Текст книги "Кастелян (СИ)"

Автор книги: Calmius

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 54 страниц)

– Что? Не выдумывай, этого не может быть.

– Можешь проверить сама, только назад уже не войдёшь.

Грэйнджер с подозрением посмотрела на дверь.

– А как же вы вошли тогда?

– Мимо патрулировал Филч со своей компанией, – зная, что меня слушает рыжий, я решил отвести удар от старика. – Кошка нас почуяла, конечно. Пришлось выслушать кучу злобной грязи про пустующий карцер и начищенные кандалы, но крыть ему было нечем. Отпер дверь и впустил.

Лонгботтом стоял мрачный и угрюмый. Понял мою игру.

– Он снял с вас баллы?

– Филч не может снимать баллы, – включился в разговор Невилл. – Обещал доложить с утра Снейпу.

– Да ничего нам не будет. Я возвращался с отработки, Лонгботтом спал под дверью.

– Так… – Грэйнджер опять посмотрела на дверь. – А как же теперь…

– Никак. Дверь работает в одну сторону. Выйти можно, войти нельзя. Sapienti sat.

Я развернулся и пошёл в комнату.

– Гарри, подожди! А как же… Да б…!

Уизли растянулся на полу, споткнувшись о невидимую ступеньку.

– Иди спать, Гермиона, – бросил я через плечо, входя на мужскую половину.

Общий план был несложный: нейтрализовать Малфоя на эту ночь. Примерно с одиннадцати вечера его с настойчивой периодичностью станет призывать «белый друг». Через двадцать минут диарея сменится повторяющейся рвотой, а к половине двенадцатого начнут валить на пол сильные приступы головокружения. Точные меры воздействия на гладкую мускулатуру, гортань с пищеводом и внутреннее ухо я подбирал на себе. Делал это в Саргасе и долго потом отлёживался, а за ужином ничего так и не съел. К половине первого интенсивность воздействия начнёт спадать, а в час ночи безусловно прекратится – этот момент я продублировал независимыми блоками.

Расчёт строится на том, что умные телохранители, оценив тяжесть симптомов, оттащат Драко в больницу и обеспечат железное алиби. Надеюсь, Слизерин дружнее Гриффиндора и старосты примут участие, чтобы не возникло проблем от хождения по замку в неположенное время.

Помфри проведёт диагностику и, возможно, обнаружит отраву, которой Драко наглотался утром. Скорее всего, мои «дразнилки» также найдут и нейтрализуют – они расположены в анатомически очевидных местах. В любом случае, медведьме должно хватить ума оставить Малфоя до утра в больничном крыле, для верности накачав снотворным.

В плане-минимум Драко упрётся и останется на факультете, но сохранять вертикальное положение до двух ночи в любом случае не сможет.

Остаётся неясная возня вокруг меня. Днём я поместил в гостиной и коридоре несколько наблюдательных артефактов – аналогов камер наблюдения, без звука. Купил в Средоточии. В Саргас решил не уходить, пока ситуация не разрешится так или иначе.

Уизли томился в гостиной до половины двенадцатого. Вместе с ним несла караул Грэйнджер с книгой. Парочка вяло переругивалась, изыскивая способы борьбы со сном. Когда стало ясно, что я не появлюсь, рыжий скрылся в спальне и вышел оттуда с полусонным, одетым в пижаму Лонгботтомом. Что за?..

Перепалка возобновилась с новой силой. Грэйнджер перекрыла собой путь к выходу, Уизли с ней спорил, Лонгботтом обречённо молчал. Наконец, стороны о чём-то договорились и вышли наружу. Втроём. Абзац.

Больше всего я был разочарован в Невилле. Но вытаскивать ещё и его не буду. Он должен научиться говорить «нет». Сам. Драко – иное дело. Его опоили. Может быть, и меня когда-нибудь вытащат, такого же беспомощного. Да что там, уже вытаскивали – Снейп, в больнице. Нужно смотреть на дела.

Я сидел и молча ожидал развития событий. Полночь. Драко уже должен быть в больнице. Троица идиотов – в Зале наград, под пристальным наблюдением кого-то из руководства. Их немного подержат, ожидая Малфоя, после чего возьмут с поличным. Или устроят шутовскую погоню…

Возвращение затягивалось. А потом… Около часа ночи в гостиную вошли МакГонагалл, Филч, Уизли и Грэйнджер. Доброй ночи, декан, рады, наконец, увидеть вас на вашем факультете!

Сарказм быстро выветрился, когда я оценил внешний вид детей. Уизли слегка потрёпан, в перепачканой мантии и с поцарапанным лицом. У Грэйнджер – перебинтована левая кисть. Не понял! Моё заклинание не сработало и они таки подрались с неадекватным Малфоем? А где Лонгботтом?

МакГонагалл оглянулась и направилась на мужскую половину. А я бросился лихорадочно переодеваться. Халат и шлёпанцы на голые ноги. Ну нет у меня пижамы – я ночую в тропиках, а не в шотландском замке. Так, растрепать волосы, придавить скомканную одежду к лицу – типа, полоса от подушки, вид позаспаннее… Чуть не забыл – кровать разобрать! Всё, выходим.

МакГонагалл стучала в дверь Перси. Перси нужно время, чтобы проснуться, прогрузиться, открыть щеколду… Я появляюсь из-под скрывающей мою комнату иллюзии незаметно, так что декан обнаружила меня, стоящего посреди коридора, не сразу.

– Мистер Поттер! Где вы были?

Я заторможенно оглянулся в конец коридора, откуда якобы шёл. Обречённо посмотрел на неё. Час ночи, начальник, дай поспать, а?

– В туалете.

Открылась дверь старосты, вышел Перси в пижаме со звёздочками. Подтянулись Рон и Гермиона. Ну да, девчонкам можно. Вид у Грэйнджер был бледноватый, Рон смотрел с досадой. Сзади замаячил Филч. Оценив мой внешний вид, старик заметно расслабился.

МакГонагалл взмахнула палочкой. Свет факелов перешёл на полный режим. Я зажмурился.

– Я спрашиваю, где вы были этой ночью?

– Здесь. У себя. Как обычно.

– Мистер Поттер, вы…

– Что произошло, вы можете сказать? Что за очередной армагеддон я имел наглость проспать?

– Здесь я задаю вопросы! Где вы были, начиная с ужина?

Я помедлил, вспоминая.

– Пришел в гостиную. Это видела куча народу. Около девяти пошел на отработку…

– В комендантский час? Кто вам…

– Вы. Это ваш приказ и ваше время. «Когда остальные отдыхают, вы будете…» и так далее.

– Я… Так, ладно. Кто может это подтвердить?

Я посмотрел на Грэйнджер.

– Профессор, это так, – ответила Гермиона. – Я его не хотела выпускать сначала, но…

– С вами будет отдельный разговор, мисс Грэйнджер.

– Профессор, мистер Поттер действительно прибыл на отработку в девять, как обычно. Он не опаздывает, – заговорил Филч. – Я поставил его убирать восточное крыло на втором этаже. Миссис Норрис за ним приглядывала. Он работал до половины одиннадцатого.

– А потом, конечно же, он пошёл в Зал наград.

Я вдохнул, чтобы ответить, но меня опередил Филч.

– Я проводил его до гостиной, лично, – он рассказал про дверь без консьержки и спящего Лонгботтома. Было видно, что МакГонагалл с готовностью отбросила бы аргумент с Полной Дамой как нелепый, но это было свидетельство Филча. Ох, и отыграются на старике…

В коридор начали выходить студенты, разбуженные громким разговором под дверью и жаждущие заткнуть долбодятлов и вернуть нормальные условия для сна. Увидев декана с Филчем, притормаживали и оставались послушать.

– Так… И вы выждали время, после чего отправились…

– Спать. Я отправился спать, мэм. И Лонгботтом тоже отправился спать. И Грэйнджер посоветовал сделать то же самое.

– А дуэль?

Да она даже не палится.

– Какая ещё дуэль?

– В полночь, в Зале наград!

– Мэм, – устало ответил я. – У нас завтра с утра Снейп, очень злой и очень… снейп. Мне неинтересно, чем там будут заниматься младший Уизли с Малфоем под видом дуэли.

– Как вы можете! Почему вместо вас должен драться ваш друг?

– Вас кто-то дважды ввёл в заблуждение. На полночь в Зале наград была назначена только одна дуэль – Драко Малфоя с Роном Уизли. И я не дружу с людьми, которые называют меня ур…

– Врешь!!! Это твоя дуэль, все слышали! – рыжий шагнул ко мне с традиционно сжатыми кулаками.

– Нет. Даже собаки в Хогсмиде слышали, что согласился на вызов ты. Уж не знаю, зачем, но…

– Он согласился от вашего имени, мистер Поттер!

Я ошалело уставился на неё. Народ возмущённо загомонил.

– Вы… вот это сейчас серьёзно?

– Да как вы…

– То есть, – перебивая, вставил я, – я сейчас пойду к папаше Гринграсс, обзову его жёлтым земляным червяком и скажу: «А отвечать будет МакГонагалл. МЫ СОГЛАСНЫ!»

МакГонагалл хватала ртом воздух. Гомон превратился в возбуждённый базар и хохот. Посыпались советы, что ещё сказать Главе древнего Рода.

– Да как вы… Никогда ранее…

– Мэм, – сказал я примирительно. – Вы спросили, почему я пошёл спать. Я вижу это именно так. Дуэль – не моя. Дуэли здесь – вообще запрещены правилами. Я привычно проигнорировал очередную авантюру Уизли-младшего и пошёл спать.

– Месяц отработок, – продышавшись, выдала декан.

– Плюс тридцать отработок у мистера Филча, за отказ нарушать правила Хогвартса, – спокойно констатировал я. Факелы мигнули. – Принято. Я могу идти спать?

– Нет!

Я со вздохом перевёл взгляд на стену. Ну, пусть потешится. У меня вагон времени, чтобы отоспаться в Саргасе.

– Теперь вы, – обернулась декан к паре штрафников. – Ваш сегодняшний…

Она запнулась. Оглядела собравшихся вокруг. Поджала губы и припечатала:

– Каждому – отработка у Филча. Сами знаете за что.

Уизли, как ему казалось, незаметно скривил губы в пренебрежении. Грэйнджер поражённо вскинулась.

– Да, мисс Грэйнджер! Уж от вас-то я этого никак не ожидала. Приличные ученицы не лезут в…

Опять осечка. Пропорциональность наказания впечатляет, но куда интереснее то, что именно МакГонагалл хочет, но не может высказать. Впрочем, мне – неинтересно. В этом дешёвом сюжете ровно одна Большая Тайна, на «запретный» начинается, на «коридор» заканчивается. И почему они шли в Зал наград, а попали на третий этаж – тоже неинтересно, их вёл Уизли с навязчивой идеей о сундуке галеонов. Больше беспокоит отсутствие Лонгботтома. Судя по перебинтованной руке Грэйнджер, поиск придётся начинать с больницы.

– Отправляйтесь спать. Это всех касается!

Народ загомонил и начал расходиться. Я отчаянно зевнул. Определённо, режим сегодня поломан окончательно.

– Перси! Лонгботтом попал в больничное крыло. С утра проверьте…

О чём ещё говорила МакГонагалл со старостой, я слушать не стал. Исчезновение под дверной иллюзией столь же незаметно, как и проявление. Надеюсь, теперь этот день наконец-то закончится.

Глава 30. Интерлюдия

Альбус Дамблдор смотрел на свёрток с «Нимбусом» у себя на столе. Позади – напряжённый день и ещё более напряжённый вечер, а результат этих трудов можно оценить не более чем на «сносно». Произошедшее следовало обдумать, но, явившись в кабинет поздней ночью и предвкушая лишь традиционный чай с лимонными дольками и короткий ночной отдых, он с досадой обнаружил на кипарисовой столешнице свежий кусок… проблемы.

«Уважаемый меценат! По-видимому, вы отправили посылку не на тот адрес. В нашей школе безусловно запрещено иметь мётлы детям моего возраста, и директор строго следит за этим моментом. Мне всего одиннадцать лет, я сирота и мой бюджет довольно ограничен. Пожалуйста, не посылайте сюда больше ничего и никогда. Для меня довольно дорого отправлять назад ваши подарки».

Вот же глупый мальчишка. Ясно же написано: разрешаю в виде исключения. Впрочем, я сам виноват: текст составлен в обезличенной форме, чтобы при случае… неважно. Но кто же мог подумать, что он обратит внимание не на метлу, а на детали? Новейший, взрослый спортивный болид – какой мальчишка может против такого устоять? Хотя, он ведь даже не вскрывал упаковку.

Дамблдор ещё раз посмотрел на пакет с редким штампом «Отказ получателя». Шестой Уизли – тот ещё подарок. И дело вовсе не в «добавках к чаю», он от природы туп как бревно. Жаден, завистлив, ленив – просто прекрасный материал для работы, но, Мерлин, ему бы хоть каплю ума. Ни меры не знает, ни импровизации. Куда направили, туда и прёт, пока вручную не оттащишь. Не могу же я всё время в ручном режиме руководить, меня просто не хватит на всех.

И замены-то ему не найдешь. С близнецами у Поттера – слишком большая разница в возрасте, да и заняты они сейчас другим. Мелкая Джинни умнее, но она только в следующем году поступит, да и после… Роль для неё распланирована уже на первый год, но Поттер оказался таким недокормышем – сколько ещё ждать, пока девчонки для него перестанут быть капризными пацанками в юбках?

МакГонагалл… Вот уж подкузьмила. Полтора месяца! Зачем столько отработок, да за один раз? Дело не в том, что Поттеру оно несправедливым покажется – кто его спрашивать будет? – но здесь уже общественность роптать начинает. И перегорел малец, похоже, перекалили его с наказаниями. Отработка – она точечно должна применяться, чтоб наказуемый трепетал и боялся. А Поттеру теперь пофиг будет. И как его наказывать прикажете, если понадобится? Метлы лишить?

Голова разболелась. Метла… Что у них там произошло, что Поттер мётел боится? Хуч что-то говорила… Гроза какая-то, кто-то упал, повредил руку. Поттер увидел, как падают с метлы? Досадно, что он такой впечатлительный. Нужно было ему надёжный «Чистомёт» дарить тогда, но где вы видели ловца на Чистомёте? Хагридовы куры засмеют. Да что ж за напасть такая, всё наперекосяк: будущий герой, самый знаменитый ловец за последние сто лет – боится метлы! И дыра в команде, ловца нет, я ж эту позицию для Избранного резервировал. Кого туда сажать, рохлю Лонгботтома? Гм… хмм… попробовать можно. Уж школьный-то снитч я всегда подправлю…

Попечительский совет ещё теперь успокаивать. Так, ну тут мы просто поступим: издадим распоряжение отменять уроки полётов во время грозы. Дёшево и эффектно. Поди найди ещё ту грозу в учебное время, откуда только эта залётная взялась так не вовремя? Надо же, первый полёт – и долбаная гроза.

И последнее, самое неприятное. Поттер упорно не хочет идти *туда*. Несмотря на все намёки, подсказки, ловушки, приманки и жирные указатели. Опять перестарались, тут даже до тупого дойдёт, что дело нечисто. Кстати, что-то «особые» составы на него не действуют. Лично видел несколько раз: выпивает всё до дна. Я уже дозу утроил, Помфри вот-вот метаболиты обнаружит. Поменять состав? Заимперить? И ведь силу не приложишь: нужен добровольный проход. Нет, «Империо» – не вариант.

Сегодня вообще всё развалилось. Малфоевский выкормыш оказался совсем дохлым: так капитально свалиться от пары капель «Йюлихского багрянца». И Поттер опять проигнорировал все намёки. Рональд, конечно, всех достал, даже дубовые столы в Большом зале стонали и корчились, но Поттер не собирался никуда идти изначально. Не стоило посылать ему метлу? Надо было придумать другой повод для дуэли? Возможно, но теперь не переиграть.

Итак, согласно инструкциям запасного плана, Рональд повёл на дуэль Лонгботтома. И зачем-то – эту законопослушную дурочку. Но рохля есть рохля, и Долгий Ум умудрился пострадать даже от зафиксированного на короткой цепи сторожа. Так, ну Рон у нас – трусло известное, а вот девчонка оказалась не промах… вытащила всех троих, да и дверь открыла. Почему, кстати, дверь запертой оказалась? А может, и псина была не очень-то зафиксированной? Ничего никому поручить нельзя, за всем самому следить нужно!

Итак, девчонка. Маглорождённая, связей с магами нет. Заступиться некому. Способности имеются, прекрасная память, но аналитическим умом не блещет. Может… может получиться неплохой вариант. Да и Роду Уизли нужно подыскать Обретённую… Но об этом рано думать. И вообще, давай-ка вот это всё – уже завтра. Сбор подноготной, психопрофиль, гематопрофиль, проверка в деле, подбор добавок к чаю… Что у нас ещё на сегодня? Ах да, распоряжение о полётах в грозу.

Дамблдор придвинул чистый лист, обмакнул в чернила алое фениксовое перо с золотым наконечником и принялся покрывать бумагу размашистыми витиеватыми строками:

«С целью повышения заботы о здоровье и безопасности учащихся Хогвартса…»

Ты поймёшь, мальчик мой, что всеобщая слава и обожание в один миг могут обернуться огульной руганью, ненавистью и презрением. Что незаменимых Избранных нет. Что они легко превращаются в новых Темных Лордов, стоит им перестать слушать опытных наставников и пустить в своё сердце Тьму и тщеславие…

Хотя кого я обманываю? В раскрутку Поттера столько денег и времени вложено – попробуй его теперь заменить. И кем? Лонгботтом-то… кстати, псина могла ещё и потому озвереть, что на Лонгботтоме «Цепенею от страха» печатными буквами нарисовано.

Пожалуй, придётся немного сдвинуть график и устроить Поттеру показательный сеанс общественной опалы уже сейчас, а не в следующем году. Не поймёт – отвлечём близнецов от их важных дел. Ну а будет упорствовать… Будет жаль. Печёнкой чую, Лонгботтом с нужной ролью не справится. Так что ты уж постарайся поумнеть, мальчик мой. Постарайся…

Отчёт о назначенных наказаниях появлялся у директора раз в сутки. Эти сутки только начались. О новом месяце отработок для строптивого Поттера старику предстояло узнать лишь на следующий вечер. Впрочем, может ли позволить себе присутствовать каждый вечер в Хогвартсе Верховный чародей Визенгамота, Председатель МКМ, Великий волшебник А.П.В.Б. Дамблдор?

Отчёты деканов, преподавателей, обсуживающего персонала и самого замка Хогвартс ложились на стол вовремя, копились в стопку и выдавливались в стол, в специальный Долгий ящик. О странных всплесках необычной и мощной магии. Об аномально быстрых перемещениях некоторых учеников и об эпизодических провалах фоновых перекличек о присутствии. О пробуждении некоторых систем замка, ранее считавшихся окончательно отказавшими. О внезапном обновлении помещений замка. О необычных успехах отдельных первокурсников на первых уроках. О полной потере магических способностей одним из учеников, и о внезапном и считающемся невозможным восстановлении мага из магла. О давней необходимости заменить инвентарь. Об испытаниях в больничном крыле экспериментального простудного зелья, изготавливаемого из импортируемого сырья по бартерным сделкам. О превышении отдельными преподавателями недельного лимита на количество взысканий и наказаний. Об инициации анимага без надлежащего контроля и подстраховки. О запросе на пополнение замковых складов металлом для нужд замковых восстановительных чар, повторяемом четвёртое десятилетие. О запросе на тепловодные трубки подгорного производства в количестве 10 тыс. штук, на рафинированный кварц в объёме…

Система составления замковых отчётов – адаптирующийся механизм. Если на фоне рутинных процессов появляются необычные или давно не происходившие события, они журналируются подробно и выделяются особым цветом чернил. Однако, если к таким записям никто не проявляет интерес, необычная градация меняется на предупредительную, потом на рутинную, потом о таковых упоминают лишь строки еженедельной итоговой статистики, а потом отчёты по игнорируемым и не несущим угрозы событиям перестают поступать и вовсе, освобождая место на бумаге для чего-то более важного. Пергамент на дне Долгого ящика спрессовывается, оставляя на себе лишь короткое резюме за неделю, а позже и вовсе исчезает, поступая на переработку. Хочешь что-то оставить для истории? Просто вытащи нужный лист из ящика и сохрани отдельно.

Хогвартс – или то, что можно назвать аналогом замкового разума – был бы рад не публиковать многие из отчётов и вовсе, но сковывался древними правилами и протоколом. Однако руководство Школы магии и чародейства в данный момент играло замку на руку: скоро даже самые необычные отчёты этого учебного года дойдут до дна Ящика Лени и Невнимания. У Величайшего мага столетия очень много дел.

Были, однако, отчёты, которые никогда не поступали и не должны поступать на стол директора. О появлении в школе потенциального Хранителя. О проведении тестовых испытаний. О принятии решения начать обучение юного ученика-Хранителя в нештатном режиме, силами замка. О последовательном выполнении учеником простых практических заданий, повышавших степень доверия замка к будущему Хранителю. О взятии ученика под особую защиту.

Замок не умел учить людей. Он обеспечивал им комфортные условия для жизни, кормил (при помощи домовиков), присматривал и защищал. Обучением всегда занимались люди – профессора или, в случае ученика-Хранителя, действующий Кастелян. Но у замка не было выбора. Более трёх веков от последнего Хранителя не поступало никаких вестей. Замок ветшал. Ему нужен был целитель и хозяин. Поэтому замок учил так, как умел – жёстко, неуклюже, в чуждой коммуникационной системе; и тем знаниям, которыми обладал – очевидно, преподавая их не всегда в правильной последовательности и приоритете.

Простейшая созидательная магия. Сделать маленькую, но настоящую стальную иголку из имеющейся материи – ну что может быть проще? Или финализирующее уравнивание простого зельевого состава.

Или вот, способность менять двуногую форму на более полезную для хранительских задач. Молния является ключевым элементом в процессе первой трансформации, это помнят даже многое забывшие современные маги. Смешно: они зачем-то обложили правильный ритуал странными действиями, вроде «держать целый месяц лист мандрагоры во рту, не вынимая». Ни на секунду не вынимая. Замок призвал правильную грозу и создал правильные условия. Трансформация прошла идеально, нарушений не было, дальше дело за юным учеником. Поймёт ли он, что ему досталось необычное второе тело? Сможет ли обнаружить и раскрыть весь его потенциал? Замок не в состоянии здесь помочь: притирка к разуму будущего Хранителя только началась, он почти ничего не слышит.

Сердце Хогвартса умело ждать.

А виновник большинства странных отчётов в настоящий момент с восторгом осваивал новое совиное тело. Было пасмурно, шёл непрерывный тропический ливень – на экваторе начался мокрый сезон дождей. Но дожди здесь тёплые и неопасные, дома даже молнии – родные и нежалящие.

Литературы по анимагии в Замковой библиотеке не нашлось, так что трансформацию пришлось осваивать и тренировать самому. Но после первого, самого опасного оборота ничего невозможного на этой стезе уже нет. Вспомнить ту молнию и влить магию в воображаемые крылья – вот ты уже сова. Волевым усилием утяжелить и удлинить ноги – и ты на них стоишь, опуская расставленные руки. Каждый новый оборот удаётся всё легче и непринуждённее.

Хорошо, когда можно учиться без помех и ни от кого не скрываясь.