Текст книги "Bloodborne: Песочный человек (СИ)"

Автор книги: Лемор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 25 страниц)

Это давало свои плоды. Ранее бледная кожа девушки становилась чуть более телесного, живого цвета, и даже от кругов на глазах почти не оставалась и следа. Леди потихоньку оживала, проявляя здоровое и нездоровое любопытство едва ли не ко всему на свете, прекрасно зная, что не будет за это наказана ужасной реальностью.

– Рад слышать.

Леди Мария кивнула, после чего немного неуверенно перевела взгляд на удивлённо расхаживающую по современному пабу девочку.

Наложенная мной иллюзия во сне была заметно более реальной, делая её совсем неотличимой от настоящей. Если такое слово в принципе было применимо к Царству Снов, конечно же.

– Я… должна буду позаботиться о ней?

Бегающая туда-сюда Лили остановилась, подбежав ко мне, чтобы спрятаться за спиной, всем своим видом показывая, что она думает об этом.

– Иногда, – легко кивнул я, чувствуя, как мне в спину вцепились когти, слабо напоминающие человеческие. Расстроилась, бедняжка. – Конечно, если это не затруднит тебя, красавица.

Лёгкую насмешку в моём голосе не заметил бы только слепой и глухой. Девушка удивлённо уставилась на меня, кажется, едва не возмутившись.

– Я поняла.

– Отлично.

Когти вцепились в спину сильнее, заставив недовольно обернуться на девочку.

– Неподобающее юной леди поведение, Лили, – поправил шляпу на голове я. – Вижу, такими темпами наша совместная прогулка отменится…

Леди Мария моргнула. Девочка, только услышав мой тон, осознав, что я сказал, испуганно убрала когти, уставившись на меня своим самым невинным взглядом.

– Пр-рости…

Булькающий, полный сожаления потусторонний голос, заставил меня немного смягчиться.

Малышка явно сохранила большую часть своего разума и теперь с моей небольшой помощью обещала развиться ещё больше.

Неплохо.

– Так-то лучше, – прищурился я, направившись на выход. – Пойдём. Судя по всему, следующее появление Сиротки Кос может произойти в течение следующих нескольких дней-неделю. Нам нужно поторопиться.

Эти слова я адресовал больше леди Марии, мигом заставив ту напрячься.

Вместе с тем обещала начаться новая Ночь Охоты. Возможно, слегка более опасная, чем обычная. Нужно будет предупредить своих клиентов.

Предупреждение Германа о своих намерениях мало что дало, подготовка и так активно велась, но, по крайней мере, неосознанная весточка от старика помогла исключить фактор внезапности.

– Я…

– У меня есть парочка идей, ты можешь не беспокоиться, красавица, – как можно увереннее ответил я, не желая ничего слышать. – Время не ждёт.

Дверь паба открылась, меня начало затягивать в пески мира снов, а вместе со мной и вцепившуюся в меня девочку, которой ещё лишь предстояло научиться хоть как-то ориентироваться в далеко не самом понятном мире. Но, уверен, уже совсем скоро она очень сильно сможет мне помочь. Как в яви, так и во сне.

В конце концов, благодаря мне у неё будет хорошая практика.

* * *

Увидь сейчас первого охотника кто-то со стороны, и подумал бы, что он окончательно сошёл с ума. В некотором роде это была правда, учитывая, с какой нежностью он смотрел на результаты своих трудов: неподвижно сидящая в углу мастерской кукла в человеческий рост.

Кукла. Герман не стал называть её как-то иначе. Изначально он хотел дать ей имя ученицы, но в конечном итоге решил, что не хотел так оскорблять её память. В конце концов, кукла не могла заменить собой человека, и он это понимал.

Но как же безумно желал обратного.

Она была почти как настоящая, во многом напоминая собой леди Марию: светлые волосы, аккуратное, нежное лицо, небольшая бледность, присущая настоящей аристократке…

Впрочем, были и небольшие отличия. Леди Мария большую часть времени была более холодной и серьёзной, часто отстранённой, словно пытаясь сбежать из реальности, лишь иногда проявляя истинные эмоции.

Кукла же была другой, воплощая всем своим видом всю сокрытую в леди Марии нежность и ласку. Нежность и ласку, что ужасный, отвратительный мир отобрал у неё едва ли не с самого рождения.

Герман глубоко вздохнул, после чего подошёл к шкатулке, чувствуя, насколько гнетущей стала атмосфера в мастерской. Медленно открыл её, достав нечто, что не должно было существовать в их мире.

То, что могло подарить человеку истинный шанс возвыситься, прорастить недостающие глаза и уподобиться Великим, стать одним из них. Но лишь шанс, не дающий гарантий, в случае провала обещавший судьбу намного хуже смерти.

Впрочем, Герману пуповина нужна была не для этого. А для того, чтобы использовать её для прямого… контакта.

– Присутствие луны, Флора… Я… я готов…

Пуповина мёртвого Великого, словно живая, практически сразу же отреагировала на слова первого охотника, задрожав. Существуя как в физическом мире, так и в кошмаре, она выступала идеальным проводником, позволяя ограниченному существу на время выйти за рамки сна.

Мир перед глазами Германа задрожал, он почувствовал, как нечто недостижимое, исходящее прямиком из его крови, обхватило его душу, желая… потянуть вниз. Не хватало лишь последнего штриха.

Старый охотник обернулся, увидев появившуюся прямо в полу лампу, к которой прижимались маленькие уродливые существа, словно пытаясь по этой лампе выплыть в явь.

На негнущихся ногах старый охотник подошёл к лампе, присев рядом с ней, после чего…

Прикоснулся к ней.

По пространству распространился вой и Герман сам не заметил, что был одним из тех, кто в ужасе завопил, чувствуя, как падает куда-то.

Но это стало лишь началом безумия. Герман воочию увидел то, с чем осмелился заключить сделку.

Удлинённое, гротескное тело, покрытое полупрозачной, искажающей пространство плотью. Словно застывшие в ничто куски кошмара, которым ещё лишь предстояло воплотиться.

Голова, состоящая из мерзких щупалец.

Огромный, извивающийся хвост, напоминающий змеиный.

И, самое главное, непомерных размеров красная луна, возвышающаяся за существом, воплотившая собой истинный облик неподвластного смертному уму создания.

Гротескный, наводящий ужас Песочный человек стал казаться старому охотнику воплощением человечности. Он думал, что, увидев Ибраитас, сможет выдержать ужас. Но он даже не представлял, насколько ошибался.

Оно обхватило его щупальцами, проникая в самые глубины души. Герман, хотел того или нет, брыкался, кричал, извивался, пытаясь выбраться, но…

Всё было бесполезно.

Боль, что невозможно было описать простыми словами, распространилась по всему существу старого охотника, продолжаясь так долго, будто вселенная решила наказать его за все совершенные грехи.

О, он совершил их достаточно, чтобы испытать каждую частичку наказания, но, видят мёртвые Боги, легче ему от этого не становилось!

Герман не знал, в какой момент всё закончилось. Какое-то время пытался прийти в себя после пережитого кошмара, ещё не до конца осознавая, что это было лишь началом его личного искупления.

Впрочем, первый охотник Ярнама не просто так носил своё прозвище.

– Мастерская… – пробормотал Герман, попытавшись встать.

Неудачно.

Старый охотник оказался в инвалидной коляске, чувствуя, как одну ногу заменил протез. Или… нечто похожее, имитирующее протез.

Чувство нереальности затопило Германа. Он видел перед собой мастерскую, но что-то на краю сознания кричало ему, что это была не она. Лишь копия, имитация, неотличимая от настоящего.

Но было и одно ключевое изменение. Изменение, ради которого Герман и пошёл на это. То, чем он попытался хотя бы частично заполнить пустоту утраты, прекрасно осознавая, что это не закончится ничем хорошим.

Дверь мастерской открылась. Сердце Германа болезненно сжалось, он крепко сжал кулаки, на глаза начали наворачиваться слёзы.

Словно живая, практически ничем не отличаясь от простого человека, в мастерскую плавно, тихо зашла кукла. Нет, Кукла.

Воплощение нежности леди Марии, воплощение сокрытой в ней чистоты и ласки. То, кем леди Мария, возможно, никогда и не являлась.

На Германа уставился взгляд двух спокойных, мягких, практически стеклянных, таких живых светло-серых глаз.

– Здравствуй, добрый охотник.

Герман задрожал.

Он не знал, что задумал таинственный Песочный человек. Догадывался, что он по какой-то причине был заинтересован в нём и, возможно, его решении заключить сделку с Великим. Мог лишь предполагать, что будет дальше. Возможно, ему придётся самолично стать свидетелем противостояния двух могущественных существ.

Но кое в чём он мог быть уверенным уже сейчас:

Пришло время платить за всё, что он совершил, и лишь Боги будут решать, достоин он прощения или нет.

Приближалась новая Ночь Охоты.

* * *

Джо был привычен к грязной работе: с раннего детства он занимался мелкими кражами, чуть позже стал частью небольшой банды, ещё немного позже даже смог её возглавить.

Позже банду накрыли, но ему удалось избежать ответственности и залечь на дно. К счастью, совсем без работы мужчина не остался, сохранив некоторые связи и людей.

Выбить из кого-то долг? Это он умеет.

Припугнуть кого-то? Да хоть каждый день!

Обокрасть? Зависит от цели, но тоже не проблема! Только заплати.

Более того, у Джо даже оставалась некоторая репутация, позволявшая ему находить клиентов иногда напрямую. Как, например, сейчас.

Хозяин одного местечкового паба, Роберт, оказался недоволен словно восставшим из мёртвых конкурентом. Про «Песчаную Чашу» знали, но были уверены, что семейному делу пришёл конец: пацан в одиночку, даже если бы нашёл, откуда достать кровь для пойла, просто не мог вытянуть конкуренцию.

Но в последние недели ситуация круто изменилась и практически потерявший всё паб вновь стал наполняться людьми.

Конечно, в обычном случае до обращения к Джо не дошло бы, но у Роберта одновременно возникло сразу несколько проблем, среди которых были проигранные на ставках деньги и, самое ужасное, внезапно возникшие проблемы у поставщика крови.

Впрочем, в детали Джо не вникал, да и неинтересно ему было. Намного больше его интересовала оплата и суть работы.

Задача была тривиальной: просто немного вежливо пообщаться с хозяином «Песчаной Чаши», после чего спокойно идти заниматься своими делами. Что там будет дальше, будет мальчишка обращаться к офицерам или ещё чего – Джо мало интересовало. Его дело маленькое.

– Это должно быть здесь… – прошептал Джо, подойдя к двери.

Уже думая (для начала) вежливо постучаться, мужчина удивлённо перевёл взгляд на…

Цветок?

Самый обычный белый цветок в горшке, каких тысячи. Много кто любил украшать свои дома ими.

Но этот…

Что-то привлекло внимание Джо. Возможно, то, как он шелохнулся на краю сознания. Или, может быть, его странный, отдававший железом, сладкий аромат.

Кому-то могло даже показаться, что цветок…

Сиял?

– Какого…

Джо успел увидеть лишь странную вспышку. Блик, за которым последовал странный, сладкий, сводящий с ума аромат. Голова мужчины заболела, словно в неё впились тысячи игл. Джо схватился за голову, упав на колени.

– О… о Боги… Что это…

Он услышал шепот. Сначала тихий, с каждой секундой он становился громче. Шепот чего-то незримого, нереального, но такого осязаемого.

Из глаз, носа и рта мужчины начала идти кровь. Ночной Ярнам огласили безумные вопли. Сошедший с ума Джо резко поднялся, сорвавшись на бег.

Ему срочно нужно было рассказать заказчику о том, что в «Песчаной Чаше» происходила какая-то чертовщина!

Пробежав несколько домов, чувствуя, как на лицо вылезла широкая, безумная улыбка, мужчина начал громко стучать в паб хозяина. Уже совсем скоро дверь открылась.

На Джо недовольно уставился полноватый мужчина лет, возможно, сорока на вид. Уже думая заорать на идиота, Роберт только и успел, что открыть рот.

Истекающий кровью Джо громко завопил, бросившись на нанимателя, повалив на землю, принявшись наносить ему удар за ударом. Удар за ударом, удар за ударом, удар за ударом, удар за ударом…

Он никогда не бил так сильно. Никогда не испытывал такого удовольствия от своей силы. Ему уже было плевать, что он захлебывался в собственной крови, из-за неё же не видя дальше собственных рук.

Самое главное, что он мог разобрать очертания хозяина.

Ему нужно было срочно передать, что с «Песчаной Чашей» что-то не так. Сейчас только, сейчас…

Ещё один удар.

Ещё один.

Ещё один…

Раздался женский крик. В Джо вцепилась проснувшаяся жена Роберта, пытаясь оторвать его, но он совсем не обращал внимания на женщину, продолжая бить. Снова и снова, снова и снова…

Ближе к утру нашли два тела, немного разбавив интересной новостью серые будни жителей Ярнама: они были уже привыкшими к такому.

Где-то в паре домов от места событий одинокая белая аквилегия гордо колыхнулась.

Задача хозяина по защите территории была выполнена на десять из десяти!

Глава 12

С тех самых пор, как её прозвали королевой Нечистокровных, Аннализа практически не видела гостей. Она давно привыкла к такому положению дел, но всё равно всё ещё считала его абсурдным: ещё недавно Ярнам принадлежал ей и её роду, а теперь…

Теперь он находился во владении Церкви, что смогла обрести своё влияние благодаря ней же.

Кто бы мог подумать, что её обыграют как ребёнка. Первый викарий Церкви, Лоуренс, при первой встрече показался ей перспективным подданным, стоящим каждого вложенного в него фунта. Он предложил ей то, что не мог предложить ни один смертный: бессмертие. Воистину бесценную кровь королевы Ярнам, королевы некогда павшей цивилизации, подарившую ей то, о чём она даже мечтать не могла.

Стоило ли её винить за проснувшуюся жадность? Можно ли было назвать легкомысленной за то, что дала столько власти зарождающейся силе? Сколько бы Аннализа не думала об этом, так к конкретному ответу и не пришла.

Пусть Ярнам всё ещё формально принадлежал ей, правда была в том, что от былого влияния почти ничего не осталось. От того, что предатель сгинул, как и подобает бешенной шавке, укусившей хозяина, Аннализе легче не становилось. Более того, даже её репутация вместе с репутацией принявших её кровь слуг в городе с каждым годом становилась всё хуже, и самое жалкое, что она ничего не могла с этим сделать.

Более того, слухи были оправданы. Только, видят Боги, не Церкви было их судить.

Но сейчас это было не так важно.

В конце концов, к ней впервые за долгое время пожаловал гость. Гость странный, вызывающий на краю сознания бессмертной королевы непонятное беспокойство и…

Облегчение, будто после долгой ночи она увидела проблеск света?

Абсурд.

– Какая наглость, – холодным голосом произнесла женщина. – Ты пришёл ко мне без приглашения, и теперь требуешь аудиенции? Преклони колени передо мной… или немедленно уходи.

Возможно, она не до конца контролировала себя. Её кулак болезненно сжимался, что-то на краю сознания шептало о том, что происходило нечто странное. Она, определённо, сидела на своём троне, но почему замок был пуст?

Почему слуги не подняли тревогу и не поймали наглеца?

Почему привычный замок казался… каким-то искусственным? Ненастоящим? И почему наглец на фоне остального замка казался таким чётким и реальным?

Даже его запах казался каким-то странным, чуждым.

Молодой мужчина, с явным интересом наблюдая за её реакцией, улыбнулся. О, Аннализа знала, что это была за улыбка. Уверенная, не надменная, удивительно тёплая.

Её поведение забавляло его. Он знал, что она так будет вести себя. Видел в ней, бессмертной королеве, той, кто должна была уже давно обзавестись сединой на голове, ребёнка. Не глупого, нет. Просто ребёнка.

Карие глаза молодого мужчины вспыхнули золотом, заставив что-то в груди королевы сжаться. Казалось, сама кровь ей шептала, что она не имела права на свои слова.

И, словно в подтверждение этому…

– Прости, королева, но у меня нет настроения играть в подобные игры.

Тёплый, ласковый, зыбучий потусторонний голос стал для королевы замка будто ведром холодной воды.

Она осознала, что спит. Нагло ворвавшееся в её сон существо помогло ей это осознать. И не нужно было уточнять, о чём подумала бессмертная королева, поняв, в какой ситуации оказалась.

– Ты… Великий?

Аннализа произнесла это шепотом, едва слышно. Она сама не верила в то, что произнесла.

– Великий? – хмыкнул незнакомец. – Не хватало мне ещё этого. Обычный хозяин паба на окраине Ярнама, дорогуша. Практически самый обычный.

Аннализе стоило огромных сил сохранить самообладание. Казалось, вторгшаяся в её сон сущность видела это, лениво оглядываясь.

– Назовись, – вновь наполнился холодом голос женщины.

В каком бы плачевном положении не находилась её династия – она всё ещё была королевой рода, что многие сотни лет правил Ярнамом. Воистину древним городом, возведённым на руинах иной, ещё более древней нечеловеческой цивилизации.

Молодой мужчина с улыбкой приподнял рассыпавшуюся песком шляпу.

– Меня зовут по-разному, красавица. Можешь называть меня Песочным человеком, Артуром Сэндом или, если будешь совсем пьяна, Хозяином из Песка.

Артур иронично хмыкнул.

Аннализа уже не обращала внимание на грубый тон гостя. Тяжело задумываться над такой мелочью, когда голос говорившего искажался столь сильно, что не напоминал человеческий от слова совсем. Лишь имитация. Тёплая, наполненная нечеловеческой добротой, имитация.

– Песочный человек, – прикрыла глаза Аннализа. – Я никогда не слышала про тебя…

– Я поселился в вашем уютном городке совсем недавно, – вернулся голос мужчины к норме… практически. – И, должен сказать, впечатления пока складываются не лучшие.

– Церковь исцеления сделала для этого всё возможное, – не стала спорить королева. – Для чего кто-то вроде тебя почтил меня своим присутствием, Песочный человек?

Что её бессмертие было для того, кто мог столь вольно ворваться в её личный кошмар? Если даже её собственная испорченная кровь шептала ей, что перед ней находится кто-то намного страшнее всего того, что она когда-либо видела.

– Я всего лишь хозяин мелкого паба, Аннализа, королеве не нужно так себя принижать перед простым людом, – стала улыбка Артура чуть-чуть шире. – Я хочу заключить с тобой взаимовыгодную сделку.

– Однажды я уже заключила сделку, – нехорошо улыбнулась королева. – И она не закончилась для меня ничем хорошим, Песочный человек.

Мужчина наклонил голову, ничего не выражающим взглядом уставившись в светло-зелёные глаза женщины.

– Совсем скоро тебя может ждать судьба намного хуже нынешний. Позволишь показать, красавица?

Почему-то в голове Королевы Нечистокровных промелькнула мысль, что существо перед ней так называло каждую встречную женщину. Сама удивившись собственной мысли, женщина на миг позволила себе улыбнуться.

– Есть ли у меня выбор?

– Я вновь выгляжу злодеем, – вскинув брови, с улыбкой притворно возмутился мужчина, после чего…

Вытянул руку, неожиданно подув на неё.

В глаза удивлённой женщины влетел золотистый песок, заставив зажмуриться, но никакой боли не последовало. Королева Нечистокровных почувствовала, как что-то незримое начало давить на неё, и…

Она, словно и впрямь поверив в доброту существа, не стала сопротивляться этому.

Возможно, зря. Ведь тот мутный калейдоскоп образов, что она увидела, заставил её по-настоящему ужаснуться. Аннализа открыла глаза, осознав, что у неё на голове была маска. Гротескная, железная, словно у бешеного животного. Все её слуги будут мертвы, а она, неспособная умереть…

Станет заложницей собственного замка.

– Это… не может быть правдой… – прошептала Аннализа, подняв взгляд на улыбающееся существо.

Железная маска, отвратительный намордник, пропал с её лица, но королева от этого не чувствовала себя лучше.

– Не в моей власти повлиять на твою волю, королева, – вкрадчивым голосом произнёс Артур. – Я всего лишь предлагаю сделку и лишь тебе решать, соглашаться или нет. Но, прошу, не вини меня, когда на пороге твоего замка окажутся жаждущие твоей крови Палачи.

Аннализа медленно поднялась с трона.

– Что ты хочешь от меня, Песочный человек?

– О, ничего особенного, – стал голос мужчины ещё добрее… и до раздражительного довольнее. – Всего лишь твою кровь, королева. Ты привычна к такому, не так ли?

Каждый её слуга испил её крови, все они связаны ею.

Королева Нечистокровных настолько удивилась, что едва вновь не уселась на трон. Или, правильнее сказать, плюхнулась?

– Ты…

– Конечно, если этого тебе будет мало, я могу предложить тебе нечто столь же ценное. «Песчаная Чаша» всегда рада новым клиентам, дорогуша.

– Ты хочешь предложить мне… алкоголь?

Это же абсурд. Ей, Королеве Замка Кейнхёрст, королеве рода, что правил Ярнамом сотни лет, предлагали в обмен на её кровь… выпить?

Артур, увидев реакцию женщины, беззлобно засмеялся.

– Будет интересно посмотреть, насколько быстро ты разгадаешь маленький секрет моего пойла. Я вернусь к тебе с наступлением следующей ночи, только постарайся поспать. Не волнуйся, ни эту, ни следующую ночь тебя не буду мучить кошмары, только если ты не будешь сопротивляться моей воле, конечно.

Артур выдержал недолгую паузу, на его лицо вылезла тонкая усмешка.

– Своими бессонными ночами ты доставила мне немало проблем. Леди Мария предупреждала меня об этом, но я всё равно был удивлён тому, насколько упорно ты избегаешь сна. Доброй ночи.

– Сто…

Аннализа чуть было не закричала, услышав упоминание той, кто по крови была ей ближе едва ли не больше всего, но было уже слишком поздно: по окружающему пространству вновь рассыпался песок, а вместе с ним и сам Песочный человек.

Мир перед глазами королевы изменился. Удивлённая женщина подняла взгляд на чистое, ясное небо, осознав, что находится где-то на природе. Яркой, цветущей. Такой, какую она никогда не видела, словно она принадлежала другому миру.

Женщина опустила голову, услышав детский смех. Не веря своим глазам, потянула руки в коляску, взяв на руки младенца. Её дитя, которого она никогда не имела и, приняв испорченную кровь, подарившую ей бессмертие, не могла иметь.

Желанное Дитя Крови, наследник рода, которого она мечтала увидеть много лет. На одну ночь её мечту исполнили. Столь легко, столь цинично и подло.

– Подлый, омерзительный, ужасный, добрый Песочный человек… – счастливо улыбнулась Аннализа.

Уже одного упоминания сбежавшей из гнезда мёртвой девочки было достаточно, чтобы захватить её интерес.

Но он пошёл намного дальше, не оставив ей и намёка на сомнения.

Пусть будет уверен, её кровь, для каких бы целей она ему не понадобилась, он получит в кратчайшие сроки.

* * *

Хенрик никогда не получал вещие сны. Долгие годы даже подумать не мог о том, что может присниться что-то кроме самого обычного, такого привычного кошмара.

С того момента, как он стал… клиентом доброго Песочного человека, старого охотника перестали мучить кошмары. Каждый день он видел только хорошее, и даже обитавший глубоко внутри зверь исчез.

Нет. Каким-то образом он сам его убил. Распорол пасть, прострелил отдававшими золотом пулями, после этого впервые за долгие годы ощутив настоящее облегчение.

Но до наступления вещего сна он всё ещё сомневался. Всё ещё опасался приводить зятя, представляя худшее.

Казалось, Песочный человек его совсем не торопил, ожидая, пока тот сам не склонит перед ним голову, со всей возможной искренностью и почитанием, достойными существа, чьё могущество он даже осмыслить не мог, как не мог осмыслить то, сколько иных, абсолютно других миров было где-то там, и насколько они незначительны перед бесконечным космосом.

Насланный вещий сон был последней каплей, лишив старого охотника последних сомнений.

За день до охоты ему вновь пришлось встретиться с клеткоголовым. Местом встречи они выбрали самую обычную подворотню, зная, что хозяин готовился к чему-то. Оказалось, что их цели никак не пересекались.

– Хозяин велел мне быть в Менсисе и наблюдать за всем, в случае нужды – вмешаться.

Хенрик сморщился.

Видят Боги, он точно не хотел погружаться в грязные секреты Церкви в целом и Школы Менсиса в частности, но у него явно не было выбора. Лишь примерно понимая, что задумали безумцы, что-то внутри старого охотника хотело в ужасе броситься на стену.

Ненормальные.

– Мерзкий ритуал. Церковь исцеления прогнила до основания…

– Неприятно осознавать, что всё это время был лишь удобным инструментом? – хрипло засмеялся Карл. – Теперь это в прошлом, охотник. Хозяин счёл тебя достойным… клиентом.

Хенрик уже давно понял, что фанатик окончательно помешался. Особенно после ночи откровения. Что же, охотник даже мог клеткоголового понять. В некотором роде.

Возможно, доброму хозяину нужны были и такие люди.

Хенрик поднял взгляд на мрачное небо.

У него была другая задача. В каком-то смысле, ему нужно было просто заниматься тем, чем он занимался обычно: охотиться на чудовищ. За некоторым исключением.

Хозяин дал ему особые пули. Их было не так много, но старый охотник догадывался, как их применить.

Кроме того, в пылу надвигающегося безумия ему нужно было кое-кого найти. Некоего охотника по имени Джура, принадлежащего к формально отделившейся от мастерской группе охотников, зовущихся Пороховыми Бочонками. Безумцы, слишком любящие зрелищные взрывы.

Каких-то конкретных указаний старый охотник не получал. Вероятно, ему нужно было в большей степени проследить за заинтересовавшим хозяина охотником и, возможно, войти в контакт с ним.

Что будет дальше – покажет лишь время.

Мужчины переглянулись, после чего, расходясь, одновременно произнесли:

– Доброй ночи.

* * *

Наблюдая за погружающимся в пучину кошмарной ночи городом, одетая в закрытые белые одежды врача девушка думала над тем, что оставленное предсмертное указание первого викария обещало принести им в ближайшие дни много головной боли.

При условии, что день вообще настанет.

Йозефка подняла взгляд на поднявшуюся в небе луну, разделившуюся будто на два небесных тела: одну обычную луну, на первый взгляд самую простую, и ту, что всеми силами пыталась прорваться в явь, с переменным успехом добиваясь своего – красную, кровавую, словно живую.

Она не была уверена в том, что видела. Или не видела, а слышала? Словно копошащиеся в голове черви. Как жаль, что она не могла осознать увиденное-услышанное.

Непредвиденный фактор, обещавший погрузить Ярнам в хаос.

Тут и там начали разноситься вой чудовищ и крики людей, по всему Ярнаму потихоньку разгоралось пламя.

Среди редких членов Хора ходил маленький секрет, что мог поколебать веру в Церковь даже у самых верных её служителей. Один из многих, и вместе с тем – один из страшнейших секретов.

Йозефка прикрыла глаза.

– Медицина – это не средство лечения, а скорее метод исследования. Некоторые знания можно получить только путем подвергания себя болезни…

Распространяющаяся Чума Зверя – не только проблема, но и возможность ускорить исследования. До сего момента постепенный рост числа заражённых был в пределах ожиданий. И было замечательно, что он рос!

И всё же, они ошиблись. Пепельная кровь, зараза, провоцирующая ускоренное развитие внутренних чудовищ, с наступлением особой ночи взяла верх едва ли не над всеми заражёнными. И теперь охотникам в срочном порядке нужно было решать проблему, пока она не охватила весь город.

На лицо Йозефки вылезла слабая, безумная улыбка, взгляд загорелся, представляя лицо её крови и плоти, когда она осознает, что они проворачивали прямо у неё под носом. О, после столь масштабной вспышки заразы она точно заметит.

Если бедняжка уже давно не заметила, просто не осмеливаясь задать вопрос. Бедная, бедная маленькая Йозефка. Несколько минут разницы между рождением всё ещё делают её старшей, не так ли?

Останутся ли они так же близки, как раньше? Девушка мало беспокоилась по этому поводу. Сестра могла стараться этого не показывать, но их отношения и так уже давно находятся в подвешенном состоянии: её плоть и кровь совершенно не понимала её, проявляла лишённую всякого смысла эмпатию к тем, кому давали шанс стать частью процесса возвышения человечества.

Глупая? Нет. Наивная? Безусловно.

И это порой сильно раздражало.

Улыбка пропала с лица Йозефки, вой чудовищ и крики людей становились громче, стали доноситься выстрелы и ругань охотников.

Пусть то, что сейчас разворачивалось на её глазах, и выходило за любые рамки прогнозов, по-настоящему беспокойство вызвало не это. Люди от природы больше всего на свете боялись неизвестности, и…

Кажется, эта неизвестность поселилась рядом с ними где-то в городе.

– Песочный… человек? – едва слышно прошептала девушка.

Город ширился слухами и легендами. Слухами и легендами про некоего Хозяина из Песка, что мог прогнать любой кошмар и принести самое сладкое и желанное сновидение, дарящее невиданное облегчение и спокойствие, словно имея власть над сокрытым в людях чудовищем. Немыслимо, невозможно, ужасно.

Подобная байка не могла возникнуть на пустом месте, и это не могло не пугать.

Откуда оно? Сколько в байках правды, а сколько лжи? Что оно? Какие у него цели? Насколько оно могущественно?

Возможно, эта ночь обещала внести немного ясности.

* * *

Я сидел в пустом пабе мира снов, лениво облокотившись на стойку, в ожидании клиента.

Моё тело, как физическое, так и духовное, чувствовало изменение в пространстве. Странная воздушность, охватившая организм, дарила ложное чувство могущества.

Я был уверен, что если сейчас открою глаза в яви, то смогу проявить намного больше силы, чем обычно, но, пожалуй, сейчас пробуждаться было опасно: уже прошло достаточно времени, чтобы сиротка смогла выйти на след, и даже моё пробуждение здесь поможет не очень сильно.

Чтобы хотя бы примерно объяснить, почему так происходило, следовало понимать, как работал сон.

Лениво зевнул.

– Что-то ты задерживаешься…

Не секрет, что сон – продукт жизнедеятельности мозга. Духи снов не имеют мозга и, пусть у нас есть… скажем так, механизмы, компенсирующие его отсутствие, один факт обладания физическим телом даже в мире снов давал некоторые преимущества, где личный сон был лишь самым очевидным «бонусом», отражаясь как личное, закрытое пространство, рождённое из мыслей разумного. Найди ещё в этой каше нужный тебе след.

В момент первого пробуждения, даже пока грань была размыта, сон потянуло вместе со мной «выше» в явь, след оказался слишком размыт, чтобы малютка смогла так легко отыскать свою жертву. Ночь уже подходила к концу, а потому совсем скоро она просто окончательно потерялась. Вновь провернуть такой трюк не получится. Разве что, если только опять в последний момент не «всплыть», но кто ж мне позволит?

Пока сохранялась грань – существовал незримый барьер. Кровавый след леди Марии просто не выходил за пределы моей черепной коробки. Теперь, когда грань размыта, мои мозги перестали быть непреодолимой стеной.

В общем-то, я ещё очень хорошо умел скрывать чужую сущность внутри себя. Но здесь мы говорим про Великого, и плевать, что мёртвого, многократно превосходящего меня в силе, лично проклявшего собственную убийцу. Не тот уровень пока что.