Текст книги "Расплата за измену. Случайная беременность (СИ)"

Автор книги: Юлия Рябинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)

Женя срывает с меня одежду, устраивается между моих, широко раскинутых бедер и сразу врывается в меня, заполняя собой полностью, до звонкого шлепка, плоть.

– Боже! – срывается стон с моих с губ, когда член парня покидает мою разгоряченную влажную глубину и снова грубо и дерзко врывается.

Мою кожу покрывает испарина, а тело прошибает мелкий озноб.

– Же-е-ня! – выкрикиваю имя парня, который таранит меня с дикой скоростью, выбивая изо рта громкий крик, лишая остатков здравомыслия.

Уже через несколько минут дикой, необузданного секса меня разрывает крышесносный оргазм.

Перед глазами взрываются череда ярких вспышек.

Волна за волной меня накрывает наслаждением и я улетаю в космос. Самый настоящий, живой. Теряюсь в невесомости и обнимающей мое трясущееся тело, тугой пустоте. Когда через несколько секунд после забвения ко мне возвращается чувствительность, ощущаю огненную вспышку внизу живота, распахиваю глаза.

Женя содрогаясь, мощно кончает … в меня.

Осознание того, что после таких неосторожностей рождаются дети происходит почти моментально:

– Женя, – зову пересохшими губами к парню.

Женя тут же открывает глаза. Взгляд фокусируется на моем лице мгновенно:

– Прости, – хрипло произносит и его пульсирующий член покидает мое воспаленное лоно, чувствую как следом, вытекает горячая струйка спермы.

– Черт! – закатываю глаза и оттолкнув парня, поспешила в ванную.

– Да не переживай так, Марин. У меня не может быть детей, – бьет в спину признание Жени и я как вкопанная замираю в дверном проеме. Проходит целая вечность, как мне кажется прежде, чем я делаю шаг и все же скрываюсь за дверью.

Глава 5 Черновик

Глава 5 Черновик

– Эй, ты точно умеешь кататься? – Женя присаживается передо мной на корточки и помогает застегнуть крепление лыжного ботинка.

– Да умею я. Сколько можно повторять?! – наигранно возмущенным голосом отвечаю парню. – Просто давно не практиковалась, – добавляю уже чуть тише.

Женю конечно забавляет мой ответ и в мой адрес летят ироничные шуточки.

Я не обращаю на них внимания. Меня до сих пор не отпускает признание парня. После того, как вышла из ванной, Женя меня поджидал за дверью, я и пикнуть не успела, как он потянул меня на кухню, усадил за стол и заставил съесть приготовленный им завтрак. Но так как мысль о его бесплодии не давала мне покоя, я не сдержала любопытства и все же задала ему мучающий мое внутреннее любопытство вопрос: это шутка, – отмахнулся он от меня, – я так сказал, чтобы ты не паниковала.

Но по тому как в его голосе не было и намека на веселость, я поняла, что это все таки правда, и она неприятная для Жени. Больше я к нему с этим вопрос не лезла. Решила все спустить с тормозов и поддаться той сладкой эйфории, которая закружила голову. Женя оказался очень внимательным молодым человеком. В том пакете который он мне принес оказалось нижнее белье и термоодежда. На мой удивленный взгляд, он мне напомнил, что мы приехали сюда не только для того, что заниматься круглыми сутками, как кролики сексом, но и повзаимодействовать с природой. Одним из более доступных для нас развлечением оказались лыжи.

– Значит так, – Женя встал первым в уже хорошо накатанную лыжню. – Я пойду первым, спешить не буду, ты тоже не спеши. Если вдруг будешь отставать, то обязательно дай знать. Договорились?

– Хорошо, – киваю в ответ и натягиваю на лицо шарф.

Лыжные костюмы взяли на прокат, а вот все остальное пришлось приобрести в постоянное пользование. Перчатки, лыжные шапки и очки – все останется нам на память.

Сердце шумно застучало в груди, когда мы начали движение. На первый взгляд все кажется не так уж и страшно. И уже через несколько секунд я приноровилась к темпу и начинаю скользить вслед за Женей. Вначале все идет замечательно, вот только я настолько сосредоточена на движении ног, что совсем не замечаю окружающую меня красоту. Зимний лесной пейзаж проскальзывает мимо, оставаясь за спиной плотным зеленым ельником одетым в пушистые белые шапки.

Я иногда поднимаю глаза, чтобы убедиться, что Женя впереди. Мне хватает мгновения, чтобы оценить, как парень легко и непринужденно скользит по извилистой лыжной колее, у меня закрадывается подозрение, что Женя частенько бывает на лыжных курортах. Я прикладываю максимум усилий, чтобы расслабиться и получать удовольствие, но… внезапно все меняется. Деревьев становится больше, а расстояние между ними уже. Я не сразу замечаю, что скорость начинает нарастать, а спуск становится круче.

– Женя… Женя, – зову парня, но выходит слишком тихо. У меня в глазах начинает рябить от частых стволов елей и яркого белого цвета. Щурю глаза и только что остается, это усердно следить за извивающейся между стволами колеей. Меня охватывает паника. Дыхание забивается в горле непробиваемой пробкой. Делаю несколько рваных вдохов обжигающего морозного воздуха через нос, чтобы хоть как-то затормозить надвигающийся ужас. Мне становится жутко от того, что нахожусь в неизвестности. Я боюсь представить что ждет меня впереди. Насколько крутым будет спуск? Смогу ли я справиться? А если нет, что будет?

Еще меня пугает и то, что Женя ушел слишком далеко. Мне бы окликнуть его, позвать, но у меня сдавило от спазма горло. И все звуки застряли внутри.

лыжная колея делает новый крутой изгиб и ныряет под опустившуюся от тяжелой шапки снега ветку. Я присаживаясь прижимаю палки к бокам, вжимаю голову в плечи, корпусом поддаюсь вперед. Я однажды видела такую позу у лыжников по телевизору. Хочется еще и глаза закрыть, но вряд ли это будет правильное решение. Поэтому эту мысли откидываю прочь. Мгновение и с разгона врываюсь в пространство под веткой. Лицо сразу обжигают колкие снежинки, причиняя легкий дискомфорт, но это все уходит на задний план, потому как лыжная колея резко уходит вниз. У меня захватывает дух.

А сердце предательски ёкнув от страха уходит в пятки. Пальцы рук судорожно сжимают лыжные палки и я до боли закусываю губу, чтобы не закричать. Ну, Женя! Ну, сволочь! Если останусь жива придушу как только доберусь до его шеи.

– Аа-а-а!

Крик сдержать не удается, когда подкатив к краю горки стремительно полетела вниз. Мне кажется в этот миг я испытала наивысшую точку ужаса. Перед глазами все расплылось от неконтролируемо текущих слез. Изо рта же сыпался трехэтажный мат, вперемешку с угрозами в адрес одного молодого барана, который меня уговорил прокатиться на этих чертовых лыжах.

– Марина!

Громкий оклик Жени совсем рядом. На меня действует отрезвляюще. В голове как будто предохранитель врубается. Смаргиваю пелену и отчетливо вижу перед собой растянутую полосу яркой ткани. Надо же, – в голове мелькает мысль о том, что от страха, я даже ее не заметила….

С силой врезаюсь в мягкую преграду и на короткое мгновение теряю связь с реальностью, падаю.

– Твою мать! – сквозь вату в ушах слышу тревожный голос Жени. – Я вас за это засужу.

– Да, что вы разволновались?! – возбужденно отвечает незнакомый мужской голос. – Все с вашей девушкой будет в порядке. Не первый раз уже с таким сталкиваемся. И вообще, нечего искать виноватых. Нужно было обратиться к администратору или инструктору прежде чем начинать спуск…

– Что?! – угрожающе рычит Женя. – Вы сейчас пытаетесь нас выставить виноватыми? Да, я …

Боже! Да, что же за наказание?! Покоя видимо мне не светит в ближайшее время! Открываю глаза и пытаюсь пошевелиться, тем самым давая понять присутствующим, что я очнулась и жива, а еще для того, чтобы понять, все ли со мной в порядке, все ли косточки на месте.

– Марина, – Женя нависает надо мной тут же, заглядывает тревожно в лицо. – Детка, как ты?

– Жива, – кряхчу, пытаюсь перевалиться на бок, но у меня это не выходит. Женя приходит на помощь.

– Ну, вот. Я же говорил, что все с вашей девушкой будет в порядке. Мы таких беспечных тут ловим чуть ли не каждый день!

Бравадно произносит мужчина в ярко оранжевой куртке и темных штанах.

Вот же ж гад. Да я чуть с ума не сошла пока катилась вниз, думала все, сердце от испуга разорвется.

– Беспечных!? – переспрашиваю. – Да у меня чуть сердце от страха не лопнуло!

Срывающимся от эмоций голосом проговорила.

– Ну девушка, – подбоченившись огрызается мужчина, – так а кто вам виноват? Вы сами себя подвели своей невнимательностью…

– Ай, – вскрикнула, когда Женя потянул меня за руку, чтобы помочь встать.

Мужчина тут же переменился в лице:

– Что такое? Что-то болит? – закудахтал он, подскакивая ко мне, подхватывая под талию.

– Нога! Нога!

– Твою дивизию, – шипит Женя, – отпусти.

Бросает убийственный взгляд на мужика и поднимет меня на руки.

– Давайте сюда. Сейчас я вас в медпункт отвезу. Где нога болит?

Мужчина широко шагает перед нами. Женя следует за ним по пятам.

– Не знаю. Везде, – всхлипывая, морщась от нарастающей в ноге боли.

– Вот тебе и отдохнули, – бубнит под нос Женя. – Прости Марин – это я виноват.

– Конечно ты, а кто же? – отвечаю сквозь зубы, ни капельки не жалея его чувств. Мне сейчас так больно и жалко себя, что на чужие чувства плевать. Тем более Женя действительно виноват в том, что произошло.

– Я все компенсирую, Марин, – внезапно вся тревожность из голоса парня пропадает и он мне отвечает серьезным тоном.

– Конечно компенсируешь. У тебя выбор просто не будет, – подстегивает меня на колкости бурлящими в груди эмоции.

Женя на мое высказывание предпочитает не отвечать. И скорее всего не потому, что ему нечего ответить, а потому, что он экономит силы. Я это понимаю, по тому, как он начинает тяжело дышать, а на шее напрягаются тугими жгутами синие вены.

– Жень, хватит надрываться. Отпусти меня, я сама попробую идти, – делаю попытку пошевелиться в его руках, но парень только крепче прижимает меня к себе.

– Марин, сиди спокойно, – цедит сквозь зубы. – Уже пришли.

Я выворачиваю шею, натыкаюсь взглядом на снегоход стоящий рядом с небольшим домиком, сильно смахивающим на сторожевую будку.

– Сюда сажайте, – хлопает мужчина по сидушке позади себя.

Я с опаской поглядываю на чудо-транспорт. На снегоходе признаться честно, я еще ни разу не каталась.

– Жень, а ты с нами поедешь?

Заглядываю в глаза парню, когда он отпуская меня на землю, помогает усесться поудобнее позади мужчины-шофера или смотрителя, не разберешь.

– Нет, снегоход рассчитан на двоих, – отвечает вместо Жени мужик.

– Не волнуйся. Я не буду задерживаться, – откликается Женя, и уже не мне: – Поаккуратнее, на поворотах, – в голосе слышится неприкрытая неприязнь и скрытое предупреждение.

После слов Жени, по воздуху эхом разносится пронзительный рев мотора, и снегоход срываясь с места стремительно набирает скорость. Мне приходится вцепиться в куртку водителя, чтобы не свалиться. Стискиваю зубы, дабы хоть как-то стерпеть пронизывающую боль в ноге.

5.2Черновик

5.2Черновик

Мы сидим в полном молчании напротив друг друга. Женя медленно пережевывает кусочек мяса, отправленный в рот несколько минут назад. Я же, присосавшись к коктейлю, смотрю куда угодно, только не на него.

– Чего молчишь? – нарушает тишину в очередной раз Женя первым.

– А что я должна сказать? – шумно втягиваю очередной глоток жидкости через трубочку.

– Ну, не знаю, – пожимает плечами парень, – может ты вынашиваешь какой-то план, а меня не посвящаешь в него?! Может у тебя накопилась еще порция претензий или предложений по вопросу нашего отдыха…

– Ну что ты опять заводишься? – устало вздыхаю. – Ну сколько раз повторить мне нужно, что я переборщила… Но ты сам виноват. Нечего было разводить скандал – Россия – это не твои Штаты, у нас здесь законы другие.

В глаза парня я так и не смотрю, сосредоточила взгляд на подбородке.

– Интересно, какие? Наверно те, что позволяют уйти от ответственности?

– Ну что ты, как маленький, – цокаю на него, – что тебя не устраивает? Считай, что за свою невнимательность поживем на халяву несколько дней в самом дорогом местечке нашей области.

– Я в состоянии оплатить несколько дней проживания, Марин. Мне не нужны подачки…

– Жень, давай на этом закончим препирательства. Я и без того в не в лучшем состоянии как моральном, так и физическом. Если тебе так претит это, то ты можешь снять себе другой домик и не мешать мне наслаждаться благами, которые по карману богатеньких Буратин.

Женя с любопытством во взгляде обводит меня взглядом.

– Ты сейчас серьезно?

– Что именно? – переспрашиваю, не понимая на что направлен вопрос.

– Ну я совершенно не сомневаюсь в том, что твой отец может себе позволить отдохнуть здесь и это не будет для него каким-то нонсенсом. Насколько мне известно он достаточно состоятельный мужик.

– А при чем тут мой отец? – вспыхиваю. – В нашей семье немного по другому все заведено. Отец нам с Мишей и так для старта очень много дал. Точнее мне дал, – поправляю себя. – Квартиру. Мише работу, – загибаю пальцы, – машину помог купить. Дал мне на учебу денег и на поездку в Америку.

– Все, хорош. Я все понял, – поднимает руку вверх Женя. – А что муж? Раз уж твой отец дал ему работу хорошую. Разве он не работает хорошо, чтобы обеспечить своей жене достойный отдых?

Я открываю рот, чтобы заступиться перед Женей за Мишу, рассказать какой он замечательный муж и семьянин. Но потом тут же закрываю.

В памяти з несколько секунд словно документальным фильмом проносится недолгая наш с Мишей семейная жизнь. И вывод по этому я могу сделать только один. Миша на протяжении всего этого времени обманывал меня. Он пользовался мной. Моим отцом. И наверное Викой он тоже пользуется.

– Эй, Марин, ты чего зависла? – щелкает перед лицом двумя пальцами Женя.

– Что? Ой, да, – вздрогнув, очнулась от неприятного осознания, пристально посмотрела на парня. – Мой муж – это не твое дело. Я не хочу про него говорить. Тем более я не хочу про него говорить с тобой.

Хмуро щурю глаза. Вот надо же ему было все испортить.

Соскальзываю со стула, встаю придерживаясь за грядушку, врач сказала если буду предельно бережно относиться к вывиху, то через пару дней все пройдет. Вот и пытаюсь следовать ее указаниям.

– С меня довольно разговоров, Женя. Свою личную жизнь хочу оставить при себе, если позволишь…

– А если нет? – тут же парирует парень.

– Что? – в недоумении вскидываю бровь вверх, и как то на сердце становится неспокойно от того, каким тоном он это произнес.

– Ну, я про твою жизнь Марин. Если не оставлю я твою личную жизнь в покое. Если захочу в ней принимать активное участие. Что тогда?

– К чему ты клонишь? Я не понимаю!

Сердце ухает куда-то вниз, когда парень стремительно приблизившись ко мне встает так близко, что чувствую жар его мускулистого тела. Трепетные вибрации расходятся под кожей тонкими пощипываниями. Дыхание сбивается на поверхностное.

– Пока сам не пойму, – скользят горячие ладони по плечам, по шее, вверх, длинные пальцы обхватывают челюсть, сжимают. приподнимая голову мою голову вверх, так чтобы наши взгляды встретились.

– Женя. Хватит. Ты меня… пугаешь.

Мой голос срывается. Ресницы дрожат, как будто на них подул легкие ветерок.

– Пугаю?! – уголок влажных губ парня поднимается вверх, а его лицо приближается становясь на несколько сантиметров ближе ко мне, заставляя мое сердце учащенно забиться где-то в районе живота. – Не уж то такой страшный, Марин?

– Женя, – срывается на стон мой голос, когда он подавшись бедрами вперед, упирается в мой живот и я чувствую внушительную выпуклость в районе его паха.

– Что?! Что прикажешь мне делать с этим, Марин. И понимаешь: влечение с каждым часом, проведенным рядом с тобой, только сильнее становится.

Я не хочу его слушать. Не хочу. Не готова. Его признания мне не нужны. Я не готова к ним. Пытаюсь отстраниться, но делаю только хуже. Загоняю себя в ловушку. Женя мгновенно пресекая мою попытку, заключает меня в кольцо рук, расставляя ладони по обе стороны от меня. Упирает их в столешницу барной стойки.

– Жень – это все твои фантазии. Я не знаю, что тебе сказать. Но тебе же будет лучше, если ты поубавишь свой пыл. Я не могу тебе ответить взаимностью, – скороговоркой проговариваю на одном дыхание целую тираду.

– Разве не можешь? – лукавство сверкнуло в глазах парня и он впился в мои губы жадным поцелуем. Меня окатило волной желания. Я предприняла еще одну попытку, скорее для приличия, что вырваться, но она не увенчалась успехом.

Женя перехватив мой затылок, нетерпимо протолкнул язык в мой рот, овладевая не только моей плотью и моим языком, но и моим сознанием.

В голове все поплыло, затуманилось. Закрыла глаза. Закинула руки на плечи парня, вцепившись в его затылок так крепко, как будто это был мой единственный оплот который меня удерживает в этой реальности.

Мысленно я уже смирилась с тем, что Женя для меня значит нечто большее чем просто секс на одну ночь по случайности и была уже в шаге от того, чтобы признаться, когда вдруг парень отпускает меня. Отступает на два шага назад. Тяжело дыша, произносит коротко:

– Ты знаешь, Марин. Я думаю ты права. Сейчас понимаю, что права. Мне нужно и правда о многом подумать. Зря я тебя сюда притащил. Хотя, – он замолкает, а у меня от его слов давление в крови поднимается. В ушах начинает шуметь.

ЧТо все это значит? Что он задумал? – молниеносно пронеслось в голове.

– … что Женя? – хриплым от волнения или нет, все же от возбуждение, потому как у меня в трусиках настоящий пожар и потушить его может только один человек, и он сейчас стоит передо мной и хочет произнести то, что мне явно не понравится.

– Если бы не привез, не выяснил для себя некоторых обстоятельств. Но я хочу взять небольшую паузу, чтобы разобраться кое в чем, Марин. Давай вернемся в город.

– Вернемся в город, – повторяю за ним и не верю в то, что слышу. – И как это понимать?

– Как есть, детка. Ну ты же хотела домой, я тебя отвезу. Тем более у тебя травма. Тебе нужно себя беречь, а рядом со мной, вряд ли это получится, – Женя отходит еще на несколько шагов, направляется к выходу. – Ты собирайся, а я пообщаюсь с администрацией… Улажу все вопросы…

– Нет, стой!

Получается слишком громко, но эмоции контролировать в такой ситуации не так уж и легко.

– Стой, Жень. Это… это не справедливо. Я не хочу уезжать, – я спотыкаюсь на слове, прежде чем произнести последнюю фразу.

У Жени на лице за одно мгновение меняются эмоции на лице: от неверия, до непонимания. Но последнее, что застывает маской мне абсолютно не нравится, холодное, жесткое, как будто он все уже решил для себя.

– Извини, Марин, – бросает скупо, прежде чем покинуть гостевой домик.

5.3

5.3

Спорткар Женя останавливает напротив подъезда. Это может значить только одно. Домой провожать не будет – уедет сразу. Ну что ж. Раз так, не буду его задерживать.

Молча открываю дверь и выхожу на улицу. Женя в мою сторону не смотрит. Старательно отводит взгляд.

– Пока, – произношу скрипучим голосом, царапающим небо.

– Угу, давай, – откликается Женя, продолжая игнорировать меня.

Аккуратно закрываю дверь и делаю шаг назад. Машина срывается с места, поднимая облако белой пыли, которая залепляет мне лицо. Слезы непроизвольно наворачиваются на глаза. Я так и не поняла, что произошло. Женя всю дорогу играл в молчанку: ни слова, ни полслова. Я несколько раз пыталась с ним заговорить, но натыкалась на холодные брошенные вскользь ответы. А потом парень врубил музыку на ту громкость, которая не позволяла мне больше проронить ни слова. Сам же он полностью сосредоточился на дороге.

Медленно разворачиваюсь, направляюсь к подъездной двери. Стискиваю в кулак ручки пакета, в котором лежат купленные для меня Женей вещи. Обида на парня вспыхивает в тот момент, когда под слоем снега не замечаю льда, и как я могла забыть об этой опасности, наступаю на него больной ногой, не удерживаясь скольжу вперед и плюхаюсь со всего маху на задницу, второй раз ударяясь копчиком.

– Ай! – вырывается изо рта, когда острая боль простреливает поясницу и сдерживаемые слезы прорываются наружу.

– Эй, надо быть аккуратнее, – слышится знакомый голос над головой и прежде чем я успеваю посмотреть на его обладателя, меня подхватывают крепкие руки под мышки и с легкостью поднимают на ноги.

И только, когда я оказалась в вертикальном положении, перевела взгляд на говорящего.

– Спасибо, – буркнув под нос, попятилась к лавке, на которой лежала шапка снега.

Мне необходимо было дать немного успокоиться ноге для того, чтобы совершить следующий марш-бросок уже до дома.

– Да всегда, пожалуйста, – улыбается мне тот самый дерзкий подросток, которого я встретила несколько дней назад в подъезде. – Может помочь? Вы же в этом доме живете?

Его тон и общение абсолютно отличаются от того, какими они были в тот вечер. И сейчас я вижу перед собой вместо дерзкого, наглого подростка отзывчивого и доброго паренька, готового прийти на помощь. Вот только меня не проведешь. Я уверена, что это маска. И ей не стоит доверять.

– Не нужно. Я сама справлюсь, – кряхтя, подхожу к лавке, смахиваю снег и усаживаюсь на холодное дерево.

– Ну, ок. Понял. Не буду надоедать, – пожимает плечами и, круто развернувшись через несколько минут, исчезает из зоны моего видения.

Немного придя в себя после падения, я пробую встать. Убедившись, что нога в относительном порядке и я могу идти, направляюсь к двери. Ощутимо при этом прихрамываю. Закусив губу, чтобы еще не стонать, я прикладываю все усилия, чтобы от бессилия не разрыдаться прямо здесь.

Приложив “таблетку-ключ” к замку домофона, перехватила пальцами ручку и уже приготовилась и собрала силы, чтобы открыть ее, и тут вдруг рядом с моими пальцами ложатся чужие, мужские. От неожиданности вздрогнув, кидаю за спину испуганный взгляд.

– Я все же помогу, – звучит прямо над мной головой голос все того же подростка.

Он открывает дверь и подталкивает меня внутрь.

– Я же сказала, что справлюсь. В чем дело? – нетерпение звучит в моем тоне, когда прислонившись спиной к стене, останавливаю свой взгляд на его лице.

– Да ни в чем, – он нагло оглядывает меня с ног до головы своим цепким взглядом. – А это же ты, точно не ошибся, та, которая мусор на ночь выносила, а потом куда-то исчезла.

Черт! Мне вдруг стало так стыдно, что вспыхнуло не только лицо, но загорелись и кончики ушей.

– А твое какое дело? Да и вообще, что за допрос? Ты кто такой? – задала вопрос и не дожидаясь ответа, начала взбираться по лестнице.

– Да никто. Так, залетный, – усмехнулся.

– Вот и лети дальше, птенчик. Чего привязался? Я же не просила помощи, – грубо отшиваю мальчишку.

Но тот внезапно оказавшись рядом, поддерживая меня под локоть, помогает подняться.

– Да, ладно тебе, я же просто помочь, от души хочу, – бубнит под нос.

– Послушай меня, пожалуйста, – вырываю руку, поворачиваюсь к парнишке и замечаю как в его глазах вспыхнул интерес.

– Костя, – перебивает меня наглец.

– Что?

– Меня Костя зовут, а тебя Марина, я знаю, мне Лизка сказала, – поясняет, видимо, на моем лице застыл вопрос.

– Хорошо, – делаю глубокий вдох, – хорошо. Костик, значит. Так вот. Я не знаю, что у тебя в голове и что тебе от меня нужно, но скажу один раз – отстань от меня. Я замужем и если ты не хочешь разборок с моим мужем, то лучше не приставай.

От переизбыточных эмоций, с которыми я произносила эту речь, дыхание сбилось, стало прерывистым. Под тяжелым взглядом подростка я проковыляла к лифту, нажала на кнопку:

– И еще раз спасибо за помощь, – бросила через плечо, прежде чем зайти в кабинку.

Кабина лифта поднималась вверх, а меня начинало трясти от медленного, но неумолимого осознания того, что моя жизнь вдруг в одночасье перевернулась с ног на голову.

Мне даже вдруг показалось, на короткий момент, что меня кто-то сглазил, навел порчу. Да, это глупо, это бред, но другого объяснения всей этой чертовщине, что твориться со мной, я просто не могла придумать. И этот подросток, которого я встретила внизу, тому яркое подтверждение.

Остановившись на этаже, лифт выпускает меня из своего тесного пространства, я торопливо выхожу из кабинки.

Прихрамывая, подхожу к двери. Вставляю ключ в замок и в какой-то момент понимаю, что что-то идет не так. Ключ в замочной скважине не двигается. Как будто застрял, не провернешь. В непонимании пытаюсь открыть дверь, дергаю за ручку, но та не поддается.

– Марин, хеллоу, – голос соседки отвлекает меня от попыток открыть дверь, поворачиваюсь к ней лицом и присвистываю, так как у нее под глазом красуется огромный фиолетовый фингал.

– Где ты успела, Нюр?

– Да что у нас, углов что ли мало, – отмахивается соседка и, позвякивая бутылками в пакете, подходит к своей квартире. – Тут твой Мишка замки поменял, не знала что ли?!

Как будто между прочим спрашивает соседка, в мою сторону не смотрит, как будто ей не интересна моя реакция.

– М-да, и как давно? – уперевшись в стену плечом, обращаюсь в ее сторону.

– Слушай, Марин, вот не скажу точно, но вроде бы вчера, – почесав лоб, выдала соседка.

– Ясно, – киваю и этот момент слышу, что за дверью кто-то копошится, следом щелкает замок и дверь открывается.

С замиранием сердца цепляюсь за ручку и дергаю дверь на себя с силой, вырывая ее из пальцев Миши.

– Ну что, нагулялась? Че приперлась-то, тебя здесь не ждут.