444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Юля Шеффер » Развод в 44. Я отомщу (СИ) » Текст книги (страница 1)
Развод в 44. Я отомщу (СИ)
  • Текст добавлен: 7 ноября 2026, 05:33

Текст книги "Развод в 44. Я отомщу (СИ)"


Автор книги: Юля Шеффер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Юля Шеффер
Развод в 44. Я отомщу

Глава 1. Сообщение

– Ну как, собрала вещи? – голос Андрея звучит непринужденно, но я чувствую в нем едва уловимую ноту напряжения.

Или мне это кажется? Он стоит в дверях нашей спальни, опираясь плечом о косяк, и наблюдает, как я аккуратно укладываю свитер в чемодан.

– Почти, – отвечаю, даже не глядя в его сторону.

Внутри меня комок сомнений, который не дает сосредоточиться. Пальцы замирают на молнии, и я вздыхаю, поднимая глаза на мужа.

– Андрей, может, я не поеду? Послезавтра же твой день рождения…

– И день нашего знакомства, – добавляет он, подходя ближе. – Я все помню, Ксюш.

Он улыбается. Эта его фирменная улыбка, которая могла бы разоружить любого, и на меня действует безотказно.

Даже сейчас, когда за плечами много лет брака.

– Это всегда был наш день. Только наш, – мой голос звучит чуть капризно.

– Ксюня, – садится муж на край кровати рядом с чемоданом и притягивает меня к себе, размещая между расставленных ног, – ты же не развлекаться едешь. Это наша дочь. Ты сама говорила, что она там совсем одна, в чужой семье, ей тяжело. Если она просит тебя приехать, как ты можешь ей отказать?

Я знаю, он прав. У Ани действительно сложный период, и я пообещала ей, что буду рядом, приеду как можно быстрее. Но все равно эта поездка сейчас кажется неправильной.

– Да, конечно. Если бы не твой день рождения... Андрей, за все двадцать три года мы никогда не были порознь в этот день.

Он берет мою руку, мягко, но уверенно, глядя прямо в глаза. Его ладонь теплая, но мне почему-то холодно.

– Ксюша, ты сделала бы для меня все, и я это знаю. Но сейчас важно другое. Ты поедешь, потому что Аня нуждается в тебе больше, чем я. Нуждается сейчас, а не через три дня. А что я? Я взрослый мальчик. Уж переживу как-нибудь один день.

– Только один? – шучу я, чтобы скрыть свое сомнение.

– Ну, может, два, – улыбается он, поднимая руки в притворной капитуляции. – Но не больше.

Мы оба смеемся. Точнее, он смеется, а я делаю вид.

– Ты отвезешь меня? – спрашиваю, надеясь, что он скажет «да» – мне так не хватает его в последнее время.

Андрей качает головой.

– Срочная встреча с акционерами. Не могу перенести. Ты же понимаешь, работа…

Конечно, понимаю. Работа, всегда работа. Я сжимаю губы и отвожу взгляд, чтобы он не заметил, как мне больно.

– Ладно, – говорю наконец, – я постараюсь вернуться как можно скорее.

– Не переживай, – он встает, наклоняется и целует меня в лоб. Его руки на мгновение задерживаются на моих плечах. – Ты лучшая мама на свете, моя Ксюша. И самая красивая.

Он снова целует меня, уже в губы, и уходит, а я остаюсь одна в нашей спальне, глядя на чемодан, который уже не хочется собирать.

Но выбора нет. И времени тоже – до отъезда договорилась встретиться с Людмилой, и она будет ждать меня в кондитерской недалеко от дома уже через час.

За традиционным кофе с любимыми муссовыми пирожными она спрашивает, как я, как там Аня, как Алиска, потом увлеченно рассказывает об отпуске – они с семьей только что вернулись из Доминиканы, – о новостях на работе, но я слышу лишь отрывки. Мой взгляд то и дело скользит к телефону.

И, видимо, так часто, что в конце концов подруга замечает мою рассеянность.

– Что-то случилось? – спрашивает она, сдвинув новую чашку кофе ближе к себе.

– Нет, все нормально, – спешу рассеять ее тревогу. – Просто странно уезжать накануне дня рождения мужа.

– Ксюша, он взрослый мужик, не ребенок. Ты все правильно делаешь. Дочь – это важно.

Я киваю, но ее слова не приносят утешения. Люда, видя это, продолжает:

– Ты ей сейчас нужнее, чем своему благоверному. Подумаешь, день рождения без любимой жены – прям потеря потерь! Никто завтрак в постель не принесет, тапочки не подаст, в пояс не поклонится – обойдется!

Мы с Людой дружим много лет, и когда я познакомила ее с Андреем, он ей сразу не понравился. И за годы ее нелюбовь к нему ничуть не померкла.

– Да он и не просит! Я сама…

– Ты отсюда сразу в аэропорт или еще домой заскочишь? – спрашивает она, резко меняя тему – уговаривать меня ей, видимо, надоело.

– Сразу, – не получается скрыть грусть в голосе. – Минут через десять буду такси заказывать.

– В смысле такси? – возмущается она. – А твой Андрюша тебя разве не отвезет?

Качаю головой:

– Не может, у него совещание с акционерами, – спешу заступиться за него.

Люда смотрит на меня укоризненно, но с какой-то безнадегой. Как врач, который запрещает пациенту курить, но точно знает, что тот не послушается. Или как любой родитель, который дает своему чаду совет, зная, как оно к ним относится.

– Твой муженек мог бы и перенести совещание, Ксю.

– Если мог бы, обязательно перенес, – отвечаю строго, пресекая дальнейшие обсуждения этой темы.

Людка только вздыхает.

В аэропорту я прохожу регистрацию, отправляю чемодан и жду в очереди на досмотр. Все кажется нереальным. Мне дико не хочется уезжать от мужа, но я понимаю – там я нужнее.

Ожидая своей очереди, пишу Андрею сообщение: «Добралась. Зарегистрировалась. Рейс в 15:30. Целую».

Отправив, я наконец чувствую небольшое облегчение. Все-таки, я еду ненадолго, и после разлуки наша встреча будет еще более бурной. И мы отметим нашу дату позже.

Телефон вибрирует. Ответ от него? Я улыбаюсь и сразу открываю сообщение.

«Удачной посадки, родная. Позвони, как доедешь до Ани. Люблю тебя».

Моя улыбка становится шире, а на душе теплее.

«Я тоже тебя люблю», отвечаю мысленно.

Блокирую экран, чтобы убрать телефон обратно в сумку, как он снова дребезжит в руке.

И снова сообщение от мужа. Губы сразу растягивается в улыбке, я провожу пальцем по экрану, чтобы открыть его, и улыбка тут же застывает, медленно сползая с лица.

На экране светится:

«Элечка, сегодня увидимся? Я свободен и очень жду встречи с тобой. Отель «Азимут», как обычно. Целую».

Глава 2. Оправдание

Сообщение горит перед глазами, выжигая мои глаза и мою душу. Они вонзаются в меня, как кинжалы, и еще и проворачиваются внутри.

Грудь сдавливает так сильно, что каждый вздох дается с трудом. А шум аэропорта становится далеким, приглушенным, как будто я нырнула в воду.

Это… что?

Это… какой-то глюк? Мне это померещилось?

Нет, не померещилось.

И нет, не глюк.

Это номер Андрея, сообщение пришло в наш с ним чат. Вот над ним мое сообщение о рейсе, а до него – вчерашнее напоминание, что задержится.

И последним по-прежнему светится сообщение для Элечки…

Что за Элечка?.. Кто такая? И что за встреча у них в… отеле!

Как обычно…

Очень жду встречи.

Целую…

Я читаю сообщение снова и снова, как будто от этого что-то изменится – оно вдруг исчезнет или смысл станет каким-то другим.

Что оно значит?

Мой Андрей изменяет мне? После двадцати трех лет брака душа в душу! После… того, как еще утром говорил, что любит меня, убеждал, что я должна лететь к дочери, потому что «ну кто, как не ее мама может ей помочь?»

Нет! Я не верю. Это… это что-то другое. Может быть, шутка? Да, наверное, Андрей так надо мной шутит. Хотя мой муж не большой любитель юмора. Это я могу иногда посмотреть «StandUp», преимущественно женский, по телеку и посмеяться сама с собой, а он относится к юмористам с презрением. И сам никогда никого не разыгрывает.

Если не шутка, то, может, он случайно отправил не туда? Ошибся номером?

«Конечно, ошибся, Ксюша… Ты ведь не Элечка!» – фыркаю мысленно сама на себя и свою глупость.

Да поглупеешь тут, когда такое…

Господи, ну как это возможно?!

И что мне с этим делать? Как реагировать?

Сердце сжимается от нежелания верить в то, что это сообщение – реальность. В груди нарастает тяжесть. Словно весь воздух в зале вылета слился в одно огромное облако, которое навалилось мне на плечи.

Я вспоминаю его улыбку утром, когда он наклонился и поцеловал меня в лоб. Его глаза, полный тепла голос: «Ты лучшая мама на свете, Ксюша».

Мама, но не жена?.. Я хороша для нашей дочери, но не для любимого мужа?

Едкие мысли отравляют меня и заставляют зажмуриться от боли. Но это не спасает – новые вопросы атакуют мозг безжалостно.

Позвонить ему? Спросить прямо? Но что я скажу?

«Привет, любимый, а кто такая Элечка?..»

И он, конечно же, сразу скажет мне правду? А если и скажет – разве я поверю? Теперь…

Ведь он действительно сегодня свободен. Потому что я уезжаю.

И получив от меня сообщение, что я уже в аэропорту, он сразу назначает свидание какой-то… кому-то.

«Может, не свидание? Может, деловая встреча?» – снова хватаюсь я за соломинку.

Встреча с поцелуями…

Если эта Элечка – его любовница, Андрей солжет, отвертится, выкрутится. А я буду мучиться, думая, обманул он меня или нет…

Даже если не обманет, я все равно буду мучиться. Поэтому я должна все узнать. Увидеть сама.

– Девушка, паспорт давайте, – говорит таможенник. Его голос пробивается ко мне, как через вату.

Вздрогнув, я поднимаю голову. Вижу людей вокруг, их раздраженные взгляды. Кажется, они говорят что-то о том, что я задерживаю очередь. А я просто стою.

– Девушка, вы всех задерживаете, – голос таможенника становится резче. – Паспорт!

Я поднимаю глаза. Паспорт. Чемодан. Рейс. Черт с ним, с рейсом!

Схватив чемодан, разворачиваюсь и бегу к эскалатору, ведущему вниз. Прочь из зоны вылета.

В такси мысли путаются. Я то ли злюсь, то ли пытаюсь найти оправдание мужу.

Элечка... Она – кто? Тренер? Секретарь? Просто клиент? Но почему отель? Почему «как обычно»?

Как мазохистка в активной фазе, еще раз открываю треклятое сообщение в тайной надежде, что его там нет, и мне реально померещилось. В аэропорту было душно, и может, это последствия теплового удара.

Но заигрывающие не со мной слова на месте. Такие же прямые, однозначные. Предательские.

Пальцы сами тянутся к кнопке «удалить для всех», но я останавливаю себя. Вдруг, если я это сделаю, он поймет, что я видела сообщение. И тогда изменит планы, выкрутится.

«Он и так знает, что ты видела сообщение, по зеленым галочкам». И я все же удаляю текст из нашей переписки. Если он еще не видел, что ошибся, пусть не знает, насколько грубо…

Боже! Что со мной?

Неужели я правда думаю, что мой Андрей с этой Эльвирой?

Я подозреваю мужа в измене?!

Мужа, который всегда нежен и заботлив, всегда…

Нет-нет, не может быть. Он не такой. Он любил меня… Нет, он любит меня!

Я не должна сомневаться в нем. Не должна его проверять.

Но в глубине души понимаю, что, если сейчас развернусь и не поеду в назначенное Эле место встречи, не избавлюсь от сомнений никогда.

Врываюсь в холл отеля, чувствуя, как ноги дрожат от напряжения. Внутри красиво, роскошно, уютно – Андрей умело выбрал место для… встречи.

Оглядываясь, сканирую пространство. Глаза метаются по каждому лицу, каждой паре. Где он? Где она?

И вижу их.

Выходят из ресторана, смеясь. Андрей, мой муж, и молодая женщина с гладкими светлыми волосами. Элечка…

Они не направляются к выходу, где стою я. Они идут мимо стойки регистрации к лифтам. Я хватаю воздух, пытаясь восстановить дыхание, и слышу свой голос, будто со стороны:

– Андрей!

Он оборачивается. Его глаза широко раскрыты, взгляд застывает на мне. Шок.

– Ксюша? – он делает шаг вперед, глядя на меня так, будто я привидение. – Что ты здесь делаешь?

Я не знаю, что ответить. Я просто стою и смотрю на него. На него – моего мужа – и на нее, которая зыркает глазами то на него, то на меня с неуловимой усмешкой в уголках губ.

– Это ты мне скажи, Андрей, – мой голос звучит резко, почти хрипло. – Что ты здесь делаешь?

Он открывает рот, но не успевает ничего сказать. Молчание тянется как вечность. И в эту вечность вмещаются все двадцать три года нашей жизни.

– Я сейчас все объясню.

Глава 3. Ровесница нашего брака

Андрей стоит передо мной. Еще мгновение назад в его глазах был шок, но теперь он быстро приходит в себя. Я вижу, как его лицо меняется, становится спокойным и уверенным, как будто он уже знает, что сказать.

Или всегда знал, что сказать.

– Ксюша, – он делает шаг ко мне, его голос звучит низко, мягко, – это не то, что ты подумала.

Мысленно я закатываю глаза – ну, конечно. Классика изменщиков.

Как только он начинает говорить, Элечка, стоящая рядом, тут же отступает. Она ловит мой взгляд, ее улыбка вежливая, но холодная, как у манекена, который не хочет быть замеченным.

– Андрей Витальевич, я пойду, – говорит она.

– Конечно, Эля, – он отвечает легко, как будто только что обсуждал с ней план рабочего совещания. – Завтра договорим. Прошу прощения за недоразумение.

– Ты меня называешь недоразумением? – спрашиваю сухо.

– Конечно, нет.

Она уходит быстрым шагом, почти убегает, и я смотрю ей вслед. Спина напряжена, плечи высоко подняты. Нервничает? Или, наоборот, радуется, как большинство любовниц? Это же такая удача – жена все узнала, сейчас будет скандал, потом развод, и ее любимый будет совершенно свободен. И сразу же женится на ней…

– Ау, ты слушаешь меня? – Андрей привлекает мое внимание, касаясь сбоку моего плеча.

Я вздрагиваю, вырываясь из своих мыслей, словно выныриваю из воды. Смотрю на мужа. Его лицо спокойно, почти безмятежно.

– Ксюша, что бы ты ни думала, между мной и Эльвирой ничего нет, – он смотрит мне прямо в глаза. – Ты же понимаешь, это было бы абсурдом. Любому здравомыслящему человеку ясно, что это…

– А я значит не здравомыслящая? – цепляюсь за неосторожно сказанные слова.

Он раздраженно стискивает челюсти на секунду, но потом продолжает мягко и терпеливо:

– Любому ясно, что это бред. Да эта девчонка – ровесница нашей дочери! Ты за кого меня принимаешь?

«И нашего брака», – мысленно добавляю я. Горечь моего внутреннего голоса отравляет даже меня саму.

– Это ничего не означает, Андрей, – голос звучит резко, почти режуще. – В твоем возрасте мужчин как раз тянет на молодое тело, как у нее.

– У тебя какие-то претензии к твоему телу? – его брови слегка поднимаются, в голосе слышится легкий укор. – Потому что у меня никаких, – продолжает он, не дав мне ответить, и смотрит взглядом, который когда-то обжигал.

Он тянет меня к себе, обнимая за талию. Ладонь ложится чуть ниже моей спины, его пальцы слегка сжимаются.

– Ты привлекаешь и возбуждаешь меня так же, как и раньше, моя Ксюня, – его голос становится ниже, интимнее.

Я отстраняюсь, брезгливо вырываясь из его рук.

– Андрей, мы не одни, – произношу я, чувствуя, как раздражение смешивается с какой-то глубокой обидой.

Если он действительно завел любовницу, между нами больше ничего не может быть. Никогда!

А если не завел?..

Если он ни в чем не виноват, и это я сейчас сама все рушу?!

Муж выглядит совершенно уверенным, спокойным и искренним. Не как человек, которого только что поймали с поличным. А как… идеальный муж, жена которого сошла с ума от ревности.

Андрей внимательно смотрит на меня, словно читая мои мысли.

– Что тебе померещилось, Ксю? Как ты вообще узнала, что мы здесь встречаемся?

– Ты прислал мне сообщение, – отвечаю я сухо, пристально зыркая в его глаза. – Видимо, перепутал чаты.

Его лицо меняется. Он хмурится, достает телефон, быстро пролистывает переписку и переводит взгляд снова на меня.

– Сообщение? – произносит он с легким недоумением.

Я достаю свой телефон и показываю скриншот, который сделала перед тем, как удалить у нас обоих следы его ошибки.

– Вот.

– И чего тут такого? – он и глазом не ведет.

Ни один мускул на лице не дергается. Надо же, какое самообладание. Или… правда не виноват?..

– Обычное напоминание о встрече деловому партнеру.

– Ты написал «целую», – холодно бросаю я, чувствуя, как горло сдавливает комок. – Ты со всеми партнерами так любезен?

Андрей смотрит на скриншот, потом на меня. Его лицо становится спокойным, почти равнодушным, а уголки губ поднимаются в едва заметной улыбке.

– С женщинами очень часто, – отвечает легко, убирая телефон в карман. – Это важная часть деловых отношений, моя ревнивая жена. Я им еще и подарки делаю на федеральные праздники. Цветы, шампанское, конфеты. Ну, не я делаю, а компания, но некоторым я вручаю их лично, – он мне подмигивает.

И выглядит таким искренним, таким расслабленным и… невинным, что я начинаю сомневаться в себе.

Сомневаться в том, что в этом сообщении есть какая-то крамола, которая показалась мне, когда я его получила.

Если прочитать с другой интонацией, в нем, действительно, ничего такого нет…

– Ты же понимаешь, что это ничего не значит, Ксю? – его голос обволакивает меня, действуя так же, как и двадцать с лишним лет назад. – Я только твой. И, уж прости, я еще не сошел с ума, чтобы бросаться на юных красоток.

Его улыбка становится шире, он поднимает руку и аккуратно убирает прядь волос с моего лица.

– Я люблю выдержанное вино, а не первогодок, – добавляет он, приближая лицо к моему.

Он целует меня. Нежно. Так, как целовал всегда, когда хотел, чтобы я забыла обо всем. Обо всем, кроме него. Его губы теплые, почти успокаивающие.

Он отстраняется и смотрит мне в глаза. Я вижу в них просьбу: верь мне.

И я неожиданно верю.

И в тот же момент чувствую, как накатывает жгучий стыд за то, что я была так опрометчива. Как могла я подумать, что он неверен мне? Как могла усомниться в нем?!

Мой Андрей… Нежный, любящий, моя половинка и крепкое надежное плечо… А я позволила какому-то сообщению выбить меня из равновесия, заставить поверить в…

Даже про себя повторять стыдно!

– Прости, – шепчу я, отводя взгляд.

Он улыбается, целует меня в лоб, как утром.

– Все хорошо, моя Ксюша. Все хорошо.

Берет меня за руку и ведет к выходу из отеля.

И его рука такая горячая, такая сильная и уверенная, что и мне передается эта уверенность.

И хоть на сердце все равно неспокойно, я обещаю себе, что справлюсь. Ради нашей семьи.

Когда мы оказываемся в машине, телефон Андрея звонит.

– Да, – отвечает, и я слышу голос Ани:

– Пап, привет. Мама улетела? Что-то не могу до нее дозвониться.

Глава 4. Бойтесь желаний

Алиса недовольно дергает молнию своей куртки, стоя в очереди на посадку. Каждое ее движение, каждая эмоция на лице будто кричат: «Какого фига я вообще здесь забыла?!»

И невербальным протестом она не ограничивается.

– Что мне делать в этом вашем Калининграде? – бурчит она, скрестив руки на груди и недовольно зыркая вокруг.

– Там красиво, – отвечаю я терпеливо. – Есть на что посмотреть.

– Я там уже была, и все стоящее уже посмотрела, – тут же отбивает она мою реплику.

– Значит, посмотришь на сестру и родителей, – отрезаю строго и медленно выдыхаю, стараясь унять поднимающееся раздражение.

И есть с чего беситься – эти капризы я выслушиваю с утра, с тех пор как мы решили, точнее, Андрей, забив на все важные дела, решил, что мы должны ехать к Ане все вместе. А раз все, значит, Алиса тоже.

Его решение меня насторожило.

Несмотря на то, что я пытаюсь верить Андрею, на то, что его поведение там, в холле отеля, было очень убедительным, слабые ростки сомнения все равно пробиваются сквозь мою веру, и она надламывается, покрываясь трещинами, как тонкая корка льда под ногами.

Да, муж был очень убедителен. Он был совершенно спокоен, как был бы спокоен невиновный – ни тени страха, ни капли вины. Поэтому я поверила ему, позволила увести меня оттуда, но что-то внутри все равно не дает мне покоя. И я не могу вести себя с ним как раньше, как будто ничего не случилось.

Не могу.

И, возможно, он это заметил и именно поэтому решил вдруг полететь со мной.

Андрей, который всегда ставил работу на первое место, внезапно отменяет встречи, которые еще вчера были слишком важны, чтобы вопрос поездки вместе даже не поднимался, и предпочитает провести время с семьей.

Почему?

Что он пытается этим доказать? Или просто хочет усыпить мою бдительность?..

«Смотри, дорогая, я верен тебе!», но именно эта демонстрация и заставляет думать об обратном.

Эти мысли подтачивают мою уверенность, потихоньку грызут меня изнутри, но потом я смотрю на Андрея, вновь вижу своего мужа, любимого и ни разу не дававшего повода усомниться в нем, повода ревновать его, и вновь думаю, что мне все это показалось. Я сама себе все придумала.

– Вот счастье привалило, – язвит Алиса и возмущенно цокает, но я даже не смотрю в сторону дочери – просто расстегиваю сумку, проверяю паспорта, билеты.

Мне сейчас хватает забот и переживаний и без ее подросткового бунта.

Она всегда была больше папиной дочкой, чем моей, но раньше мы хотя бы ладили. Теперь же, с каждым годом находить с ней общий язык мне все сложнее.

Андрей, хмыкнув, наклоняется к дочери и произносит вкрадчиво:

– Зато увидишься с сестрой и побудешь с нами. Ты же сама обижалась, что я мало времени тебе уделяю. Вот, на пару дней я весь твой.

– Это было сто лет назад! – фыркает его любимица, но уже не с такой агрессией – его слова всегда значат для нее больше, чем мои, даже если мы говорим одно и то же.

Я часто пользуюсь этим, когда мне что-то нужно от нее – отправляю на переговоры с ней Андрея. И он всегда добивается от нее всего, что нужно.

Это его дар – он умеет найти нужные слова, подобрать правильную интонацию, найти подход и расположить к себе любого. Особенно женщину. Его природному обаянию невозможно сопротивляться. Когда-то я тоже не смогла устоять.

И влюбилась по уши.

В салоне самолета Алиса сразу занимает место у иллюминатора, вставляет в уши наушники, отворачивается от нас и беззвучно подпевает. Даже слегка пританцовывает в кресле. Когда приносят еду, я протягиваю ей поднос, но дочь лишь слегка качает головой и вновь отворачивается, не удостоив меня ответом.

Я смотрю на нее, раздраженно вздыхаю, но сказать ничего не успеваю – Андрей останавливает меня.

– Ксю, не дави, – просит тихо. – Она просто подросток. Мы же сами такими были.

Я вскидываю на него негодующий взгляд:

– Такими, – стреляю глазами в дочь, – не были!

Андрей улыбается. Его взгляд скользит по моему лицу, потом он наклоняется к моему уху и шепчет, почти касаясь кожи:

– И не такими были...

Я сразу отстраняюсь – все еще чувствую себя скованно от его прикосновений, стараюсь их по возможности избегать, так, чтобы это не бросалось в глаза, – с натянутой улыбкой и, взяв в руки бумажный стакан с томатным соком, прячу в нем лицо.

В этот момент Алиса оборачивается и бросает язвительно:

– Может, в туалетной кабинке уединитесь? Вам прям надо.

Я мгновенно вспыхиваю, вдыхаю глубже, готовая отчитать ее за грубость, но Андрей прикладывает палец к моим губам:

– Оставь ее. Пусть ворчит. Главное, мы в наш день будем вместе, как ты и хотела. Всей семьей.

Я сжимаю губы, но ничего не отвечаю. Поднимаюсь с места и на самом деле ухожу в сторону туалета. Просто хочу быть подальше от них обоих. От нее, потому что осознала, что очень хочу ее ударить за это хамское поведение, а от Андрея, потому что…

Потому что.

Мне трудно столько времени находиться так близко от него.

Он сказал «будем вместе», как я хотела. Как тут не вспомнить древнюю мудрость «будьте осторожны в своих желаниях»?

Я хотела и получила, только сейчас мне это не надо.

После случившегося вчера, после этого сообщения, подорвавшего незыблемость моего доверия к мужу, поездка к дочери одной стала бы для меня передышкой, дала время подумать, разобраться в себе. Теперь я не знаю.

Не знаю, пройдет ли когда-нибудь это ощущение скованности, забуду ли я то, что чувствовала вчера, когда думала, что муж изменяет мне…

Как, вообще, это можно забыть?!

Но и жить вот так, в сомнениях и подозрениях, тоже нельзя. Нужно как-то избавляться от этого психоза. Я либо верю Андрею, и мы живем как раньше, не шарахаясь друг от друга. Либо нет, и мы… разводимся?..

Эта мысль повергает меня в ужас.

Развод – это… Это страшно. У нас же дочь! Вообще-то две, но одна уже живет отдельно. А вторая – неуправляемая оторва. Одна я с ней просто не справлюсь, она не слушает меня, я для нее не авторитет. Но и отдать ее Андрею я не могу. Она же моя дочь!

Боже! О чем я думаю?

Я уже развожусь с Андреем и делю с ним Алису?!

Даже не зная точно, изменяет он мне или нет?

Я точно схожу с ума.

И чтобы этого не произошло, мне нужно до конца во всем разобраться.

Я должна все выяснить и поставить точку в этой истории.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю