Текст книги "Империум. Книга 4 (СИ)"

Автор книги: Findroid

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 25

Вначале Владислава рассказала немного о Чаще. Кое-что я уже слышал от Лилии, кое-что было для меня в новинку, но одно ясно: Чаща – очень старая организация, которая выискивает магов и дает им укрытие.

– В лучшие времена нас было более пяти сотен, но прятать такое количество людей становится сложно, да и наша магия ограничена, – рассказывала женщина. – Когда магов слишком много, теряю силы и я, и они, так что… как бы печально это не было признавать, мы не можем всех спасти.

– А как их стало меньше? – спросила Юлианна. – Они же не просто взяли и ушли.

– Если речь про то время… то мы хотели попытаться пересечь Волгу и уйти в леса Сибири, но все, кто туда отправились, сгинули. Те земли запретны, и никому туда нет хода.

– Это я уже много раз слышал, но так и не понял почему, – зацепился я за эту информацию.

– Почему? Да потому что там обитает само зло, – поежилась Владислава. – Когда побываешь там, в глубине, ты очень быстро поймешь, о чем я.

Несмотря на все мое любопытство, Владислава всем своим видом показывала, что продолжать эту тему не собирается. Осталось досадливо вздохнуть и перевести беседу на более насущные проблемы.

– Ваше предложение, барон… прошу прощения, князь, очень интересно, – ответила Владислава, когда я прямо предложил Чаще перебраться в мои земли. Им даже не обязательно переселяться именно в Вольнов, я был бы не против и просто варианта поближе, лесов хватает. – Но вы так же должны понимать, что нам важна независимость. А ещё, – женщина сделала небольшую многозначительную паузу, – меня крайне тревожит ваше сотрудничество с врагом.

– Я всецело понимаю вашу настороженность, но пока что все действия Карла говорят о том, что он на моей стороне. Я допускаю возможность, что всё это уловка, и использую её для собственного усиления.

– Не оценивайте Карла Даммерхэрена слишком высоко, он никто в своем клане. Бастард, который возвысился после смерти Астольфа. Его старший брат Фридерик спит и видит, чтобы избавиться от него и забрать территории.

– И тем не менее, пока что Карл мне полезен, – пожал я плечами.

Владислава несколько мгновений изучала меня своим древним взглядом, словно пытаясь понять, говорю я правду или просто то, что она хочет услышать. Наконец она медленно кивнула.

– Прагматичный подход. Возможно, именно такой нам сейчас и нужен.

Женщина поднялась со своего места и прошлась по беседке, касаясь пальцами свисающих ветвей. Те отзывались на её прикосновение, слегка покачиваясь.

– Чаща действительно в опасности, – произнесла она наконец. – Мракоборцы нашли нас, и пусть мы отбились, это лишь вопрос времени, когда они сюда проникнут. Их блокираторы магии делают мою защиту бесполезной.

– Да, Лилия нам рассказала про ваши линии обороны, – кивнул я.

– Тогда вы понимаете, что нам нужно уходить. Я давно размышляла над таким вариантом, но этот лес был самым долгим нашим убежищем, и по определенным причинам его обходили стороной люди Клана Ночи. Поэтому ваше предложение весьма своевременно. Земли Вольнова далеко от центральных владений клана, ваши лампы способны сдерживать демонов, а ваша сила… – она чуть помедлила, – впечатляет. То, что вы сделали в Запольском, в одиночку противостоя двум одержимым… действительно впечатляет. Обычно для убийства таких тварей используют очень большие элитные отряды специальных орденов.

– Так вы согласны?

– Я согласна рассмотреть этот вариант, – поправила Владислава. – Но перенос Чащи – это не просто какой-то сбор вещей и переезд. Это полноценный сложный ритуал, требующий времени и сил.

Она вернулась к столу и села напротив меня, сложив руки перед собой.

– Позвольте объяснить. Чаща – это не просто место, это живой организм, связанный с Единой матерью. Я не могу просто вырастить новое поселение где захочу. Мне нужна точка связи между старым домом и новым.

– Вроде якоря?

– Скорее, семя, – Владислава чуть улыбнулась. – Особое семя, несущее в себе частицу силы Единой матери. Оно должно быть посажено в новом месте и пробуждено большим количеством маны. Тогда я смогу постепенно перенести защиту, вырастить новое убежище и даже открыть прямой проход, соединяющий старую и новую Чащу.

– Вы умеете открывать порталы? – изумился я.

– Скорее, тропу для небольшого количества людей. И чем больше магии было влито в семя, тем дольше эта тропа остается открытой. Это ещё одна причина, почему нас становится меньше. Некоторым приходится остаться на старом месте и пытаться своими силами добираться до новых земель. Увы, это удается лишь единицам.

– Звучит не слишком сложно, – заметила Ксюша.

– Сложность в другом, – Владислава покачала головой. – Семя не может нести обычный человек. Оно требует постоянной подпитки маной, иначе погибнет в пути, а вырастить новое займет годы. И если для переноса сгодится сколько-нибудь средней силы маг, то вот для проращивания маны нужно много. Поэтому… – она устало вздохнула, а во взгляде мелькнула печаль, – поэтому чаще всего тот, кто проращивает семя, погибает. Ему просто не хватает маны для этого, поэтому он использует жизнь.

– Стойте, тот, кто прорастит семя, умрет? – вмешалась Юлианна, ошарашенная таким заявлением.

– Необязательно, просто у нас нет магов с силой, способной на такое, но… – взгляд Владиславы задержался на мне и стал цепким, – вы, князь, очень сильный маг. Я бы даже сказала, что не встречала таких сильных магов за всю свою жизнь. Вам вполне по силам доставить семя в новое место и прорастить его.

– И в чем подвох?

– Говорю же, нужен сильный маг, без этого никак. В хорошие годы переносом занимаюсь я сама, но не когда на пороге мракоборцы и демоны мрака. Сейчас я нужна тут, а лучшей кандидатуры, чем вы, нам не подобрать.

– В таком случае я вряд ли могу отказать, – ответил ей, а сам не мог отделаться от подозрений. Мне все ещё казалась странной та битва в Запольском, но и прямых доказательств по отношению к лидеру Чащи у меня не было.

– Замечательно, князь. В таком случае, следуйте за мной.

Женщина двинулась к выходу из беседки, и мы последовали за ней. Уже через пару минут поселение осталось позади, и вскоре мы углубились в лес по тропе, которая формировалась прямо под ногами Владиславы.

Шли мы молча. Я размышлял о предстоящем ритуале, прикидывая, сколько маны потребуется на подпитку семени в пути. Юлианна держалась рядом, положив руку на рукоять кинжала на поясе. Ксюша замыкала процессию, то и дело оглядываясь по сторонам и словно к чему-то прислушиваясь.

Лес вокруг стремительно менялся. Деревья становились старше, их стволы – толще, а кроны – гуще. А ещё воздух постепенно наполнился сладковатым ароматом, от которого слегка закружилась голова.

– Уже близко, – произнесла Владислава, не оборачиваясь.

И действительно, вскоре деревья расступились, открывая поляну, на краю которой наша троица на пару секунд задержалась.

Цветы. Тысячи и тысячи цветов, покрывавших землю сплошным ковром. Они были крупными, размером с тарелку, с лепестками всех оттенков фиолетового, от бледно-лилового до почти черного. Никогда таких не видел, и кажется, тот сладковатый аромат исходил именно от них.

– Что-то не так? – спросила Владислава, заметив, что мы остановились. Тропинка, по которой она нас вела, тянулась к огромному и очень старому дереву, растущему в центре поляны.

– Нет, – ответил ей, но сам продолжал ощущать что-то странное в воздухе.

Мы все-таки двинули дальше за ней, но с каждым шагом я продолжал ощущать нечто странное. Меня начало слегка вести, и тогда я понял, что все это – еще одна большая ловушка. Владислава продолжала идти через поле как ни в чем не бывало.

Триплексы от воздействия моей силы ожили, метнулись к женщине и оплели её шею цепью острых зубцов.

– Князь… – она замерла и осторожно потрогала то, что окружило её горло. – Что вы…

Юлианна в этот момент пошатнулась и упала на колени, хватаясь за голову.

– Ростислав… Мне что-то… нехорошо…

– Убери «это», – приказал я лже-эльфийке, – или клянусь, до того, как потерять сознание, я отпилю тебе голову.

– В таком случае вы и сами навсегда останетесь тут, – Владислава повернулась, и в её глазах не было страха. – Это посмертные цветы, они усыпляют, но если вдыхать их аромат слишком долго, то уснешь навсегда. Для меня они безвредны, но если убьете меня, не найдется никого, кто бы мог вас вытащить, князь.

– Значит, это всё ловушка… Ты сговорилась с Кланом Ночи.

– Мне не оставляют выбора, князь. Если бы вы пришли раньше, то разговор был бы другим. Сейчас же мне сделали предложение, от которого я не могу отказаться. Вы в обмен на нашу свободу. Клан Ночи не станет преследовать Чащу и позволит нам уйти, если мы поможем им заполучить вас.

– И вы им поверили? – фыркнул я.

– Это предложение сделал сам Древний через своего сына, а он не нарушает слов. Сто лет мира, сто лет нас не будут преследовать и искать. Я вас уважаю, даже немного восхищаюсь вашими талантами и амбициями, но я слишком долго живу на этом свете и повидала многих смельчаков, пытающихся сражаться с Кланом Ночи, и понимаю, что вам не победить.

– Один вопрос: я нужен им живым или мертвым?

– Живым, и если вы уберете эту штуку и смиренно примите свою участь, я не сдам ваших друзей. Я позабочусь о них. Клану нужны лишь вы.

Я бы мог отрезать ей голову, прикончить прямо сейчас, но та часть разума, что ещё могла здраво соображать под действиям цветочной пыльцы, понимала, что это худший вариант из возможных. Тогда мы действительно останемся тут все вчетвером, а значит, самый логичный исход из ситуации – сдаться.

– Что ж, ты обещала, – напомнил ей, гневно смотря на женщину. – Я сдамся, – и притянул триплексы к себе, но убрал их не в пространственную сумку, а превратил в пару черных изящных браслетов, очень крепко обхвативших руку. Так, чтобы их нельзя было снять. – Но вы потом пожалеете, Владислава, и поймете, что поставили не на ту лошадь.

Я злорадно ухмыльнулся.

После этого у меня уже не осталось сил стоять. Я упал рядом с Юлианной, которая уже отключилась. Ксюша ещё пыталась бороться, даже, кажется, задействовала свою силу, чтобы избавиться от пыльцы, но бесполезно, цветов вокруг нас было слишком много. Мысли рассыпались, я чувствовал, как теряю сознание, и был бессилен что-либо с этим сделать. Но я четко знал, что это ещё не конец и Владислава совершила ошибку.

* * *

Проснулся я побитым. Видимо, кому-то очень захотелось дать бессознательному мне несколько смачных пинков. Возможно, даже ребра сломали, но бывало и хуже. В данный момент я был один, заключенный в какую-то повозку, больше похожую на железный ящик на колесах. Руки скованы, ноги тоже, и цепи были продеты через дно повозки, чтобы я точно не сбежал. Ни сумки, ни каких-либо вещей, а самое худшее, что на шее был уже хорошо знакомый амулет, блокирующий магию.

Ситуация скверная, как нИ посмотри, но…

Я ухмыльнулся, заметив, что браслеты на руках никуда не пропали. Так… если я все правильно рассчитал… Ощупав их, я нашел небольшой скрытый механизм, активирующий триплексы. Браслет сорвался с моей руки и упал на пол, трансфомировавшись в небольшой предмет, который напоминал необычного вида отвертку, только со странным наконечником и парой кнопок. «Универсальный магический мультитул» – так я его обозвал, и он позволяет и металл немного резать, и схему конструкта подправить, но главное, для его использования не нужно магическое ядро – в питающем триплексе встроен маленький кристалл маны.

Так что, вооружившись инструментом, я принялся ковырять амулет-блокиратор. Провозился с ним пару минут, всё-таки схему изучил уже давно, мешало лишь то, что магического зрения я был лишен, приходилось буквально ломать схему методом тыка, но оно того стоило. Конструкт закоротило, меня ударило маной, обращенной в электрический ток, но несильно. Зато теперь я вновь могу использовать магию.

– Надо было вам брать меня мертвым, мракоборцы.

Глава 26

Первые дни в плену я потратил на изучение обстановки. Конвой действительно оказался внушительным и состоял почти из сотни воинов, из которых дюжины четыре – это воины Черного солнца, и четверо волхвов. Серьезные силы для одного пленника, но учитывая, что я якобы убил двух одержимых и вырезал целый гарнизон мракоборцев, их осторожность была понятна.

Моя тюрьма представляла собой железный короб на колесах, достаточно большой, чтобы встать в полный рост, но цепи были совсем короткие, и оставалось лишь лежать или сидеть. Цепи на руках и ногах крепились к полу, оставляя минимум свободы движений. Раз в день мне швыряли через небольшое окошко кусок черствого хлеба и флягу с водой. Ну а справлять нужду мне приходилось в мелкую дырку в дальнем конце подвижной темницы, добраться до которой с такими короткими цепями было тем ещё извращением. Но, хотя бы никто не пытался меня допрашивать или вроде того. Меня везли как груз, не как человека, и это было очень странно. Я даже оказался слегка разочарован тем, что никто не пытался меня запугать, пытать или что-то в таком духе. И нет, мне вовсе не хотелось этого, просто в таком формате мне словно чего-то сильно не хватало.

Сломанный амулет-блокиратор я спрятал под рваной рубахой на случай, если кто-то решит проверить. Со стороны всё выглядело так, словно он всё ещё работает. Заниматься тут было откровенно нечем, а повозка была старой, так что я не нашел ничего лучше, чем заняться тем, что у меня получалось лучше всего – артефакторикой. Я стал вытаскивать гвозди, которые плохо сидят, отрезал кусочки цепи, и все это использовал для того, чтобы изготовить новые триплексы. Мультитул в этом тоже очень помогал, позволяя расплавить небольшое количество металла, а дальше я уже мог сохранять его жидким и делать что угодно с формой и наполнением. Дело это было, мягко говоря, не быстрое, но других у меня всё равно не было.

А вот на третью ночь, когда отряд встал на ночлег, случилось нечто неожиданное. Я уже почти дремал, когда рядом со мной внезапно ожила тень и начала превращаться во вполне осязаемую фигуру. Я уже думал вбить триплексовый кол, наполненный солнечной энергией, в сердце гостю, но вовремя остановился.

– Это ты, Фломелия, – облегченно выдохнул я.

– Да, – улыбнулась вампирша. – Рада, что ты в порядке, даже не представляешь, как сложно было тебя найти. Готов убираться отсюда?

– Нет, – мотнул я головой. – У меня другие планы.

– В смысле? – нахмурилась она.

– Ты знаешь, куда меня везут?

– В Кёнигсберг, владения Карла Двенадцатого, хотя, скорее, во владения Фридерика.

– Именно, я хочу подобраться к нему и отрезать этой змее голову.

– Ты спятил. Фридерик очень силен, даже сильнее меня сейчас.

– Считаешь, что не справлюсь?

– Считаю, что это смертельно опасная авантюра. Но это может сработать.

– Вот и я о том, – кивнул ей и постучал пальцем по амулету на груди. – Он будет считать, что я пленник в цепях, лишенный магии, простой человек, с которым он может сделать всё, что угодно. Тогда-то я его и прикончу.

– В этом плане слишком много дыр, – не согласилась со мной Фломелия. – Но может сработать, да… Как ты избавился от амулета?

– Я артефактор, а эта штука, может, и выглядит проблемной, но и с ней можно разобраться, – я не стал рассказывать о том, как именно избавился от амулета. – Но раз ты тут, то мне кое-что нужно. Поможешь?

– Конечно, но нужно быть аккуратной. Тут есть волхвы, и пусть магия у них слабая, но они могут меня почувствовать.

– Понял, тогда… мне нужна моя сумка и вещи. Сможешь достать?

– Попробую. Ещё что-то?

– Передать моим весточку сможешь?

– С этим проблем не будет, они рядом.

– В смысле?

– Эта Владислава не стала скрывать, что сделала, прямо объявила поселению, что сдала тебя в обмен на мир с Кланом Ночи. Твои, разумеется, этого не поняли, но что-либо сделать не смогли. Она не стала удерживать их силой, разве что Ксению, слишком уж Владислава заинтересовалась её силой. Возможно, видит в ней замену.

– Получается, Ксюша осталась в Чаще?

– Да, но не похоже, что о ней стоит пока волноваться. Судя по тому, что говорят остальные, Владислава с неё пылинки сдувает.

– Ладно, это успокаивает. А остальные, значит, в порядке?

– Да, они отстают на день пути, а я слежу, чтобы не потерялись. Нужно передать что-то ещё, поконкретнее?

– Нет, только достань мои вещи.

Фломелия ушла и вернулась лишь через пару часов. Я рассчитывал, что она будет порасторопнее, но заказ был выполнен. Передо мной оказался револьвер, патронташ и маленький холщовый кошель, который на самом деле являлся пространственной сумкой. Да ещё и с привязкой, и любой чужак, открыв его, ничего не увидит, для них это просто кусок ткани с веревкой. Знакомый с артефакторикой быстро определит, что это, и даже теоретически может сломать привязку, но у местных даже с даром просто нет таких навыков и знаний.

Оттуда я достал блокнот с карандашом, набросал список всего необходимого и передал вампирше. У этой рыжей брови поползли вверх от моего заказа.

– Ты серьезно?..

– Полностью.

– Зачем тебе все это?

– Сделать оружие. У меня куча времени в запасе, и как раз есть пара задумок, до которых прежде не доходили руки.

– Рискуете вы, княже, – Фломелия покачала головой, посмеиваясь.

– В моем мире есть история про героя, который, сидя в плену, сделал боевого дроида из металлолома. Чем я хуже? – не удержался я от наглой ухмылки. – Тем более у меня есть это…

С этими словами я достал из пространственного кармана сразу три империумных камня, самых крупных из тех, что остались.

* * *

Дни потянулись размеренной чередой. Утром конвой снимался с места, и моя железная тюрьма начинала свой путь по разбитым дорогам. Тряска была адской, но я к ней привык и использовал это время, чтобы отдыхать, копить силы. Настоящая работа начиналась ночью.

Фломелия появлялась каждые два-три дня, принося заказанные материалы: медная проволока, серебряные монеты, куски железа, даже небольшой слиток свинца. И уж откуда она всё это доставала, я предпочитал не спрашивать. Вампирша была изобретательна и явно получала удовольствие от этой игры в контрабанду под носом у ничего не подозревающего Черного солнца.

Империумные камни оказались ключом ко всему. Концентрированная мана в кристаллической форме представляет собой идеальный источник энергии для того, что я задумал, более того, независимый для блокираторов магии. Главное было добавить особую защиту, схема которой мне также была известна.

В обычных условиях создание чего-то подобного заняло бы месяцы работы в полноценной мастерской. Здесь же, в тесной железной коробке, при свете крошечного магического огонька, мне приходилось импровизировать и раскрывать все новые грани моего металломантичного таланта.

И я импровизировал.

Каждую ночь я плавил металл, формировал новые элементы, соединял их в единую систему. Работа была кропотливой, требующей абсолютной концентрации. Один неверный контур, одна ошибка в схеме конструкта, и всё пришлось бы начинать сначала.

Но торопиться было некуда.

Две недели пути. Более, чем достаточно.

К исходу первой недели базовая структура была готова. Сотни крошечных триплексов, соединенных в сложную сеть, способную реагировать на мою волю как единое целое. Я тестировал её по ночам, заставляя отдельные элементы двигаться, менять форму, объединяться и разделяться.

На второй неделе занялся тонкой настройкой. Это было сложнее всего, нужно синхронизировать каждый элемент так, чтобы они работали в унисон, не мешая друг другу. Империумные камни пришлось разделить, встроив фрагменты в ключевые узлы системы, а не ставить как единый источник питания, как планировал изначально. Они стали чем-то вроде батарей, способных обеспечить энергией даже самые затратные функции.

Фломелия заскакивала временами ко мне и наблюдала за моей работой с нескрываемым любопытством.

– Никогда не видела ничего подобного, – призналась она во время одного из визитов, смотря, как я соединяю очередные элементы. – Это вообще что?

– Да так, сюрприз для Фридерика, мракоборцев и для любого, кто окажется рядом, – зловеще ухмыльнулся я.

К концу второй недели, когда до Кёнигсберга оставалось всего пару дней пути, я закончил. Результат моих трудов был компактным и без труда помещался в пространственный карман.

Последнюю ночь перед прибытием я провел в странном спокойствии. Всё было готово, оставалось только ждать. Единственное, чего не хватало, это полевых тестов, но видимо, придется уже проводить испытание боем. Я был уверен в своем детище, но не в материалах. Всё-таки некоторые из них были слишком скверными.

Фломелия появилась незадолго до рассвета.

– Завтра будем на месте, – сообщила она. – Юлианна и остальные всё ещё следуют за конвоем на расстоянии. Что им передать?

– Пусть не вмешиваются, – ответил я, даже не думая.

– А я?

– А ты держись поближе. Если ситуация станет скверной, попробуешь вытащить.

– Постараюсь, но там Фридерик, а он тоже связан с Тенью, ему не так уж сложно заметить мое присутствие. Но я постараюсь.

На рассвете, ещё до того, как мы заехали в город, случился неприятный сюрприз. Двери моей темницы распахнулись, и несколько воинов в черной броне вытащили меня на улицу. Глаза, отвыкшие от такого количества света, тут же заболели, но я быстро привык. Пространственную сумку я спрятал в браслет. Свернул в трубку и обернул триплексами, которые скрыли её от посторонних глаз. Воины Черного солнца и внимания не обратили на то, что один из браслетов стал почти в два раза толще.

Меня грубо потащили куда-то в сторону от дороги, и вскоре я увидел небольшое озерцо в окружении ив. Живописное место, если бы не обстоятельства.

– Воняешь как свинья, – бросил один из воинов, здоровенный детина с изуродованным шрамами лицом. – Господин Фридерик не потерпит такой вони в своем присутствии.

– А мне казалось, это его любимый запах. Он же любит жрать дерьмо, да? – огрызнулся я, за что тут же получил удар под ребра. Несильный по их меркам, но достаточный, чтобы согнуться пополам.

– Заткнись и мойся.

Они сорвали с меня остатки одежды, оставив только браслеты, которые снять можно было только вместе с кистями – настолько прочно те сидели на запястьях – после чего швырнули в воду. И все это под хмурыми взглядами нескольких воинов и одного волхва.

Озеро оказалось неглубоким, по пояс, но ледяным. Видимо, питалось подземными ключами. Я стиснул зубы, стараясь не показывать, насколько холодно.

Кто-то швырнул мне кусок грубого мыла, едва не попав по голове. Я поймал его и принялся смывать с себя двухнедельную грязь. Вода вокруг быстро стала мутной.

– Глядите, а он худой совсем, – хохотнул один из воинов. – Тоже мне, страшный маг, мы таких пачками разделывали и в огонь бросали.

Я проигнорировал этот возглас и закончил мыться, после чего выбрался на берег. Там мне швырнули какую-то грубую, но чистую серую робу. Одежда пленника, не оставляющая сомнений в моем статусе.

– Руки, – приказал старший, и я послушно вытянул запястья. Новые кандалы защелкнулись поверх браслетов. Тяжелые, железные, с короткой цепью между ними. Затем меня повели обратно к повозке, но внутрь не затолкали. Вместо этого привязали к задней части, заставив идти пешком. Странное решение, откровенно говоря, но видимо, Фридерик хотел сделать из моего пленения какую-то демонстрацию. Последний этап унижения перед въездом в город.

Впереди, за холмами, уже виднелись шпили Кёнигсберга.