Текст книги "Кровь дракона (СИ)"

Автор книги: Элиас

Соавторы: Дмитрий Берг
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25 Возвращение

Я проснулся сидя под деревом, укрытый одеялом. Дослушав легенду о драконе и его возлюбленной я таки уснул, как малыш под хорошую сказочку. А укрыл меня Кафка, который сейчас потягивался, сидя в паре шагов у другого дерева.

Рассвело уже довольно давно и похоже, что туман наконец начал рассеиваться. Мы перекусили остатками хлеба и сыра, и поделив по-братски последнюю луковицу.

– Вы...Ты такой задумчивый, Дайнс. Думаешь сыр не свежий и не надо было его доедать? – Кафка смог вызвать своим вопросом у меня улыбку.

– Нет, Рю, с сыром все в порядке, да и вообще, там где я жил многие спокойно едят сыр с плесенью так, что за ушами трещит. И живы-здоровы после этого. Нет, просто один дух вчера рассказал мне легенду о драконе и дочери кузнеца...

– А, это про ту, что лицом прекрасна, как летнее утро, чьи волосы подобны рассвету, а улыбка радуге...

– Да там больше о драконе вроде говорилось, про его пороки и его выбор.

– Да ладно, все знают эту легенду. Там главное – невероятная красота доброй девушки, покорившей сердце дракона. О самом драконе там мало что говорят.

– Странно,, дух совсем по-другому рассказывал. Она про девушку, только то и рассказала, что дракон убил ее отца, а она его все равно потом лечила.

– Убил отца? Вот такого я точно никогда не слышал, а нам еще в детстве эту легенду рассказывали. Я помню, все девчонки хотели быть такими же красивыми, как Галия, чтобы в них тоже влюблялись драконы и всякие принцы.

– Знаешь, мне почему-то кажется, что та история, что мне рассказал дух, ближе к истине, а то что ты слышал от людей уже допридумали и приукрасили. Может и Галия эта вовсе и не красивая была, а почти дурнушка, просто лекаркой была хорошей.

– Ну ты тупица! – я услышал писк у уха, – как мог великий дракон полюбить дурнушку. Я рассказывала то, что посчитала более важным для тебя, а ты уже с чего то решил, что Галия была некрасивой! Хам!

– Нет, – начал я зачем-то оправдываться перед ящеркой, – я подумал, что она могла быть внутренне красивой... То есть умной, доброй, заботливой и так далее...Ну а внешне уже может и не так. Внутренняя красота же для легенды важнее, правильно?

– Ну ты... Ну ты и... тупица! – возмущенно запищала ящерица. – Во-первых, это никакая не легенда, а самая что ни на есть правдивая история! А во вторых, если человек внутренне красивый, то он и внешне красивый. Не может по настоящему красивая девушка быть уродом внутри и наоборот тоже.

– А по-моему бывает, – вспомнил я парочку стерв с модельной внешностью из прошлой жизни.

– Ну ладно, тупица! Вот скажи, какую самую красивую девушку ты знаешь?

– Знал... – ответив я потерял желание что-то доказывать.

– Почему знал?

– Да потому... – я снова запнулся и договорил уже спокойнее, – Потому что ее убили, из-за меня убили.

– Она была очень красивая? – уже совсем другим тоном спросила зеленая.

– Да очень, она вся словно светилась, когда улыбалась. И ей очень шли веснушки. И глаза. Я таких никогда до того не встречал.

– А внутри она тоже была красивой?

–Да, она была веселой и очень смелой. И готова была помочь едва знакомым людям настолько, что лишилась из-за своей доброты жизни.

Удивительно, но ящерица притихла. Может поняла, что продолжать спор мне стало совсем неинтересно.

–Ладно, не грусти, ты ведь не знаешь, куда отправилась ее душа дальше, – негромко проворила мне зеленая,– и на всякий случай знай: Галия была настоящей красавицей и внутри и внешне. И, кстати, у нее тоже были веснушки...

Разговор как-то затих и дух решил убраться по каким-то своим делам.

– Ты сейчас опять с духом разговаривал? —спросил Кафка.

– Да, с той ящерицей, что тогда с нами обедала. Просто для тебя она сейчас была невидимой.

– Ага, понятно, – кивнул алхимик.

Интересно, он и правда считает, что разговаривать с невидимыми духами это нормально или просто принимает меня за шизофреника и не хочет спорить с сумасшедшим?

Легенды мы больше не обсуждали, а тронулись в путь. Днем дорога продвигалась куда быстрее. Налегке мы с Кафкой до вечера уже почти добрались до деревни Кизото и решили не останавливаться ночью.

На душе было неспокойно. Под звездам мы все таки немного сбились с пути и потеряли еще пару часов на поиски правильной дороги. В конце концов добрались на место, но уже под утро.

Заходя в деревню, подошли к навесу с изображение Гои-но и с чувством искренней благодарности положили в гнездо по монетке из трофейного кошелька. Спасибо духу всех дорог, что меня тащили три дня и Кафка смог нас догнать. И за то, что смогли за сутки с небольшим вернуться назад. Кивая глиняному изваянию, я снова почувствовал толчок горячего воздуха в лицо. Дух принял подношение.

У дома старосты нас встретила сама Кизото. Увидев меня живым и невредимым, эта железная женщина кинулась и обняла меня.

– Мальчик, я уже думала что и тебя потеряла.

От слов женщины на душе потеплело. Опять вспомнилось, как мама всякий раз обнимала, когда я приезжал на выходные с учебы.

– Как Сабуро? – спросил я, когда она через несколько секунд отпустила меня из объятий.

– Нормально. рана не воспалилась, но ближайшие недели правой рукой он особо работать не сможет. Они с Фреей сейчас спят. Идите и вы, отдохните. Выспитесь, а днем поговорим. Если к деревне приблизятся вооруженные люди, нас предупредят.

Пробуждение было приятным, пока я не встал. Ноги я таки за прошедшие сутки стер в кровь, Сандалии одеть я не смог и, сев на кровати, попробовал вызвать образ ящерицы.

– Не тужься, я уже здесь, показалась моя маленькая зеленая учительница из-под одеяла. Она что, спала со мной в одной постели? Вот уж напомнила мне нашу кошку. Та вечно ночью забиралась мне под одеяло.

– Что решился на следующий урок?

– Да, возникла потребность ускорить обучение, указал я на свои пострадавшие ступни.

– Ну, хорошо... Сперва повторение. Поменяй ка форму ногтей на левой ноге....

Через пол часа я освежил освоенное в прошлый раз, потом ящерица положила свою лапку на мою ладонь.

– Смотри, терпи, запоминай.

Раз! и Тонкие коготки оставили на коже три глубокие царапины. Блин, больно! Секунда и царапин уже нет, кожа гладкая. Раз! Новая царапина чуть в стороне от прошлого места. И снова исцеление. Блин, блин, блин! Надо скорее схватывать, а то подобные практические занятия я подолгу не вытерплю.

– Пробуй залечить сам, – сказала мой мучительница, нанося очередную царапину.

Раз! И у меня получилось! Вот что значит мотивированность. Но зеленая бестия считала, что успех надо закреплять и через секунду снова... Раз!

– Лечи!

И так раз тридцать. Может она садистка и ей нравится меня царапать? Но методы педагогики у нее явно рабочие. Уже через час я смог сам избавиться от всех сорванных мозолей на ногах и руках. Заодно нарастив немного грубой кожи на ладони и стопы. Я чувствовал себя изрядно уставшим, а еще у меня проснулся просто драконий аппетит. Я готов был в одиночку съесть трехкилограммового карпа с рисом и кучей овощей. Но прежде, чем идти искать себе, чем подкрепиться, я вежливо кивнул зеленой ящерке и сказал:

– Благодарю мудрого духа за науку и терпение в моем обучении. Прошу принять в дар несколько капель моей крови в знак уважения и почтения.

– Да ты не безнадежен. Может я ошибалась и ты не совсем тупица, а просто немного тугодум, – не удержалась от очередной язвительной тирады моя учительница перед тем как куснула меня за безымянный палец.

– Ладно, у меня дела, еще увидимся,– сыто облизываясь проговорила зеленая и, в своей манере, просто исчезла.

Я прошел в комнату, где на столе уже исходила паром запеченная рыба.

– Я уже хотел идти тебя звать – сказал Кафка, который накладывал еду на тарелки под урчание своего живота. Рядом сидел немного бледный Сабуро. Правя рука у него была подвязана платком, перекинутым через шею.

Фрея улыбнулась мне, держа в руке пучок острых трав и солонку. Похоже Кафка таки доказал ей, что есть нужно с полной отдачей. наслаждаясь яркостью вкуса. Ещё недельку с нами, так она и чавкать научится.

А ведь три дня назад ее чуть не убили. Я вспомнил, как она зажимала себе рот рукой, когда увидела меня. Боялась, что выдаст. Ее хотели казнить, она дрожала как осиновый лис, но не хотела показать врагам, что я рядом. Я обещал позаботиться о ней и отвезти в безопасное место, а вместо этог чуть не стал причиной ее гибели.

А Сабуро не побоялся закрыть ее собой. Понимал, что у не сможет остановить слуг Крадо, но не смог остаться в стороне. Про Кафку я вообще молчу. Только благодаря ему я сейчас могу сидеть и есть рыбу с друзьями ...

Да, именно с друзьями. Ещё несколько дней назад мы были не знакомы, а теперь это близкие для меня люди, за которых я тоже готов порвать зубами.

Я вдруг понял, что за двадцать с небольшим лет своей прошлой жизни я никого не смог бы с такой уверенностью назвать своим другом, как каждого из тройки, сидящей сейчас со мной.

Наверное только ради этого стоило отправиться в другой мир и пережить новое рождение.

–Думаю, стоит обсудить, что мы будем делать дальше, – сказал Кафка, облизывая испачканные соусом пальцы, – Дайнса ищут враги и мы можем легко столкнутся с ними по дороге в Южною крепость. Вторая плохая новость – это то, что у приходящего отряда был амулет связи. Мы не знаем, что они передали хозяевам, но в этом селении оставаться теперь рискованно.

– Вряд-ли они подробно описали моих товарищей, – высказался я, – если мы разделился, то вас они не тронут.

–Это так, но Сабуро сейчас не в лучшей форме для дороги, —ответил алхимик, я конечно могу отправиться вдвоем с Фреей, оставив его здесь, но, думаю есть вариант получше.

–Какой? – спросил Сабуро, который явно был не в восторге от мысли расстаться с Фреей.

–В Южную крепость мы ещё успеваем, – начал рассуждать Кафка, – Сабуро может побыть.в деревне. Местные его с радостью приютят на недельку. А мы втроём пока можем отправиться в лес на горе. Не зная нескольких секретов, туда попасть невозможно. А мне местный травник уже подсказал что и как. В лесу есть хижина, где можно жить, если соблюдать правила и не беспокоить духов. Мы отправимся туда на неделю. Сабуро подлечиться за это время Если в деревню придут люди Крадо или Ирис, то ни Ризадо ни Фреи они не застанут. Кизото честно расскажет им, что вы здесь были, кое–что купили и ушли.

Мы молчали, обдумывая предложение Кафки, В принципе оно звучало разумно. За неделю я смогу немного разобраться со своими новыми способностями. Возможно смогу придумать как удивить врагов и без отравления хаосом.

–А ещё, – хитро прищурился Кафка,– с вашей помощью я в три раза больше травок насобирать успею.

– Я согласна,– первая ответила Фрея, которая. похоже, всегда соглашалась с Кафкой.

– Может мне тоже пойти с Вами? – спросил Сабуро.

–Нет, – ответил я,– с раненым плечом ты нашему алхимику много травок не насобираешь, а а деревне ты поправился быстрее.

–Да, тем более соседи в тебе души не чают. Особенно...

–Что особенно?—переспросил Сабуро, почему-то краснея.

–Особенно Кайко, младшая дочка соседей, —с улыбкой заявила Фрея. – Она приходила и расспрашивала меня про Сабуро. Я посоветовала ей приготовить моти. Вкусно приготовила?

– Да..– выдавил Сабуро, покрасневший ещё сильннее.– Она.. Она хорошая девушка. Я думаю ей нужен жених получше меня....

– Ну, ты себя не недооценивай – сказал я парню, – ты жених не хуже многих. Если смогу разобраться с моими врагами, то ты сможешь пойти ко мне на службу. Гвардеец семьи Грейдаго – достойный жених.

– Господин, это большая честь... – Сабуро даже попытался встать из-за нашего маленького столика, но я его удержал, положив руку на здоровое плечо.

– Не торопись благодарить. Сперва мне нужно выжить. На меня сейчас идет настоящая охота. Мой враг действовал очень осторожно. Прикрываясь за чужими спинами, он расправился с моей семьей и семьями наших друзей. Но потом допустил ошибку попытавшись убить меня лично. Он боится моей мести и того, что я расскажу оставшимся членам братства чешуи, кто стоял за смертью воинов-драконов.

– Насколько я знаю в братстве чешуи кроме Грейдаго оставалось всего две семьи: Крадо и Медичи, – проговорила Фрея, – Вы собираетесь обратиться к Медичи? Они ведь живут на востоке и добираться до них придется довольно долго. А еще вы не сможете пройти мимо облачного перевала, а там Вас легко смогут перехватить враги.

– Я еще не уверен, стоит ли обращаться к Медичи. Последний раз, когда я поехал искать помощи, то меня чуть не убил тот, к кому я обратился. Я сперва должен узнать, не были ли Крадо и Медичи в сговоре. И еще одно. Семья Крадо довольно большая. В ней есть две почти независимые ветки. Главенство сейчас принадлежит Гвидо, но его троюродный брат имеет немалый авторитет и, возможно он не в курсе того, что Гвидо организовывал убийство членов других семей с драконьей кровью. Мне нужно провести разведку, чтобы понять на кого я могу опереться как на союзника. Ведь, даже если я лично прейду и убью Гвидо, то оставшаяся семья Крадо может решить мне отомстить, а со всем их кланом мне одному точно не справиться.

– Да враги у тебя серьезные, – согласился алхимик, – тем более лучше на время затаится.

– Согласен с тобой, – кивнул я Кафке, – но не надейся, что я всю неделю буду собирать для тебя травки. Мне нужно практиковаться в другом.

– Будешь отрабатывать боевую технику воина-дракона?

– Не совсем. Мои враги не в курсе с кем связались. Они ищут Разадо Грейдаго, а я уже не Ризадо. Я Дайнслейв из рода Грейдаго и я нечто большее чем воин-дракон.

Я не удержался произвести эффект. Сосредоточившись на кончиках своих волос и начал их наращивать и за несколько секунд смог удлинить их сантиметров на десять. Правда я сразу пожалел о проделанном фокусе, т.к. он вызвал упадок сил и вернул мне зверский аппетит, а еды на столе уже почти не осталось. Но реакция была приятной.

Фрея смотрела с полуоткрытым ртом, Кафка опрокинул пиалу с соусом на свою рубашку, а Сабуро просто замер и ждал объяснений от того, кого уже считал своим господином.

– Вы что колдун... То есть маг? – первая решилась на вопрос Фрея.

– Совсем немного, и пока что способен только на некоторые несложные фокусы, но я стараюсь учится так быстро, как только могу. С обучением все непросто, но думаю встреча с духами леса может стать для меня полезной.

– А вы можете нарастить только свои волосы? – спросила Фрея.

– Ну сейчас да... – ответил я, – я с чего такой вопрос.

– Да понимаете... – Фрея теребила свой локон, не решаясь продолжить фразу.

– Фрея, у тебя красивые волосы, – понял я причину вопроса, но если я научусь, и если ты захочешь, то я могу сделать их тебе длиннее.

– И гуще, – не удержалась Фрея.

– И гуще, – не стал я возражать, – но поверь, тебе это не нужно. У тебя и так красивые волосы.

Фрея промолчала, но по взгляду ее можно был заключать, что мужчины в принципе не могут понять, какими должны быть волосы у девушки, а следовательно не стоит тратить время на объяснения. Главное что мое обещание она получила и точно о нем не забудет.

– В лес нужно идти утром, – сменил тему Кафка, – сегодня нужно собраться и переговорить со старостой.

– Я переговорю, —ответил я,

Из-за стола я встал с чувством явно неудовлетворенного голода. Ну сам виноват, захотел выпендриться. Ничего, за ужином наверстаю. Кормят нас хорошо и продуктов не жалеют. Так что я постарался проигнорировать недовольно урчащий желудок и пошел искать Кизото.

Глава 26 Вопросы и перспективы

Кизото я застал на заднем дворе, выполняющей комплекс с копьём. Последний и единственный раз до этого я видел её с оружием в день нападения тануки. Сейчас она сильно отличалась от той женщины, которую я привык видеть работающей в поле или разговаривающий с крестьянами.

Движения старосты были скупыми и хищными. Наконечник копья не бил, а жалил, словно выискивая бреши в защите.

А то, как женщина стремительно меняла нижние и верхние стойки, говорило о завидной физической форме. Так работать коленями и в двадцать лет не всякий сможет.

Я невольно залюбовался пластикой воина. Интересно, почему Ризадо практически не учили работать с копьём? Его подготовка состояла на четверть из работы безоружным и на три четверти из работы с мечом.

При чем безоружным в основном учили уклоняться от ударов клинковым оружием и отнимать его у противника.

Увидев меня, Кизото остановилась и смахнула пот со лба.

– Хорошее копьё, – сказал я, коротко поклонившись и подходя ближе. Поклон означал уважение и признание авторитета учителя.

– Да, копьё хорошее, – ответила староста, заботливо проводя рукой по наконечнику, чья острота позволяла бриться, – может когда-нибудь я расскажу тебе ее историю.

– Когда-нибудь? – переспросил я.

–Да, она долгая, а ты, похоже, спешишь. Что ты хотел сказать или спросить?

– Многое, Кизото. Во-первых, я, Кафка и Фрея хотим на неделю уйти, оставив Сабуро у вас в деревне. Позаботитесь о нем?

– Конечно. Побудет у моих соседей. Болтунов у нас деревне нет, никто его не выдаст. А вы далеко собрались?

– В лес на гору. Там нас искать не будут, поживем в хижине, пока Сабуро от раны оправится. А наш алхимик заодно пополнит свои запасы травок.

– Может это и хорошее решение. Но не забывай, что лес на горе непросто так от большинства людей скрыт. Духи, которые там живут не любят лишнего беспокойства.

– Да, ваш травник рассказывал Кафке, что нужно соблюдать ряд правил. Мы будем осторожны.

– Хорошо. Как будете возвращаться, пошлите вперед своего алхимика. Пусть зайдет в крайний дом со стороны леса. Если в деревне будут пришлые, вас предупредят.

– Спасибо, Кизото. Мы уйдем завтра утром. Но у меня есть еще вопросы.

– Задавай, если есть.

– Дух, который у Вас жил, зеленая ящерица, несколько раз мне помогала. И последнее чему она меня научила... Давайте, я сперва лучше покажу... Посмотрите на мой ноготь.

Я показал свой указательный палец. Сосредоточившись я начал создавать дополнительную кромку и смог за несколько секунд нарастить с полсантиметра. Кизото смотрела внимательно, не выражая удивления, но пока никак происходящее не комментировала.

– Я также могу отрастить волосы или залечить небольшие царапины на коже, – рассказал я о вновь приобретенных умениях, – дух научила меня и этому. Она рассказала, что высшие духи могут создавать себе тела в нашем мире, если обладают достаточным для этого запасом сил. А потом предположила, что если я теперь сродни духам, то должен иметь схожие возможности. Получается, что я сейчас создал маленький кусочек своего тела, используя энергия моей крови. Когда я делаю подобные вещи, то довольно быстро устаю. И еще мне после этого сильно хочется есть. Я хочу лучше разобраться в процессе и понять, как это все работает, и какие перспективы у этих возможностей. Вы можете мне помочь в этом?

– Глядя в чем, Дайнс, – женщина аккуратно положила копье на кусок ткани, лежащий на столе и стала его заворачивать. – Если тебе нужен учитель, который поможет развивать подобные способности, то прости... Я ничего такого не умею. Но вот кое-что объяснить я тебе смогу.

Упаковав оружие, староста села на скамью под навесом и жестом предложила присесть и мне. Потом достала из короба под столом жменю каси:

– Ешь.

Я не стал отказываться и начал довольно быстро поглощать полученную сушеную хурму. В прошлой жизни я этот фрукт терпеть не мог из-за его вяжущего эффекта, да и сухофрукты в целом не жаловал, но сейчас ел с немалым удовольствием.

– Сейчас ты ешь сушеные фрукты и твое тело получает энергию. Эта та энергия, та ци, которую фрукты накопили, пока они росли. Все живое собирает и накапливает ци в своих телах. В чем-то ци больше, в чем-то меньше. Ци может изменятся. Это и сила в твоих мышцах и тепло твоих рук и бег крови в твоих жилам. Все твое тело это ци. Поэтому не стоит удивляться тому, что один вид ци может перейти в другой. Твоя кровь особая, она может превращаться в огонь, может позволить тебе в один миг потратить очень много ци, став необычайно быстрым и сильным, но она не меняет первоначальных законов.

– Ци не возникает из пустоты. Если ты что-то создал, то ты что-то потратил. Самым естественным способом пополнить энергию для тебя, как для человека является еда. Есть еще различные снадобья, но они тоже создаются из растений или животных – из чего-то живого. Это понятно?

Я кивнул. Все услышанное пока вписывалось в привычную мне по прошлой жизни картину. Интересно ци тоже можно в калориях считать?

– Тогда следующее. Пути ци. Ци никогда не останавливается, она постоянно находится в движении. А движение невозможно без пути. Ци бежит по бесконечному лабиринту путей. И каждый поворот имеет свое значение. Повернув направо, налево уже не попадешь. Точнее, чтобы туда попасть нужно будет пройти длинный путь с несколькими поворотами. Понимаешь?

–Вроде как... – на этот раз пояснения тоже были несложными, но понять к чему Кизото ведет я пока не мог.

– Смотри, ци есть и в траве и рыбе. Кошка может есть рыбу, но не траву. Ци которая накоплена в траве кошке не подходит. Чтобы поглотить ее потребуется несколько поворотов. Например, траву съест коза и даст молоко, которое кошке уже подходит. Понимаешь?

Я неуверенно кивнул.

– Но какая часть ци, накопленной в пучке травы достанется кошке, если для его получения потребуется промежуточный поворот в виде козы? – спросила у меня Кизото.

– Наверное не очень большая. И уж точно меньшая, чем та, что достанется кошке, сразу съевшей рыбу.

– Верно, потому так важны пути ци. Маги и высшие духи способны выстраивать новый путь для ци, используя свои духовные силы или дар волшебника.

– И что маг может кормить свою кошку травой?

– Ну не совсем так... – Кизото едва удержалась от смешка. – Хотя сильный маг наверное и на такое тоже способен. Но важно другое. Ци, течет по выбранному пути, пока путь не повернет или не разрушится. А самым первым разрушителем является огонь. Особенно первородный огонь, который способен разрушить что угодно. Он способен разрушить границы пути и освободить ци. Освободить, чтобы позволить найти новый путь или, чтобы поглотить ци и усилиться. А еще первородный огонь это тоже путь ци. Это тот путь, по которому ци легче всего проходит между мирами и поглощается духами.

– То есть первородный огонь подходит для духов также, как рыба походит для кошки?

– В принципе ты уловил верно, но есть особенности. Хотя сравнить первородный огонь с рыбой... Хе-хе... Ладно, пусть так. Тогда представь себе рыбу, кусочком которой можно накормить не то что кошку, а матерого тигра. Тогда поймешь, что значит первородный огонь для духов.

– То есть, когда я угощал духов каплей своей крови...

– Да, да, да. К примеру, моих домашних духов ты одной каплей накормил до отвала. И я думаю, что ты, все таки, поглощаешь ци не только с пищей. Или же ты способен извлекать из пищи намного больше ци, чем обычный человек. Иначе ты должен был бы есть намного больше обычных людей. Тут я не уверена...

– Ну последнее время я действительно ем больше обычного. Я даже Кафку по аппетиту перегнал. А можно... Можно еще каси? Очень уж он у вас замечательный.

– Держи, – Кизото насыпала мне пару горстей сушеной хурмы. —Теперь о духах. На плане мира, где обитают духи нет своих источников ци. Духов питает ци, которое перетекает к ним из нашего мира. Поэтому он их и притягивает. Когда мы испытываем сильные эмоции, то они попадают на план духов и питают их.

С другой стороны духи способны управлять путями ци. Поэтому они способны влиять на наш мир. А высшие духи способны создавать себе здесь тела. Чем сильнее дух и чем больше ци он накопил, тем большее и сильнее он может создать себе тело.

– То есть сильный дух может создать себе человеческое тело и жить среди людей?

– Может, но таких духов очень немного. Человеческое тело по меркам какого-нибудь домашнего или лесного духа – это океан ци. Создать его очень непросто. А те немногие, кто на это способен сто раз подумают, прежде чем это сделать.

–Почему?

– Жадность и страх. Жадность, потому что духи не знают человеческой любви к золоту. Они жаждут и копят только ци. А создавая человеческое тело, они потратят очень много ци, причем часть его рассеется и будет потеряно безвозвратно. А страх потому, что человеческое тело смертно и если его убить, то драгоценное ци будет потеряно. Духа выбросит обратно на его план бытия очень ослабленным. Он даже может погибнуть окончательной смертью, если не будет иметь некоторого резерва ци.

– Но сильные духи все равно так делают?

– Да. Великий дракон был способен быстро перемещаться по миру, просто разрушая свое тело и создавая его вновь. Но на то он и великий дракон. Мало того, он разрушал тело своей силой, забирая из него большую часть ци. На месте разрушенного тела оставалось лишь облачко пепла.

– Облако пепла? – переспросил я, – Это так же, как было при моем перерождении?

– Да, Игнис взял ци из твоего сгорающего тела и использовал его, создавая новое. Для Игниса, первородного духа огня и отца великого дракона это как раз было нетрудно. Подавляющее большинство же духов не способны забрать энергию даже из собственного погибшего тела. Или могут забрать только небольшую часть. Как, собственно, и люди.

– Люди?

– Да. Люди всю жизнь пропускают через себя ци и накапливают ее, но в момент смерти большая часть ци остается в теле. Душа в момент гибели тела всегда слаба и пытается забрать немного ци из своей физической оболочки. Чтобы помочь ей, тела умерших сжигают. Огонь разрушает пути ци в теле, высвобождая его. Большая часть ци рассеивается, но часть в это время способна вобрать душа умершего. Это помогает ей набраться сил для дороги в следующий мир.

– То есть тела сжигают, чтобы помочь умершим собраться силами перед дорогой к новой жизни.

– Да этому научили людей духи очень давно. Еще до прихода в мир великого дракона. Поэтому же тела заклятых врагов отдавали на съедение животным или закапывали в землю как корм для червей. Так лишали убитого врага возможности собрать силы для нового пути. Душа, идущая дорогой между мирами терзается холодом, который стремиться ее рассеять. Поэтому она в пути теряет силы, воспоминания и разум ее выцветают. Из-за этого в новой жизни человек обычно рождается не помня прошлых жизней. Но если сил слишком мало, душа потеряет память и разум еще в пути. Какое-то время он еще движется в поисках дороги, затем просто блуждает в серых пределах пока не погаснет окончательно. Недаром тела умерших стараются сжечь в день их гибели....

– Но давай вернемся к способностям духов влиять на пути ци, – продолжила староста. – Они не ограничиваются возможностью создавать новые тела. Духи могут влиять буквально на все, если в этом есть ци.

– Постой, – перебил ее я, – поясни мне еще одну вещь про тела. Если создавать их так трудно и это несет столько рисков, почему тогда духи все же это делают.

– Первая причина думаю тебя не удивит. Это ци. Тело человека или животного в нашем мире пропускает через себя много ци. Если дух живет в материальном теле, то он получает намного больше ци, чем те крохи, что просачиваются на его план обычно. Тратит он конечно тоже больше. Но все равно, используя созданное тело он способен впитать и накопить больше ци, чем оставаясь бесплотным.

Вторая причина – это грань мира. Ты знаешь, что попасть на план духов для людей не просто. В обратную сторону это тоже работает. Большинство духов даже неспособно заглянуть в наш мир. А те немногие, что способны преодолеть грань, оставаясь бесплотным на этой стороне становятся очень слабыми. Зачастую они присутствуют в виде невидимых теней, способных слышать и видеть, но не более. Обладание телом все меняет. Дух может свободно покинуть тело оказаться в своем мире, просто уснув в нашем. А потом также легко вернуться в тело.

Третья причина – чувства. Обладая телом дух ощущает мир намного ярче и сильнее. А если вспомнить, что духи по сути состоят, в первую очередь из мыслей и эмоций, то третья причина для них далеко не последняя по значимости.

По этой причине многие духи вселяются в тела животных и породняются с ними. Многие из них рискуют стать смертными из-за этой связи. Ведь животное когда-нибудь обязательно умрет и это будет сильным ударом для духа, который он может и не вынести. Но духи все равно приходят в наш мир ради ярких красок, ради стука сердца и бега горячей крови по жилам, ради возможности дышать и прикасаться.

Я слушал слушал и думал, что надо потом сказать Кафке, мол не надо ставить эксперименты на полевых духах. Малышам, похоже, и так непросто живется.

– А высшие духи по той же причине проживают жизнь в человеческом теле. – продолжила Кизото. – Иногда дух создает себе уже взрослое тело, а иногда детское. Часто так поступают молодые духи, стремясь познать мир людей. Они проходят путь человека от колыбели до старости.

– А духи могут в этом случае родить своих детей?

– Да. Но их дети в этом случае рождаются людьми и не смогут последовать за родителями в мир духов в случае смерти. Хотя обычно такие дети имеют сильный дар. О детях духов много легенд. Ты не мог их не слышать.

– Наверно слышал, но не отличал от обычных сказок.

– В сказках часто больше правды, чем кажется. Но я начинала говорить тебе о том, что способности духов очень разнообразны. Среди них есть те, кто помогает или вредит людям. Некоторые сильные маги ухитрялись делать духов своими слугами. В моем доме живут духи и заботятся о уюте в нем. Те духи, о которых мы знаем как крестьяне, влияют на плодородие земель и приплод скотины. Как воин я знаю о духах, которые во время битвы разжигают ярость во время схватки. Есть такие, что защищают дома от болезней во время мора, а есть те что приносят этот мор в поселения. Всех их возможностей не знает никто из людей. Поэтому большинство из нас и боится духов.

Есть люди, которые знают чуть больше остальных. Это одаренные и маги. Одаренные – это те, кто способен почувствовать под внешней оболочкой предметов течение ци. Они могут научиться проникать на план духов, после чего начинают видеть мир намного полнее. Они много могут увидеть и понять, но не сделать.

Тех, кто может сделать что-то значимое, влияя на течение ци называют магами. Но если одаренным можно родиться, то магом можно только стать. Одаренный с большим талантом может развивать свою чувствительность, потом долго учиться и тренироваться. И тогда, если ему повезет, он наконец сможет не просто смотреть на течение ци, а изменить его, подобно тому, как это делают духи. После этого он может назвать себя магом. Магов среди людей немного. Большинство из них служат сильнейшим правителям.

– Теперь об этом, – Кизото указала на мою руку. – То что ты показал мне недавно невозможно для просто одаренного. Ты изменял свое тело, влияя на него своей волей. Я слышала о великом маге Гахраше, жившем больше ста лет назад. Он был талантливым одаренным из знатного рода, который был уничтожен врагами.