Текст книги "И не оглядываться (СИ)"
Автор книги: HelenRad
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)
Обмануть ребёнка оказалось проще простого. Северус сделал вид, что увлёкся чтением, а Блэк картинно заснул на коврике у камина. Гарри немного подёргал Северуса за рукав, потом посидел рядом с Блэком и постарался открыть ему глаз пальцами, после чего заскучал и немедленно отправился из гостиной. Ну-ну! Не успела закрыться за ним дверь, как Блэк достал из кармана мантию-невидимку и набросил её себе на плечи.
– Ну, Снейп? Чего медлишь?
Северус не медлил. Он быстро взмахнул палочкой, произнося магическую формулу.
– Ух ты! – восхитился Блэк. – Никак не могу привыкнуть… а чего ты в школе так не делал?
– Не умел, – мрачно откликнулся Северус.
– Это тебя он научил?
Пояснять то, кто такой «он», не требовалось.
– Да. Он ещё и летать умел… без метлы.
– Ни хера ж себе! А ты научился?
– Принцип понял, – уклончиво ответил Северус.
– Научишь?
– Да…
– А…
– Гарри уже точно спустился. Пойдём!
Блэк и сам понял, что увлёкся, поэтому быстро натянул капюшон, делаясь невидимым, и, кажется, даже применил чары бесшумности, потому что его шагов совершенно не было слышно. Северус выждал несколько мгновений, чтобы не налететь на лестнице на невидимого Блэка, и поспешил на кухню. Хорошо, что Гарри не привык закрывать за собой двери, иначе появиться незамеченным не было бы шанса, а так…
– Дай!
Гарри обеими руками сжимал какую-то штуку, за серебристую цепочку которой со злобным шипением тянул Кричер.
– Дай!
Гарри потерял равновесие и шлёпнулся на пол, когда домовик отпустил цепочку и, продолжая шипение, вскинул руки, готовясь применить какое-то проклятье. Это было слишком серьёзным! Очевидно, Блэк тоже так решил, потому что сдвоенный Ступефай отбросил Кричера к стене, лишая сознания.
========== 21 ==========
Северус уже понял, что магия домовиков очень сильно отличается от человеческой, поэтому кроме волшебных верёвок связал эту ушастую сволочь шнуром от штор.
– Не туго? – поинтересовался Блэк.
– В самый раз! – Северус поправил узел верёвки и, глядя в глаза Кричеру, усмехнулся: – Блэк, ты крови боишься?
– Не сказать, что люблю, но потерпеть могу.
– Тогда отведи Гарри к Вальбурге, пусть они вместе поиграют с новой игрушкой, а сам возвращайся. Будем проверять, как действует Веритасерум на домовых эльфов.
Гарри был слишком увлечён трофеем, чтобы желать остаться, и Блэк с лёгкостью его увёл, а Северус достал из кармана небольшую склянку Веритасерума, приготовленную как раз для такого случая.
– Поговорим, Кричер? Начистоту.
Домовик с ненавистью смотрел на Северуса и извивался, пытаясь избавиться от пут. Наивный… и, кажется, ещё недостаточно понял весь ужас своего положения.
– Знаешь, ушастый, – доверительно начал Северус. – А ведь я не брезгливый… и участвовал в пытках, которые устраивал Тёмный Лорд. Ты даже не можешь себе представить, какая у него была фантазия…
Наконец во взгляде домовика появился настоящий ужас, и Северус решил усугубить.
– Ты даже не подозреваешь, что я могу с тобой делать… ты будешь терять сознание от боли, но я вновь и вновь буду тебя исцелять, чтобы подвергать новым пыткам.
– Вот всё-таки я не зря тебя опасался… ты, Снейп, и в детстве был больным на голову, а как связался с этой шайкой, так и вовсе…
Блэк появился совершенно бесшумно, но очень удачно добавил образу Северуса чёрных красок.
– Ты слышал, Кричер? Поверь, Непростительные проклятья – не самое страшное, что может с тобой случиться…
Домовик лишь сильнее забился в верёвках и жалобно забормотал:
– Кричер не виноват… Кричер ничего не делал… Кричер хотел, как лучше…
– Не получилось у тебя, как лучше, – сочувственно заметил Блэк. – Поэтому ты нам расскажешь всё. И почему хотел, чтобы Гарри выпал из окна, и зачем собирался его проклясть… ночь впереди длинная, поэтому не стесняйся, говори…
Для подкрепления слов Блэка Северус с силой разжал челюсти домовика и вылил в его рот содержимое фиала, не заморачиваясь на подсчёт капель. После чего зажал ему нос и погладил судорожно сжимающееся горло. Подумать только, этот гад хотел проклясть Гарри!
– А вот теперь поговорим… – потёр руки Северус. – Ты покушался на Гарри?
– Да.
Северус понял, что домовик готов откусить себе язык, лишь бы не говорить, но сыворотка правды была сварена на совесть.
– Ты хотел его убить?
– Да.
Северус никак не мог осуждать Блэка, когда тот разбил морду и выбил зуб этому гаду. Значит, убить?! В глазах потемнело, а для выражения ненависти нашлось подходящее слово:
– Круцио!
Наверное, Северус забылся, потому что в себя он пришёл от звонкой пощёчины.
– Прекрати истерику!
Вальбурга несколькими взмахами палочки вернула в сознание дрожащего домовика и, не обращая внимания на притихших дознавателей, сунула ему под нос ту самую серебряную вещь с цепочкой, из-за которой всё и началось.
– Откуда это у тебя?
– Из пещеры.
– Что это?
– Медальон Салазара Слизерина.
– Чей это хоркрукс?
– Тома Марволло Риддла.
Вальбурга побледнела и зажмурилась, словно от удара, но быстро взяла себя в руки и продолжила допрос:
– Как он к тебе попал?
Кричер задёргался и до крови прикусил язык:
– Спросите по-другому… – прохрипел он.
Северус ничего не понимал, но Вальбурга, очевидно, лучше разбиралась в таких вещах:
– Как к тебе попал хоркрукс Тома Риддла?
– Мне отдал его Регулус Блэк.
– Зачем?
– Чтобы я уничтожил проклятую вещь.
– Ты знаешь, что стало с Регулусом?
– Да.
– Он… умер?
– Да.
– Как?
– Инферналы забрали его на дно озера в пещере, где хранился хоркрукс.
Вальбурга медленно опустилась на стул и обхватила себя руками, тихо прошептав:
– Зачем он это сделал?
Кричер услышал, а промолчать ему не дал Веритасерум:
– Чтобы уничтожить хоркрукс Тома Риддла.
Блэк пихнул в бок Северуса, прошептав:
– Ты что-то понимаешь?
Северус ничего не понимал, но не признаваться же в этом? Он зло взглянул на Блэка и отвернулся в сторону Вальбурги, которая, казалось, из последних сил сдерживалась, чтобы не сорваться. Чёрт! Так же нельзя… Умиротворяющий бальзам у Северуса тоже был с собой. Он протянул леди Блэк фиал с успокоительным, который она осушила залпом, стоило ей только понюхать горлышко. Вторую порцию зелья он по-честному разделил с Блэком – ясная голова была нужна им не меньше.
– Он мучился? – прошептала Вальбурга.
– Нет.
– Почему ты не рассказал об этом раньше?
– Не мог нарушить прямой приказ.
Когда молчание стало невыносимым, Вальбурга шумно выдохнула и отвернулась от домовика, который казался таким маленьким и жалким, что Северусу стало стыдно за свои Круциатусы. Леди Блэк, не мигая, смотрела на него:
– Что вас настолько разозлило? Про хоркрукс вы знать не могли… так что здесь было до моего появления?
– Эта тварь хотела убить Гарри, – зло выплюнул Блэк.
– С чего вы взяли?
– Он сам сказал. Под действием Веритасерума.
Вальбурга покачала головой и, не глядя на домовика, приказала:
– Сириус, принеси Омут Памяти. Некоторые вещи надо видеть.
Блэк в очередной раз удивил Северуса, когда не стал пререкаться, а сходил за массивной каменной чашей.
– Покажи мне свои воспоминания, Северус.
Ему никогда не приходилось делать такого раньше, но, разбираясь в ментальных практиках, Северус немного представлял последовательность действий. Он коснулся виска кончиком палочки и принялся сосредоточенно вспоминать произошедшее, после чего потянул это воспоминание, слегка накручивая его на палочку. Кажется, получилось, потому что когда лёгкая дымка соскользнула в наполненную водой чашу, гладкая поверхность на мгновение вспенилась, а потом замерцала.
Вальбурга удовлетворённо кивнула и, шагнув к чаше, опустила лицо в воспоминания. Северус уставился на Блэка, лишь бы только не видеть съёжившегося на полу Кричера. Отвратительное зрелище! Не приходилось даже сомневаться, что после увиденного леди Блэк захочет лично отрезать голову этому проклятому домовику и украсить ею лестницу. В назидание остальным. Блэк хищно щурился, разглядывая домовика, словно планируя разделать его прямо сейчас, и под его взглядом Кричер словно становился ещё меньше, вжимаясь в пол.
Казалось, леди Блэк просматривает воспоминание снова и снова, и Блэк, наверное, чтобы скоротать время, взял два кухонных ножа и принялся тереть их друг о друга с ужасающим лязгом. Северус на мгновение даже пожалел домовика, представив себя на его месте, но потом вспомнил, чего тот замышлял, и порадовался, что злобное создание получит по заслугам.
Наконец Вальбурга выпрямила спину и с интересом принялась разглядывать домовика. Северус ждал, когда она начнёт говорить, гадая, ограничится её приговор просто смертью, или она придумает что-то особенное. Однако леди опять удивила.
– Кричер, – преувеличенно ласковым голосом начала она. – А когда ты успел выучить парселтанг?
Что?! При чём здесь язык змей? Интересно, конечно… чисто академически, но… Однако вопрос оказал на домовика странное воздействие: он побледнел и отчаянно забился в путах, пытаясь вырваться, но не сказать ни слова. Веритасерум не дал ему такой возможности.
– Это наследие самого Слизерина…
Что за чушь?! Лучше всех удивление выразил Блэк, уронивший сразу оба ножа себе на ногу. Вальбурга одним взмахом палочки залечила колотые раны и отбросила прочь острые лезвия. Больше она не отвлекалась.
– Как к тебе попал медальон Салазара Слизерина?
– Я забрал его у Хепзибы Смит.
– Ты её убил?
– Нет. Я наложил Империус на её домовика, и тот добавил яд в её какао.
Но домовики не могут накладывать непростительные! Хотя и врать под действием Веритасерума тоже не могут… Северус чувствовал себя так, словно попал в дурной сон и никак не мог проснуться. Зато Вальбурга явно задавала эти вопросы неспроста.
– Ты хотел убить Гарри?
– Да.
– Почему?
– Из-за Пророчества.
– Сейчас ты хочешь его убить?
– Нет.
– Почему?
– Трелони – шарлатанка.
Северус чувствовал, как медленно стекает по его спине капля холодного пота. Его догадка была слишком безумной, чтобы быть правдой.
– Что произошло в доме Поттеров?
– Аваду отразили Щитовые чары.
– Этого не может быть!
– Именно так всё и было.
– Сколько ты сделал хоркруксов, Том?
Кричер зажмурился, и сквозь силу ответил:
– Пять.
– Зачем?
– На осуществление моих планов не хватало одной жизни.
– Почему ты не остановился на одном?
– Чтобы предусмотреть всё.
– Ты идиот, Том.
– Наверное.
– Кричер жив?
– Да.
Северус с отчаянием взглянул на Блэка, ожидая, что он сейчас рассмеётся и начнёт рассказывать о розыгрыше – Блэки ведь такие шутники! – но тот только переводил потрясённый взгляд с Кричера на Вальбургу, да беззвучно открывал рот. Очевидно, что слов у него не осталось… как и понимания происходящего.
– Как ты планируешь вернуться?
– Есть ритуал…
– «Кость отца, плоть слуги и кровь врага»?
Что за бред? Но домовик явно отлично понимал Вальбургу.
– Да.
– Тебе нужен помощник… – леди Блэк поправила причёску: – Он у тебя есть?
– У меня много последователей… – домовик, кажется, забыл, что он избитый и связанный лежит на полу.
– Чушь! Мало того, что этот ритуал лишь завершит разрушение души – никто из твоих последователей тебе не помощник.
– Почему?! – домовику почти удалось привстать.
– Потому что те, кто сможет достойно провести этот ритуал, знают про хоркруксы, и им не нужен сумасшедший повелитель!
Блэк, наконец, не выдержал и сорвался:
– Что здесь происходит?! Кто он?!
– Том Марволло Риддл, – усмехнулась Вальбурга. – Известный вам под именем лорд Волдеморт.
========== 22 ==========
Где-то у окна жужжала муха и очень сильно мешала сосредоточиться. Вальбурга ходила по комнате, о чём-то размышляя. Кричер, по-прежнему связанный, сидел в кресле и таращился на неё, не отводя взгляд. Ещё бы… хотя какой он теперь Кричер? Правда, и Лордом его назвать язык бы не повернулся. М-да… ситуация… и что теперь делать?
– Чтобы все присутствующие, – Вальбурга отчего-то посмотрела на сжавшегося домовика, – понимали происходящее, я расскажу про хоркруксы. Мои слова вы легко можете проверить, получив доступ к тайной секции фамильной библиотеки.
Леди Блэк начала с цитаты книги, которая была явно слишком хорошо известна бывшему Тёмному Лорду, потому что он неловко заёрзал, но не сказал ни слова. Северус слушал, замирая от ужаса, щедро замешанного на восхищении. Подумать только – решиться на бессмертие! Однако чем больше Вальбурга рассказывала про свойства хоркруксов, тем кошмарнее казалась эта дерзкая идея. И бессмертие получалось фальшивым, и цена за него – ужасающе огромной.
– Деление души на столько частей делало её уязвимой, разрушая личность, а проведённый ритуал возрождения делал эти разрушения необратимыми, а восставшего человека безумным.
Вальбурга продолжила кружить по комнате, нервно дёргая нитку бус до тех пор, пока её не разорвала. Крупные жемчужины разлетелись по комнате с барабанной дробью, и Северус почувствовал, как его сотрясает дрожь. Наверное, нервная…
– Кроме того, существует ещё ограничение. Семь – магическое число… ты помнишь это, Том? – Вальбурга сжала кулаки, глядя на притихшего домовика. – Если число хоркруксов достигло семи, человека уже не спасти. Сколько их у тебя?
– Пять. Я же говорил… – в скрипящем голосе Кричера послышались нотки паники.
Северус не мог себе представить Тёмного Лорда таким… напуганным… почти сломленным… почти человеком…
Вальбурга перевела взгляд с Северуса на Блэка и обратно.
– Что будем делать?
– А что здесь делать-то? – взвился Блэк. – Пристукнуть его, и дело с концом! И домовик этот никогда мне не нравился…
Вальбурга терпеливо дослушала и невозмутимо сказала:
– Хорошо, Сириус. Мы его убьем. Но не забывай про пять хоркруксов…
– Четыре, – поправил Блэк. – Один у нас, и мы его тоже уничтожим.
– Реликвию Основателей Хогвартса? – Вальбурга недоумённо подняла бровь. – Как скажешь. Только есть одна проблема. Когда я поняла, что это хоркрукс, я провела один нехитрый анализ…
Леди Блэк положила на столик серебряный медальон и достала из рукава узкий фиал с зельем.
– Это Веритасерум, – пояснила она, капая на медальон прежде, чем сделать над ним хитрый пасс палочкой.
Капля зелья вскипела, поднимаясь струйкой дыма, которая тут же распалась на шесть частей.
– И что это значит? – пожал плечами Блэк.
Северус вздрогнул под проницательным взглядом Вальбурги и предположил:
– Хоркруксов шесть?
– Этого не может быть! – бывший Кричер затряс головой. – Создать хоркрукс не так просто… это невозможно. Ты ошибаешься…
– Неужели? – усмехнулась Вальбурга. – И что такого невозможного надо сделать для создания хоркрукса?
– Убить. При этом убийство не должно быть окрашено никакими эмоциями – полная сосредоточенность на принесении жертвы. Ну и, конечно же, поместить отколотый от целого кусок души в подходящий сосуд.
– «Принесении жертвы», говоришь? – Вальбурга нехорошо прищурилась. – Тебе подсказать, когда ты в последний раз приносил жертву?
Словно во сне Северус наблюдал, как Блэк соскочил со стула и заорал:
– Только не это! Ты использовал смерть Лили, чтобы сделать ещё один хрукс?
– Хоркрукс, – машинально поправила Вальбурга.
– Плевать! Я переверну вверх дном весь их дом и найду, куда ты засунул кусок своей жалкой душонки…
Бывший Кричер сжался, а Северусу стало так больно, словно он ещё раз потерял Лили… получается, она умерла, чтобы жил он? В звенящей тишине слова Вальбурги прозвучали оглушительно:
– Скажи, Том, а ты слышал о живых хоркруксах?
Северус почувствовал, как затряслись руки, и изо всех сил сцепил пальцы. Неужели Гарри? Невинный ребёнок вполне мог стать вместилищем души… может быть, он именно поэтому и выжил после Авады, и никакие Щитовые чары ни при чём… А Вальбурга хладнокровно продолжила:
– Это могло объяснить и то, что ты не смог покинуть дом Поттеров… и то, что твою душу не смогли принести в жертву во время ритуала начинающие экзорцисты…
– Это невозможно…
– И это ты будешь рассказывать мне? О невозможном?
Северусу показалось, что Вальбурга намекает на что-то ему неизвестное, но заговоривший домовик отвлёк его от этого ощущения.
– Я не чувствовал себя привязанным к дому Поттеров, хотя поначалу мне показалось забавным наводить кошмары…
– Ах ты, дрянь! – севший было Блэк снова вскочил.
– Сириус, уймись, – Вальбурга вцепилась в его плечо так, что побелели пальцы, и с силой посадила на место.
– Я не чувствовал себя привязанным, – повторил бывший Кричер. – Но меня словно куда-то тянуло… особенно, когда дом остался пустым. Я был всего-навсего бесплотным духом и не имел свободы передвижения, но я сумел зацепиться за мантию… каково же было моё удивление, когда он, – лёгкий кивок в сторону Блэка заставил того скрежетать зубами, – привёл меня туда, где я так жаждал оказаться. К предателю.
Северус вновь испытал приступ злости. К предателю, значит? Действительно, такого Тёмный Лорд бы не простил… особенно после нескольких Круциатусов, на которые Северус был так щедр. Теперь ему хотелось заткнуть уши, не слушая эти оправдательные россказни, и объединиться с Блэком, чтобы убить выжившего гада. Сквозь шум в ушах Северус плохо слышал, что бывший Лорд говорил про Дамблдора, и сумел взять себя в руки, только когда тот заговорил о последних событиях.
– Я не смог их остановить, когда они начали подготовку к этому дурацкому ритуалу. Книгу я узнал, и поначалу мне было смешно наблюдать за их приготовлениями… ровно до тех пор, пока я не понял, что на роль жертвы прекрасно подойду я сам…
– Невелика потеря, – зло прошипел Блэк.
– Мне так не казалось. Я потратил последние силы, чтобы разбить это дурацкое зеркало, и пресечь глупость. Если бы появился демон, вам бы не понравилось… они совершенно неуправляемы и всегда голодны… но это лирика…
Странно, но теперь в избитом домовике Северус видел Тёмного Лорда: могущественного и смертельно опасного… а тот продолжал:
– Я снова ощутил себя, когда почувствовал приближение магического существа. Что делал домовой эльф на пепелище, меня не интересовало, самое главное, что мне удалось приблизиться к нему и…
– Стать ещё большим паразитом, чем при жизни, – подсказал Блэк.
Зная Лорда, Северус ожидал вспышки гнева, но Блэк получил в ответ только ироничную усмешку:
– Я не думал, что это тело окажется для меня ловушкой… я планировал захватить над ним контроль, найти кого-нибудь из своих верных сторонников, а остальное должно было стать делом техники…
– Но что-то пошло не так… – Северус не узнал собственный голос.
Бывший Лорд с интересом взглянул на него:
– Очевидно, не так… всё началось тогда, когда я обнаружил, что привязанность к дому и хозяевам – совершенно непреодолимая вещь. Домовик перестал сопротивляться, но я всё равно не мог по своей воле покинуть дом или ослушаться приказа…
– Постой! – просиял Блэк. – Получается, что всё это время ты стирал мои трусы? Сам Тёмный Лорд? Тот, кого нельзя называть?
Удивительно, как быстро Блэк может всё вывернуть наизнанку. Такое Северусу и в голову не приходило… а Блэк не унимался:
– И унитаз драил… и постель перестилал… и подглядывал, как я в душе дрочил!
– Сириус! – возмущению леди Блэк не было предела.
– Maman, не волнуйтесь! Он оказался не таким уж извращенцем и сразу же оставил меня одного… а вот настоящего Кричера такие вещи не смущали…
– Сириус!
– Ладно-ладно… пощажу вашу психику, – усмехнулся Блэк. – Но мне же никто не поверит…
– Сириус! Мы обсуждаем серьёзные вещи, а ты…
– А я тоже думаю о серьёзном! Например, на фига нам думать про живые хоркруксы, если мы не считали его?
– Кого?
– Смотрите, маменька, пять хоркруксов где-то лежат – не важно, где, не о них сейчас речь! – а шестой кусочек притаился в нашем старом добром Кричере! Вот всё и сошлось!
Северус обрадовался. Получалось логично: пять и один… всё правильно! Можно выдохнуть и не бояться за Гарри. Только вот почему хмурится леди Блэк? Или ей просто жалко убивать Кричера?
– Сириус, я не буду нагружать тебя теорией. Просто научу распознающему заклинанию. Оно довольно сложное, но ты справишься… – Вальбурга взглянула на Северуса. – Тебе это тоже будет полезно.
При наличии настоящего хоркрукса заклинанием они овладели быстро, и Северус с замиранием сердца стал ждать задания леди Блэк проверить Гарри, поэтому, когда она заговорила, внутренне сжался.
– Гарри сейчас у Андромеды…
– Маменька, ты навещала одиозную племянницу? Как ты могла?! – фальшиво рассмеялся Блэк, но Северус почувствовал его радость.
– У меня не было выбора, а она неплохо общается с ребёнком. С этим ребёнком, – Вальбурга нахмурилась. – Поэтому я предлагаю проверить второго выжившего в том доме.
Блэк побледнел:
– Надеюсь, что ты ошибаешься…
– Я тоже. Идите вдвоём, я прослежу за Томом.
Северус почувствовал себя просто отвратительно, когда направил палочку на пребывающего в блаженном беспамятстве Поттера и произнёс слова заклинания. Когда всё получилось, он беспомощно оглянулся на Блэка:
– Давай теперь ты…
Результат Блэка оказался точно таким же. Неутешительным. На кухню они возвращались притихшие, совершенно не зная, что делать. Вальбурга словно заранее знала результат:
– Да?
– Да! – удручённо подтвердил Блэк.
– Что возвращает нас к первоначальному вопросу. Что будем делать?
========== 23 ==========
Северус когда-то читал, что безвыходных ситуаций не бывает, но самому убедиться в правдивости этой гипотезы у него никогда не получалось. Вот и сейчас: представить, что для того, чтобы уничтожить Лорда, надо убить заодно и Поттера, не получалось. Раз и навсегда разобраться с бывшим Лордом чесались руки, а толку? Даже пожертвовать реликвиями было допустимо, хотя и безумно жаль, а вот подходить к бессознательному Поттеру с Авадой… или ещё хуже, сжигать его Адским пламенем… Северус поёжился, а Блэк озвучил его мысли:
– А как извлечь хоркрукс из живого человека?
– Исключительно магией секса, – ядовито отозвалась Вальбурга.
Бр-р… даже представлять такое не хотелось.
– Пока он в отключке? – уточнил Блэк.
– Разумеется, нет! Уймись уже, Сириус. Сначала нам надо собрать остальные хоркруксы…
– И отдать ему? – вскинулся Блэк.
– И попробовать соединить раздробленную душу.
– Тоже магией секса?
Блэк кровожадно потёр руки, а домовик ещё больше сжался. Вальбурга устало покачала головой:
– Нет. Для этого Том должен раскаяться и пережить те же боль и ужас, что и его жертвы. Это очень мучительно, но это единственный выход.
– А тело? – просипел Кричер. – Где взять тело?
– То есть ты согласен? – прищурилась Вальбурга.
– Это единственный приемлемый выход.
– Мы что, сейчас простим ему всё и поможем переродиться?
Северус полностью разделял возмущение Блэка и, подтверждая это, медленно кивнул, поймав вопросительный взгляд Вальбурги. Возрождать Тёмного Лорда, чтобы тот снова взялся за старое, было… бесперспективно. К тому же Повелителя отличала редкая злопамятность и любовь к показательному возмездию, что лишь подстёгивало желание Северуса избавиться от проблемы, пока она не стала чрезмерно большой. Вальбурга сдавила пальцами виски:
– Во-первых, перерождение будет носить неформальный характер и окажет влияние на личность Тома.
– Точно. Он начнёт кормить бездомных кошек и займётся благотворительностью!
– Сириус, не мог бы ты немного помолчать?
– Мог бы! Но я ему не верю!
– Тебя никто не просит верить! – Вальбурга начала терять терпение. – Я знала Тома до того, как он увлёкся совершенно идиотскими экспериментами, и помню его смелые идеи, острый ум и выдающуюся магическую силу. Только потому я не стала возражать, когда Регулус решил примкнуть к его сторонникам. К несчастью, сын не доверился мне, когда узнал про хоркруксы, про существование которых рассказывала ему я… и предупреждала о страшной участи сотворившего…
Северус слушал тихий голос Вальбурги и поражался её хладнокровию. Хотя, может быть, она уже многократно оплакала сына и смирилась с его смертью. То, что она говорила про Лорда, отзывалось в душе болью. Именно за таким человеком Северус хотел бы пойти, но слишком хорошо помнил собственное разочарование. Не могло же создание хоркруксов так повлиять? Или могло? И какова вероятность, что при соединении кусков души появится именно тот человек, которого знала Вальбурга? А вдруг что-то пойдёт не так? Душа ведь – очень тонкая материя, и никто не может сказать, как в ней должны сложиться осколки, чтобы стать целым.
– Итак, Том, ты же понимаешь, что наша помощь тебе не бескорыстна?
– Да, леди Блэк. Я жду, что вы назовёте свою цену.
Домовик держался с поразительным достоинством, и Северус подумал, что слишком давно не видел Лорда таким. Последний год он пребывал в крайне скверном настроении, которое совершенно не стремился сдерживать.
– Хорошо. Для начала ты пообещаешь, что посвящённые в твою тайну станут для тебя неприкосновенными. Ты ни при каких обстоятельствах не причинишь им вреда.
– Леди говорит о присутствующих?
– Да.
– Клянусь!
Потрясённый Северус не поверил глазам, когда увидел алые ленты Обета, связавшие запястья леди Блэк и её домовика. Без палочки! Действительно силён…
– Хорошо, – Вальбурга довольно потёрла руку. – Мне нравилась твоя первая политическая программа. Та самая, которая привела к тебе сторонников. Ты же не собираешься обмануть всех этих людей ещё раз?
Улыбка на губах домовика выглядела дико.
– Нет.
– Тогда я бы хотела видеть в ней пару пунктов о правах женщин. В частности, снять дурацкие ограничения на получение звания Мастера, и поощрять за труд вне зависимости от гендерного признака. Исключительно за выполняемую работу.
Северус не считал эти вопросы такими уж интересными – в программе Лорда было много пунктов об отмене запретов на изучение некоторых разделов магии, что гораздо важнее, – но должна же Вальбурга получить что-то для себя? Тем более что Лорд, кажется, был согласен на всё. Да и его клятва о непричинении вреда выглядела очень солидно.
– Стоп-стоп-стоп! – вмешался неугомонный Блэк. – Теперь у нас получается какой-то политический союз…
– Да. И чем ты недоволен? – иронично улыбнулась Вальбурга.
– Но тогда мы лишаемся домовика! Maman, а как же стирка? Уборка? Еда, наконец?!
И дались Блэку его чистые трусы! Когда речь идёт о таких глобальных переменах. Однако леди Блэк очень серьёзно восприняла слова сына.
– Кто занимался хозяйством в доме Северуса?
– Мы… но… – встрепенулся Блэк.
– Следовательно, вам это под силу.
– А он будет прохлаждаться и лелеять свою разбитую на хрен душу? – Блэк указал на связанного домовика.
– Почему же? Он разделит эти обязанности с вами.
– С нами?! А вы, maman?
– Для меня найдутся дела посерьёзнее.
– А я отвратительно готовлю! – не унимался Блэк.
– Это всего лишь вопрос практики… Сириус, мы сейчас обсуждаем более важные вещи.
– Это вы так говорите, потому что не варили кашу и не стирали трусы в холодной воде!
С трусами у Блэка явно был какой-то пунктик. Он попытался рассказать про уборку и про крошки в постели, но Вальбурга прервала его, сначала потребовав развязать Кричера, потом сварить кофе, а после – просто сообщив о том, как тяжело жилось первобытным людям в пещерах. Кажется, Блэк обиделся на Северуса, что тот его не поддержал. Хоть это было глупо. Когда домовик достаточно размял опухшие руки и лодыжки, они все уселись за стол, чтобы выработать план дальнейших действий. Северусу выпала почётная обязанность записывать. Хотя… не Вальбурге же таким заниматься? Да и Блэк пишет как курица лапой – потом не разберёшь, а домовики и вовсе к письму не приспособлены…
Когда этот безумный день закончился, Северус почитал на ночь Гарри сказку и на цыпочках вышел из его комнаты, на всякий случай наложив Охранные и Оповещающие чары. Как всё-таки хорошо, что хоркрукс не попал в ребёнка! Из взрослого человека достать такую гадость наверняка проще. Северус тихо дошёл до своей комнаты и уже предвкушал, как вытянется на удобной кровати, когда услышал:
– Т-ш-ш! Есть разговор!
Блэк – собака такая! – сидел на его кровати и поглаживал бутылку огневиски.
– Тебе выпить не с кем?
– Поговорить, Снейп… только поговорить.
Разговаривать Северусу совершенно не хотелось, как, впрочем, и пить, но любопытство было сильнее.
– Так говори!
Блэк запер дверь в комнату, наложив на неё кучу чар, чем заслужил уважительный взгляд. Потом он наколдовал два бокала, один из которых сунул в руки Северуса, а второй оставил себе.
– За здоровье!
Тост показался Северусу странным, но ведь его произносил Блэк.
– За здоровье!
Они выпили, потом повторили, потом Блэк достал пачку сигарет, из которой Северус зачем-то вытащил одну и закурил. Можно было переходить к делу.
– Чего ты хотел, Блэк?
Тот вздохнул, затянулся и нехотя начал:
– Понимаешь, Снейп, мы с Джеем друзья.
– Допустим. И что?
– А тут хоркрукс…
Северус всё ещё не улавливал связи.
– И что?
– Что-что… ты же слышал про магию секса?
– Вальбурга шутила, – уверенно сказал Северус.
– Ты её плохо знаешь… маменька никогда не шутит… вообще…
– И что?
– Что ты знаешь про магию секса?
– Честно? – Северус выпустил дым в лицо Блэка.
– Да! Честно!
– Это всё чушь!
– Нет, Снейп… всё-таки ты не настоящий тёмный маг. Даже я знаю азы кровной магии и наслышан о ритуальных совокуплениях на алтаре.
– На каком алтаре?
– Каком-каком… каждый уважающий себя Род имеет ритуальный зал. Там в центре алтарь… сводчатый потолок, всё в камне… много свечей… пентаграмму можно нарисовать, какую надо… – Блэк задумчиво затянулся и продолжил: – И вот на этом алтаре, в центре пентаграммы, и делают это…
– Что «это»?
– Снейп, ты как девственник! – Северус обиженно поджал губы, подбирая ответ пообиднее, а Блэк продолжил: – Только не рассказывай, что не участвовал в оргиях.
– Каких? – от неожиданности Северус стряхнул горячий пепел себе на колени и зашипел от боли.
– Пожирательских. Все про них знают.
– Кроме меня, – Северус отпил огневиски. – Врут всё! Не было никаких оргий.
– И новеньких, скажешь, никто не трахает?
– Исключительно в мозг.
Блэк разочарованно хмыкнул:
– А я-то думал…
– Не знал, что ты умеешь.
– Но я не об этом… в общем… я не смогу.
– В оргии поучаствовать? – ехидно предположил Северус.
– Это-то как раз легко… как два пальца… я Джея не смогу…
– Чего не сможешь?
– Трахнуть не смогу! На алтаре…
Северус с трудом отогнал картину извивающихся в центре пентаграммы Блэка с Поттером. Видение никак не хотело уходить, отдаваясь в ушах сладострастными стонами.
– Почему не сможешь?
– Он мне как брат… понимаешь… ну, как мы с ним потом будем? Это же катастрофа… всё понимаю… но не могу…
– Так ты, Блэк, ко мне, что ли, пожаловаться пришёл?
– Нет. Попросить.
– Попросить? Чего? Свечку подержать в углу пентаграммы?
Блэк налил себе полный стакан огневиски и выпил его за три глотка, как воду, после чего выдохнул:
– Трахни его ты… а?
========== 24 ==========
Блэк давным-давно ушёл, а Северус всё никак не мог успокоиться и перестать думать об их безумной договорённости. А самое главное, он никак не мог понять, как получилось, что он согласился. Даже если учесть, что Блэк наговорил ему кучу лестных слов, Северус и представить не мог себя… с Поттером. Вообще не мог! Никак! Наверное, решающими были слова Блэка: «Ну, не позволим же мы… Кричеру!» Ни Кричеру, ни, тем более, Лорду позволять не хотелось, но и признаваться Блэку в своей безграмотности Северус не собирался. Особенно в таком деликатном вопросе. В конце концов, существует масса литературы на эту тему… у магглов точно… Северус сам видел журналы…
