Текст книги "Мой благоверный (СИ)"
Автор книги: Мануэлла
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)
Глава 10
Шарлотта и Эдвин шли к дому, рядом весело бегали Мегги и Фред, очарованные графом. Девушка невесело улыбнулась– этот хитрец своим обаянием сможет и дьявола к себе расположить на Страшном суде. Даже рассудительная и иногда излишне подозрительная миссис Латимер была в восхищении от Эдвина, пеняя Шарлотте тем, что она так долго умудрялась прятать жениха от них. Шарлотта лишь пробубнила невпопад про проверку чувств и серьезности намерений мужчины, как Эдвин, поклонившись, нежно поцеловал ручку миссис Латимер, чем привел ее в состояние неописуемого восторга– старая дама и забыла, когда в последний раз бывала в обществе. И, хоть этот жест как прощание давным-давно не использовался, но откуда ей было об этом знать?
– Звчем вы устроили весь этот цирк?! – гневным шепотом спросила Шарлотта, когда все темы для учтивых бесед были исчерпаны.
Эдвин, жуя травинку, остановился, окидывая ее взглядом, выдававшим его цель и намерения:
– А вы как думаете? Зачем мне это нужно было? – он придвинулся к ней поближе. Шарлотта оглянулась– дети отобедали довольно далеко, и ничего теперь не могло защитить ее от магнетизма этого мужчины.
– Фред, Мегги! Не уходите так далеко! Подождите нас!
Дети, обернувшись, бросились бежать к ним, споря по дороге, кто виноват в том, что они ушли так далеко.
Эдвин многозначительно посмотрел на девушку, прижавшись к ней так близко, что она едва могла дышать от охватившего ее томления, прошептав ей на ухо – " Трусиха". И зашагал навстречу детям, которые с удовольствием продолжили дальнейшей путь с ним, оставив Шарлотту топать позади в смятении чувств.
"Слава Богу, Люси недавно вышла замуж, уехав к мужу в дальнее графство"– думала Шарлотта, мочаливо шагая рядом с графом. Иначе бы она обязательно узнала хозяина и деревни, и того званого вечера в этом наглом типе, с таким невозмутимым видом вышагивающим рядом.
У самого домика он остановился, окинув его взглядом. Шарлотта с непонятным ей трепетом ожидала упрёков или насмешек– ничего, она выскажет ему всё, не все ведь рождаются с золотой ложкой во рту! Но Эдвин лишь улыбнулся:
– У вас красивый дом, хоть и небольшой.
– Спасибо– смущённо ответила девушка, стараясь глядеть по сторонам или на землю, да куда угодно, лишь бы не на мужчину, что стоял перед ней.
– Не хотите пригласить меня на чай? – его чувственный голос будто обволакивал. Шарлотта, стряхнув с себя невольное оцепенение, немного пришла в себя:
– Нет. И я попросила бы вас– понизив голос, она оглянулась, но дети уже были в доме. Их маленькие головки виднелись за кружевными занавесками кухни, где они, высыпав все принесенные графом угощения, с азартом разбирали их словно сокровища– чтобы вы не преследовали меня больше! Ваша шутка может плохо кончиться. Речь не обо мне, о детях. Неужели вам не жаль их?! Что с ними будет, если со мной прекратят всякое общение?
Эдвин, стоило отдать ему должное, немного смутился. Но тут же взял себя в руки:
– Я лишь отплатил вам той же монетой. Я ведь теперь по всему графству, а то, и королевству, прослыву несчастным, который не в силах больше удовлетворить женщину. Репутация, которую я так долго создавал….
– Не произносите это слово, у нас с вами разное понимание его значения– начала злиться Шарлотта. Сжав кулачки, она стукнула его рукой в грудь-вы понимаете, что вас могли узнать?!
– Кто? Я не виделся ни с кем из арендаторов, рабочих. Да я даже управляющего – и того видел лишь мельком – Эдвин отметил, как при словах об управляющем тень набежала на лицо его спутницы– Ну а он, как мне уже сообщили, почти не появляется у вас?
– Ну…почти…да– необычно для себя вяло произнесла всегда бойкая на язык Шарлотта.
Эдвин прищурился, глядя на неё:
– У вас с ним какие-то проблемы? Только скажите мне– я решу их мгновенно.
Девушка покраснела, опустив глаза. Немного обретя спокойствие, она ответила:
– Давайте раз и навсегда уясним– вы мне никто! И не имеете права ни рушить мою жизнь своими шутками, ни предлагать помощь! – она сама мысленно поморщилась от таких грубых слов, но что делать? Пусть лучше он возненавидит ее, чем будет занимать все помыслы. А уж в том, что так и будет, если они станут видеться даже мельком, она ни капли не сомневалась.
Эдвин, подняв руку, с нежностью и даже грустью погладил ее по щеке:
– Вы не доверяете мужчинам, верно? Вам причиняли боль?
Она оттолкнула его руку, отойдя назад, к спасительной двери:
– Почти все мужчины в моей жизни были…не слишком достойными! И вообще, я привыкла полагаться лишь на себя! А теперь– извините, но мне нужно готовить обед.
Она вошла в дом, хлопнув дверью. Только сейчас она вспомнила, что следует забрать сладкое у детей, иначе они попросту откажутся от обеда. Она собрала все сладости в огромную банку, в которую обычно наливала охлаждённый компот, и поставила на шкаф. Дети, сразу же потеряв интерес к кухне (а ещё боясь, как бы Шарлотта не выдала им по заданию– очистить картошку или ещё чем-то помочь по хозяйству), сразу же убежали в детскую, смешно переругиваясь по пути.
Шарлотта, поставив кастрюлю с мясом на огонь, решила, что стоит переодеться, чтобы не испачкать выходное платье. Но вдруг граф зашёл в дом? Дверь она не закрыла? Она представила, как заходит в свою крохотную спальню, а там – он. Лежит на ее кровати, усмехаясь как обычно, и своим певучим низким голосом говорит что-то вроде " я так долго ждал тебя". О, нет! Щеки ее запылали! Она должна думать о детях, об их будущем! Больше всего на свете Шарлотта боялась повторить судьбу мамы. Та очень мучилась и от отторжения близких и соседей, и от недолгой " любви" отца, который почти после самых ее родов уже перенес свое внимание на молоденькую горничную, что пришла работать в его загородный дом
Глава 11
Эдвин, отвязывав коня, вышел из платной конюшни, где его оставлял. Молодой человек не мог и сам понять, зачем нужна была эта глупая выходка. Но больше пугал тот факт, что ему нравилось! Нравилось, черт побери, как она смущается. Как смотрит на него с немым укором в своих прекрасных глазах. Как она мила даже в гневе. Эдвин не мог взять в толк, как такая девушка ещё не замужем (дети в классе охотно рассказали ему все о жизни мисс Шарлотты)? С таким острым умом и язычком? Мужчина почувствовал, как возбуждается при одной мысли о том, что она могла бы им вытворять, окажись они вместе…
Но больше всего казалось странным то, что он млел словно мальчик, словно школьник, впервые познавший женщину, когда Шарлотта просто касалась его. Когда он вдыхал ее аромат– свежести и мыла. Она не использовала никаких ухищрений света, где дамы флаконами выливали на себя парфюм, нет. Ее аромат…он был особым. Настоящей женщины, он навевал мысли о домашнем уюте, семье, обедах и ужинах…
Эдвин вдруг громко рассмеялся, пустив лошадь вскачь: а она– та ещё штучка, эта Шарлотта. Заставить его, первого развратника королевства, думать о семье?! Немыслимо! Впрочем, с ней по-другому и не могло быть.
В течение дня мысли о девушке преследовали его неотступно. Попытавшись утопить их в алкоголе, он потерпел фиаско– наоборот, мыслей стало лишь больше, благо, они приняли непристойный характер, и теперь он мог ими всласть насладиться, не боясь выглядеть тем, кого так откровенно ненавидел– романтиком или "домашним" мужем. О, он таких видел много, более того, сам не раз был свидетелем того, как его друзья из весёлых и интересных людей, всегда готовых к любой авантюре и приключению, превращались в унылых скучных домоседов, встретив свою любовь. Браки должны быть без любви– это он вынес из брака своих родителей. Его мать, некогда всеобще признанная красавица, вышла замуж за его отца по любви. Но ничего, кроме горя, это не принесло. Эдвин вырос среди взаимной родительской ненависти и постоянных скандалов. Мать рыдала, требуя внимания отца, а тому уже приелась ее красота, и он хотел лишь спокойной семейной жизни. Матери же хотелось чувств и эмоций. Эдвин помнил тот вечер, когда спросонья спустился в кухню, выпить молока, и услышал приглушённый спор матери и отца. Мать причитала:
– Я ненавижу тебя, ты испортил мне всю жизнь! Если бы я не забеременела, то и вовсе не вышла бы за тебя…за мной ухаживали джентльмены гораздо выше тебя по положению!!
И тихий голос отца, обиженно повторяющий:
– Надо было выходить за них!
– И выйду! Я брошу тебя, и заберу с собой сына!
– Ты можешь идти на все четыре стороны, но сына я тебе не отдам!
– Только посмей! Я опозорю тебя так, что ты не сможешь и носа на улицу высунуть! И пусть Эдвин сам решит, с кем ему жить!
Эдвин пулей взлетел по лестнице, забыв, куда шел. Он ещё долго в тот вечер не мог уснуть, плакал. Мальчику было не понять– отчего и мама, и папа, которых он одинаково любил, заставляют его выбирать, теряя одного из них….
Глава 12
Шарлотта, весь день мысленно кляня Эдвина, неохотно отвечала на поздравления и расспросы местных о так тщательно скрываемом ею женихе. Казалось, вся деревня готова была прийти на их свадьбу. Миссис Латтимер даже высказалась, что понимает, почему Шарлотта скрывала жениха– такого красавца могли и увести. Смех и перемигивания женщин, что сидели вместе с ней за рукоделием, смутили девушку ещё больше.
Наконец, она отправилась домой, где стала готовить обед для детей, что скоро должны были вернуться от миссис Хорас, одинокой старушки, вдовы шахтера, которую навещали и помогали нй уже несколько лет. Вот и сейчас они понесли ей пирожки и бульон.
На всю кухню раздался ароматный запах свежеиспеченного хлеба, мясо забулькало в горшочке. Шарлотта вздохнула– деньги на счету таяли словно вода, что делать дальше? Ее волновала не только своя судьба, но и судьба соседей, людей, которым она помогала. Чертов граф, прости, Господи! Он думает лишь о развлечениях и веселье, а вовсе не о своих людях!
Вспомнив о развлечениях, Шарлотта решила, что завтра продаст платье, в котором вернулась с приема, а деньги отдаст Смитам, ещё одним соседям с кучей ребятишек– им давно нужно было починить крышу в доме.
Весёлый визг наполнил комнату– дети вернулись. Шарлотта велела им вымыть руки и садиться за стол, а сама села рядом. Дети с аппетитом набросились на еду, а она пила горячий чай, вспоминая, что планировала сделать завтра.
– Шар– так Мегги в минуты хорошего настроения называла сестру– а что значит " ублюдок"?
Шарлотта вздрогнула– кто-то посмел сказать такое о ней, Мэгги?! Или о самой Шарлотте! Но девочка, не замечая ступора сестры, продолжала:
– Сэр Креспид сказал, что новый граф, ублюдок, урезал всем шахтёрам зарплату на десять процентов.
Шарлотта ахнула– люди и так выживали как могли на те крохи, что получали за свою работу. А теперь…Ей вдруг сделалось так противно, словно она сама принимала участие в этом– она-то, дурочка, ещё улыбалась ему, мечтала о нем. А этот….Вот и ещё раз реальность вернула ее с небес на землю, показав ей, если не на примере матери, то на своем собственном, что знать заботится лишь о своих интересах.
– Это плохое слово, Мэг– ответила она, обрывая интерес детей к нему– ешьте, а потом нам предстоит заняться уроками. Финн, сегодня я спрошу твоё задание.
Она встала, выйдя из-за стола, – чай стал казаться безвкусным, да и аппетит пропал. В дверь постучали. Сделав знак детям, чтобы те не вставали, она пошла открывать. " Верно, это – Тереза, принесла обещанные нитки и канву". Но на пороге стоял Эдвин, одетый все также, как и в прошлый раз. Шарлотта, оправившись от неожиданности, резко попыталась захлопнуть дверь, но граф поставил ногу:
– Дорогая, ты же не хочешь сломать своему суженому ногу?
Шарлотта в ответ лишь злобно прошипела;
– Какого черта вам здесь нужно?!
Граф, удивленно вскинув глаза, прошел немного вперёд, отодвигая ее в сторону:
– Вот уж не думал, что мисс Благочестие так грубо и вульгарно ругается. Я пришел навестить невесту.
Шарлотта только заметила букет полевых цветов в его руке. Она уже было собралась сражаться за то, чтобы вытолкать его за порог, как вдруг дети выбежали в прихожую:
– Эдвин, Эдвин! – наперебой заголосили они, обнимая его. Тот, потрепав их по головам, кинул победный взгляд на Шарлотту
Глава 13
Шарлотта стояла, наблюдая за такой домашней сценой, разворачивающейся на ее глазах– дети угощали Эдвина чаем, попутно расспрашивая его обо всем на свете. Он велел им принести мешок со сладостями, что был привязан к седлу лошади (ее он оставил у сарая– теперь вся деревня узнает о его визите). « как же это в его стиле– подкупать всех, даже детей!» – разозлившись, подумала Шарлотта. Она все пыталась найти момент, чтобы незаметно от детей выставить его за дверь. Но Эдвин, как специально, стал показывать детям театр теней на стене, и малыши с визгом бросились повторять сложные фигуры руками. Вот Мэгги умиляюще сложила ручонки в виде голубя– Эдвин аккуратно поправил фигуру. Фред старательно пытался сложить из непослушных пальцев слона… Шарлотта взорвалась– он оставил других детей практически без еды, и зачем?! Чтобы и дальше потворствовать своим прихотям?! А теперь здесь строит из себя доброго дядюшку?!
– Убирайтесь из моего дома! – закричала она, не обращая внимания на вздрогнувших от неожиданности детей– Вам ясно?! Убирайтесь и не смейте никогда больше сюда приходить!
Она схватила его за рукав– прикасаться к нему стало вдруг мерзко и противно, она представила, что он творил своими руками с дамами на своих то ли оргиях, то ли ужинах…Девушку передёрнуло от отвращения.
Эдвин, потерявший дар речи от такой вспышки ярости, встал, ведомый девушкой к двери. До сих пор подобное он видел лишь у родителей, да у пары оставленных любовниц (правда, последние, получив щедрую компенсацию и украшения, сразу же успокаивались). Но эта девушка, ярость которой до сих пор выражалась лишь едкими саркастичными фразами о нем…Боже, да она его действительно ненавидит!
Шарлотта дотащила его до порога, по пути крикнув детям, чтобы те умывались и ложились спать, уроков сегодня не будет.
– Уходите! – она указала рукой на улицу, открывая дверь.
Эдвин, задумчиво посмотрев на нее, вдруг тихо спросил:
– Почему вы меня так ненавидите? Вы ведь меня совсем не знаете?
– О, нет! Я вас слишком хорошо знаю! Такие как вы живут лишь собственными интересами! Вам наплевать на других! Сейчас вы приносите конфеты, играете с детьми! А завтра оставите их и других детей без еды на столе?!
Эдвин не мог взять в толк, о чем она говорила. Но расспрашивать девушку, находящуюся на грани истерики, не решился. Он лишь поклонился ей, со всей учтивостью, и вышел из дома.
Шарлотта, захлопнув за ним дверь, зашагала на кухню, убирать со стола. Но руки ее тряслись, не слушаясь. Она решила пойти проведать детей, чьи голоса уже доносились из спальни. Как только она появилась на пороге, дети тут же замолкли и испуганно взглянули на него. Даже Фред, что натерпелся многого в жизни, над которым взрослые ужасно издевались, – и тот с испугом смотрел на нее.
Шарлотта, почувствовав себя ещё хуже, пожелала детям спокойной ночи, и ушла к себе в комнату. Прислонившись спиной к двери, она разрыдалась, закусывая губами рукав платья, чтобы рыданий не слышали дети. Проклятый граф! Он умеет портить все одним своим присутствием!
Эдвин, спешившись с лошади, отдал ее груму. Идя к дому, он все вспоминал ярость девушки и ненависть, светящуюся в ее глазах. Да и сам не мог взять в толк– действительно, зачем он, как она выразилась по пути к двери, ' таскается к ним'? Она ненавидит его, а он…он считает ее лишь временным развлечением, лекарством от скуки…
Вдруг ему на ум пришла ее фраза о том, что он оставит детей без еды на столе. Что бы это могло значить?
Глава 14
Эдвин, глядя на Панча и Джуди, смешно переругивающихся с большого помоста, вновь вспомнил Шарлотту. Джуди с ее острыми и едкими шутками так была похожа на эту остроумную девушку. Графу казалось, что он понял, почему девушка ещё не замужем– с ее воспитанием (что было весьма странно– кто обучил ее, любовник?! От этой мысли сердце кольнула ревность. Дети в школе, увы, не смогли поведать ему ничего интересного из ее прошлого. А расспрашивать их родителей, несомненно, знающих больше, он не мог) и остротой ума, она попросту была на две головы выше любого мужчины из деревни.
Шарлотта не покидала его мысли постоянно– услышав остроту от приятелей, он думал– если рассказать ее Шарлотте, она бы смеялась? Или журила его за пошловатость шутки? Увидев красивые цветы, что продавались в палатках по всем улицам города, он представлял себе улыбку, что озарила бы лицо девушки, преподнеси он ей букет (и даже вариант, что он получил бы этим же букетом по лицу, как ни странно, не казался ему таким уж ужасным).
Вот и сейчас, решив сменить обстановку пропитанных духами театральных лож и табаком – полутемных комнат дорогих борделей, он решил поехать на ярмарку. В детстве добрые слуги часто брали его с собой, несмотря на запрет родителей. Его жалели, ведь он был сиротой при живых родителях– те слишком были заняты ненавистью друг к другу, чтобы замечать своего несчастного одинокого ребенка
Очередная любовница, Эдвин даже забыл ее имя, девушка из дорогого борделя мадам Жиру, француженки, поставляющей лучших содержанок богатым господам, тянула его за руку, морщась и прижимая к носу платочек:
– О, мон шер, молю вас, давайте скорей пойдем в карету. Здесь так… неприятно. И все эти люди… – она брезгливо подобрала юбку, чтобы не испачкать ее грязью с мостовой.
Эдвин же видел перед собой, как ни странно, лишь веселящихся людей. Вот детишки с восторгом наблюдали за тем, как продавец сладкой ваты создаёт очередное воздушное облачко. Вот мужчины хохотали над спектаклем, что показывали заезжие актеры. Девушки прогуливались со своими возлюбленными вдоль длинных торговых рядов и столов с безделушками– на ярмарку можно было выйти с женихом без сопровождения родни, и молодые люди этим вовсю пользовались.
В карете, когда голова стала трещать от нескончаемой болтовни и жалоб куртизанки, Эдвин, не выдержав, рявкнул:
– Заткнись!
Девушка в испуге отстранилась от него, почти вжавшись в обивку кареты. Несомненно, она слышала о его характере лишь самое плохое, да и в-целом ее профессия была делом рисковым– сколько дам полусвета исчезало, буквально растворяясь в воздухе. Несчастные, которых никто из родственников не искал даже при жизни… Вот и сейчас девушка вся побледнела, думая, что разозлила своего нанимателя.
Эдвин дал знак кучеру остановиться. Он выпряг одну из лошадей, быстро написал распоряжения своему лондонскому поверенному, чтобы юную мисс не выселяли из снятого ей дома на все время аренды, выплачивая ей причитающееся жалованье. А сам, попрощавшись с насмерть испуганной девушкой, развернулся, и поскакал прочь из Лондона, куда уехал, чтобы навязчивая Шарлотта покинула его мысли.
На обратной дороге ему вдруг подумалось, что уж Шарлотта бы не стала терпеть его дурное настроение. О, нет! Она высказала бы ему все, что о нем думает! Она не боялась его…вернее, боялась лишь тогда, когда он касался ее. Когда он гладил ее нежную шелковистую кожу…Эдвину казалось, что он до сих пор помнит вкус ее губ. Кажется, пару раз в кровати он называл маленькую француженку ее именем– неудивительно, что она считает его чуть ли не сумасшедшим. Эдвин усмехнулся, вспомнив, как хорошо вышколенная мадам девушка, все же не смогла скрыть чувства облегчения, услышав, что он больше не будет навещать ее в течение всего срока их соглашения, но все привилегии и выплаты она продолжит получать. Казалось, девушка сейчас выскочит из кареты и начнет танцевать джигу.
Глава 15
Шарлотта вместе с другими женщинами распределяла продовольствие, что поступило из благотворительного общества мисс Стенхоуп, директрисы школы, где она училась, и, по совместительству, жены пэра королевства. Провизии было предостаточно– это поможет жителям хоть немного продержаться после урезания зарплат.
Вспомнив о заработной плате, она невольно вспомнила и Эдвина. Вот уже несколько недель его не было видно и слышно, приходилось даже лгать жителям о том, что ее жених сейчас занят подготовкой к свадьбе, он копит деньги. На самом же деле граф был явно занят лишь своими распутными интересами. Впрочем, какое ей дело до него? Но внутренний голос, настойчиво называющий девушку лгуньей, напоминал ей о том упоении, которое она испытывала в его объятиях. О том восторге, в какой приводил ее вид его рядом.
– Шарлотта, а ты как считаешь? – голос веселой толстушки Корел, старшей дочери пекаря, прервал ее мысли.
– Прости, Корел, я не слушала, о чем вы говорили– отозвалась девушка.
– О новом графе. Он действительно так хорош, как все говорят? Ты была в замке, когда набирали слуг– удалось увидеть его хоть глазком?
Шарлотта чуть не ляпнула в ответ, что они ведь его видели, но вовремя опомнилась– они видели лишь ее жениха. Графа же ещё не видел никто– он не соизволил даже познакомиться с жителями.
– Нет, нас отпустили сразу после уборки и подготовки.
– Эх– печально вздохнула Корел– жаль. Говорят, он такой красавчик….
Придя домой, Шарлотта накормила детей, почитав им и уложив спать, как вдруг услышала стук в дверь. Сердце ее затрепетало– кто это так поздно. Неужели, граф. Она не должна открывать. Но вдруг это кто-то из деревенских, нужна помощь?
Она подошла к двери, спросив, кто там. В ответ услышала противный голос поверенного, Филлипса:
– Мисс Прескотт, извините, что так поздно, мне необходимо с вами поговорить.
Шарлотта, вздохнув, открыла дверь. Маленькие глазки Филлипса забегали по ее фигуре, и Шарлотта лишь плотнее укуталась в шаль, прикрывая ночную рубашку. Девушка кляла себя, что не надела халат, спеша к двери, чтобы стук не разбудил детей
Она кивнула сэру Филлипсу на кухню, решив заодно и намекнуть на то, что визит его будет коротким– зажигать огонь в гостиной она не намерена, да и вовсе это неприлично. Филлипс чинно проследовал за ней, отказавшись от чая.
– Я пришел сюда, видите ли. Пришел, чтобы… – он вздохнул, набирая воздуха в грудь, будто решаясь на что-то– и выпалил– чтобы вновь просить вашей руки.
Шарлотта вздрогнула– она знала, что нравится Филлипсу. Знала даже о том, что он намерен на ней жениться– не раз он, видя ее, заводил такие разговоры, но девушка обрывала их, отвечая, что не планирует брак. А тот злополучный раз, когда он практически сделал ей предложение? Ей стоило огромного труда превратить все в шутку, не задев его гордости.
Но, как видимо, он даже прямой отказ счёл бы за попытки жеманства. Теперь он снова сидел, преисполненный важности, на ее кухне, а перед ним стояла коробочка с кольцом, которую ловко выудил из кармана. Дело обстояло весьма серьезно.
Девушка, стараясь не обидеть мужчину, мучительно искала слова для отказа– такие, чтобы они не ранили его достоинства:
– Сэр Филлипс, мне крайне лестно ваше предложение, но… боюсь…Я ведь уже говорила вам…
Он встал, подойдя к ней ближе. Его массивное тело нависало над ней. Шарлотта инстинктивно попятились назад, и, лишь упёршись спиной в стену, осознала свою ошибку– она загнана в угол.
– Сэр Филлипс, я предлагаю вам прийти завтра…сейчас уже очень поздно, и я… – от испуга вся храбрость и задор оставили ее. В глазах мужчины читалось желание. Он прижался своим телом к ее, его большие руки обхватили ее ягодицы, подняв на себя. Он хрипло застонал:
– Лучше выходи за меня, Шарлотта. Стань порядочной женщиной перед Богом и людьми, потому что, клянусь, я сделаю тебя своей – с браком или без него.
Его возбужденный орган тёрся о них живота девушки, вызывая лишь страх. Он стал целовать ее, без разбора, – то в шею, то в лицо, шепча ей непристойности о том, как сделает ее своей. Его руки уже задирали низ ночнушки, липкие пальцы его лезли все выше и выше…
Шарлотта, краем глаза заметившая тяжёлый чайник на плите, взмолилась Господу, чтобы дети не проснулись. Она покрепче ухватила ручку чайника и со всей силы обрушила его на голову мужчины, который из-за возбуждения лишь в последний момент увидел грозящую ему опасность. Он попытался увернуться, но чайник попал ему по виску, и мужчина рухнул на пол с глухим звуком.
