Текст книги "Расплата за измену. Случайная беременность (СИ)"

Автор книги: Юлия Рябинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 22 страниц)

Глава 25(черновик)

Глава 25(черновик)

– Ты уверена, что хочешь все продать?

– Угу, – кивая прячусь взгляд за ароматным паром, поднимающемся от горячего чая.

Ванесса сидит напротив. Изучает документы, которые несколько часов назад мы забрали у юриста.

– Тут еще не вышел срок. Вдруг что-то пойдет не так?!

Я понимаю почему Ванесса пытается меня сбить с намеченного курса. Она ищет деньги. Деньги для того, чтобы выкупить бизнес отца. Но я твердо намерена избавиться от прошлого и шагнуть в то будущее, которое я построю сама.

После смерти Михаила прошло уже пять с половиной месяцем. Мы с Женей сменили место жительства, а точнее мы переехали жить к нему. Жениной бабушке стало хуже и когда муж сообщил об этом я не задумываясь собрала вещи и мы перебрались жить в Америку.

– Когда думаешь вернуться в Россию? Думаю, что тебе необходимо повидаться с сестрой, да и для того, чтобы выгодно продать недвижимость лучше будет если ты лично будешь общаться с риэлторами и следить за процессом.

Пожав плечами, делаю еще один глоток. Опуская чашку на столешницы, кладу руки на округлившийся животик. Еще не сильно заметный.

– Мы с Женей еще не думали об этом. Сначала позвоню Вике. С ней обсужу детали. Не хочу чтобы сестра осталась с голой задницей. Жаль, что отец так и не объявился. Он мог бы все решить, – говорю с сожалением.

Ванесса меняется в лице. Но через секунду берет себя в руки и продолжает.

– Марина, не спеши с продажей бизнеса. Ты же знаешь, что я хотела бы выкупить его. Мне он дорог не только как способ для зарабатывания денег, но и как память о твоем отце.

Отвожу взгляд. Ванесса – хитрая лиса. Она не только мне таким образом на жалость давит, но и Жени. Ведь в свете последних событий, слияние фирм так и не произошло. Отложили это дело на неопределенный срок для того, чтобы не распугать акционеров и инвесторов.

– Привет, любимая. – звучит родной голос за спиной и легкий поцелуй путается в волосах на макушке расплываясь теплом по коже. – Ну, что? Все в порядке?

Женя садится рядом со мной и кивает на документы которые до сих пор находятся в руках Ванессы.

– Да, все составлено и обыграно грамотно. Я вот только переживаю за то, что не рано ли вы выставляете на продажу бизнес?

– А сколько тянуть? Мы с Мариной уже все обсудили. Продолжать заниматься бизнесом мы не намерены. Хотим открыть что-то другое…

– Например?! – блеснул живой интерес в глазах женщины.

– То что будет по-душе мам, а не только ради денег. Я прав, малыш?

Женя неосознанно кладет ладонь мне на живот. И начинает нежно поглаживать. У меня от его прикосновений кожа покрывается мурашками, и волосы на затылке шевелятся от удовольствия.

– М-гу, – киваю и чтобы отвлечься от нарастающего возбуждения, беру чашку с чаем делаю большой глоток.

Чертовы гормоны в последнее время не дают мне нормально жить. Дико хочу секса и это меня расстраивает потому, что с каждым разом все труднее сдержать потребности. Мне мой доктор сказала, что это нормально. И рекомендовала не зацикливаться, но я увы такой человек, что меня это жутко нервирует и стесняет.

– Я же радею ради вас молодежь. Сегодня поторопитесь, а завтра пожалеете, – раздражается женщина.

– Мам, на ближайшем собрании я сообщу о том, что хочу продать пакет своих акций. Вопрос закрыт.

– А как же я?! Ты подумал обо мне?

– А ты обо мне думала? – задает встречный вопрос Женя, чуть подавшись вперед, нависая над столом. – Почему не думала тогда, когда с отцом развелась из-за прихоти? А позже заставляла смотреть, как он воспитывает чужих детей, не меня. Ты когда обо мне думала? Или о Джесс ты думала? Все. Разговор окончен. Если есть деловые предложения, на ближайшем собрании можно будет обсудить. Пойдем, Марин. Бабуля звонила, ждет нас на обед.

Я обескураженная перепалкой Жени и Ванессы, суетливо встаю со стула. Мне становится жутко стыдно и грустно, что я оказалась свидетельницей ссоры. Я знаю, что Женя обижен на свою мать, но не понимала, за что. Меня гложет обида за него, но я не знаю, как ему помочь.

Женя берет меня за руку и мы направляемся к выходу.

– Женя! Я позвоню, – доносится до нас голос Ванессы прежде чем за нами закрывается дверь.

– Женя, мне жаль ее, – грустно вздыхаю.

– Марин, не начинай. Ты у меня слишком мягкосердечная стала. Я же смотрю на вещи реально. Как ты не можешь понять, Ванесса – делец. Она за хороший куш может продать не только свою мать, но и детей… Настоящая акула.

Мы пересекаем мейн-стрит на другой стороне которой Женя оставил машину и внезапно мой взгляд цепляется за знакомый силует. Боже! Прикрыв рот ладонью таращусь на мужчину, который так же, как и я, ошеломленный встречей застыл возле небольшого кафе с заниженным ярким козырьком.

Внезапно все звуки смолкают и кажется, что мы остались вдвоем. Молчаливый обмен взорами длиться всего пару мгновений, но уже по тому, что я вижу понимаю, отец недоволен, он в ярости. Рот перекосил злой оскал. Он поспешно делает шаг в тень навеса, поворачивается спиной, и как будто пытается закрыть собой кого-то, но поздно… Я ее успела заметить. Джесс и маленького мальчика ручку которого она крепко сжимала в своей руке. Молодая. Улыбчивая. Счастливая. Она смотрит на отца, а потом вдруг тушуясь, прячет мальчика за спину и бросает короткий взгляд через плечо. Замечает меня. Сердце сбивается с ритма, когда вижу в ее глазах страх и отчаяние.

– Эй, малыш. Ты чего застыла? – дергает меня за руку Женя, тянет за собой. – Кого-то увидела?

Все происходит в считанные секунды. Женя прослеживая мой взгляд поворачивает голову в сторону кафе, но там уже никого нет. Отец и Джесс исчезли. Словно растворились в тени. Тряхнула головой и уже сама потянула Женю дальше, через улицу.

Оказавшись в автомобиле наконец-то смогла расслабиться. Но неприятное ощущение от встречи с отцом до сих пор морозило кожу.

– Замерзла? – заботливо спрашивает Женя, включает печку. – Почему дрожишь? Испугалась чего?

Женя вновь оглядывает цепким взглядом улицу в попытке увидеть опасность. Но ничего не происходит. Лишь несколько человек, спешащих на работу, проходят мимо нас. А меня одолевают сомнения стоит ли рассказывать мужу то, что видела…

– Марина, с тобой точно все в порядке? – беспокоится Женя.

Сглатываю сухость во рту, вглядываясь ему в лицо произношу:

– Жень, а у Джессики есть ребенок? – сердце замирает в груди в ожидании ответа.

Но мне кажется я уже догадалась по тому, как у мужа вытянулось лицо. Открылся рот, а потом закрылся. Женя сжал челюсть. Нахмурил брови.

– Откуда ты узнала? – буркнул и…

Вжух… Завел мотор.

– Я их только что с отцом видела. Вон там, – вскидываю руку указываю на кафе.

– Что?! Этого… не может быть?!

Женя хватается за ручку в двери.

– Они ушли, Женя, – вцепляюсь ему в предплечье. Останавливая.

– Но, почему ты не сказала? – удивленно вскидывает брови муж, вгрызаясь в меня настороженным взглядом. – Это поэтому ты остановилась?

– Прости, Жень, – вздыхаю и откидываясь на спинку кресла, пристегиваю ремень. – Я растерялась. Я была сильно удивлена и потом, – поворачиваю к нему лицо. – Мне кажется они не хотели, чтобы их кто-то видел. Отец был в ярости, когда понял, что я его увидела, а Джесс… Поверь она счастлива. У тебя красивый племянник, Жень. Я надеюсь они найдут в себе силы для того, чтобы снова вернуться. Я буду в это верить.

Положив ладонь поверх ладони мужа, сжала ее пальцами.

– Прости, что не рассказал тебе. Я и подумать не мог, что Джесс решится забрать ребенка, – Женя нахмурился и сжал мою ладонь. Настроение у него было не из лучших.

– Жень – это не твоя тайна. И мне она не нужна. Не переживай так. У Джессики своя жизнь. И она выбрала тот путь по которому пойдет. И не важно кто рядом с ней. Будь это мой отец или другой мужчина, главное, чтобы она была счастлива. Счастлива, как я. Ведь я уже нашла своего мужчину.

Опустила голову Жене на плечо улыбнулась. – Ты не забыл про свадебный подарок? Его уже сделали?

– Черт! Черт, – Женя отвлекается и целуя меня в макушку возвращает обратно на сиденье. – Совсем забыл. Джо уже звонил мне несколько раз. Только обещай, что подглядывать не будешь иначе мне придется завязать тебе глаза?!

Надуваю губки. Складываю руки на груди. Хмурю недовольно брови.

– Ладно не буду. Но только глаза не надо завязывать. Договорились!?

По тому как быстро мы ехали я поняла, что Женю и правда ждут:

– Все. Закрывай глаза и не подглядывай, – командует муж и я сразу же подчиняюсь его приказу. Зажмурившись, для убедительности еще и ладонями прикрыла лицо.

Автомобиль резко остановился. Дверь открылась – закрылась. Закусила губу в нетерпении. Святые угодники! Как же любопытно-то!? Не удержавшись, растопырила пальцы и уже хотела глянуть где мы, когда дверь машины открылась-закрылась и воздух салона наполнился каким-то приятным древесным ароматам.

– Ты обещала! – возмущается муж.

Хихикнув, плотно сжала пальцы.

– Прости. Больше не буду.

Автомобиль снова сорвался с места Женя погнал его вперед. Думала не выдержу этой быстрой езды.

Каждый раз на поворотах сердце заходилось от страха, что мы вот-вот разобьемся. Муж чтобы успокоить меня, сжал колено.

– Малыш, прекрати трястись. Скорость детская шестьдесят километров всего.

– Ты меня не обманываешь? – дрожащим голосом спрашиваю.

– Нет. А вот мы и приехали. Так, помни свое обещание. Глаза не открывать.

– Угу, – кивнула.

Сама же напряглась в приятном томлении. Что за сюрприз мне устроил Женя? Мне не терпелось узнать. Свадебный подарок?! Наверняка – да. Женя так убивался по этому поводу. Ведь как таковой у нас свадьбы не было. Скромное застолье… на двоих. Да и в ЗАГСе: только регистратор и снова мы вдвоем. В скорости после смерти Миши, мне необходимо было принять несколько важных решений: вступить в наследство и переоформить все документы. Но был один нюанс. Мы с Женей хотели пожениться как можно скорее, потому что любимый был категорически против того, чтобы наш малыш родился вне брака. А возня с документами могла затянуться на неопределенное время. Поэтому немного подумав мы решили пожениться. Подали заявление и нас расписали на второй день. Было одновременно и радостно в тот день и грустно. Вспомнилась шикарная свадьба с Михаилом, которая закончилась грандиозный провалом. Брак оказался недолгим, но весьма запоминающимся. В день свадьбы Женя пообещал, что позже сделает мне приятный сюрприз. Как поняла: день икс настал.

Муж помог мне выбраться из автомобиля. Подхватил на руки и куда-то понес. Спустя несколько секунд я почувствовала на коже прохладу и как будто стало темнее. Мы были в помещении и здесь работал кондиционер. Догадалась я.

– Женя. Хватит меня томить, – прошу сдавленным от возбуждения голосом.

– Потерпи, детка. Еще немного… Прибыли.

Женя ставит меня на пол и накрывая мои ладони поверх своими. Переплетает наши пальцы и отнимает руки от лица.

Приглушенный свет позволяет быстро привыкнуть глазам, на которые тут же наворачиваются слезы. Я становлюсь чересчур сентиментальной, – одернула себя, смахивая с ресниц слезинки. Но сердце так трепетало в груди от счастья, что казалось еще немного и я захлебнусь подступившей к краям любовью к мужу. Женя обнял меня сзади. Положил подбородок на макушку.

– Я знал что тебе понравится! – горячем шепотом обжог ухо.

Мы стояли на пороге шикарного гостиничного номера для новобрачных.

– Невероятная красота, Женечка! Спасибо!

С замиранием сердца разглядывала шелковые обои с рисунком из роз и васильков. Воздушные шторы небесной синевы, за которыми были видны окна в пол и шикарнейший вид на город.

В центре комнаты стоял огромный, в человеческий рост, дубовый стол, украшенный цветами.

Изысканная мебель, изысканные покрывала на кровати, на стенах – картины для влюбленных.

«Как в музее», – подумала и тут же покрылась румянцем, заметив под низким балдахином над изголовьем кровати картину с обнаженной парой.

– Надеюсь я не буду выглядеть несуразно на фоне этих совершенных тел? – улыбаясь подняла взгляд на Женю

– Глупышка ты моя, – Женя нежно провел по скуле согнутым указательным пальцем. – Ты для меня само совершенство. Самое прекрасное и чудесное, что может только быть на земле. Я люблю тебя, Марин. Люблю так, что душу готов дьяволу отдать, только бы быть с тобой.

– Женька! – всхлипнув, бросилась мужу на шею. И я … я тебя тоже люблю.

Мои слезы осушают мягкие губы мужа. Он крепко обнимает меня. И целует. Целует. Целует с такой жаждой, что кажется не может напиться свежей воды после нескончаемых блужданий по пустыне. Я люблю его. Люблю так, как никогда и никого не любила. И пусть весь мир пойдет к черту! Но я больше никому не позволю встать между нами! Я камень. Я скала. Я его любимая жена!

Эпилог

Эпилог

Боже! Кажется, я проспала! Вскакиваю с кровати и, ошалело, оглядываюсь по сторонам.

В комнате тихо и пусто. Меня тут же одолевает паника.

Накидываю на плечи халат и, путаясь в ткани, спешу к двери.

Дурында! Сегодня такой день! А я проспала! Нужно столько дел сделать! И вообще, почему Женя не разбудил меня? Куда он сам подевался?

Распахнув дверь спальни, охватываю единым взгляд все пространство, куда дотягивается взгляд. Никого.

Что, черт побери, происходит? Куда все подевались? И почему не разбудили меня?

Где-то глубоко в груди щиплет разгорающаяся злость. Это так неправильно?! Я же хотела, чтобы сегодня было все идеально. Двойное день рождение мы отмечаем первый год, и он такой знаковый, что я не могла все испортить. У Жениной бабушки-Софи, сегодня юбилей. Семьдесят пять лет! И нашей доченьке Софушке уже целый один годик. Так получилось, что София появилась на свет в тот же день, что и бабуля-Софи. Это был знаменательный день для нас. Мы с Женей над именем дочки думали долго. Перебирали. Но когда она родилась. Сомнения отпали. И дочку мы назвали в честь бабушки-Софи. Бабуля к правнучке прониклась с первой секунды, как только увидела ее, а позже произошло настоящее чудо. Бабуля-Софи встала с инвалидной коляски и вызвалась мне помогать. Ухаживать за правнучкой. Это было невероятно, но факт.

– Женя! – громко зову мужа, но его нигде нет.

Быстро передвигаясь по дому, нечаянно цепляю распахнутой полой халата острый уголок фотоальбома, который мы заполняли новыми фотографиями накануне, вечером. Невольная улыбка касается губ. Фотоальбом – это тот самый подарок, который Женя обещал подарить в тот день, когда мы нечаянно столкнулись на улице с отцом и Джесси. Сколько времени уже прошло, а отец, так и не объявился. Единственный раз, когда он дал о себе знать, в тот день, когда Женя забрал нас из роддома с дочкой: прислал огромный букет гербер. А вместо открытки с пожеланиями: три тысячи долларов. Я сразу поняла, что это отец по тому, что цветы он прислал те, которые любила мама.

Ах! И еще про один букет я забыла. Букет белых лилий. Эти цветы любила Вика. Он прислал их на похороны сестры. Грусть сковала грудь. Стоило только вспомнить о том, что сестры больше нет. Вика так и не смогла справиться с депрессией. Наглоталась таблеток, дурочка, спасти ее не удалось. На глазах выступили слезы. Боль одиночества кольнуло сердце острым шипом. Но… Сегодня не тот день, когда нужно грустить. Сегодня большой праздник.

Смахнула с ресниц набежавшие слезинки. Поставила альбом. Он будет хорошим напоминаем того, как долго Женя ждал момента, чтобы прийти и разрушить стеклянный замок лжи, в котором я жила все годы, находясь в браке с Мишей, одним поцелуем. Фото в альбоме об этом будут напоминать. Муж не поленился. Все запечатлел начиная с того самого момента, как впервые увидел меня. Но это было не в день свадьбы его матери и моего отца, а за несколько лет до того, как мы встретились лично. А до этого дня, чем только не занимался перед моими фотографиями Женя. Вспоминать стыдны. Щеки залились румянцев, стоило только вспомнить пошлые рассказы мужа.

– Извращенец, – не удержавшись буркнула под нос, – хорошо хоть это только в памяти мозга останется.

Неожиданно громкий звук со стороны заднего двора привлек мое внимание. Ох! А я ведь так запаниковала и испугалась, что из головы совсем вылетело то, что Женя мог с Софией выйти на прогулку.

Подхватив тонкий поясок халата, затягиваю его на талии и, подойдя к двери, открываю ее и захлебываюсь изумление. Слишком поздно понимаю, что меня разыграли.

Одним взглядом охватываю задний двор. Коротко стриженный зеленый газон устлан сотней разноцветных подушек. Воздушные шары, надутые гелием по всему периметру колышет ветер. Мыльные пузыри покачиваясь в воздухе поднимаются ввысь играя на солнце радужными бликами… В глазах зарябило от праздничного убранства царящего вокруг.

– Сюрприз!!!

Громко. Шумно. Пронеслось эхом по воздуху и со всех сторон повалили люди. Я растерянно заморгала. Сердце неистово забилось в груди. Что происходит?

– Мама! – звонкий голос Софии прорвался сквозь шум в ушах.

Закрутила головой выискивая дочку в толпе в то время, как на меня, будто из рога изобилия посыпались поздравления.

– Марина!

Женю с Софией замечаю за огромным букетом цветов. Протягиваю руки за букетом, но только лишь по тому, чтобы свободной рукой муж смог обнять меня. И как только оказываюсь в объятиях мужа, сразу же успокаиваюсь. Прячу лицо на его плече.

– Как? Когда ты успел? Почему не сказал мне, что хочешь устроить праздник?

– Боже! Ну почему сразу столько вопросов, малыш?! Если бы я тебе сказал, сюрприза бы не получилось! И так захотела бабуля, – шепчет чуть слышно.

– Мама! Мама! – София тянет ко мне ручки. – К тебе. Хочу.

Улыбаясь дочке, беру ее на руки. Передую букет, как эстафетную палочку, мужу.

– С Днем Рождения! Малышка!

Целую пухленькие щечки Софии. С умилением отмечаю, как у той глазки светятся радостью.

– А где бабушка-Софи? – оборачиваюсь по сторонам, одновременно улыбаюсь всем присутствующим гостям.

– Бабуля в доме. Пойдем, – обнимает за плечи меня муж. Подталкивает в дом. Оставляя шумных гостей на организатора праздников.

– Женька! Ну, как ты мог. Мне так неудобно, – сетую мужу, когда оказываемся в доме. – Я не причесанная, в домашнем халате. Стыдно жутко перед соседями и друзьями.

– Солнце, не ругайся. Я всех предупредил. Сюрприз готовили заранее. Все старались.

– Боже! Какие же вы у меня… Замечательные, – голос дрожит, сердце трепещет в груди от щемящей нежности. – Спасибо за праздник.

Муж улыбнулся, и я увидела, как в его глазах заиграли озорные искорки. Я сразу поняла, что он мне что-то не договаривает.

– Для тебя есть еще один сюрприз, – хитро подмигнув, сообщает Женя и заводит меня в гостиную. Сюда я как раз не успела заглянуть, когда бродила по дому в поисках дочери и мужа. Но это уже не важно. Эмоции захлестывают меня с головой, и я как будто проваливаюсь в бездну. Лечу вниз с такой скоростью, что невозможно сделать вдох…

– Здравствуй, Марина! – произносит глубокий мужской голос, рвет в клочья вакуум оказавшийся в ушах.

Делаю рваный вдох. Прихожу в себя. Ах! Оказывается София сжала мою шею так, что чуть не задушила. Расширенными от удивления глазами смотрю на отца. Его не узнать. Он как будто моложе стал лет на десять. Подтянутый. Загорелый. Одет в белый легкий костюм. Рядом с ним под руку стоит Джесс. Высокая. С распущенным волосами, женственно перекинутыми через плечо. Она повзрослела. Это сразу бросается в глаза.

Во мне кружит шквал эмоций. Никак не могу поверить в то, что передо мной стоит отец.

– Эй, детка?! – забеспокоившись, Женя сжимает мое плечо немного сильнее.

– Я… я просто, – плаксивый голос выдает мое состояние с головой.

София, слыша слезы в моем голосе прижимается пухленькой щечкой к моей, хнычет:

– Мама, мама.

– Ничего моя хорошая, с мамой все в порядке. Иди к папе на ручки, – Женя, перехватывая дочку под мышки, забирает к себе, а я…

Смахиваю, слезы с ресниц, произношу хрипло:

– Здравствуй пап, давно не виделись.

Отец раскрывает объятия, и я иду к нему навстречу. Падаю на грудь, обхватывая руками, обнимаю крепко-крепко, как в детстве.

– Прости меня дочка. Знаю, что будет сложно, но надеюсь, ты сможешь когда-нибудь это сделать, – голос у отца сдавленный, надрывный. Ему тяжело даются слова.

– Пап, я не злюсь, правда. Я скучала сильно. Ждала тебя, – признания срываются с моих губ рваные, робкие.

– Моя ты, девочка! А я не решался тебе позвонить. Переживал, что ты не сможешь простить меня.

Мы с отцом несколько минут стоим, обнимая друг друга. Родное плечо. Родная кровь растапливают лед в душе. Я действительно рада, что отец решился прийти.

– Поздравляем вас с рождением дочки, Марина, – произносит Джесс с улыбкой на губах, когда отец выпускает меня из объятий. – Желаю, вам с Женей, терпения и удачи в воспитании племяшки! А ты моя куколка будь здоровенькой и слушайся папочку и мамочку! – это уже Джесс адресовывает Софии, сжимает ее щечку двумя пальцами.

Дочка робко улыбается и, стесняясь, зарывается носиком на шее у папочки.

– Еще раз примите наши поздравления, молодые родители. Не будем больше отнимать вашего времени. Марине нужно переодеться. А нам пора. Скоро самолет.

Сообщает отец и склоняясь целует в щеку.

– Женя позаботься о моих девочках, – просит мужа и протянув ему руку жмет.

– Можешь не сомневаться, Николай Алексеевич, в обиду их не дам никому.

Джесс ведет себя достаточно сдержанно. Я бы даже сказала робко. С Женей общается холодно, как будто опасается чего-то. Меня это взволновало. И как только за отцом и сестрой Жени закрылась дверь, я тут же спросила об этом у Жени.

– Марин. Я однажды тебе уже сказал, что ты у меня слишком мягкосердечная. Я не такой. Я не могу пока простить Джесс. А точнее не готов. Ни ее. Ни мать. Ни твоего отца.

– Женечка! Мариночка! Ну почему ты еще не одета? Гости ждут! А ты до сих пор в халате!

За нашими спинами раздается голос бабушки-Софи. Неприятный осадок, который остался от Жениного признания тут же развеивается в суете, которую наводит женщина, подгоняя не только меня, но и Женю.

– Мы так ничего не успеем. Вечером заказан ресторан, а вы так копаетесь, что придется сразу туда направляться! – ворчит старушка.

В тот момент я уже исчезаю в глубине нашей спальни. Достаю из гардеробной приготовленное с вечера желтое платье в пол из легко шелка. Босоножки на невысокой платформе стоят тут же. Мне остается только и делов что уложить длинные волосы и подкрасить ресницы…

В спальне появляется муж в тот момент, когда я, перекинув длинные локоны на спину стою в одном нижнем белье готовясь одеть платье.

– Женька! Ты напугал!

Ой-каю и торопливо подхватив платье, пытаюсь его натянуть, чтобы спрятать за тонкой тканью

кожу пылающую румянцем возбуждения от мужа.

– Давай помогу, Марин, – лукаво улыбаясь он стремительно приближается ко мне, и стоит его пальцам коснуться меня, возбуждение будто электрические разряды оголенных проводов простреливают меня током. По тому, как Женя делает рваный выдох, обжигая кожу между лопаток, я понимаю, что мы пропали. Непредсказуемый водоворот страсти обрушивается, как лавина, на нас. С неудержимой силой уносит в пучину неслыханных наслаждений.

***

– Я... я люблю тебя, – тяжело выдыхает муж, уткнувшись мне в шею.

Мое сердце щемит в груди и хочется, чтобы это мгновение никогда не кончалось. Но…

Нас ждут. И только лишь, поэтому упираюсь Жене в грудь ладошками, предпринимаю попытку отстраниться.

– И я тебя люблю. Но если мы сейчас не выйдем из комнаты, то боюсь даже представить, что бабуля сделает с нами.

Но Женя лишь улыбается и смотрит на меня как-то странно. Особенно. Такого взгляда я еще не видела. Он как будто что-то хочет мне сказать, но эмоций столько много в его глазах, что словами выразить невозможно. И поэтому он молчит.

Но я все понимаю без слов. Мне они не нужны. Я все чувствую сердцем. Поэтому перемещаю ладони ему на затылок и прижимаюсь к его груди. Так тесно, чтобы можно было услышать биение его сердца, звучащего с моим в унисон.

От Жени исходит тепло и покой. Я люблю его. Люблю его так, как никогда никого не любила. И уже не полюблю… Не получится. Потому что точно знаю: мы с Женей предначертаны друг другу судьбой. Я лежу в объятиях мужа, не шевелясь, боясь спугнуть возникшее между ними неземное притяжение – настоящую ЛЮБОВЬ!

Благодарность!

Дорогие мои, Девочки!

Спасибо вам за терпение. Ожидание.

Спасибо, что прошли весь это нелегкий путь написание книги через тернии вместе со мной и героями.

Признаюсь было сложно. Много переживала по поводу сюжета. Хотелось удивить вас). Быть так сказать неповторимой!)))

Всех люблю обнимаю!

До новых встреч

PS– просьба: если есть моменты, которые я упустила, буду рада вашим подсказкам. История в процессе вычитывания, как раз время для поправок.