Текст книги "Сонбаньён-ян (СИ)"

Автор книги: Кдав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)

– С судом всё было быстро и просто. Посадили в клетку. Пришли судьи полковник и два подполковника. Своих имён мне не назвали и, вообще, весь суд прошёл без имён. Выслушали обвинителя, затем адвоката, который признал мою вину. Ни свидетелей со стороны обвинения, ни свидетелей со стороны защиты не было. На протяжении всего суда меня ни о чём не спрашивали. Выполняла роль статиста. В конце концов обвинитель попросил мне пять лет каторги, в связи с доказанностью моей вины. И тут один из подполковников встал и предоставил мне последнее слово. Я и выдала: "Сегодня я увидела настоящее лицо армии. Очень жаль, что судьба подкинула мне такую мерзость, как люди в форме цвета хаки. Это всё что я хотела сказать. А теперь, ковбои, давайте, убейте меня." Это дословная цитата меня самого. – Улыбаюсь я. – Потом судьи пошептались и вынесли мне приговор, пять лет каторги. Ах, да. Еще направить в Верховный Суд ходатайство, о лишении меня всех воинских званий и наград. Ну, и штраф в пять миллионов вон впаяли. – Окончательно завершаю рассказ. – В итоге, довольно быстро оказалась здесь.

– Ну, что ж. Более-менее понятно. Пока что дополнительных вопросов у меня нет. Как я уже говорил, получим документы по запросу, разберём всё более детально. Есть ли какие-то сложности с администрацией? Жалобы. Предложения. – озадачивает он меня.

– Точно. Совсем вылетело из головы. Я сейчас отбываю наказание в карцере. Еду там дают такую, что свиньи бы есть не стали. Я заявила начальнице тюрьмы, что если так будут продолжать кормить, то объявляю голодовку и с вашей помощью, сделаю по этому поводу заявление в сети. Если кормить станут лучше, откликнувшись на моё требование, то видео в сеть не попадёт. У вас есть с собой телефон, что бы записать видео? – Спрашиваю я. Адвокат мнётся.

– Понимаете, – говорит он. – так поступать не совсем корректно. Похоже на шантаж.

– Это не совсем шантаж. Это попытка привлечь внимание общества, в результате чего, как я надеюсь, удастся улучшить питание несовершеннолетних заключённых. На самом деле в тюремной столовой качество еды терпимое. Мало, но есть можно. Это для сидящих в карцере, рацион несъедобный. Я думаю, администрации не сложно будет, улучшить рацион всего для четырех заключённых.

– Ладно, – достаёт он телефон, – держи. А почему ты в карцере? Что такое натворила? Это может быть важно.

Рассказываю о близняшках, об их угрозах и своих действиях. Вижу, что адвокату это происшествие не очень нравится. Особенно не понравилось попадание близняшек с подругой в больницу. Так же сообщил, что администрация тюрьмы решила не давать делу ход, а меня наказали десятью сутками карцера.

– Как бы это нам не принесло дополнительных сложностей. – Говорит он. – Что теперь делать, будем работать по мере поступления проблем.

Записываем с адвокатом видео. Я говорю, сидя за столом, он снимает. Уложился минуты в три. Проверил, записалось нормально. И по тексту, не прибавить не убавить. Взял у адвоката визитку, что бы сообщить ему, улучшилось-ли питание. Если нет, видео выкладывается, и не выкладывается, если улучшилось. Оговорили срок в три дня.

– А маме позвонить можно, интересуюсь я.

– Почему нет, – Улыбается он. – я думал, что ты об этом спросишь в первую очередь.

Разговариваю с мамой, объясняю ей, что у меня всё нормально, что перспективы решения дела в мою пользу хорошие. Похвалил адвоката. Ему приятно, а мне не сложно. Насилу успокоил. Узнал как там Мульча и Сун Ок. Мульча постоянно спит, а Сун Ок взяла в институте академку и собирается устраиваться на работу. Может хоть бухать перестанет. Понял я из слов мамы. В остальном, вроде бы всё нормально. Денег хватает. Как сказала мама, на её счёте их довольно много. В общем поговорили. Надеюсь, меньше будет переживать. Возвращаю телефон адвокату.

– У меня для Вас сюрприз. – Говорит он и достаёт из дипломата журнал. – Почитайте, там где закладка.

Беру в руки, – Е моё, Billboard. Еженедельный журнал. Последний номер. Раскрываю по закладке. Рубрика Topline, новости недели. На две страницы, статья с моей фотографией в военной форме. Стою улыбаюсь. Две фотки с сертификатами Грэмми и Хьюго. Далее рассказывается о моих достижения на ниве музыки, а потом на целую страницу текста, как нехорошие корейцы меня гнобили и травили. Припомнили почти всё. Насколько я помню, тираж журнала в бумаге двадцать тысяч экземпляров в недёлю и до пятнадцати двадцати миллионов просмотров в сети. Вероятно, это тоже может помочь на суде. Протягиваю журнал адвокату.

– Оставьте его себе, – Говорит он. Думаю вам интересно будет почитать новости из мира музыки. В тюрьме книги и журналы можно держать при себе. На этом будем прощаться. Четырнадцатого января, с утра будет заседание суда, на котором назначат дату рассмотрения дела. Я привезу сюда копию постановления суда и передам её в администрацию. Они должны будут позаботиться о доставке вас в суд, для рассмотрения дела. Тогда можно будет ещё обсудить некоторые детали по делу. Всё я пошёл. Аньёнъ кесэйо.

Аньёнъ касэйо, – Прощаюсь я. И встав, смотрю ему в след. Поворачиваюсь и иду на выход. Свидание окончено.

Надзирательницы перелистали постранично весь журнал. Запрещённых вложения не нашли. И вот теперь топаем в обратном направлении, я впереди, надзирательницы сзади.

Примерно за час до этого. Кабинет начальницы тюрьмы.

Начальница с заместительницей пьют кофе.

Я пол часа назад, беседовала с Пак Юн Ми. Объяснила ей как она неправа, устроив драку и объявила ей десять суток карцера. – Сообщает начальница, решив оставить при себе все ощущения от беседы с Юн Ми. – Сейчас она на встрече с адвокатом. Я записала наш разговор. Прослушай, пожалуйста. Что ты на это скажешь.

Прослушав разговор, заместительница задумалась, вспоминая некоторые детали.

– А она наглая. Очень наглая. С едой вопрос решить не сложно. Можно пойти на уступки. Что она там наболтает сейчас адвокату, мы не знаем, а лишний скандал нам не нужен. С учёбой, тоже всё просто. У нас уже был похожий прецедент. Там заключённая не хотела учиться, а хотела вместо учёбы работать, ей ни кто не пересылал денег на карту, а она хотела покупать больше продуктов в магазине. Мы послали запрос и нам разрешили её проэкзаменовать, оставив принятие решений, при возникновении подобных же случаев, на нас. Так что и здесь решаемо. Можно назначить экзамен на послезавтра. Преподаватели всё подготовят. Работу тоже можно убрать. В инструкции для заключённых сказано, что от работы можно отказаться, но тогда рацион питания уменьшится. С семьсот пятидесяти грамм в сутки, до шестьсот шестидесяти. Об этом её необходимо предупредить. В принципе, по всем вопросам можно пойти ей на встречу. Всё-таки мировая знаменитость. Ничего запредельного она не требует, а скандал учинить может. До сих пор её имя постоянно появляется в СМИ. Скандалистка ещё та. – Завершает выкладывать свои мысли заместительница.

– Я тоже так думаю. Скоро она вернётся со встречи с адвокатом и её приведут сюда. Напишет заявления на экзамен и отказ от работы. Пусть музицирует и танцует. – Принимает решение начальница.

Допив кофе, замнач уходит. Начальница занимается текущими делами. Через час приводят Юн Ми. Начальница довела до неё принятое совсем недавно решение. Взяла заявление на пробный экзамен и заявление на отказ от работы с согласием на снижение рациона. И тут обратила внимание на глянцевый журнал, лежащий на краю стола.

– Что это.

– Это главный журнал США по музыкальной тематике. Говорит Юн Ми. – Мне передал его адвокат во время встречи. Разгорается международный скандал, по поводу моего незаконного тюремного заключения. Здесь об этом написана статья. Сейчас эту статью перепечатают ведущие мировые СМИ. Так всегда бывает. Все в мире любят жареные факты и скандалы. Делают на этом большие деньги.

– Покажите. – Юн Ми открывает журнал на нужной странице. Начальница рассматривает фотографии. – Тут на английском. Я ничего не понимаю.

– Это не проблема. Я могу перевести.

– Было бы интересно послушать, – говорит начальница.

Юн Ми зачитывает статью, сразу переводя её текст на корейский. Начальница в шоке.

– Столько достижений, не каждый человек и в солидном возрасте может похвастаться таким. Почему она здесь. – Думает она. Страна получила столько дополнительного престижа и как отблагодарила. Ужас.

– Ладно, все вопросы решили, можешь идти. – Тянется начальница к селектору для вызова надзирательниц.

– Нет, подождите. – Говорит Юн Ми. – Есть ещё один вопрос. Мне почему-то не выдали банковскую карту и я не могу ни чего купить в магазине.

– Пока Вы находитесь в карцере, делать покупки, Вам запрещено. К моменту выхода из карцера, карта будет у Вас. Я разберусь. – Нажимает кнопку селектора. – Пригласите надзирательниц. Те заходят. Отведите Юн Ми в карцер.

– Ну что ж, день сегодня продуктивный. Удалось решить многие вопросы. Думаю я сидя на полу в карцере. Сейчас передохну и часик потанцую. До ужина.

Глава 6

Карнавальная ночь.

Время действия: одиннадцатое января, около полуночи. Чат который не спит

[*.*] – Ахаха. Читали последний выпуск журнала Billboard? Такого международного скандала Корея давно не видела.

[*.*] – Какой ещё скандал? Вроде, всё нормально.

[*.*] – Ну как же, Агдан в тюрьме сидит, а мы тут радуемся. Вот радость-то нам и поубавили. Я, правда не всё понял. Слабоват в английском. Но общий смысл в том, что мы все гады и мерзавцы. Затравили самого выдающегося музыкального деятеля не только Кореи, а, возможно, и всего мира. Вот так-то.

[*.*] – Врёшь! Американцы наши друзья и не могли написать про нас гадости. А ну давай ссылку, гад.

[*.*] – Аххаха. Ловите, только потом, искупавшись в дерьме, не обижайтесь.

На некоторое время чат затихает. Все пытаются понять смысл, подгруженной статьи.

[*.*] – Ничего не понимаю. Здесь всё на английском. Есть здесь, кто-нибудь, кто сможет перевести?

[*.*] – Ну, я могу. А что мне за это будет?

[*.*] – Мы тебя хейтить не будем и модератору не будем на тебя жаловаться. Ты ведь ярый защитник Агдан. Я тебя помню.

[*.*] – Веры вам не на грош. Особенно юэйнам. Тем более, как видно из статьи, они будут одни из самых пострадавших. Гыгыгы. Ну так и быть, читайте перевод. Статья называется: "Республика Корея, ложь о добродетели и жестокая реальность". – Хоть у меня тоже золотой сертификат, как и у Агдан, но иногда могут быть неточности с подбором значения слов. Имейте в виду.

[*.*] – Да что такое. Там где Агдан, одна гадость. А ты не врёшь с переводом?

[*.*] – Не нравится, не читайте. Распечатайте статью и идите в бюро переводов. Там вас без штанов оставят. Я знаю, сам переводами подрабатываю. Ну что, переводить?

[*.*] – Переводи, не слушай юэнов.

[*.*] – Я не буду переводить дословно. Буду выдавать только общий смысл, иначе придётся всю ночь тут сидеть, а ещё и поспать ещё надо.

[*.*] – Давай уже. Сам мозгоклюйством занимаешься, а в потере времени мы виноваты.

[*.*] – Ахаха… Ну что ж, читайте и трепещите и потом не говорите, что этого не было.

[*.*] – В первой части статьи говорится о том, каких достижений достигла Республика Корея на международном музыкальном поприще. Перечисляются все достижения. И что интересно, везде автор слов и музыки – Пак Юн Ми.

[*.*] – Ты врёшь. "Таксист Джо" написала Ай Ю.

[*.*] – Для особо одарённых, в статье отдельно написано именно про "Таксист Джо". Внемлите и трепещите, особенно юэйны: "На музыкальных чатах РК, а особенно на странице Ай Ю, активно проталкивается мысль о том, что автором слов и музыки "Таксиста Джо", является Ай Ю. И что интересно, сама певица этого не опровергает. Однако, если вы возьмёте любой диск, где есть эта песня, то увидите, что автор слов и музыки, это Пак Юн Ми. Более того, ещё указано, что Агдан ещё выступала и в роли продюсера. Однако, Ай Ю ни разу не опровергла лживые фантазии своих фанатов, тем самым поддерживая ложь".

[*.*] – Хихихи. Гордость нации, оказалась обыкновенной лгуньей. Позор Ай Ю. Позор юэйнам.

Некоторое время следуют взаимные оскорбления.

[*.*] – Заканчивайте уже дурью маяться. Если не нужен перевод, сейчас уйду.

[*.*] – А ну прекратили. Переводи, пожалуйста.

[*.*] – Тааак. Ага. Потом перечисляется кто и что получил за исполнение песен Агдан. Вы все смотрели и уже обсуждали документальный фильм об успехах Халю. На него и ссылается статья. В статье перечисляют всех награждённых и задаются вопросом. А что получил создатель всего этого успеха? И тут же отвечают: – Тюрьму.

[*.*] – Да ну. Агдан тоже что-то получила.

[*.*] – Про то что Агдан получила, в статье тоже подробно описано. Сплошной хейт по всем СМИ и музыкальным чатам. В Армии ей не давали заниматься музыкой. Для получения премии Грэмми не выпустили из страны. FAN прекратил выплату роялти и, украв телефон, выпустил песни, написанные Агдан, от имени своих, доморощенных композиторов и сочинителей. До этого их ни кто не знал, а после того как песни в телефоне закончатся, их забудут. Помимо этого, FAN запретила Агдан выступать в Токио Домм. В результате японцы вернули билеты и концерт не состоялся. Японцы выставили счёт за убытки от сорванного концерта, а FAN, ничего лучше не придумала, как переадресовать счёт Юн Ми. В результате мама Агдан попадает в больницу. Корона дважды отреклась от Юн Ми, хотя та их вытащила из подвала, в котором Корона практически уже сидела. И ни слова благодарности. Есть информация, что старшие короновки занимались буллингом, в отношении Юн Ми. Ай Ю вычеркнула её из друзей, как только поняла, что дружба с Агдан может помешать ей зарабатывать. Жадная и беспринципная, сестра нации.

[*.*] – Что за бред ты несёшь. Ай Ю милая и добрая.

[*.*] – Это не я несу. Это американцы так пишут. Не веришь, распечатай статью и бегом к переводчикам.

В это время Сун Ок тоже читает чат. Рядом стоит на половину выпитая бутылка соджу. К сожалению, её трезвость продлилась только сутки. Дождавшись, когда заснёт мама, достала из холодильника бутылку и пьёт потихоньку.

– Сейчас у вас в чате совсем пригорит, – думает она. – Напишу, что это статья Чжу Вона. – Вспоминает она подслушанный разговор.

И тут, в её затуманенный алкоголем мозг, всё-таки проникает мысль, что так она может всех подставить. Оооо, напишу по другому. Тоже подгорит.

[*.*] – А вы не подумали, что статью такого авторитетного журнала, тут же перепечатают все мировые СМИ. Наших исполнителей больше не куда не пустят. Хаха.

[*.*] – А ведь точно. Такой позор на наши головы.

[*.*] – И как вишенка на торте. Осуждение за дезертирство. А ведь, как пишут в статье, её не могли мобилизовать в армию, так как она несовершеннолетняя. Налицо нарушение закона. А уж тем более не могли судить за дезертирство.

[*.*] – Тут много более подробной информации, но, если есть желающие разберётесь сами. Я всё, спать. – И, кстати, обратите внимание, те кто относится к Агдан хорошо, получает плюшки, а кто относился или стал относиться к ней плохо, огребает или огребёт. Бугагага. (Хохочущий смайлик)

[*.*] – Эй, куда, долбоящер. Сбежал поганец. Вывалил на нас машину навоза и сбежал.

Время действия: Двенадцатое января час тридцать ночи. Место действия: Общежитие Короны.

Только что вернувшиеся с репетиции короновки рассаживаются за стол. Вид у них усталый и недовольный. День сегодня не задался. С утра на них наорала Ын Джу, за их усталый и вялый вид. Попробуй тут скакать бодрячком, когда спишь по три часа в сутки. К тому же, для чего такие издевательства, им непонятно. А потом на репетиции ни как не удавалось отработать синхронность. Усталость и вялость сказались на них катастрофически. Хотелось упасть и отрубиться. Ещё очень хотелось кушать. Кроме криков хореографа, их сегодня больше ни чем не кормили. Как сказала Ын Джу, – "в наказание за бестолковость, жирные вы коровы.

Хё Мин с Бо Рам пошли на кухню, а Кю Ри, как обычно, уткнулась в планшет.

– Аджжж. – Негодующе вскрикнула она, что творится. Пока мы танцуем, и нас и агентство американцы измазали дерьмом.

– Что такое, что случилось? – Подскочила Сон Ён. – Что тебя так взволновало.

– Я сейчас читаю чат, который не спит. Посмотрите, что пишут в журнале Billboard. Американцы нас выставили в не лучшем свете. Что теперь будет? – Кю Ри подгружает статью из Billboard. – Чёрт, на английском. Сон Ён, ты лучше всех им владеешь, переведи, пожалуйста, что пишут про нас.

– Давай сюда планшет, – Сон Ён забирает планшет у Кю Ри. – Сейчас посмотрю. Мне понадобится некоторое время. Сходу, как Юн Ми, я переводить не могу. – Внимательно читает текст.

За столом возникает пауза. Все лезут в телефоны и углубляются в чтение чата, который не спит. Прочитав, поглядывают на Сон Ён. На кухне о чём-то спорят Хё Мин и Бо Рам. – Всё готово, раздаётся голос из кухни. – Входит Хё Мин с большой салатницей, за ней Бо Рам тащит большую сковороду. Остальные девчонки бросаются на помощь. Проходит несколько минут и стол заставлен тарелками, продуктами и различными соусами.

– Чем там Сон Ён занимается? Шёпотом интересуется Бо Рам, поддавшись общей, подавленной атмосфере в комнате.

– Статью из Billboard переводит. – Так же шёпотом отвечает Ин Джон, – Про Юн Ми.

Сон Ён начинает. – Группа Корона находилась в очень тяжёлом положении. Провал следовал за провалом. Совсем немного времени оставалось до полного прекращения концертной деятельности. Группа начала приносить убытки агентству FAN Entertainment и директор агентства Сан Хён решил влить в группу свежую кровь. Этой кровью и оказалась, теперь уже знаменитая, Пак Юн Ми, сценическое имя Агдан. И действительно, через некоторое время Корона заиграла новыми красками. Популярность группы резко возросла. Это стало возможно, в результате появления большого количества новых песен, написанных Пак Юн Ми. Однако, не обошлось и без ложки дёгтя, в отношениях между Агдан и её старшими подругами. Как нам стало известно, из достоверных источников, Юн Ми в группе подвергалась жесткому буллингу со стороны своих старших подруг. Один раз ей даже пришлось обращаться в больницу по поводу травмы лица. – Сон Ен подняла глаза и посмотрела сначала на Ин Джон, затем на Кю Ри и вернулась к переводу.

– Так же достоверно известно, что Агдан, неоднократно защищала своих подруг, когда те подвергались сексуальным домогательствам, когда временно исполняющим обязанности директора, был некто ЮСон – брат жены директора Сан Хёна. – Сон Ён покраснела. И это в группе воспринимали как будто бы так и должно быть, и написание песен и защита. Однако, когда в результате конструктивной критики, со стороны Пак Юн Ми, некоторых министерств Республики Корея, провластные СМИ начали травлю Агдан, ни одного слова в её защиту, от группы не последовало. Так же не было защиты и от агрессивных нападок хейтеров и фанатов, как своих, так и фанатов других групп. Более того, они публично осудили её и отказались с ней работать. Это говорит о том, что в группе были нездоровые отношения. Ни о какой дружбе между исполнительницами, не стоит и говорить. Каждый там гребёт под себя.

– Всё точно так как говорила Юн Ми. – вклинивается Бо Рам. – Европейцы по другому оценивают дружбу, не так как мы, корейцы.

– Помолчи, – одёргивает ту Хё Мин, – дай послушать.

– В результате, Агдан запретили работать в агентстве и опять ни одного слова в защиту. Когда же, по информации осведомлённых источников в агентстве, группе дали песни, украденные агентством с телефона Юн Ми, они от их исполнения не отказались. Хотя и обсуждали на репетиции их принадлежность. Почерк автора виден сразу.

– Точно в агентстве кто-то сливает информацию. – Задумчиво говорит Ин Чжон. Это не ты, Бо Рам? А может ты, Сн Ен? Или Кю Ри? Вы были в курсе исполнения ворованной песни.

– Я думаю, кто-то записал наш разговор в студии, там много звукозаписывающей аппаратуры. В том числе и направленные микрофоны. – Говорит Бо Рам. – Но стыдно-то как. Мы воры.

– Дальше я не буду дословно переводить, – На глаза Сон Ён навернулись слёзы. – В общем, там сказано, что затем мы провалили концерт в Токио Домм и опять в этом обвинили Юн Ми. Ну, и дальше в том же ключе. Ничего хорошего.

А в чате ещё написали, что, скорее всего, другие иностранные СМИ перепечатают эту статью. – Говорит Ин Чжон. – Ни кто не пройдёт мимо такой жаренной новости. Похоже, концертная деятельность за рубежом для нас закончена. Ладно, давай поедим, а то совсем остыло.

– В утешение, хочу сказать, что в статье и по Ай Ю хорошо прошлись. – Замечает почти плачущая Сон Ен. Тот кто писал статью, хорошо ориентируется в нашем шоубизнесе. – И, через паузу. Что скажет муж. – Сон Ён в конце концов заплакала.

Все в шоке сидят и смотрят на плачущую Сон Ен. Наконец Бо Рам встаёт, подходит к Сон Ён и обнимая начинает что-то нашёптывать на ухо. Постепенно Сон Ён успокаивается. Молча покушав, все разошлись по комнатам.

Примерно в это же время. Квартира Ай Ю

Ай Ю в отличном настроении возвращается домой. Совсем недавно закончился показ мод, на котором она выступала в качестве топ модели. Затем исполнила несколько песен. Гламурная публика приняла её очень хорошо. Зал рукоплескал. Директор SM Entertainment, Чо Су Ман провёл несколько предварительных переговоров с потенциальными рекламодателями и теперь на горизонте замаячили большие заработки, за привычный и необременительный труд.

Поставив в СВЧ печку разогреваться поздний ужин, решила посмотреть, что происходило на её странице, во время её отсутствия. Быстро пролистав несколько страниц, с момента своего последнего просмотра, и выборочно причитав несколько сообщений, поняла, что фанаты что-то излишне перевозбуждены. Вернулась несколько назад и нашла момент изменения настроения на форуме.

[*.*] – Я только что с чата, который не спит. Там обсуждают статью из Billboard. Статья называется, "Республика Корея, ложь о добродетели и жестокая реальность". Там весь наш шоубизнес и правительство страны облили грязью. Вот ссылка.

[*.*] – Есть тот, кто в английском сечёт? Ни черта непонятно. Только имя можно понять Ай Ю, Ай Ю и так далее.

Ай Ю не стала смотреть, нашли переводчика или нет. Подгрузила статью.

Тааак, вначале как познакомились, как подружились, ни чего интересного.

– Вот. Это уже более конкретно. Юн Ми, в качестве подарка на день рождения, преподнесла Ай Ю, песню на французском языке "Таксист Джо", которая вскорее набрала огромную популярность во Франции. Ещё одно событие на дне рождения Ай Ю, значительно повлиявшее на судьбу Агдан, это беседа директора SM Entertainment Чо Су Мана, в котором работает и Ай Ю, и Юн Ми, по поводу провала группы Соши в США. Видео с этой беседой, неизвестным лицом, было выложено в сети, что послужило спусковым крючком в раскручивания хейта против Агдан. С нашей точки зрения, приняв к действию замечания Юн Ми, Соши смогли бы добиться успеха на американском рынке. Однако, фанаты этой группы, с завидной тупостью, как собаки спущенные с цепи, принялись травить и кусать Агдан где можно. Даже не постеснялись избить маму и сестру Юн Ми. Полиция Республики Корея до сих пор не предприняла ни каких действий, в поисках преступников, в этом и последующих эпизодах, нападения на Юн Ми и её семью. Попытка примириться, окончилось неудачей. Почему-то Айдолы Соши до полусмерти испугались домашнего питомца Агдан, маленькой кошечки, и в возникшей панике нанесли себе травмы. Виток агрессии против Юн Ми вышел на новый уровень. К травле Юн Ми присоединились и фанаты Ай Ю, так называемые юэйны. Ай Ю же, вместо того, что бы, успокоить своих фанов, публично разорвала дружбу с Агдан, чем спровоцировала юэйнов, на ещё большую агрессию. При этом, не постеснялась, используя музыкальный талант Юн Ми, зарабатывать деньги на произведении Агдан "Таксист Джо".

На музыкальных чатах РК, а особенно на странице Ай Ю, активно проталкивается мысль о том, что автором слов и музыки "Таксиста Джо", является сама Ай Ю. И что интересно, сама певица этого не опровергает. Однако, если вы возьмёте любой диск, где есть эта песня, то увидите, что автор слов и музыки, это Пак Юн Ми. Более того, указано, что Агдан ещё выступала и в роли продюсера. Однако Ай Ю ни разу не опровергла лживые фантазии своих фанатов, тем самым поддерживая ложь.

Особо же позорным для Ай Ю и прочих номинантов, является получение наград по результатам главной корейской премией года. Ни кто из них в ответном слове, не упомянул, что всех своих значимых результатов они во многом достигли, только благодаря музыке и песням Пак Юн Ми. Налицо чёрная неблагодарность. А реклама корейской водки? Помогая спаивать молодёжь, Ай Ю, владеющая титулом – "младшая сестра нации", активно разрушает корейское общество.

Прочитав оставшуюся часть статьи, где она появлялась всего лишь несколько раз, в связи с, нехорошими, в моральном плане, деяниями агентства и директора Чо Су Мана. Ай Ю немного успокоилась.

– Ладно. Часть фанатов уйдёт, немного упадёт заработок, на год два, Но потом я наверстаю упущенное. Ни чего личного, только деньги, как говорят американцы. Разберёмся. – Подумала она и села ужинать.

В это время Юн Ми спокойно спала на своём матрасе в карцере. Ей, с разрешения начальницы Тюрьмы, даже выдали подушку и постельное бельё. Ужин тоже был вполне себе съедобный. Начальница соблюдала достигнутые договорённости.

– Если и завтра и послезавтра с едой всё будет нормально, нужно попросить начальницу, что бы разрешила созвониться с адвокатом и отложить выкладывание видео в сеть. – подумала Юн Ми перед сном.

Юн Ми спала и ей снилось что-то хорошее умиротворяющее. Она не знала какие страсти этой ночью кипят на форумах и как припекает тех, кто её когда-то обидел.