Текст книги "Кровь дракона (СИ)"

Автор книги: Элиас

Соавторы: Дмитрий Берг
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

– Видишь, дух играет с тобой, а мне она позволила к себе прикоснуться только через месяц после того, как я впервые ее увидела.

– Не думаю, что это из-за моего нового имени. Это зеленая хулиганка уже лазила по мне сегодня утром, когда я только очнулся. И тогда она также меня укусила. Возможно ее привлекает моя кровь.

–Уже поздно, иди в дом, а то твои друзья начнут беспокоиться. Завтра утром я попытаюсь научить тебя кое-чему из того, что знаю о магии. Мои знания невелики, но и эту малость освоить совсем не просто. Располагаешь ли ты временем для учебы и вы спешите?

Вопрос застал меня врасплох. Спешу ли я? Возможно у меня и есть какие-то очень срочные дела, связанные с договором с Ризадо, но я о них просто не помню. Единственное , что стоило бы сделать сделать в ближайшее время – это найти мою сестру и удостовериться, что с ней все в порядке. Но она сейчас должна быть у нашего дяди. У него немного воинов, но главная защита в том, что сестра должна прятаться у него тайно. Если я сейчас поеду к ним, то сам могу привлечь ненужное внимание. Сабуро и Кафка, насколько я знаю, тоже не имеют срочных дел. Фрея хотела добраться до Южной крепости, чтобы найти друзей ее учителя, но она даже не знает точно, кого ей искать. Так что думаю, ей тоже не обязательно спешить туда изо всех ног.

– У меня нет срочных дел. Но я обещал довести Фрею туда, где ее должны ждать. Я переговорю с ней. Если она не будет против, то я буду рад задержаться на какое-то время.

– Ты позволишь девчонке решать за тебя?

– Я пообещал, что позабочусь о ней и доведу туда, куда ее вел учитель, пока его не убили. Я привык держать свое слово, даже если дал его ребенку, чтобы его успокоить. Поэтому она сейчас может решить пойдем ли мы завтра дальше или задержимся. Но если я не смогу сейчас остаться, то вернусь потом так быстро, как смогу.

– Не загадывай так далеко. И лучше задержитесь сейчас. Девочку у нас никто не обидит. Тануки здесь теперь не скоро объявятся, а больше в нашей глуши опасаться некого. Давай, уже иди, там ужин давно остыл.

Мысли о ужине сразу заставили меня пошевелиться быстрее. Я неожиданно понял, что с рождения еще ничего не ел. Под урчание живота я направился в дом, где меня уже заждались.

Глава 14 Ужин с друзьями и духами

Когда я зашел в дом, то все уже ждали меня за столом.

– Господин Дайнслейв, мы уже начали беспокоиться, – сказал Сабуро с явным облегчением, вы пропал на несколько часови только совсем недавно староста сказала, что вы скоро вернетесь и распорядилась подать нам поесть.

– Да мы беспокоились, – подтвердил Кафка, – и ждали с нетерпением.

– Ему не терпелось начать есть, – с улыбкой проговорила Фрея и вызвала у всей компании смешки.

– И ничего смешного я не вижу! – возмутился алхимик, – мой желудок урчит уже так громко, что у меня скоро заложит уши!

– Так давайте оценим угощение по достоинству, – сказал я, усаживаясь на оставленное для меня место.

Ничего неожиданного на столе не было. Отварной рис с овощами дополнял куски аппетитно пахнущей рыбы, которую мы приправляли кисло-сладким соусом. Еще на столе лежала зелень. Но если побеги лука мне были знакомы, то все остальное в прошлой жизни мне есть не доводилось. Кафка и Сабуро ели все и с апетитом. Фрея выбирала листья, напоминающие крест салат, но более темные и имеющие свежий запах.

Ешь се.. – сказал ей Кафка с набитым ртом, потом прожевал и добавил. – не стесняйся и жуй все. Я как алхимик знаю, что в каждой из этих травок содержится очень много пользы.

– Нас учили избегать пищи с резким запахом, – нерешительно ответила Фрея, – хорошо воспитанная девушка должна иметь свежее дыхание.

– Если ты съешь лука или сэри или лишний раз макнешь рыбу в острый соус, то не начнешь дышать огнем, как дракон, – высказал свое мнение Сабуро. Сам парень с удовольствием следовал озвученному совету, жуя все подряд и не жалея соуса.

Фрея сперва нерешительно, а затем уже более уверено начала пробовать все, что было в лежащем на столе съедобном «гербарии».

Я тоже решил попробовать местные витамины. Мне раньше нравилось закусывать борщ зеленым луком, а жаренное мясо кинзой и петрушкой. Я начал по очереди брать разные травки и жевать их, макая в соус. Одна оказалась жгучей, словно чеснок, вымоченный в настойке красного перца. Я спешно заел ее рисом и рыбой. Следующие я пробовал куда осторожнее. Вкус двух травок мне не зашел, а остальные оказались довольно приятным дополнением к основным блюдам.

Последним что я попробовал, было растение с мелкими перистыми листья с красноватым оттенком. Вкус был приятным с легкой остротой, но когда я разжевал первый такой листик, то неожиданно услышал недовольно бурчащий голосок: «Жуют, жуют... Жуют жуют.. Ням– ням... Не дают.. Жуют, жуют, ням-ням. Не даю-ю-ют.. У-у-у... Жуют, жуют»

– Вы это слышите? – спросил я.

– Что? – непонимающе переспросил за всех Кафка.

– Кто-то тихонько бубнит «Жуют, жуют, ням-ням, не дают...»

– Я ничего не слышу, – сказал Сабуро,

– Я тоже, – подтвердил Рю. – Может вы услышали кого-то из домашних духов? Точно! Мы же не поделились едой перед трапезой. Ничего, сейчас все исправим.

Кафка сложил на дощечку горстку риса, кусочек рыбы в соусе и листик травки, как раз такой, что я съел последней. Собрав подношение для духов он отнес и положил его на пол у токономы.

Судя по тому, что бормотания умолкли, Кафка сделал все правильно

– А почему ты положил именно эту травку? – спросил я алхимика.

–Огнеушку? – переспросил вернувшийся к столу Кафка, – так ее же всегда добавляют к подношениям. С школе нам говорили, что это просто традиция, но традиции сами по себе не возникают. В народе верят, что духам нравится эта травка, а еще, что духи внимательней относятся к просьбе человека, если он перед обращением поднесет блюдо с этой травкой. Причем, не факт, что дух захочет помочь. Утверждается, что травка лишь заставит его внимательнее слушать. А чтобы дух уже помог, нужно чтобы угощение было вкусным, а просьба вежливой.

– В легендах, которые передаются среди рода Когнито, которые прислуживают в императором дворце уже больше тысячи лет, огнеушку называют огненным свитком, – добавила Фрея, – считается, что это магическое растение, которое позволяет духам разных стихий общаться на одном языке.

– Интересный факт, я о нем не слышал, – Кафка взял в руку листик огнеушки и внимательно рассмотрел его, – общеизвестно, что эта травка хорошо помогает людям при затяжном насморке. Влияние на духов она определенно имеет, но какое именно еще никто точно не выяснил. Мой учитель говорил, что результаты опытов с это травкой были слишком неожиданными. Духи реагировали иногда даже очень бурно, но закономерности никто выяснить не смог. Может причина как раз в том, что сама травка просто влияет на чувствительность духов к раздражителям и в зависимости от обстоятельств применения она вызывала различную реакцию...

Увлекшийся ученый продолжая говорить, не забывал с аппетитом поглощать рыбу, рис и все травки включая обсуждаемую.

– А может быть так, что травка просто позволяет любому духу услышать и понять, что говорят остальные духи? Ведь примерно об этом и говориться в легенде? – высказал я возникшую догадку.

А про себя подумал, что если я съев листик, начал слышать ворчащего домового духа, то значит эта трава на меня действует как на духов. Вероятно сказывается мое перерождение и имя, данное Игнисом. В чем-то я стал больше похож на духов. Ведь остальные за столом тоже ели эту траву, но духа никто не услышал. А может дело в моей крови. В любом случае, травка полезная и надо будет ею запастись. Я даже сразу прихватил пару листиков и попытался спрятать в карман.

Но моей руке что-то помешало. Точнее кто-то. Зеленая ящерица вылезла и моего кармана и перехватила листок зубами. Потом уселась у края нашего стола и принялась есть. Она грызла листик, держа передними лапками и напоминая мне повадками хомячка.

В это время Фрея завизжала и замахала руками. Я думал, что она испугалась пресмыкающегося, но ошибся.

– Ой, ой, какой миленький! Лапочка! Можно я его потрогаю, – девочка потянулась через стол, пытаясь схватить ящерицу, но та быстро перепрыгнула по другую от меня сторону и недовольно фыркнула.

– Что за вздорная девчонка! Я не морская свинка, чтобы хватать меня и тискать, – возмущенная ящерица догрызла листик и осуждающе уставилась на восторженно тянущуюся за ней Фрею.

Судя по всему, сказанное услышал только я.

– Фрея, не надо, ей не нравиться, когда ее ловят, – на всякий случай пресек я возможный конфликт, а потом обратился к ящерице, – ты меня слышишь?

– Конечно слышу, я же не глухая! И похоже ты меня тоже слышишь, хотя обычно люди духов не слышат. Люди вообще по большей части туповаты.. Собаки намного умнее! Зато еда у людей вкусная. Ты собираешься меня угощать или как? Или ты тоже дурно воспитан, как и эта девчонка?

– Конечно, присоединяйся к нашей трапезе, – ответил я, борясь с легким шоком, – может тебе что-нибудь подать?

– Да, кусочек рыбы с соусом.

Я отломил рыбьего мяса, макнул его в соус и положил перед ящерицей на дощечку, которые использовались за столом вместо тарелок или блюдец. Зеленая малышка как ни в чем не бывало кивнула мне и начала с удовольствием трапезничать.

Сабуро смотрел на нас открыв рот, Фрея тоже замерла на полуслове.

– Ты что с ней разговариваешь? – спросил Кафка.

Зависла неловкая пауза. Как бы меня того... Не решили, что я сбежал из палаты № 6. Интересно, как в этом мире принято поступать с теми, у кого крыша поехала? Я ведь при них с ящерицей разговариваю...

– Ты можешь общаться с духами? – снова с придыханием спросил Кафка.

– Похоже, что да, могу. Ну по крайней мере с этим духом.

– Как интересно..., – Кафка с прищуром посмотрел на меня, а потом на ящерицу, – Интересно, дело в развитии твоего дара или это особенность данного духа... Думаю ряд экспериментов мог бы помочь...

На этот раз за ящерицей потянулся Кафка. Но та явно не собиралась позволять ставить над собой эксперименты. Подтянув под себя лапки она неожиданно... исчезла!

– Рю! – теперь уже я возмутился. – Какие еще эксперименты? Она живая и разумная. И я вообще-то пригласил ее за наш стол. А ты ее напугал! Она даже рыбу свою не доела.

– Да как-то невежливо, – подтвердил Сабуро, – сами едим, а гостью испугали и прогнали.

– Я и мои друзья просим простить нас за наше необдуманное поведение, – хорошо поставленным голосом проговорила Фрея, – если Вам будет угодно, мы были бы рады вашему возвращению за наш стол.

– А девчонка не безнадежна, какое-то воспитание ей все же дали, – проговорила ящерица, которая появилась так же быстро, как и пропала, и принялась доедать свою рыбу.

– Вернулась, – Сабуро искренне улыбнулся, радуясь что дух на нас не обижается, – А остальные духи не в обиде, что мы их не пригласили к столу Особенно после того.. Ну после этого порошка, что господин Данслейн утром рассыпал... Случайно! Случайно рассыпал.

Я задумался. Сабуро при всей своей простоте пожалуй говорит правильные вещи. Я утром обидел духов, а поднесенное молоко с каплей крови это еще не извинение.

– Уважаемые духи, живущие в этом гостеприимном доме, – проговорил я копируя манеру Фреи, если вам будет угодно, то я и мои друзья сочтем за честь разделить с вами трапезу за этим столом.

Я произнес эти слова и все мы замерли в ожидании кроме ящерицы, которая продолжала невозмутимо хомячить рыбу.

С пол минуты ничего не происходило. Потом неожиданно рядом с тарелкой Кафки появилась волосатая лапка и схватила горсть риса.

– Всех могли и не звать, – проговорила ящерица, доевшая свою рыбу, много чести для них, – Ну да воля ваша, как и еда. Подай ка мне риса, пока они все здесь не подмели подчистую.

За столом со всех сторон начали появляться существа довольно оригинальной наружности. Большинство напоминало небольших зверьков: мышей, хорьков, и даже кротов, за исключением одного духа, который имел вид мохнатого старичка с кривыми ножками и ростом чуть больше пальца.

Мы, как приличные хозяева, стали подавать пришедшим кусочки рыбы и рис, запас которых начал стремительно сокращаться. Среди довольного чавканья раздавалось: «Вкусно..., ням-ням..., хорошие..., рыбка...» Какой-то связной речи не наблюдалось.

Ящерица, которой я положил горку риса с овощами бесцеремонно оттолкнула чью-то лапку, потянувшуюся к ее «тарелке».

– Они как дети – эти домашние духи, – проговорила ящерица, обращаясь ко мне, – не очень умные, но любят вкусное и ценят внимание.

– А ты разве не домашний дух? – удивился я.

– Я? Конечно нет, какой же ты невежда! Спутать меня с домашним духом. Фи!

– А кто ты?

– Ну знаешь..., – ящерица проглотила остаток риса, – я потом тебе расскажу, если заслужишь. А пока спасибо за трапезу, Было вкусно. Ик!

После ика ящерица в своей манере исчезла. Остальные духи исчезать не спешили, а спешили оценить наш ужин. Хорошо, что мы уже успели немного утолить голод, а то из-за своей вежливости могли бы лечь спать голодными. Малышня уничтожала угощение с завидным аппетитом. Удивительно только что Кафку это не расстроило. Похоже возможность понаблюдать за духами была для него даже важнее, чем голод. Я заметил, как у него невольно тянуться куки то к одному. то к другому духу и он еле сдерживается, чтобы не схватить такой желанный объект для изучения и опытов. Его наверное останавливала мысль о том, что если он схватит одного, то остальные разбегутся.

–Это подпольный дух, а это чердачный! А это баку, который питается снами! А это дух печи..., – Кафка указал на мохнатого старичка, – Ах мистер Данслейн, если бы вы знали как ценятся в алхимии его волосы... За один волосок можно выменять полную меру эгейского перца, или свечку из ушной серы тролля, или... А лучше ни на что не менять. Такие волосы самому нужны!

Кафка смотрел на мохнатого старичка в мятой тряпичной шляпе, как гламурная девица на сумочку от Луи Витона. У него чуть ли не слюна капала. Мне стало жаль алхимика и я обратился к духу печи:

– Можно посмотреть на твою шляпу? – протянул я руку.

Довольно чавкающий старичок недоверчиво взглянул на Кафку, но снял и протянул мне свой головной убор. С внутренней стороны к ней прилипло несколько серых волосков. Я осторожно достал их и положил на стол. Дух не возражал. Потом я взял салфетку и немного очистил шляпу от пыли и расправил на ней складки, после чего вернул хозяину. Тот надел ее с явно довольным и похоже даже гордым видом. Мол смотрите, какая у меня теперь шляпа чистая и ровная! Грызущая рядом морковку мышка даже завистливо пискнула.

Кафка дрожащими руками собрал со стола несколько полученных волосков.

– Вы не представляете, какая это удача! Домашние духи ведь самые скрытные. Они живут у людей под боком, но почти никогда не показываются на глаза. А дух печи один из сильнейших домашних духов. Он может влиять на огонь и тепло. У императора Куня были охотничьи сапоги, в которые были зашиты с соответствующей подготовкой по волоску печного духа. В этих сапогах никогда не мерзли ноги. В молодости он, возвращаясь с охоты, вместе с конем провалился под лед. Конь поломал ноги, а император ушел под воду. Он с трудом выбрался и потом два дня добирался домой пешком и даже не простудился.

Наверное действительно полезная вещь. Непонятно только почему такие сложности. Старичок настолько мохнатый и волосатый, что его одного может хватить на целую обувную фабрику.

– Если это такая ценность, то почему никто не поймает одного такого духа? Он же озолотится?

– Вы что! Нельзя ловить печных духов! – сказал Сабуро. Никакое золото этого не стоит.

– Да, Сабуро прав. Если даже не брать во внимание то насколько трудно выследить или заманить печного духа в ловушку, то ведь его еще нужно заставить расстаться с волосами. А печной дух способен превращаться в раскаленную головешку с волосами из пламени. А если сделать духу больно, то он может наслать проклятье пожара. Проклятый обречен всю жизнь бояться сгореть заживо, потому что возле него постоянно будет что-нибудь загораться. Так что эти волоски бесценный дар. Ой постойте..

Кафка побежал в угол и зарылся в свою сумку. Потом вернулся и положил перед старичком маленький сморщенный гриб.

Старичок сморщил нос, потом довольно хмыкнул и забросил гриб себе в рот. Пару секунд ничего не происходило, потом старичок зажмурился и с громким «Пуф!» выпустил из ушей по облачку синеватого дыма. После чего крякнул, прямо как мой двоюродный дядя после стопки забористого самогона.

– Это огнегриб, – пояснил Кафка, – если щепотку порошка из высушенного огнегриба бросить на сырые дрова, то они под дождем будут гореть, ка сухая солома, облитая маслом. Этот гриб традиционно подносят духам печи, чтобы их задобрить. Гриб конечно редкий, но ни в какое сравнение с волосами духа не идет.

Старичку гриб похоже понравился. Он почмокал губами, покряхтел и что-то достал из-за пазухи и положил на стол. Потом кивнул мохнатой головой, типа кланяясь на прощанье, развернул и ушел, буквально растворившись через несколько шагов. Остальные духи ретировались след за ним, словно за старшим по команде.

В принципе ужин пора было заканчивать, так как пока Кафка восторгался своей удачей, духи уже успели начисто вымести все съестное.

Я посмотрел на оставленный старичком подарок. На столе лежал нечем не примечательный матово черный камушек меньше моего ногтя.

– И что это такое?

– Это уголек. Довольно полезная вещь, – объяснил Кафка, – дуньте на него.

Я нагнулся и тихонько подул. Камушек покраснел и над столом взвился дымок.

– Осторожней, а то стол старосте пропалим, – испугался Сабуро и быстро закатил уголек на керамический соусник.

– Им удобно разжигать костер. Если на него дуть, то он может гореть около часа. Потом его нужно положить в огонь, чтобы он опять накопил тепло на будущее. А можно просто разжигать им огонь в костре или печи и оставлять там, пока огонь не потухнет. А потом забирать. Тогда он постоянно будет максимально заправленный.

Глава 15 После ужина

По окончании ужина я вновь вышел на улицу. Темнело уже… А мне казалось, что утро только наступило… Забавные вещи творит с ощущением времени комфорт. Вместе со мной вышел Кафка.

– Ты упоминал учителя… Но прежде говорил, что самоучка, Рю – начал было я разговор.

– Это долгая история. У алхимиков, как и у воинов, бывает много наставников, преподавателей в академиях или школах… Но вот учитель всего один. Он как второй отец. Есть, конечно, те, кто меняет учителей. Такие люди – позор своего дела. Когда о ситуации узнают в массах, перебежчика лишают всех титулов, а иногда могут и вовсе убить… – Кафка пошел в дом – подождите меня здесь, господин Дайнс.

– Да… Хорошо – я ответил, слегка растерявшись.

По Рю трудно было сказать, через сколько всего ему пришлось пройти. Бывший пьяница, которого чуть не утопили в реке. Алхимик, что потерял почти все свои запасы материалов, а после быстро нашел общий язык с местным травником и смог вернуться с полной сумкой. А ведь он ещё говорил, что побывал на фронте и ставил опыты на духах. Помнится, ему нравилась медицина. Думаю, что наше с ним её понимание отличается, но чутье на собрата по разуму заставляет меня интересоваться этим человеком.

Интересно то, что Кафка неплохо охотился и владел копьем. А как он держал в руках нож, когда резал мне палец. К тому же, повесил топор на пояс после прихода в деревню. Миниатюрный, конечно, но зачем?

Сейчас, задумываясь об этом мире, я понимаю, что загадок в нём куда больше. И Кафка, который был со мной с первого дня здесь, наверное, самая большая из них. Если с Сабуро и Фреей все примерно понятно… То Рю – сама таинственность.

Всегда знает ответы на все вопросы, неплохо ориентируется даже в абсолютно безумных ситуациях.

Хотелось бы побольше расспросить его, но даже не знаю, откуда подступиться. Остается надеяться на такие вот случайные разговоры. Во всяком случае, стоит радоваться, что такой человек стал моим спутником… И не стал врагом.

Думая об этом, я сел на колоду близ дома и посмотрел на поленницу, стоящую рядом. Удобно, наверное, часть дров хранить здесь, чтобы не бегать до сарая каждый раз. В это же время вернулся Кафка. В его руках была уже знакомая мне сумка.

– Простите, что заставил ждать, – Кафка открыл её и достал оттуда железный диск – мне нужно было показать это, чтобы быть убедительнее. Это и есть мой учитель. Вернее, то, что осталось от него.

Я взял в руки диск и увидел на нём множество мелких выгравированных символов. Он был размером с ладонь и блестел в закатном солнце. Тест же явно относился к местному языку, но прочитать его я не мог, хотя очень пытался. Даже тело, знающее местную письменность (я проверял, главное – не задумываться) не могло мне помочь.

– Если не понятно, то это нормально. Алхимики любят шифры. Мой учитель тоже любил. Жаль, что знал я его недолго. Около шести месяцев всего. Он понимал, что времени осталось мало, потому обучал меня не алхимии, а… Основам логики и анализа данных в этом деле. Я вызубрил все, что он мне говорил за то время. Освоил определенную практическую базу и научился использовать оборудование и духовный огонь. А после учитель дал мне это и наказал путешествовать в поисках книг и материалов, указанных здесь. Сказал, что со знанием и практикой придет понимание. Не даром его считали безумцем. Я проклинал тот день, когда попросил стать его учеником. Но безумец как в воду глядел. С каждой строчкой я понимал все больше, а непонятные, на первый взгляд, вещи становились абсолютно логичными… Дальше стоило рассуждать… И у меня получалось! – Кафка улыбался, не скрывая своей гордости за себя и учителя – Потому я и самоучка. Такие вот дела. Мне осталось около двадцати книг… И их надо ещё найти. А после доступ получить… Это все требует средств и времени.

– Вот оно как… Но разве после боевых действий не положена выплата солидного жалования? Тем более, алхимикам – Я решил воспользоваться моментом и узнать побольше.

– Положена. И я получил награду, пусть и не в полном размере. Проблема в другом. После войны мне хотелось просто отдохнуть. Все же, боевые действия – это тяжелое потрясение для любого человека. В итоге, деньги ушли не на знания, а на пару месяцев комфорта. Потом поиск работы, какое-то количество временных должностей. После переезд в здешние края. Работа на местного феодала, рутина, неудачи в незнакомой сфере, алкоголь… А после мы познакомились. Но наше небольшое путешествие – это глоток воздуха. Думаю, пора снова начать охоту за знаниями. Сидеть на месте – это не моё. Сама судьба так распорядилась! – Кафка забрал диск и убрал в сумку.

– Интересная история у тебя, Рю. Но мне кажется, что подробностей в ней намного больше. – Я улыбнулся ему, встав с колоды.

– Ещё на много вечеров хватит! – тот ответил мне улыбкой – Если интересно, спрашивайте! Да и о себе рассказывайте. А то мы о вас знаем совсем немного. Думаю, судьба воина драконьей крови не менее интересна. А то и более. Это ведь мы заурядные…

– Хм… Как раз наоборот… – я отвел взгляд.

– Если вспомните чего, господин Дайнс, я буду рад послушать – Кафка улыбнулся.

– Просто Дайнс – я положил руку на его плечо, ответив на его улыбку – слишком много чести.

– Будет трудно привыкнуть… Но раз так просите, постараюсь – Рю потер затылок.

– Эй! Вы там долго будете стоять? Не хочу прерывать, – К нам обратилась Кизото – Но ваши товарищи давно в сëнте ушли, а вы все болтаете.

– Ушли?! – Кафка вскрикнул – Ах они! Ну, Сабуро… – Кафка побежал в дом.

– Пожалуй, я тоже поспешу. Спасибо, Кизото!

– Всегда пожалуйста – женщина кивнула мне в ответ, а когда я прошёл мимо, она толкнула меня локтем – В деле воина самое главное что?

– Внимательность… – я цокнул языком.

– Учись, мальчишка – та улыбнулась, закрыв глаза и ушла в сторону сарая.

Я же двинулся в дом в поисках своего полотенца. Честно говоря, после разговора с Кафкой мне стало проще на душе. А вот после замечания Кизото я словно вернулся на первый курс, когда уронил на пол банку с легким в формалине. Тогда меня отчитали и пугали отчислением… Надеюсь, сëнте сгладит этот диссонанс в моих мыслях и чувствах. Да и остатки пепла с тела смыть надо…

Прихватив полотенце и чистую рубаху, я успел выйти вместе с Кафкой.

– Рю, а ты не против был бы задержаться на несколько дней в этой деревне? Или тебе нужно скорее двигаться по списку, который дал твой учитель?

– Если честно, то я сам хотел предложить задержаться тут немного. Местный травник... Вообщем, думаю, что здесь я могу узнать многое из того, чего в большинстве книг не найти. Да и пополнить запасы некоторых растений можно недалеко отсюда. Поэтому, если вы хотите тут задержаться, то я с удовольствием составлю Вам компанию.

– А где ты собираешься пополнять свои запасы? Надеешься, что травник еще с тобой поделиться?

– Нет, он и так дал мне очень много всего. Редкостной щедрости человек. но его запасы тоже не безграничны. Но здесь недалеко есть лес... Точнее гора, покрытая лесом. Место довольно непростое, там обитают сильные духи, которых понапрасну лучше не тревожить, но травник рассказал как можно туда попасть и где что можно собрать. Я бы хотел завтра туда отправиться, но завтра седьмой день с начала луны, а там есть дух, который не терпит, когда его беспокоят в седьмой, четырнадцатый или двадцать первый день лунного цикла. Поэтому пойти туда можно не раньше, чем послезавтра... Ну, вообщем, я только за задержаться здесь на несколько дней .

– Отлично, осталось только переговорить с Фреей. Мы же обещали ее отвести в Южную крепость. Не должна ли она была успеть туда к какой-то определенной дате?

Пока разговаривали с алхимиком, дошли до сенте. Пройдя в глубь, застали Сабуро, который спиной к нам прыгал на одной ноге рядом с большой купельней.

– Что ты делаешь? Это какая-то специальная гимнастика? – спрасил Кафка и Сабуро от неожиданности споткнулся и плюхнулся в воду.

Брызги от упавшего тела фонтаном окатили нас с Кафкой. Но если алхимик был наказан за то что испугал парня, то я пострадал совершенно безвинно. Сабуро вынырнул из бассейна и тряхнул головой.

– Уф, господин Кафка, ну что же вы так! Я пытался вытряхнуть воду из одного уха, а теперь она у меня в обоих.

Парень начал быстро вертеть головой, надеясь, что вода вылетит из ушей, но похоже, желаемого результата не получил. Ну если он конечно не планировал обрызгать нас еще и той водой, что теперь слетала с его волос.

– Постой, не верти головой! – Кафка отскочил на шаг назад, рискуя поскользнуться в луже. – Сейчас мы поможем твоей беде. Выбирайся из купальни.

Сабуро не стал спорить и вышел на сухое.

– Вытри уши полотенцем. Теперь оттяни за мочку уха, открой рот и пошевели челюстью, сделай глотательное движение. Помогло?

– Помогло! Но только с тем ухом, где вода уже была изначально! А со вторым не помогает.

– Ладно, перейдем к более серьезным мерам, Присядь и наклони голову.

Кафка достал из мешочка на поясе небольшой пузырек и ловко капнул в подставленное ушное отверстие. Потом подождал несколько секунд и скомандовал:

– Поворачивай голову ухом вниз!

Сабуро послушно перевернул голову и через секунду улыбнулся.

– Она вытекла! Честное слово, она раз... и вытекла. А я ведь минуты три до этого пытался уши освободить.

– Алхимия и не на такое способно, парень, – не без самодовольства заявил Кафка, бережно убирвая пузырек на место.

– А где Фрея? – спросил я.

– Она прошла дальше, сказала, что будет мыться там же, где в прошлый раз.

– Ну тогда я тоже пойду на то место, где уже мылся, – взяв слегка намокшее полотенце я прошел за перегородку и, быстро раздевшись, полез в теплую воду.

Вроде совсем недавно, я забирался в эту природную ванную впервые, а сколько всего с того момента успело произойти. Тануки, знакомство с домашними духами, и новое рождение с именем, подаренным самим Игнисом. Смывая налет пепла с кожи я снова удивился тому, насколько она гладкая и нежная. Прямо, как у девушки. Не было мавзолей ни на руках ни на пятках. Костяшки на кулаках раньше были, как у заядлого каратиста, а теперь больше подошли бы скрипачу или пианисту. Мало того, я заметил пару покраснений на стопах. Я за несколько минут ухитрился натереть ноги сандалиями. Повторное рождение имеет свои недостатки. Защитные мозоли придется нарабатывать заново с нуля.

Окунувшись с головой я прополоскал волосы. Воду в уши, как Сабуро, я слава всем духам, не набрал. Выбравшись, принялся растираться полотенцем. Настроения долго отмокать сегодня не было. Хотелось быстрее переговорить с Фреей и определиться с планами на ближайшее будущее.

Когда я натягивал через голову чистую рубаху, то услышал подозрительный звук.

– Буль-буль! – раздалось от ниши с водой, из которой я только что выбрался.

Вроде, кроме меня никого здесь быть не должно...

– Буль-буль! – звук повторился чуть громче чем в прошлый раз

Вода в купальне задрожала и пошла кругами, как будь-то кто-то в ней вынырнул и снова нырнул чуть дальше.

Первая мысль была, что зря я так беспечно тут купаюсь. Мало ли что там сплавает в этой теплой воде. Потом вспомнил, что жители купаются тут чуть ли не каждый день уже много лет и ничего не бояться. Но расслабиться уже не смог. Прошлый раз когда я здесь расслабился, появились тануки и попытались похитить Фрею.

Я осторожно приблизился к воде. И снова раздался булькающий звук. И почему-то мне показалось, что это не шум, а чей-то голос. Проверив карман штанов я нашел листик огнеушки, закинул в рот и разжевал.

– Буль-буль, грязь, огненная грязь, – довольно четко различил я голос из маленького водоема, – насорил и не угостил.

В голосе слышалось недовольное ворчание. Вспомнилась вахтерша из начальной школы, которая совмещала обязанности уборщицы и всегда недовольно пыхтела на детей, забывших сменку: "Ходють тута, пачкают, а мне за ними мой..."

Похоже это какой-то дух который живет в сенте и поддерживает здесь чистоту. А его "не угостил" свидетельствует о том, что я не сделал какое-то принятое у жителей деревни подношение, которым они обычно благодарят духа за его работу. И хотя Кизото ничего нам не говорила, мне все равно стало неловко. Получается, что я и мои товарищи поступаем невежливо по отношению к духу, который заботиться о местных купальнях. А купальни просто замечательные, от чего становиться стыдно еще сильнее.

Не долго думая, я уколол мочку безымянного пальца и выдавил каплю крови прямо в басейн. Драконья кровь, как я понял, универсальная валюта для большинства духов. Но произошедшего дальше я не ожидал. Вода в купальне забурлила, словно кипя, а над поверхностью возникло облако пара. неожиданно из глубины выпрыгнуло создание, словно сотканное из водяных нитей и напоминающее усатого бобра. Существо плюхнулось на камень, почесало задней лапой ухо и забулькало: