, весь его путь может пойти под откос, разрушая его решимость и отравляя волю.

Кай дал обещание, поэтому прекрасно понимал, что он обязан сдержать его. Такие игры с Кессией подогревали его волнение и чувства, но все же он всегда умел сдержаться.

– Что поделаешь... Хотя ты даже умеешь смущаться, натура у тебя все равно страстная. – С ехидной ухмылкой ответил Кай и подмигнул Кессии.

– Плут! – Хмыкая выдала девушка, будто бы обижаясь на Кая.

– Ладно, пойду займусь культивацией Техники Девятого Забвения. Нужно подготовить себя к прорыву. – Поглаживая Кессию по пояснице, произнес он.

Сразу после этого фигура Кая исчезла из Духовного Моря, оставляя улыбчивую девушку наедине с собой…

Следующие несколько дней Кай провел в привычном ему ритме. Он ожидал, пока Гаэлан оправит ему сообщение, уведомляя о готовности Небесных Огней. И тот действительно не заставил себя долго ждать!

Кай быстро метнулся на основной тералит, чтобы забрать свой товар. Гаэлан, в свою очередь, подарил Каю несколько пилюль помогающих при прорывах. Все же он был на Сфере Владыки Закона и понимал, что Кай скоро попытается прорваться.

Кай с благодарностью кивнул Гаэлану, принимая пилюли. Он знал, что предстоящее испытание будет крайне сложным, но он был полон решимости.

После возвращения в свой особняк, он сразу же приступил к подготовке. Кай знал, что успешное поглощение десяти Небесных Огней требует не только физической, но и духовной подготовки. Он провел несколько часов в медитации, стараясь достичь абсолютного спокойствия ума, необходимого для контроля над огнями.

После медитации глаза Кая засияли решимостью! Он разом поглотил подаренные пилюли, чувствуя, как его тело наполняется мощной энергией, усиливающей его духовные способности. Затем он вынул десять кристаллов, каждый из которых содержал Небесный Огонь. Огни имели разные ауры и цвета, от кроваво-красного до нежного зеленого, каждый из них пульсировал мощной энергией.

Кай сосредоточился, активируя защитные барьеры вокруг себя, чтобы удержать энергию огней и защитить особняк от потенциального разрушения. Затем он осторожно разбил кристаллы один за другим, освобождая Небесные Огни.

Как только кристаллы лопнули, десять горящих точек мгновенно хлынули ко лбу Кая, впитываясь в его тело!

– Кгаах! – Болезненный крик эхом прокатился по особняку, когда энергия огней начала сливаться с его душой. Каждый Небесный Огонь пытался сопротивляться контролю, вызывая у Кая ощущение, будто его тело разрывается изнутри. Однако его решимость не позволила ему отступить!

Кай использовал собственную Технику Девятого Забвения и начал постепенно укрощать и ассимилировать энергию огней, превращая ее в часть своей силы.

За последние двести пятьдесят лет он не раз проворачивал подобное. Изначально поглощение происходило больше под контролем Кая. Но сейчас, все его законы брели определенный зачаточный интеллект. Крепость Забвения уже сама прекрасно понимала, чего хочет ее хозяин. Все что оставалось Каю – это циркулировать дух по правильным путям, поддерживая себя в наилучшем тонусе. И в этом ему помогала Техника Девятого Забвения, сильно ускоряя этот процесс.

"Сегодня я просто обязан прорваться!" – Мысленно выкрикнул Кай, ощущая как десять огней разом преобразовываются, вырабатывая пищу для трех систем культивации.