Текст книги "Кровь дракона (СИ)"

Автор книги: Элиас

Соавторы: Дмитрий Берг
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 8 Тануки

– Одевайтесь, быстро! И найдите хоть какое-то оружие – я обратился к Кафке и Сабуро, на что те кивнули и убежали.

Я взял свой меч и закрепил на привычном месте. За пояс засунул и серп, обернув его тканью, чтобы тот не выделялся. Мало ли, пригодится. Он поострее меча будет.

Кафка выскочил первым, за ним вышел Сабуро. В руках обоих были швабры. Понимаю их. Оружие длинное и достаточно простое, чтобы держать на расстоянии местных ниндзя с их серпами.

Мы медленно и тихо вышли в деревню. Дело было днем, потому видно все было хорошо. Темные фигуры скакали по деревне. Местные же прятались по домам и погребам. Оно и понятно, эти «тануки» были быстрее и ловчее большинства спортсменов, что мне доводилось лицезреть. Один из них при виде нас тут же сменил маршрут, отскочив в сторону.

– Кто эти ваши Тануки? – спросил я Кафку, чуть было не выхватив меч.

– Местная школа убийц. На простых людей нападают редко, чаще заказы выполняют. Но их специализация – похищение детей. В деревне, где я работал, несколько семей лишились своих из-за них. Всему виной работорговцы. За детей платят много, особенно извращенцы. А раб есть раб. Клеймо поставят, и ты уже не человек, кем бы ты ни был. Там даже законы императорского двора тебя не защитят.

– Я начинаю сожалеть, что не убил тех двоих... – сказал я, прищурившись.

– И правильно сделали, господин – Кафка продолжил – они сами выращены из подобных детей в большинстве случаев. А если убьете кого из них – то они как звери, все набросятся на убийцу. Благо, не злопамятные, или вся стража местных поселений уже мертвой лежала бы.

– Фуго, держись ближе, – Сабуро посмотрел на ребенка, чьи глаза бегали по округе.

Тот лишь кивнул и плотнее прижался к нам. Кафка сделал шаг назад и запер за нами дверь.

– Проще переждать нападение. Если начать геройствовать, нас убьют на месте...

Он продолжал что-то говорить, но я этого уже не слышал. В моей груди что-то вскипало. Я прокручивал мысли о детях, работорговле, похищениях и наемных убийствах. Передо мной дрожала Фрея, державшаяся за Сабуро, сторожившего вход со стороны купален. В голове крутились мысли о правильном поведении во время терактов. Лучше не высовываться, не геройствовать и сохранять спокойствие. Тогда будут шансы сохранить больше жизней. Но вместе с тем в груди что-то жгло и горело. Это были не мои чувства, а чувства Ризадо. Глаза закрыла пелена ярости, кулаки сжались. В какой-то мере я его понимал. Терпеть подобное со стороны совершенно безнаказанной преступной группировки просто... отвратительно. Они прервали наш отдых. Напали на Фрею. Угрожают деревне, где нас приняли с уважением и теплотой. Мое раздражение в один момент стало резонировать с телом Ризадо. Мысли? Чувства? Я не знаю, что было дальше. Лишь помню, как снял с пояса меч и дал в руки Кафке.

– Говоришь, их нельзя убивать? Не буду. Присмотрите за Фуго и не высовывайтесь, – Я прошел в купальню и выпрыгнул за забор.

Почему-то это было даже легче, чем у тех акробатов. Легкий толчок ногами. Я погрузился в воспоминания, стоя уже за забором.

"Ты дракон огня, Ризадо. Помни об этом.. – теплый голос пожилого мужчины, всплыв из памяти, говорил за моей спиной. – Твоя сила истекает из чувств. Темных, светлых... Сила тем больше, чем ярче и отчетливее эти чувства. В жизни будет много разных ситуаций, когда тело будет переполнять сила, разум переполнят ярость или эйфория. Лишь безмятежность и сила духа позволят подчинить силу. Потому сосредоточься!"

В воспоминаниях щелкнул удара плетью, и холодок пробежал по моему плечу. Видимо, учитель был человек добрый, но жесткий. Однако, даже так, я не мог заставить себя успокоиться до конца. Слишком сильно влияние моей души на тело. Или мой дух слишком слаб для него? Не важно. Важно, что мое желание сбылось, и тот шиноби разбил голову о камень, падая с забора. Сбежавший спрятал раненного в траве, но я нашел его раньше.

Подхватив еле дышащее тело, я пошел к центру деревни, где решил попробовать вновь крикнуть тем «двойным» голосом. И у меня вышло. Я издал оглушающий рев, который заставил бегающих ниндзя обратить на меня внимание. Они увидели у меня на плече их товарища и тут же кинулись ко мне.

– Словно животные, да... – Что-то из мыслей просачивалось вслух, – Я никого не убью сегодня. Никого не убью.

Тело дрожало, а рефлексы Ризадо пока даже не пытались проявляться.

Я уже успел пожалеть о том, что сделал, как вдруг среагировал на первого выпрыгнувшего на меня шиноби. Он пытался ударить меня ножом в шею, но, вспомнив бокс, я вовремя подставил плечо. Лязг металла и несколько искр, а также боль в конечности дали понять, что эти ребята не только быстрые, но и сильные. Но тогда меня это не волновало. Я чувствовал силу в другой руке, которая уже неслась прямым ударом в лицо напавшего. Ни одного лишнего движения... И чувство, как что-то ломается под тяжестью удара.

У напавшего вылетели зубы, а изо рта брызнула кровь. Боль в плече лишь раззадорила меня, и я вспомнил, как раздражали меня более быстрые соперники из легкой весовой на спаррингах. Второй удар отправил первого подоспевшего в глубокий нокаут после того, как я вогнал ему руку на половину предплечья под ребра. Сила ощущалась... Чужой и моей одновременно. Такой родной и привычной, и в тот же момент чужой, обжигающей и страшной. Я слышал каждый удар сердца, чувствовал перетекание какой-то теплой энергии по телу. И больше всего ее было в груди. Почему-то привычным явлением казалась хрупкость тела, которое только что отлетело от меня на добрых полметра. Пусть противник был легче меня, в прошло жизни я бы никогда не смог так ударить человека

«Их много» – Мысль мелькнула вовремя. Я рывком бросился вперед, понимая, что меня атакуют из слепой зоны. «точно... Ниндзя...» – Я насчитал около семи человек прямо около меня. Кто-то раскручивал цепи, кто-то обнажал ножи... А после они бросились врассыпную и окружили меня.

«На этом... закончится моя жизнь? Дурак... Ты ведь не главный герой дешевого аниме...» – в моей голове пронеслись мысли, как вдруг рефлекс Ризадо вновь сработал. Тело бросилось на того, кто несся мне прямо в лицо. Тот тут же отскочил, но рука успела схватить его за запястье, которое, словно куриное крылышко, с хрустом сломалось в захвате. Побег был пресечен, в кулак настиг лицо, в чьих глазах читалась уже не злость, а страх и боль. «Гримаса боли» или «страдальческое лицо» – так бы его назвали в моем университете. Тело вновь вернулось под мой контроль. Жаль, что такой образец был испорчен переломом носа и выбитыми зубами. Железные перчатки ничуть не хуже меча против незащищенной цели. Тем более с телом Ризадо. Я чувствовал, как то, что очень хотелось назвать Ки или Ци, рефлекторно направляется телом именно в те точки, которые отвечают за силу удара. Стопы, колени, таз, спина, плечо, локоть и кулак. Пройдя все точки, энергия выплескивалась в двух костяшках, которые взрывали в это время уже третье лицо, пока я осознавал происходящее.

Бегавшие вокруг меня тануки начали бить издали. Тело уклонялось как могло, но меня не учили избегать атак кусаригамы. Я вообще ни разу не мог представить, как драться против человека с кистенем или еще каким гибким оружием. Технике обороны от ножа нам учили, но не от ножа на цепи!

– Шаа! – из меня вырвалось, когда лезвие задело мне ногу.

Медицинский опытговорил, что дело пахнет жареным. Если задели крупный сосуд, то за пару минут я вытеку без остатка, и мое тело закопают рядом с этими гадами, если они не встанут. Ах да! Я ведь не хотел убивать! А помирать в одного точно не хочется.

Я отскочил и прижал рану рукой, почувствовав влагу, которой было немного. Повезло. И снова тело вступило в дело. Рука, смоченная кровью, выполнила резкий взмах в сторону одного из нападавших. Видимо, мне повезло, и тот подставился, но его одежда мгновенно вспыхнула, и уши зазвенели от переполненного ужасом крика. Пока тот отряхивался, я классическим ударом «таран» с подскока в два шага, ударил его в живот. Приятно ощущать кулаком, как тело мерзавца, порезавшего меня, меняет свою форму под действием грубой физической силы. Но, видимо, Ризадо было этого мало. Окровавленная рука легла на лицо нападавшего и воспламенилась. Я испугался, но не ощутил жара. А вот тануки, напротив, ощутил его в полной мере. Рука оказалсь аккурат на его глазах, так что искренне надеюсь, что эта гадина на остаток жизни запомнит, почему не стоит махать острым предметом на цепи перед людьми.

За ликвидацией этого прошло время эффекта неожиданности от пламени. Оставшиеся тануки, коих было четверо, решили отступить, потому бросились врассыпную. Но это не спасло их от мести за мою недавно вымытую ногу и выстиранную одежду. К этому времени иммунная система местного общества подготовила ответ, потому остаток шиноби прижали к стене одного из амбаров около двух десятков крепких мужчин с топорами, вилами и цепами.

Я заметил среди зажатых одного с красным кругом на его налобной части маски. Точно! Это ведь он... В этот момент тот схватил за плечо одного из таких же тануки и ударил его по нескольким точкам на теле, что-то прорычав. Тот взвыл. Его тело быстро увеличилось в размерах чуть ли не вдвое, а мышцы разорвали одежду. Вспухшие вены пульсировали не слабее аорты у обычных людей. Я отшатнулся, как и значительная часть мужчин. Но после те крепче взялись за свое оружие. В прочем, как и зажатые в кругу тануки.

– Держите лидера, господин Дайнс, – я услышал голос Кизото. – Мы займемся этими!

Я взглянул на женщину с полноценным боевым копьем в руках. Прямо у наконечника на нем была алая распушенная тряпка. Почему-то я послушал ее и бросился за убегающим почти что по головам как товарищей, так и местных, тануки. Он был ниже других, и на его лице я ухитрился различить морщины. «В деле, где принято умирать молодыми, бойся стариков» – так говорят... И бояться стоило. Пока я гнался за ним, тот ухитрился прямо между пластин брони всадить мне несколько иголок, но пламя тут же вытолкнуло их из ран. Даже тот порез на ноге воспламенился. Теперь у меня была цель. Теперь я не загнан в угол из-за своей глупости. Теперь я мститель. И я нашел цель, которой должен отомстить за нападение на Фрею.

Мысли мгновением пронеслись в голове, и в несколько стремительных рывков я настиг убегавшего уже на следующей улице. Стоило мне схватить его, как тот выскользнул из одежды и рванул дальше. Тогда-то я вспомнил про серп на поясе. Выхватив его, я метнул оружие его же владельцу. Не эксперт я в метании, потому предмет сей рукоятью ударил того в спину. Но время мне это выиграло. Я настиг старика, и на сей раз уже надежно схватил его за шею. Каким бы сильным ни было желание сжать руку так же сильно, как с запястьем того бедолаги, я воздержался и лишь повалил старика на землю. Развернув того, я скинул с него маску. Под ней было лицо смуглого, морщинистого мужчины с чисто черными глазами почти что без белков и большим горбатым носом. Уши старика были длинными и заостренными, а седые волосы оказались сбриты все, кроме чуба на голове и меленькой, но длинной бородки у самого подбородочного выступа. Его лицо искажал гнев, потому тот схватил было оружие и всадил его мне в шею... Но нет. Я уже решил сказать богу смерти «не сегодня», потому прикрылся плечом вновь. Мой кулак впечатался в лицо старика, приложив того затылком о землю. После снова. И снова. И снова.

– На сей раз ты не встанешь... – сквозь зубы и злость произнес я и в очередной раз со всей силой приложил старика головой о вымощенную камнем дорожку.

Тело его обмякло, а рука с ножом упала на землю. Пусть тот и продолжил дышать, я понял, что он более не встанет. По крайней мере, в ближайшее время. Вязать их бесполезно, как выяснилось, потому я на эмоциях решил просто сломать ногу этому шустрому деду. Боль можно перетерпеть, узел – развязать, а вот перелом даже со знанием медицины быстро не зарастишь, как бы ни хотелось. Потому без задней мысли я вырвал из ближайшего забора палку потолще и с силой вертикальным ударом, как в катах Ризадо, расшиб нижнюю треть голени старому шиноби.

После я вспомнил фильмы о ниндзя и открыл рот деда. На одном из его зубов, заранее старательно мною почти полностью выбитых, была очевидная неровность, похожая на пломбу. Я растер ее о камень, и оттуда вытекла маленькая капелька бесцветной жидкости с миндальным ароматом. Цианид, значит... Эти люди явно готовы к смерти. Потому с ними такие драконовские меры... В какой-то мере оправданы.

Я вернулся к Кизото, таща старика на плече. Значительная часть мужчин под ее руководством была ранена, но тот надутый тануки лежал без чувств, в прочем, как и остальные.

– Господин Дайнс! – я услышал голос запыхавшегося Кафки, – вы ранены, вам не стоит...

– Фуго и Сабуро в порядке? Где они?

– Они в норме, сейчас будут здесь... Ваша нога! Снимайте доспехи скорее и...

– Господин дайнс! – я услышал голос Фреи.

– Мы в порядке, – Сабуро улыбнулся. – Вам о себе беспокоиться нужно.

– Рад, что вы в порядке... – я покачнулся, уронил тело старика, а после отшатнулся к стене и сполз по ней вниз.

– Господин Дайнс! – Я слышал крики не то Фуго, не то Кафки.

В ушах зазвенело, а силы, как и жар, переполнявшие меня, исчезли без остатка. Ноги тянуло, а кулаки болели. Энергия, что я ощущал раньше, рассеялась, словно без остатка. В ране на ноге явно ощущалость жжение от попавшего в нее пота. Концентрация катехоламинов в крови упала. Тираж адреналина тоже ограничен, а я сейчас сжег,

Глава 9 Духи повсюду

Я пришел в себя от щекотки. Маленькая изумрудная ящерка с откровенной наглостью ползла по моей руке. Сделав несколько быстрых шажков пресмыкающееся замирало, словно прислушиваясь, затем бежало дальше. Иногда задерживалась и несколько раз толчками высовывала и снова прятала длинный язык, как-будто пробуя воздух на вкус. Крохотные коготки крепко цеплялись за ткань рукава и через несколько секунд она добралась до моей ладони. Длинный язык коснулся моих пальцев, а потом я почувствовал легкий укол.

Мерзавка меня укусила. Я хотел откинуть наглое животное, но едва смог пошевелить рукой. Тело было непривычно тяжелым, а уровень бодрости был близок к нулю. Через силу я приподнял ладонь, сбрасывая ящерку, но та не испугалась и невозмутимо перебралась сперва на мою штанину, а затем двинулась вверх по бедру и животу, пока не уселась у меня на груди. Бусинки глаз, смотревшие на меня были словно мозаика из желтого и зеленого янтаря. Зверек был на удивление красивым и мог послужить моделью для ювелирного изделия, какой-нибудь там броши или диадемы.

Я несколько минут смотрел на него, а потом не удержался и дунул ему в мордочку. Он смешно затряс головой, словно щенок, потом уставился на меня, прищурив свои янтарные глазки, приоткрыл рот и выдохнул в направлении моего носа струйку пламени. Ни фига-а-ас себе! Словно паяльной лампой перед лицом провели! Еще чуть-чуть и брови мне опалило бы! С перепугу я зашевелился и почти смог сесть на кровати. В этот же момент перегородка, выполнявшая в комнате функцию двери отъехала в сторону и зашел Кафка.

– Рю,ты это видел?! – вскрикнул я кивая в сторону ящерицы и вдруг понял, что ящерицы то уже и нет. Исчезла за ту долю секунды, пока я смотрел на вошедшего алхимика.

– Что видел, господин Дайнс? – непонимающе спросил тот, и потом глядя на мое растерянное лицо добавил, – как хорошо, что вы очнулись. Вы пролежали почти целые сутки, и в первые часы у вас с трудом можно было обнаружить дыхание или биение сердца.

– Я и сейчас чувствую изрядную слабость. Даже руку трудно поднять.

– Ну с этим я попробую Вам помочь. Вот выпейте, – Кафка протянул мне глиняную миску с какой-то мутной жидкостью. Пахла она отвратно, напоминая тухлую рыбу, смешанную с ментолом.

– Ты уверен, что это можно пить? – я невольно попытался отстраниться от миски, которую поднес мне к лицу парень.

– Не только модно, но и нужно, это мой личный рецепт, который я смог сегодня даже немного улучшить благодаря травам, которые мне подарил местный знахарь.

– Но почему оно так воняет?– я снова уклонился т попытки напоить меня этой мутью.

– О это один из небольших побочных эффектов. Я работаю на тем, как от них избавиться, но пока еще ничего не придумал. Но вы же отважный воин, Дайнс! Неужели Вас испугает какой-то там запах?

Горе-изобретатель, похоже твердо решил напоить меня своим экспериментальным препаратом. Но я то знаю что неприятный запах дается веществу не просто так. Миллионы лет эволюции ведь прошли не зря. Если что-то плохо пахнет то скорее всего для организма оно опасно. Я твердо решил, что не буду подвергать себя риску отравления. Хватит того, что меня уже несколько раз пытались зарезать

Но Кафку, похоже мое мнение не интересовало. Воспользовавшись моей слабостью, он вдавил край чашки мне между зубами и опрокинул содержимое сосуда мне в глотку. У меня остался на редкость неприятный выбор; или проглотить эту отраву или захлебнуться ей.

На вкус жидкость оказалась ужасна. Терпко вяжущая слизистая жижа во рту отдавала почему-то уже не рыбой а застоявшейся ржавчиной. Проглотив последний глоток я с силой отшвырнул от себя Кафку и тот пролетел пару метров до хлипкой камышовой стенки и проломил ее спиной. Я же вскочил на ноги и сделал шаг следом за ним, намереваясь устроить этому горе лекарю хорошую трепку.

–Да! Работает! – радостно закричал перекувыркнувшийся алхимик, – как я и предполагал, добавленный бурый хвощ и остролистник позволили ускорить эффект в несколько раз! Надо обязательно записать использованные пропорции!

Мне потребовать целая секунда, чтобы осознать произошедшие. Мне действительно стало намного лучше! Я чувствовал, как побаливают недавно перегруженные мышцы, но от ужасной сковывающей слабости не осталось и следа. Ну осталась, может быть, легкая усталость. А еще я почувствовал сильный голод. Если мне сейчас предложат пол ведра кроснянки, то я съем эту кислятину за несколько минут и порошу добавки.

– Похоже, твое зелье работает, прости, что ударил, – я подошел к стене и как сумел поправил нанесенные ей телом алхимика повреждения.

– Да что вы, какие извинения, – Рю поднялся, отряхивая одежду, – Я так рад, что зелье работает, как надо! А вы бы только знали, как трудно начинающему алхимику испытать свои рецепты на практике. Никто же не верит, что я действительно сведущий познаватель. Если честно, то вы мой второй пациент-человек.

– А остальные пациенты кем были? – не удержался я от вопроса.

– О, на ком я только не практиковался! – Кафка закатил глаза и начал перечислять, – Куры, кузнечики, овцы, козы, собаки, лошади, лягушки и ящерицы, полевые духи, хорьки...

– Полевые духи?

– Ну да, я ведь все равно занимался посевами, а тут в любом случае приходиться с ними сталкиваться. И знаете, Дайнс, я считаю, что потенциал полевых духов явно недооценен!

Похоже Кафка начал говорить о интересной для него теме, напомнив мне одного преподавателя из универа, который написал кандидатскую на тему особенностей метаболизма плоских червей. У него всегда глаза загорались, когда он начинал раскатывать студентам про каких-нибудь глистов.

– Недалекие местные жители считают, что полевые духи способны лишь помогать или мешать в получении хороших урожаев, но совершенно не ценят тот факт, что они являются самыми распространенными в нашем мире существами, соединяющие в себе черты обычных животных и духов. А следовательно их энергетическая система близка по своим принципам к энергетической системе магически одаренных людей. Вы чувствуются, какой огромный потенциал в этом скрывается?

– И какой? – вынужден я был спросить у явно оседлавшего своего любимого конька алхимика.

– Изучая полевых духов, можно определять закономерности взаимодействия энергетической и плотской составляющих, проводить эксперименты, на основании которых можно узнать очень многое. Ведь большинство полевых духов маленькие. Все процессы у них протекают очень быстро. Чтобы выяснить, например, как изменение алхимической формулы эликсира повлияет на тело и на энергетику человека, могут потребоваться дни или даже недели. А полевой дух проявит реакцию за несколько минут или максимум часов.

– Постой-ка, Рю. Объясните сперва, что это за духи, о которых ты рассказываешь, – я спросил и по реакции Кафки понял, что вопрос был для него неожиданным.

– Как, вы не знаете, что такое полевые духи? Может в ваших краях их называют иначе? Ну, это обычно небольшие по размеру существа с магическими свойствами, поселяющиеся в местах, где люди выращивают свои урожаи. Обычно они предстают в виде мелких грызунов или насекомых, реже птиц.

– И ты на них ставил алхимические опыты?

– Ну да! И очень многое смог узнать благодаря этому.

Я внутренне усмехнулся. Похоже все миры чем-то похоже. Вот есть магический мир и в нем нашлись свои магические лабораторные крысы для опытов.

– Нет, Дайнс, вы не подумайте ничего дурного, – Кафка по своему расценил мою реакцию. – Я старался ни в коем случае не причинять им вред. Я, в основном, пытался их лечить. Они ведь тоже болеют и довольно часто. Особенно, когда с их полем происходит что-то плохое. Засуха или град может погубить множество этих существ. Большинство из них может перерождаться, но только в том случае, если поле будут продолжать возделывать. Если ниву забросить и позволить ей зарасти сорняками, то полевые духи либо покинут ее в поисках лучшего места либо быстро ослабнут и со временем окончательно погибнут, потеряв способность к перерождению. Удивительно, что, если поле оставляют перепаханным под пар, то духи это спокойно переносят. Хотя на это время большинство из них впадает в спячку, но они не болеют и не гибнут. Но стоит людям поле забросить, и духи сразу это почувствуют.

– А что подобные духи живут лишь на полях?

– Ясное дело, что духи живут повсюду! И многие из них также сливаются с животными, как и полевые духи, но большинство из них избегает людей. А полевые во множестве живут рядом с крестьянами, привыкают к людям. Я помню как несколько духов в виде полевых мышей прибежали на крестьянский двор, чтобы позвать хозяина на поле. Он понял, что от него хотят, когда обнаружил не затушенный до конца костер на меже. Погода была сухая и ветреная, угли разгорелись и едва не подожгли созревший ячмень. Он погасил угли, а потом сходил домой и принес духам молока и свежего хлеба.

– А могут быть духи-ящерицы?

– Могут конечно.

– А кок понять кого ты видишь: обычную мышь или духа?

– ну обычному человеку порой трудно заметить разницу, но, насколько я знаю, носители благородной крови сами чувствуют магических существ. Ну а мне остается полагаться на свою наблюдательность или на порошок чиу-на.

– Порошок чиу-на?

– Ну да. Если распылить его в воздухе, то любой находящийся рядом дух начнет чихать. Но лучше не злоупотреблять этим способом. Духам он не нравиться.

– А у тебя есть такой порошок?

– Да, благодаря местному знахарю я пополнил свой запас чиу-на.

– А дай-ка мне немножко.

Кафка недовольно засопел, но отказывать не стал. Он сходил в соседнюю комнату и вернулся с небольшим мешочком. Растянув завязку, он достал щепотку желтовато-серого порошка. Задержав руку, он стряхнул почти половину щепотки обратно, а остальное с явной неохотой протянул мне. Да уж, к деньгам он похоже безразличен, а вот за травки свои готов удавиться.

Я взял полученный порошок и, подняв руку повыше, стал обходить комнату, постепенно рассыпая алхимический духотестер.

– Ой, зря вы это делаете, Дайнс...

– Апчхи-и-и! – раздалось из дальнего темного угла

– Апчхи-и-и! Апчхи-и-и! Апчхи-и-и!– прозвучало у меня за спиной, слева от меня и откуда-то сверху.

– Дайнс, вы похоже потревожили домашних духов! – Кафка пригнулся и попятился в сторону дверного проема. – Лучше нам убраться отсюда на какое-то время.

– Апчхи-и-и! Апчхи-и-и! Апчхи-и-и! Апчхи-и-и! Апчхи-и-и! – зазвучало практически со всех сторон.

Я решил послушаться Кафку и двинулся к выходу, но это оказалось не так и просто. Под ногу неожиданно подвернулся какой-то горшок и я споткнувшись, растянулся на полу. В лицо мне откуда-то прилетело облачко пыли, практически лишив возможности видеть. После этого кто-то укусил меня маленькими, но очень острыми зубами за ногу. Я стал на четвереньки и на ощупь двинулся к двери. Кафка пришел мне на помощь, взяв за руку. Через минуту я стоял на улице и тер слезящиеся глаза.

– Это было очень неосмотрительно, господин Дайнс. Вы раздразнили духов в доме, в котором мы гостим. Домовые духи бывают очень злопамятны.

Да, похоже я дал маху. Хотел найти ту наглую ящерицу, а разворошил похоже целую компанию магических существ.

– Я как-то не догадался, что в доме такая куча духов живет. Их можно как-то успокоить?

– Духов действительно у старосты удивительно много. Даже один не в каждом доме поселиться, а тут их наверное больше десятка.

Слова алхимика подтвердило очередное хоровое чиханье.

– Чтобы задобрить духов. им обычно ставят угощение: молоко, сметану, свежий хлеб... Но боюсь, что в этом конкретном случае духи могут не принять подношение, а продолжить пакостить. По крайней мере какое-то время. А нам тут еще ночевать. Тут нужно средство понадежнее.

– А у тебя есть что-нибудь подходящее? Какая-нибудь алхимическая дрянь, от которой они станут довольными и добрыми?

– Нет господин Дайнс, у меня такого средства нет, – Рю покачал головой, прислушиваясь к поредевшим, но продолжающимся громким чихам, доносящимся из дома, – но оно есть у вас.

– Что у меня есть?

– Ваша кровь! Она квинтэссенция первородной магии. Одна капля несет в себе столько магической энергии, сколько не наберется во всех домовых духах этой деревни.

–Ты что предлагаешь побрызгать в доме стены моей кровью? Я против! Кроме того, что я терпеть не могу порезы, не забывай, что так мы можем устроить здесь пожар. Этот деревянно-камышовый домик огнеупорный только снаружи, изнутри он выгорит за несколько минут!

– Нет, что вы, господин Дайнс, я Вам такого не предлагал. И вообще разбрызгивать кровь в хорошем доме очень плохая идея. Добрых духов это не привлекает, а вот кое-кого другого... Нет мы такого точно делать не будем! Нам нужно раздобыть молока и добавить в миску всего пару капель вашей крови. От такого молока духи не откажутся даже, если они в очень плохом настроении. А приняв дар, они уже не могут мстить, это нарушает законы, по которым они живут. Так что сейчас у нас задача поскорее найти молоко, пока духи чего-нибудь не учудили.

– Ай! Ой! – из дома спотыкаясь и жмурясь выбежали Фрея и Сабуро, – Что происходит?!

– Да вот господин Дайнс неудачно попрактиковался в алхимии, – сказал Кафка, схватив споткнувшегося о порог Сабуро за руку и не давая ему грохнуться.

– Господин Дайслейн, вы очнулись! – Фрея протерла покрасневшие глаза и удивив меня, неожиданно бросилась и повисла на моей шее, – я так боялась за Вас.

Я погладил девочку по волосам, а потом аккуратно поставил ее на землю.

– Наш много мудрый алхимик угостил меня зельем. которое мгновенно вернуло меня к жизни. Хотя его вкус и запах едва не убили меня на месте.. Ик! Даже вспомнить стра... Ик! Ик!

Икота была такой сильной, что мне стоило определенного труда не согнуться пополам, пытаясь ее сдерживать.

– Ик! Кафка.. Ик! Я икаю из-за зелья? Ик!

– Ну-у-у... Вообще-то да. Это один из неустраненных побочных эффектов. Но не волнуйтесь, он продлиться не более одиннадцати минут. Ну, если я конечно не ошибся в расчетах. Но в любом случае вы не будете икать больше двух суток, это гарантированное ограничение... Да..., наверное.

Я слушал и чувствовал, как у меня руки чешутся надавать подзатыльников по голове, которая могла ошибиться в расчетах и приговорить меня к двум суткам такой икоты. Но я сдержался, вспомнив, что лекарство Кафки действительно подняло меня совершенно обессиленного.

– Сабуро, ты здесь лучше всех освоился, – поспешил сменить тему алхимик, – сможешь быстро раздобыть немного молока?

– Смогу, у соседей слева две коровы и они будут рады нас угостить после того, как господин Дайнс сам справился с большинством забравшихся в деревню тануки. Теперь дети жителей в безопасности, а за захваченных пленников они смогут требовать с Ночного клана хороший выкуп.

–Тогда беги скорее за молоком, пока духи дом не разнесли.

Сабуро побежал к соседям, а Фрея вцепилась в мою руку и затараторила.

– Господин Дайнц, вы ведь настоящий воин дракон, да? Я видела. как вы обожгли этих тануки своей кровью! Я знаю, так могут только воины из драконьего рода! Нас учили и я точно запомнила, что из всех магических семей только драконы так могут! А как вы дрались! Ах! Бросили меч и с голыми руками против пятерых противников! Вы настоящий герой! А как мы испугались, когда вы потом упали. Все испугались за Вас, а я сильнее всего. Я ведь подумала, что тануки вас ранили отравленным оружием. Они же мастера по ядам. А вы, такой, всех победили и после боя вдруг раз! И упали! Мы думали, вы умерли! Вы даже и не дышала, как казалось. Но потом Кафка Вас проверил и сказал, что вы просто истощились и Вам нужен покой и желательно хорошее зелье. Он сразу начал его готовить. Целый день возился, растирал, варил, мешал. А как он ругался, когда что-то пошло не так и пришлось начинать сначала! Кто-бы мог подумать, что ученые алхимики умеют так ругаться, да? А насчет запаха, правда, когда он зелье варил, то все из дома поуходили подальше, чтобы не задохнуться. А Какфка ничего, терпел,– Фрея перешла на шепот, – ему кажется даже нравился этот запах.

Такой поток слов от обычно молчаливой девочки меня несколько ошеломил. а еще я понял, каким я был идиотом. Кинуться на вооруженных убийц с голыми руками. Действительно чудо что меня не прикончили. А они, оказывается, еще и мастера по ядам. Чиркнули бы по коже отравленным ножом и все, выполнять обещанное Ризадо будет некому. Стоп! Обещанное? Я что действительно что-то ему обещал? Вчера я об этом ничего не помнил.