Текст книги "Алхимик 2 (СИ)"

Автор книги: Айлин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

– Зайду завтра к дядюшке, – пообещала я, возвращаясь к разговору. Даже в отсутствии вышивки стоило проявить уважение и почтительность. В конце концов, дядюшка Ли действительно сильно мне помог. К тому же мне не хотелось терять такого покровителя. Даже если когда-нибудь – а я очень сильно на это надеюсь – я перерасту этот небольшой городок, хорошие отношения с торговцем Ли я планирую поддерживать. Нельзя быть неблагодарной. В конце концов, доброе слово и кошке приятно.

К торговцу Ли, как и планировала, я отправилась на следующий день. Решила не откладывать это дело в долгий ящик. Город уже поуспокоился, и моё появление не вызывало такого ажиотажа. Кажется, я уже перестала быть его героиней. Обидно, досадно, ну да ладно.

Любимый дядюшка встретил меня в своём магазине крайне задумчивый и чем-то озабоченный. Неужели прибыль снизилась? Иначе что ещё могло беспокоить торговца?

– Явилась, – нахмурился дядюшка, пребывающий не в самом благодушном настроении. Что ж бывает.

– Я была занята, – отмахнулась я, решив не заострять внимания ни на визите на аукцион, ни на продаже своих алхимических поделок так сказать налево, мимо кассы.

– Знаю, – нахмурился он. – Твой слуга рассказал. Не стоит тебе так сильно сближаться с непонятными практиками. Может, он тот самый, кого искали ученики Фу Дай?

Я решила не отвечать, раз уж дядюшка решил поиграть в старшего – пусть играет. Я всё равно останусь при своём мнении. Да и выгнать Бай Шаня будет сложно, даже если я этого захочу.

– Несколько дней назад ко мне наведывались ученики секты У Син Тан для проверки: нет ли у меня случайно товаров незарегистрированных алхимиков.

– И у вас их, разумеется, не нашли, – кивнула я головой. – В конце концов, вы, дядюшка Ли, ведёте свои дела честно, в соответствии с правилами и законами.

Ещё бы они оказались – подозреваю, старый прохвост о визите контролирующего органа узнал в тот самый момент, когда было принято решение навестить его с проверкой. Дядюшка кивнул:

– Разумеется, не нашли. Но они ещё придут. Обязательно. Меньше всего их устраивает, что кто-то продаёт что-то в обход секты.

Я насторожилась:

– А если я получу статус, мне в их секту что-то придётся отдавать?

– Не знаю, – признался дядюшка Ли. – Как ты понимаешь, у меня никогда не было раньше стабильных поставщиков-алхимиков. Однако то, что ты хочешь получить подобный статус, уже известно в определённых кругах. Я спрашивал у одного из своих знакомых: нельзя ли выписать тебе рекомендательное письмо для прохождения экзамена. Так вот, получить это письмо тебе будет крайне сложно. Мне, конечно, ничего не ответили и даже не отказали, но поверь старому торговцу: умение читать между строк – полезное дело.

– В секте Фу Дай не заинтересованы в том, чтобы я сдала экзамен? – переспросила я, просто так, для поддержания беседы, прекрасно понимая, какой ответ получу, и не слишком ошиблась в своих предположениях.

– Не заинтересованы, – вздохнул дядюшка. – И сделают всё, что в их силах и не выходит за пределы разумного, чтобы тебе помешать.

Не то чтобы я была сильно удивлена. Нечто подобное я даже ожидала. Но всё равно было чертовски обидно. В конце концов, это же не я первая начала. Осталось понять, что входит в их силы и пределы разумного. Что-то мне подсказывало, что сами они, чтобы убить меня, не явятся, просто потому, что станут первыми подозреваемыми. А что они тогда могут? В голову, как назло, ничего не приходило.

Кстати, следовало уточнить ещё один вопрос:

– А что насчёт вышивки? Её теперь тоже продавать нельзя?

– А вышивку можно, – усмехнулся торговец Ли. – Я бы даже сказал, на неё сейчас ажиотажный спрос. За твоими ленточками уже пара девушек из ближайших сект прилетали. Слухи, сама знаешь, быстро разносятся. А у тебя теперь есть некоторая репутация – смутьянки и нахалки, правда, но это тоже репутация. К тому же «смутьянка» и «нахалка» в разных устах звучат по-разному.

Я понимающе покивала. Думаю, молодёжь не откажется от артефактного чего-нибудь из рук человека, который поставил на место самого патриарха секты Фу Дай, не будучи практиком высокого уровня. Про то, что мне оказали силовую поддержку в конце, многие, скорее всего, просто забывают.

– Да и алхимию неси.

Я удивлённо посмотрела на дядюшку. Он тяжело вздохнул и сказал, снисходя до объяснения.

– На продажу я её, естественно, выставлять не буду. А вот что я держу, так сказать, для личного пользования, У Син Тан не касается. Да и продавать я не собираюсь непонятно что. А вот передать в дар для анализа и экспериментов алхимикам заинтересованной и уважаемой секты могу, разумеется, не за деньги, разумеется, безвозмездно. В знак большого уважения.

Я тихо хихикнула про себя. «Безвозмездно» в устах дяди было «совсем не даром». Подозреваю, в ответ он получит подарок примерно такой же стоимости. А так как это не продажа, придраться будет сложновато. Ладно, принесём любимому дяде в знак дочерней почтительности пару пилюль.

– Твои поделки многим любопытны.

– Даже несмотря на побочки? – удивилась я.

– Ты не поверишь, – вздохнул дядюшка. – Иной раз интересны именно побочки, потому что, как я понял, они действуют.

Глава 13

На мой вопрос про перегонный куб торговец Ли только покачал головой и сказал, что такого не встречал даже среди виноделов, правда, посоветовал обратиться к парфюмерам. Возможно, у них есть что-то подобное, так как сам он подобным не занимался, да и не особо интересовался, так что точно сказать не может. Он, конечно, поспрашивает у знакомых, но тут как с защитным артефактом: быстрого результата ожидать не стоит.

В нашем городе была только одна парфюмерная лавка, которая удовлетворяла практически все слои состоятельного населения. Всё-таки аромамасла и духи – это предмет роскоши, который обычным людям не по карману. У меня была всё-таки надежда, что у них найдётся нечто подобное, но на мой вопрос продавец сделал круглые глаза и признался, что весь свой товар они закупают у проверенных продавцов и сами ничего не производят. Слишком сложный цикл производства, им заниматься подобным просто невыгодно: разрабатывать свои ароматы и изготавливать их на ограниченный круг потребителей. Технически, конечно, можно было выйти и на более широкую аудиторию, экспортируя свои собственные духи, но как я поняла, наш регион не славился не то что какими-нибудь редкими цветами типа хрустального жасмина, но и просто с цветами было сложно: в промышленных масштабах их у нас не выращивали. Так что нежелание связываться с собственным производством владельца небольшой лавки было понятно: действительно, производство чего-то своего – вещь дорогая, и не факт, что вложения окупятся, а доставка и реклама в этом мире не так развиты, как в моём прошлом. Ладно, поищем в другом месте.

Когда я уже собиралась возвращаться домой, меня остановила группа тётушек с такими ласковыми улыбками, что сразу стало понятно: сейчас будут говорить гадости и неприятные вещи.

– Доброе утро, госпожа Лу Шиань, – пропели тётушки синхронно. Репетировали, что ли? Я же мучительно пыталась вспомнить, кто же здесь передо мной стоит, и понимала, что даже не представляю, кто они и когда мы успели пересечься.

– Ваш слуга покупал алкоголь у тётки Вэнь, – сообщили мне опять же хором. Я растерянно посмотрела на тётушек, находясь несколько в шоке от того, как быстро расходятся новости и сплетни. А ещё меня занимал вопрос, который я, естественно, не озвучивала: «А почему это вас волнует?» И пока я раздумывала над адекватным ответом, мне посоветовали:

– Кажется, вам стоит поискать другого слугу, ведь… – и началось перечисление, наверное, всех его прегрешений, мнимых и реальных. И с тётушками-то он груб, и деньги тратит, как воду льёт (это они точно про Сяо Ма? который за лишнюю копейку удавится?), и вообще надо как-то заканчивать этот балаган.

– А вот мой племянник… – начала одна, но я поспешила перебить, пока всё не зашло так далеко, что я обзаведусь ещё одним слугой.

– Ну да, я в курсе, – призналась я. – Мне нужно было для алхимических экспериментов. Я послала его за покупками.

Кумушки растерянно переглянулись. Кажется, они такого не ожидали. Если так подумать, Сяо Ма у меня действительно находится как у Христа за пазухой. Как это выглядит со стороны: богатая дурочка выкупила мальчишку, откормила, приодела, грамоте учит (это, скорей всего, не секрет), деньги даёт (ну не свои же он тратит). Измождённым тяжёлой работой он явно не выглядит, да и вытянулся сильно за то время, что при мне. Как пить дать, одурачил богатую сиротку. А ведь это они ещё не знают, что Сяо Ма учится владению мечом, что в нынешних условиях наравне с грамотой ого-го какой социальный лифт.

Кажется, любезные тётушки решили, что раз у меня слуга пользуется такой свободой – было бы неплохо отправить своих родных вместо какого-то мальчишки под такие блага. Ссориться с городскими сплетницами, наверное, не следовало: я прекрасно понимаю, какими ужасными могут быть последствия. Хотя мне было ещё немного сложно принять тот факт, что репутация здесь играет очень важную роль, но портить её я не собиралась. Поэтому всё, что мне оставалось, – покивать головой, пообещать обратить внимание на воспитание своего слуги (интересно, кто из нас кого воспитывать-то будет?) и поскорее покинуть поле боя. Раздражают эти кумушки знатно. Да кто они такие, чтобы влезать в мою жизнь? Но особенно-то и не возмутишься: стоит один раз сказать им что-нибудь обидное – и уже я буду главным врагом народа. Так что оставалось вежливо попрощаться и как можно быстрее уйти.

Плохое настроение принято заедать. Мороженого и просеко здесь нет, но есть другие вкусности, например лапша – универсальный продукт, который могли есть в таких вариациях, которые мне и в голову раньше бы не пришли. Заглянув в лапшичную, где я любила перекусить, заказала себе большую миску супа с яйцом, свининой и маринованными овощами. Ожидая заказ, обратила внимание на большую банку, стоящую на прилавке. В ней мариновался чеснок. Очень вкусная, как я помню, штука. Его подавали на отдельном блюдце практически к любому заказанному блюду. Я задумчиво наблюдала за ней, погружённая в мысли ни о чём. А потом крышка банки подпрыгнула – и у меня в голове что-то щёлкнуло. Я вспомнила, зачем-таки на бутылку надевали резиновую перчатку. Когда брага бродит, выделяется углекислый газ. Ему нужно куда-то выходить, и на перчатке делали дырочку. Именно через неё он и уходил. А судя по всему, эта банка имела что-то вроде этой самой перчатки. Я подошла ближе и принялась осматривать банку с чесноком. Так и есть. Конструкция, которая бросилась мне в глаза, – это блюдце, довольно глубокое, закрывающее горлышко банки, в которое была налита вода. Сверху оно накрывалось ещё одной крышкой, которая уходила в воду. И судя по подпрыгиванию, там был небольшой зазор для выхода углекислого газа. Углекислый газ уходил в воду, при этом вода не позволяла поступать кислороду. Процесс брожения шёл, но при этом овощи не портились, а мариновались. Это гениально. Кажется, у меня будет собственная брага. Мне была нужна эта банка. К тому же она была полупрозрачной, и в ней были видны кусочки чеснока.

– Тётушка, – обратилась я к торговке. – Сколько стоит эта банка?

– Чеснок стоит пару медяков, – ответили мне, торговка на меня едва глаза подняла, занимаясь какими-то своими делами, кажется, нарезая мою свинину.

– Нет, – я заискивающе улыбнулась и уточнила: – я хочу весь чеснок вместе с банкой.

Тётушка-хозяйка отвлеклась от шинкования капусты и недоуменно посмотрела на меня.

– Мне очень нравится эта банка и очень нравится ваш чеснок, – попыталась подластиться я, понимая, что звучит странно.

Тётушка тяжело вздохнула и показала один палец.

– Один таэль. Только для вас, госпожа Лу Шиань. Эта банка досталась мне ещё от прадеда, в ней ну уж очень хорошо получаются маринады.

Ну, один таэль у меня был. Оставалось надеяться, что Сяо Ма не сожрёт меня за бессмысленную покупку, потому что в последнее время деньги стремительно заканчивались.

Банка оказалась тяжёлой, может быть, потому, что её продали мне не просто так, а естественно вместе со всем содержимым, и выкидывать вкуснейший чеснок у меня рука не поднялась. Так что приходилось тащить на своём горбу. А осла я сегодня в город не взяла, потому что не собиралась ничего закупать, так зачем животину зазря таскать? Да и подвеска с хранилищем, которую мне подарил Бай Шань, осталась дома, просто потому, что мне было лень перестегивать её с одного пояса на другой. К тому же я ещё не разобралась с лежащей там паутиной. Надо бы достать и посмотреть, что можно сделать. Интересно, а я сумею её разделить на отдельные, так сказать, полотна и нити? Желательно без потери свойств?

Можно было сказать, что настроение у меня было крайне приподнятое: я нашла источник браги, я вкусно покушала, я убедилась, что мой источник денег всё ещё работает, и даже тётушки на фоне всего остального не испортили особо день. И всё бы хорошо, но… я никак не могла отделаться от чувства, что за мной следят. Когда я ощущала это в прошлый раз, это был Бай Шань. А сейчас? Причём чем дальше, тем более давящим становилось это чувство, словно холодной мокрой тряпкой по спине провели или ногтями скребли по стеклу. Единственное, что меня более-менее утешало, так это то, что никаких неправедных или демонических практиков в городе вроде не было, значит, можно считать, что всё спокойно. А это странное ощущение – всего лишь моя паранойя.

– Это вы ещё что притащили? – поинтересовался Сяо Ма, заканчивая выполнять связку и глядя на то, как я с трудом затаскиваю банку в дом.

– А что, не заметно? Не удержалась. Банка с маринованным чесноком.

– Нет, вы его, конечно, любите, – согласился Сяо Ма, отложив меч, вытеревшись и подходя ко мне, – но не до такой же степени, чтобы съесть всю банку.

Если бы он в этот момент не выудил из банки зубчик чеснока, я бы действительно подумала, что мне придётся есть его одной. Но нет, мелкий тоже был любителем ферментированных овощей. А вот чеснок, кстати, у него таким вкусным не получался.

– Ну, в принципе, ты прав. Вот только чеснок – это приятный бонус, а меня гораздо больше интересовала банка.

– И зачем она вам? – в голосе Сяо Ма появились подозрительные нотки.

– Буду пытаться гнать брагу, – посмеялась я.

– И вот не живётся вам спокойно, – вздохнул мальчишка. – У вас же экзамены на носу. И к тому же у нас есть такая банка.

– Да? – удивилась я, а потом смущённо фыркнула, когда Сяо Ма молча указал на такую же, но глиняную, стоявшую у глухой стены кухни. – Ну и ладно. Но эта мне больше нравится, так что в любом случае, пока доем чеснок, пока банку освободим, тогда и возьмёмся за винное, – отмахнулась я. – А сейчас так и быть…

– Сядете за подготовку к экзамену? – заинтересовался мальчишка, убирая банку с чесноком на полку, предварительно утащив оттуда ещё пару зубчиков.

– Нет, разумеется, – отмахнулась я. – Сейчас будем опробовать новую игрушку для котла и варить новые пилюли.

Сяо Ма тяжело вздохнул:

– Вам бы отдельную лабораторию, а то опять взорвётся дом.

– Так я ж на улице экспериментировать буду, – возмутилась я. – Дом мне тоже жалко. Поэтому все непроверённые эликсиры и эксперименты – только на улице.

– Ну хоть это хорошо, – согласился Сяо Ма и, подняв меч, направился на улицу продолжать свою тренировку. Надеюсь, Бай Шань оценит и всё-таки сделает его формальным учеником.

А я пошла вычитывать, что можно приготовить из имеющихся ингредиентов с имеющимся у меня камнем.

После изучения нескольких вариантов я решила наконец-то попробовать подготовить отвар «Сань гоу тан» – «Отвар трёх зол», считающийся базовым и универсальным антидотом. Я на него давно косилась, но не рисковала, несмотря на общую простоту.

Первым ингредиентом шёл корень растения, которое в своём изначально нарисованном виде напоминало мне одуванчик; оно, собственно, и называлось Ян гун ин гэнь – «солнечный одуванчик». От привычного мне растения его отличало только то, что корень длиннее, мясистее и должен был мерцать на солнце золотистыми искорками. Чем больше искорок, тем свежее корень. Разумеется, в оригинальном виде, как он рос, я его ещё не видела – ну не рос он у меня в огороде, хотя надо было бы поискать семена на всякий случай. Зато у меня в запасе был высушенный корень, длиной почти в руку, с множеством отростков. По рецепту в отвар мог идти как свежий, так и высушенный, который предварительно необходимо было залить ледяной водой.

Самое сложное было найти подходящую миску, в которую можно впихнуть весь корень. Не нашла, в итоге замачивала в ведре, в котором воду таскали. Дальше в своих ящичках я нашла два листа Юэ чэ цянь е, похожего на бледно-зелёный подорожник, только прожилки серебристые. Самое удивительное – в ящичках сохранилась свежесть: судя по всему, тут работал тот же принцип, что и в сумке хранения. Как определить свежесть этого листа? Кажется, по запаху молока, если потереть. Потёрла – молоком пахло, не сильно, но и не едва-едва. Отлично. В котёл!

Ну а последний ингредиент – пепел сандала – даже искать не пришлось: ароматические палочки жглись в доме постоянно. Не столько затем, что было надо, сколько по привычке измерять время на них – нормальных часов здесь пока не изобрели. Ну ничего, я уже как-то привыкла.

Вот здесь мне и пригодились навыки резки. Замоченный корень одуванчика надо было нарезать кубиками. Лист «подорожника» измельчить, чтобы он пустил сок. Пепел перетереть с ложкой мёда. Рецепт не указывал, какого. Обойдёмся тем, что есть. А потом – начать собирать отвар.

Правда, прежде всего следовало прикрепить на котёл камень. Я долго думала, как это должно выглядеть, но всё оказалось гораздо проще: стоило приложить камень к выемке, и он встал как влитой. Возможно, камень крепился за счёт ци или просто очень хорошо подогнанной формы; вроде даже зазоров не было. О том, как я буду выковыривать камень обратно, я старалась не думать.

Разведя духовный огонь, я сглотнула, постаравшись унять сильно бьющееся сердце. Вроде уже не раз им пользовалась и даже по каноничным рецептам, а всё равно волнуюсь. Убедившись, что огонь горит, медленно направила ещё один поток ци в камень, который начал сиять золотистым оттенком – словно включили ночник с тёплым светом, едва заметно мерцающий. Кажется, всё работает. Имеющийся у меня камень должен был стабилизировать процесс варки «Сань гоу тан», который в оригинальном рецепте сильно бурлил и выплёскивался. Поэтому, несмотря на общую простоту ингредиентов, он рекомендовался к использованию уже опытными алхимиками, которые хорошо владели техникой Пин бо шу – стабилизации эликсиров, или имели в своём арсенале вот такие камни. Жаль, что про техники алхимиков мне пока ничего подробного не попадалось. А ведь они были. Эх, сложно быть самоучкой!

Основой отвара «Трёх зол» был мёд с пеплом – именно эта смесь первой закладывалась в котёл. Когда смесь начинала густеть, и появлялся запах жжёного мёда, надо было закладывать «подорожник». И вот здесь начинался процесс: начиналось бурление, на поверхности появлялись большие пузыри полупрозрачного золотистого оттенка, которые взрывались и расплескивались – точнее, должны были взрываться и расплёскиваться. Но когда первый, самый маленький пузырёк лопнул, камень, который я вставила в котёл, стал светиться ярче, и пузыри вместо огромных оставались маленькими. То есть отвар не бурлил и не кипел, а лишь слегка побулькивал.

Подорожник в меду и пепле надо было варить до того момента, как цвет варева изменится с грязно-зелёного на серебристый. У меня это заняло примерно две палочки благовоний, то есть чуть больше тридцати минут. И последними закидывались кубики одуванчика, порезанные и предварительно обсушенные. Несмотря на то, что это считалось отваром, ни капли воды туда не добавлялось. Масса, которая получилась в котле, была на удивление густой, совершенно не похожей на то, что должно было получиться. В конце концов, отвар должен был храниться в бутыльках и использоваться как базовое противоядие. Сделала ли я что-нибудь не так? Или надо просто дождаться конца?

Я осторожно докинула корень одуванчика и принялась наблюдать. Массу помешивать было не нужно – об этом особо сказано в рецепте. В густой массе кубики корня одуванчика стали ещё ярче, а потом медленно начали растворяться, сама же жидкость становилась всё менее вязкой. Кажется, процесс идёт правильно.

Наблюдать за этим было весьма медитативно. Ещё полчаса – и вместо мутной непонятной жижи в котле оказалась прозрачная золотистая субстанция, а вся муть и осадок остались на дне, отделённые какой-то полупрозрачной плёнкой. Будем считать – потенциальная подкормка для куста.

Совершенно неудивительным было то, что откуда-то из травы высунулись белые мордочки, таща за собой полупрозрачные бутылочки размером с мизинец.

– Ну что, будем разливать? Кого б отравить, чтобы опробовать – работает или нет?

Мыши резко шмыгнули куда-то в сторону.