Текст книги "Дети Зазеркалья"

Автор книги: Kagami

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

После этого общая беседа снова потухла. Артем лучше всех ориентировался на незнакомой местности, поэтому шел впереди. Ася держалась рядом с ним, лишь изредка оборачиваясь и о чем-то спрашивая Вела. А я, наконец, получила эльфа в практически безраздельное пользование и попыталась его разговорить. И снова очень скоро поняла, что выбрала не самое подходящее время. Во-первых потому, что ушастика в данный момент куда больше, чем бабушка, интересовало, как искать неизвестного мага, во вторых, потому, что разговаривать на ходу было не слишком удобно. Для меня, во всяком случае. Сам-то эльф ни на мгновение не сбился с шага или с дыхания, а вот я, пытаясь болтать, вскоре запыхалась. Да еще и Ася, заметив, что я не даю Велу погрузиться в размышления, присоединилась к нам. Сказать, что я разозлилась – ничего не сказать. К тому же, как мне показалось, Вел понял мои маневры и стал иногда косо на меня поглядывать, ехидно чему-то улыбаясь. Твердо решив, что вечером на привале не дам ему уйти от разговора, я предоставила Асе самой поддерживать беседу. К тому же оная беседа все равно получалась довольно интересная, так что было что послушать. Эльф рассказывал о магических возможностях разных народов своего мира, о традициях и связях, о политическом раскладе и мироустройстве. Я, да и Ася, впервые слышали от него подробные объяснения. Судя по всему, Вел неплохо во всем этом разбирался. Вообще, чем дальше, тем больше, мне начинало казаться, что он в своем роде вундеркинд. До сих пор затрагивая самые разные аспекты наших собственных реалий, я сталкивалась с глубокими его познаниями во многих вопросах, поэтому даже на мгновение не предположила, что рассказу о его собственном мире можно хоть в чем-то не доверять. Похоже, нам повезло с заочным гидом. Как я успела узнать, никто специально не выбирал нашего чудика на роль посланца в этом мире, но у меня все больше крепло мнение, что даже после долгих поисков, они не нашли бы никого лучше. Только одно меня насторожило. Чем дальше, тем сильнее я утверждалась во мнении, что наш эльф других эльфов не любит. Это наводило на размышления. Интересно, а как он ко мне или Максу станет относиться после перехода? Я решила, что этот вопрос прояснить просто необходимо, но в более приватной обстановке.

– Вел! – я требовательно потрясла его за плечо и сразу же встретилась взглядом с насмешливыми зелеными глазами. – Мне нужно с тобой поговорить.

Эльф вздохнул и одним ловким движением выскользнул из спальника. Поражает меня это! То он в собственных ногах путается, то двигается так, что любая кошка позавидует.

– Не отстанешь? – усмехнулся он.

– Не-а! – нагло отозвалась я.

Примерно полчаса назад Ася и Артем уползли в палатку. Я тоже сделала вид, что собираюсь спать, хоть это и совершенно не входило в мои планы. Это был мой шанс, наконец, отловить эльфа одного. Все эти ночи он спал под открытым небом, невзирая на погоду. Нам, конечно, повезло, что ни разу не было дождя, но мне почему-то казалось, что его и дождь не загнал бы под тент. Он с первого дня заявил, что шанс смотреть, засыпая, на звезды ему в этом мире выдается слишком редко, чтобы согласиться его упустить. Эльф, ну что с него возьмешь?!

– И о чем ты хотела поговорить? – вздохнул он.

Я подкинула веток в костер и приготовилась к атаке.

– О двух вещах, – решительно сообщила я, – В первую очередь меня интересует, почему у тебя не заладилось с бабулей.

– Зачем тебе? – тоскливо поинтересовался Вел.

– Это же элементарно! – удивилась я его наивности. – Со стороны всегда виднее, в чем проблема. К тому же я могу посмотреть на нее с женской точки зрения и подсказать, где ты повел себя не так, и как было бы лучше.

– Ладно, – как-то не очень уверено отозвался он. – А второе что?

– Почему ты так не любишь эльфов? Ты же сам эльф!

– С чего ты взяла, что я их не люблю, – нахмурился Вел.

– Догадалась, – усмехнулась я. – Ты всю дорогу старался говорить о них с максимальной объективностью, но негатив так и лез во все дырки. Так что колись. Что за проблему у тебя с собственным народом?

– Видишь ли… – Вел задумчиво пожевал губу, что в его исполнении выглядело просто очаровательно, – мы, эльфы не самые приятные существа во Вселенной.

– В каком смысле?! – искренне удивилась я.

Действительно, все, что я знала об эльфах, сводилось к тому, что все они обладают магией, очень красивы и возвышенны, что ли.

– Мы – слишком древняя раса. Древнее нас, разве что драконы.

– Драконы?! А они существуют?!

Вот еще новость! Раньше он о драконах не говорил. Надо бы потом спросить, какое они занимают место в мире.

– Конечно, – эльф пожал плечами, – но им все по фиг, что ли. С остальными расами они мало пересекаются. Делить нечего. А вот мы… Давным-давно эльфов очень возмутило появление других разумных. Точнее, не то, чтобы возмутило. Они отнеслись к ним не как к равным себе, а как к новым игрушкам, объектам исследования. Но у богов были свои планы, и эльфам пришлось смириться с тем, что не весь мир вертится только вокруг них. Новым расам не понравилось быть подопытными зверушками, и они дали эльфам отпор. Нам оставалось только утешиться своей перворожденностью. С тех самых пор так повелось, что мы относимся к ним с пренебрежением. Кому такое понравится? Нас не любят. Да, нами восхищаются, конечно, с нами считаются – попробовали бы не считаться. Но не любят. А за что нас любить с нашей-то заносчивостью?

– Вел, – потеребила его я, сообразив, что ушастое чудо снова уплывает в свои размышления и так и норовит потерять нить повествования. – я что-то в тебе этой заносчивости не заметила.

– А… – Вел невесело усмехнулся, – так я вообще, вроде как, урод.

– Урод?!

– Ну, не совсем… Не физически. Хотя, конечно, физически тоже не красавец. Эти уши… Просто, понимаешь, так сложилось, что… А, не важно!

– Ну, уж нет! – зарычала я. – Ишь, чего удумал! Рассказывай, давай! Должна же я знать, в чем твоя проблема, и как тебе помогать.

В ответ недоразумение наградило меня такой трогательно-благодарной улыбкой, что я чуть не расплакалась от умиления.

– Все дело в Энгионе, – эльф задумчиво уставился в пламя костра, словно пытаясь разглядеть в нем картины прошлого. – Иногда мне кажется, что на него повязаны судьбы всех ныне живущих. Разворошил дядюшка муравейник… Он хотел, чтобы отец отдал меня ему на воспитание. Энгион был старшим сыном, и отец, по большому счету, не должен был ему противиться. Но, когда я родился, Энгион еще служил Библиотеке, и у него даже не было приемника. Он бы забрал меня и в Библиотеку тоже, но не раньше, чем сам смог бы постоянно там находиться. А он должен был искать временного смотрителя, человека, потому что среди эльфов на тот момент не было никого, кто мог бы заменить дядю. Наверное, мой отец уже тогда не доверял своему брату, потому что он сделал вид, что я умер. Точнее пропал. На самом же деле, он предпочел отдать меня на воспитание одному дракону-отшельнику, а не своему Энгиону. Сергарг был за что-то должен отцу. Уж не знаю, за что именно. Ни один из них так и не сознался. Но меня растил дракон. А они совсем не такие, как мы. Я прожил у него почти пятьдесят лет…

– Господи! Ты что пятьдесят лет вообще ни с кем не общался, кроме дракона?! – опешила я.

Это вполне объясняло, почему Вел немного не от мира сего. Действительно, пятьдесят лет беседовать только с ящерицей-переростком! Кто хочешь охренеет!

– Ну что ты! – мечтательно улыбнулся ушастик. – У меня было очень много друзей. Сергарг ведь драконий отшельник, он не жил со своим племенем, но вообще он очень общительный, любит поговорить на всякие отвлеченный темы, если найдется достаточно мудрый собеседник. К нему часто наведывались знакомые. Неподалеку обитало семейство оборотней-ягуаров, глава которого очень дружил с Сергаргом. А я подружился с его котятами. Они выросли намного быстрее меня и очень скоро взяли под опеку любопытного маленького эльфенка. Я так думаю, других эльфов они никогда не видели, а то тоже отнеслись бы ко мне насторожено. А я был очень любопытен. Гезар и Беата сопровождали меня во всех моих вылазках. Дракон не мешал мне знакомиться с миром. Все равно я потом возвращался к нему за объяснениями, когда чего-то не мог понять. А объяснить он мог почти все. Правда, зачастую, загадками, но мне всегда доставляло огромное удовольствие их разгадывать. И я знаю, что Сергарг гордился мной, когда удавалось найти верное решение. Я познакомился и подружился с юношей из семейства гоблинов-беженцев, Харишем. Поначалу он боялся приходить в гости к нам с драконом, но потом привык. Еще в двух днях пути нашелся выход огненной пещеры. И хотя это уже не было территорией Огненных Гротов, там можно было встретить саламандр. Я был почти в люблен в одну девушку, Мелиалу. Мы много общались, пока ее не выдали замуж в какой-то дальний Грот. Редкостная была красавица!

По лицу Вела блуждала мечтательная улыбка, воспоминания о детстве и юности озаряли счастьем его лицо. А мне вдруг стало неловко от того, что я раскрутила его на такой сокровенный рассказ. С другой стороны мне было необходимо понять, почему он так уверен в том, что является моральным уродом.

– А дальше? – тихо спросила я, когда он вдруг замолчал.

– Дальше? – Вел улыбнулся мне, словно только сейчас сообразив, что говорил все это вслух. – Я еще много с кем подружился. Понимаешь, все они были разные, с разной магией, или вообще без нее, как Мелиала. Но они стали моими друзьями. Они не были ничем лучше или хуже меня. Просто, я искренне их любил, как всегда любят друзей в юности. И я знал, что они отвечают мне тем же. Единственное, с кем мне не пришлось столкнуться за все то время – это эльфы. Сергарг жил очень далеко от наших территорий и никаких интересов у моего народа в тех краях не было. Наверное, именно потому отец меня туда и отправил, чтобы спрятать от Энгиона. А потом родитель призвал меня к себе. И я отправился в Сентанен…

– И… – подтолкнула его я, когда он снова замолчал.

– Меня сопровождали Гезар и Беата, как всегда. Сентанен – открытый город, туда приходят представители любых рас. Но наш путь к нему лежал не по наезженному тракту, а через те эльфийские земли, куда редко забредают чужаки. И я узнал, как относятся к оборотням другие эльфы. Тогда-то я и стал для них моральным уродом. Тем, кто дружит с оборотнями и готов стать на их защиту. Но мне моральными уродами казались они все. Издержки драконьего воспитания.

– А потом?

– Потом? Мои друзья покинули Сентанен, сдав меня отцу, а я начал учиться жить среди эльфов. Мне понадобилось время, чтобы перестать реагировать на презрительные и злые слова в адрес других рас. Я поступил в Университет и с головой зарылся в книги. Мне было гораздо проще именно с книгами, чем с соплеменниками. И моя репутация морального урода от этого только крепла. Ну, а потом пришел призыв Ирэльтиля и я отправился в Библиотеку. Дальше ты уже знаешь.

– Не все, – решительно пресекла я попытку уйти от дальнейших объяснений. – Я должна понять, что произошло между тобой и моей бабушкой.

– Ничего не произошло, – Вел пожал плечами. – И не могло, наверное. Так же, как и все, она сразу поняла, что я неправильный эльф. А я так растерялся, когда ее увидел… Представляешь, живая легенда, Серебряная леди, и вдруг совершенно спокойно ко мне отнеслась и приняла так радушно! Но там было так здорово! Там были и саламандры, и оборотни, и ундины, и кентавры… Мне было легко и интересно с ними. Ты не представляешь, Хандариф – это такая светлая голова…

– Стоп! Стоп! Стоп! Мы не о Хандарифе сейчас говорим, а о бабушке, – про этого Хандарифа я слышала уже раз двадцать и поняла, что для Вела он авторитет непререкаемый, и превозносить его он может часами. – Я пытаюсь понять, почему ты так на нее запал? Только потому, что она радушно тебя приняла?

– Н-нет… – эльф растеряно захлопал ресницами. – Как ты не понимаешь? Она особенная. Наверное, потому что выросла в этом мире. Она любит своих друзей. Всех. Независимо от расы. И не по расовому признаку ориентируется в их выборе. Я же видел, как она на них на всех смотрела. А близнецы Годриленна? Я слышал о них в Сентанене, но лично встречаться до того не приходилось. Ведь сам факт их существования – это такой скандал!

– Почему?

– Они полукровки. Отец – эльф, мать – человеческая женщина. Такое не приветствуется. Они как бы дети извращенца, понимаешь? Ни одна другая раса так не относится к своим полукровкам.

– Ужас какой! И что, бабушка с ними дружила?

– Ага. Зантар тоже был в нее влюблен, я видел, но…

– Что?

– Она относилась к нему только как к другу. И я подумал, что может…

– Но и к тебе она отнеслась как к другу, – вздохнула я.

– Если бы! – обиженно пробурчал Вел. – Меня все почему-то опекать норовят.

Я невольно рассмеялась. Ну, сами посудите, как же его не опекать-то?! Он же какой-то совсем неприспособленный. Наверное, тоже издержки воспитания. Но тут мне в голову пришла мысль, которая мне совершенно не понравилась.

– Послушай, Вел, но ведь мы с Максом тоже полукровки. У нас отец – человек. Да и не думаю, чтобы в нашей родословной он был первым. Так что и бабушка…

– Не, к вам это отношения не имеет. Да и живут здесь все одинаково мало. Это там имеет значение, ведь привязанность к человеку означает, что ты его очень скоро потеряешь. Эльфы, конечно, любят воспевать глубину страстей, но создавать их искусственно, сближаясь с маложивущими – это дурной тон. Здесь по-другому. Никто же в этом мире сам о себе ничего толком не знает. К тому же отсюда приходят очень сильные и нужные маги. А Марта не побоялась…

– Не побоялась чего? – не поняла я.

– Полюбить человека.

– Дедушку, что ли?

– Нет. Гектора. Смотрителя.

– Ты хочешь сказать, что…

Вел печально кивнул. Ой, как все плохо! Ну, бабуля! Ну, исполнила! Эльфийка, блин! И на фига она туда потащилась тогда? Ей что, здесь людей не хватало? Да куда она смотрела-то, вообще?! Тут по ней такое чудо сохнет, а она себе какого-то человека нашла! Благородное возмущение на миг затмило мне разум, но тут я сообразила, что только что пытался донести до меня Вел.

– Постой, а сколько в вашем мире живут люди? – спросила я с дальним прицелом.

– Лет сто – сто двадцать. Кому как повезет. А мы – почти вечные.

– Круто…

Ой, как же все там у них запущенно! Это выходит, Вел к бабуле только лет через пятьдесят подкатить сможет. В моей голове это плохо укладывалось. Ну, не виновата я, что мне всего-то двадцать два! Маме, кстати, пятьдесят пять. Почти столько же бедняге ждать придется? Всю мамину жизнь? Хотя…

– Вел, а сколько лет было Гектору, когда бабуля туда пришла?

– Не знаю точно… Около девяноста, наверное. Он лет на двадцать моложе меня.

– То есть, сейчас, ему уже за сто должно быть, так что ли?

– Н-ну, да, в общем. А что?

– А может он помер уже давно, вот что! – вызверилась я, – А ты тут сопли жуешь. Все, Вел, ничего не знаю, но в следующий портал ты войдешь в приличном виде и первым делом постараешься узнать, есть ли у тебя все еще соперник, или нет. Уяснил?

– Уяснил, – согласился эльф, но радости в его голосе почему-то не прибавилось.

– А в чем дело-то?

– Ну… вообще-то я думаю, что Гектор умер.

– Почему?

– Потому что в его апартаменты мы портал открыть не смогли. Значит, нет больше такой комнаты, переделано там все.

– Так это же хорошо?

– А что хорошего? Если больше нет Гектора, это не значит, что ей нужен я. Во-первых, она себе и другого кого найти могла. Хоть бы и того же Зантара. А во-вторых, она-то меня всерьез не воспринимает.

– А вот отсюда поподробней, пожалуйста. Что ты подразумеваешь, под тем, что она не воспринимает тебя всерьез?

– Я же говорю: опекает. Как ребенка. Она во мне мужчину не видит.

Ну-ну! Вообще-то, чтобы мужчину в нем увидеть, нужно обладать о-о-очень хорошим зрением. Или просто я должна быстро объяснить ему, в чем нужно менять поведение. М-мдя! Задачка, однако! Ну, ничего, где наша не пропадала. Нет, ну действительно, я не помню, чтобы я захотела влюбить в себя какого-нибудь парня и у меня не вышло. Так что ж я бабушку в Вела влюбить не смогу? Ха!

Вслух я этого говорить, разумеется, не стала.

– Вот что, – решительно выдернула я его из каких-то мечтаний, – давай будем надеяться на лучшее, но готовиться к худшему. И встречать это худшее надо во всеоружии.

– Это как? – Вел недоверчиво склонил голову на бок.

– Потом объясню, когда до цивилизации доберемся.

Хаэн мы увидели только издалека. Вел был слишком озабочен поисками и, как только заметил первую попавшуюся машину, пропел что-то магическое, и водитель безропотно согласился подкинуть нас до Кахамарки. А эльф в следующие двенадцать часов огреб от нас кучу не самых лестных эпитетов. Транспортное средство (назвать это машиной язык не поворачивается) явно знавало лучшие времена лет эдак шестьдесят назад. И чего стоило, спрашивается, потерять лишние полчаса и найти нормальный автомобиль? Вот ей Богу раза в два быстрее добрались бы! Честное слово, в какой-то момент я искренне поверила, что эти пятьсот с лишним километров проще было бы пройти пешком. Под конец до ушастика дошло, какую серьезную ошибку он допустил. Пешие переходы по горам не так вымотали нашу компанию, как поездка в тряском, воняющем бензином пикапе. Единственным и общим желанием, когда мы, наконец, добрались до Кахамарки, было вымыться и выспаться, а робкое предложение потерпеть еще несколько часов и сразу вылететь в Лиму было встречено бурным негодованием.

Отель оказался довольно вшивеньким, но в двухместном номере, доставшемся нам с Асей, был душ и кровати, а о большем никто из нас пока не мечтал.

Утром меня разбудил Вел. Не знаю, когда он сам разул глаза, но наше нежелание вставать пораньше и нестись на самолет приводило его в отчаянье. А тут еще Аси в комнате не оказалось, и я никакой информации о ней предоставить не смогла. Мне стало стыдно, что я продрыхла все на свете и, изображая бурную деятельность, я тут же ей позвонила. Надо было видеть несчастную физиономию эльфа, когда я сообщила, что Ася не собирается никуда отсюда уезжать, пока не осмотрит все достопримечательности.

Вот не понимаю я этого! Дались ей эти инки и последняя битва с Писсаро! Хорошо, хоть Макса мы потеряли, а то никогда бы, наверное, отсюда не уехали.

Забежал Артем, узнал новости, нахмурился и озаботился поисками своей подружки. Клятвенно пообещал отыскать и доставить обратно как можно скорее. Отдал ценное указание собрать вещи (как будто у нас есть, что собирать!), узнать расписание самолетов на Лиму и связаться с ним, как только, так сразу. А Асю он, мол, если надо, за уши притащит. Я начала, было, объяснять ему, что думаю об Асином поведении, но он так по-английски слинял, что я даже не заметила. Это завело меня еще больше.

Высказав вслух все, что думаю о любителях древностей и иже с ними, и, спустив пар на ни в чем не повинного Велкалиона, я призадумалась. Эльф уже отзвонился в аэропорт, узнал, что раньше, чем в четыре пополудни нам не вылететь, и скис окончательно. Вообще, выглядел он, должна сказать довольно жалко. Роскошное цветастое пончо изрядно пообтрепалось по краям, как, впрочем, и штаны. Там же, в горах осталась большая часть вальяжной бахромы кожаной рубашки. И тут меня осенило. Выбираясь из Эквадора на своих двоих, мы не стали обременять себя излишним багажом, взяли только самое необходимое. Так что со сменой одежды проблемы были у всех. Я, конечно, предпочла бы добраться до Лимы и уже там заняться имиджем нашего дедули, но даже просто переодеться сейчас никому не помешало бы.

– Вел! – решительно призвала я эльфа к жизненной активности. – Нам нужно экипироваться!

– А? – взгляд его выражал такое недоумение, словно я предложила слетать на Луну.

– Переодеться нам надо, говорю! Часа через три в аэропорт ехать, в Лиму лететь, а мы выглядим, как бомжи. Ты, как хочешь, а я в этой рванине на люди появляться не собираюсь. Да и тебе не позволю. Пошли, устроим небольшой шопинг.

– Зачем? – искренне удивилось ушастое недоразумение.

– Хватит из себя жертву белого геноцида изображать, семенол недорезанный! – не выдержав, заорала я. – Здесь туристы цивильные пачками бегают, а мы выглядим хуже любого оборванца! С тебя же станется при случае еще и в портал в таком виде ломонуться. А потом будешь удивляться, почему тебя бабуля всерьез не воспринимает!

Вел растерянно обвел взглядом свои лохмотья, пожал плечами, вздохнул и поднялся.

Одержав эту маленькую победу, я решительно двинулась на выход, но притормозила уже в холле. Я не знала, куда идти. Вчера, заколдованный Велом водитель сгрузил нас, как ему и было велено, около отеля поприличней. Но, во-первых, было уже довольно поздно, а во-вторых все настолько вымотались, что не слишком обращали внимание на окружающий пейзаж. Сейчас же я даже примерно не представляла себе ни размеры Кахамарки, ни в каком районе этого затрапезного городишки мы находимся, ни чего вообще можно ждать от его магазинов. Да и времени у нас было не густо. В моем исполнении шопинг в незнакомом городе грозил затянуться на целый день, а остаться здесь до завтра из нашей компании могла согласиться разве что Ася.

Недолго думая, я отловила портье, чтобы выведать у него страшную тайну ближайшего магазина одежды. Портье сопротивлялся, как партизан. Очевидно, в его обязанности входило поставлять клиентов в расположенный в фойе бутик, и он принялся так активно его расхваливать, что окончательно отбил у меня охоту там отовариваться. Но выбора не было. Прижатый к стенке, портье сознался, что отель расположен далековато от местного бродвея, и я не рискнула блуждать по незнакомым улицам. В нашем с Велом распоряжении оказалась сравнительно небольшая и, подозреваю, неоправданно дорогая, лавка, рассчитанная на туристов, способных оплатить проживание в этом постоялом дворе.

Выбор товаров был соответствующий. Очень быстро уразумев, что эксклюзивом здесь и не пахнет, я смирилась с тем, что максимальный эффект, которого мы можем достичь – это не выделяться из толпы. Посему Вел стал счастливым обладателем пары пестрых гаваек и бермуд, почему-то лилового цвета. Расстаться с этим безумным творением слепого дизайнер он отказался наотрез, а у меня не хватило духу настоять на своем. Улыбка счастливого идиота на его физиономии пробудила во мне тот самый пресловутый материнский инстинкт, и отобрать у ребенка такую желанную игрушку, рука не поднялась. Я позволила себе расслабиться, сообразив, что до открытия портала мы еще раз десять сумеем сбегать по магазинам, а я, наверное, к тому времени решу, что же такое Велу все же должно подойти.

На всякий случай я позвонила Артему и поинтересовалась, не нужно ли прикупить что-нибудь и для них, но получила сухой отказ. Проводник, как оказалось, и в цивилизации на местности неплохо ориентировался и проблемой гардероба озаботиться успел.

В тот момент я не придала этому особого значения. Но когда мы встретили их в аэропорту, едва не заскрипела зубами. Нет, ну как это им удалось, а? И Артем и Ася выглядели сошедшими с картинки в модном журнале. А ведь русская бизнес-вумен, как и я, была одета в бриджи и майку – ничего больше. Я не завистлива. Но в такие моменты невольно начинаю ощущать свою ущербность. Мне не повезло вымахать слишком высокой для женщины, фигура у меня для модели не годится никак – извините, габариты! В кого я такая, спрашивается?! Макс высокий, но субтильный, Вел… вообще не понятно, в чем душа держится. Эльфийка, блин! Эх!.. То ли дело Ася. Изящная, миниатюрная, с этими потрясающими волосами завораживающего зеленоватого оттенка… Что меня спасает в жизни, так это оптимизм. Способность находить положительные стороны даже в самых неприятных ситуациях. Покомплексовав минут пять, я вдруг поняла, что именно Ася может и должна помочь мне изменить Вела, сделать из него вполне во вкусе моей бабушки импозантного… э… мужчину. Едва у меня появилась эта идея, я решила, что воплощу ее в жизнь при первом же подходящем случае. Ну, не в самолете, конечно. Сидели мы все вместе, и все ушки были на макушке. Не посекретничаешь. К тому же, не мешало бы иметь хоть какую-то информацию о вкусах бабули. А то мы тут преобразим нашего чудика по собственным меркам, а она от такого преображения только шуганется. Нет, не дело. Нужно выяснить у Вела побольше об этом Гекторе. На что-то же Марта в нем запала. Хорошо бы портал открылся, и я смогла бы сама посмотреть на бабушку. Я же совсем ее не знаю. Ну, и Макса порасспросить, небось уже подсобрал о ней информацию. Братишка у меня наблюдательный.

За всеми этими размышлениями я почти не заметила перелета, и на мрачность Вела обратила внимание только когда пришло время покидать самолет.

– Эй, в чем дело? – пихнула я его локтем. – Почему вид такой похоронный?

– Мне не удалось забронировать нам номера в том отеле, где остановился Гордон Лэндсхилл.

– Гордон Лэндсхилл? – вскинулась Ася. – Он что, тоже в Лиме?

– Представьте себе, – буркнул эльф, – уже два дня. И тоже прилетел из Кахамарки.

– Что за черт? – Ася нахмурилась. – Не хочешь же ты сказать, что он и есть наш потеряшка?

– Не знаю, – задумчиво произнес Вел, – но дело в том, что слово, которое употреблял шаман, а я перевел, как "мать", на самом деле ближе по значению к "воспитавшая". А если он был у индейцев с Каролиной, то это получает вполне логичное объяснение.

Все надолго задумались, поэтому до стоянки такси мы добирались в молчании. Вел назвал таксисту адрес отеля, а нам пояснил:

– Это совсем рядом с тем местом, где остановился Гордон. Если нам нужен именно он, мы будем достаточно близко, чтобы… – он покосился на таксиста и закончил лишь намеком, – ну, вы сами понимаете.

На этот раз мы устроились с комфортом. Велкалион не поскупился, у каждого из нас был отдельный номер-люкс. И, разумеется, все тут же разбрелись по своим комнатам. Я приняла душ, натянула на себя новые шмотки, которые теперь казались мне совершенно убогими, и отправилась искать Вела. Для начала нужно было выяснить, что же такого особенного нашла бабуля в этом Гекторе. Но тут вышел облом. Эльфа в номере не оказалось. А я-то рассчитывала, что он первым делом займется изучением порталов. Я перебрала в уме все, что успела узнать о бывшем смотрителе. Когда Марта с ним встретилась, он был далеко не молод, умел вызвать к себе доверие и очень любил иномирцев. Это все, что мне было о нем известно. М-мдя! Маловато информации для полноценного анализа. Как он выглядел, я даже приблизительно себе не представляла, но почему-то с трудом верилось, что они там в том мире носят мантии или расшитые золотом камзолы. Может у самого Вела поинтересоваться, что из себя представляет эльфийская мода? Хотя, Гектор же человеком был. Нет, не туда меня понесло. Не в одежке дело, а в имидже, который призван анонсировать внутреннее содержание. Так что думать нужно не о неизвестном мне бывшем смотрителе, а о ушастом очаровашке и о том, как выгодно преподнести его достоинства подчеркнув их одеждой.

А что мы имеем по поводу Велкалиона? Он, несомненно, умница, мозги у него светлые. Если предположить, что в нашем мире он живет примерно столько же, сколько и я, то можно с полной мерой ответственности определить меня, как умственно отсталую. Пока не нашлось ни одного вопроса практически на любую тему, на который Вел не знал бы ответа. Нет, мы с Максом тоже всегда отличались хорошей памятью, но у ушастика она просто бездонная. К тому же, он не просто запоминает все факты, а тут же их анализирует и раскладывает по полочкам, чтобы в любой момент потом соотнести с какой-то новой информацией. В общем, умеет он думать, ничего не скажешь. У меня знакомый математик был, вот у него мозги примерно так же были организованы, но, конечно, до энциклопедического образования Вела моему приятелю ой как далеко. И это я только знания о нашем мире подразумеваю, а сколько чего он о собственном за сто с лишним лет узнать успел, об этом и помыслить страшно. И при этом всегда выглядит растерянным, словно совершенно не способен ориентироваться в окружающей обстановке. А ведь лучше нас во всем разбирается, сели, конечно, разбираться считает нужным. Так в чем же проблема? Уверенности в себе ему не хватает, что ли? А ведь в самом деле, ни на чем никогда не настаивает, как будто… Как будто что? Не хочет ввязываться в споры? Неуверен в собственной точке зрения? Боится обидеть? Задачка, однако! И еще задачка, как эту его вечную растерянность можно исправить, изменив внешний вид. Да уж… тут не стилист, а психолог нужен. С другой стороны, эта черта придает ему определенный шарм. Да и нет у меня гарантии, что с теми, кого хорошо знает, он ведет себя так же. Может, это у него какие-то комплексы так проявляются.

С этими мыслями я добрела до номера Аси. Негостеприимная табличка "Не беспокоить" меня не остановила. Занята она там или нет, но запереться забыла. А я проверить не преминула. И сразу же пошла в атаку.

– Ася, у меня к тебе дело!

– А, это ты… Я работаю, Рита.

– Отвлекись. Это важно, – потребовала я.

Она сделала вид, что не слышит, и продолжила что-то просматривать в своем ноутбуке. Я не сдавалась.

– Ася, пожалуйста, мне действительно с тобой посовещаться нужно.

– О чем? – она удивленно посмотрела на меня.

– О нашем, о девичьем.

– Это не ко мне, это к Артему, – попробовала она пресечь мои поползновения, но я была неумолима.

– Артем здесь не причем. Мне нужно сугубо женское мнение.

– Ну, я и говорю, к Артему. У него по любому поводу женского мнения больше, чем у меня по жизни.

– Аська, не дури. Велу нужно помочь.

– Велу? – она наконец-то подняла глаза от компьютера.

– Ну, не мне же! Я в помощи не нуждаюсь.

– А зачем Велу помощь? – не поняла она.

– Ася, он влюблен в мою бабушку! – принялась я развивать успех.

– Ну и что? – не поняла она.

– А бабуля на него не обращает внимания.

– Не верю, – Ася усмехнулась. – Мимо такого чуда просто не пройдешь. От одного его вида в ступор ввинтиться можно.

– Ну, вот как раз на счет вида я и хотела поговорить. Вот ты мне скажи, тебе какие мужчины нравятся?

– Никакие, – равнодушно пожала она плечами, и у меня закралось нехорошее подозрение.

– То есть как? Тебе что, нравятся женщины?

– Нет, женщины мне тоже не нравятся. А вот мужчины подходящего я в нашем мире не встретила. Наверное, он где-то там, в волшебном ходит, – довольно резко отозвалась Ася. – И, извини, Рита, но давай эту тему исчерпаем.

– Почему?

– Ладно, – Ася вздохнула и закрыла комп. – Что там у тебя с Велом?

– Не у меня с Велом, а у Вела с бабушкой. Мне нужны свежие идеи, как сделать так, чтобы он ей понравился, – добившись, наконец, ее внимания, я принялась спешно излагать свои планы. – Вот согласись, он же лапушка!