Текст книги "Алхимик 2 (СИ)"

Автор книги: Айлин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 14

Разумеется, я не собиралась никого травить, хотя реакция мышек мне показалась забавной.

После разлива отвара на дне горшка действительно оказался осадок, хотя никакой плёнки, которая мне изначально виделась, не было. Почудилось, что ли? Удивительно, что он не смешался с жидкостью, хотя в рецепте допускалось, что отвар будет мутным из-за нерастворившихся примесей. Судя по всему, это влияние камня, который не только стабилизировал, но и дополнительно очищал то, что варилось в котле. Надо будет ещё что-то попробовать, где допускалось наличие осадков, для дополнительной проверки. Так, а что делать с этой жижей? Я не очень представляла, но в крайнем случае можем подкормить куст. По крайней мере, туда и так сливались все неудачные эксперименты. Не то чтобы я это делала сознательно, просто в какой-то момент я поняла, что мыши решили: раз куст дуреет с алхимической прикормки, то они и будут его подкармливать. Моё мнение, естественно, не спрашивали. Ну а я особо и не возмущалась, так как у меня даже кактусы дохли. Я решила пустить вопрос с кустом на самотёк и, перелив остатки из котла в миску, направилась к кусту – будем подкармливать.

Увидев моё приближение, куст замахал листьями, словно пытался что-то показать. Ладно, детское любопытство надо поощрять. Мне приходилось постоянно держать в голове, что куст у меня напоминает трёхлетку. Один из крупных листьев ткнул куда-то в землю, очень гордясь. Я присмотрелась и осторожно погладила куст по цветку. Там, среди общей травы, едва заметно пробивался ещё один росток. И честно говоря, я была немножко в ужасе. Мне хватало одного разумного куста, два будет уже перебор. Но я даже мысли не допускала о том, что можно просто вырвать этот маленький росточек в ходе прополки. Ладно, что-нибудь да придумаем. К тому же Бай Шань вроде говорил, что такие кусты должны расти кучно. Так что пусть растут.

– Молодец, – похвалила я куст и подсыпала немного остатков пробивающемуся росточку, а остальные – уже своему весьма вымахавшему кусту. Ну, подозреваю, следующий сунувшийся к нам без разрешения может лишиться не только куска одеяния.

Кстати, интересно, а остальные знают? Я посмотрела на куст и уточнила:

– Ты только мне показал?

Куст закивал. На душе стало теплее, да и в целом появилось ощущение некоторой избранности: занимаются кустом мыши и Сяо Ма, а росточек первой показали мне. Приятно.

– Сяо Ма, – окликнула я, – иди сюда!

Однако первым прибежал осёл, ткнув меня мордой в спину: мол, с каких пор Сяо Ма у нас главный? Потом появились мыши, потом только уставший мальчишка.

– Смотрите, – я отодвинула траву, показывая росток. – У нашего куста появился младший брат.

Сяо Ма расплылся в улыбке. Кажется, ему тоже было приятно, что усилия по уходу за бывшей «картошкой» дали такие плоды. Мыши в некоторой растерянности рассматривали росток, а потом демонстративно отошли подальше. Кажется, они ещё помнили о том, как выросший куст пытался их сожрать, и опасались повторения. Куст обиженно прикрыл росток листьями.

– Да ладно вам, – попыталась успокоить я свою флору и фауну. – Маленькому объясним, что вас жрать нельзя.

Куст закивал, подтверждая мои слова. Мыши пошушукались и, кажется, сменили гнев на милость. Отлично, мир в нашем доме восстановлен. Можно и расходиться.

– Подкормку я вон в той миске оставила, – указала я мышам. Те запищали, с некоторым сомнением посмотрели на куст, а потом на меня. Ну да, я кусту и кусточку уже подсыпала. После чего пушистая троица подхватила миску и оттащила куда-то в подпол. Вот и нафига им столько алхимической дряни? Ладно, им виднее, как куст кормить. Может, действительно избыток подкормки вреден?

Некоторое время я раздумывала, чем ещё можно заняться. Варить ещё одно зелье не хотелось, да и сама подготовка к экзаменам вызывала у меня дикий стресс: сложно готовиться к тому, чего не понимаешь. Мне очень не хватало тестовых вариантов и полноценных нормальных учебников. Я хваталась то за одно, то за другое и осознавала, что не понимаю ничего. От этого накатывало желание заняться чем-нибудь другим помимо подготовки – а вот вообще чем угодно, лишь бы этим можно было оправдать то, что я не занята зубрёжкой древних книг. Ладно, помедитирую, что ли? Моим базовым способом медитации всё ещё оставалась техника дыхания. Удобно: в позу лотоса садиться не надо, можно обойтись хорошим шезлонгом.

А потом в процессе медитации до меня дошло. Тао Юань, с которым мы встречались – приятель Бай Шаня, – сказал, что в секте можно запросить материалы предыдущих экзаменов, и, как правило, в этом не отказывают. Точнее, второй и третий этап. Оставался первый, теоретический. И он мне представлялся самым проблемным. Разумеется, если я вылечу на первом этапе, я смогу пересдать через год, но вот будет ли у меня этот год – я не знала.

Нет, материалы я, конечно, запрошу, знать бы ещё как. Но что-то мне подсказывает, что нельзя просто прийти в секту и попросить: «Дайте мне их». Возможно, придётся писать официальный запрос. А будут ли они рассматривать такие запросы от самостоятельных алхимиков – кто их знает? Как обычно, придётся полагаться только на себя, точнее, на свои собственные знания и способность хоть как-то систематизировать информацию. Вот это меня ещё тоже сильно раздражало – её разобщённость. Вот есть ингредиент. Его можно использовать там-то, там-то. У него какие-то свойства. А следующий элемент с ним вообще не вяжется. Первый, например, растительный, а второй животный или минеральный. И всё это в одной каше, в одной книге. Голова пухла, мне очень была нужна таблица Менделеева по ингредиентам, их свойствам и особенностям. Вот только я себе размер этой таблицы не представляла, если буквально даже обычный рис может служить источником для создания пилюли.

Решив, что на сегодня с алхимией я закончила, я подумала, что неплохо будет разобраться, что там с паутиной. В голове не было ни одной здравой мысли на тему, как с ней работать, поэтому всё туда же – будем экспериментировать. А про ингредиенты и алхимию я так и быть, перед сном почитаю. Очень успокаивающее, убаюкивающее чтение, скажу я вам. И да, таблицу для ингредиентов я всё равно попробую составить. Надо бы только не забыть спуститься в город и закупиться бумагой. Ну, ещё неплохо бы продать пару-тройку эликсиров для пополнения финансового положения.

Думаю, дядюшке будут интересны несколько пузырьков с универсальным антидотом. Заодно уточню, как он вообще с сектами коммуницирует. Не просто же так выходит на улицу и кричит: «Приходите, люди дорогие, у меня новое поступление товара!» Так что у него явно есть способ связи и, возможно, даже с У Син Тан. А раз способ есть, это велик шанс, что он согласится помочь своей любимой племяннице сдать экзамены на алхимика. В конце концов, он тоже заинтересован в моей легализации. Правда, есть подозрение, что не так сильно, как бы хотелось. Ну ничего. Я девочка добрая, я всё прощаю и всегда надеюсь на лучшее в людях, например на жадность. В конце концов, возможность поставить на эликсир или пилюлю имя алхимика поднимает продажную цену. Закупочную, впрочем, тоже. Хотя я и не собиралась обдирать дядюшку как липку, в конце концов, он был ко мне добр и продолжает быть добрым. Осталось его в этом убедить. О, кстати, он, конечно, торговец, но, может быть, вариант какой-нибудь скрепочки и блокнотика ему всё-таки будет интересен.

В общем, пока я прокручивала в голове варианты разговора и все возможные аргументы от «я принесу вам немыслимое богатство» до «упасть на колени, обхватить ноги дядюшки и плакать, пока он не пойдёт мне навстречу», я умудрилась добраться до города. Решительно избегая соблазнов рынка (деньги неплохо бы поэкономить), я сразу направилась в лавку. И даже почти не удивилась, столкнувшись на пороге с мужчиной в дорогой одежде, который явно не казался обычным человеком. От него ощущалась этакая аура власти. А ещё он мне очень напоминал практиков. Взгляд, который меня одарил, был на удивление спокойным и равнодушным, словно я не стоила его внимания. Впрочем, о чём это я? Скорее всего, я действительно не стоила его внимания. Даже одна мысль о том, что ему пришлось прийти сюда ради меня, должна была быть абсурдной. Но где-то там, на задворках сознания, продолжала мелькать мысль, что он всё-таки по мою душу. Так что я была на сто процентов, ну ладно, процентов на девяносто уверена, что этот мужчина неопределённого возраста тоже практик. Кажется, Сяо Ма когда-то говорил, что практики в нашем городе не так уж и часты. Тогда что занесло-то сюда? Мёдом, что ли, намазано? Я тяжело вздохнула и постаралась мило улыбнуться, потому что когда на тебя смотрят в упор, это явно намекает на то, что ты человеку интересна. Впрочем, по счастью, знакомиться практик со мной не стал. Оставим этот милый момент на другой случай. Я морально готовилась к столкновению и препирательствам и была несколько ошарашена, когда мужчина, внимательно меня осмотрев, просто ушёл. Я почувствовала себя, как заядлый тусовщик, которого пригласили на отвальную вечеринку, он пришёл, а там все книжку читают.

Ну и ладно. Глупо обижаться на то, что с тобой не стали ссориться, напомнила я себе и зашла в лавку.

– Да что ж они сюда зачастили-то, как блудный сын в цветочный, – буквально моими словами вздохнул А-Фей.

– А это кто был? – поинтересовалась я.

Продавец одарил меня недовольным взглядом, но учитывая, что я источник проблем, так и быть – простим такую маленькую наглость.

– Да алхимики эти. Опять пришли. Спрашивали эликсиры от незарегистрированных недоучек.

Ну как знала, камень в мой огород. «Недоучку» я ему ещё припомню, даже несмотря на то, что это правда. Я мило улыбнулась:

– И разумеется, ничего не нашли, – подтвердила я добропорядочность дядюшки. – Как можно было подумать, что добропорядочный торговец чем попало торгует? Всем бы торговцам такую сознательность.

– Вот-вот, – подтвердил А-Фей, недовольно глядя на дверь. – Уж сколько раз проверяли, но нет, всё ходят и ходят. И ведь не покупают же ничего. А у нас столько всего есть! Вот буквально вчера привезли плащ Инь Е Пи, он даёт своему носителю стать невидимым почти для всех, а вот зеркало, которое показывает духов и призраков. Ведь много чего есть. Ленточки вон. Эх…

А-Фей показательно вздохнул, а я понимающе кивнула. По опыту общения с Бай Шанем я прекрасно знала, что практики обладают очень острым слухом, и не было бы ничего удивительного в том, чтобы мужчина, который только что вышел, мог стоять где-то и с интересом прислушиваться к нашей неспешной беседе. Вроде бы мелочь, а как раздражало!

Дядюшка встретил меня неласково, впрочем, я бы тоже не радовалась общению с проверяющими от сект. На столе стояла пиалка с недопитым чаем, и даже десерты, которые принято подавать гостям, убрать не успели – это я удачно, заодно и угощусь.

– Ну, чего пожаловала, нарушительница спокойствия?

Дядюшка покачал головой, глядя, как я утащила димсам с солёным утиным желтком и налила себе чая. Вот уж действительно – я в его лавке как дома.

– И чего ж тебя матушка-то замуж вовремя не выдала? Сколько бы проблем избежали.

Я усмехнулась и демонстративно села. Кажется, любимый дядюшка повторяется. Ну не выдали меня замуж и не выдали. Как говорится, что выросло, то выросло. Нет, матушка Вэнь в этом вообще не виновата, но об этом мы не будем.

– Я вам идею принесла. Точнее, даже несколько, – попробовала я порадовать старика, но судя по его прищуренным глазам, получилось так себе.

– Я не произвожу товары, – напомнил любимый дядюшка. – Я их продаю.

– И очень зря, – усмехнулась я. – Если однажды ваши поставщики вдруг сговорятся и не будут поставлять вам продукцию, вы просто разоритесь. А так хоть какое-то производство есть.

– И откуда ты такая умная взялась? – разозлился дядюшка. Злился он, впрочем, недолго. – Так чего пришла?

– Посоветоваться с вами хотела, – призналась я, перестав валять дурака. Умение понять, когда стоит остановиться в валянии дурака, – это самое главное. – Мне очень, очень нужны материалы экзаменов. Я знаю, что первый этап не публикуется и в широкий доступ не отправляется, но второй и третий можно запросить.

– И ты направилась ко мне? – покачал головой дядюшка Ли, поглаживая бороду и продолжая хмуриться.

– Разумеется. Вдруг ваши связи позволят получить подобное?

– Ты же понимаешь… – начал дядюшка, переключаясь на роль торговца.

– Всё я понимаю, – усмехнулась я. – «За деньги такое не купишь. Нужно что-то гораздо интереснее». Например, отрез паучьего шёлка.

Технически отреза паучьего шёлка у меня, конечно, не было. У меня была подвеска хранения с ним, точнее, так сказать, с исходным материалом. Оставался тот маленький момент, что я никогда раньше не обрабатывала паутину в шёлк и даже не представляла, как с ней работать. Но «авось» вывезет. «Авось» вообще часто работает. Так что я вселила себе надежду, что сработает и в этот раз.

А глаза у дядюшки заблестели. Кажется, я попала в точку.

– Звучит интересно, – признался дядюшка. – Но недостаточно, чтобы ввязываться в противостояние с сектами.

Я едва слышно цокнула языком: больше сильных карт у меня не было. Тогда придётся пойти ва-банк.

– Эксклюзивный поставщик вышитых вееров, – предложила я и внутренне поморщилась: нечто подобное я уже предлагала. Впрочем, все мои игрушки и так уходят дядюшке, ему грех жаловаться.

– Эксклюзивные права на то, что никогда не собираешься производить? – искренне возмутился дядюшка. Кажется, игрушек было маловато. Надо сегодня ещё сшить парочку: куст, например, или колобка. О, смешариков сошью – вдруг зайдут.

– Я не такая, – деланно возмутилась я.

– Это пока, – отрезал дядюшка. – Не меньше четырёх штук в год.

Обозначили мне одну из позиций торга. В принципе возможно, но тогда уж больно жирно получается с учётом игрушек – пожизненный эксклюзив. Попробуем уточниться:

– Эксклюзив на три года.

Двенадцать как-то выжать было плюс-минус возможно, чтобы выполнить договор, даже досрочно, просто передавая вышитое на реализацию.

– На шесть лет, – показал дядя.

– Ну, это грабёж! – возмутилась я.

– Это бизнес, – усмехнулся дядя. – Бизнес, милая. И увы, ничего личного.

«У… Капиталист проклятый», – подумала я про себя, а потом честно призналась дядюшке:

– Шесть лет слишком много. Может, мы в штуках посчитаем?

Торговец Ли внимательно посмотрел на меня, а потом кивнул:

– Двадцать четыре. Вышитых тобой лично. Четыре на паучьем шёлке, двадцать – так и быть, выберешь сама, на каком материале вышивать. Ну и ты же понимаешь… я отправлю запрос. Как на него ответят – я гарантировать не могу.

Я закусила губу. С одной стороны, мне хотелось какой-либо гарантии. С другой стороны, я прекрасно понимала, что для дядюшки Ли это уже потолок. Был вариант, конечно, попросить Бай Шаня, но я не хотела. Я ему доверяла, он был вхож в мой дом, но он уже и так слишком много мне помог. И ещё больше оказываться у него в долгу я не хотела, потому что понимала, что тогда наши отношения могут перерасти из плоскости «двое приятелей» или «почти равных партнёров» – а это я, конечно, сильно перегибала, в плоскость «начальник и подчинённый», а точнее «должник и его кредитор». И расплата за все услуги, которые он мне оказал, может стать неподъёмной. Вот только двадцать четыре веера – это не так уж и мало. Вышивка – дело тонкое, иногда крайне кропотливое. Будем резать осетра.

– Двенадцать, – решилась я. – Четыре на паучьем шёлке и восемь на чём придётся. Если я найду более качественную ткань, снижение количества вееров будем обсуждать отдельно.

Я уже была готова к тому, что меня пошлют тактично или не очень, и поэтому весьма удивилась следующей реплике:

– Умница, девочка, – похвалил меня торговец. – Всегда помни, что твоя доброта должна иметь пределы.

– Ваша вроде вообще никаких не имеет, – огрызнулась я.

– Это только тебе так кажется, – усмехнулся торговец.

Глава 15

Возвращаясь из города, я снова ощутила неприятный взгляд в спину. Дежавю, однако. Я зябко передёрнула плечами и обернулась, посмотрев туда, откуда по моим ощущениям, на меня смотрели. Ничего, как и ожидалось. Только деревья шелестят листвой, и какой-то неосторожный кролик выпрыгнул на дорогу. Был бы здесь Сяо Ма – был бы нам ужин, а так пусть живёт ушастый.

Может быть, это тот тип, которого я встретила у дядюшки? Почему-то мне казалось, что это не так. Слишком тот казался джентльменом. Почему-то мне не верилось, что именно этот практик опустится до слежки за девицей. Неприятное чувство буквально кричало в голос, что у меня очередные неприятности. Я ещё несколько раз оборачивалась, прислушивалась и понимала, что ничего не слышу и не вижу. Это настораживало ещё сильнее. В то, что у меня просто паранойя, я уже не верила. Кажется, надо ещё раз напомнить дядюшке, что мне необходим защитный артефакт, а то с присутствием Бай Шаня в моей жизни я несколько подрасслабилась. Да и самой, наверное, стоит немного больше внимания уделить овладению мечом: больше навыков – больше шанс на выживание. Разумеется, с той же старательностью, как Сяо Ма, я заниматься не буду, я это прекрасно понимала. Но хоть какой-то результат всё же лучше, чем отсутствие вообще какого бы то ни было. К тому же, если я не могу защитить себя собственными силами, стоит подумать о других вариантах. Например, о каких-нибудь ловушках. Невольно в голову приходили варианты, показанные в фильме «Один дома». Вот только мой дом меньше всего подходил для реализации придумок Кевина. Мне нужно что-то другое, не просто защитить дом, но и территорию вокруг. Почему-то в голове всплыли купюры, которые взорвались краской. Может, изобразить нечто подобное, только заменить краску на что-то посерьёзней? Интересный вариант. Надо обдумать его ещё немного, хотя бы понять, что именно можно использовать и не приведёт ли это к ещё большим проблемам, если вдруг какой-нибудь нарушитель частной собственности слегка испачкается и откинет копыта. Я искренне надеялась, что нет: благо в этом мире кто сильнее – тот и прав, и вообще, нет тела – нет дела. Любой ребёнок знает!

И да, если кто-то хочет прийти и пообщаться со мной, я практически всегда открыта к диалогу. А случай с Бай Шанем, когда он получил метлой по хребту, мы оставим за скобками – сам виноват, не надо было лезть под горячую руку. Тем более не надо было обижать куста и мышей. Они маленькие.

Когда я уже окончательно накрутила себя, из-за зарослей показалась крыша домика. Меня резко отпустило, словно повернули переключатель. Проблемы будем решать по мере поступления, а пока меня ждали, и мне были рады. Даже если одна конкретная ослиная морда делает вид, что ей всё равно.

Я честно собиралась почитать ещё немного книг по алхимии, пока Сяо Ма готовил обед, но подумала, что неплохо будет разобраться, что там с паутиной. Раз уж я пообещала любимому дядюшке вышивку на этом распроклятом паучьем шёлке. В голове не было ни одной здравой мысли на тему, как с ней работать, поэтому всё туда же – будем экспериментировать. А про ингредиенты и алхимию я, так и быть, перед сном почитаю. Очень успокаивающее, убаюкивающее чтение, скажу я вам. И да, таблицу для ингредиентов я всё равно попробую составить.

Достав из подвески хранения полотна паутины, я несколько поморщилась от её липкости. Вообще непонятно было, как она так спокойно доставалась из подвески именно теми полотнами, которыми я её собирала, и ведь не слиплась же в один ком. Липкость – это то, что мне не нравилось на момент сбора, не нравилось это и сейчас. Впрочем, нравится – не нравится, это дело десятое. Сейчас надо разобраться, как бы это убрать. Постирать, что ли? И если стирать, то чем? Некоторое время потупив, решила, что надо пробовать разные варианты. С трудом разделив паутину на три части, решительно утащила с кухни три больших миски, предварительно убедившись, что Сяо Ма всё ещё занят тренировками, и принялась за эксперименты.

Во-первых, спирт – натуральный растворитель. У меня его ещё, конечно, не так уж и много, чтобы залить всю отложенную под него паутину, значит, будем разбавлять водой, в соотношении на глаз, и так сойдёт. Залив первую партию водой, открыла бутылёк с перегнанным спиртом, немного поморщилась от запаха и собиралась немного накапать. То ли от того, что я слишком была сосредоточена на том, чтобы залить буквально пару капель, то ли ещё по какой-то причине – рука дрогнула, и в таз вылилось полфлакона. Ладно, будем считать, что так и было задумано.

Во второй таз залила воды и добавила мыльного корня, помешала и решила забыть на время. Оставалась третья часть, и её я собиралась сварить в алхимическом котле. Из тех описаний, которые я читала, паутину можно было отнести к субстанциям с сильной энергией инь, то есть для баланса мне нужно что-то с энергией ян. Например, пепел сандала подойдёт. И ещё можно остатки от одуванчика, которые не совсем кубики. В общем, есть идея, будем реализовывать.

Запихав паутину в котёл, так же на глаз щедро насыпала пепла, потом свалила все оставшиеся кусочки корня и залила холодной водой. И поставила на огонь. Чтобы лучше контролировать процесс, уселась рядом с книжкой, предварительно отломав от дерева какую-то сухую ветку вместо щипцов для выковыривания, и погрузилась в попытки разобраться с классификацией ингредиентов, хотя бы теоретически.

Самым ужасным оказалось даже не то, что следует запомнить множество свойств каждого ингредиента и то, как его использовать, или какие энергии и стихии в нем преобладают, а попытки прорваться через философствование о бытии каждого этого ингредиента и его месте в природе мира. Нельзя было написать: «Подорожник обыкновенный: использовать там-то, там-то, имеет такую-то энергию, относится к такому-то разделу». Нет, про этот подорожник надо было написать целую оду, практически «Войну и мир», посвящённую только одному ингредиенту. Разумеется, я слегка преувеличивала масштаб трагедии. Или преуменьшала. Вот что этим абзацем хотели сказать? «Син лу цао – есть трава, рождённая на стыке Неба и Земли. Его лист, приникший к дорожной пыли, являет собой образ смирения. Не потому ли он так мягок под пальцами, что научился прощать каждую наступившую на него ногу? Тысячи колёс и тысячи подошв – но лист не ропщет, ибо знает: его корни уходят в Изначальную Землю, а значит, он вечен». Ничего. Я справлюсь. Но кажется, для удобства систематизации мне придётся всё это выписать и адаптировать под себя. Потому что запомнить философские размышления о природе условного подорожника я не смогла. Нет, лирические отступления – это, конечно, полезно, но когда тебе надо запомнить полтора десятка ингредиентов, а потом как-то уместить их в своей голове… Теперь я понимаю, почему обычно учеников берут маленькими. Чем меньше ребёнок, тем больше свободная оперативная память в его голове. Так что завтра откладываем все дела с брагой, и едем покупать еще бумаги. Писать кистью я точно не буду, обойдёмся угольками. Сообразить какое-нибудь подобие карандаша, думаю, я сумею. Было бы ещё неплохо какие-нибудь стикеры и тетрадку на кольцах. Интересно, а можно здесь получить разъёмные кольца? Вроде не самая сложная конструкция. А если ещё и скрепку? Дядюшке любимому подсказать. Хотя я не уверена, что такие канцелярские принадлежности найдут здесь своё место. Кстати, если нет разъёмного кольца – то хватит просто нитки на узелочке. Тоже работать будет. В общем, что-нибудь да придумаем. Если не дядюшка, то уж контакты Сяо Ма тоже подойдут. С дыроколом, правда, будет сложно. Ну ничего. Как говорится, вижу цель, не вижу препятствий.

Пока я отвлекалась, в алхимическом котле продолжала булькать паутина. Тихонечко так. О том, что в нём что-то варится, не говорило практически ничего, даже запаха не было. Интереса ради я подошла и потыкала палочкой. Вроде бы большое полотно разделилось на более мелкие. В принципе, это мне и было нужно. Осторожно подцепила, потрогала. Горячая паутина вроде не была такой липкой. Хотя на пальцах ещё что-то оставалось. А ещё мне показалось, что из серовато-белой она стала более золотистого оттенка. Одуванчики, что ли, так сработали? Пока отвлеклась от учебы, надо пойти посмотреть, что там с другими образцами.

В тазу с мыльным корнем паутина всё ещё оставалась липкой и не собиралась делиться на тонкие полотна, но кажется, по ощущениям она стала плотнее. В тазу со спиртом уже прекрасно плавали отдельные куски паучьего шёлка, и вообще не липкие. Наверное, можно было доставать, хотя пусть полежит ещё немного. С котлом закончу – и тогда будем смотреть, что вообще получилось.

Я периодически доставала из котла вываренный шёлк, пробовала на липкость. Совершенно не липким и хорошо разделяющимся на отдельные полотна и кажется, даже нити, он стал, по ощущениям, только часа через два. К этому моменту я уже вся измучилась ожиданием и уже раз десять пожалела, что начала столь долгий эксперимент вместо того, чтобы занять котёл чем-то более полезным. Когда, наконец, я решила, что паутина уже достаточно сварилась, воды в котле оставалось на самом донышке, и, как ни странно, она была почти прозрачной – вся муть, как и с прошлым эликсиром, осела на дне. Некоторое время я рассматривала получившиеся полотна и раздумывала: повесить сушиться сразу или что-то ещё с ними сделать. В итоге склонилась ко второму варианту, решив, что дополнительно будет неплохо шелк прополоскать.

Все более-менее глубокие миски, которые можно было утащить с кухни без вопросов со стороны Сяо Ма, «куда я собираюсь девать посуду», я уже использовала, да и воды для полоскания требовалось больше, чем можно было набрать в миску. Единственным вариантом была ванна. Не откладывая дело в долгий ящик, я принялась выполаскивать паутину. Это оказалось ещё той задачкой. После алхимического эксперимента паучий шёлк расслоился на настолько тонкие полотна, в мокром виде полупрозрачные и такие невесомые, что я иногда боялась упустить их и потерять в воде. Единственное, что радовало: найти их в воде было всё-таки можно – выдавала некоторая матовость с золотистым мерцанием. Надо бы сравнить с другими результатами, но, судя по всему, это можно назвать эталонным паучьим шёлком. Не забыть купить кусок у кого-нибудь другого, чтобы можно было сравнить.

Ополаскивала трижды. Я все куски полоскала долго, особенно те, которые вымачивала в спирте, запах которого почти не вымывался – словно он впитался в волокна. Эта паутина хоть тоже расслоилась на отдельные полотна, была плотнее, не такая прозрачная и, естественно, лишённая золотистого мерцания. Но тоже очень приятная на ощупь – вот выветрить запах, и будет шикарно. Я уже начинала прикидывать, на что можно пустить такое богатство, уж явно не на ленточки. Наверно, как раз на веера и пойдёт. Интересно, а покрасить ткань я смогу или нет? Впрочем, это дело десятое.

У меня остался третий экземпляр, и вот он не радовал. Судя по всему, этот вариант был из разряда «а потом доработайте напильником». Пласты паутины, которые я залила мыльным корнем, дополнительно пришлось кипятить. На них это подобие мыла вообще не подействовало, и как была липкая тряпка, так и осталась. Кипятить паутину на обычном огне, не духовном, оказалось ещё той задачкой. Во-первых, она пахла. И пахла отвратительно, что мгновенно привело к тому, что из-под пола донёсся недовольный писк.

– Госпожа Лу Шиань! – я вздрогнула и обернулась. Вспомни солнце, вот и лучик. Сяо Ма пытался нависать надо мной и внушать трепет и ужас. А неплохо так у него получалось. Даже какие-то нотки торговца Ли начали проскальзывать. Странно, он вроде с Бай Шанем больше общается.

– Вы же не любите ферментированную еду, – сказал он.

– Не люблю, – осторожно подтвердила я. – А что?

– А то, что этот запах может перебить только вонючий тофу. Я его приготовлю, если вы продолжите пропитывать кухню этой вонью.

Я выгнула бровь. Ну надо же, угрозы пошли. Серьёзные, кстати. С мелкого станется сбегать в город за этой гадостью. Я один раз понюхала – больше не хочу.

– Поняла, – я мило улыбнулась, пытаясь задобрить мальчишку. – Сейчас перееду. Только давай без тофу. Или что там ещё так же отвратительно пахнет.

– Пока отвратительно пахнет только ваше варево. А нам, похоже, нужна новая посуда, потому что есть из этой будет проблематично.

Я только вздохнула.

– Вам костёр развести? – сменил гнев на милость Сяо Ма. – Или вы на своём духовном попробуете?

Я задумалась. Просто кипятить к этому моменту мне уже было не интересно. Сначала я по привычке развела под глиняной миской духовный огонь – авось не треснет сразу, – а потом в голову закралась замечательная идея: мне нужен не духовный, а элементный огонь – пока самого простого для освоения, древесного типа. В конце концов, а почему бы и нет? С духовным огнём я уже освоилась, так что точно готова к переходу на новую ступень.

– Да нет, не надо, я тут новую штуку решила попробовать, – усмехнулась я. А Сяо Ма мгновенно насторожился.

– Только давайте подальше от дома, – почти умоляюще попросил он. – И желательно с подветренной стороны, а то запах как в доках, где сгнил весь улов рыбы.

– Ага, – пообещала я и поспешила утащить миску подальше, пока ещё какие-нибудь условия не поставили. А мне уже ну очень хотелось попробовать новый вид пламени. Такая талантливая, я была готова к своему великому прорыву и триумфу. Морально так уж точно.

Но как оказалось, морально я, может быть, и была готова, а вот контролировать преобразование не просто в энергию, а в энергию определённого типа – это пока ещё мне не по плечу. Пламя-то то вспыхивало, то угасало, и почему-то получалось не чисто зелёным, как должно было быть, судя по описанию в книге, а каким-то серо-буро-коричневым. И горело так минут пятнадцать, может, двадцать. И как ни странно, эти попытки вымотали меня так, словно я в очередной раз пыталась перестроить дом.

Так что всё, что мне осталось, – принять поражение и посмотреть, что там у меня с паучьим шёлком. А оказалось, у меня там всё не очень хорошо. Липкость, конечно, пропала, вот только материал, который плавал в этом тазу, был гораздо жёстче и уже совершенно мне не напоминал не то что паутину, а даже ткань. Это было скорее ближе к замше или даже к коже – я не могла определиться. Причём слои, которые я надеялась отделить друг от друга, слиплись ещё сильнее.

В итоге я получила один пласт паучьего шёлка, хотя шёлком это назвать было уже нельзя. Отдельные нити напоминали леску, или может, струну. Ладно, покажу Бай Шаню, когда он вернётся, может быть, он что-то подскажет. А пока пойдём полоскать, развешивать на верёвке – как в детстве мама развешивала пододеяльники и простыни во дворе. Хорошо, что никто не видит.