Текст книги "Этруски"
Автор книги: Жан-Ноэль Робер
Жанр:
История
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)
Можно считать, что благоустройство территории Тарквиний связана с открытием свободного порта Грависка и с его расцветом, за которым последовал рост богатства аристократии города. Таким образом, первая фаза благополучия Тарквинии связана с морем.
♦ Цере
Город Цере, наряду с Тарквиниями, является одним из самых известных и значимых городов. Он расположен на туфовом холме, в дюжине километров от побережья и в сорока пяти километрах к северу от Рима. Греки называли этот город Агилла, и присутствие церитских сокровищ в Дельфах доказывает близость их отношений с греческим миром. По-этрусски этот город назывался Xaire, Xeri, Xisra и Ceisra Его площадь составляла 170 гектаров. Город был заселен с виллановианской эпохи (IX век до н. э.) и обязан своим расцветом росту торговли с финикийцами и греками с VII века до н. э. В конце IV века до н. э. население города оценивалось примерно в двадцать пять тысяч жителей.
Территория города Цере граничила с территорией Тарквиний на севере, и эта граница могла перемещаться в течение веков по причине соперничества между этими населенными пунктами за богатства гор Толфа (квасцы и металлы). На востоке Цере граничили с городами Вейи и Фалиски. Соперничество с Вейи усилилось в V веке до н. э. из-за добычи соли в районе устья Тибра, эти соляные шахты в течение долгого времени были единственными в регионе и служили источником огромных доходов. Цере даже были вынуждены вступить в союз с Римом против Вейи, а потом и против Тарквиний, чтобы защитить свои коммерческие интересы.
Цере – это, главным образом, город-порт, который был обязан своим благополучием доступу к морской торговле. Город имел торговые представительства на Корсике; известна его роль в сражении у Алалии в 540 году до н. э. Храмы Пирги и золотые скрижали, которые были здесь обнаружены, свидетельствуют также об отношениях Цере с Карфагеном; Именно из-за договоров и связей, соединявших Цере с пуниками[15]15
Пуники – так в Западном Средиземноморье называли карфагенян (финикийцев). – Примеч. пер.
[Закрыть], Дионисий Сиракузский опустошил этот город в 384 году до н. э.
Гробница рельефов. III в. до н. э.
Местные некрополи содержат гробницы, которые считаются одними из красивейших в этрусском мире. Здесь можно увидеть огромные гробницы-комнаты под курганами, которые с VII века до н. э. заменили могилы в виде ям. Наиболее известными и имеющими наиболее старинную живопись считаются гробница Животных, гробница Львов и гробница Щитов (последняя датируется VI веком до н. э.). IV век до н. э. дал нам еще несколько больших гробниц, как, например, гробница Рельефов. Гробница Реголини-Галасси, которая содержит в себе останки женщины из высшего света, является одной из наиболее богатых среди всех сокровищ Этрурии.
♦ Пирги
Из трех портов Цере – Пирги (что означает «башни»), Алсиум и Пуникум – первый является наиболее значительным. Великолепная дорога шириной десять метров и длиной тринадцать километров соединяла его со столицей. Порт был экономическими легкими города Цере; он продолжил выполнять эту функцию и после разграбления Дионисием (384 год до н. э.), и потом, когда он стал римской колонией (в III веке до н. э.), и даже после эпидемий малярии, свирепствовавшими между 190 и 170 гг. до н. э.
Раскопки этого поселения позволили обнаружить остатки одного из самых больших и самых престижных алтарей южной Этрурии. Священное пространство составляло 6000 кв. м. Весь ансамбль включал в себя два храма (названные А и В) и священное пространство С, не считая нескольких вспомогательных зданий. Именно в колодце пространства С, которое составляло независимый алтарь, были найдены знаменитые золотые скрижали. Это пространство скрывало еще одно здание с приблизительно двадцатью помещениями, предназначенными для священных проституток, и о котором говорил Сервий, цитируя Луцилия.
Наиболее древний из двух храмов (названный В) датируется концом VI века до н. э. Он выполнен в греческом стиле, с одной целлой[16]16
Целла (лат. cella) – главное помещение (святилище) античного храма, где находилось скульптурное изображение божества.
[Закрыть], четырьмя фронтальными и шестью боковыми колоннами. Храм был очень богато украшен. Его фронтоны напоминали, главным образом, про мифы о Геракле.
Храм А, построенный примерно в 460 году до н. э., выглядел еще солиднее. Он был выполнен в этрусском стиле и имел три целлы. Его оформление, также многоцветное, было посвящено эпизодам «Похода Семи» против Фив[17]17
«Поход Семи» против Фив – поход, предпринятый Адрастом, сыном Талая и Лизимахи, царем Аргоса, для защиты своего зятя, изгнанного из Фив братом Этеоклом. Из героев похода вернулся лишь Адраст, благодаря своему коню Арейону. Десять лет спустя он снова предпринял поход с потомками павших, так называемыми эпигонами, завоевал город, но потерял при этом сына и умер от горя.
[Закрыть]. Музей этрусков в Вилла-Джулия в Риме представляет реконструкцию этого храма А.
Этот большой храм был посвящен этрусской богине Уни[18]18
Уни – так в этрусской мифологии звали жену Зевса (у греков – Гера, у римлян – Юнона). В Пиргах были найдены золотые скрижали с текстами на финикийском и этрусском языках с посвящением этой богине (в финикийском тексте она именовалась Астартой, а в этрусском – Уни). – Примеч. пер.
[Закрыть], которая идентифицировалась с финикийской Астатрой, что доказывает текст, обнаруженный на золотых скрижалях.
♦ Вейи
Город Вейи расположен в шестнадцати километрах от Рима и тянется вдоль Тибра по его правому берегу до самого моря. Его выгодное местоположение не могло не вызвать соперничества как со стороны соседнего этрусского города Цере, так и со стороны Рима. Хотя местонахождение порта Вейи и остается неизвестным, мы знаем, что он должен был существовать и играть важную роль, которая была связана с его близостью к соляным шахтам, снабжавшим солью как Лаций, так и фалисков.
Археологи обнаружили здесь остатки большого жилищного строительства в виллановианскую эпоху и урбанистический всплеск с конца VIII века до н. э. Богатство храмов свидетельствует и о богатстве самого города: Пиацца д’Арми и Портоначчо датируются VI веком до н. э. От последнего сохранились знаменитые глиняные скульптуры, изображающие, как Аполлон Дельфийский и Геркулес борются за священную лань. Археологи также обнаружили остатки городских укреплений (V век до н. э.) и сети каналов (тех самых, что позволили римлянам захватить город). Сельская местность также была покрыта дренажными каналами, которые свидетельствуют о гидротехнических знаниях этрусков. Среди найденных гробниц стоит отметить знаменитую гробницу Кампана и гробницу Уток, которая является наиболее древней из покрытых росписью гробниц, которые удалось найти.
Тит Ливий рассказывает о длительной войне города Вейи с Римом. Лишь одна осада города длилась десять лет (с 406 по 396 гг. до н. э.), после чего римлянам удалось взять город лишь хитростью.
♦ Капена и Фалерии
Население Капены и Фалерий считается италийским по происхождению по языку, но в культурном отношении – этрусским, начиная с VI века до н. э. Оба города находились рядом с городом Вейи и боролись против Рима.
Действительно, территория Капены располагается на перекрестке культур, о чем свидетельствует алтарь богини Феронии (lucus Feroniae), который уже блистал в VII веке до н. э. (но был разорен Ганнибалом в 211 году до н. э.), где были перемешаны латиняне, фалиски, сабиняне и этруски.
Фалерии, столица территории фалисков (в пятидесяти пяти километрах от Рима), была очень динамичным экономическим и артистическим центром (ее школа мастеров по керамике была одной из наиболее известных в Центральной Италии в IV веке до н. э.). С VII века до н. э. город поддерживал отношения с Грецией (там даже обосновался один греческий гончар), а легенда, которую приводит Катон, утверждает, что город даже являлся колонией Аргоса. Уничтоженные Римом в 241 году до н. э. древние Фалерии (Falerii Veteres) были вытеснены новым городом, расположенным в пяти километрах (Falerii Novi), куда римляне выслали все население.
В окрестностях Фалерии находится Фесценниум, где развивалась сатира, которая, согласно Горацию, легла в основу так называемых фесценин, то есть италийских народных стихов или песен в форме сатирических диалогов между людьми («Послания», II, I, 139–146). Эта форма сатирической поэзии могла быть первоисточником итальянского театра, в первую очередь, этрусского.
♦ Вольсинии
Город Вольсинии (по этрусски: Velsna / Velsnal; по латыни: Volsinii) был одним из наиболее процветающих и важных населенных пунктов внутренней части полуострова, хотя его судьба сильно зависела от эволюции прибрежных городов, в частности, Вульчи и Тарквинии.
Город находился между территориями Тарквинии, Вульчи, Кьюзи и Фалерии. Между тем мы знаем очень мало о его истории и, прежде всего, о точном положении столицы. Находилась ли она в районе Орвьето, где археологи обнаружили следы большого укрепленного этрусского города VII–IV веков до н. э.? Раскопки выявили здесь существование десятка храмов, среди которых самым замечательным является Бельведер (V–III вв. до н. э.), и нескольких некрополей, которые свидетельствуют о развитии, похожем на развитие соседних городов, по крайней мере, до III века до н. э. Некоторые историки предпочитают располагать Вольсинии на месте Больсены (в двадцати километрах), на холме, возвышающемся над городом римской эпохи, куда римляне после завоевания переселили всех жителей этрусского города. Материалы раскопок свидетельствуют о существовании здесь древнего поселения и соответствуют истории депортации его жителей.
Значимость Вольсинии объясняется также наличием (очень вероятно) на его территории святилища общенационального значения (fanum Voltumnae), появление которого датируется между 434 и 389 гг. до н. э. Каждый год представители всех этрусских городов собирались в нем, чтобы избрать царя Этрурии (rex Etruriae).
Вольсинии были последним городом, который пал под натиском римлян в 265 году до н. э.
♦ Вульчи
Город Вульчи стоял на плато, господствовавшем над районом Маремме, и был одним из наиболее крупных городов Этрурии; его амбиции и судьба значительно превзошли границы его территории.
По-этрусски город назывался Velc, Velcl или Velci, по латыни – Volcii. Его развитие было блестящим, начиная с виллановианской эпохи, особенно благодаря морским контактам с островами (главным образом, с Сардинией). Поставка товаров из Греции с конца VIII века до н. э. вызвала у местной аристократии вкус к роскоши. Город принимал у себя, как и Тарквинии, греческих ремесленников и художников (живописцев, мастеров по керамике). Найденные здесь археологами огромные некрополи показывают, что период наибольшего благополучия приходился на конец VII–V вв. до н. э. Это было связано, главным образом, со строительством одного или некоторых портов, местоположение которых, к несчастью, сейчас очень трудно определить.
В VII веке до н. э. могущество города, плотность населения которого была почти постоянна с виллановианской эпохи до I века н. э., позволило ему установить свою власть над обширной территорией и включить в себя большое количество процветавших «oppida»[19]19
Oppida – укрепленные поселения.
[Закрыть], которыми управляла мощная аристократия. Земли были богаты. К доходам от морской торговли добавлялись доходы от сельского хозяйства. Морское поражение этрусков близ города Кумы (474 год до н. э.) еще больше усилило интерес Вульчи к внутренней территории, и так продолжалось до взятия города Римом в 280 году до н. э. Тиберием Корнуканием.
Сходство между кампанийской культурой и культурой Вульчи позволяет думать, что этот этрусский город очень рано заинтересовался (с виллановианской эпохи, а также в VI и V вв. до н. э.) городами Юга; возможно, он принимал участие в столкновениях с греками в 524 и 474 гг. до н. э.
По дороге на юг находился город, который охранял переправу через Тибр – это был Рим. Живописные фрески гробницы Франсуа (IV век до н. э., одни из наиболее красивых в Вульчи), а также гробницы Колесниц и гробницы Исиды (VII век до н. э.), гробницы Воинов (VI век до н. э.) помогают понять, какую роль Вульчи могли играть в судьбе Рима.
Направление экспорта великолепной местной металлургической продукции на Север показывает интерес Вульчи к этой части Этрурии, а также наличие рынка сбыта на побережье Адриатики. Город очень многого достиг и в сфере искусства. Здесь можно, например, найти тип гробницы, так называемой «кассоне»[20]20
Кассоне (итал. cassone) – деревянный сундук-ларь в Италии в Средние века и в эпоху Возрождения; стенки кассоне украшались позолоченной или раскрашенной стукко, резьбой, живописью. – Примеч. пер.
[Закрыть] (VI–V вв. до н. э.), со своеобразной прихожей под открытым небом, которая характерна только для этого региона. В этом смысле Вульчи видится сильным соперником своего соседа Тарквинии.
Города северной Этрурии
Культура городов севера Этрурии оставляет впечатление незавершенности. С одной стороны, в их числе мы видим прибрежные города, в которых быстро развивалась торговля, но которые при этом были больше подвергнуты риску втягивания в международные конфликты. С другой стороны, те города, что находились во внутренней части, в гористой местности, вынуждены были дольше ждать проникновения греко-восточного влияния. При этом они были менее чувствительны к различным историческим катаклизмам. Если город Кьюзи первым познал благополучие, связанное с рекой Чиана, то другие города, вроде Кортоны, Перуджи или Ареццо, расцвели несколько веков спустя, хотя все они уже были известны в виллановианскую эпоху.
♦ Розелла
Город Розелла (таково его название на латыни, так как его этрусское название осталось неизвестным) господствовал над долиной реки Омброне, контролируя движение по ней. Границы его территории соседствовали с городами Вульчи, Кьюзи и Ветулонией, но их точная линия определяется плохо. Город этот стал известен археологам только около пятидесяти лет тому назад. Раскопки обнаружили здесь остатки жилой зоны, которая восходит к VII веку до н. э., и показали, что, начиная с конца VI века до н. э., дома здесь строились из обожженного кирпича, укладывавшегося на камнях.
Первый период расцвета города восходит к VI веку до н. э. и совпадает с упадком Ветулонии. Местные ремесленники – керамисты и металлурги – получили широкую известность, но рост города обеспечивался прежде всего за счет доходов от земли и контроля за движением по реке. Богатство земель позволило некоторым местным сеньорам, например из Мурло (в пределах территорий Розелл и Кьюзи), сохранить свою автономию до конца VI века до н. э.
♦ Ветулония
Этрусское название этого города – Vatluna / Vetluna (по латыни: Vetulonia / Vetulonii). Город стоял на высоком холме, который господствовал над озером Прелиус, примерно в пятнадцати километрах от моря. С виллановианской эпохи он поставлял на внешний рынок металлические изделия, которые обеспечили ему известность; этому в значительной степени способствовали медные рудники. Золото и серебро импортировались. Все это вдохновляло местных ремесленников и выводило их на все новый и новый уровень мастерства. Торговля, напротив, похоже, не сыграла большой роли в развитии города. Его порт на реке Омброне так и остался малоизвестным.
В гробнице Ликтора археологи обнаружили символ власти, датируемый приблизительно 600 годом до н. э.: это единственный экземпляр, найденный в этом регионе. Эта находка подтвердила подлинность традиции, согласно которой Рим заимствовал у Ветулонии символы власти царей и магистратов, о которых говорил Тит Ливий: курульное кресло, тога, отделанная пурпуром, военная труба и т. д.
♦ Популония
Этрусское название этого города (Pupluna / Fufluna) обнаруживает важное место, которое занимал вакхический культ (Fufluns) в этом городе. Популония отличалась от других этрусских городов рядом характеристик: прежде всего, она была единственным городом, расположенным на берегу моря, на скале высотой около трехсот метров (существовали, правда, и нижний город, и маленький порт, основной деятельностью которого была торговля); кроме того, это был крупнейший металлургический центр Этрурии, и его деятельность объясняет тот факт, что город пришел в упадок не так быстро, как города юга страны; наконец, территория, подвластная городу, была небольшая, она должна была ограничиваться медными рудниками Кампильи, эксплуатировавшимися с VIII века до н. э.
Местные ремесленники отличались исключительной техникой обработки бронзы, а затем и железа (начиная с 650 года до н. э.). Таблички из гробницы Колесниц, на которых изображены животные и сцены охоты, являются ценным свидетельством их удивительного мастерства.
Город поддерживал тесные связи с Корсикой и островом Эльба, откуда поставлялось необработанное железо. Некоторые кварталы города были полностью отданы под обработку железа, и производство было столь значительно, что шлаки занимали площадь в несколько гектаров. Во времена Первой мировой войны Италия даже использовала их для нужд своей черной металлургии. Популония была известна также в обработке меди из шахт Кампильи. На внутренний рынок город поставлял немного керамики и, главным образом, монеты, которые потом находили по всему Лацию.
♦ Вольтерра
Находившаяся в пятидесяти километрах к северо-востоку от Популонии Вольтерра (по-этрусски – Velaθri) лежала на перекрестке двух долин и доминировала над обширной территорией. Город этот был меньше и беднее Популонии, и его предназначение было в основном сельскохозяйственным. Его порт, находившийся в тридцати километрах, играл роль второго плана. Жители города даже пренебрегали медью из долины Чечины. Становится ясно, что версия о том, что Популония являлась колонией Вольтерры, никак не соответствует исторической реальности.
Город расцвел лишь в IV веке до н. э. и, начиная с III века до н. э., похоже, стал лучше управлять своей территорией. Вольтерра сыграла свою роль в войнах Римской республики и, как и Розелла, поставляла зерно и лес римской армии. Наиболее красивые гробницы, найденные тут, датируются именно этим периодом.
Ясно, что этрусским городам было трудно установить единство своей территории, где царил дух независимости. Пример Мурло в этом отношении очень интересен: местная аристократия долго сопротивлялась, прежде чем интегрироваться в состав города Кьюзи. Богатство позволило городу долго хранить самостоятельность, которой благоприятствовало его положение на границе территорий нескольких городов.
♦ Кьюзи
Город Кьюзи (по-этрусски Clevsin / Camars; по латыни Clusium) стоял на крутой горе, господствовавшей над долиной Чианы. Территория города, соседствовавшая с территорией Ареццо (на севере), Вульчи и Розеллы (на юго-западе), остается довольно плохо очерчиваемой, особенно на востоке. Надписи свидетельствуют, что часть населения эмигрировала в Тразимену и Перуджу. Древняя традиция сделала из города этрусский форпост на италийской территории. С VI века до н. э. Кьюзи аннексировал город Мурло (в регионе Сиенны).
Это был сельскохозяйственный регион с VIII века до н. э., а его период наибольшего благополучия пришелся на конец VI–IV вв. до н. э., хотя он оставался продуктивным и до I века до н. э. Город достиг апогея своего расцвета при царе Порсенне, который осадил и взял Рим в конце VI века до н. э. Это показывает интерес Кьюзи к областям левого берега Тибра, открывавшим дорогу к Кампанье, и те средства, которыми он располагал для удовлетворения своих честолюбивых намерений. Кроме того, археология предоставила нам свидетельства его интереса к городам Севера и каналам сбыта продукции через порты побережья Адриатики.
Ранние некрополи Кьюзи (VII и VI вв. до н. э.) показывают, что здесь продолжал сохраняться обряд кремации еще в то время, когда он исчез в приморских населенных пунктах, и использовались канопы (большие глиняные кувшины, в которые заключался погребальный материал). К 600 году до н. э. стали появляться первые гробницы в виде комнат. К 570 году до н. э. город благодаря торговле открылся к миру, что доказывают вазы этой эпохи (особенно знаменитая ваза Франсуа). Кьюзи стал известным художественным центром именно за счет своих скульптур из камня (полуколонны, урны) и керамики типа bucchero pesante.
♦ Ареццо, Кортона, Перуджа
Три этих города образовывали северо-восточную дугу этрусской территории; некоторые свидетельства считают Ареццо и Перуджу колониями, отвоеванными у умбрийцев. Расположенные во внутренней части полуострова, они оставили менее яркий след в истории Этрурии, чем их приморские соседи. Их предназначение было главным образом сельскохозяйственным. Тем не менее, они дали некоторые весьма заметные произведения искусства, здесь обнаружено несколько очень интересных гробниц.
Ареццо, стоявший в месте соединения долин Чианы и Арно, контролировал проход к Фьезоне и Падуанской Этрурии. Это была родина Мецената, знаменитого министра императора Августа. В IV веке до н. э. его семья из рода Цильниев была одной из наиболее влиятельных в городе. V и IV вв. до н. э. были, вероятно, «золотым веком» Ареццо, о чем свидетельствуют найденные гробницы. V век, например, дал нам знаменитую бронзовую скульптуру, названную «химерой». В III и II вв. до н. э. здесь получила развитие знаменитая местная школа коропластики[21]21
Коропластика (от греч. kyre – девушка, женская статуэтка, кукла и plastike – ваяние) – пришедшее из Древней Греции изготовление женских фигурок из обожженной глины, воска, гипса и пр. – Примеч. пер.
[Закрыть].
Город Кортона, господствовавший над долиной Чианы, был опоясан укреплениями, датируемыми V веком до н. э. Местное производство испытывало влияние города Кьюзи, колонией которого Кортона вполне могла бы быть. Речь идет, однако, о городе, который в древности из-за неясности между его названием и названием города Кротоне в Великой Греции имел легендарную репутацию: говорили, что его основали греки, что сам Улисс умер там, что Пифагор жил и преподавал в Кортоне. Ходит легенда, что там родился царь Трои Дарданос, предок Энея.
Перуджа, находившаяся на холме в нескольких километрах от Тразименского озера, была сельским городом, которому судьба предназначила главную роль в долине Тибра, начиная с IV века до н. э. (как об этом свидетельствуют несколько гробниц). Окруженная городами Вольсинии, Кьюзи и Кортоной, омываемая водами Тибра на востоке, Перуджа не оставила нам важных произведений искусства, однако здесь нашли красивые бронзовые изделия, импортированные из Вульчи, Цер (в VI веке до н. э.) и Кьюзи (в V веке до н. э.).
Все эти три города, которые Тит Ливий (IX, 37, 12) представлял в 310 году до н. э. как «почти наиважнейшие в Этрурии», получили второе дыхание после римского завоевания.
♦ Фьезоле
Раскопки на месте Фьезоле (по-этрусски Visul; по латыни Faesulae) – города, лежавшего на холме, доминирующим над современной Флоренцией, свидетельствуют об этрусском заселении еще с виллановианской эпохи. Этот город, без сомнения, рассматривался как перевалочный пункт на дороге в Падуанскую Этрурию. Город появился в VI веке до н. э. Он производил полуколонны и стелы, стиль которых испытывал влияние мастеров из Кьюзи и Вольтерры. Регион был полон маленьких деревень, стоявших на берегах рек, и население которых занималось сельским хозяйством. Галльская угроза в IV и в III вв. до н. э. привела к экономическому упадку этих маленьких центров.
Этрусская Кампанья
Наиболее раннее расширение этрусками своих традиционных границ происходило в Кампанье, куда так же страстно стремились греки – из-за ее богатых природных ресурсов. Невозможно с уверенностью сказать, в какой момент этруски обосновались там, прибыли ли они морем (возможно, с юга из района Салерно) или наземным путем (в этом случае заняв вначале северную часть Кампаньи). Некоторые древние свидетельства дают нам на этот счет очень противоречивые и очень приблизительные данные. Наиболее серьезна информация Страбона (V, 4, 3), согласно которому греки из Кум прогнали осков, обосновавшихся в этом регионе до того, как их самих изгнали этруски. Последние «основали там двенадцать городов, столицей которых они назвали Капую», и были, в свою очередь, выселены оттуда самнитами.
Это очень четкое резюме истории этрусского присутствия в Кампанье плохо увязывается с археологическими данными. Многие открытия обнаружили следы этого присутствия с виллановианской эпохи, то есть с VIII века до н. э. (и, возможно, даже с IX века до н. э.) и позволили установить, что заселение этрусков шло непрерывно с этого периода и вплоть до V века до н. э. Знаменитые сражения при Кумах (524 год до н. э.) и против Хиерона Сиракузского на море (474 год до н. э.), вероятно, являются главными столкновениями между двумя сообществами, которые не прекращали соперничать по поводу проникновения на эти земли в коммерческих интересах. После своего поражения в 474 году до н. э. этруски, ослабленные потерей своего морского превосходства и трудностями наземного пути, которым все более и более овладевал Рим, потеряли способность к сопротивлению и не сумели, в конечном итоге, противостоять самнитам. Возможно также, что они размякли, как их в этом обвиняет Страбон, купаясь в наслаждениях в Капуе. Но это моральное разложение не является главной причиной упадка этрусков в Кампанье.
Какова же была природа этрусского внедрения в этот регион? Трудно сказать. В Кампанье все могло идти по образцу Внутренней Этрурии. Города Нула (Нола), Нуцерия, Помпеи, Сорренто и другие не заслуживают, разумеется, того, чтобы называться городами, которые сформировали территорию, образовав независимое государство.
Никто из них не имел своих денег (за исключением небольших городков типа Велсу или Ирны). Без сомнения, мало кто из них мог называть себя чисто этрусским. Напротив, все они сумели испытать в определенный момент культурное, экономическое и, вероятно, административное влияние этрусков. В частности, археологический материал показывает четкое этрусское преобладание в Помпеях между 530 и 475 гг. до н. э., то есть между двумя фазами греческого господства.
Больше всего заслуживает название города и может считаться этрусским региональная столица Капуя. Его этрусское название (Сарие) могло происходить от имени его основателя, которым был Капна (согласно Жаку Эргону), но, согласно одному древнему источнику, город сначала назывался Вольтурнум. Нет единого мнения и по дате основания этого города: называются даты от 800 до 471 гг. до н. э. Эта последняя дата, приписываемая Катону, следует из ошибки при подсчете и не объясняет, как этруски могли создать город после своего поражения в 474 году до н. э. После находок, имеющих отношение к виллановианской эпохе, более ранняя дата стала иметь больше сторонников. Но другие историки замечают, что проникновение этрусков, имевшее место в VII веке до н. э., не означает, что они имели средства для основания города, и предлагают перенести эту дату на вторую половину VI века до н. э., то есть в эпоху, когда этрусское присутствие в Кампанье значительно усилилось.
В любом случае, колонизация Кампанье этрусками выглядит в большей степени культурным и торговым вмешательством, чем выполнением задач политического характера. Она в большей степени является результатом действий неких искателей приключений, чем итогом согласованного решения тосканских городов.
Падуанская Этрурия
Если верить Титу Ливию, этруски господствовали над Италией до самых Альп и основали двенадцать городов на равнине реки По, похожих на тот, который нам известен во Внутренней Этрурии. Однако реальность была несколько иной, хотя о присутствии этрусков на севере Италии известно с IX века до н. э. и с виллановианской эпохи. Традиционно упоминается о военном завоевании, которое восходит к VI веку до н. э., однако следует исправить слишком уж военное видение занятия равнин Севера, даже если заселение этрусков сюда действительно усилилось в VI веке до н. э.
Города, которые составляли основу этого двенадцатиполюсника, часто были этрусскими лишь частично и являлись таковыми, главным образом, с точки зрения экономической и культурной: это Фелсина (сегодня Болонья), Спина, Адрия, Мантуя, Парма, Мельпум (на месте, где галлы основали Милан), к ним также следует добавить интересный для нас город Марцаботто. Что бы об этом ни говорили древние авторы, ни один из этих населенных пунктов, за исключением одного, не заслуживает названия города, потому что никто, похоже, не управлял и не объединял вокруг себя целую территорию.
Лишь Фелсина (Felzna по-этрусски), без сомнения, единственная, может носить определение города, хотя она и не была, как это утверждает Плиний, в числе главных городов Этрурии. Она сохранила свое этрусское название до 196 года до н. э., то есть до основания римской колонии Бонония.
Основание Марцаботто, колониального поселения, расположенного в тридцати километрах от Фелсины (примерно в 500 году до н. э.), подчеркивает экономический подъем региона. Новый город, заложенный в почти что девственной местности (там существовала лишь маленькая деревня, датируемая виллановианской эпохой), похоже, принадлежал к зоне экономического влияния Фелсины.
Город Марцаботто особенно интересен тем, что там было сооружено три храма, два из которых имели по три целлы (cellae), что свидетельствует о высоком уровне этрусской строительной техники. Этрусский храм помещался на высоком основании (подиуме) и строился по принципу фронтальной композиции: одна из узких сторон здания являлась главным фасадом, с остальных сторон храм замыкался глухой стеной. Внутреннее помещение – целла – обычно делилось на три части (посвящавшиеся трем главным этрусским божествам). Узкие улицы, удобные для стока вод, образовывали жилые островки (insulae). Никого не удивило, что археологи обнаружили здесь систему отвода воды и сеть каналов, идущих от большого резервуара.
Марцаботто был основан как небольшой ремесленный городок, где была развита обработка бронзы. Здесь обнаружены многочисленные украшения (застежки, браслеты), коробки и вазы, которые доказывают, что речь шла прежде всего о торговом и промышленном центре, а лишь потом о сельскохозяйственном.
Спина была открыта только в XX веке. Богатый город, выходящий на море, вполне мог считаться античной Венецией: построенный на пилоти[22]22
Пилоти (фр. pilotis) – свайное основание, фундаментная свая. – Примеч. пер.
[Закрыть], согласно плану, в виде шахматной доски, прорезанный каналами, которые заменяли улицы, город был вначале греческим торговым центром (emporium), основанным в VI веке до н. э. Этруски закрепились здесь с V века до н. э. В Спине сотрудничество греков и этрусков оказалось весьма взаимовыгодным, если судить по богатству найденных гробниц. Но он не являлся центром международной торговли, где два народа взаимно обогащались как культурно, так и экономически.
Саркофаг из порта Спина
Другие этрусские города, упоминавшиеся древними авторами, вроде Модены, Пармы или Мельпума, обязаны, без сомнения, своим существованием экономическим связям, которые они поддерживали с такими центрами, как Фелсина и Марцаботто. Мельпум, согласно Плинию, был разрушен галлами в тот же день, когда пали Вейи, в 396 году до н. э.
Этруски никогда не появлялись к северу от реки По, но их культурное влияние распространялось и на эти области, чему археология дает немало свидетельств. Мантуя (Manθva по-этрусски), согласно легенде, сообщенной Страбоном, была обязана своим происхождением Таркону, сыну Тиррена, уже основавшему к тому времени Тарквинии и Кортону. Виргилий гордился тем, что был оттуда родом, и этрусская чувствительность буквально пропитывала его стихи.
В общей сложности, Падуанская Этрурия не имеет нечего общего с Внутренней Этрурией. Этрусское присутствие от Спины до Пармы или Мантуи выглядит лишь результатом культурного и экономического (особенно торгового) влияния городов Центральной Этрурии.
