Текст книги "Тени Казани"

Автор книги: Юлия Шляпникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Ада, попавшая в плен ее пристального взгляда, вздрогнула, стоило той моргнуть: по позвоночнику пронесся табун мурашек.

Саша опять фыркнула, придержав ее за плечо и не дав рухнуть на плитку Сковородки.

– Лиля на всех так действует, не обижайся на нее.

– Гипноз? – осенило Аду, и она даже не удивилась в моменте своему открытию.

Саша кивнула и резко сменила тему:

– Так, значит, это с вами двумя я учусь в этом году?

Звучало вполне дружелюбно, так что Ада расслабилась и кивнула.

– Не самая плохая компания, – расплылась Саша в широкой улыбке. – Извини за ситуацию на озере, я тогда не выспалась.

– Да мы поняли, что зря подошли так рано, – ответил вместо нее Дима, и Леся каким-то поддерживающим жестом положила руку ему на колено.

– А откуда ты знаешь Лилю?

– Мы вместе попали на квест по озеру Кабан, там и познакомились. А ты?

– Давно начали общаться на каком-то форуме, потом «ВКонтакте» добавились в друзья и постепенно развиртуализировались.

– Саша у нас недавно стала ходить на сходки, вы еще просто не пересекались, – пояснила Лиля.

Ада перевела взгляд с Димы на Лилю и ощутила, что она, как никогда, на своем месте. Может, ее и не включали в разговор, но при всем этом ей было спокойно и уютно с ними.

– Кстати, а где наша зеленовласка? – спросила Саша, оглядываясь по сторонам.

– Опять проспала, наверно, – бросила Лиля. – Алсу всегда приходит, когда захочет.

Ада бросила на них вопросительный взгляд, и Лиля охотно ответила:

– У нас в компании есть еще своя русалочка. Правда, она предпочитает, чтобы ее звали Девой озера, хотя ты, наверно, знаешь ее под именем Су анасы́ [26]. Один юный поклонник посвятил Алсу целую поэму, что стоило ей потери озера и дома [27]. Хотя по сюжету она изображена, конечно, далеко не красавицей.

– И я бы поспорила, что это было посвящение, а не попытка оскорбления, – поддержала Саша.

Ада не удержалась и воскликнула так громко, что остальные из компании обернулись на нее:

– Та самая, из сказки?

Лиля и Саша дружно загоготали, а Дима даже немного смутился.

– Ну, Адель, ты меня удивляешь! – бросил он. – Еще не поняла, что сказок не существует?

– Не могут же они все быть настоящими, – парировала Ада. – Тогда и Шурале́ [28] должен где-то тут обитать, и всякие батыры [29] с ним.

– А кто сказал, что это не так? Я просто не со всеми знаком, – развел Дима руками, отчего Леся чуть покачнулась и отлипла наконец от него.

– А вот и наша русалочка появилась, – сказала Лиля, и Ада обернулась, заметила хрупкую зеленоволосую девушку в длинном платье с бахромой, в волосах которой, уложенных в причудливый пучок, красовался золотой гребень.

– Привет, – чуть меланхолично поздоровалась та, подойдя к скамейке и садясь рядом с подругами. Лиля приветственно обняла ее, а Саша только помахала, слегка задев Аду. При этом от нее расходился едва заметный, но ощутимый собачий запах.

– А ты правда оборотень? – решилась спросить у нее Ада, пока Лиля болтала с Алсу.

Саша окинула ее цепким взглядом темных глаз, в глубине которых чудился красный огонек.

– Ну да, твой друг очень догадливый по части нашего народа, – наконец бросила она, и Дима, внимательно их слушавший, радостно завопил.

– Так и знал! Так и знал, что вы тут тоже есть! А познакомишь со своими? У меня столько вопросов! – затараторил он, и Саша только покачала головой.

– Знаешь, наши не очень любят внимание. Это тебе не Лилины друзья, которым после трижды проклятых «Сумерек» досталось.

– Так фанаты вроде на два лагеря разделились, вашим тоже должно было перепасть, – вклинилась Ада.

– Ага, и кого вот ты выбрала бы?

– Я вообще больше по вампирам, – призналась Ада, и Саша только утвердительно закачала головой.

– Вот видишь, об этом и речь.

– А ты собакой оборачиваешься, да? – снова влез Дима.

– Овчарка, – поделилась Саша, и Ада с Димой переглянулись и заулыбались. Похоже, они, не сговариваясь, подумали одно и то же. И угадали!

Леся, помахав кому-то, чтобы подошел, потянула Диму за рукав. Он отвлекся, а разговор между Сашей и Адой продолжился.

– А на тебя влияет полнолуние?

– Ты правда думаешь, что я все выложу первой встречной? – усмехнулась Саша. Смех у нее был странный, словно немного лающий.

– Мы одногруппницы вообще-то.

– Это не означает, что я автоматически тебе доверяю. И так достаточно выболтала.

В этот момент Алсу и Лиля, видимо наговорившись, наконец повернулись к ним.

– А это новая подруга Димы, Адель, – представила ее Лиля, и Ада поймала себя на том, что ей неожиданно нравится этот вариант ее имени. Да так, что даже не захотелось поправлять.

Алсу улыбнулась, и Ада решилась:

– А ты правда Су анасы?

– Да, и ты в моих краях наверняка бывала. Озеро Нижний Кабан.

Теперь Ада поняла, почему, по словам Димы, компания любила проводить там время.

– Конечно, только не знала, что у него есть хранительница.

– У каждого озера есть. Просто ты вряд ли слышала о них. Спасибо Габдулле, напомнил о нас миру так напомнил.

– А ты правда пьешь кровь? – обратилась уже к Лиле Ада.

Та кивнула и широко улыбнулась, в очередной раз сверкнув очень белыми и слишком длинными для человека клыками. Ада против воли вздрогнула, задев Диму. Он придвинулся ближе, не отвлекаясь от болтовни с Лесей. Это почему-то согрело душу.

– Что, прямо как в фильмах?

Лиля молча на нее уставилась, во взгляде читалось недоумение. Видимо, она решала, что можно раскрывать, или пыталась понять, что за фильмы вообще имела в виду Ада.

– Да не переживай ты так, мы уже давно перешли на соевую кровь: слишком много инфекций переносят люди. А кто-то и вовсе питается энергией, как моя бабушка. Она убыр старой школы, как в сказках. Мы все разные.

Ада не сводила с нее глаз от удивления.

– А ты думала, мы спим в гробах, отшатываемся от осиновых кольев и дальше по списку из фильмов и книг? Да и как бы иначе мы пережили двадцатый век, если бы не смогли адаптироваться?

Аде определенно нравились эти девушки – такие прямолинейные и яркие. Чувствовалось, что Лиля и Алсу гораздо старше нее, а Саша казалась теперь совсем безобидной, практически не отличающейся от обычных людей.

– А про инициирующий укус – это правда? – опять спросила Ада, чем вызвала новый виток смеха.

– Конечно нет! – ответила за всех Лиля. – Ты либо рождаешься такой, как мы, либо нет. Единственное, ты можешь заразиться от оборотня охотничьей лихорадкой, но для этого надо, чтобы тебя поцарапали при обращении. Раньше такое часто случалось, так что лучше не зли Сашу.

Та возмущенно цокнула и ткнула Лилю в бок так, что завязалась шутливая потасовка. Аде тоже прилетело локтем. На эти звуки повернулся Дима.

– Все в порядке? – отвлекшись от разговора с Лесей, спросил он у Ады.

Она кивнула.

– Только никак в голове не уложу, что это по-настоящему.

– Не все сразу, – просиял в улыбке Дима. – Главное, что ты уже допустила, что такое может быть.

Разговор между девушками плыл сам собой. Ада больше не расспрашивала их о чем-то ином или личном, понимая, что Саша права и при первом знакомстве ей ничего не расскажут. Вместо этого она слушала их легкую болтовню, радуясь, что узнала так много нового.

Зазвонил телефон.

– Да, мам, я с друзьями. Нет, еще не собираюсь. Хорошо.

Нажав кнопку отбоя, Ада столкнулась взглядом с Димой.

– Только не говори, что уже собралась домой.

– Нет, у меня еще есть время.

Подошли другие ребята, кто-то принес пакеты со всякими напитками и пару пирогов. От алкоголя Ада отказалась, а вот кусочек пирога пришелся как нельзя кстати – после бутербродов с ветчиной она еще ничего не ела.

К Саше приблизился парень и сел перед ней на корточки, о чем-то тут же громко зашептав. Она наклонилась к нему и лишь изредка кивала.

Ада с любопытством наблюдала за их общением. У парня были узкие, совершенно лисьи глаза и длинные волосы такого оттенка каштаново-рыжего, что на солнце они должны были отливать медью. Когда они с Сашей наклонялись чуть ближе друг к другу, их волосы смешивались и словно закрывали от чужих глаз и ушей.

Наконец парень выпрямился и, окинув сидящих поблизости хмурым взглядом, направился к остальной компании, расположившейся на другой стороне Сковородки.

– Саш, а ты к нам откуда перевелась? – подал голос Дима. Леся, привалившись к нему боком, накручивала на палец его алую прядь, и Ада почувствовала, что внутри что-то едко зашевелилось.

– Училась на философа, но мне стало скучно, и я решила попробовать это направление, – пожала плечами Саша.

– А мы с Адель уже решили, что ты откуда-то переехала. Я не видел тебя здесь раньше.

– Мы с Рустемом, – она кивнула в сторону того рыжего парня, – раньше тусили в другой компании. Я только с Лилей и Алсу общалась. Потом наш вожак, Игорь, решил, что пора наводить мосты с другими стаями, и вот мы здесь.

– А как же вечные войны между вампирами и оборотнями? Тоже выдумка? – вклинилась Ада.

Саша и Лиля переглянулись и изобразили, будто их тошнит. Саша фыркнула:

– Давно такой ереси не слышала, уж извини. Нам что делить-то?

Ада покраснела, понимая, что вопрос был глупый, основанный на мировом кинематографе. Но лучше уж было спросить, чем гадать, как оно есть на самом деле. Ведь с детства Ада была уверена, что и те и другие терпеть не могут друг друга.

– А как ты решилась перевестись? – сменила тему Ада.

– Сдала разницу и перевелась, делов-то.

– Да это понятно. Я больше про то, как ты решила, куда хочешь пойти дальше.

Саша внимательно уставилась ей в глаза.

– Тут я тебе не советчик, – будто догадавшись о ее сомнениях, ответила она. – Решай сама, что тебе ближе. Больше никто этого не знает.

Словно в душу заглянула, так что Ада снова вздрогнула – уже не от сентябрьского холода.

– Ребят, мы хотим прогуляться к озеру, вы с нами? – подошел тот парень, которого Саша назвала Рустемом.

Ада посмотрела на Диму, и тот вопросительно поднял бровь. Она кивнула, и он ответил за них:

– Мы пойдем. Леся, ты как, домой?

– Да, мама уже звонила, – с неохотой протянула она. – Всем пока! Адель, приятно было познакомиться.

Казалось, что Леся и правда искренне это сказала. От этого Ада ощутила только еще бо́льшую едкость внутри.

Компания разошлась: некоторые остались на Сковородке, Лиля и Алсу куда-то ушли вдвоем, а Саша присоединилась к Аде и Диме. Вместе с остальными ребятами, в основном из стаи оборотней, они направились по Университетской вниз.

Ада шла между Сашей и Димой, слушала болтовню, и ей было так тепло и уютно, что совсем не хотелось уходить в свои мысли, как это обычно случалось в компаниях.

– Здорово, что ты перевелась именно к нам, – выдал вдруг Дима, убирая упавшую на лицо красную прядь.

– А вам что, компании не хватало? – беззлобно поддела Саша.

– Мы общаться-то начали только на этом курсе, – сказала Ада и поняла, что они знакомы всего день. А чувство, что всю жизнь.

– А так и не скажешь, – подтвердила Саша. – Ладно, все-таки приятнее, когда в группе есть нормальные люди. Но особо не зазнавайтесь, это не значит, что я буду с вами постоянно тусить.

– Да мы так и не думали, – ответил за них двоих Дима. Ада только кивнула.

Улица Баумана встретила их шумом музыкантов. Спускаясь ниже, к Була́ку [30], они, как оглушенные, прошли еще квартал до перекрестка в молчании.

– Никогда не привыкну к этому шуму, – наконец поделилась Саша, и Ада с Димой синхронно и горячо закивали. – Но туристов уже поменьше стало.

– Представляете, а ведь когда-нибудь тут будет совсем не протолкнуться, – поддержала Ада. – Станем как в Питере и Москве жить: в постоянных толпах приезжих.

– Особенно летом, да! – протянул Дима.

– Пусть от них и шум, но мне нравится, что тут так много людей, – сказала Саша. – Так мы на их фоне становимся незаметнее.

В этом был свой смысл, и Ада глубоко задумалась. Каково быть белой вороной, например, в маленьком городке? Не все же оборотни и вампиры живут в таких больших миллионниках, как Казань…

– Это лето вообще было классное, – мечтательно протянул Дима. – Мало того, что отдыхали четыре месяца [31], так еще и сколько тут было иностранцев!

– Значит, в следующем году в Сочи, на Олимпиаду? – хмыкнула Саша.

– Нет, мне нравится не спорт, а то, как оживает город.

– А я вообще старалась особо в центр не соваться, – вставила в разговор Ада. – Слишком шумно и людно было.

– Адель у нас затворница, значит? – поддел Дима, и Ада пихнула его плечом, чтобы он перестал ерничать.

– Просто мне некомфортно, когда вокруг так много людей.

– Будущий социолог, сразу видно.

Теперь досталось обоим по шуточному удару локтем в бок. Ада потом незаметно потерла ушибленную о Сашины словно стальные ребра руку и поинтересовалась:

– Саша, а на такие сходки собирается только ваша молодежь?

– Да нет, и старички ходят. Когда живешь так долго, как некоторые из нас, хочется больше развлечений и общения. Вот и сбиваемся в стаи, – ответила Саша и широко, почти оскалившись, улыбнулась.

Разговор стих. Пройдя мимо «Шоколадницы», которая располагалась в желтой сталинке на Пушкина, они почти нога в ногу добрались до перекрестка и застряли в ожидании зеленого света. Почти на весь квартал пахло кофе – призывно и дорого. Ветер, набравший силу к ночи, трепал волосы.

Компания оборотней их уже догнала, так что шум разговоров, смешки и споры доносились со всех сторон. Ада продолжала держаться рядом с Сашей и Димой, чтобы ее не утащило потоком людей, когда загорится нужный светофор. Мимо проносились машины, редкие автобусы и троллейбусы, а со стороны озера грохотали фонтаны. Поодаль синим корабликом светился театр Камала [32]. Дима что-то напевал под нос, но мотива Ада в таком шуме не могла разобрать.

Наконец сигнал светофора разрешил им пересечь улицу Островского и медленно, едва помещаясь на узком тротуаре, дойти до следующего большого светофора – уже к озеру и площади с фонтанами перед театром. Один парень – тоже рыжий, как Рустем, но светлее и младше – забрался на бордюр. Его примеру тут же последовали еще несколько ребят в черных кожанках. Кто-то даже вылез на проезжую полосу, и ему сразу посигналили.

С озера тянуло сыростью, напоминая, что лето ушло. Ада поежилась и только сейчас ощутила, как устала. Захотелось домой. Она с удовольствием бы поела и переоделась в более теплую одежду.

А еще Ада поняла, что уже очень давно – если вообще когда-либо – не гуляла допоздна с компанией. От этого потеплело в груди, грея лучше любой куртки и даже маминого супа.

Правда, это чувство быстро исчезло, стоило им дойти до площади перед театром. На ней уже собралась другая компания, и Ада ощутила повисшую в воздухе напряженность. Пульс застучал где-то в горле, а ладони вдруг вспотели.

– Это не наши, – подтвердила ее догадки Саша. – Держитесь от них подальше.

«Значит, все-таки между разными группами есть конкуренция, как и у обычных людей».

– А вас кто звал? Это наша территория! – заорал кто-то из толпы.

– Ты совсем берега попутал? Мы сюда раньше вас ходить начали, – ответили из их компании, и завязалась потасовка.

Ада отпрянула назад. Дима, стоявший рядом, поймал ее взгляд и кивнул в сторону метро:

– Пошли отсюда, пока до нас не добрались.

Саша пропала из виду, видимо присоединившись к своим. Они отошли обратно к перекрестку, огибая встретившихся людей, и тут им дорогу преградил парень в черной шипастой кожанке.

– А вы кто такие? – нагло спросил он, не давая его обойти.

– Мимо шли.

– Да не ври, я видел, что вы с ними пришли! Думаете, сюда можно простакам, как вы?

Видимо, он имел в виду то, что Ада и Дима, в отличие от компании Саши, были людьми.

«И как он понял?» – пронеслось в голове у Ады.

– Давай так: мы пойдем по своим делам, а ты по своим, – предложил Дима, крепче вцепившись в ее руку. – И никто не пострадает.

– А давай ты пойдешь, куда собирался, а эта красоточка со мной прогуляется? – И на ее коже сомкнулись острые ногти парня.

Ада дернулась от его прикосновения и вскрикнула. Как будто холодом обожгло всю руку, до самого плеча. Пробил холодный пот, а горло сжалось, не давая ни вдохнуть, ни снова закричать. Ада смогла лишь зажмуриться, чувствуя, как волосы встают дыбом на затылке.

Больше всего захотелось сейчас очнуться дома, у себя в кровати, как от страшного сна. Но боль в предплечье вернула ее в реальность. Она еще раз попыталась вырваться. Одновременно с этим Дима потянул ее к себе, и она наконец освободилась из захвата.

Парень собрался было еще поспорить, но его кто-то окликнул. Бросив на них злой взгляд, он тут же умчался на зов.

Ада резко выдохнула и чуть не упала. Силы разом оставили ее, а колени затряслись так, что почти не держали. Не переставая ныло предплечье.

Дима поддержал ее за обе руки и с тревогой спросил:

– Все в порядке, цела?

Дождавшись кивка, он потянул ее к переходу, где уже горел зеленый свет. И так они потащились через сквер Тукая к метро – Дима торопился и периодически оборачивался, Ада же почти повисла на его руке и семенила следом.

– Я думала, уже все, – наконец оправившись от испуга, выпалила она.

– Зря мы сюда пошли с ними.

– Кто ж знал…

Они снова замолчали, потом Дима отрезал:

– Пошли вместе на метро: все равно уже не дождусь своего автобуса.

– А как попадешь домой?

– Дойду пешком от «Авиастроительной», там не так далеко. Не переживай.

Ада бы и хотела не переживать, но после произошедшего ей все еще было плохо. В памяти постоянно всплывали, как картинка на экране, слишком острые для человека ногти того парня.

Дом встретил ее работающим на полную громкость телевизором в гостиной, где брат и отец смотрели хоккей. Завтра ожидался первый матч сезона, так что это, должно быть, был какой-то повтор прошлого.

Мама пила чай на кухне. Ада заглянула за стаканом воды, даже не сняв куртку.

– Как погуляла? – Мама внимательно ее рассматривала.

– Да все отлично.

– У тебя появилась новая компания?

– Нет, это одногруппники, – почти не соврала Ада. Ополоснув стакан, она быстро клюнула маму в щеку и направилась к себе. – Спокойной ночи!

В комнате царила тишина и темнота. Ада включила компьютер и зажгла торшер. Сразу попрятались тени, уползая под мебель или забираясь в недоступные его свету дальние уголки. С шумным выдохом Ада растянулась на кровати.

Едва левая рука коснулась покрывала, как тут же резко заныла, и Ада присела, закатывая рукав.

На предплечье виднелись три ровные царапины.

[27] Речь идет о Габдулле Тукае (1886–1913) – татарском поэте, писателе и публицисте, одном из основоположников современной татарской литературы.

[26] Су анасы – дух водоема в мифологии татар и тюркских народов. Может принимать облик девушки, лебедя или утки. Обычно Су анасы обитает у воды и часто изображается сидящей на камне и расчесывающей длинные волосы золотым гребнем. Наиболее известна по балладе Габдуллы Тукая «Водяная» («Су анасы»).

[32] Театр Камала – Государственный академический театр имени Галиаскара Камала в Казани, один из старейших национальных татарских театров. Расположен на берегу озера Кабан, известен своим характерным современным зданием, построенным в форме стилизованного корабля.

[29] Батыр – персонаж народных сказок и тюркских героических эпосов и сказаний, обычно главный герой; богатырь, великий воин.

[28] Шурале – дух леса в татарской мифологии. Изображается как лесной оборотень с длинными пальцами и рогом на лбу; может как пугать, так и дразнить путников. Наиболее известен благодаря одноименной поэме Габдуллы Тукая.

[31] В 2013 году, в связи с проведением в Казани Всемирной летней универсиады – международных студенческих спортивных игр, – студентов КФУ действительно отпустили на каникулы с мая. Общежитие «Деревня Универсиады» использовалось для размещения участников соревнований.

[30] Водный канал, соединяющий озеро Нижний Кабан с рекой Казанкой.

[25]

Я представил историю

И бросился искать конец

Слишком рано (англ.).

And if we climb this high,

I swear we’ll never die [33].

Of Mice & Men, My understandings

Кутру, вконец вымотанная от бессонной ночи, Ада наконец сумела уснуть, а когда прозвенел будильник, оказалось, рука немного опухла. Конечно, перед сном она обработала царапины и перемотала бинтом, чтобы раненая кожа не соприкасалась с простыней и лишний раз не травмировалась. Но легче от этого не стало.

Ада понимала – царапины появились из-за того парня в шипастой кожанке. Получается, это и был тот самый опасный момент, о котором предупреждала в разговоре Лиля.

«Не могло же мне так не повезти при первом же знакомстве с представителями иного мира!»

Зато теперь Ада в них по-настоящему поверила. Сложно не поверить, когда у какого-то металлиста оказываются настолько острые ногти, чтобы остались глубокие порезы.

Она решила никому ничего пока не говорить – температуры не было, рука почти не болела, так что бояться нечего, ведь так? Просто поранилась, с кем не бывает.

А потом в голове набатом забились все страшилки про смерть от столбняка и ВИЧ. Так что вместо первой пары Ада взяла документы и поехала в больницу. Там ей пришлось отсидеть в очереди к дежурному терапевту, пропустив мужчину с высокой температурой, заплаканную девушку с синяком под глазом и перевязанной головой и бабулю, которой надо было «только спросить».

Когда Ада наконец попала в кабинет, она уже все для себя обдумала и хотела даже отказаться от прививки. Но терапевт покачал головой и ткнул пальцем в плакат с симптомами бешенства у людей. Раны ей обработали и даже вкололи прививку от бешенства и первый укол от столбняка.

Ада наплела, что играла с чужой собакой и поранилась, так что ее поставили на учет и сказали явиться через три дня: впереди ждали шесть болезненных уколов, но Ада уже решила, что не придет и на вторую прививку.

Это явно не та вакцина, которая могла бы помочь в ее случае. А нужную, если ее все-таки ждет охотничья лихорадка, вряд ли кто-то сможет вколоть.

В универе, как и всегда, царила суета. Ада приехала к концу первой пары и направилась в буфет. Телефон зазвонил, но она не сразу взяла трубку.

– Ты где? – вместо приветствия спросил знакомый голос.

– В буфете. Откуда у тебя мой номер?

– У старосты выцыганил. Никуда не уходи, скоро буду.

Через пару минут Дима и правда показался в дверях. Ада помахала ему здоровой рукой и отпила еще чая.

– Что случилось? – плюхнувшись рядом на свободное место, спросил он.

– В больницу ездила, – честно ответила она.

Тут он заметил забинтованное предплечье и с немым вопросом уставился на нее.

– Вчера цапнул кто-то, только дома заметила, – призналась Ада и тут же почувствовала, как виновато опустились плечи.

Дима с силой пнул ближайший стул и громко выматерился, так что сидящие за соседним столиком старшекурсники обернулись с недовольным видом.

– Не надо было мне тебя туда водить!

– Еще чего! Ты же не знал, что там будет потасовка!

Не хватало еще, чтобы он винил себя за ее неудачливость…

– Он же не обращался, так что все должно быть в порядке, – добавила Ада, но Диму уже понесло. Такой тревоги она еще ни у кого не видела.

– Я с оборотнями еще так близко не сталкивался. Убырам достаточно укусить, и все, лихорадка обеспечена. А с этими… – Вдруг Диму словно осенило, и он аж подскочил. – Давай найдем Сашу! Она уж точно скажет, есть ли способ узнать, заразили тебя или нет. – И, не дав допить чай, он потянул Аду к выходу из буфета.

– Дим, а если ничего не будет? Я сделала прививки, вдруг поможет, – даже не пытаясь сопротивляться, тащилась за ним, как на прицепе, Ада. Диму же было не остановить, так что им даже уступали дорогу.

– Какая у нас сейчас пара, потоковая или групповая?

Ада пожала плечами:

– Я не смотрела расписание, не успела.

Дима резко затормозил, что-то обдумывая, потом достал телефон и набрал кого-то.

– Лилек, привет! Дай номер Саши, не в службу, а в дружбу. Да пару вопросиков надо задать. Ага, спасибо, жду.

– Не проще было дойти до расписания? – садясь на скамейку у окна, спросила Ада. Дима сел рядом и принялся гипнотизировать телефон.

– Так все равно будет быстрее. Ага, прислала наконец.

Он тут же набрал номер Саши и, дождавшись ответа, с ходу заявил:

– Это Дима, жду тебя на первом этаже у окна, где автомат со снеками. Вопрос есть, серьезный, так что поторопись. Да какая мне разница, что у тебя пара началась, тут Адель!

И, не договорив мысль, сбросил звонок.

– Ты чего так распереживался? – осторожно коснулась его руки Ада. Дима будто очнулся от транса и таким несчастным взглядом уставился на нее, что она даже вздрогнула.

– Не хочу, чтобы у тебя были из-за меня проблемы, – наконец выдавил он, и Ада тяжело вздохнула.

Руки у Димы были совершенно ледяные, и она неосознанно начала растирать их, как ребенку, который пришел с улицы и весь продрог от мороза.

– Да обойдется, – скорее успокаивая себя, чем его, ответила она.

– Ну, что у вас тут случилось? – раздался недовольный голос Саши.

– Смотри, – бесцеремонно схватив Аду за пораненную руку, показал Дима.

– Я ее не трогала!

– Да не о тебе речь, блин! У Кабана какой-то дебил пристал и, видимо, успел поцарапать.

– И ты думаешь, что от этого у нее случится лихорадка? Он что, прямо при вас обернулся? – Они отрицательно помотали головами, и Саша продолжила: – Тогда хватит панику разводить, ничего с ней не будет.

– Точно? – угрожающе спросил Дима, и Ада наконец сумела расцепить его пальцы на своей руке.

– Да точно, точно. Ну, если так паритесь, поезжайте на Декабристов, там на остановке «Восстания» идешь в первую подворотню, к дому, который зарос плющом. Спросите тетю Любу, она скажет, точно ли все в порядке.

Дима тут же подскочил и потянул за собой Аду.

– Спасибо! – выпалил он и направился к выходу. Вслед донеслось беззлобное «психи».

– Да подожди ты! – дернула его на себя Ада, вынуждая остановиться. Дима затормозил почти у выхода из здания. – У нас есть чем ей заплатить?

– Да наберем уж, тебе дают на обед? – Она кивнула, и он продолжил: – Ну и у меня немного есть, не переживай. Вряд ли она миллион запросит.

Ада нервно захихикала.

– Ты чего? – непонимающе спросил Дима, вглядываясь ей в глаза, будто выискивая признаки подступающей лихорадки.

– Да вот подумала, что знаю тебя всего пару дней, а столько успело произойти, что на целую жизнь хватит!

– То ли еще будет, – наконец улыбнулся Дима, но тут же, глянув на ее руку, добавил: – Надеюсь, без лихорадки, конечно.

Ада не удержалась и снова захихикала, понимая, что сказывается нервное перенапряжение. И правда хорошо, что не успела позавтракать в буфете.

– Пошли, вдруг эту тетю Любу придется искать.

Ада кивнула и позволила взять себя за здоровую руку.

Трясясь в метро рядом с Димой (они решили, что так будет быстрее, чем на автобусе), Ада все думала, как же ее так угораздило.

После вчерашнего вечера уже не казалось, что сказки Димы такие уж сказки. Проезжая через «Кремлевскую», она специально посмотрела на Зиланта на потолке и поймала его любопытный взгляд. Настоящий, как и все, о чем рассказывал Дима.

«Интересно, кого еще мы встретим на улицах города?»

Поезд начал тормозить, и Аду бросило прямо на Диму. Чтобы она не упала, он слегка приобнял ее за плечи, и она едва слышно вздохнула. Очень тактильный, Дима не понимал, что для нее его прикосновения считываются совершенно по-другому.

Пора уже признать, что она влюбилась впервые со школы. И выбрала, как назло, уже занятого парня.

«Ада, Ада, ничему тебя жизнь не учит!»

– Ты чего? – спросил Дима, видимо заметив, как она опять зависла.

– Думаю, что слишком много стала прогуливать. Мама скажет, что ты плохо на меня влияешь. – Сил все же хватило на неловкую улыбку.

– Если будет сильно ругаться, звони мне, я ее успокою.

В груди расплылось тепло. И тут же некстати вспомнилась Леся, отчего будто ведро холодной воды вылили на голову.

Поезд проносился по длинному перегону между «Кремлевской» и «Козьей слободой», и Ада мысленно считала бесконечные секунды до того, как он прибудет на станцию. За окнами не было видно ничего, кроме стремительно пролетающих стен тоннеля, но временами она различала искры за окном. То ли от контактного рельса, то ли от очередного создания иной стороны, которое могло обитать в подземке. Или тут никто не водится?..

– Почему я вдруг стала их видеть? – прямо на ухо спросила Диму Ада.

– Ты всегда могла их видеть, просто отворачивалась от правды. Я просто показал, куда смотреть, – тут же нашелся с ответом он.

Поезд наконец вынырнул на платформу, и в ярком свете Ада разглядела на ней сгусток темноты, от которого разлетались искры. Стоило перевести на него взгляд, как он тут же растворился в толпе, хлынувшей из поезда.

– Я не знаю, что это, – словно прочитав ее мысли, ответил Дима, глядя в ту же сторону, что и она.

Поезд снова помчался в черноту перегона между станциями, и Ада закрыла глаза, привалившись к плечу Димы. Не хватало еще разглядывать темноту за окнами и отвлекаться на это.

На нужной им станции вышло чуть меньше пассажиров, чем на предыдущей. Ада с Димой только ступили на перрон, как их подхватил поток людей и понес к выходу.

В подземке у метро стены украсили табличками со стихотворениями о детстве. Проходя мимо одной из них, со стихами Тукая, Ада вспомнила зеленоволосую Алсу.

«Интересно, а сюда она добирается?..»

Весь следующий квартал до подземного перехода Дима не переставал болтать. То ли тревожился и не хотел показывать, то ли это было его обычное поведение. Ада не отпускала его руку, пока они нога в ногу шли мимо хрущевок и сталинок. Так она почувствовала, что его ледяные пальцы за это время почти согрелись.

За всей суматохой и утренней тревогой Ада оделась не по погоде и теперь ежилась под резким северным ветром. Да и Дима, похоже, особо не заморачивался с переодеванием, все в той же футболке и рубашке.

– Ты как вчера добрался до дома? – поинтересовалась Ада, вспомнив, что он планировал идти пешком.

– Почти спокойно, – помахав вновь содранными костяшками на одной руке, улыбнулся он.

– Опять ваши местные?

– Да почти у самого дома, не переживай, им досталось больше.

«Наверно, скоро способность переживать у меня совсем атрофируется, если я продолжу с ним общаться», – решила Ада и только вздохнула.

В сумрачной и мрачной подземке под перекрестком улиц Декабристов и Восстания почти не было людей. Все разошлись на учебу или работу, и только пара бабулек отважно карабкались по лестнице.

– Ты видела? – резко остановился почти посередине прохода Дима.

– Что там? – Ада уставилась в полумрак, который рассеивался ближе к выходу к трамваю, но ничего не увидела.

– Вот, опять!

Теперь и она разглядела искру, почти такую же, как на платформе метро несколько минут назад.

Они молча переглянулись и прибавили шагу. Только выбравшись на свет, Ада поняла, что задержала дыхание: в подземке было что-то такое, что напугало не только ее, но и Диму.

– Я с таким еще не встречался, – поделился он, когда они наконец подошли к нужной подворотне. Со стороны улицы через арку сталинки прекрасно просматривался двухэтажный советский дом. Кирпичный, обшарпанный, видимо, даже старше этих сталинок и увитый девичьим виноградом с одной стороны, он соседствовал с пустырем. Сюда им и было нужно, судя по словам Саши.