Текст книги "Алхимик 2 (СИ)"

Автор книги: Айлин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Глава 23

Ну а пока завтрак готовится можно разобраться чего я там с забором вчера наколдовала. Ночью было как-то не до того. Ну на тот неприступный напичканный шипами и турелями который я в своей голове представляла он пока не походил, но все равно стало лучше чем было. Заборчик вырос и сейчас он мне доходил где-то до талии, и местами даже появились какие-то наросты и выступы. Отлично, ещё пара раз – и у меня появится нормальный забор, через который будет сложно перелезть. А то через прошлый даже перешагнуть было можно. Ну и о ловушках надо будет всё-таки подумать, может, какую-нибудь растяжку? Хотя что я о них знаю? – пригорюнилась было я, но долго предаваться хандре мне не дали.

– Ты что творишь! – вопль Сяо Ма наложился на потрескивающий звук электричества.

– Значит, мне не приснилось, – вздохнула я и поспешила выяснить, что там у них происходит.

А происходило всё то же самое, что и ночью. Осёл дёрнул ушами – молния пролетела рядом с Сяо Ма, попав в железную сковородку и оплавив её. Кажется, это была любимая сковорода Сяо Ма, в которой он как раз собирался готовить завтрак, так что, разумеется, мальчишка был расстроен и, вооружившись шваброй, гонял осла, у которого, как мне показалось, от копыт тоже посверкивало. Периодически осёл, не удержавшись, дёргал ушами, отчего во все стороны летели молнии разной степени интенсивности, оставляя подпалины на стенах и полу. Круга два-три они по кухне уже точно навернули, а ведь она ещё от моих экспериментов страдает. Надо выгонять их, пока совсем не разнесли. Только успокоюсь сначала.

Я закрыла глаза, досчитала до десяти, а когда открыла их, осла уже выгнали из дома.

Отлично. Меньше ремонта. Сегодня вечером займусь созданием крытого стойла с подогревом. Будет у осла отдельное жильё.

А пока балаган продолжался уже во дворе, кажется, оба уже забыли, из-за чего всё завертелось изначально. Я прикидывала план на день, в принципе особо не изменённый: подготовка к экзамену, немного вышивки, а ещё помедитировать. Обязательно помедитировать – не только ради прояснения усталого разума, но и для пополнения запаса ци. Он у меня не самый большой, заканчивается быстро, восстанавливается, впрочем, тоже. Я пошла было завтракать, но на секунду замерла, обернулась, вглядываясь в глубину леса, а потом тряхнула головой, отгоняя легкое беспокойство. Показалось. Просто показалось. Ну на самом деле, что я в паранойю-то впадаю.

– Госпожа Лу Шиань, идите завтракать, я кашу приготовил и булочки с овощами и мясом.

Я легко улыбнулась – кажется, Сяо Ма одержал сокрушительную победу, хотя судя по хмурой морде осла, это была победа в битве, а не в войне. Как я буду переселять осла в отдельное жильё, я даже думать не хотела. Уж больно ему нравился зал.

День казался настолько обыденным, настолько «нормальным», что было понятно: что-то идёт не так. Я занималась теоретическими изысканиями, гоняла мышей, отвлекалась на вышивку и нет-нет, да и поглядывала в сторону леса. И хотелось бы думать, что у меня паранойя, но где-то в подкорке невольно крутилась мелодия, сигнализирующая о приходе большого пушного зверька.

Я даже сходила и переоделась, выбрав из своих вещей те, которые обладали защитной функцией. Паранойя чуть-чуть успокоилась, но не то чтобы слишком сильно. Починить вышивку после того, как по ней прошлись старшие ученики секты Фу Дай, у меня руки так и не дошли. Я утешала себя тем, что за всё время моего пребывания к нам приходил только один раз дядюшка Ли и один Ян Шань. Обо мне мало кто знал, меня даже «широко известной в узких кругах» было сложно назвать. Да и кому я нужна в конце концов? Обо мне даже члены секты Фу Дай словно бы забыли. Впрочем, думаю, они просто ждут, пока наше противостояние подзабудется.

– Ну что вы маетесь? – не выдержал Сяо Ма, когда я в очередной раз прошлась по двору словно пьяная, не зная, чем себя занять, чтобы зудящее напряжение наконец отпустило.

– Не знаю, – призналась я. – Просто неспокойно что-то.

Сяо Ма нахмурился и поправил меч.

В этот момент раздался смех.

– Ржавый ученический меч, а гонору словно великий мечник явил себя миру.

В лёгком зыбком мареве, таком чуждом ясному солнечному дню, появился мужчина с надменной усмешкой, брезгливо смотрящий на наш скромный домик. У меня буквально волосы встали на загривке дыбом, а толпы мурашек принялись бегать туда-сюда, пытаясь найти максимально безопасное место. Я машинально задвинула Сяо Ма за спину, а он упрямо вышел чуть сбоку.

– Ты и есть алхимичка? – его тон, презрительно-пренебрежительный, мне не понравился сразу. От этого человека веет проблемами похлеще, чем от принцессы Мяо Мяо.

– Ту, что посмела хамить патриарху Фу Дай, я представлял себе если не более сильной, то хотя бы более внушительной.

– А я представляла практиков воспитанными благородными господами, придерживающихся банального этикета в общении с незнакомыми людьми, – отмахнулась я, мягко улыбаясь. – Как видите, мы оба обмануты в своих ожиданиях.

Мужчина рассмеялся, а потом резко выхватил меч и ударил. Я почувствовала, как сердце замерло, и до того, как голубоватая волна удара ци снесла меня, резким перекатом ушла с траектории удара, умудрившись сбить с ног Сяо Ма, чтобы он не попал под этот удар. Мне кажется, перекаты у меня становятся коронным боевым приёмом.

– Ло Цзы говаривал: женщина подобна нефриту в шкатулке. Настоящая ценность раскрывается, когда её достают, а не когда она сама лезет на свет. Говорить будешь, когда тебе дозволят. Тихо и вежливо.

У меня дёрнулся глаз. Да что ж мне так везёт на моралистов-домостроителей? Впрочем, у местных своих загонов хватает, без домостроя обойдутся, у них здесь своё есть не хуже.

Прежде чем я успела что-то вякнуть, в практика полетела молния, которую он на удивление легко отбил мечом. Осёл, вышедший из-за дома, кажется, расстроился, принялся бить копытами и, наклонив голову словно бык перед красной тряпкой, дёргал ушами, высекая искры, и на вторженца обрушился град молний, дав мне передышку, чтобы подняться и утащить слегка подрастерявшегося Сяо Ма в сторонку.

– А поговорить? – возмутилась я. – Что за манера такая – явиться в чужой дом, размахивая мечом? Тоже мне поборник этикета, – возмущалась я про себя, глуша этим панические мысли: «Мы все умрём!» Откуда он вообще взялся⁈

– Буду я ещё с какой-то девкой разговаривать, – донеслось мне в ответ. – Радуйся, что я, великий, снизошёл до безродной девки. Тебе оказана величайшая честь стать новым источником моей силы. Я заберу то, что хочу. А ты сама виновата, что не можешь защитить ни себя, ни свой дом. Всё решает сила.

Я даже спорить не стала. С грабителями, да ещё так решительно настроенными, не спорят.

– Госпожа Лу Шиань, может, мы лесом в город уйдём? – тихонько предложил Сяо Ма весьма здравую на мой взгляд идею.

В этот момент в осла прилетела голубоватая волна, которая появлялась после каждого взмаха меча вторженца. Бедное животное отбросило к стене. Мне показалось, что-то хрустнуло. Очень надеюсь, что стена. Под тяжкий стон ослика я вздрогнула и поняла, что не уйду. Не смогу. Он моё животное обидел! Я почувствовала, как волосы встают дыбом. Мне кажется, даже глаза засветились.

– Убью, гада, – прошипела я. И мужика практически впечатало в землю – кажется, сантиметров на десять, так уж точно!

Вот только ненадолго.

– Ах, вот как, – усмехнулся он, поднимаясь всё же с некоторым трудом. – Не сопротивлялись бы – глядишь, я бы вас быстро убил. А сейчас…

Он сделал какой-то финт мечом, и из лезвия вырвался красноватый череп в окружении чёрно-красного свечения.

Я даже как-то растерянно замерла. Демонический культиватор, что ли?

Вот только о том, что в процессе боя думать плохо, я вспомнила только тогда, когда меня дёрнул за рукав Сяо Ма. Мальчишка умудрился не только оттолкнуть меня, но и подставить свой меч под удар. Я каким-то животным чутьём понимала, что это тоже плохо, но сделать ничего не успевала.

Впитавшее череп оружие засветилось ярко-красным светом, который пробежался по лезвию, перешёл на гарду, меняя цвет, и череп впитался в руку Сяо Ма.

Мальчишка пошатнулся. Я в ужасе бросилась к нему, надеясь придержать и отволочь подальше, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы бессильной ярости.

Небо мгновенно заволокло тучами, а потом на землю обрушился поток молний, которые, казалось, целились в моего мальчишку.

Мужик расхохотался:

– Надо же, какие сокровища здесь есть!

Я попыталась оттащить Сяо Ма в сторону, но, кажется, он был в каком-то трансе и вообще ни на что не реагировал. Меня накрывала волна липкой паники, руки дрожали, а в голове была звенящая пустота. Мне надо было что-то сделать, вот прямо сейчас, но ничего дельного в голову, кроме как бежать и прятаться, не приходило. Вот только одна я точно не смогу.

– Знаешь, что самое приятное? – продолжал рассуждать практик, с каким-то странным удовольствием наблюдая за происходящим. Он даже меч опустил под это дело. – Это «выпить» только что прорвавшегося. К тому же твой подопечный, кажется, весьма талантливый. Он чудесно усилит меня. Так же меня усилят ингредиенты в твоём доме. А то, что мне не подойдёт, я просто продам.

Я сжала губы. Хотелось бы заорать: «А нельзя было просто попросить?» Впрочем, такие, как он, не просят.

– Праведные секты тебе такого не простят, – выдала я, почувствовав себя первоклашкой, которую обижает одиннадцатиклассник, а всё, что она может, – это угрожать: «Я всё маме расскажу». Точнее, директору.

– Разумеется, не простят! – расхохотался практик. А потом замер и посмотрел на меня счастливым взглядом, словно выиграл джекпот, и ласково добавил: – Если узнают.

Кажется, оставлять в живых он никого не намерен. В нашу сторону полетела очередная волна от меча, оставив в земле здоровенную трещину. А я в очередной раз пожалела, что как следует не занималась с мечом. Сейчас бы хоть что-нибудь могла бы противопоставить. В теории. Кстати, меч! Первую форму я знаю. Может, удастся что-то сделать?

Я попыталась забрать из рук Сяо Ма меч, но не смогла его вырвать. Рядом снова ударила молния. Практик заливисто рассмеялся, глядя на мои потуги, а потом зашипел, когда в его сторону ударил поток огня. Я в ужасе оглянулась на кустик – ну он-то куда полез? Притворился бы обычной картошкой. Он этой твари на один удар, хотя надо признать, атака получилась мощная. Явно помощнее, чем у меня.

Как в воду глядела: в куст полетела очередная волна от меча. Практик даже не развернулся в ту сторону. Но к моему удивлению, атаку отразил ещё один огненный плевок куста. Надо сказать, не только я была в шоке, но и нападающий. А в эту короткую передышку до меня дошло: я могу так же. Ну ладно, не так же, но тоже могу.

В конце концов, хотя я не знакома с мощными техниками, ци я владею уже неплохо, запас есть. Я прищурилась, надеясь, что эта тварь в попытке защититься поднимет меч повыше и сработает громоотводом, пока вокруг Сяо Ма бушует ураган. Вот только удача была, кажется, не на нашей стороне. Молния била куда угодно, только не в этого мерзавца. Да и, кажется, огненные атаки на него работали плохо.

И на нападающего обрушились небольшие огненные стрелы. Одну за другой. Вот только он отбивался от них довольно лениво, словно они ему нипочём. Но я видела, как загоралась одежда, как немного подпалились волосы. В какой-то момент куст, удачно прицелившись, плюнул ему в лицо, и он зашипел, поморщившись от боли. Но для серьёзного урона этого явно было мало, хотя кожа на его щеке, как мне казалось, оплавилась. Чёрт, это не могло не быть безумно больно, так почему же он такой спокойный⁈

– А ты знаешь, – засмеялся он, и в сочетании с ожогом на пол-лица это выглядело жутковато, – я ведь знал про ваши артефакты. И про защиту с помощью огненного куста.

Да я сама про неё недавно узнала, – истерично всхлипнула я, понимая, что, кажется, нашла источник беспокоящих меня взглядов. С ужасом увидела, как он закидывает в себя пилюлю. Ожог тут же затянулся, а сам он словно покраснел изнутри.

– И я, – усмехнулся он, – позаботился о том, чтобы обезопасить себя от огня.

Умная тварь!

Он рассмеялся и сделал несколько широких атак мечом, энергетический след от которых крест-накрест полетел во все стороны. Они были хаотичными и словно в никуда. Подломилось дерево. Часть стены рухнула, обнажив кухню. Меня трясло, пока я вспоминала, что ещё можно сделать. Что ж мне дня два назад порох-то не изобрёлся? Сейчас бы очень пригодился. Или нитроглицерин. Да банальный коктейль Молотова намешать – хз из чего, он вроде простой.

В очередной раз напомнила себе, что слишком много думать в бою вредно. Всё-таки догнавшая меня волна располосовала рукав, отчего платье тут же пропиталось кровью, и срезала часть волос, которые драматично падали на землю, словно в замедленной съёмке. Ещё одна таки прилетела по кустику, срезав часть листьев. На землю закапал едкий сок. На глаза навернулись слёзы – смотреть на пострадавшего защитника было больно.

Я судорожно оглядывалась по сторонам. Сяо Ма всё ещё висел в воздухе среди бьющих молний, осёл, кажется, очухался и смог немного отползти. Уже хорошо. Живой.

«Пока», – мелькнула паническая мысль. «Мы пока все живы» – напомнила я себе, отгоняя панику.

Бегать и уворачиваться было больше нельзя. Из тех техник, которые сейчас у меня были, – это только техника двойного давления, создававшая огонь и лёд. Попробуем её. Она, правда, заворачивалась вокруг моих ног, когда я использовала, ну да и чёрт с ним. Если это можно было сделать в горизонтальной плоскости, значит, можно и в вертикали. И вообще, пока мне не сказали, что это нельзя, значит, можно.

Мной овладевала холодная расчётливая ярость. Вокруг закручивался ветер, в голове была пустота, а страх и паника медленно сменялись холодной ненавистью. Я неожиданно вспомнила идеальное воплощение для техники – кольцо, которое Зена, королева воинов, металла. Основа из льда, а вокруг – второй слой – огонь. Так ведь можно же, да?

От резко вскинутой руки сорвались несколько колец огня, закружившихся вокруг…

Моя атака хоть и неожиданная и, как мне показалось, мощная, застряла на мече, со скрипом пытаясь проломить его. А практик только рассмеялся.

– Ну надо же. А ты ещё что-то можешь?

Два кольца ушли в молоко, он отвёл ещё два, ещё два просто разбились о меч.

– Ещё что-то могу? Могу повторить, – прошептала я. Надо только немного больше ци, и плевать, что его мало. Вытащим внешнюю, только надо ещё чуть-чуть на подготовку. Но вот этого «чуть-чуть» мне, похоже, не дадут. Не я одна готовила атаку – у него они получаются быстрее. И это явно не его обычные размашистые атаки – он ради чего-то новенького стойку сменил!

В этот момент уже почти сникший куст плюнул, вот только не огнём, а ледяным вихрем. Практик пошатнулся, запахло кровью. Уже не нашей! Кажется, куст у нас самый большой дамагер. Почти все его атаки прилетали по этой твари. Мне хватило – ещё три кольца сорвались с руки, одно даже сумело пробить его защиту, оставив глубокий разрез.

В глазах потемнело. Меня повело. Как же некстати! Нельзя, нельзя падать, нельзя… Рядом ударила молния, выбив комья земли, а я пошатнулась и упала на колени, тяжело дыша. Может, ещё на одну атаку смогу вытащить ци? Мне и одной хватит.

Среди неожиданного затишья, кажется, молнии всё-таки закончились. Его спокойные шаги казались мне удивительно гулкими. Меня схватили за подбородок, приподнимая с земли. Слишком близко. Руки дрожали. Мне бы хотя бы на сосульку сил наскрести – с такого расстояния не промахнулась бы.

– Забавно, кажется, я понимаю, откуда в такой девушке столько гонору. Гордись: ты смогла меня поцарапать. Правда… – горячее дыхание обожгло щеку, – это будет последнее, чем ты сможешь гордиться.

– Мне хотя бы есть чем гордиться, – хрипло рассмеялась я.

Глава 24

Во взгляде практика мелькнуло раздражение – кажется, не так он представлял себе поведение побеждённой. Ну и чёрт с ним, усмехнулась я про себя. Меня накрыла такая апатия, что уже ничего не было страшно. А потом в воздухе вдруг что-то мелькнуло, и практика буквально снесло.

Я с трудом повернула голову, чтобы с удивлением увидеть Ян Шаня. В груди разлилось ни с чем не сравнимое облегчение. Может, он и не относится ко мне так же хорошо, как Бай Шань, но сейчас я была твердо уверена в том, что сегодня я не умру.

– Теперь тебе тоже есть чем гордиться, – раздался голос желтоглазого – Ты выжил после удара Бай Шаня.

Я несколько минут тупо смотрела, как под телом Бай Шаня барахтался человек, которому никто из нас не мог ничего противопоставить. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, о чём идёт речь, и не вставить свои пять копеек.

– Технически это удар Бай Шанем, – пробормотала я. Но меня услышали. Обернулись на меня и удовлетворённо кивнули:

– Пусть будет так, – согласился желтоглазый и усмехнулся, чуть оскалившись. Мне даже на секунду показалось, что у него не зубы, а клыки. – Тогда ему стоит гордиться вдвойне. Он первый человек, на которого обрушился удар Бай Шанем и который после этого выжил.

Выжил…

– Сяо Ма! – воскликнула я и бросилась к мальчишке, который сейчас лежал на траве и тяжело дышал. Жив. Отлично. Я перевела взгляд на осла, который тоже не казался умирающим, и поняла, что рядом с ним уже стоит Ян Шань. И когда успел только?

– Это нормально? – поинтересовался он, наклоняясь и поднимая что-то с земли – за светящуюся зелёным бусину, за которую держался Завтрак, за хвост которого цеплялся Обед, на хвосте которого в свою очередь висел Ужинё.

– В общем и целом да, – признала я, всё ещё пребывая в прострации. – Они регулярно пилюли крадут.

– И скармливают потом ослу? – уточнил желтоглазый.

Я кивнула.

– Истинную пилюлю божественного восстановления? – уточнил он, высоко подняв брови.

Я сначала кивнула, а потом закашлялась. Я такого точно не варила. Значит, из старых запасов.

В это время очухался практик и рванулся к Ян Шаню, формируя в руках что-то похожее на технику с черепом, которую впитал Сяо Ма:

– Как ты смеешь, ничтожный пёс, прикасаться к моей добыче!

Испугаться за Ян Шаня я не успела.

– Вот же, – фыркнул тот, обернувшись к нападающему, и щёлкнул пальцами. Техника в руках того рассеялась. – А казался не слишком глупым. Притворился бы ветошью – глядишь, выжил бы.

На моих глазах человек, который едва не убил всех нас, закатил глаза и безвольной куклой сначала осел на землю, а потом медленно воспарил в воздухе, раскинув руки в стороны. Ян Шань при этом на него даже не смотрел. Сейчас его больше занимали мыши, недовольно пищащие, хватающиеся друг за друга и всё ещё цепко держащиеся за пилюлю.

– Вот же упёртые, – покачал он головой. – Вы серьёзно думаете, что я опущусь настолько, чтобы отнимать пилюлю у детей и животных?

Мыши замерли, настороженно глядя на него, и, воспользовавшись этим моментом, желтоглазый легко стряхнул их под возмущённые ругательства на мышином. Впрочем, пушистые воришки тут же попробовали залезть на Ян Шаня по ханьфу, за что и поплатились: Завтрак был пойман за хвост и поднят для изучения со сдержанным интересом.

Пилюлю, которую неожиданно кинули мне, я едва поймала, несколько раз едва не уронив. Судя по всему, недоумение было настолько ясно написано на моём лице, что Ян Шань вздохнул и устало пояснил:

– Мальчишке скорми, ему пригодится больше, чем ослу.

Я закивала как болванчик и собралась было запихать пилюлю в Сяо Ма, но мыши встревоженно запищали. Обед и Ужин, разжав лапки, попадали на землю и скрылись из виду, чтобы через пару секунд появиться снова, толкая перед собой флакончик с чем-то. Ян Шань заинтересованно присмотрелся и присвистнул:

– Концентрированное дыхание жизни… У мышей…

– Они запасливые, – растерянно пробормотала я, проверяя состояние Сяо Ма. Рука обожжена, но других повреждений вроде нет, а вот меч, который валялся рядышком, кажется, бесповоротно испорчен: гарда оплавлена, лезвие стало полупрозрачным, покрытым трещинами и готовым рассыпаться. Ну и ладно. Не жалко.

– Они мыши, – уточнил желтоглазый, а мне осталось только развести руками.

– Запасливые, – усмехнулась я.

Желтоглазый немного понаблюдал за тем, как две мыши тащат бутылёк размером с палец, приподнял повыше Завтрака, отчаянно верещавшего что-то на своём мышином, а потом осторожно опустил его на землю. Тот рванул к своим собратьям, и скорость переноски возросла. Мне бы по-хорошему встать и забрать, но меня не держали ноги, да и общее состояние было далеко от идеального – ближе к истощению. А ещё периодически перед глазами начинали летать тёмные пятнышки, и, кажется, звуки доносились до меня сквозь вату. Рывок к Сяо Ма израсходовал последние силы, и всё, на что я была сейчас способна, – просто наблюдать, пытаясь накопить хоть немного ци на всякий случай.

– Ты мальчишке сначала эликсир дай, – проконсультировал меня Ян Шань, – потом пилюлю. А через некоторое время добавил, глядя в сторону кустика, который осторожно шевелил обугленными листочками: – Мне страшно представить, чем они у тебя куст поливают. Он ещё вроде трепыхается.

– Мне тоже, – призналась я и перевела взгляд на нападавшего, который казался куклой, висящей в воздухе. Мне очень хотелось узнать, что Ян Шань будет делать с этим парнем, но я почему-то опасалась спрашивать. Да и не важно это на самом деле было сейчас. Гораздо важнее Сяо Ма.

Когда мыши спустя минуты или полторы дотащили до меня бутылёк, я вылила в мальчишку эликсир и облегчённо выдохнула, поняв, что он начал дышать спокойнее. Да и нездоровая бледность, заливавшая его лицо, ушла. На дне флакончика осталось пара капель, которые я вытряхнула себе на язык – кажется, муть в голове прояснилась.

– Ну а мы, – начал желтоглазый, – поговорим.

– Он, кажется, демонический практик, – вспомнила я. – Он в нас каким-то черепком кинул.

– Ну надо же, как интересно, – буквально мурлыкнул Ян Шань, отчего мне стало немного не по себе. – Живой демонический практик. Надо же, какая редкость в этих землях.

Кажется, мне не нравится, когда Ян Шань улыбается. У него это получается как-то совсем жутко. А пока я размышляла насчёт улыбки моего спасителя, мой нападавший очухался и, кажется, ещё не совсем осознал, в каком он положении.

– Безродный пёс, как ты посмел поднять руку на великого меня!.. – начал практик, в котором, кажется, вернулось сознание.

– Надо же, – фыркнул Ян Шань. – Меня не узнали, – бросил он в сторону, а повернувшись к висевшему, снова мягко улыбнулся:

– Неправильный ответ.

И практик заорал. Внешне ничего не происходило, но его лицо было искажено такой болью, словно ему прижгли каждый нерв.

– Ещё раз. И помни, благородного мужа украшает сдержанность. Ты понял меня?

Практик что-то прохрипел, а потом кивнул.

– Отлично, – мягко улыбнулся желтоглазый, пугая меня этой своей улыбкой. Если бы мне так улыбнулись, я бы поняла, что это последняя улыбка в моей жизни. Потому что это улыбка убийцы.

– Как ты сюда попал? – задал свой вопрос желтоглазый.

– Пришёл, разве не понятно? – огрызнулся нападавший, пытаясь выглядеть крутым и сильным. Сейчас он мне казался столь же жалким, какой я была несколько минут назад. Ян Шань нахмурился – ему явно не нравилось, что с ним говорят в таком тоне, а ещё за этим недовольством я разглядела некоторое сомнение. Кажется, он был озадачен тем, что его не узнали.

– Ещё раз, но вежливей.

Интонация желтоглазого вроде и не поменялась, но в голосе появился некоторый звенящий звук, а потом подвешенный практик заорал от нестерпимой боли, но внешне с ним ничего не происходило. Сначала… а потом кровь тонкими струйками полилась изо рта, глаз, ушей, носа. По спине пробежал холодок, и в то же время в душе что-то оборвалось. Всё же хорошо, что Ян Шань на моей стороне. Наверно. Наконец нападавший перестал кричать, сначала тяжело отдышался, а потом по кивку желтоглазого ответил:

– Я слышал от учеников Фу Дай, что здесь живёт алхимичка. Не слишком мощная, с которой легко справиться, – говорил он заплетающимся языком. – Что вся её сила в паре артефактов. Решил посмотреть. И прибыл в город. Но найти, где она живёт, оказалось сложно.

Желтоглазый покивал:

– Бай Шань, конечно, не очень хорош в чарах. Но базовый отвод глаз поставить может.

Я же сделала себе зарубочку на тему того, что надо обзавестись новой техникой, ну и сказать очередное спасибо Бай Шаню – что-то мне подсказывало, без него таких гостей могло быть больше.

– Даже интересно, – желтоглазый перевел взгляд на Бай Шаня, который, кажется, ещё спал. – Вот только даже его кривые поделки такой слабосилок, как ты, проломить бы не смог.

Я истерично хохотнула. Это вот то висящее «слабосилок»? Я тогда в иерархии Ян Шаня кто? Бессильная? Пока я пыталась осознать своё место в иерархии силы, Ян Шань, раздражённый запинкой в речи пленника, слегка тряхнул его в воздухе.

– Говори, чего замолчал.

Подвешенный практик захрипел – в его взгляде была ненависть пополам со страхом и яростью. Но высказывать что-то, кроме того, что спрашивал Ян Шань, он не рискнул. Кажется, методы воспитания желтоглазого очень убедительны.

– С первого раза не нашёл. Хотел было за ней пройти, но она дёрганная – всё время оборачивалась. Я решил затаиться и остался в городе. Несколько раз пытался пройти к её дому, но не получалось. Хотел уже было уйти, но наткнулся на какого-то пьянчугу. Он рассказал, что рядом с алхимичкой есть мальчишка, его сын – она купила его за пять таэлей. И что мальчишка – скотина неблагодарная, отца совсем забыл, а он для него… Обычная пьяная болтовня. Ну я посидел рядом, подлил немного. Узнал и про эликсиры, и про артефакты, и про деньги, которые у неё водятся. Уж больно обижен мужик был, хотя для какого-то бродяжки пять таэлей – это ж несметные деньги, – зло хмыкнул практик. – Жил бы и радовался. Он и жил. Не долго, правда. А получить доступ куда-то, используя родную кровь, у которой подобный пропуск уже есть, не так уж и сложно.

Ян Шань покивал:

– Я так понимаю, этот мальчишка уже сирота.

Это был не вопрос, утверждение. Но, судя по всему, желтоглазый хотел получить на него ответ, а практик не слишком хотел отвечать. Вот только терпение у Ян Шаня не самое большое, и уже спустя секунду напавший на нас хрипел и извивался от боли. Мне казалось, это длилось бесконечно. Я смотрела с некоторым отупением и мстительным желанием, чтобы он помучался подольше. Но нет – его сопротивления хватило не надолго, и он захрипел:

– Да, мне была нужна кровь, и я её получил. Изначально я хотел напасть на неё в таверне, куда она пришла разбираться с какими-то людишками. Там я и увидел, что у неё нет никаких сил. Уровень даже ниже, чем у ученика. Из всех техник – только давление ци. Это же смешно. Это же идеальная жертва, богатая беззащитная. Если бы не ты…

Ян Шань покивал головой, соглашаясь со сказанным.

– Это точно. Слабая. Сострадательная. С характером, словно она имеет право командовать миром. Идеальная жертва. Но не для тебя. Почему не напал раньше-то?

– Рядом с ней крутился какой-то…

Ян Шань поперхнулся воздухом и неожиданно заливисто рассмеялся.

– Для этого «какого-то» будет унизительно, что его не узнали. Даже не так обидно стало, что и меня не узнали. Что ж, думаю, я узнал всё, что хотел.

– Ты отпустишь меня? – у практика, казалось, загорелся взгляд.

– Ну разумеется, нет.

И я увидела, как нападавший, который едва не убил нас всех, просто брызнул фонтаном крови, залив весь двор. Единственным чистым остался Ян Шань, задумчиво смотрящий на меня.

– Дальше сама разберёшься. И да, ну не пои ты Бай Шаня тем, чем ты его поила. А за вареньем я потом зайду.

– Он сам, – тихо откликнулась я, сделав себе пометку убирать алкоголь подальше от Бай Шаня. Кажется, крепкие напитки он переносит ну просто отвратительно.

А потом Ян Шань просто ушёл.

Я некоторое время тупо сидела, глядя на то место, где была лужа крови и одежда практика, вокруг которой уже шныряли мыши – сейчас совсем не белые. Их, наверно, искупать надо будет, – подумала я, глядя, как пухлый Ужин пытается в одиночку утащить какую-то пряжку в сторону дома. Грязные как чушки, – вздохнула я, а потом поняла, что мыши замерли, настороженно посмотрели на меня, синхронно склонив мордочки влево. Я моргнула. Кажется, мышей у меня прибавилось. Они двоились, рябили и, кажется, махали лапками. Меня повело. Так, ещё немного – и я сама свалюсь. Надо бы подняться, осмотреться и организовать всем более удачное место для отдыха.

В какой-то момент я вдруг расхохоталась. Боже, никогда бы не подумала, что моё спасение обойдётся мне в баночку варенья! Да я ему десяток видов наварю, чтобы на всю жизнь хватило. Правда. И не важно, демонический он там или нет. Я ему жизнью обязана. Так что варенье – это самое малое, что я могу сделать. Осталось прийти в себя окончательно и заняться уборкой опять.

Я с надеждой посмотрела на мышей. Но нет – судя по тому, как они демонстративно на меня не смотрели, больше ничего такого у них в запасе либо не было, либо пока в этом не было необходимости. Ну и ладно. Я вроде уже оклемалась. По крайней мере, меня если и пошатывает, то не как осинку на ветру. Так, слегка. Дойду, донесу, до чего-то там… по обстоятельствам.

Самым сложным оказалось растащить всю нашу гоп-компанию по местам, где можно прийти в себя. Осёл ещё худо-бедно шевелился, и переносить его не надо было – достаточно было чуть-чуть поддержать, чтобы он дошёл до своей лежанки в зале самостоятельно. Сяо Ма я ещё худо-бедно подняла. Для худощавого, еще недавно даже тощего, ребёнка он оказался на удивление тяжёлым. Ну ничего, это же хорошо, что я его откормила. В конце концов, у него там ни грамма жира – одни мышцы.

Ещё сложнее оказалось хоть что-то сделать с Бай Шанем. Его даже поднять было трудно. Он стоять не мог. При этом от него совсем не несло запахом перегара – да и откуда этот запах взялся бы? Выпил-то он совсем немного. С большим трудом я дотащила его до скамейки в зале, буквально волоком. Меня уже пошатывало.

Но надо было еще посмотреть как там куст. Оставив спящих и пострадавших на попечение мышей, у которых явно запасы получше, чем у меня, я вышла в сад. Кустик уже оживал. Ну как оживал – листочки шевелились, но выглядел он сильно побитым. Я осторожно погладила его:

– Ты молодец. Ты ему урона нанёс больше, чем все мы вместе взятые. Настоящий герой.

Обгорелый цветочек зашевелился и гордо поднялся вверх, правда, снова бессильно упал.

– Ты отдыхай. Пусть мыши посмотрят, чем тебя можно напоить. Может быть, получше будет?

Рядом раздался писк. Завтрак, мучительно виляя попкой, пытался из бутылька вытащить пробку.

– Давай я.

Я забрала у мыши флакончик и открыла.