Текст книги "Расплата за измену. Случайная беременность (СИ)"
Автор книги: Юлия Рябинина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)
11.5Черновик
11.5Черновик
– Бель! – окликаю девушку прежде, чем та успевает коснуться ручки входной двери.
Тело девушки вздрагивает. Плечи опускаются и она вытягивается в струнку. Поворачивается. Лицо снова горит жаром.
– Южд, – срывается волнительно, – я… я хотела сказать. Ты был пьян и, возможно, ничего не помнишь, но это ты меня позвал. Я знаю, что я не в твоем вкусе и тебе нравятся другого рода девушки, – тараторит Бель, не поднимая глаз на меня, кусая губы, она упирается лопатками в дверь, вся трясется, того и гляди инфаркт заработает. – Ты если ничего не помнишь и не надо, – она делает паузу, громко сглатывает, поднимает на меня блестящие глаза. – Зато мне теперь этого не забыть. Юджин, мне так хорошо никогда не было. Эта была волшебная ночь…
– Хватит, – обрываю ее резко. – Хватит. Я не хочу ничего об этом слышать. И да, ты права, я ничего не помню.
От моих слов лицо девушки искажает обиженная гримаса. Она втягивает в себя губы. От этого ее лицо кажется совсем бесформенным, а глаза выкатываются из глазниц. Мне становится не по себе. Увеличиваю немного расстояние между нами. Эта девушка точно не в моем вкусе, хотя могу с уверенностью сказать, что многим она нравится.
– Я понимаю… Извини, – обхватывает себя за плечи, шмыгает носом.
– Я с тобой вообще о Джесс хотел поговорить, – стоило только упомянуть сестру, как девушка тут же меняется. Ее взгляд становится жестче, выражение лица – максимально суровым. Но она это осознает не сразу. Я успеваю увидеть перемену. И Бель явно это понимает по моему удивленному взгляду. Девушка сразу же прячет эмоции за маской простодушия.
– А что с ней не так? – спрашивает по-детски, звонким голоском.
– Ты издеваешься? – одергиваю ее. – Ты разве не видишь в каком она подавленном состоянии? Что с ней случилось? Она вчера была совершенно другая. То, как она сегодня ведет себя, совсем на нее не похоже. Где вы вчера были? Рассказывай.
Я не даю Бель увильнуть от ответа, перехватываю ее за локоть и удерживаю.
– Ну, говори, – встряхиваю, когда ожидаемый ответ девушки затягивается.
– Юджин, хватит ко мне цепляться. Мне больно. Да и вообще, если тебя так волнует состояние твоей сестры, почему ты спрашиваешь у меня, а не у нее? Почему мне задаешь эти странные вопросы. Я не могу знать все, о чем думает Джесс. Ей ночью было плохо. Я держала ее хвост, пока ее выворачивало. Что ты хочешь еще услышать от меня? Мне больше нечего тебе сказать. А теперь отпусти меня, – дергает рукой, пытаясь сбросить мои пальцы. – Ты мне не муж ещё. И лучше бы тебе последить за своей грубостью в отношении меня. Надеюсь, ты понимаешь о чем я?!
Угрожающе цедит сквозь зубы Бель. Оу, а она не такая уж и мямля, какой хочет казаться. Когда прижмет, умеет показывать зубки.
Небрежно расцепляя пальцы, отпуская ее, но вместо того, что дать пройти, нависаю над ней, упираясь по обеим сторонам от ее головы ладонями. Склоняю голову так, чтобы наши глаза были на одном уровне.
– Не смей мне угрожать, Бель. Все, что происходит сейчас в бизнесе наших предков – это чистой воды фарс и фикция. Я тебя никогда не рассматривал и не хочу рассматривать в виде своей жены. И даже если я тебя вчера трахнул в беспамятстве, то это был чисто животный инстинкт, не более. Ты меня не привлекаешь. Совсем. Никак, – с каждым произнесенным мной словом, девушка все больше бледнела, ее лицо вытягивалось, превращаясь в маску. – И еще вот что. Если я узнаю о том, что Джесс принимает наркотики и ты будешь к этому хоть каким-то боком причастна,я уничтожу и тебя, и все то, что сейчас твоей семье приносит деньги. Поняла? Останетесь у разбитого корыта. Ни с чем. Ты и твоя матушка пойдете по миру. Я тебе это обещаю.
– Юджин, – срывается голос Бель и она начинает дрожать всем телом. – Ты меня пугаешь. Я… я ничего такого не имела в виду.
Я выпрямляюсь и, отодвинув Бель в сторону, вхожу в дом.
В дверях большого холла вижу бабулю. Она хмурится. Смотрит на меня.
– Бабуль, здравствуй, – не заботясь о том, что дверь за спиной захлопнулась, а Бель так и осталась на улице, направляюсь к старушке.
– Женя, нам нужно поговорить. Пойдем.
Я слышал, как в голосе бабули проскользнуло волнение. Значит, речь пойдет о Джесс. И чуйка меня не подвела. Как только за моей спиной захлопнулась дверь кабинета, вопрос не заставил себя долго ждать.
– Вас с Джессикой не было дома всю ночь. Где вы были? И что с девочкой? Почему она выглядит такой больной?
У меня для бабули не было ответа. Я сам не знал, что случилось с сестрой. Но я собирался это выяснить.
– Бабуль, милая, – присаживаюсь перед ней на корточки, беру за кончики пальцев, сжимаю. – Ты за нее не волнуйся. Вроде говорит, что отравилась, а может и выпила лишнего. Жулио закатил вчера вечеринку….
– Вот засранец! Никогда его вечеринки еще добром не заканчивались! – возмутилась бабуля. – Только не говори мне, что у этого болвана были испорченные продукты и рекой лился алкоголь.
Я отвожу взгляд. Про себя усмехаюсь, что тут нужно добавить стриптизерш и танцы топлес всех желающих вокруг бассейна.
– Бабуль, ну ты скажешь. Нет конечно, там было все прилично, – ухожу от прямого ответа. – С Джесс я разберусь сам. А ты не волнуйся береги свое сердце.
– Я бы рада, Женя, но разве в таких ситуациях можно оставаться равнодушной?!
– А давай-ка мы вместе отвлечемся и посмотрим фильм, который я тебе обещал вчера? Ты как, выбрала уже?
– Не хочу быть обузой для тебя внук, – немного разочарованно проговорила женщина. – Лучше ты иди, ко мне все равно скоро Настасья придет. Нам будет не до фильмов.
– Что еще з Настасья? – удивленно вскидываю бровь.
– Помощница. Женщина хорошая, добрая и без вредных привычек. Но самое важное он из России. Родная. Я с ней и на русском могу поговорить, душу свою отвести. Так что ты только будешь мешать. Давай. Иди уже, – нарочито грубо толкает меня в плечо бабуля. Но делает это с добром и лаской в глазах. – Зайдешь ко мне перед сном.
В то же время.
– Я не смогу. Не заставляй меня это делать. Не хочу, – голос девушки срывается на шепот. Она с надеждой смотрит в глаза той, которая вальяжно сидела откинувшись в кресле и смотрела на нее с высокомерным пренебрежением.
– Джесс. Детка. Все только давай без скулежа. Я же не виновата что ты вся погрязла в грехах? Это не я сплю со своим отчимом ради бабла…
– Бель, замолчи! Сейчас же вдруг кто-то услышит!
Но девушка игнорируя просьбу подруги продолжает нарочито громко.
– Если хочешь чтобы об этом узнали все, то не вопрос…
– Бель, но ведь я тебе отдаю все деньги, – попыталась возмутиться Джесс.
– Заткнись, – вскакивает девушка с кресла и уже через мгновение оказывается возле Джесс.
Вцепившись тонкими пальцами, будто клешнями в волосы на затылке стаскивает ее с кровати на пол, нависает над ней. Шипит в лицо:
– Не смей подобное произносить вслух. Иначе мне придется все твои грязные делишки выдать твоему братцу. Про ребенка ты уже забыла от Жуля? А? Или бабуле твоей об этом лучше расскажу. Ребенка своего бросила, так еще и смерть бабули будет на твоих руках. Ее сердце подобного точно не выдержит.
– Прошу, Бель. Не нужно прошу, – взмолилась девушка до своей подруги.
– Тогда делай как говорю. Мне нужна смерть этой потаскушки Мэрины или как ее там зовут на русском… Я хочу…
– Эй, эй, что тут происходит? – голос Жени прерывает злобное шипение подруги.
Девушка тут же отступает, сжимается в комочек превращаясь в невинного ягненка. Словно бы это и не она была несколько секунд назад дьяволицей поднявшейся из недр ада.
Женя стремительно приближается к Джесс. Девушку колотит крупный озноб.
– Джесс. Сестренка, что происходит? – вопрошает парень, обнимая сестру за плечи. – Бель?! – с угрозой в голосе произносит.
– Я… я просто хотела ей помочь, Юджин. Ты посмотри, ей совсем плохо. Ей нужен врач.
Бель вскочила с кресла и кинулась к двери.
– Я вызову врача. Приеду позже, Джесс. А то вдруг это все же вирус и ты заразна, – Женя не успел остановить девушку, да и Джесс вцепилась в него мертвой хваткой. Не отпускает.
– Подожди. Я хочу кое-что прояснить с Бель. Джесс отпусти меня.
– Пусть идет, Женя. Не оставляй меня, – девушка громко всхлипнув залилась слезами.
Ее наконец-то прорвало. Паника отступила уступая место истерики. Боже, какая же она была дура. Как же легко Бель получилось обвести ее вокруг пальца. Подчинить ее в свое рабство, через проступки Джесс. И хватило всего одного, что увязнуть, затянуть удавку. Ей было шестнадцать. Когда девушка оступившись сделала неверный шаг, совершила ошибку. Это было летом. На одной из пижамных вечеринок среди девочек одноклассниц. Оказалось, что все ее одноклассницы уже давно не девственницы. И Джессике было стыдно признаться девчонкам в том, что она еще невинный цветочек, бутон которого никто не успел сорвать. Но Бель, которая знала ее секрет, потому что являлась ее сводной сестрой, подшутила над ней и девочки дружным коллективом решили избавить ее от потешного и постыдного в шестнадцать лет статуса “девственница”. Джесс устроили свидание вслепую и если бы он только знала, каким боком ей выйдет это свидание ни за чтобы не согласилась на эту аферу.
Мало того, что ее первым сексуальным партнером оказался лучший друг брата Жуль, так это недоразумение она еще как то смогла пережить, но вот беременность о которой она узнала через пару месяцев уже нет. Девушка впала в жутчайшую депрессию из который ей помогла выбраться никто иная как Бель. Подруга придумала план в ходе которого Джесс должна была уехать из дома под предлогом закончить какие-нибудь курсы, и там родить, а потом написать отказ от ребенка и все. Дело шито крыто. Никто ни о чем не узнает, а уж Бель конечно же должна была сохранить ее тайну, а не начать шантажировать ею.
Именно там Бель и пристрастилась к наркотикам. Когда же дело было сделано и Джесс родив мальчика подписала соответствующие документы вернулась домой, подруга уговорила попробовать и Джесс.
Чуть позже, спустя немного времени, когда девушкам карманных денег перестало хватать у Бель возникла идея как их можно раздобыть. План был предельно прост… Джесс должна была соблазнить отчима. Девушка сопротивлялась уговорам недолго, тем более Бель применила запрещенный прием, напомнила Джесс ее грешок. Так и понеслась жизнь девушки под горку, да с такой скоростью, что дно было уже отлично видно. И Джесс сегодня поняла, что она окажется на дне, если сделает так, как просит ее Бель. Убьет Марину.
– Эй, сестренка, – Женя разжимает объятия, но девушка только сильнее обнимает его, прижимаясь к мускулистому телу.
Как жаль что Женя ее брат. Как бы ей хотелось, чтобы у нее был такой парень: любящий, заботящийся о ней и своих близких. Но ведь нет, он не будет. У него же есть эта Марина из-за которой он потерял голову. Стал холодным, равнодушным к ней. Вдруг в сердце девушки, что-то треснуло и дикая ревность затопила грудь изнутри чернотой. А может Бель права?! И если она, Джесс убьет Марину, то Женя снова станет прежнем? Но есть же Бель, на которой Женя должен жениться, мелькнуло в голове. – Но если я смогу навредить Марине, то Бель прикончить мне не составит труда. Тем более, у нее есть Миша. Этого мужчину ей удалось приручить как щенка за очень короткий срок. И теперь он сделает все, чтобы Джесс не попросила.
Слезы высохли мгновенно. Джесс несколько раз для приличия всхлипнула, а потом сама попыталась отстранится от брата.
– Спасибо тебе, Женя, – Джесс встает на носочки, тянется к щеке парня, ненароком задевая пухлые губы.
Парень резко дернув головой, подставляет щеку.
А ведь раньше его совсем не волновала моя близость. И парень даже позволял себя по дружески целовать в губы, чем Джесс постоянно пользовалась. Но теперь все изменилось. Женя изменился. И Джессике эти перемены не нравились, как и не нравилось то, что Бель перешла все допустимые границы. Угрозы девушки только лишь сильнее вызвали в Джесс противоречие. И в ее затуманенном, неясном сознание начал зреть коварный план. Где Бель должна быть наказанной и мертвой.
Глава 12Черновик
Глава 12Черновик
Звонок в дверь стал для меня полной неожиданностью. Задрожав всем телом, сжимая в руках кухонный нож, глянула в сторону двери. Кто бы то ни был – это не может быть Миша.
Муж уже несколько дней после нашей ссоры не появлялся дома. Я же вся в синяках и ссадинах постеснялась выходить на улицу, поэтому оставалась дома. Зализывала раны и занималась повышением своего либидо.
От повторной трели нервы натянулись в тугую струну. Боже! Кто там? И почему этот человек не уходит? Следом. Внезапно срабатывает вибрация входящего смс на телефоне. Хватаю трубку. “Открой!”. Всплывающее входящее выскакивает на экране. Вика?! Неужели это и впрямь она там, за дверью? Кинулась в коридор. Припала к глазку и с каким-то облегчением выдохнула: за дверью и впрямь была сестра… А потом вдруг накатило, пришло понимание того, что это неправильно и Вика должна сгорать сейчас от стыда. Ведь она беременна от моего мужа! Я щелкаю замком, распахиваю настежь дверь. Я уже подготовила небольшую посылательную речь, но сестра вдруг внезапно толкает меня в грудь и заходит в квартиру, закрывает за спиной дверь. Я не ожидая подобного, растерянно пячусь в сторону прихожей.
– Ты что себе позволяешь? Совсем страх и стыд потеряла? Совсем обнаглела?! – возмущенно кричу.
– Ты о чем? – в недоумении округляет глаза Вика.
– Не притворяйся дурой! Я все знаю! – выплевываю ей в лицо.
– Боже мой! Маринка, хватит истерить. Пойдем лучше чаю попьем и поговорим заодно.
– Нет! – растопыриваю руки и не пускаю дальше и шага сделать. – Выметайся! Я не хочу с тобой говорить. Не хочу и не буду! Мне противно от того, что ты моя сестра. Проваливай.
– Не будь ребенком, Марина, – по сжатым челюстям видно, что Вика прикладывает максимум усилий для того, чтобы выглядеть внешне спокойной и раздражающей для меня. – Я пришла поговорить на взрослые темы, как женщина с женщиной, а не как женщина с ребенком.
– Вали отсюда, Вика, по-хорошему, – цежу сквозь зубы.
Десять минут спустя:
– Но почему он женился на мне, если, как ты говоришь, что у вас с ним отношения длились еще до меня? – с недоверием поглядываю на сестру, которая рассказала очень занимательную историю про свою многолетнюю любовь к моему Мишке.
– Потому что его мать была против. Козни ему вечно строила. Да и сама понимаешь, мне нужно было его удержать. А ты оказалась очень подходящим перевалочным пунктом для меня и Миши, да и отец так к нему проникся, что решил посвятить его в наш семейный бизнес. Только мы даже подумать не могли, что ты в него так влюбишься!
У меня голова шла кругом. В мозгу не хотели укладываться слова Вики. Неужели он это говорит все серьезно? Неужто думает, что я настолько глупа, что поверю в подобную бредятину?
– Мне кажется ты сумасшедшая, – перебиваю ее, потому как по лицу сестры точно видела, что она хотела продолжить речь. – Или слишком подлая и циничная. Я же твоя сестра Вика, как ты со мной так могла поступить? Скажи!
Голос срывается. И тон переходит на низкие вибрации.
– Маринка, ну ты чего как маленькая? Ты не понимаешь? Или не хочешь понять? Ты не знаешь сколько мне лет? Думаешь в таком возрасте легко подцепить мужика? Тем более который младше тебя на несколько лет?
– А как же мое сердце, Вик? Моя растоптанная гордость? Тебе не жаль меня? Да я чуть не сдохла, когда узнала что вы с Мишкой, за моей спиной!
– Но ведь жива же? Да еще и рога успела ему наставить, – усмехается коварно. – Тоже мне святоша. Хватит из себя строить бедную несчастную, грешок то за тобой уже водиться, – небрежно машет в мою сторону рукой сестра.
У меня возникает непреодолимое желание заехать ей по лицу:
– А если бы я родила ребенка от него, вы бы тоже так со мной поступили?
– Не родила. Мишка таблетки принимал все это время, – безразлично роняет Вика.
– Таблетки? – на лице появляется глупое выражение, как будто бы я не поняла о чем она говорит. – А как же ты? – но Вика как будто не поняла о чем я говорю, пропустила мой вопрос мимо ушей.
– Ну, так вспомни, глупая, сколько вы с Мишкой уже не того? Год? Полгода?
– Не помню?! – честно признаюсь. – Но как, откуда ты знаешь?
– Вот то то и оно, – сестра делала вид, что не слышит мои неудобные для себя вопросы, а только продолжает говорить то, что ей самой нужно высказать. – Мы с Мишей планировали детей. Понимаешь и вот после свадьбы отца уже хотели всем рассказать о том, что мы давно вместе и Мише нужен развод.
У сестры стал голос слишком волнительный. Встревоженный.
– Но что-то пошло не так? Верно?
– Верно, – отвечает Вика сквозь зубы.
И ее полные негодованием глаза останавливаются на мне.
– На свадьбе у отца он познакомился с какой-то стервой. Но кто она он мне не говорит. Кинул меня прямо в тот же вечер, а я ему хотела сюрприз сделать.
Сестра лезет в сумку и достает оттуда продолговатую коробочку, я знаю наверняка что это и даже знаю с каким результатом. Боже! Как же сильно колотиться сердце в груди. До боли ударяясь о ребра.
– Вот посмотри, – двигает тест на беременность ближе ко мне Вика.
Меня пробивает крупная дрожь. Я смотрю не на тест, а на ликование которым светится лицо Вики. Как же отвратительно и мерзко. Как же больно и горестно одновременно. Я ее презираю. Вместе с Мишей. И ненавижу их за поступок, который они совершили в отношение меня. Бездушные сволочи. Так им и надо. Пусть теперь Вика хлебнет горя.
– Уходи, – цежу сквозь зубы, сжимая пальцы в кулаки.
– Сестра. Я пришла к тебе за помощью и ты не можешь мне отказать, – упрямо выпячивает вперед подбородок.
– Вика….
– Мне нужна твоя помощь. Вместе мы сможешь вытащить из лап этой стервы Мишку. Она его погубит. Если ты любишь его…Если хочешь ему счастья… Ты должна мне помочь расправиться с ней. Я же твоя сестра, Марин. И я беременна. Или ты хочешь чтобы твой племянник рос безотцовщиной?
– Мне плевать на ваши хитрожопые задницы, – зло бросила ей. – Ты не замечаешь бумеранга Вик? Разве сейчас эта девка поступает не так же, как это ты сделала?
– Ну ты и гадина, – кривит рот в презрительной ухмылке. – Не ожидала от тебя такого цинизма. Как у тебя вообще поворачивается язык говорить подобное беременной сестре?Ты хоть понимаешь, что это все отражается на ребенке?
– Уходи, Вика. Я тебе не помощник. Я не хочу и не буду участвовать в этом цирке, где задействован самый что нинаесть серпентарий.
Сестра резко крутанувшись на пятках пулей вылетает из кухни. Я следую за нею. Бесстыжая. Наглая. Совсем без совести.
Внезапная колкость приходит на ум в тот момент, когда почти захлопнула за ней входную дверь:
– И кстати, Вика, – сестра оборачивается на мой голос, зло сверкают ее глаза, – Миша не сможет со мной развестись. У нас с ним брачный договор в котором черным по белому сказано, что разлучить нас сможет только смерть. Живи с этим дорогая сестра, – на моих губах появляется злорадная улыбка и я захлопываю таки дверь.
12.2Черновик
12.2Черновик
Только оставшись одна, я даю волю эмоциям. Даю волю слезам.
Только сейчас разрешаю себе слабость поплакать и понять насколько ужасными и лживыми были все годы замужества. Миша, Вика, отец… даже не верится что все они были заодно. Все лгали.
Боже, как же я скучаю по маме. Мне теперь кажется, что именно с ее смертью наша сплоченная и дружеская семье покатилась стремительно под гору. Прямо к чертям в ад. Другого определения метаморфозам, произошедшим с нашей семьей я не могу определить.
У меня так болела душа. Так было одиноко на сердце, что закрадывались дурацкие мысли на все наплевать и убежать. И пусть что будет. Убьет?! Так тому и быть. Но и жить в клетке с человеком который о тебя будет вытирать ноги я тоже не смогу. Да и не хочу. Впервые за последние несколько дней мне нестерпимо захотелось набрать номер Жени. Попросить забрать из этого дурдома меня и спрятать так, чтобы никто никогда не нашел.
Но стоит только подумать о Жене, как тут же доноситься разразившийся настойчивой трелью звук телефона. В груди от неожиданно сердце трепыхнулось и замерло. Но пульс не останавливается, долбит в виски отдаваясь болью. Кто это может быть? Внезапной искрой, мелькает надежда, где-то в подсознании затрепетала мысль о том, что то Женя. Парень после того, как она уехала с мужем из родительского дома, так ни разу не дал о себе знать. А мне… мне гордость не позволила, да и моральный дух настолько был подорван, что думать о том, что Женя меня может увидеть всю в синяках и обязательно задастся вопросом откуда они… У меня не хватило бы смелости сказать ему правду. Слишком она унизительна.
Я с замиранием сердца беру телефон и моя радость тут же улетучивается.
“Сегодня вернусь домой. Будь благоразумной. Сделай так, чтобы в квартире тебя было не слышно и не видно.”
Проклятье! Сволочь! Почему он это делает?
Тут же пишу ему в ответ:
“Катись со своей блядью к чертовой матери. Сволочь! Не смей с ней приходить домой! Я позвоню отцу! Я тебе клянусь, я это сделаю!”
Отправляю смс-ку не задумываясь. Злость закипев, уже не остановить. Чувствую себя вспыхнувшей спичкой. Ответ приходит мгновенно. Это фото. И то что изображено на нем меня пугает не меньше, чем если бы мне прислали ядовитую змею. Среди фруктов и двух бутылок вина, я замечаю неприметную пачку на которой написано “крысиный яд”. И без того разбушевавшееся сердце начинает клокотать где-то в районе горла, а на душе становится поистине мерзко.
“Ублюдок!” не тратя время на подборку оскорбительных выражений в сторону мужа, отправляю ему первое что пришло в голову.
В ответ прилетает фото. Оно красноречивее всех слов. Миша прислал две пары обуви. Его ноги обуты в туфли и … ее в стильные кожаные сапожки на высокой шпильке.
С остервенением печатаю им гневный ответ, но когда он написан… я вдруг осознаю, что делаю это зря. Внезапно приходит понимание того, что Миша делает это специально, чтобы вызвать во мне эмоции. И по его логике я должна сделать ошибку первой и тогда это ему развяжет руки. Но… он не угадал. Я не настолько глупа. Поэтому… стерев текст. Сбрасываю месседж и набираю номер отца.
– Да, Марина! Слушаю тебя. Только быстро я занят, – раздается в динамике строгий голос отца.
– Пап, я приеду сегодня домой. Мне нужно встретиться с Ванессой. Да и по тебе что-то соскучилась, – сглатываю горький привкус вранья, а когда в трубке повисает молчание поспешно добавляю. – Хочу извиниться за свое поведение.
И снова тишина. У меня начинается аритмия. Ожидание утомительно и тягостно. Уже хочу снова заговорить первой, когда:
– Приезжай, дочка. Я рад, что ты все поняла.
– Пап, спасибо, – лишенным выражения голосом отвечаю ему. – А, Миша? Он… Ты знаешь, он слишком буквально воспринял твои рекомендации…
– Твоему мужу я позвоню сам, – перебивая меня на полуслове, холодно говорит отец и тут же кладет трубку.
Когда кажется, что от сердце уже ничего не осталось, но оно вновь разбивается на куски болит в груди. Давит. Обида затапливает с головой. Тут и без лишних слов ясна позиция отца: ему не нужны мои проблемы, он высказал свою позицию и мне ничего не остается, как только следовать ей.
Не проходит и пяти минут (за это время я все же успеваю собраться и уже стою в дверях), как снова разрывается вибрацией телефон. И конечно же это никто иной как Миша. Сердце непроизвольно сжимается в комок подпрыгивает и замирает. Но я готова к тому, чтобы встретиться с опасностью лицом к лицу. Принимаю вызов.
– Только посмей про меня отцу хоть слово плохое сказать и ты покойница, – цедит в трубку муж не давая мне даже слова сказать.
– А ему и не придется ничего говорить, Миш. На моей коже ни одного живого места. Все в синяках. Отец сам все увидит.
– Сука.
– Пошел ты в баню, сволочь! – взвизгнув сбросила вызов и не задерживаясь в квартире больше ни секунды кинулась прочь.
Я не успела спуститься на лифте, у подъезда уже стояло такси. Молниеносно пересекаю небольшое расстояние, что меня разделяет с автомобилем, запрыгиваю на задние сидение и внезапно меня одолевает страх. Крупная дрожь сотрясает тело. А потом приходит то мерзкое неотвратимое чувство того, что ты под прицелом. Ошалело кручу головой по сторонам.
– Девушка, вы кого-то забыли? Или потеряли? – вскидывает густые седые брови таксист, оглядывает меня с любопытством.
Понятное дело: выгляжу я не лучшим образом. Ссадины. Синяки. Небольшие припухлости и гематомы не так то просто скрыть под слоем косметики, а я и вообще ее не использовала.
– Нет. Все… Все в порядке, – заторможено отвечаю, все еще пытаясь разглядеть в белом мареве снежного покрова того, чей взгляд как будто прожигает меня насквозь.
– Тогда тронулись?
– Да-да, – активно киваю и поняв что в шаговой доступности мне ничего не угрожает успокаиваюсь и откидываюсь на спинку прикрываю глаза.
Это мне мерещится. Убеждаю себя. Но мои разбуженные паникой и тревогой внутренние демоны не дремлют. Рвутся наружу из своих темных углов. Пока удается их сдерживать. Пока удается силой воли не дать им взять контроль над моим рассудком.
….
– Девушка!? Девушка! – незнакомый мужской голос пугает.
Резко открываю глаза и …
– Черт! Кажется я заснула. Извините, – хриплым после сна голосом отвечаю. Лезу за деньгами. – Вот возьмите. Сдачи не нужно.
– Спасибо. Хорошего дня, – кидает мне в спину дежурную фразу водитель, когда выбираюсь наружу.
Морозный ветер тут же пробирается мне под одежду. Дрожь прокатывается по коже холодной волной мурашек. Не успеваю захлопнуть дверь, как такси сразу же трогается уезжает. Я остаюсь одна возле высоких кованых ворот. На душе скребут кошки. Когда ехала домой, не думала, что буду испытывать такую тревогу. Ведь последние воспоминания связанные с этим домом оставили в моей душе неизгладимый след отчаяния и боли.
Калитка открывается внезапно. Я от неожиданности подпрыгиваю на месте.
– Ой, Марина! Я тебя напугала? Извини, – скалит белозубой улыбкой в мою сторону сестра Жени. Меня коробит от ее слащавого голоса. – А ты к кому приехала? Если к Жени то его нету.
Девушка движется на меня с каким-то маньячным блеском в глазах. На мгновение становится не по себе. И я снова отступаю.
– Ты о чем, Джессика?! Я приехала домой к отцу.
– Ой, не прикидывайся, Марин. Я все знаю. Ты же помнишь, что Женя мой брат, а у нас с ним нет друг от друга секретов. Если ты понимаешь о чем я, – девушка лукаво подмигивает мне, а губы продолжает кривить хищный оскал.
Зараза! Как же меня эта девушка бесит. Сил нет.
– Ты что ко мне пристала? Ты ведь куда-то шла, так? Вот и иди. И не суй свой нос куда не просят. Это мой тебе дружеский совет. Сестра.
У Джессики от моих слов не дернулся ни один мускул на лице, правда в глазах тень промелькнула. Но распознать, какие за ней были скрыты чувства не успела понять.
Девушка окинула меня презрительным взглядом и крутанувшись на месте в сапожках на высоких шпильках, повернулась ко мне спиной.
А я залипла. Залипла на ее высоких шпильках. Перед внутренним взглядом мелькнула фотография с экрана моего телефона, которое прислал муж. Интересно, насколько возможно совпадения? У любовницы мужа такая же обувь как и у Жениной сестры. И Миша вдруг внезапно домой захотел вернуться. А ведь есть еще одна деталь которую я могу проверить. Я же прекрасно помню аромат духов девушки, которая была у нас дома.
Стремительно подхожу к Джессике и не говоря ни слова утыкаюсь носом в воротник ее шубки. Знакомый аромат пронизывает меня с головы до кончиков пальцев будто огненная молния пробивается через макушку.
– Эй! Ты нормальная? – взвилась девушка.
Я же хватаю ее за локоть и притягиваю к себе. Не даю и шагу сделать к подъехавшему такси.
– Это ты? – севшим от волнения голосом задаю вопрос.
– Да что тебе от меня нужно? Ты… – девушка сильно занервничала, бьется в моей железной хватке, – … ты та с которой Миша приходит в наш дом? И не ври мне. Я знаю что это ты. Я чувствую тебя. Джессика.
У девушки меняется мгновенно лицо. Взгляд становиться с прищуром. Злой.
– Догадалась наконец-то, – шипит, – а мы то с Мишкой думали, ну когда же ты уже прозреешь. Даже поспорили.
– Ах, ты сучка мелкая, – меня захлестывает гнев.
Не знаю каким таким чудом любовнице мужа удалось вырваться из моих рук, но если бы она этого не сделала, то я бы ее убила наверное.
– Будешь руки распускать дурочка, я все Мише расскажу.
Бросила мне на прощание девушка и плюхнувшись на задние сиденье такси, укатила прочь. А я так и осталась стоять возле ворот. Одна. Снова.
