Текст книги "Дивные воды (СИ)"
Автор книги: Юля Тихая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)
Не для того ли воля, чтобы совершить невозможное?
Эфир содрогался от шагов гостя. Он был всё ближе; он был очень, очень близко. Он стар, в нём память о сотнях смертей, в нём могущество столетних кедров и спящей под снегом земли.
Он войдёт в Дивноводное и сотрёт его своей силой.
Так будет – если только моей силы не будет больше.
Серебро стекло с меня ручьями, вмешалось в воду – и зажглось. Вода сияла, вода горела огнями, в ней цветные пятна мешались и становились узорами, и магия текла в неё из глубины, магия наполняла каждую каплю.
Бьющая из трубы струя застыла хрусталём, будто время остановилось. Блики рассыпались по стенам и стали тысячей отражений. Всплеск; на водной глади мелькнул плавник; сверкающая рыба коснулась моего колена; тело вдруг вспомнило, что живо, – и тогда в него хлынула сила.
🜛🜛🜛
– Она сумасшедшая, – шамкала старуха, крепко прижимающая к себе курицу. – Кто вообще станет в это верить? Такая чушь! Тут ещё мамаша моя жила, и с самого её детства ни одного плохого гостя не было в Дивноводном! Как у Бога за пазухой живём!
– А Масловы-то уехали…
– Масловы! Скажете тоже! Масловы! Танечке дай только чего-нибудь испугаться, она ж нервозная, а Стасик только и делает, что ей поддакивает. Тьфу!..
– Я думаю, это неслучайно всё. Ещё Лыткин этот приехал. Ты представляешь, что в газетах понапишут?
– Да ничего не понапишут, потому что нет никакого гостя!
– А этот понапишет, будто был! Продажные писаки, им лишь бы какую чушь раздуть в сенсацию. В газетах всё одно враньё пишут. И про нас сочинят тоже. Он про Женю ходил спрашивал, а фантазия-то больная, вот и выдумает, что…
– Тс-с.
– Ма-а-ам, а Соня сказала…
– Соня – дура.
– Но она сказала…
– Ка-атька! Катька, стой! Ты чего, тоже намылилась?! Тьфу, лишь бы паниковать зазря!
– Я тебе говорю, они про нас наврут всякого, и летом никто не приедет. Придётся в Водопойное идти на фабрику, и всё из-за этой тревожной суки!
– Так служительница…
– Да мало ли что ей там примерещилось!
– Ну не совсем же примерещилось…
– Мозгов нет, вот и не понимает!
«Можно бы ударить серебром, – лениво подумала я. – Это быстро пробуждает в простых людях почтение…»
Я шла по дороге, но не могла сказать с уверенностью, что касаюсь земли. Сила бурлила во мне; горящая вода тянулась за мной потёками. Кровь из носа бежала по подбородку и шее и стала заплывшим пятном на мокром свитере.
Мне больше не было холодно.
Я видела людей, глядящих на меня во все глаза из-за забора – как только никто не вывернул шею! – и вместе с тем видела Дивноводное с высоты. Рассыпанные среди кедров дома, ровные квадраты дачной части, кривые улочки и разномастные заборы зимней. Колонки, собачьи будки, машины. Скачущий по дороге синий заяц. Белое кольцо вокруг кладбища, пульсирующая точка там, где я оставила Веру Павловну, встревоженные люди, плещущиеся в эфире сомнения, металлический блеск обнажённого оружия.
Кровь всё текла и текла. Вода на коже светилась. На моих руках блестела серебром рыбья чешуя.
– Ты говорила, приедут инквизиторы? – хриплым шёпотом сказал кто-то.
– Да уж приедут.
– Пусть едут, Боже милостивый…
– А они скрутят?.. Её-то?!
– Пойдём-ка отсюда.
«Вы все останетесь живы, – щедро подумала я. – Вы увидите сильнейшего из гостей и останетесь живы. Что мне до ваших страхов? И благодарность мне не нужна. Я делаю это не из гордыни…»
Скрипели затворяемые ставни. Пробуксовала, а потом вылетела на дорогу машина. Пыхтел трактор – надо же, они действительно пригнали трактор.
«Какие они смешные, эти люди!»
Когда видишь сразу всё и отовсюду, легко найти, где местные «воители» устроили свой пост. Их было четверо, они выбрали лысый пригорок чуть в отдалении от домов, в самом конце чьего-то глубокого огорода. Впереди были кедры и чистый снег, по ветвям скакала белка; мужчины укрепили утопающий в сугробе сарай парой металлических листов, устроили лёжку с винтовкой, притащили термосы.
Я шла к ним сквозь целину, не оставляя следов.
– Левее, – сказала я дружелюбно.
Они дёрнулись, самый молодой подскочил на месте, все вытаращили глаза.
«Такие смешные люди, – подумала я с умилением. – Будет нехорошо, если они умрут».
– Гость там, – я махнула рукой и с отстранённым удивлением проследила за чешуйками, сорвавшимися с пальцев. – Он выйдет к нам через пять-десять минут. Я ударю его первой.
– Как оно… – участковый нервно облизнул губы. – Как оно выглядит?
– Как гость. – Я безразлично пожала плечами. – Может быть, он вырастил себе тело из корней и дёрна, может быть, захватил человеческое, может быть, не получил никакого и будет полупрозрачным пятном.
Кто-то громко сглотнул. Все они старались держаться от меня подальше.
– Я ударю его первой. Если он упадёт сразу, я подойду ближе… в меня стрелять не нужно. Если же он будет сопротивляться, ваша задача стрелять куда-нибудь в ту сторону.
– В голову? – деловито уточнил мужик. Кажется, это был Михаил, он приносил мне кошку.
– Это не важно. Любая пуля есть намерение… не имеет значения, попадёт ли она в цель.
– Но лучше в голову?
– Как хотите.
Мужчина деловито поправил ружьё и будто бы невзначай отошёл от меня ещё на шаг.
Гость скользил к нам среди снегов. Мне не нужно было даже закрывать глаза, чтобы его чувствовать. Для меня он был похож на огонёк, оторвавшийся от фитиля свечи и теперь блуждающий среди кедров сам по себе; он летел легко, кое-где петляя между деревьями, он двигался к начинающейся в сотне метров от нас улице Крайней, и я смотрела прямо на него, а он…
Я не знала, куда он смотрел.
Огонь горел ярко, ровно. В нём было столько силы, что даже теперь я робела перед ним. Такой огонь нельзя погасить, даже если ты и есть вся дивная вода благословенной земли – но такой огонь можно сдержать, направить, вернуть его обратно в глубину старого леса, погрузить в сон и убедиться, что он не скоро проснётся вновь.
Тогда никто из этих людей не умрёт. И я не умру тоже.
– Меньше минуты, – сказала я людям.
Защёлкало, зашуршало. Я позвала силу, и она послушно собралась у меня в руках, втянулась в тело из грязных луж под ногами, стала горящим серебряным солнцем. Гость был всё ближе. Ещё три удара сердца…
Два…
Один…
Из тени кедров вышел человек. Я узнала его мгновенно.
Внутри лопнула струна – и сила в моих руках взорвалась.
Конец первой части
