![](/files/books/160/oblozhka-knigi-v-poiskah-celi-si-351538.jpg)
Текст книги "В поисках цели (СИ)"
Автор книги: Мир
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)
Хотя, это всё, наверное, минус. И это по их мнению элитная столичная школа?! А потому я немедля, как до меня наконец доперло и я в этом сумел убедиться, пожаловался маме. На что она среагировала предельно хладнокровно:
– Да тебе просто кажется.
А доказать обратное я не сумел, да и не пытался. Все мои старые тетради канули в небытие при переезде, а слова – это же просто слова! Они – бездоказательны. И иной школы мне не светит. К лучшему? К худшему? Кто знает? Сижу на уроке, скучаю, пялюсь на мобилки одноклассников и завидую.
У папки есть такая трубка! Хотя вообще-то, наверное попроще чем у некоторых ребят. Но я её даже в руки не беру! Боюсь сломать. Раздавить, навредить, банально спалить. Но это не значит, что я не хочу приобщиться к высоким технологиям! Что как бы уже давно неотличимы от магии.
Хочу! Хочу! Хочу! – пустил я слюну, лежа на парте.
– Слушай, Саш, у тебя же нет телефона? – обратился ко мне другой Саша
– М? – проявил я всю заинтересованность, на которую только был способен.
– Хочешь подгоню? У меня их два – достал он вторую трубу к первой.
Я усиленно закивал.
– Но это наверное дорого? – сообразил, прикидывая сколько у меня есть в заначке.
Где-то наверное две тысячи. Не столь уж мало для ребенка! Но уж точно не достаточно для сотового телефона.
– Ну… не переживай! Что-нибудь придумаем! – выдал он, и отвернулся.
Что-нибудь… ну посмотрим. Я может тоже, что-нибудь придумаю. Хотя доить родителей, мне как-то совсем не хочется.
Да, у меня теперь их два! А не одна мама! И зарплаты у них выросли, при том что работать стали меньше… хотя с учетом дороги – так же. Но ведь при этом то и расходы возросли! Не считая всяких там квартплат, тут еще и тупо цены в магазинах выше! И рынка с дешевым ширпотребом что-то я пока не видел.
Эх. Не видать мне сотового как своих ушей! Хотя уши то свои я как раз таки могу увидеть. А Саня как бы личность темная. И за милой улыбкой рубахи парня прячется нечто жуткое, пахнущее криминалом.
Или напротив – специально влезть во всё это дело? Ограбить воров, и надрать зад бандитам? Идея здравая! Но вот… родители…
Физ-ра! Наконец-то я на тебя попал! Наконец-то… думал не доживу, как долго тянулись эти учебные лдни-недели. Наконец-то оторвусь! И обтрухаю новенький с иголочки костюмчик «адидас»… в чем вообще отличие «абибаса», «адибаса» и «адидаса»? Почему у них разные буковки? При внешней практически полной идентичности, за исключением браков и китайско-таньваньских подделок с базара.
Так, не понял я. – вышел я и офигел, увидев в спортзале построившихся мальчиков. Одних мальчиков, в почти полном составе! Без девочек! А, нет, вон три есть, сидят на лавочки в туфлях, хихикая, смотрят что-то в телефоне. И все кроме них, даже тренер, столь же сильно удивлены видеть меня тут, сколь и я видеть сию картину.
– Тыыы… кто? – выдал наконец тренер, держа волейбольный мяч за пазухой.
– Хваткова Александра. Ученица седьмого Б, недавно перевёдшаяся. – отчитался я, как можно дружелюбнее улыбаясь.
– Нууу… – протянул на это тренер, так и не отойдя от шока – Можешь сесть к девчонкам на лавку.
Я взглянул на них – они как раз оторвались от телефона, услышав «свое имя» толкаясь локтями, и столь же озадаченно, что и прочие, уставились на меня.
– А… побегать со всеми нельзя? – взмолился я, возвращая внимание тренеру.
– А ты… хочешь?
– Ага!
Он еще спрашивает!
– Эх! Куряки слабосильные! – выдал я, отбегав разминочные круги, и размявшись еще после, по нормальному, и еще отбегав пять кругов, глядя как мальчишки чуть не падают, задыхаясь.
– Ну ты и… электровозник – выдал кто-то один из них, под одобрительное мычание прочих.
И даже кивание головой тренера. А я углядел спущенный почти до самого пола канат.
– Эээ! Куда! – только и успел крикнуть учитель, когда я уже стрелой взмыл под самый потолок.
Отпустил канат, оттолкнувшись, поймал ногами недалеко от земли, зависнув вниз головой, по-идиотски и безумно улыбаясь над самой макушкой ошалелого тренера.
Поднял туловище вверх, вновь влетел под самый верх.
– Канатик, мой канатик! Как долго я по тебе скучала! – промурлыкал, обняв веревку, вися под потолком.
– Да она чокнутая! – очень точно выразился кто-то из толпы уже очухавшихся мальчуганов.
Заметил крюк в потолке. И еще один через пару метров! И гору матов в углу спортзала! Прыжок на один крюк, на второй крюк! Раскачка и на маты!
– Але-о! – вскинул руки повыше.
Повернулся к залу. Статуи.
– Да у меня чуть сердце не остановилась. – выдал инструктор, уже выронив мяч и прижав руку к груди.
– Спакуха! Я КэМээС спорта! – выдал я и метнулся обратно к канату.
Но был прихвачен в полете поперек талии могучими руками тренера.
– Всё! Я звоню твоим родителям! Мне такие экстримы на занятиях не к чему!
Глава 26 – Интерлюдия
Интерлюдия четыре
Новая работа Николаю Алексеевичу понравилась. Хотя старый скользкий друг явно наврал – ни беготни с автоматами, ни новой организацией тут и не пахнет. Просто старый-новый отдел ФСБ, по борьбе с международным терроризмом. Отдел по предупреждению этих актов, подавления в зародыши того, что еще не случилось. И его, бывшего кинолога, как старого ищейку, по сути, посадили на кабинетную работу. Бегать с оружием наперевес и средь молодых желающих хватает.
Так что теперь Николай Алексеевич, следователь. И занимается он в основном тем, что изучает улики. Нет, те, что на фотографиях, и в заумных описаниях экспертиз – для этого есть иные люди! А те, что прячутся за выводами из всех этих экспертиз.
Порах произвели в Албании. – так установил эксперт. Каким образом он это сделал? Не его проблемы! Его вопросы другие – что это значит для них? Что его оттуда привезли? Его там купили? От туда украли? Или вообще рецептура оттуда.
И в частом моменте с порохом, и только им, роли не играет и ни о чем никому не говорит. А вот при сопоставлении с задержанным недавно неудачливым подрывником, Албанцем, уже начинает играть на гранях и проявлять краски. Если к этому найдется пару терок со страной, какие либо шевеления донесенные внешней разведкой, или пара задержанных преступников от туда.
В общем, занимаются они разным. И очень часто тем, что сами строят планы наиболее успешных и резонансных терактов. Пытаются прикинуть, куда какая либо группа экстремистом могла бы ударить, чтобы это стало у всех на слуху и стало дешевле выполнить их требования, чем с ними бороться. Найти идеальный путь! И заминировать.
– Чтобы поймать преступника, мы должны мыслить как преступник! Чтобы опередить террориста – мыслить как террорист. – говорил на этот счет его новый начальник и с ним он полностью согласен.
Только психопат может понять психопата! Только гений, или дурак, гения! И только преступник, опередить преступника в его замысле! Только такой человек, может бегать не за бандитами, что уже свершили злодеяние, а прибыть к месту действия еще до начала преступления.
Так что Николай образ мышления нового босса полностью принял, разделяет, и поддерживает. Как и полностью соглашается с изречением его зама:
– Только вот не надо самим становится зомбированными психопатами, гонясь за ними!
Зам вообще человек интересный. Весь в наколках, и почти блатной, но без единой отсидки. Засланный казачек, что прожил под прикрытием хрен знает где, дольше, чем без, что по факту уже и непонятно – на кого он реально работает?! Но босс, доверяет заму, а от того и у Николая нет права в нем сомневаться.
Пока, нет такого права. Пока не появятся подозрения, подтвержденные пусть даже косвенными, но уликами. Пока они работают вместе, и заму начальника Николай доверяет ничуть не меньше чем всем прочим коллегам. Разве что Василию Ульянову, старому знакомому еще по Чечне, бывший кинолог доверяет куда больше, чем любому другому «товарищу» в округе.
Васька, тоже не без изъянов. Юморист, каких поискать! И юмор у него зачастую злой – может и гранату без чеки в постель подсунуть. Учебную, ага, но кто спросонья в это вкурит? От того не любили в старые годы Ваську, и нередко били, аж до сломанных костей.
Сейчас, юмор его явно подобрел. Перешел из плоскости телесной, в плотскую, и словесную, от того и воспринимается иначе, мягче.
– Ну, кого сегодня будем препарировать? Или сегодня трупов нет в меню? – чуть ли не фраза приветствия, за место «зарасти» у него, но все уже как видимо привыкли.
– И тебе не хворать, Василий. Сегодня трупы еще не подвезли, и что бы у тебя хер отсох, если это вдруг изменится!
– Язык вывалился!
– Глаза высохли!
– Руки в кровавые мозоли стерлись! А, ну это и так произойдет, случись что, без наших всех желаний.
И это действительно правда и Николай хорошо понимает. Они буквально неделю назад, перешли из вольно расслабленного режима работы в режим «караул! Мама я рожаю!», ведь их коллеги из отдела по работе с подозреваемыми, доложили, что – всё плохо.
Что тот недавний акт устрашения в метро, когда взорвали пустой перегон, едва не затопив всю ветку! Спасли гермозатворы. И что так и остается затопленным. Был… просто косяком нерадивых подрывников. А взятые живьем оставшиеся террористы, поведали, что это… даже не начало! Это – просто так! Оплошность! Нерадивых взрывотехников, что не сумели спрятать заряды понадежнее и вообще попались на глаза путейцам.
Но это было бы полбеды! Если бы таможенники не признались, что лоханулись. И что через Питер в страну из Нидерландов, прибыли аж два сухогрузных морских контейнера с оружием. До отказа забитыми, и с конечной точкой доставки, как предлагается, в Москве. Пусть их из города на Неве, поставив всех на уши, и со скипидаром, но удалось отследить аж до Твери. Пройдя которую, они и растворились в неизвестности дорог.
Наглость, второе счастье? Возможно. Контейнеры, где не было ничего, кроме того, что запрещено к ввозу в РФ, оказались благополучно никем и нигде не досмотрены и покинули порт, даже не распакованными. О них бы и не рюхнулись, если бы не косорукие минеры и внимательные путейцы. Если бы не допросы с пристрастием, и не пистон таможне, что пошла проверять уже загруженный и готовящийся к отплытию сухогруз.
Николай, как кинолог, хорошо представляет, как взвыли собаки, почуяв место, где было СТОЛЬКО оружия. Да что там собаки! По фотографиям – из контейнеров даже масло ружейное натекло! Но им то что теперь!? Какое им то дело до чужих погон?!
У них проблема – до фига незарегистрированного оружия в стране! И где-то под Москвой. И даже непонятно что там и сколько этого, ведь пойманные террористы путаются, что в количестве, что в качестве, так что там может быть ровным счетом всё что угодно. Хотя накрытый склад взрывчатки и суммарный вес пластида в пятьдесят кило уже внушают опасения.
Да винтовочка израильского производства, что взяла всплыла при покушении на депутата – его личность сейчас прорабатывается, тоже внесла немало сумятицы в дело. Она, новая, до жопы!
Гарантии, конечно ни у кого нет. Пока нет, вопрос решается. Устанавливаются точки продажи, и восстанавливаться все картина пути оружия с завода до России, копая с обоих концов. С израильской стороной уже связались, МИД к делу уже тоже подключился, так что это просто вопрос времени, и даже не сильно большого отрезка.
Но этот Galatz… с его даты производства не прошло и пары месяцев! Если в стране есть еще более косорукие таможенники… то можно с чистой душой идти в отставку – так лично и прилюдно изрек новый шеф Николая, и он сам эту точку зрения полностью разделяет. Если в стране настолько дырявая граница, то это уже не караул, это ахтунг!
А ведь еще пяток, чуть менее свежих, но тоже новых винтовок, но уже американского производства, пытался толкнуть какой-то мужик аж в Таганроге! Бедолага клянётся и божится, что нашел их у дороги! Что, впрочем, вполне возможно – с оружия были сняты как бойки, так и затворы. У некоторых нет пружин, а у других курков. Их явно пустили на запчасти! И к стрельбе они дружно негодны – даже одну боевую единицу из всех не собрать.
И что в итоге? Пойманные подрывники – молчат. Они не знают о других акциях устрашения, зная только, что они будут. Да и о корабле не знали ничего, за исключением того, что он был. Цель акции? Бывальщина! Вывод войск из пресловутой Чечни. Значит остается только одно – искать место, где можно нагадить покрупнее, чтобы поставить ультиматум.
– Просто гадить нынче уже не интересно. – высказался на данную мысль зам начальник Николая – Нынче все рвутся в резонанс. Чтобы шуму было больше! Вот ты Алексеевич, человек с немалым опытом, скажи нам, что по твоему вызовет наибольший общественный резонанс?
– Теракт в школе? – вырвалось у бывшего кинолога еще до того, как он осознал, что только что сказал.
А когда сказал, лицо его побелело. Пред глазами, как будто наяву, предстала картина, маленькой девочке в белом платьице, лежащей на полу.
Маленькой бледной девочки, на холодном камне. Девочки, с маленьким отверстием во лбу. И огромной лужи крови под её телом, окрасившей белое в алый. Платье и тело его дочери.
Ужас, страх, и паника, охватили его. Лицо само побелело, а затем покраснело. Он оказался готов вот прямо сейчас сорваться с места, бежать, лететь, нестись, спасать! Но поднятые глаза на лицо почти начальника, увидели лишь полное хладнокровье в его ответном взгляде.
– Было.
И ушата воды не надо! – подумал Николай, услышав этот ответ осознавая – и правда, было. Дважды одно и тоже не вызовет столь бурного эффекта. Они придумают что поновее.
Но ведь метро… – тут же вклинилась пакостная мысль – или оно было как отвлекающий фактор? А куда и откуда вообще ведет та ветка?
Мужчины споро достали карту, с уже отмеченным случившимся-не случившимся терактом, где уже полегли пятеро, не считая террористов. И уже отмеченными предстоящими крупными мероприятиями, часть из которых пора вытирать – они уже прошли, и на них ничего не случилось.
Но что это им дает? Ведь теракт в метро, может быть как попытка создать транспортный коллапс, усложнив доступ куда либо, так точкой отвлечения! Чтобы силы стянулись туда, пока основная сцена будет где-либо еще.
– Надо прорабатывать все варианты!
Да, но вот на всех предстоящих детских утренниках по батальону спецназа не поставишь – вздохнул в душе Николай, чье мнение на этот счет разделяли наверное вообще все в этом здании.
– А что если взорвать Кремль? – выдал толи в шутку, толи в серьёз Василий.
– Ага, мавзолей. – не одобрил его ближайший коллега, так же склонившийся над картой рядом, и что-то там вымеряя.
– Не ну правда, президент стоит такой у стен кремля, поздравляет, и тут…
Детский сад! – подумал вдруг Николай, на этот счет, но все же взглянул в сторону центра карты.
Подобраться туда можно разве что по воде! А резонанс… ну разве что именно, в прямом эфире где-то там что-то взорвать за спиной у Путина. Но вопрос – а сколько взрывчатки для такого фокуса потребуется?! И как вообще кто-либо просочится сквозь президентскую и кремлевскую охрану?
Ну а взрывать сам кремль без президента перед ним… это сколько взрывчатки понадобится?! Глупо! Проще уронить сверху самолет.
– А что если… – задумался бывший кинолог, так же примеряя расстояние, но так же приходя к выводу, что это мало возможная акция – полеты над столицей строго ограничены, а над кремлем – запрещены. Такая акция была бы еще теоретически возможно, скажем на девятое мая… но причем тут тогда контейнеры и стрелковое оружие?!
– Черт! Как плохо, когда не знаешь, в какую сторону копать!
– А если бы и было? Чтобы изменилось? Вот, к примеру, у нас есть… э… театр! Вот тут, на дубровке. Там мюзикл ставят новый, вроде. Вот и как ты его будешь охранять?
– Шмонать всех? – не преминул вставить свои пять копеек Ульянов, разводя руками, преподнося «великую истину» от сэра очевидность.
– Тфу!
– Не, ну если серьёзно – хватит и пары опытных наблюдателей, чтобы выявить подготовку. Но у нас ведь не один такой театр в городе! И не в нем единственном ставят мюзиклы! Вон, в том же большом…
– Вы товарищи, опять не о том думаете! Какова цель террористов? – вклинился в беседу сам глава отдела, вошедший в кабинет под шум спора.
– Вывод наших войск с Чечни.
– Да не о том!.. Ай! Есть что-нибудь от внешней разведки?
– Каша от них есть! Очень много информации, очень мало толка.
– Уже нет. – присоединился к ним еще один человек, что в отделе ответственен за межведомственное сотрудничество – Пришла новая информация, – сказал он, роняя бумаги на стол, но прикрывая их сверху растопыренной пятерней, и обводя всех присевающих внимательным взором – но я бы не советую вам это читать. – отступил на шаг, убирая руку.
– Матерь божья!
– Пресвятые блинчики.
– Чтоб мне якорь в печень! Селезёнку в глотку.
– Это что… всё?
– Ага. Посмотри на чек в итоге.
– Аа…
– Ооо…
– Иииххе…
– Кто… я кажется догадываюсь, кто мог бы оплатить столь большую партию стволов.
– Думаете все настолько плохо?
– Все еще хуже! – не сдержался Николай, повышая голос, хоть и понимая – все и так его слышат, все и так всё понимают – Думаете это всё, ради одного единственного жалкого теракта? Ради одного!? – потряс он скрепленной скрепкой шесть листов бумаги с несколькими сотнями позиций – Серьёзно?! Да тут армию вооружить можно! Непонятно только, почему в списке нет патронов – вновь полистал он бумажки.
– Николя – оборвал его в процессе Вася, как-то странно изгибаясь – там вообще-то на обратной стороне тоже список.
И уже через час Николай понял, что до этого, они не рожали! Готовились! Малыш пинался, так сказать. Схватки были, нежные… А вот теперь – да. Теперь – скипидар.
План перехват. Все выезды из города перекрыть, все машины – досмотреть. У ППСников отнять сон! И на неделю. Минимум! Хоть всем и так ясно, что хотели бы, и срамились если бы, оружие бы уже было в столице. Собственно – взрывчатка этому доказательство.
Все места скопления людей – прошамкать с собаками! Все мероприятия, какие можно отменить – отменить! Но блин, опять таки – ладно Москва! Но страна то большая! А этого оружия, хватит, чтобы вооружить маленькую, да и не такую уж маленькую! Армию, и оно может всплыть сроду не только в столице. А и в том же Питере.
А в том же Таганроге с таким арсеналом может начаться резня! И туда потом придется армию засылать. Вторая Чечня? Понятно, что правители думают о чем поближе, но все же – не единой столицей живет Россия!
Приходится проверять буквально все! Буквально каждое сообщение о даже самом незначительном происшествии! Вед человек, готовящийся к свершению акта массового террора, априори нервничает! Ну или под кайфом, так что и за нариков взяться стоит всерьёз.
Нервничает, а значит – совершает ошибки. Вылетает на красный свет, кидается в драку на вопрос «в которые час?», и вообще может начать стрельбу вот просто так! А им… им сейчас любая зацепка на вес золота! Даже труп преступника ценен! Не говоря уж о его мыслях, выдоенных через слова в кабинете допросов.
Зацепится, раскрутить, понять цели! Что угодно пойдет за зацепку! Но все глухо как в танке. Враг затаился, почуяв угрозу. Ждет, выжидает, готовится. Заставляет нервничать, ведь уже и праздники на носу! Новый год!
Елка, утренники, и фиг их отменишь! А даже если, то дети всё равно будут толпами по улицам и дворам, и по домам их не разгонишь. И даже если загнать – что толку? Есть же взрослые! Что пред жаждой выпить-закусить вообще ничто не остановит! И это не говоря уже о разброде и шатании средь лично состава! Что неминуемо поддаться духу новогоднего застолья.
Но с этим всем, Николай ничего не в силах поделать. Все что он может, это строить вероятности, прощупывать средства безопасности, и молится, чтобы террористы действительно сочли не интересным повторяться. Проводить обходы в месте с бывшими коллегами – кинологами, прикидывая куда бы он, будучи террористом заложил бы взрывчатку.
Он и раньше об этом думал, проводя такие проверки, но как то не всерьёз. Теперь, это стало его смыслом жизнью, его работой! Теперь он видит, где несущая стена, а где так, фанерка – коллеги, и строители, подсобили, научили. Теперь он смотрит на мир, совсем иными глазами, от части – глазами подрывника.
И это вознаграждается.
– Проверьте там. – указал бывший кинолог в сторону ленивцы вниз от входа.
– Там же ничего нет, просто тупик! – возмутился кинолог, что уже устал ходить по этим лабиринтом лестниц стадиона – Даже не черный ход, и не вход в подвал
– Проверьте! – настоял Николай.
И в стене под лестницей, за навесь каким образом оказавшимся там стендом пожарной безопасности, по наводке собаки, была найдена свежая ниша. А из ниши, уже через час, саперами извлечено целых пять килограмм пластида с детонатором.
– Но зачем? – изумился молодой кинолог, провожая взглядом уходящих прочь и тихо бранящихся сапёров – там же вообще никто и никогда не бывает! Лестница черного выхода, что используется то дважды в год и то на учениях. Тупиковая зона…
– Скажи мне, Серега – вспомнил имя бывшего собрата по собаке бывший кинолог глядя на действующего – Куда люди побегут в случае ЧП?
– Все равно не понимаю. – буркнул парень, глядя своего пса, что в отличие от людей, уже едва не падающих с усталости, эту усталость просто презирает – Почему тогда не заминировать сам пролет?
– Много, потому, что скорее всего заначка – а место, как ты понимаешь, удобное – никто туда не ходит – взглянул он на бывшего коллегу с укором, ведь любой уважающий себя кинолог, в первую очередь и должен проверять такие места – А установленный заряд, потому что там стена несущая и подпорная для марша. И двести грамм хватит, чтобы как минимум два пролета лестницы сложились.
И Николай, сказав это, сам себя поспешил пожурить – разважничался ведёшь ли, опытный! А сам-то об этом тупике подумал только от того, что об обрушении лестницы задумался! А сам бы и собакой, фиг бы туда полез!
А ведь дома, приходя с работы, что хоть ему и нравится, но выматывать по черному и до последнего, поздно, ему приходится еще и в семейной жизни, так или иначе, учувствовать. И узнавать, что-то новое от любимой жены.
– Ты представляешь, что наша дочурка сегодня учудила! У меня же чуть сердце не выпрыгнуло, когда я узнала!
Примечание от автора:
Все имена и герои вымышлены, а совпадения случайны и не предусмотрены замыслом!