Текст книги "Мой благоверный (СИ)"
Автор книги: Мануэлла
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)
Глава 21
– Эмм, а ты уверена, что я носил именно эту одежду? – Эдвин казался озадаченным, оглядывая себя в маленькое старое зеркало, висевшее на стене. В рубахе, которая на добрых три размера была ему большой, и брюках, которые, наоборот, были слегка маловаты и не позволяли сидеть никак иначе, кроме как ровно, будто он «проглотил кол», как успели заметить вернувшиеся дети. Детей он не помнил также, но с уверенностью мог бы сказать, что знал их раньше. Мальчишка с восхищением смотрел на него, а девочка непрестанно хвасталась тем, что Шарлотта скоро разрешит ей завести щенка, ведь близится ее день рождения.
– Да, дорогой, – Шарлотта едва не подавилась от смеха, еле сдерживая себя– франтоватый, красивый и уверенный в себе мужчина, которого она знала, теперь выглядел нелепо, походя на пугало– большая рубашка вкупе с его мощными плечами делала его фигуру весьма объемной сверху, а брюки, льнувшие, как вторая кожа, заметно обтягивали упругие мышцы, но делали его фигуру в-целом несуразной. Смотрела он довольно комично.
– Понимаешь– она горестно вздохнула, отдав последние почести покойным " мистеру и миссис Кармайкл"– матушка, пока была жива, весьма баловала тебя в еде. И ты…ты был очень упитанным молодым человеком. А после ее кончины ты стал питаться самостоятельно…
– Моя мать умерла? – Эдвин, сев на один из стогов сена, предназначенных для коров вдовы Ханкен, что в обмен щедро снабжала семью Шарлотты молоком, маслом и сыром весь последующий месяц. Он взъерошил волосы– так вот откуда такая тупая боль в сердце при мыслях о его родителях– кто они, откуда, откуда он сам? Он не успел расспросить об этом Шарлотту, все утро занимавшуюся детьми и домом, пытаясь вспомнить самостоятельно. Но ощущал лишь странную боль, подчас даже – обиду. Все ясно– родители ушли в мир иной
– Да. Она умерла…ээээ…почти год назад. Мы поэтому так долго не женились– ждали конца траура. А твой отец– ответила на его невсказанный вопрос Шарлотта– он погиб ещё раньше, когда ты был совсем маленьким.
Эдвин почувствовал восхищение и даже гордость за женщину, что растила его совсем одна. Женщину, которую он не помнил, но так любил– это он чувствовал в своем сердце, наряду с горечью и болью.
– Хорошо, а теперь, Эд, идём обедать– Шарлотта одарила его улыбкой, заставившей его сердце биться чаще. Да, он действительно любил эту девушку. Она одним своим присутствием озаряла его жизнь теплом и светом…Внезапно ему в голову пришла мысль, что раньше его стошнило бы от подобной романтической пошлятины.
Еда была невероятно вкусной, его Шарлотта– мастерица на все руки. Вновь он, вспомнив о руках, заметил отличия между своими, нежными и холеными, будто женскими, просто огромного размера, и руками Шарлотты– ее руки при всем ее изяществе и уточненности были руками работницы. Нет! Его задача– позаботиться о том, чтобы его жена (само это слово непривычно звучало) не переутруждала себя работой.
– Шарлотта, – дети и жена дружно повернули к нему головы– скажи мне, чем я занимался до того…до несчастного случая? Я хотел бы работать (а при произнесении этого слова Эдвин почувствовал некое отторжение его всей своей натурой, будто само слово " работа" было ему крайне неприятно).
– У вас ведь целая лавка сладостей! – и вы– врач! Фокусник! Вы говорили, что… – наперебой затараторили дети, не дав Шарлотте и рта открыть– а ещё вы…
– Дети, – мягко прервала их Шарлотта, глядя на удивлённое лицо " мужа"– не пугайте Эдвина. Немного позже он вспомнит все сам. Дорогой, у нас есть пока небольшие сбережения – она достала мешочек с золотом, что он бросил ей в уплату за ущерб– это выручено за продажу твоего дома. На первое время хватит, а потом….(" А потом– ты попадешь на виселицу за похищение графа, а дети– в сиротский приют"– тихо нашептывал ей мерзкий голосок реальности). Потом мы что-нибудь придумаем. Ешьте, мне нужно пойти проверить тесто– резко отодвинув стул, девушка почти выбежала из-за стола, оставив домашних. в недоумении. Эдвин подмигнул детям:
– Ну, горю желанием услышать о ваших успехах ы школе? Надеюсь, вы – лучшие среди всех деревенских детей?
Ответом ему было неудоуменное выражение детских лиц:
– Они ведь– начал Фред– совсем не учатся. Разве ты не знал?
– Ну он же память потерял, Шарлотта ведь говорила! – стукнула его локтем Мегги, заставив мальчика покраснеть.
– Ничего, Фредди, все нормально. Я не помню лишь некоторые вещи– решил не посвящать детей в сложности Эдвин– скажи, а почему другие дети не ходят в школу? – его слегка удивил этот факт.
– Так ведь…Ну, работать нужно. Да и школы-то нет. Только воскресная, да Шарлотта нам преподает ещё…Вот в Уистхеде, говорят, и школа, и больница…
– Ага-поддержала его Мегги– а ещё там дети не работают. А ещё там нет шахт. А ещё…
– Дети, идите делать уроки, а затем мы должны будем пойти помочь сэру Стокеру– Шарлотта, сияя красотой, вошла в дом, буквально озарив его своим присутствием– правда, там будут нужны мужские руки…
Эдвин, поняв, что речь идёт о нем, мгновенно встал– он действительно устал от безделья. В прошлой жизни он явно не тратил на пустое ни единого мига жизни– кипучая энергия так и била из него ключом:
– Я готов, любимая, пойдем. Кстати, дорогая, ты…кхммм…очень хорошо выглядишь.
Вид жены пробудил в нем такие чувства, о которых в присутствии детей не стоило говорить.
Глава 22
– О, Господи! Шарлотта, ну ты и скромница– выйти замуж и молчать об этом. А церемония? А праздник!? Это же– самое важное событие в жизни девушки! – миссис Латимер, казалось, помолодела от воспоминаний– вот у нас с преподобным…
И она пустилась в повествование того, какой трогально прекрасной оказалась их церемония.
– К тому же, это – раз и навсегда (миссис Латимер была одной из немногих, кто был в курсе положения дел насчёт Мегги и девичества Шарлотты). О,нет, милая! Ты от нас так просто не отделаешься– и другие женщины, что собрались в доме преподобного после службы, одобрительно закивали головами– мы устроим тебе настоящую брачную церемонию. Ты столько помогала деревне– настала и наша пора отплатить.
– К тому же, первая брачная ночь повторится– пошутила веселая пышка Толли Хемроут, вызвав смешки у матрон и краску смущения у молодых девушек– эх, я бы все отдала, кабы мы с моим Хемфри могли бы вновь стать новобрачными– мечтательно протянула она.
– Ночь или день, а вот клятвы обновят. Да и запись будет сделана здесь, где будут рождаться их дети…
Шарлотта вздрогнула– дети! Ну и заварила же она кашу. А вдруг сейчас она придет домой– а там граф с поверенными и полицией? Все вспомнил и, пылая праведным гневом, призовет ее к ответу?
– Ну и потом, у нас так давно не было праздников– этим аргументом молоденькая Мелроуз Флетчер окончательно добила Шарлотту. В конце концов, хуже уже не будет, а ведь от нее не отстанут. Пускай она выйдет замуж за Эдвина Кармайкла– такого ведь не существует в природе. Шутка. Глупая затянувшаяся шутка, не более.
– Хорошо, я передам Эдвину, что нужно готовиться– Шарлотта потихоньку отступала к двери, но всем уже и так было не до нее. Женщины увлеченно обсуждали приготовления к церемонии.
Дома Эдвин, уже принявший ванну в одной из огромных бочек, играл с детьми. При виде Шарлотты, вошедшей в дом, он радостно улыбнулся ей:
– А вот и Шарлотта. А мы приготовили тебе сюрприз.
Дети радостно засмеялись, подбегая к девушке. Финн протянул ей платок:
– Закрой глаза, Шар
Девушка недоуменно взглянула на Эдвина, но тот лишь развел руками и улыбнулся. Опустившись на колени, Шарлотта позволила детям завязать ей глаза. Наощупь, сопровождаемая детьми и мерным звуком твердых шагов Эдвина, она зашла в небольшую каморку под лестницей.
– Снимай, снимай, – наперебой закричали дети. Шарлотта сняла повязку, растирая уставшие глаза– перед ней стоял портрет их семьи. Вернее, их семьи и Эдвина. С точностью до деталей были выписаны дети, она, он сам…
Прикрутив рожок лампы, Эдвин подошёл к ней, улыбаясь непривычно робкой для него улыбкой, будто бы ожидая одобрения.
– О…это…это чудесно. Это ты… – на глаза навернулись слезы, она не смогла продолжить.
– Да, это я. Сегодня я немного помог лавочнику (Эдвин умолчал о том, что заложил драгоценную булавку, найденную им в кармане его рваного сюртука, видимо, фамильную вещь), а тот был так добр, что дал мне краски и все необходимое.
– Но откуда? – Шарлотта, едва дыша, любовалась самой красивой картиной, что видела в жизни.
– Не знаю– разведя руками, по-мальчишески улыбнулся Эдвин– возможно, этот талант был скрыт во мне, и только хороший удар по голове помог ему материализоваться.
В этот вечер семейный ужин проходил в восхищённых рассказах детей о том, как грамотно, быстро и красиво их рисовали, подшучиваниях Эдвина над ними, и молчании Шарлотты– та лишь украдкой любовалась профилем графа, такого красивого…и такого опасного.
Глава 23
Близилась ночь. Шарлотта как могла оттягивала момент, но по итогу дети стали клевать носами, устав слушать сказки– к тому же, от нервов голос ее дрожал, а буквы из старой книги сказок, которую ей удалось сохранить из той, богатой, жизни в пансионе, расплывались перед глазами. Наконец, Эдвин, сжалившись над детьми, отправил их спать.
– Нам с тобой тоже пора бы ложиться? – улыбнулся он ей, и все тело Шарлотты будто опалило огнем. Они будут ночевать в одной кровати! Вернее, они уже это делали и не раз, но тогда он был без сознания, а сейчас…сейчас он так хорош собой, так улыбается ей, так красив.
– Да, да…я сейчас…сейчас приду.
Переделав на кухне уже все, что могла, наведя порядок на и без того идеальных полках, Шарлотта решилась пойти наверх. Не всю ночь ведь ей сидеть здесь, в ожидании неизбежного. Сама виновата! Теперь ей и расхлёбывать!
Она неуверенно толкнула дверь крохотной спальни рукой, ожидая, что Эдвин как ночной призрак – набросится на нее из темноты. Но лишь тишина была ей ответом. Пока глаза привыкали к темноте, девушка разглядела его мощную фигуру…мужчина спокойно спал на кровати, обняв одну из больших подушек. Девушка, тихонько вздохнув, аккуратно легла рядом, на самый край. Засыпая, она подумала– как же странно устроены женщины– мысль о том, что Эдвин захочет ее, пугала. Но при этом мысль о том, что не захотел, обижала и возмущала до крайности.
На следующее утро их разбудил стук в дверь:
– О, Господи! Это же– миссис Латимер! Эдвин, скорей одевайся. Тебя ждут мужчины у преподобного, они же устраивают тебе попойку! А мне нужно подгонять платье– охнула Шарлотта, спрыгивая с кровати.
Эдвин, разомлевший при виде прелестей жены, таких манящих в утреннем свете, под прозрачной рубашкой, едва было не послал к черту весь мир, но сдержал себя– все же не стоит портить отношения с будущими соседями, к тому же, действительно любившими Шарлотту, желавшими сделать ей приятное.
Миссис Латимер, наперевес с белоснежной материей, словно Юлий Цезарь ворвалась в дом, главенствуя над группой женщин, вызвавшихся помочь в шитье платья. Окинув цепким взглядом молодожена, она удовлетворённо кивнула:
– Этот выстоит.
Эдвин же, не совсем соображая, о чем она, вышел из дома, встреченный дружным улюлюканьем и поддразниваниями мужчин, ожидавших его у дверей, направился с ними (смех, да и только) на попойку к преподобному.
– Вот тут слегка приколи– вот здесь прихватить стоит– не вертись! – раздавалось то и дело в комнатке, где буквально на глазах творилось волшебство. Мамаша Мегфорд, как звали старую швею, с двумя юными помощницами шила платье. Прямо на невесте. Причем, удавалось ей это весьма ловко– пышная юбка волнами гипюра спускалась вниз от лифа, расшитого сотнями сверкающих блёсток. Кинув на себя в зеркало быстрый взгляд Шарлотта обомлела– неужели она такая красивая? Холодок прошел по коже. Волнение? Нервы и неспокойная совесть? Или это – предвкушение завтрашней свадьбы? О, нет, брачной ночи! Лицо ее раскраснелось, волосы были распущены, локонами спускаясь по спине (такой вариант прически, сочли дамы, вполне подойдёт той, кто не выходит замуж впервые, а хочет лишь освежить брачные обеты), выглядела она юной и прекрасной.
Казалось, вся деревня, забыв на миг о своих насущных проблемах, с головой отдалась приготовлениям: столы, стоявшие у церкви, ломились от угощений. Шарлотта даже украдкой пару раз всплакнула, остро осознавая, чего стоило некоторым внести свою лепту в это разнообразие. Решимость вновь вернулась к ней– нет, она не имеет права упустить такой шанс. Наказать того, кто повинен в таком упадке деревни, кому совершенно наплевать на людей, живущих на его землях, на работников. А там…Если что, миссис Латимер возьмёт детей к себе.
Проходя с приятелями, коих у него оказалось весьма немало (а кому не хотелось присутствовать на дружеских мужских посиделках перед свадьбой), Эдвин увидел, сколько всего приготовили его новые соседи. Нотка укора заговорили в нем– он видел, как небогаты были деревенские жители. И то, что они устроили такой пир ради Шарлотты и него, совершенно незнакомого им человека, растрогало его больше, чем он мог предположить. Невдалеке шумела детвора, изнемогающая в ожидании праздника. За детьми присматривала пара матрон, следивших за тем, чтобы дети не испачкали свои воскресные наряды, заигравшись.
Наконец, вышел преподобный, позвав всех в церковь. Приятели, засмеялись, наперебой кинулись шутить о том, что "кого-то сейчас загонят в стойло", " заарканят как молодого бычка". В храме божьем все немного попритихли. Эдвин окинул взглядом старенькую церковь– яблоку негде упасть, столько народа набилось. Зазвучала музыка, все как по команде обернулись назад, Эдвин тоже повернулся– и обомлел. Ангел! Он увидел ангела! Шарлотта, словно чудное видение, в сияющем тысячей кристаллов платье, юбка которого утопала в кружевах, медленно и горделиво шла навстречу. Ее волшебные локоны были распущены за спиной, придавая огненный ореол ее фигуре. Пара прядей были перехвачены крохотными сияющими заколками у висков. В нежных руках она несла небольшой букетик белых цветов, символа нежности, чистоты и веры.
Память вдруг воспроизвела ее другой образ, из потаенных глубин сознания-вот они вдвоем идут по лугу, впереди вприпрыжку бегут дети. Шарлотта держит в руках букетик полевых цветов, несколько смущаясь что-то говорит ему, поднимая на него свои удивительные глаза…
Эдвин почувствовал, как необычайное, теплое чувство любви буквально затопило его– если он и любил ее раньше, до потери памяти, то теперь стал любить в два раза сильнее. После всех дней, что Эдвин чувствовал себя не в своей тарелке, отчаянно пытаясь вспомнить прошлое, на него снизошло такое успокоение, такая благодать, что хотелось обнять и расцеловать всех и каждого– да, он на своем месте! Он любит эту девушку. И точно знает, что любил ее и раньше.
Глава 24
Шарлотта, которую горделиво вел к алтарю мистер Пенсуорт, сухопарый старичок из деревни, всем и каждому гордо рассказывающий, что некогда служил камердинером в доме старого графа (что, конечно, было уже не проверить), вся дрожала. Каждый шаг приближал ее к к эшафоту. Причем, во всех смыслах– за похищение, обман ей светила веревка. Да и недолгая будущая жизнь с этим самоуверенным красавцем, что сейчас, едва ли не раскрыв рот, поедал ее взглядом, ожидая у алтаря, была шагом на помост.
Взгляд девушки упал на скамейку, где сидели дети. Там, улыбаясь во весь рот, Фредди подмигнул ей. А Мегги, смешно округлив глаза, едва дыша, смотрела на такую новую для нее, такую ангелоподобную Шарлотту. Нет, она не подведёт детей. Назад пути все равно нет. Уверенно Шарлотта шагнула вперед– весь светясь от важности выпавшей ему роли, мистер Пенсуорт передал невесту жениху. По церкви разнёсся общий вздох одобрения.
Преподобный начал:
– Сэр Эдвин Кармайкл, берете ли вы…
Шарлотта произносила свадебные клятвы как в бреду, машинально. Ее жених, нет, ее муж, взял ее руку в свою, надевая тонкий ободок обручального кольца, а затем позволил надеть и себе (и когда же он успел их купить?).
Сделав в книге запись о бракосочетании, где они поставили свои подписи (Эдвин по какому-то наитию вывел подпись, подсознательно чувствуя, что она такова), Преподобный объявил их мужем и женой и велел новобрачному поцеловать новоиспеченную супругу. Шарлотту словно огнем опалило, когда губы Эдвина прикоснулись к ее губам. Тепло окутало все тело, разливаясь волнами, пульсируя в нижней части живота. Его губы, руки…
В реальность их вернула шумная толпа. Эдвина радушно похлопывали по спине, желая много детей и давая не совсем уместные в храме божьем наставления перед первой брачной ночью, невесту же окружили женщины, наперебой восхищаясь и церемонией, и женихом. Наконец, миссис Латтимер, по привычке взяв бразды правления в свои руки, повела всех к столам. Там жителей уже ждал сюрприз– небольшой оркестр, что при их появлении сразу же заиграл. Под музыку гости прошли к столам– и свадебный пир начался.
Шарлотта смутно помнила праздник– танцуя то с одним кавалером, то с другим, она с непонятной самой себе ревностью смотрела, как женщины наперебой стремятся заполучить жениха на танец. Танцы и конкурсы, смешные игры для детей и взрослых– все это слилось для нее в непрерывную разноцветную феерию, изредка прерывал которую лишь низкий голос мужа, его крепкие объятия. Наконец, стемнело, всех маленьких детей уже увели спать их заботливые матери. Оставшиеся гости начали шушукаться и пересмеиваться, намекая на предстоящую брачную ночь. Миссис Латтимер любезно увела к себе Мегги и Фредди, сказав, что пару дней ребятня побудет у нее.
Веселая толпа довела мужа и жену до дома, дав напутствия, сопровождаемые взрывами смеха. Шарлотта вошла в дом– и обомлела. Все было украшено для романтического вечера. На столе стояла бутылка охлаждённого шампанского (девушка представила, чего стоило миссис Латтимер, (а это могла быть только она, не иначе) добыть его) и фрукты. Лестница на второй этаж вся усыпана лепестками цветов…
Шарлотта неловко поежилась– вот и настал час расплаты. Она повернулась– и встретилась с голодным взглядом мужа.
Эдвин шагнул вперёд– его прекрасная юная жена стояла, не решаясь даже что-то произнести. Ее солнечные кудри распушились от танцев, глаза блестели, а влажные губы так и манили поцеловать.
– Милая, я думаю, ты будешь не против, если мы сегодня будем пьяны лишь друг другом – произнес Эдвин, слегка удивившись вычурности фразы, словно он был записным повесой, привыкшим очаровывать дам красноречием.
Шарлотта зарделась, все слова, которыми она хотела отсрочить неизбежное, вылетели из головы. Да и вряд ли здорового молодого мужчину в его брачную ночь может остановить фраза " я волнуюсь, давай немного привыкнем друг к другу". А уж про второй вариант, " узнаем друг друга немного больше"– и речи не шло. Мало того, что звучал он весьма двусмысленно, так ещё и Эдвин был уверен, что они знают друг друга достаточно давно.
– Ну, я…мне…бы… надо немного выпить– увидев, как Эдвин усмехнулся над ее косноязычием, но тут же галантно протянул ей бокал с искристым напитком. Шарлотта сделала глоток и расплылась в улыбке– приятно. Лёгкость и ощущение воздушности наполнили ее после бокала, пока Эдвин подкидывал дров в остывающий камин. Прикрутив лампу, он направился к Шарлотте:
– Этого момента я ждал весь день– хрипло прошептал он ей на ушко, отчего по коже поползли мурашки– было до дрожи необычно и приятно ощущать его горячее дыхание на своей нежной шее. Обняв девушку, он притянул ее к себе. Мощь его тела завораживала– мускулы, мышцы. Казалось, повесы не приветствуют никаких физических нагрузок, все время проводя в праздных гуляниях, но Эдвин…Его фигура была совершенна. Девушка стыдливо пробежалась тонкими пальчиками по стальному прессу, погладила грудь, с удовлетворением отметив, что он тихо застонал.
Эдвин поцеловал ее. Сначала нежно, касаясь полуоткрытых нежных губ, затем– все страстнее. У Шарлотты промелькнула мысль– так вот почему грех, от которого их оберегают с детства, так манит, так сладок. Если все остальное такое же, то… Но тут же пришел страх– брак недействителен, даже имя его – и то – ложь. По сути, сейчас она повторяет путь своей несчастной матери. Это отрезвило девушку мгновенно.
– Эдвин, я….просто, мне нужно подготовиться, переодеться. Ну…к…Ты не мог бы выйти..– она слегка оттолкнула нетерпеливого новобрачного, весьма правдоподобно покраснев от необходимости вести такой глубоко интимный разговор.
Эдвин, кровь которого казалось полностью прилипла вниз, к пульсирующему органу, лишь кивнул, выйдя из комнаты:
– Да, дорогая. Позови, когда будешь готова.
Спустившись вниз, он несколько минут глубоко дышал, чтобы успокоиться. Ох уж эта девичья стыдливость. Конечно, любая новобрачная нервничает в первую ночь с мужем, нужно отнестись к этому с пониманием. Но в мыслях он уже овладевал ее нежным телом миллионы раз, всеми возможными способами. В мыслях ее полные груди, мокрые от пота, скользили по его груди, когда она была сверху. Ее маленькие ручки впивались в его плечи, а голова была слегка запрокинута назад. Она стонала от страсти…
Или же на кухне, прямо на столе– она лежит, призывно разведя бедра. Смотрит на него с вожделением, зная силу своей красоты. Одна ее рука гладит себя, а другая сжимает налитую грудь, бесстыдно предлагая мужчине всё. Ее золотые кудри разметались по столу, она с хриплым стоном произносит его имя…
"кажется, она и вправду зовёт его"
Эдвин бегом поднялся по лестнице, открыв дверь комнаты, за которой его ожидал рай– и остолбенел. Дрожащими руками его молодая жена держалась за подоконник, наклонившись вперёд, лицо ее было бледным как простыня. А на столе стояла пустая бутылка шампанского.
– Мне…мне очень плохо, Эдвин– она пыталась глубоко дышать, но не выходило.
Черт! Она выпила всю бутылку? Естественно, что теперь ей плохо, к тому же, Эдвин не помнил, но был уверен на все сто процентов– она явно не пила раньше. Почему-то эта сцена не разозлила его, а лишь умилила– глупая. Испугалась, как маленький ребенок.
– Пойдем, любимая– он провел ее в туалетную комнату, заботливо поддерживая ей волосы, пока девушку не оставил последний спазм тошноты. Затем, прополоскав рот, она униженно взглянула на него:
– Прости– прошептала горе-новобрачная со слезами на глазах.
– Все хорошо, Шарли. Пойдем, я переодену и уложу тебя– увидев испуг в ее больших глазах, он поспешно добавил– просто ляжем спать, любимая. Сегодня был непростой день для тебя.
Уже засыпая, уютно прижавшись к такому большому и тёплому телу мужа, Шарлотта думала " как же все-таки чудесно– быть замужем".
