Текст книги "И не оглядываться (СИ)"
Автор книги: HelenRad
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 25 страниц)
«Гарри у тебя?»
«Да».
Лань Северуса была слишком прозрачной и истаяла сразу же, пробормотав ответ, но этого оказалось достаточно, чтобы надежда вновь ожила.
«Я тебя люблю, Снейп. Очень. И дождусь, когда ты мне поверишь».
Ответа не последовало, но Джеймс не очень на него и рассчитывал. Признание отняло слишком много сил, но в то же время избавило от совершенно дурацкого оцепенения. Джеймс снова почувствовал себя живым и принялся планировать, что ему следует сделать. Начнёт он, пожалуй, с Дамблдора, которому следовало знать, что его шпион разоблачён. А потом… потом будет видно! Но к Северусу он найдёт дорогу. Так, мечтая об этом, Джеймс и заснул… а проснувшись, увидел Рема.
– Джей… пожалуйста, ответь… у тебя всё хорошо?
– Всё плохо. Рем, ты вчера всё видел сам и должен понимать, насколько всё плохо.
Джеймс только сейчас почувствовал, как сильно замёрз, и безуспешно попытался стянуть плед с дивана. Ремус едва слышно вздохнул и закутал его, как в кокон. Даже подушку подсунул.
– А мы вчера с Питером помирились…
– Поздравляю.
Джеймс отвернулся, чтобы не смотреть в красные глаза Лунатика. А тот ещё раз вздохнул:
– И пили на поминках мародёров. Нас старых больше нет… наверное, так и кончается молодость…
– Скажешь тоже, – буркнул из-под подушки Джеймс.
– А ещё, – продолжил Ремус, – я рад, что всё так получилось.
– Что вы с Бродягой поменяли одного предателя на другого? – подсказал Джеймс.
– Зря ты так… Пит правильно сделал, что не дал тебе в этом увязнуть. Дальше было бы только хуже.
– Ну да, ты-то лучше знаешь, – огрызнулся Джеймс.
– Не лучше, просто немного со стороны, – Ремус ещё раз вздохнул. – И это… Снейп простит… не сразу, конечно…
– А с чего ты взял, что меня это интересует?
– Да ладно, Джей, все уже всё поняли. Лейстранджи с Малфоем поспорили даже.
– На что?
– Что вы к лету съедетесь.
Ни хрена ж себе! А ничего, что сам Джеймс всё понял только вчера?
– Теперь не съедемся, – упрямо пробормотал он. – Ты же сам всё видел.
– Видел, ага… и как он защищать тебя начал тоже…
– Когда это?
– Когда про себя решил рассказать. Только Бродяга всё равно на тебя злится больше. Но ты же его знаешь!
– Зато на Хвоста не злится…
– А чего на него злиться? Сколько можно? Они, оказывается, его в клетке держали.
– Они?
– Ну да, со Снейпом. И шоу это придумали только для того, чтобы его поймать… а Снейп его потом лечил.
– Хвоста? – недоверчиво переспросил Джеймс.
– Ага… поэтому Пит и не выдержал. Не смог просто уже.
– Вот смотрю я на вас, и просто поражаюсь вашей святости. Тебе самому не противно, Рем?
– Да ладно тебе, Джей. Сегодня ночью я понял главное – человек не станет чужим, если вдруг подружится с врагами… так же, как и не станет своим тот, кто близок со своими… не в этом дело… чёрт! Я, наверное, путано объясняю, но простые человеческие отношения гораздо важнее стороны в конфликте, который не мы затевали. И если что случится, я буду драться, но не за идею, нет… а за себя, за Бродягу, за тебя, за Хвоста… за Снейпа тоже… потому что… потому что хрен объяснишь, почему. Это надо просто чувствовать…
Лунатик никогда не отличался разговорчивостью, и уж точно не было случаев, когда он торопился поделиться своим мнением, поэтому его речь произвела впечатление на Джеймса.
– Погоди, ты зачем пришёл? Убедиться, что я жив и ничего с собой не сделал? Или…
– «Или», Джей. Если у меня будет выбор – дружить с тобой или сохранить верность идеалам, я выберу тебя.
– Но я же гнусный предатель, – усмехнулся Джеймс. – Мародёры таких судят.
– Нет больше мародёров. Совсем. Есть только мы… и мы не судьи друг другу.
– Но Сириус…
– Он поймёт. Обязательно.
Хотел бы Джеймс ему верить! Но и так с души словно свалился огромный груз, а Ремус, совершенно не замечая благодарного взгляда, вдруг озаботился завтраком и ушёл на кухню, начиная стучать посудой.
– Кофе будешь? – прокричал он.
– Нет. Давай чай.
Всё равно такой кофе, как у Северуса, у него не выйдет, а довольствоваться подобием Джеймс не хотел.
– Я позже Гарри приведу, – прокричал из кухни Ремус. – Они сейчас в парке гуляют.
– С Северусом?
– Ага… и Сириус с ними, вместе с Агатой.
При упоминании Северуса сердце предсказуемо сжалось, но Джеймс справился со слабостью и переспросил:
– С ним всё хорошо?
Ремус не стал переспрашивать, а просто кивнул:
– Бродяга не даст ему заскучать, ты же его знаешь.
И эту тревогу Лунатик понимал… может, и правда, всё не так плохо? Они пили чай, и впервые за долгое время Джеймсу было легко и свободно. Потом Ремус привёл довольного Гарри, и жизнь вошла в свою колею. Только вечером, укладывая сына спать, Джеймс вложил в кармашек его пижамки кусок пергамента, на котором честно написал: «Люблю. Скучаю. Жду».
Важная сова несколько раз стукнула в стекло, после чего терпеливо ждала, пока Джеймс отвяжет письмо от её лапы. Дамблдор был краток: «Завтра. Полдень». Здорово, что он так быстро ответил! Хотелось как можно скорее избавиться от этой обузы. Джеймс долго стоял у открытого окна, вглядываясь в ночь и представляя, что где-то так же Северус вдыхает морозный воздух и, может быть, тоже вспоминает… о том хорошем, что всё-таки у них было.
Ремус привёл Гарри и согласился с ним посидеть, пока Джеймс будет улаживать дела с Дамблдором. Как всё-таки хорошо, когда не надо ничего выдумывать! И как хорошо, когда тебя понимают и не стараются осудить.
Дамблдор встретил Джеймса в своём кабинете и начал с тревожного:
– Что-то случилось, мой мальчик?
– Случилось… – Джеймс на мгновение зажмурился и выпалил: – Меня разоблачили.
– Как?
– Петтигрю слышал наш последний разговор.
– Каким образом?
– Он оказался под окном.
Дамблдор словно разом постарел. Он тяжело опустился на стул и спрятал лицо в морщинистых ладонях, показавшихся очень большими.
– Я должен был это предвидеть, – пробормотал он. – Должен! Преступника всегда тянет на место преступления.
Джеймс почувствовал пристальный взгляд и повернулся к стене с портретами. Теперь Финеас Найджелус смотрел на него с непонятным одобрением, впрочем, тот всегда был немного странным – что здесь, что надменно усмехаясь с портрета в доме Блэков.
– Скажи, мой мальчик, тебе это разоблачение чем-то грозит? Гамп, Вальбурга…
– Скорее всего, они не узнают.
– Как тебе это удалось?
– Сириус… он всё равно меня не выдаст. Даже зная всё.
– Джеймс, прости, если я покажусь тебе навязчивым, но не мог бы ты поделиться этим воспоминанием. Мы могли бы посмотреть его вместе. Пожалуйста.
На этот раз отказать показалось Джеймсу нечестным. Кроме того, ему хотелось доказать правдивость своих слов. Не то чтобы Дамблдор сомневался…
– Хорошо. Только покажите, пожалуйста, как это сделать.
Дамблдор продемонстрировал простой способ извлечения нужного воспоминания, и Джеймс с легкостью накрутил на палочку все свои впечатления о минувшем вечере. Ему и самому было интересно, что получилось, поэтому он с готовностью встал рядом с Дамблдором, опуская лицо в прохладную воду Омута Памяти.
Попав в своё воспоминание, Джеймс почти сразу выпал из реальности, начиная разглядывать Северуса. Теперь, когда все эмоции растворились в воде, оказалось гораздо проще увидеть в его, направленном на себя, взгляде и тревогу, и боль, и сострадание, и… Джеймс боялся признаться в этом даже себе, но во взгляде Северуса была ещё и любовь, и нежность. Совершенно точно не всё потеряно! Не всё! От острого ощущения счастья Джеймс был готов расцеловать даже Дамблдора.
========== 74 ==========
Джеймс чувствовал себя попавшим на необитаемый остров: внезапно вся его бурная деятельность обернулась полным пшиком – он как-то сразу оказался никому не нужным, и очень страдал, не в силах выдумать себе какое-то занятие. Хотя, если честно, делать ничего не хотелось, и он даже начал находить удовольствие в бесцельном хождении по дому. Даже хорошо, что Северус продолжал свои прогулки с Гарри – заставить себя выйти на улицу Джеймс просто не мог, а продукты незаметно начал приносить Ремус, вместе с последними новостями.
– А ещё леди Блэк свела знакомство со Скитер, помнишь такую? Ну, она ещё училась на одном курсе с Беллатрикс и постоянно с нею соперничала.
– С Бель? Не помню… – честно признался Джеймс.
Ремус усмехнулся:
– Ещё бы… ты и Беллатрикс-то совсем не замечал, не говоря о ком-то ещё, кроме, пожалуй, Снейпа… а мы тогда идиотами были и вслед за тобой пытались его ненавидеть.
– Я его не…
– Да понятно… теперь-то…
Джеймс тяжело вздохнул. Северус так мастерски избегал встреч, что поговорить им так и не удавалось, и на записки, которые каждый вечер подкладывались в кармашек Гарри, он тоже не отвечал, хотя иногда казалось, что листок сложен по-другому. Впрочем, в этом Джеймс совершенно не был уверен, подозревая, что выдаёт желаемое за действительное.
– Как он там?
– Нормально, – пожал плечами Ремус, – а почему бы тебе не спросить об этом самому?
– Как?! – возмутился Джеймс. – Можно подумать, я не пробовал…
– Я тебя не узнаю. Существует целая куча способов… ну, я не знаю, ты бы мог пробраться к нему под мантией-невидимкой… или выпив Оборотное зелье…
Джеймс ошалело уставился на тихоню Лунатика, который всегда отвергал такие «бесчестные» способы. С мантией он, конечно, погорячился – Северус слишком щепетильно относился к личному пространству и не потерпел бы тайного проникновения на свою территорию, а начинать разговор следовало совершенно в другой тональности. Но вот идея с зельем…
– Лунатик, ты можешь достать?
– Джей, его же не продают, а заказывать…
– Плевать! Сварю сам! Мне нужны ингредиенты и точный рецепт. Достанешь?
– Это да. Тебе нужна конкретная цель, и тогда ты точно не промахнёшься.
Наверное, Ремус был прав. Обретя план действий, Джеймс словно ожил. Он оборудовал в подвале примитивную лабораторию, где с энтузиазмом мешал вонючую жижу, и даже забыл о своём дурацком затворничестве, начав выбираться в походы по магазинам. Когда зелье было почти готово, он решил поделиться своим планом с Лунатиком.
– Рем, тебе надо купить приличную одежду.
– Зачем?
– Я не смогу показаться перед Снейпом в твоих обносках и произвести хорошее впечатление.
– А зачем тебе показываться в моей одежде?
– Затем, что я пойду под видом тебя! За Гарри. А значит, ты должен пристойно выглядеть!
Ремус неожиданно разозлился:
– Это чёрт знает что такое! Мало того, что ты собираешься использовать мой облик, даже не спросив моего согласия, так тебе ещё и моя одежда не нравится?!
– Нравится, – решил немного отступить Джеймс. – Только ты одеваешься как-то скучно, старомодно, что ли… так уже никто не ходит… эта твоя кофта…
– Что не так с моей кофтой?
– Она какая-то старушечья.
Ремус сначала хотел разозлиться, но потом взглянул на своё отражение в зеркале и со смешком потянул вниз полы и без того растянутой кофты:
– Ты хочешь сказать, что Снейпа таким не завлечь?
– Нет.
– А может, и к лучшему? – начал рассуждать Ремус. – А то ты только представь, соблазню я Снейпа… каким-нибудь свитером с оленями…
– Почему с оленями?
Ремус старался сохранить серьёзный вид, но не выдержал и расхохотался:
– Здорово! Видел бы ты сейчас себя!
Джеймсу тоже стало легко и свободно – всё-таки Лунатик шутил и не собирался делать ничего такого…
Менять образ решили постепенно, чтобы не вызывать подозрений у Северуса, хотя тот, если верить впечатлениям Ремуса, даже не заметил ни нового свитера, ни узких брюк, ни яркой куртки. От сердца хоть немного, но отлегло.
Наконец зелье было готово, Ремус пожертвовал прядью волос, и Джеймс стал собираться на встречу.
– Где, ты говорил, вы всегда встречаетесь?
– В парке, недалеко от озера. Я же тебе план нарисовал.
Не признаваться же, что Джеймс не понимал, как по этим схемам ориентироваться? То ли дело Карта Мародёров, на которой было отлично видно, как точка, подписанная «С.Снейп», бредёт в сторону библиотеки, а вокруг нет никого…
– Ладно, найду! Ну, я пошёл?
– Удачи, Джей! – усмехнулся Ремус. – А я тебя здесь подожду… на всякий случай.
Конечно, Джеймс долго бегал вокруг озера, соображая, где искать Северуса и Гарри. Он увидел их в той стороне, где меньше всего ожидал, и степенно пошёл навстречу, подражая походке Ремуса. Главное было не торопиться! Северус совсем не глядел по сторонам, сосредоточив внимание на Гарри, и терпеливо ему что-то рассказывал. Джеймс поймал себя на мысли, что они отлично смотрятся вместе: неулыбчивый Северус и жизнерадостный Гарри. Они словно дополняли друг друга и отлично ладили. Джеймс решил подать голос.
– Привет!
– Ты сегодня рано, Люпин, у меня ещё полчаса.
– Можно, я похожу с вами? – Джеймс изо всех сил подражал мягкой манере Ремуса пролезать в игольное ушко.
– Только молча, – согласился Северус.
Джеймс поймал на себе пристальный взгляд сына и улыбнулся ему, желая подбодрить.
– Папа! – закричал Гарри, отпуская удерживающую его руку.
– Где? – вздрогнул Северус.
– Папа! Вот! – Гарри бросился к Джеймсу и ловко взобрался ему на руки, оглядываясь на Северуса: – Вот!
В общем-то, к разоблачениям Джеймсу было уже не привыкать, жаль, правда, что так сразу. Кто бы мог подумать?
– Ты? – нахмурился Северус.
Джеймс бы соврал, будь в этом какой-то смысл…
– Я. Но у тебя ещё полчаса.
Северус угрюмо взглянул из-под нависших волос.
– Зачем ты здесь?
– Соскучился.
– Через полчаса ты бы получил своего сына…
– По тебе. Я соскучился по тебе.
– Не смешно! – отрезал Северус.
– Конечно, не смешно! – возмутился Джеймс. – Из-за тебя я ни фига не сплю… похудел вот…
– Заметно, – фыркнул Северус и продолжил допрос: – Чего ты хочешь?
– Тебя! – честно ответил Джеймс, опуская Гарри на дорожку и засовывая руки в карманы. – Тебя и глинтвейн с жареным мясом. Можно без мяса.
– Поттер, ты когда-нибудь бываешь серьёзным?
– Вообще-то я очень серьёзен. И я не лгу!
Северус смотрел в сторону, словно что-то решая. Джеймс жадно разглядывал его, стараясь не упустить ничего: ни тонкой морщинки, залегшей между бровей, ни тёмных кругов под глазами, ни осунувшихся щёк… Гарри вдруг заметил голубя и с радостными криками помчался к нему по дорожке. Джеймс почувствовал себя неуверенно. Хотя… разве он когда был в чём уверен с Северусом? Чтобы занять руки, он вытянул рукава свитера, после чего спросил:
– Ты мне веришь?
– Нет! – быстро ответил Северус.
Слишком быстро. Слишком заученно…
– А если я покажу тебе мои мысли? Ты вроде умеешь… легиллименцию?
– Нет. Я не умею. Чтобы без боли.
– И пусть, – отозвался Джеймс. – Всё равно без тебя мне больнее.
– Ты не понимаешь, о чём говоришь.
– Куда уж мне…
– Ладно.
– Ладно?
– Ты слов не понимаешь? Я согласился.
– Читать мои мысли?
– Нет. Быть приправой к мясу. С глинтвейном.
Джеймс так и замер с открытым ртом.
– Ты согласился?
– Да. Один раз. Ты удовлетворишь своё любопытство и оставишь меня в покое.
– Но…
– Или убирайся! Я готов с тобой попробовать, но на моих условиях.
На такой поворот Джеймс даже не надеялся:
– Я согласен на все твои условия. Клянусь!
Северус сквозь силу улыбнулся:
– Ничему тебя жизнь не учит! Всё так же легко разбрасываешься клятвами?
– Только тебе, – горячо сказал Джеймс. – Только тебе!
– Посмотрим. Я пришлю тебе вечером свои условия.
Джеймс смотрел вслед уходящему по дорожке Северусу и глупо улыбался. На такое он даже не рассчитывал!
========== 75 ==========
Ремус ждал Джеймса дома и всё понял без долгих объяснений, лишь поинтересовался:
– Да?
– Да!
Он деликатно не стал расспрашивать и, довольствуясь этим коротким ответом, быстро попрощался. Всё-таки Джеймсу повезло с друзьями. Очень. Ещё бы с Сириусом помириться…
До вечера он не находил себе места, гадая, какие условия может потребовать Северус. В принципе, какая разница? Отступать Джеймс точно не собирался, поэтому даже не стал разбирать мелкий почерк Снейпа, написав поверх его сочинения «Согласен со всем!», и быстро отослал. Ответ не заставил себя ждать:
«Ты хоть читал?»
«А разве было надо?»
«Поттер – ты классический идиот!»
«Просто я тебе доверяю!»
«Не могу ответить тем же».
«А ты попробуй! Обещаю, не пожалеешь!»
Вместо того чтобы в очередной раз написать, что Джеймс идиот или кто похуже, Северус решил не марать бумагу, а явиться и лично об этом сообщить. Он вышагнул из пламени камина сердитый, немного растрёпанный и сразу же деловито поинтересовался:
– Гарри уложил?
– Да.
– Тогда слушай!
Он принялся рассказывать о многолетней вражде, которая так просто не проходит, об «антагонистических отношениях» – так прямо и сказал! – о том, какие они с Джеймсом разные. Дай ему волю, он бы добрался до времён Мерлина и короля Артура и своими словами рассказал о каждом из рыцарей Круглого стола. Чем больше Джеймс смотрел на него, тем больше убеждался: Северуса надо скорее заткнуть… для начала поцелуем.
– Значит, пробовать не будем?
– Почему не будем? – растерялся Северус.
– Будем? – обрадовался Джеймс.
– Ты меня вообще слушал?
– Ага… – соврал Джеймс.
Тянуть время дальше и ждать, пока Гарри проснётся и внесёт свои коррективы в происходящее, Джеймс точно не собирался, поэтому просто перебрался к Северусу на диван и положил ладонь ему на колено.
– Ты чего? – почему-то перешёл на шёпот Северус.
– Начинаю пробовать. Можно?
Северус зажмурился и решительно кивнул:
– Да! Только один раз.
Про один раз Джеймс помнил, но совершенно не собирался им ограничиваться, расчётливо полагая, что главное – начать, а потом уже станет ясно, что делать дальше… для большей убедительности.
Поцелуй вышел осторожным и совсем не похожим на то безумство, что они творили после дня рождения Северуса. Впрочем, когда Джеймс коснулся кончиком языка зубов Северуса и задел гладкое нёбо, всё изменилось. Северус коротко взрыкнул и, вцепившись пальцами в плечи Джеймса, подмял его под себя, заявляя своё право. Кто бы возражал?
Можно было только порадоваться, что кроме халата на Джеймсе ничего не было, потому что это явно был ещё один аргумент в его пользу, если судить по совершенно ошалевшему взгляду Северуса, когда он развязал его пояс. Удержаться было невозможно:
– Нравится?
– Да-а…
Всё ещё одетый Северус принялся покрывать шею и грудь Джеймса жадными поцелуями, сдирая с плеч тонкую ткань.
– Да, Джей… да…
Ещё никогда собственное имя не было для Джеймса таким источником наслаждения, а Северус, кажется, совсем потерял голову, судорожными движениями то пытаясь сорвать с себя свитер, то нервно дёргая ремень брюк… безрезультатно, конечно! Джеймс помог ему с этим дурацким ремнём и приспустил брюки, касаясь прижатого к животу члена. От такого свидетельства желания рухнули последние крупицы самообладания, и Джеймс пошёл на поводу инстинктов, которые требовали присвоить… взять своё… пометить…
Блядь! Джеймс вдруг испугался, что если сейчас он завалит Северуса, то тот точно решит, что они уже попробовали… а вот если иначе… он ведь не любит одалживаться, а значит… Джеймс откинулся на диван, выставляя себя напоказ жадному взгляду Северуса, и, глядя ему в глаза, приглашающе развёл ноги. Ну же! Давай! Да! Северус с рычанием навалился на него сверху, начиная целовать, а потом нерешительно коснулся его губ пальцами, словно предлагая облизать. Почему нет? Джеймс втянул в рот два пальца, начиная их тщательно вылизывать и дразнить, и, кажется, всё сделал правильно, потому что Северус снова прохрипел:
– Да, Джей… да-а-а…
А потом он принялся этими мокрыми от слюны пальцами старательно разминать отверстие в заднице Джеймса, явно осторожничая и боясь навредить.
– Смелее, Сев… ну… давай…
Джеймс сам подался навстречу, пытаясь насадиться на пальцы, и добился того, что Северус забросил его ноги себе на плечи и, взяв в ладонь член, принялся водить им рядом с пальцами, заворожено разглядывая.
– Сев… пожалуйста…
– Видел бы ты себя… Джей… не могу…
Всё он мог! Размазав слюну по члену, он начал осторожно толкаться, замирая после каждого движения, словно к чему-то прислушиваясь. Хорошо, что он догадался накрыть ладонью член Джеймса, который после манипуляций с задницей слегка подувял. Казалось, что Северус искал тот самый грешный угол проникновения, о котором Джеймс много читал в последнее время, но не особо верил. Решив, что хуже уже не будет, Джеймс отчаянно подался навстречу и, наверное, этим подтолкнул Северуса к краю – он, хрипя, запрокинул голову и мелко задрожал, изливаясь. После чего передохнул пару мгновений и, взглянув на Джеймса с благоговением, от которого перехватило дух, наклонился, обхватывая его член губами.
Блядь! Если у Джеймса ещё и оставались сомнения по поводу секса между мужиками, то минета они точно не касались! Или просто Северус был в этом настоящим мастером… и где только научился? Однако ревнивые мысли быстро были вытеснены наслаждением, таким острым, что заложило уши…
– Охереть… – честно сказал Джеймс, обнимая Северуса и укладывая его рядом с собой. – Вообще не думал, что это будет так…
– Я тоже, – признался Северус и, приподнявшись на локте, тревожно заглянул ему в лицо: – Я тебя не… поранил?
– Поживём – увидим…
Северус потрясённо замер, явно не зная, что ответить, а Джеймс с силой уложил его голову себе на плечо и поцеловал в висок. Лежать так было особенно приятно из-за невероятного чувства близости, появившегося после удовольствия, разделённого на двоих.
– Надо на кровать перебраться, – пробормотал Джеймс.
Северус, если и хотел что сказать про свой «один раз», то благоразумно промолчал, отправляясь вслед за ним в спальню.
– Погоди, у меня пижамы нет, – вдруг забеспокоился он.
– У меня есть запасная.
Рисковать и отпускать Северуса, пока ещё всё было так зыбко, Джеймс не собирался. Даже за пижамой и зубной щёткой.
– Знаю я твои пижамы…
– Не все, – Джеймс поцеловал Северуса в шею. – Тебе пойдёт клетчатая.
Северус покладисто переоделся в новую пижаму, совершенно не возражая против помощи Джеймса, который, пользуясь моментом, с удовольствием его потискал.
– Я думал, только Блэк такое озабоченное животное, – пробормотал Северус.
– Ты… ты успел с Сириусом? – опешил Джеймс, задыхаясь от внезапной ревности.
– Поттер, ты идиот! Блэк – это было бы для меня слишком просто.
– Ага! Я всегда знал, что неотразим, спасибо, что напомнил.
– Пф-ф! Шуточка из старого репертуара Блэка, придумай посвежее.
– Ты во мне сомневаешься? – Джеймс опрокинул Северуса на кровать и попытался приспустить его пижамные штаны.
– Погоди, сейчас Гарри проснётся… и вообще я соглашался только на одну ночь… ты сильно не…
По сравнению с «одним разом» «одна ночь» звучала более вдохновляющее, но тоже не устраивала Джеймса.
– Тебе всё равно придётся у меня пожить.
– Зачем?
– У нас общее задание, забыл? Учебники… все дела. И очень мало времени.
– Но для этого совершенно не обязательно у тебя жить…
Чёрт! И что с таким делать? А если зайти с другой стороны?
– Хорошо, есть ещё один нюанс. Ты за кого: за Малфоя или за Лейстранджей?
– А при чём здесь?..
– При том! Они поспорили на нас! Негодяи!
– В каком смысле?
– В смысле съедемся мы до лета или нет.
Северус от возмущения сжал губы:
– Да как они…
– Тебя тоже такое возмущает? – Джеймс потёр руки. – Предлагаю спутать им все карты!
– Как?
– Мы съедемся прямо сейчас! До лета ещё до хрена времени, и мы испортим им весь спор.
– Почему?
Северус выглядел немного обалдевшим от такого напора, за что Джеймс мысленно поднял вверх два пальца, а вслух сказал:
– Смотри сам – при таком повороте они могут спорить до посинения, кто из них выиграл… а если тебе совсем уже не понравится всё это, – Джеймс обвёл руками комнату, – то ты как раз можешь съехать к лету обратно и вообще им всё запутать!
Джеймс прекрасно осознавал шаткость своих аргументов, поэтому скрестил пальцы в ожидании ответа. В конце концов, такие вещи должны хотеть оба, и если Северус не захочет, то плевать он хотел на все доводы…
– Запутать, говоришь? – Северус довольно усмехнулся. – А давай! Мы им не крысы из шоу!
========== 76 ==========
Джеймс проснулся, как от удара молнии. Гарри! Вчера… ну или уже сегодня благоразумия Северуса хватило лишь на то, чтобы натянуть пижамные штаны, на случай, если придётся бежать, чтобы перехватить ребёнка у камина, но вроде бы никто из них так и не вставал… после всего-то…
Однако стоило ему пошевелиться, и он понял, что хотя на плече и лежит рука Северуса, но в спину упирается совсем не его колено. Джеймс осторожно повернулся и, кажется, разбудил Северуса, потому что сразу же поймал его взгляд, в котором тревога мгновенно сменилась чем-то таким, отчего потеплело на душе.
– Тш-ш! – он приложил к губам тонкий палец, вызвавший совершенно определённую реакцию, и взглядом указал вниз.
Джеймс развернулся и понял, что между ними лежит Гарри, очевидно, пробравшийся сюда ночью. Всё-таки чутьё на Северуса он передал сыну по наследству! Ребёнок крепко спал, и Джеймс игриво провел рукой по груди и животу Северуса. Когда он уже вплотную подобрался к резинке штанов, Северус ухватил его за запястье, крепко сжимая:
– Не при ребёнке же!
– Он же спит… – Джеймс попытался продолжить своё нехитрое дело.
– Нет!
И хоть во взгляде Северуса бесновались черти, сам он оставался непреклонен. Пришлось Джеймсу убирать руку, вздыхая с притворной скорбью:
– Все мне отказывают… все!
– А к кому вы ещё обращались с этой проблемой? – немедленно отозвался Северус тоном доброго доктора.
– Только к вам… говорят, что вы настоящий волшебник.
– Волшебник или не волшебник, не знаю, но фокус показать могу.
– Обожаю фокусы… пожалуйста!
– Вечером!
– До вечера так долго ждать, – Джеймс попытался пробудить жалость. – Можно мне только один самый маленький фокусик… я был хорошим мальчиком…
Взгляд Северуса потемнел, и он бесшумно выбрался из кровати, не потревожив Гарри. У самой двери он остановился и, взглянув на Джеймса, выразительно поднял бровь:
– Ну? Фокус ждать не будет.
Джеймс оказался в коридоре спустя мгновение, и его сразу же прижали к стене. От требовательного поцелуя и горячих ладоней на теле разум окончательно отказал, и Джеймс попытался опуститься перед Северусом на колени, чтобы вернуть долг.
– С ума сошёл… Гарри же… увидит…
Северус съехал спиной по стене, оказываясь на полу рядом с Джеймсом и вновь целуя его, жадно и горячо.
– А маленький фокус?
– Сейчас…
Горячая ладонь Северуса пробралась под резинку штанов Джеймса, сжимая давно вставший член. Ну, хоть так…
Они стояли друг перед другом на коленях и тяжело дышали.
– Как подростки, – усмехнулся Джеймс, утыкаясь лбом в прохладное плечо Северуса. – Но мне нравятся твои фокусы.
– Вообще-то я собирался только тебя поцеловать, – немного ворчливо фыркнул он и довольно улыбнулся. – Фокусы… ты как придумаешь…
Однако такое начало задало тон всему дню. Джеймс пользовался любым поводом, чтобы зажать Северуса и хорошенько потискать, поэтому неудивительно, что весь день они ходили возбуждённые и плохо соображали. Во всяком случае, Джеймс так точно, иначе сразу бы заподозрил неладное, заметив чёрного филина, сидящего на подоконнике.
– От Сириуса, – пояснил Северус, будто это и так не было понятно, и добавил: – Мне.
Он быстро написал ответ, а потом так же быстро стал собираться.
– Я ненадолго.
Удерживать его Джеймс не стал, как и подробно расспрашивать, какого, собственно, чёрта, Северус срывается на ночь глядя по приглашению Сириуса. Но стоило закрыться входной двери, как он принялся бродить по дому, не находя себе места. В голове роились самые страшные подозрения. Отчего-то казалось, что Бродяга вполне мог соблазнить невинного Северуса и… блядь! А где невинный Северус научился так сосать?
Джеймс уложил Гарри и, спустившись в гостиную, уселся прямо на полу, глядя на огонь в камине. Чем дольше не было Северуса, тем сильнее казалось, что он уже никогда не вернётся. В конце концов, он за день даже не вспомнил о том, что надо перенести вещи! Точно! Он и не собирался переезжать к Джеймсу, и получив малейший повод, сбежал… И хрен ещё знает, что было в той бумажке с условиями, на которые Джеймс так опрометчиво согласился.
Когда позади раздался шорох, он уже решил, что прошло слишком много времени, и это Гарри бредёт к камину, но нет…
– Джей!
Они встретились так, будто расставались минимум на месяц: нетерпеливо избавляя друг друга от одежды прямо на месте, не вспомнив об удобной кровати в спальне. И поцелуи были такие жадные, что все ядовитые фразы про то, каков же Сириус в деле, вылетели из головы без следа. Джеймс разложил Северуса прямо на полу и, едва освободив его член из тесных брюк, взял в рот. Не то чтобы кто-то протестовал… единственное, что сделал Северус, это извернулся так, что его лицо оказалось как раз напротив резинки пижамных штанов Джеймса, за которую он и потянул зубами…
– Я скучал, – пробормотал Джеймс, когда первая жажда была удовлетворена.
– Я заметил, – улыбнулся Северус, устраивая голову на его плече.
– Ты долго…
– Так получилось. Я обещал.
Как будто ему нужны оправдания! Джеймс вытащил из-под поясницы ботинок Северуса:
– Пойдём в постель, а?
Каким покладистым иногда всё-таки становился Северус! В спальне он облачился в клетчатую пижаму, которую уже, видимо, считал своей, и чопорно сказал:
– Ты же понимаешь, что мне нужно какое-то место для работы?
– Конечно, – Джеймс воодушевился таким доказательством серьёзности намерений. – Я уже в подвале почти оборудовал лабораторию.
– Ты?
– Ну да. Оборотное, кстати, тоже я варил.
– А у тебя, оказывается, масса скрытых талантов…
А вот это уже была чистой воды провокация! На которую, впрочем, Джеймс вполне достойно ответил, и угомонились они ещё нескоро. Сквозь сон он почувствовал, как Северус натягивает на него пижамные штаны, ворча про «озабоченных папашек». И пусть! Джеймс подгрёб его себе под бок и счастливо уснул, вдыхая запах волос, вымытых его личным шампунем…
Конечно же, Гарри снова пришёл к ним ночью, давая повод задуматься о том, как его от такого отучить. Сейчас он, конечно, многое не понимает и ещё большему не придаёт значения, а станет постарше? То-то же!
Увидев утром лабораторию Джеймса, Северус явно прикусил язык, чтобы чего не ляпнуть, но это было так явно, что Джеймс не выдержал:
– Нравится?
– Угу, – отозвался Северус.
– Я так и думал, что тебя всё устроит, – продолжил Джеймс, ожидая, когда Снейпу, наконец, надоест такая корректность.
– Вытяжку надо… сюда… – наконец, отмер Снейп. – А ещё стол повыше, приличное освещение, открытый стеллаж и шкаф… и горелку… нормальную. А котлы у меня есть… и ингредиенты…
– Короче, всё поменять?
– Ну да… ты не думай, что это каприз, просто…
– Просто что?
– Просто так невозможно работать, и то, что ты сварил здесь Оборотное – это как чудо… ну, как если бы варил его вообще в каком-нибудь неприспособленном для этого месте…
– В туалете, например.
Снейп немного покраснел и кивнул.
