Текст книги "Кодекс Охотника. Книга XXXXXL (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 20

Я, конечно, предполагал, что разговор с Теодором будет не самым приятным, но, должен признать, выглядел он сейчас даже спокойнее, чем я ожидал.

Теодор сперва посмотрел на меня, потом на Шнырьку, а потом снова на меня. В его взгляде было столько невысказанного, что любой нормальный человек уже начал бы оправдываться, но я же не нормальный. Я Охотник, а значит, если всё сработало и никто важный не умер, это уже можно считать успехом.

– Идея, конечно, замечательная, – наконец произнёс Теодор таким тоном, словно ему физически больно было признавать это. – Я такого ещё не видел. Чтобы взять мелкого Шнарка, использовать чужой призыв Теневого Трона, затем швырнуть его туда на огромной скорости, и в момент формирования буквально навязать ему коронацию… Это, Сандр, надо уметь придумать.

– Спасибо, – кивнул я. – Я тоже считаю, что получилось красиво.

Теодор прикрыл глаза. Кажется, он сейчас считал до десяти… или до тысячи. Сейчас сложно это понять. Архитекторы вообще странные люди… Они могут одной рукой удерживать мир от разрушения, а другой мысленно составлять список тех, кого потом нужно будет долго и обстоятельно бить по голове.

– Я не сказал, что это было разумно.

– Но красиво же?

– Красиво, – согласился он, а затем открыл глаза и посмотрел на меня так, что даже мне захотелось слегка отойти в сторону, – и абсолютно неблагоразумно. Ты хоть понимаешь, что я едва удержал этот мир, чтобы он не треснул? Не образно, Сандр, а реально, чтобы не треснул. В какой-то момент Тень начала давить так, что у меня сразу четыре защитных контура пошли вразнос.

– Но ведь не треснул.

– Потому что я держал его!

– Ну вот, значит, всё было под контролем.

Теодор несколько секунд молча смотрел на меня, и я понял, что сейчас он очень хочет сказать мне что-то нехорошее. Возможно, даже матом, но воспитание, возраст и общее чувство превосходства не позволяли ему опускаться до обычной брани.

– Под контролем, – медленно повторил он. – Сандр, когда теневые сущности поняли, что тот, кто сел на Трон, еще и сбежал, они пошли за ним. Все! Ты понимаешь это слово? Не один, не два, и не десяток любопытных уродцев. Все, кто успел почувствовать коронацию и решить, что сейчас у них появился шанс сожрать нового короля до того, как корона закрепится окончательно.

– Ну, я примерно на это и рассчитывал.

– Я заметил, – сухо ответил Теодор. – Особенно когда мне пришлось врубать защиту на полную и закрывать эту область нефритовыми слоями, чтобы половина теневой дряни не вывалилась сюда вслед за твоим маленьким недомонархом.

– Зато сработало.

– Сработало, – нехотя признал он. – Но если ты еще раз решишь провернуть подобное без полноценной подготовки, я сначала тебя остановлю, потом привяжу к стулу, потом проведу лекцию на сорок часов о том, почему нельзя играться с фундаментальными слоями реальности, а потом, возможно, отпущу. Конечно, если сочту, что ты вс понял.

– То есть отпустишь нескоро.

– Я бы сказал, никогда.

Я рассмеялся, и не потому, что ситуация была смешная. Хотя нет, именно потому. Все-таки сложно не радоваться, когда только что из маленького, вечно голодного Шнарка получился пусть и неполноценный, но все-таки король.

Да, король сейчас выглядел так, словно его три раза переехала телега, потом подняла, спросила дорогу и переехала еще раз, но это уже детали.

– Зато Шнырька счастлив, – сказал я, кивая в сторону виновника всего этого безобразия. – Посмотри на него.

Теодор посмотрел на Шнырьку, который сейчас лежал на мягкой подушке, раскинув лапки в стороны, с высунутым языком и дышал так тяжело, будто лично перенес на своей спине Теневой Трон вместе с прилегающими территориями. Над его головой все еще проступала корона, не полностью материальная, неровная, живая, местами исчезающая в дымке, но она была. Самая настоящая теневая корона, которая теперь то вспыхивала, то будто проваливалась внутрь его сути.

Рядом с ним стояла Шуша. Та самая королева, которая еще недавно смотрела на всех с ленивым превосходством, а сейчас с совершенно серьезным видом протирала Шнырьке лоб мокрой тряпочкой, причем делала это очень осторожно, почти нежно. Мелкий каждый раз от этого довольно шипел и пытался приподнять голову, но сил у него, похоже, не оставалось даже на нормальное позирование.

– Видишь? – довольно сказал я. – Он счастлив.

Теодор перевел взгляд с Шнырьки на меня.

– Он выглядит умирающим.

– Но счастливым.

– Это не одно и то же.

– В жизни Охотника часто одно и то же.

– Он не Охотник.

– Пока нет.

Теодор резко нахмурился.

– Сандр.

– Шучу, шучу, – поднял я руки. – Не надо сразу так смотреть. Хотя, если Кодекс однажды решит, что ему нужен Теневой Король-Шнарк в составе Ордена, я, знаешь ли, сильно удивляться не стану.

Шуша в этот момент посмотрела на меня так, словно уже пожалела, что согласилась на мое одолжение. Хотя, если честно, поздно было жалеть. Свою часть она сделала, я тоже сделал задуманное, а Шнырька получил то, о чем мечтал, даже если пока не до конца понимает, что именно получил.

– Корона еще полностью не закрепилась, – тихо произнесла она, продолжая протирать ему лоб. – Ему нужно время, много еды, и чтобы никто не пытался его убить хотя бы ближайшие несколько дней.

– С едой никаких проблем не будет, – сразу сказал я.

Шнырька, кажется, даже в таком состоянии услышал ключевое слово и приоткрыл один глаз.

– А вот с последним пунктом, – Теодор тяжело вздохнул, – у нас могут возникнуть сложности, потому что теперь его будут чувствовать. Не все и не всегда, но достаточно многие. Некоторые очень захотят проверить, насколько новый король способен удержать свою корону.

– Ну, для этого у него есть мы.

– Вот именно это меня и беспокоит.

Я улыбнулся и присел рядом со Шнырькой. Мелкий с трудом повернул ко мне мордочку, попытался что-то сказать, но вместо слов выдал только жалобное шипение.

– Молодец! – сказал я ему. – Реально ты молодец!

Он чуть-чуть приподнял лапку, будто хотел показать, что все контролирует, после чего снова уронил ее на подушку.

Шуша посмотрела на него, потом на меня и вдруг тихо произнесла.

– Он не должен был успеть.

– Но успел.

– Благодаря тебе.

– Благодаря нам, – поправил ее. – Я только слегка помог.

Теодор рядом издал звук, который явно означал, что словосочетание – слегка помог – в моем исполнении он теперь будет ненавидеть всю оставшуюся жизнь.

А я смотрел на Шнырьку и понимал, что, несмотря на весь этот дурдом, риск, вопли Теодора, почти треснувший мир и теневых тварей, которые сейчас наверняка беснуются где-то за защитными слоями, все было сделано правильно. Просто иногда маленькому Шнарку нужен кто-то, кто в буквальном смысле швырнет его прямо в королевское кресло.

Я решил не мешать мелкому в его заслуженном страдании, все-таки не каждый день тебя почти насильно швыряют в Теневой Трон, на голову тебе напяливается корона, половина Теневого мира хочет тебя сожрать, а рядом стоит Королева Шнарков и заботится о тебе изо всех сил.

Честно говоря, для первого раза результат вышел куда лучше, чем я ожидал.

– Присмотри за ним, – попросил я Шушу, которая на этот раз даже не стала изображать, что ей все равно.

Она подняла на меня взгляд, потом снова посмотрела на Шнырьку.

– Он сам не понимает, что получил, – произнесла она.

– Вот поэтому и присмотри.

– Ты просишь меня смотреть за тем, кого сам только что подтолкнул к короне, которую он не должен был брать.

– Ну не толкнул, а помог добраться.

– Ты его швырнул.

– Слегка направил.

Шуша посмотрела на меня так, словно очень хотела сказать несколько слов, но решила, что королевская особа не должна тратить время на споры с Охотником, который все равно сделает вид, что прав.

– Хорошо, – наконец ответила она. – Но если его начнет рвать Тенью, я позову тебя.

– Зови Теодора, – тут же ответил я. – Он тут ответственный за то, чтобы мир не разваливался.

– Я все слышу, – донесся откуда-то сбоку голос Архитектора.

– Вот и замечательно, – кивнул я. – Значит, все при деле.

Теодор, кажется, хотел что-то ответить, но я уже решил, что лучше не давать ему времени на новые лекции. Он и так сегодня на меня насмотрелся. А раз Шнырька был на поруках у королевы, мир удерживался Архитектором, а я внезапно оказался свободен, то грех было не прогуляться и не посмотреть, что тут у Теодора за хозяйство. Тем более, если честно, я давно хотел понять, насколько сильно он тут развернулся.

Мир оказался обычным миром, почти как Земля. Даже слишком почти. Улицы, дома, лавочки, люди, кареты и машины, которые вообще-то ничем особо от земных не отличались, разве что цвета попадались интереснее, да марки были другие. Но в остальном обычные автомобили, те же колеса, дверцы, фары, водители, которые почему-то тоже считают, что именно им нужно ехать первыми. В общем, живой дышащий город. Не такой, где каждый второй угол пытается тебя убить или проклясть, а вполне себе уютный, аккуратный и даже местами чересчур правильный.

Вот только стоило внимательнее присмотреться, и сразу становилось понятно, здесь везде был Теодор. Не в смысле, что он стоял на каждом перекрестке с табличкой «это сделал я», хотя, честно говоря, я бы не удивился. Нет. Просто каждая улица, каждый мостик, каждая арка, каждый дом, каждый декоративный бордюр несли на себе след Архитектора. Это чувствовалось в пропорциях, в устойчивости, в том, как дома стояли, словно их не просто построили, а убедили существовать именно так и никак иначе.

Вся эта область, как я понял, давно уже стала чем-то вроде княжества, небольшого, уютного, почти земного, если не считать того, что стоило оно теперь, наверное, как десяток нормальных миров.

В каждой постройке, даже самой скромной на вид, присутствовала работа Теодора. А работа Архитектора в Многомерной – это уже не просто дом или улица. Это артефакт, ценность, ну и наследие. Это то, за что какие-нибудь князья, короли и даже императоры могли бы начать очень неприятно торговаться, а потом, не договорившись, попытаться украсть целиком. Хорошо, что сюда пока никто толком попасть не может, потому что если бы какой-нибудь ушлый многомерный торговец увидел целый город, где даже водосточная труба несет на себе стиль Теодора, он бы сначала потерял сознание от восторга, потом проснулся, потом попытался купить всё, потом понял, что не может, и снова потерял сознание, но уже от отчаяния.

Я, конечно, просто так не гулял. То есть гулял, но с очень хитрой и подлой целью. Практически преступной, если смотреть на ситуацию глазами честного человека. А если глазами Охотника, то это был просто нормальный хозяйственный подход.

Я прикинул… раз Теодор столько вложил в этот мир сил, таланта и, скорее всего, нервов, значит, он тут явно не сдерживался. А раз не сдерживался, то всё, что сделано под его гербом, в Многомерной будет стоить в разы дороже, чем здесь. Здание я, конечно, забрать не могу, а жаль.

Представляю лицо Аннушки, если бы я прислал ей в подарок маленький каменный особняк работы Теодора, аккуратно сложенный в пространственное хранилище. Она бы сначала обрадовалась, потом оценила, потом продала бы кому-нибудь за сумму, на которую можно купить небольшой флот, а потом сказала бы, что я молодец, но в следующий раз нужно брать два.

Однако здание забрать нельзя, слишком заметно. Теодор тоже такое заметит, возможно, даже обидится. А вот что можно сделать, так это найти какую-нибудь ювелирную лавочку с его гербом и ограбить ее. Ну как ограбить, просто купить всё самое интересное. Ведь здесь всё продавалось по местным земным ценам, а в Многомерной работа Архитектора сразу получает совершенно другой курс. Особенно если на изделии стоит знак, что оно сделано в его княжестве, его мастерскими и, возможно, под его личным присмотром. Это уже не украшения, а маленькие артефактные инвестиции. Анна бы одобрила, возможно, даже сказала бы, что наконец-то я начал думать как нормальный человек.

Пока шёл по улице, я рассматривал витрины. В некоторых лавках продавали обычные украшения, где ценность была только в металле и камнях. Что ж, красиво, но неинтересно. В других уже попадались вещи поинтереснее: тонкая работа, необычные вставки, камни, которые удерживали слабые бытовые заклинания. По всей видимости Теодор перетянул сюда уже кого-то и усиленно обучает людей магии. Не просто пользоваться даром, а прям искусству магической артефакторики.

Лавку с гербом Теодора я нашел минут через двадцать. Герб был выведен над входом аккуратно, без лишней вычурности, но так, что даже слепой бы понял, здесь не просто продают побрякушки, а торгуют чем-то уважаемым. На двери висела небольшая табличка с названием, которое я честно попытался прочитать, но решил не мучить ни себя, ни язык. Внутри пахло полированным деревом, металлом, камнями и легкой магией. За прилавком стояли двое продавцов. Мужчина лет пятидесяти с лицом человека, который за жизнь видел много богатых идиотов, и девушка помоложе, которая смотрела на меня с профессиональной вежливостью и легкой надеждой, что я не окажусь очередным посетителем, пришедшим просто посмотреть.

– Добрый день, – произнес мужчина. – Чем можем помочь?

– Украшения нужны, – ответил я, осматривая витрины. – Подарки женщинам, и много.

Вот тут они оба чуть заметно оживились, но не сильно, наверное, профессионализм не позволял, но я это заметил.

– У нас широкий выбор, – тут же сказала девушка. – Есть классические украшения, есть защитные линии, есть изделия мастерских князя, есть редкие вставки из северных копей и коллекция с лунным камнем.

– Показывайте всё интересное.

– Всё? – уточнил мужчина.

– Всё интересное, – повторил я. – Не всё подряд. Мне не нужны вещи, которые просто блестят. Мне нужны красивые, редкие и такие, чтобы потом за них не было стыдно перед женщинами, которые могут сделать нервы.

Мужчина понимающе кивнул, видимо, семейных людей здесь уважали, ну или просто жалели.

Дальше началось прекрасное. Мне стали выкладывать украшения одно за другим. Кольца, браслеты, подвески, гребни, заколки, серьги, какие-то тонкие цепочки, которые сами подстраивались под ауру владельца. Попались парные браслеты, которые могли передавать тепло ладони на расстоянии. Я сразу отложил, такое жёнам точно понравится. Аннушке, может, и не самое полезное, зато она сразу поймет, что можно такое продавать влюбленным идиотам с наценкой в триста процентов, поэтому тоже пусть будет.

– У вас хороший вкус, – осторожно заметила девушка, когда на отдельном подносе уже лежала маленькая гора украшений.

– У меня много жён, – честно ответил я. – Приходится развиваться.

Мужчина кашлянул, а девушка сделала вид, что поправляет витрину. Профессионалы, сразу видно.

Отдельно я попросил показать всё, что имеет отношение к мастерским самого Теодора. Тут они уже стали осторожнее, будто я спросил не украшения, а государственную тайну.

Мужчина достал небольшой ключ, открыл заднюю витрину и вынес несколько футляров. Вот там уже было действительно интересно. Небольшие вещи, но каждая чувствовалась как законченная конструкция. Не просто кольцо, а маленькое здание, которому зачем-то придали форму кольца. Не просто подвеска, а схема, удержанная в металле и камне. Красиво и дорого. В Многомерной такое будет стоить совершенно неприлично много.

– Это изделия с подтвержденным клеймом княжеских мастерских, – сказал продавец. – Часть из них выполнена по старым эскизам, часть по новым, а некоторые имеют ограниченный выпуск.

– Беру.

Он замер.

– Простите?

– Беру. Все.

– Все изделия из этой линии?

– Да.

– Господин, вы понимаете, что это весьма значительная сумма?

– Давайте считать.

Считали они долго. Я за это время успел выбрать еще несколько вещей, которые просто мне понравились. Не ради прибыли, а потому что красивые. Все-таки подарки должны быть не только полезными, но и приятными. Плюс я взял несколько мужских перстней. Один для Ашика, один для Волчары, один для Бухича, если не пропьет, Бурбулис еще… В общем, достаточно много набрал. Ну и Шнырьке что-нибудь надо. Для него нашел маленькую цепочку, которая могла менять размер. Не знаю, будет ли носить, но королю положено.

Когда сумма была названа, я по привычке полез за деньгами и достал рубли.

Продавцы посмотрели на купюры, потом на меня, затем снова на купюры.

– Это шутка? – осторожно спросил мужчина.

– Что?

– Господин, у нас, конечно, принимаются рубли, но… – он аккуратно взял одну купюру двумя пальцами и повернул к свету. – Кто эта женщина?

Я посмотрел и понял, что тупанул.

– А…

– У нас не Императрица, – сдержанно сказал продавец. – У нас Император.

Девушка уже не выдержала и тоже посмотрела на купюру с таким выражением лица, будто ей показали фанатскую подделку из соседней Вселенной.

– Да, – кивнул я. – Перепутал кошелек.

Звучало оно, конечно, так себе. Но что еще сказать? Простите, я из другого мира, где рубли другие, а женщина на купюре это вообще отдельная история? Нет уж, лучше не стоит.

Я убрал деньги обратно и достал золотой слиток, который весил тридцать два килограмма.

– Такое принимаете?

Вот тут отношение ко мне изменилось мгновенно. Не то чтобы раньше они были грубы, нет, но теперь я превратился в самого желанного клиента за последнее десятилетие, а возможно и за всю историю лавки. Мужчина осторожно взял слиток, проверил вес, чистоту, магический след и едва заметно побледнел. Девушка, наоборот, расцвела.

– Разумеется, принимаем, господин.

– Тогда оформляйте.

Я прикинул в голове сумму и примерный курс и начал вываливать слитки на пол один за одним. Продавцы смотрели на всё это и тихо офигевали.

– Нам нужно будет вернуть сдачу.

– Не нужно.

Мужчина поднял на меня удивленный взгляд.

– Простите?

– Не нужно, – повторил я. – Оформите всё как срочную покупку, упаковку нормальную сделайте, документы приложите, подтверждение клейма тоже, остальное вам за скорость и аккуратность.

Теперь они окончательно решили, что перед ними полный идиот… но знаете что? Меня это полностью устраивало. Потому что по местным меркам я сейчас действительно платил тройной прайс, возможно даже больше. А по меркам Многомерной я их практически грабил, просто они об этом не знали.

Вещи с гербом Теодора, подтвержденные документы, ограниченные линии, клеймо мастерских, всё это там уйдет по совсем другим ценам, особенно если Анна правильно подаст. А она точно подаст правильно, ведь моя жена у нас молодой Многомерный предприниматель, который уже настолько хорошо почувствовал запах прибыли, что скоро, боюсь, начнет видеть его сквозь стены.

Я же пока просто охреневал от того, сколько здесь золота лежит в виде украшений, которые местные воспринимают как дорогие, но всё же обычные товары.

Нет, я конечно понимаю, Теодор богат. Ему самому такая прибыль, скорее всего, вообще не нужна. Он тут целое княжество отстроил, которое в Многомерной можно продать за сумму, от которой у половины императоров начнется нервный тик. Но всё равно. Смотрю на всё это и думаю… вот если бы Анна сюда попала, она вынесла бы половину рынка за сутки, причем честно, с договорами. Да так, что продавцы еще благодарили бы ее за сотрудничество.

– Господин желает оформить доставку? – спросила девушка.

– Нет, сам заберу.

– Всё это?

– Всё это.

Я открыл небольшое пространственное хранилище и начал складывать футляры внутрь. Продавцы сделали вид, что ничего удивительного не происходит, но мужчина всё равно чуть заметно сглотнул. Видимо, в их мире пространственные хранилища есть, но не у каждого посетителя ювелирной лавки, который сначала пытается расплатиться неправильными рублями, а потом достает золото слитками.

Когда всё было закончено, мне выдали документы. Много документов. Подтверждения, печати, клейма, какие-то местные гарантии, список изделий, список камней, список мастеров, список того, что нельзя делать с украшениями, если не хочешь лишиться гарантии. Я всё это аккуратно убрал, Аннушка потом разберется. Моя жена любит бумажки, особенно если они пахнут прибылью.

– Будем рады видеть вас снова, господин, – очень искренне сказал продавец.

– Я, возможно, еще зайду.

На этих словах они оба заулыбались так, словно я пообещал им маленькое личное чудо.

Выйдя из лавки, я еще немного прошелся по улице, прикидывая, не зайти ли куда-нибудь еще, но решил не злоупотреблять. Во-первых, Шнырька, во-вторых, Теодор может заметить, что я слишком активно гуляю по его княжеству. В-третьих, если я сейчас скуплю еще и рынок артефактов, Анна, конечно, будет довольна, но потом начнет задавать вопросы, почему я раньше так не делал. А мне что ей отвечать? Что раньше я был недостаточно жадным? Ладно, подарков и прибыли пока хватит.

Когда я вернулся, Шнырька уже сидел. Не лежал, а именно сидел на подушке с маленькой теневой короной на голове. Она стала меньше, плотнее и уже не так сильно проваливалась в его суть, хотя все равно выглядела не до конца настоящей. Такая пробная версия монарха, типа король в процессе установки. Рядом Шуша всё еще держала мокрую тряпочку и смотрела на него с видом строгой воспитательницы, которая одновременно гордится учеником и хочет прибить его за глупость.

Мелкий дрожал, но держался. Увидев меня, он попытался выпрямиться, но получилось так себе. Корона качнулась, Шнырька резко замер, чтобы не уронить достоинство, и издал очень тихий, но крайне важный скрип.

– Ну что, Ваше Теневое Величество, – сказал я, подходя ближе. – Поздравляю!

Он гордо поднял мордочку, буквально на секунду буквально, но потом устало опустил.

– Не полноценная, конечно, корона, – задумчиво добавил я, рассматривая ее. – Но уже что-то…

Шуша посмотрела на меня с предупреждением, мол, не смей. Я, конечно, сразу понял, что именно не сметь, и все равно сказал.

– Когда повторим?

Шнырька сначала даже не понял вопрос. А потом как понял! Он медленно повернул ко мне голову, и в его глазах было всё – усталость, ужас, предательство, непонимание, обида и слабая надежда, что я все-таки пошутил.

А вот я не шутил.

– Ну, а что? Корона же неполноценная, надо будет закрепить результат.

Мелкий апатично вздохнул, настолько глубоко, насколько вообще может вздохнуть существо его размера. Потом он медленно поднял лапку, видимо, собираясь махнуть рукой в стиле «делай что хочешь, злой ты человек», но в следующий момент передумал, резко дернулся и сиганул в Тень.

Я посмотрел на место, где он только что сидел.

– Ты реально хочешь убежать от Охотника?

В ответ была лишь тишина.

– Шнырька!

Тень рядом с подушкой чуть дрогнула.

– Мелкий, я же все равно тебя найду.

Еще несколько секунд ничего не происходило, потом из Тени осторожно высунулась очень недовольная мордочка с короной, которая теперь торчала из Тени отдельно и выглядела еще смешнее.

– Ш-ш-шиш–ш-шот лет, Ш-ш-шадр… – выдал он наконец, явно собрав все остатки мужества. – И я ш-ш-шмогу…

Я несколько секунд смотрел на него, а потом заржал. Шуша закрыла лицо ладонью, а Теодор где-то в стороне тяжело вздохнул. Шнырька смотрел на меня с обидой короля, которого не оценили должным образом.

– Шестьсот лет? – переспросил я. – Мелкий, ну ты и оптимист.

Шнырька недовольно насупился.

– Ладно-ладно… – поднял я руки. – Не переживай, я не тиран, – решил успокоить его. – Сегодня отдыхаем точно, а вот завтра повторим, так что время еще есть у тебя.

Шнырька замер, Шуша тоже. Теодор вообще повернулся ко мне всем корпусом.

– Сандр, – очень медленно произнес Архитектор.

– Что? – невинно спросил я. – Он сам сказал, что через шестьсот лет сможет. Значит, завтра просто немного потренируемся. Без трона… наверное.

Шнырька снова спрятался в Тень, но я видел, как там дрожит маленькая корона. Честно говоря, я был доволен, потому что королями так просто не рождаются. Иногда их приходится брать за шкирку и швырять в судьбу. Главное, чтобы не забыть потом накормить мороженым.

Да и вообще я же обещал ему, что он станет королем, а значит, так оно и будет. Сейчас у него была корона, но статус пока не тот. Скорее он стал аристократом, вот с чем это можно сравнить, а значит, еще есть куда работать!