355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Dadavay » Дискорд однажды - Дискорд навсегда (СИ) » Текст книги (страница 32)
Дискорд однажды - Дискорд навсегда (СИ)
  • Текст добавлен: 2 декабря 2017, 12:00

Текст книги "Дискорд однажды - Дискорд навсегда (СИ)"


Автор книги: Dadavay



сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 39 страниц)

– а-ха-ха-ха! – Ауисотль, запрокинув голову самозабвенно хохотал, а его силуэт снова окутывали непрозрачные клубы тьмы. – Возрадуйся: сегодня я освобожу тебя от груза ответственности и чувства вины!

Вырвавшиеся из спины Темного кровавые щупальца, приняли вид хлыстов и начали обрушать удар за ударом, на тонкую золотистую пленку, окружившую «богиню солнца». Тьма начала расползаться по земле жирным пятном, из которого то и дело вырастали острые зазубренные шипы.

Окутавшись броней из жидкого огня, испепеляющего землю и выжигающего воздух, Селестия бросилась в атаку. С рога принцессы дня сорвались яркие белые молнии, вонзившиеся в защиту ее врага, после чего произошел громкий взрыв.

Встав на дыбы, кобыла опустила передние копыта на дезориентированного Ауисотля, но в последний момент он успел сместиться, благодаря чему не погиб мгновенно, а лишь получил глубокую рану в боку. Аликорн же, не собиралась упускать инициативу, развернувшись на передних ногах, сильно лягнула задними, попав по выставленным в защитном жесте лапам Темного.

Тьма и пламя снова столкнулись, но на этот раз их удар был на порядок слабее. Отброшенные друг от друга взрывной волной, противники вцепились в землю конечностями, прочерчивая глубокие борозды. Воспользовавшись удачным моментом, принцесса дня применила заклинание «солнечного ветра», которое создала взмахом крыльев.

Поток золотого света, иссушил землю и заставил растрескаться раскаленные камни, с Ауисотля же, вновь слетела защита из клубов черного тумана.

– умри, тупая кобыла! – Тело Темного начало истекать кровью, которая застыв превратилась в доспех.

– ррр! – Рык Фенрира, бесхитростно кинувшегося в лобовую атаку, на секунду отвлек врагов.

– да когда ты наконец угомонишься?! – Отмахиваясь от алмазного пса, словно от назойливой мухи, раздраженно воскликнул Ауисотль.

Раздавшийся хруст костей вожака хищников, Селестия услышала отчетливо, так что в душе даже появилась жалость к этому смелому, но не слишком сообразительному существу.

Дух ярости же, еще находясь в полете, швырнул свое копье в сторону «богини солнца», и собрав все силы прохрипел:

– воспользуйся им!

Рефлекторно подхватив артефакт полем телекинеза, принцесса дня тут же ощутила, как древко начало высасывать ее силу. Первый порыв отбросить оружие подальше, удалось подавить усилием воли, а после этого поток энергии был только увеличен, так что способность поглощения уже не справлялась.

Темный, оклемавшись после последней атаки, сам перешел в наступление. От скорости движений его силуэт размазался в воздухе… но белая аликорн ничуть не уступала ему, так что встретила сдвоенным ударом передних ног, намереваясь пробить грудь.

Ауисотль перехватил копыта «богини солнца» передними лапами, распахнул пасть и уже намеревался вцепиться зубами в скрытую под жидким пламенем нежную плоть, когда спину пронзила острая боль, а из живота выглянул окровавленный наконечник копья, с которого развеялся захват золотого телекинетического поля.

– кха-кха… – Отшатнувшись от полыхнувшей силой Селестии, молодой Темный схватился за наконечник, но как бы не старался, не смог даже пошевелить засевшее в теле древко, и лишь расцарапал ладони. – Это… все?

В алых глазах, в которых невозможно было рассмотреть зрачки, впервые с момента зарождения, появился страх.

Принцесса дня молчала, внимательно следя за врагом и готовясь продолжить бой, оказавшийся для нее неожиданно сложным и затратным. От ее внимания так же не ускользнуло то, что оружие алмазного пса, присосавшись к энергетике Темного, начало пускать ростки, укореняясь в пронзенной плоти.

– как нелепо. – Задние лапы Ауисотля подогнулись и он упал на колени. – Я столько времени готовился… все не может закончиться так!

Тьма попыталась окутать своего повелителя, но вместо этого рассыпалась лентами и втянулась в древко копья. Побеги, уже успевшие пронзить внутренние органы, разорвали кожу и стали оплетать продолжающего стоять на коленях монстра.

– странно… но мне почему-то совсем не больно. – Безумная улыбка расцвела на морде Темного и он закрыл глаза, прекращая всяческую борьбу. – Кажется что я сплю… а когда открою глаза, все будет хорошо.

Побеги наконец полностью оплели свою жертву, заключая ее в своеобразный деревянный кокон, от которого к земле протянулись тонкие корни. Ощущение давящей силы, в которой отчетливо чувствовались запахи крови и разложения, полностью пропало, будто бы источник оказался запечатан.

– хорошая добыча, принцесса. – Прохрипел голос Фенрира, откуда-то сзади.

Обернувшись, белая аликорн увидела алмазного пса, шкура которого местами была опалена, местами содрана, левая передняя лапа висела безвольной плетью а правая прижималась к груди. Однако же, не смотря на свой вид, вожак выглядел очень довольным, будто бы сам нанес решающий удар в битве.

– нам многое предстоит обсудить. – Хмуро произнесла принцесса дня. – К примеру то, что это было за копье и откуда оно у вас вообще появилось… но сперва, нужно оказать помощь моим подданным и проверить логово этого… существа. Кто знает, что еще может скрываться в темноте.

Кокон, в который превратились побеги выросшие из копья, белая аликорн решила пока что не трогать, но и не оставлять без присмотра. Уже после заката, объект должен был быть доставлен в лаборатории «золотого солнца».

***

Группа состоящая из пяти зебр, скрываясь в тенях и используя потайные ходы пронизывающие императорский дворец, стремительно приближались к покоям Брута. Неведомым образом им удавалось не встречаться с патрулями стражников, и даже слуги ни разу не заметили вторженцев. Вел же отряд немолодой жеребец, тело которого скрывало мешковатое серое одеяние.

На улице лил дождь, заставляющий жителей империи прятаться под крышами домов и трактиров. Новоявленная императрица, проводила очередной прием в тронном зале, всем своим видом выражая скорбь по поводу болезни мужа, из-за которой он не может покинуть постель.

«я бы даже поверил… если бы точно не знал, что ты и являешься причиной этой болезни».

Глава тайной службы императора, стиснул губы в тонкую линию, но благодаря тканевой маске и надвинутому на голову капюшону, спутники не заметили вспышку гнева своего командира.

Как докладывали агенты, Кризалис каждый день тратит по нескольку часов, что бы пообщаться с высокопоставленными зебрами. В ходе этих бесед, незаметно для полосатых жеребцов и кобыл, их отношение к чужакам становилось если не дружественным, то хотя бы терпимым, а о том что бы приобрести раба из числа дриад или алмазных псов, даже речь идти не могла.

«через пол года таких встреч, у императрицы не останется противников в столице, обычное же население города, готово на нее молиться уже сейчас».

Терять время было нельзя, поэтому операция по спасению Брута и его последующей перевозке на одну из баз у границы империи, планировалась с максимальной поспешностью. В условиях нехватки оперативников, самому главе тайной службы, пришлось покинуть свое убежище, рискуя раскрыть себя перед противником.

«по крайней мере, сейчас дриады верят в то, что я умер откусив себе язык. А император еще сомневался в необходимости программы по подготовке двойников».

Усилием воли отбросив неуместные в данный момент мысли, жеребец выглянул из скрытого в стене прохода в широкий коридор, в котором находился единственный вход в покои императора. Взгляд тут же наткнулся на четверых стражников, по мордам которых легко было понять, что это зебры из числа одурманенных.

«неужели Кризалис так уверена в своих силах, что оставляет зебр без присмотра даже на таких важных позициях?».

Отмахнувшись и от этой мысли, командир жестами отдал приказы своим спутникам. Как бы ему не было жаль убивать сородичей, тем более верно служащих своему императору и виноватых лишь в том, что оказались подвержены воздействию дурмана чужаков, но словами здесь справиться было невозможно. Стражники, искренне верящие своей новой госпоже, поднимут тревогу и будут драться до конца, защищая трижды проклятую дверь.

«ну почему мы не построили потайной ход ведущий прямо из спальни?».

Вопрос заданный самому себе, так и остался без ответа.

Четверо бойцов тайной службы, зажав в зубах рукояти кинжалов, выскочив из прохода, вихрем налетели на своих противников. одурманенные, хоть и сохраняли часть инициативности, но их реакция была заторможенной, а потому вместо хотя бы приблизительно равного сражения, произошла резня.

– время. – Напомнил своим подчиненным немолодой жеребец, бросив быстрый взгляд в дальний конец коридора.

Вторженцы поспешно затащили мертвые тела в покои императора, сняли со стражников доспехи и сами в них облачились, после чего вытерли с пола кровь и встали по сторонам от входа, изображая одурманенных болванчиков. И хоть они не были похожи на своих жертв… но для чужаков, все зебры имели одну морду.

Тем временем, командир подошел к постели, на которой тяжело дыша лежал Брут. Вид у правителя был истощенный, да и тот факт что на шум он никак не отреагировал, вызывал беспокойство.

– ничего. – Немолодой жеребец извлек из своего одеяния стеклянный флакон, закрытый деревянной пробкой. – Сейчас ты у меня придешь в себя.

Зубами откупорив сосуд, глава тайной службы левой передней ногой приподнял голову императора, а правой влил остро пахнущую жидкость в открытый рот. Реакция на лекарство проявилась тут же.

– гха-гха-гха… Кхе-кхе. – Брут затрясся всем телом, распахнул глаза во всю ширь и начал отплевываться. – Самка, ты решила меня еще и отравить?

– за «самку», можешь и по зубам получить, господин. – Произнес вторженец, скидывая с головы капюшон и снимая маску.

– ты? – Дух зависти изобразил удивление на морде. – Но ведь я сам слышал… ей незачем было врать.

– слухи о моей смерти, сильно преувеличены. – Собеседник позволил себе слабую усмешку. – Однако, пока враги в это верят, у меня развязаны копыта.

– сзади. – Успел произнести «рыцарь порока».

В следующий момент, с потолка, скидывая маскировку, спикировала дриада вооруженная длинными тонкими кинжалами.

На одних инстинктах зебра извернулся упав на спину, а затем ударил задними ногами в живот убийце, подбрасывая ее вверх и вперед. Снова оказавшись на ногах, он выхватил из рукава собственный нож, после чего в два прыжка приблизился к жертве.

Обладательница зеленой кожи, выпустила облако пыльцы из бутона на голове, и хоть одурманивающий эффект не сработал, но это действие заставило жеребца замешкаться буквально на мгновение.

Резкий сокрушительный удар левым передним копытом в голову, должен был вырубить вторженца, но глава тайной службы лишь сместился в сторону, пропуская выпад в сантиметре рядом с виском, что бы в следующую секунду самому навалиться на противницу. Сцепившись в копытопашную, они откатились от постели, на которой продолжал лежать император, постепенно приходящий в себя после сильнейшего истощения.

Дриада смогла магией подхватить выпавший из зубов зебры клинок, но не успела им воспользоваться, так как полосатый жеребец не думая долго, зубами вцепился в один из лепестков бутона, отрывая от него больше половины. Наградой за это действие стал болезненный стон, брызнувшая кровь и потеря концентрации над чарами.

Развивая инициативу, глава тайной службы подмял под себя кажущееся таким хрупким тело кобылы, и начал размашистыми ударами передних копыт, превращать в месиво ее мордочку. Уже после четвертого замаха, какое либо сопротивление прекратилось, но для гарантии, вторженец дополнительно перебил жертве горло.

– если эти твари еще и невидимыми становиться могут, то наши проблемы еще больше чем я думал. – Переводя дыхание после скоротечной, но выматывающей драки, немолодой жеребец обернулся к постели и замер в шоке.

Над Брутом стояла еще одна дриада, при помощи телекинеза вонзившая нож главы тайной службы в горло императора, который из-за слабости даже сопротивления оказать не мог.

За дверью раздались звуки боя и крики, и шум постепенно нарастал.

«проклятье! Почему я не подумал, что эта тварь может быть не одна?».

Вторая противница, расправив листовидные крылья, оскалила белоснежные зубы с выступающими острыми клыками, а затем с кошачьей грацией прыгнула вперед. Бутон на ее голове сверкнул ярким белым светом, ослепляя противника…

…когда стража, разобравшись с группой вторженцев у входа в покои императора, ворвалась в спальню Брута, их взглядам предстала картина полного разгрома. В лужах крови лежали две дриады, над одной из которых замер потрепанный немолодой жеребец, одетый в мешковатое изорванное одеяние.

Ошеломленная тишина длилась целых пять секунд, а нарушил ее дрогнувший голос одного из молодых воинов:

– император… мертв. Этот мерзавец убил императора!

Словно только и дожидаясь этих слов, воины вскинули короткие мечи и начали окружать вторженца. Среди них не было полностью одурманенных, воздействие ограничивалось лишь внушением легкой симпатии к зеленокожим и их союзникам, а потому навыки боя и реакция никак не пострадали.

– если я скажу, что Брута убили они, (кивок головой на мертвых кобыл), вы ведь мне не поверите? – Без особой надежды, спросил глава тайной службы.

– сдайся без сопротивления, и я обещаю тебе честный суд. – Холодно ответил командир стражников.

– а судить меня будет Кризалис. – Хмыкнул немолодой жеребец.

– императрица Кризалис. – Без тени сомнения, заявил воин.

– пожалуй… откажусь. – Улыбнувшись уголками губ, глава тайной службы прыгнул вперед, насаживаясь на рефлекторно выставленные мечи…

…выйдя на балкон, с которого открывался великолепный вид на главную площадь, королева дриад и императрица зебр, окинула взглядом собравшееся внизу стадо. На ее шее был одет черный ошейник, спину и крылья скрывал траурный плащ, голову украшал изящный золотой обруч без драгоценных камней и узоров.

Дриады, поднявшись в небо и использовав магию для того что бы разогнать тучи, помогли лучам полуденного солнца пробиться к земле. В результате их действий, балкон на котором стояла четырехкрылая кобыла, оказался в центре своеобразной золотой колонны.

– дорогие граждане Великой Империи. – Голос правительницы перевертышей, усиленный простенькими чарами, эхом разносился над площадью и его отголоски долетали до самых отдаленных улочек города. – В этот печальный для всех нас день… день когда из-за подлого нападения врагов государства, была прервана линия крови Брута Первого… я обещаю вам, что приложу все усилия ради сохранения величия нашего общего дома, и приумножения богатств материальных и духовных. Когда прольются последние слезы небес, оплакивающих вместе с нами нашу потерю, мы начнем строительство нового города… города, который станет памятником минувшему прошлому, а так же путеводной звездой к грядущему будущему. Не смотря на то, что каждый из нас потерял частицу души, в которой жила уверенность в неуязвимости императора, вместе мы докажем коварным и вероломным врагам, что наш дух по прежнему крепок и его не сломить!

Переведя дух, новоявленная правительница империи продолжила:

– в этот день, мы делаем первый шаг в будущее, о котором долгие годы мечтал мой муж. Этой мечтой он поделился со мной в ночь после нашей свадьбы и взял с меня обещание, что я окажу всяческую помощь в ее исполнении. что же… в память о императоре, в мудрости своей смотрящем дальше чем мы можем вообразить, слушайте первый указ.

На площади установилась мертвая тишина, так что казалось будто зебры перестали даже дышать, боясь упустить хотя бы одно слово.

– рабам, чьи предки верно служили империи, строя наше благополучие, даруется свобода. – Твердым уверенным голосом, объявила Кризалис, и прежде чем хоть кто-то успел возмутиться, продолжила чуть громче чем говорила раньше. – Хозяевам невольников, надлежит явиться к дворцу вместе со своим имуществом, для получения компенсации в виде золота и драгоценных камней. Министерство, работники которого будут следить за выполнением указа и выплатами компенсаций, начнет свою работу уже завтра утром, а филиалы будут открыты по всей территории государства. Во имя памяти об императоре! Во имя Брута!

Сперва неуверенно, но затем с все нарастающим энтузиазмом, жеребцы и кобылы подхватили клич императрицы. Вскоре площадь уже дрожала от дробного стука копыт, а воздух вибрировал от гула голосов.

Так, под восторженные крики, прекратила свое существование старая империя, и начало зарождение новое государство.

***

В вечерних сумерках, четверо грифонов летели между пиками гор, планируя вплотную к крутым склонам на широко расправленных крыльях. Один из крылатых хищников был одет в длинную рубаху из нежной на ощупь, но прочной и теплой алой ткани, которую на уровне пояса перехватывал широкий кожаный ремень с металлической пряжкой и ножнами коротких парных клинков, в то время как его спутники, (телохранители), красовались легкой кольчужной броней.

Вот летуны увидели яркие огни над уступом, выделяющемся на склоне одной из гор. Предводитель маленького отряда, тут же сменил направление движения, начав быстро приближаться к зеву пещеры, по бокам от входа в которую, горели масляные лампы. Площадка, предназначенная для приземлений крупных групп гостей, встретила грифонов чистотой и тишиной, разрушаемой лишь завыванием ветра где-то среди горных вершин.

Четверо крылатых хищников, не задерживаясь на уступе, поспешно проследовали в пещеру, где уже через пятнадцать метров, уперлись в металлическую решетку.

– кто такие? – Прозвучал вопрос, произнесенный усталым и безразличным голосом.

В тот же момент вспыхнул огонь, в стеклянной чаше масляной лампы затанцевали языки пламени, отблески света начали скакать по тщательно обработанным стенам.

– я – Грегор, а это мои сопровождающие. – Лидер грифонов, стоя на задних лапах и щуря глаза от бьющего в них света, передней левой лапой махнул на телохранителей.

– имен конечно же у них нет? – Наполовину вопросительно, наполовину утвердительно заметил пепельно-серый единорог с грязно-зеленой гривой, одетый в теплый нагрудник и накопытники с выкидными лезвиями. – Флора, запиши гостей!

Последняя фраза была брошена в сторону узкого прохода в боковой стене, откуда лился ровный желтый свет.

Пони снова перевел взгляд на хищных летунов и скучающим голосом задал вопрос:

– вы знакомы с правилами нашего заведения? – Дождавшись подтверждающих кивков он продолжил. – Просуньте оружие через окошко… кинжалы, стилеты, заточки, так же причисляются к оружию. Да-да, я знаю что ваши когти рвут плоть ничуть не хуже иных клинков, но такие уж правила.

Переглянувшись, гости разоружились и послушно передали свой арсенал единорогу. Жеребец окутал железки телекинетическим полем и ушел в боковой проход, что бы вернуться буквально через минуту, левитируя перед собой деревянную пластинку с выгравированными на ней цифрами, а так же прикрепленным при помощи веревочки ключом.

– потеряете ключ, оружие обратно не получите. – Предупредил пони. – Добро пожаловать в «гнездо пороков».

Замок на решетке щелкнул, открывая грифоном проход на противоположную сторону. За их спинами, двойные двери снова закрылись, тем самым перекрывая путь к бегству, в случае если нарушители правил попытаются избежать наказания.

Единорог, убедившись что других посетителей нет, погасил лампу и ушел обратно в «сторожку», продолжать играть в карты с напарницей…

…туннель вывел крылатых хищников в просторный зал, вырубленный прямо в толще горы. Под высоким сводом, укрепленным толстыми балками, ярко горели магические светильники, заливающие пространство теплым оранжевым светом.

У стен стояли столики, рядом с которыми расположились компании грифонов, среди которых нередко можно было увидеть ярких кобылок, с широкими улыбками на смазливых мордочках прислуживающих клиентам. По центру зала находилось возвышение сцены, укрытое темно-алой материей.

Гости пили, ели, дергались под музыку, (искренне считая что танцуют), тискали работниц заведения и просто общались между собой. В воздухе висели ароматы алкоголя, каких-то трав и похоти, смешивающиеся в дурманящий головы коктейль. Только здесь можно было увидеть представителей враждебных группировок, которые не спешили вцепляться друг другу в глотки и даже весело проводили время.

Некоторые грифоны уходили из большого зала в специальные комнаты, где можно было уединиться с понравившейся самкой, другие предпочитали отдыхать в более тихих и уединенных помещениях с более дорогим индивидуальным обслуживанием. Для тех же, кто предпочитал более активные развлечения, на нижних уровнях были оборудованы арены для спаррингов…

На сцене, в концентрированном свете магических прожекторов, под взглядами сотен пар глаз, публику развлекали музыканты играющие на артефактных инструментах. Ударными инструментами заведовал крупный земной пони с шерсткой песочного цвета, на духовых инструментах играл пегас, струнные же, (гитару), взял на себя угольно-черный грифон.

За дверь, я выгнан в ночь,

Но выйти вон, и сам не прочь.

Ты без меня, хоть удавись,

Все решат что это твой каприз, повтори его на бис.

Да я уйду, и мне плевать,

Ты знаешь где, меня искать.

В квартале красных фонарей,

Я смогу тебя забыть быстрей, это дело двух ночей.

Но хватит врать и все время хитрить.

Здесь все за деньги несложно купить!

Какая грязь, какая власть,

И как приятно в эту грязь упасть.

Послать к Дискорду манеры и контроль,

Сорвать все маски и быть просто собой…

Голос грифона разливался по всему залу, пробираясь в самые отдаленные уголки, а ритм музыки отдавался в самих душах слушателей.

Вокруг, живой товар,

В сердцах мороз, в глазах пожар.

Я выбрал ту, что ярче всех,

Мой маневр имел большой успех, в залах сладостных утех.

Она молчит, она не пьет,

Не теребит, не пристает,

Она послушна и умна,

Все умеет что уметь должна, счет оплачен мой сполна.

Но хватит врать и все время хитрить.

Здесь все за деньги несложно купить!

Какая грязь, какая власть,

И как приятно в эту грязь упасть.

Послать к Дискорду манеры и контроль,

Сорвать все маски и быть просто собой…

И не стоять за ценой.

(Ария).

После второго куплета, припев в пол голоса напевало больше половины слушателей, среди которых были и совсем молодые грифоны, и уже состоявшиеся хищники являющиеся главами собственных кланов. Атмосфера расслабленности, безопасности и почти полной вседозволенности, затягивала разумных словно трясина, которой совершенно не хочется сопротивляться.

Группа вновь прибывших вскоре присоединилась к одной из крупных компаний, отмечающих какой-то малозначительный праздник, название которого уже не помнил ни один из участников. И снова алкоголь полился рекой, дымили курительные травы, смеялись и прижимались к клиентам распутные кобылы и грифонши…

…коридор ведущий в кабинет хозяина «гнезда пороков», был укреплен нетолько балками, но и магией. Три поста охраны, тщательно проверяли всех посетителей, за исключением лишь ночной пегаски, являющейся заместительницей и «правым копытом» Голдена Руно.

Черный грифон, несколько минут назад закончивший свое выступление, торопливо шел за перепончатокрылой пони, стараясь не отставать ни на шаг. Раньше ему не доводилось бывать в этой части пещер, а потому голова сама собой крутилась из стороны в сторону, в попытке разглядеть как можно больше.

От основного туннеля, стены которого были обшиты деревянными панелями и завешаны гобеленами, справа и слева отходили проходы в богато обставленные комнаты, часть из которых предназначалась для комфортного проживания, некоторые служили складами и кабинетами секретарей, а на нескольких дверях висели значки обозначающие кухню или ванную. Ровный каменный пол был застелен толстым мягким ковром, благодаря которому заглушался стук копыт пони, да и создавалось ощущение почти домашнего уюта.

На потолке, на равных расстояниях друг от друга, крепились металлические «бутоны», лепестки которых сверкали зеркальной гладкостью а в середины были вставлены магические светильники. Стоящие в нишах кадки с кустами цветов, вызывали недоумение, но при этом прекрасно вписывались в обстановку.

Наконец Вира дошла до тяжелой деревянной двери, находящейся в дальнем конце туннеля. Постучав по створке, она не дожидаясь разрешения распахнула проход и вошла в личный кабинет своего хозяина. Грифону, чувствующему себя все более неуютно, не оставалось ничего иного, кроме как последовать за проводницей, спиной ощущая взгляды охранников.

В помещении царил полумрак, разгоняемый только светильниками расположенными над цветочными горшками, стоящими в четырех углах. Напротив входной двери, ближе к дальней стене, разместился массивный письменный стол, позади которого красовалось глубокое мягкое кресло обшитое черным бархатом. На стенах справа и слева, висели картины, изображающие закат и рассвет, над спинкой кресла был повешен золотой диск, разделенный пополам черной чертой.

– я его привела. – Подала голос ночная пегаска, чем заставила своего спутника вздрогнуть.

– благодарю. – Прозвучал в ответ низкий гулкий голос, в котором ощущалась невероятная внутренняя сила, до поры сдерживаемая но готовая обрушиться на любого, кто только посмеет вызвать недовольство хозяина. – Оставь нас.

Вира безропотно подчинилась, не забыв закрыть за собой дверь, в результате чего крылатый хищник остался один на один с единорогом, чья шерсть отливала тусклым золотом. Хозяин кабинета, неподвижно сидя в своем кресле, казалось погружен в какие-то размышления, а из-за того что его глаза были закрыты, можно было подумать что он вообще спит.

– присаживайся. – Велел Голден Руно, жестом левой передней ноги безошибочно указав на низкий пуфик, который скорее подходил для пони, нежели для грифона. – Желаешь чего ни будь: вина, сигару?

Голос звучал негромко, но это не могло скрыть его силу, так же как расстояние не способно заглушить раскаты грома надвигающейся бури.

– нет… спасибо. – Удивляясь собственной нервозности, крылатый хищник опустился на предложенное ему сидение и стал ждать продолжения разговора, гадая о причинах этой встречи.

– хм… а на сцене ты казался смелее. – Единорог улыбнулся уголками губ, а затем спросил. – Скажи, у тебя есть мечта… цель, ради достижения которой, можно положить всю свою жизнь, не считаясь с потерями и трудностями?

«к чему это он?».

– нет… наверное. – Ответ прозвучал как-то сконфужено, так что грифон сам на себя разозлился за неуверенность.

– да? – Голден Руно изобразил удивление на морде, после чего продолжил, обращаясь будто бы к самому себе. – Неужели я ошибся.

– господин Руно, вы что-то от меня хотите? – Собрав всю свою волю в кулак, музыкант немигающим взглядом посмотрел на пони, к которому с уважением относились главы бандитских кланов, командиры наемников и даже власти городов, (по слухам, уважали они не самого единорога, а ту силу, которую продемонстрировали его подчиненные, отбивая налеты на свою базу и устраивая ответные вылазки).

– скажи, мой юный друг, разве ты не хочешь объединить под своим крылом разрозненные земли грифонов? – Совершенно спокойно, словно говорил о погоде, начал свой монолог жеребец. – Подумай только: тысячи пар глаз, устремленных только на тебя, сотни и сотни верных последователей, ожидающих твоего слова… или же тебе ближе не военная слава? Хочешь выступать перед публикой, завораживая ее звучанием своего голоса, возжигая в сердцах пламя словами песен, купаясь в восторге и обожании? Да… я чувствую… именно этого ты и хочешь.

Зажмурившись и помотав головой, крылатый хищник постарался прогнать из головы видение, навеянное речью единорога. Однако же, картины стай грифонов, стад пони и прочих жителей Эквуса, восхищающихся его талантом и готовых на все ради своего кумира, не желали покидать разум.

– я могу дать тебе все это. – Небрежно заметил Голден Руно.

«что?».

Не веря своим ушам, мысленно спросил грифон, и к собственному удивлению получил ответ.

– я могу помочь тебе добиться славы, популярности, известности и богатства… но как ты понимаешь, все в этой жизни имеет свою цену.

– и что я должен сделать: продать душу или принести в жертву какому ни будь демону тысячу невинных детенышей? – Напрягшись словно струна, певец настороженно следил за собеседником, ожидая чего угодно.

– ха… ха-ха-ха. – Жеребец весело рассмеялся, так и не открыв глаза, смахнул с щеки выступившую из-под опущенных век слезу. – Ты по видимому спутал меня с чудовищем из сказок. Убийства жертв на алтарях, уже как тысячу лет вышли из моды… да и есть куда более эффективные способы использования разумных существ. А вот добровольно отданная душа мне не помешает.

После последних слов, Голден Руно наконец открыл глаза, которые сверкнули расплавленным золотом. Вертикальные зрачки, похожие на трещины ведущие в черную бездну, завораживали и лишали воли к сопротивлению, начисто выбивая из головы любые мысли.

«…!».

Слова застряли в горле у крылатого хищника, сердце пропустило удар а дыхание перехватило.

– какие пугливые в наше время грифоны. – Фыркнул бог пороков, временно занявший тело своего жреца. – Не беспокойся, я не собираюсь тебя есть или убивать, а даже наоборот, предлагаю возможность возвыситься. У тебя будет все, чего только сможет пожелать душа, в обмен же я прошу лишь верность и усердие… согласись, не так уж и много, за исполнение мечты.

– а… если я откажусь? – Сумел выдавить из себя крылатый хищник.

– тебя выкинут на улицу, а на замену найдут более амбициозную личность. – Совершенно честно ответил Дискорд. – Как-то вредить и мстить за отказ от моего щедрого предложения, я не собираюсь, но и помогать не стану. Решай: «да», или «нет».

– я… – Певец сглотнул ком в горле, вдохнул полную грудь воздуха, а затем будто бросаясь с обрыва в ледяную воду ответил. – Я согласен.

Единорог выдохнул облако алого тумана, которое шустро преодолев разделяющее расстояние, впиталось в тело крылатого хищника, заставив его свалиться на пол от неожиданности.

– поздравляю с рождением, дух тщеславия. Я – Дискорд, бог пороков, лорд хаоса, герцог безумия, нарекаю тебя именем «Див». Сверкай же подобно звезде, ослепляя своим сиянием и привлекая неосторожных мотыльков огнем, безжалостно опаляющем крылья.

(конец отступления).

(шпаргалка).

Див –дух тщеславия.

Кристалл Рэйн – дух жадности.

Голден Руно – дух алчности.

Уайт Мун – дух гордыни.

Фенрир – дух ярости.

Брут – дух зависти.

Гурман – дух чревоугодия.

Старсвирл, (Стар Грим), – дух любопытства.

Верба – дух азарта.

Фемида – дух мести.

Плут – дух обмана.

Вира – дух безжалостности.

Найтмер – дух страха.

Кризалис – дух похоти.

========== Часть 30 ==========

ГЛАВА 29.

(отступление).

В малой гостиной Кантерлотского дворца, царили уют и тишина. Селестия сидела за низким чайным столиком, расположившись прямо на ярко-зеленом ковре, покрывающем всю поверхность пола. Солнечный свет, пробивающийся через витражные окна, окрашивал комнату разноцветными отблесками.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю