Текст книги "Нежеланная невеста. Целительница для генерала (СИ)"

Автор книги: Юлия Нова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 54

О нас забыли ровно до следующего утра. Кормить нас, похоже, не собирались, но мы все втроём были рады, что о нас забыли. Вот только сосущее чувство голода не давало мне заснуть довольно долго.

Мари было легче, она только раз проснулась, оставаясь вялой, прошелестела под нос:

– Так хорошо стало, и голова перестала болеть.

И снова упала на покрывало, засыпая крепко-крепко.

Мы же с Марикой тихо переговаривались. Сна не было ни в одном глазу, а нервы были на пределе.

Уже стемнело, в лагере стало тихо, и Марика пожелала:

– Хорошо бы они забыли о нас на подольше.

В это время я услышала урчание её живота и скептически протянула:

– Если о нас забудут, мы умрём от голода. Я потратилась почти в ноль, в желудке бесконечная пустота, а силы нужно было восстанавливать. Утром придётся напомнить о себе, как бы мы этому ни противились. Без еды у нас ни сил, ни маги не будет сделать то, о чём я говорила.

Я взглядом показала помощнице, что именно имела в виду, мало ли, к нашим разговорам прислушивались сторожившие нас воины. Хотя я уже давно не слышала их…

Мысли о побеге не покидала меня. Странно, что нашу магию никто не перекрыл.

О нас вспомнили рано утром. К нам в палатку зашёл незнакомец вместе с одним из стражей. Это был мужчина с посеребренными волосами, степенный, уверенный в себе и со знакомым знаком на груди.

Медальон лежал поверх одежды, и я поняла: перед нами стоял целитель высокого ранга. Возможно, даже истинный.

Он окинул нас обеих равнодушным взглядом, холодно уточняя:

– Высший целитель Кален. И меня уверяли, что здесь находится сработанная двойка целителей, с неплохой силой. Кто это из вас троих?

Я смотрела на мужчину, понимая, что он может стать как нашим спасением, так и дорогой в один конец. Им нужна была помощь? А если я откажусь им помогать?

Немедленная смерть мне не светит. Я вспоминал, как меня использовали, выжимая сырую силу, и поёжилась. Кинула взгляд на Марику, встречая её упрямый взгляд в ответ. Им она обещала следовать за мной, отдавая голос мне. И решение, значит, принимать буду я. Как и жить с его последствиями.

Сейчас на кону были не только моя жизнь, но и остальных. Мари так и лежала, даже не проснувшись. Если бы нас покормили... А так её организм лечил себя, не тратя лишние силы. Её тоже хотелось спасти, очень хотелось.

Я прямо спросила, без страха встречая вопрошающий взгляд:

– Что конкретно требуется от нас, и что нам за это будет?

Мужчина, вернее, целитель Калеб, поморщился, а после даже губы поджал. Ему явно не понравился мой уверенный и немного равнодушный ответ. А вы попробуйте слить силу почти в ноль? Ещё и голодной быть несколько часов после. На эмоции, как и на страх у меня банально не было ни сил, ни желания.

И да, подобный ответ от женщины соромийцу – это было почти за гранью. Но…

Я была марейкой и выше его по положению. Соромийцы слишком ценили значение титулов, и целитель обязательно назвал бы его, будь он благородным. Я же была леди, дочерью владетеля земель и магического источника. Мало того, я была невестой…

Этого врагам нельзя было говорить, хотя бы попытаться умолчать. Я кинула предупреждающий взгляд на Марику, чтобы она не открывала рот, оставляя зарубку в памяти поговорить позже с обеими. Путь враги узнают позже, не сейчас. Возможно, они и не узнают… И да. Я хваталась за соломинку, но очень уж мне хотелось выжить.

Возможно, я стану ценной пленницей, а возможно, на мне проведут показательную казнь. Соромийцы были жестоки, но практичны, и мне стоило повысить свою ценность, пока не вспыли знания о моём статусе.

Целитель Калеб всё это время рассматривал меня как незнакомое насекомое, а после с лёгким интересом выдал:

– Хм, вы даже не чувствуете моё давление? Интересно, очень интересно…

Именно сейчас я поняла, что упустила что-то важное. Застыла, обращаясь к своей силе. Наконец-то я заметила маленький щуп, что пытался незаметно пробраться в моё ментальное поле и как-то повлиять на меня.

Целитель решил взять надо мной контроль? Проверить мои возможности к сопротивлению? Ведь это тоже было показателем силы. Или он банально хотел узнать мои магические возможности?

Я поняла, что моя сила действовала на автомате, отрезав меня от угрозы. А значит, сила, активно развиваясь всё это время, сделала очередной скачок. Я не стала отвечать, продолжая молчать и ждать ответа на свой вопрос.

Целитель же пожевал губами, всё так же внимательно меня рассматривая. Он не отпускал моего взгляда, явно пытаясь прощупать мои возможности. Я же делала вид, что всё хорошо, хотя давление его силы я уже начала замечать. Резко сказала:

– Я изрядно потратилась, а после этого не пила и не ела несколько часов. Таким образом, целитель Калеб, вы рискуете потерять полезного целителя до того, как я рассмотрю ваше предложение.

Целитель в ответ рассмеялся и кивнул явно одобрительно, чего я от него совершенно не ожидала.

– Магически сильная. Это хорошо. И характер есть, ещё лучше. Рядом, это помощница? Вы похожи на сработанную пару целителей, а значит, магия подстроена друг под друга. Вопрос, выполняли ли вы полевые операции. И второй вопрос, хотите ли вы выжить в этой войне, целительницы?

Мой ответ мог дать нам спасение, а мог и погубить. Но намёков от судьбы я всё ещё не ощущала.

Ответила, упрямо вздёргивая подбородок:

– У моего отца лекарня на наших землях, и последние месяцы я только и делаю, что выполняю потоковые операции. Разного рода, вплоть до…

Сглотнула, замолчав, в этот момент ожидая очередного удара в сердце. Я собиралась открыть свой самый важный секрет. То, о чём ни с кем пока не делилась. Отцу и маме было страшно писать, я хотела сказать это при встрече, а жениху…

Решила, что он не понял бы до конца, какого невероятного результата я добилась.

Совсем недавно мне удалось создать пусть малюсенькую, но истинную целительскую искру. До возможностей истинного целителя мне было как до столицы пешком, но и это была огромная редкость. И ценность.

В ответ на тишину ничего со мной не произошло, и я решилась продолжить:

– Я умею создавать пусть ещё крохотную, но целительскую искру.

Сказала и замолчала, ожидая ответной реакции. И она не заставила себя ждать.

Глава 55

Шок на лице целителя, застывший взгляд, а после его зрачки забегали, явно пытаясь сопоставить мои слова с действительностью. Он недоверчиво прохрипел:

– Покажите! Немедля! – Столько властности и одновременно столько скрытой глубоко-глубоко радости в голосе.

В ответ я имела наглость посмотреть на целителя уже другим взглядом, полным скепсиса, и покачала головой, отказываясь выполнять этот приказ немедля:

– Это плохо закончится, целитель Калеб. Моя магия едва теплится, а в желудке засасывающая остатки силы пустота. Мы с помощницей истощены в край, и любая магическая манипуляция может привести к длительному выгоранию. Уверена, вам совсем не это требуется.

Взгляда я не опустила, когда почувствовала волну гнева, исходящего от целителя в ответ. Он явно привык к своему положению и не ожидал, что я смогу сказать хоть слово поперёк.

Вот только кому я нужна буду, пустой? Никому. Обменивать меня, пустышку, не будут, это я прекрасно знала, а вот выпить источник, проведя насильственный ритуал, отобрав мою силу, это запросто.

Ритуал, запрещённый во всех королевствах, в том числе у соромийцев, но на войне они использовали грязные методы без сожаления. Им не было жалко врагов, а запрет они соблюдали на своей земле.

Взгляд целителя не изменился, оставаясь строгим, а голос властным.

– Сидите здесь, вас досыта накормят, обустроят нормальные спальные места, и через пару-тройку часов отдыха я вызову вас к себе. И прихватите с собой свою помощницу, леди Ковентри. – Лэр подошёл ближе, нависнув надо мной, а его взгляд обещал мне большие неприятности: – И если вы соврали, за ваши слова ответит она. Тем более благородную леди я трогать не привык. Даже марейку. Вы всё ещё настаиваете на нашей встрече? Сейчас у вас есть шанс спасти от моего гнева вашу помощницу. Конечно, если вы сейчас нагло мне соврали.

Буравящий меня взгляд пробил до самой глубины. В этом взгляде было всё: и неослабевающий интерес, и явное предупреждение. А ещё злоба, затаившаяся в самой глубине глаз.

Я поняла, прямо почувствовала: целителю очень сильно хотелось другого. Жадность, с которой он смотрел на меня, когда говорил о недопустимости жестокого ответа благородной леди. Он хотел, буквально жаждал причинить вред, но не любой, и не моей помощнице.

О, нет.

На самом деле всё было ровно наоборот.

Целитель Калеб хотел сделать больно именно благородной. И если в Соромии подобное каралось смертной казнью даже для лэра, то здесь, на войне, любая, и даже я, была беззащитна перед подобным желанием.

По закону.

Но что есть закон, если можно совершить злодеяние и скрыть его?

И разве это злодеяние – причинить вред врагу?

И никого из них не волновало, что я целитель. Дарующая жизнь.

Я подавила в себе страх, волной поднимавшийся из самых глубин нутра, резко кивнула и, смотря прямо в глаза целителя, ответила уверенно и бескомпромиссно:

– Да, я буду готова, не сомневайтесь.

Целитель Калеб отпрянул, а на лице его мелькнуло сожаление.

Всего секунда, не больше, но я видела, и многое поняла об этом человеке. Опасный, очень опасный, и явно понимает свою силу и возможности здесь.

Подавила в себе желание передёрнуться, понимая, чего на самом деле хотел этот человек.

Странное, извращённое желание для целителя.

Что же было в жизни этого мужчины, что он внутри извратил саму суть своей силы?

На самом деле я не хотела этого знать, даже думать себе запретила, когда целитель покинул нашу убогую палатку. И о, чудо, буквально через пару минут началось небольшое, но приятное преображение нашего временного пристанища.

Когда в моих руках оказалась миска тушёных овощей с небольшими, но такими ароматными кусками мяса, я вдохнула этот запах и прикрыла глаза, а после поблагодарила, ожидая, когда мне выдадут вилку. С удивлением приняла ложку, растерянно смотря на неё, а услышав понимающий хмык от воина, и его издевательскую улыбку, благодарно улыбнулась ему:

– Благодарю вас.

Воин даже растерялся, а после недовольно нахмурился. Я же в это время заметила на внешней стороне его ладони свежую рану, всё ещё не зажившую, хотя она была не такой уж свежей. И всё же не стерпела, заметила:

– Проклятье, не очень сильное, но лечили вас второпях. Остатки не вычищены полностью, и не дадут зарасти вашей ране. Да, от проклятья остались ошмётки, но и они могут причинить вред, если всё так оставить.

– А, ерунда, мне мазь дали. Говорят, это дешевле, чем целить каждую царапину. Заживёт, на мне и не то заживало.

Воин хмурился и смотрел недовольно, а ещё в его глазах плескалась настороженность вместе с каплей неприязни.

В ответ я пожала плечами, прекрасно понимая, что воин ошибался, и на этот раз его рана может и не зажить. Время будет упущено, а тот самый ошмёток мог набраться сил и ударить повторно. Но кто я была такая, чтобы спорить, находясь в таком положении?

Вопрос, зачем я продолжила уговаривать воина вместо того, чтобы просто промолчать?

– Я могу осмотреть вашу руку, но позже, когда у меня появятся силы. Но лучше сходите к вашим целителям.

Второй воин, в это время отдавший порцию еды Марике и оставивший миску для Мари, повернулся и предупреждающе ответил:

– Тарий, ты ополоумел? Или забыл приказ? Не разговаривать с пленницами. Мы их не трогаем, во всяком случае, пока не было иного приказа.

Я замолчала, видя, как воин смотрел на меня. Его слова несли опасность, наше положение сейчас было слишком шатким.

Мне в любом случае придётся показать, что обещала, ту самую каплю, несущую истинное исцеление, в противном случае целитель Калеб отомстит, и отомстит жестоко. Это я уже поняла.

Глава 56

Когда воины ушли, Марика придвинулась ко мне ближе, испугав меня своими взглядами, и почти беззвучно просила меня, не отпуская от меня пытливого, ищущего взгляда:

– Глория, мы же обе истощены в ноль. Как ты смогла использовать целительское зрение?

Я замерла, смотря на Марику в ответ. Мне нечего было сказать, и я растерянным взглядом обвила помещение взглядом. После вспомнила тот самый момент, когда увидела рану на руке воина.

Перевела взгляд на Марику, и сама себе не веря, ответила:

– Я просто знала это. Будто уже увидела и знала.

– И ту вашу искру истинного исцеления я видела. Сама, своими глазами. А, значит…

Марика зажала рот рукой, вытаращив на меня глаза, полные страха. Она даже про еду забыла, настолько была потрясена.

Разговор с целителем был трудным, и на то, чтобы не сорваться на истерику, мне понадобилось немало мужества. Мой мозг просто отказывался думать, желая сейчас одного: насытить желудок и взять своё. Я упрямо запихала ложку с овощами в рот, пережёвывая, взглядом показывая, что жду от Марики объяснений.

– И что же ты хочешь сказать дальше? – Не вытерпела, спросила. – Ешь лучше, потом поговорим. Еду могут ещё долго не дать, мало ли, мы не придёмся ко двору целителю. Ты же понимаешь, все заменимы, даже мы, целители.

Марика в ответ только хмыкнула, новым взглядом смотря на меня. Она отставила миску на лежанку, не спеша приниматься за еду, и сказала то, от чего я застыла, не донеся очередную ложку вкусной и горячей еды до рта.

– Подумай, Глория, в тебе проснулось истинное целительское зрение. В любой момент ты пройдёшь ту самую грань, которая отделяет простых целителей от тех, кто действительно незаменим. Истинная целительница, Глория. Ты же знаешь, ты станешь неприкасаемой. Тебе даже не нужно будет владеть знаниями по каждому проклятью, готовить и применять все эти эликсиры, настойки, зелья… Почти бесконечный источник, ты сможешь черпать силу из стихий и применять магию напрямую. А проклятья? Почти любое тебе будет подвластно.

– Почти… – Задумчиво протянула, понимая, на что именно Марика мне намекала.

Перевела взгляд на Мари, а беспокойство за неё не отпускало. Меня и Марику трогать пока точно не будут, мы несли реальную ценность для врага. Именно сейчас, в условиях постоянных полевых стычек мы были ценностью. Мы могли лечить.

Марика подхватила, озвучивая мои мысли:

– Чем быстрее проснётся истинный дар, Глория, тем больше шансов защититься нам всем.

Взгляд моей помощницы говорил больше слов. Она боялась всех тех, кто оказывался рядом с нами. Все эти сильные и лишённые уважения к нам воины могли сделать с каждой из нас всё что пожелают. Я видела их взгляды: заинтересованные, жадные, а у кого-то прямо раздевающие.

Простые воины, простые желания, именно они пугали больше всего. У нас с Марикой был шанс, а у Мари...

Я отставила миску, подошла к Мари и погладила её по волосам, ощущая исходящее от неё спокойствие. Сейчас она была в безопасности, и её сон был крепким. Что будет дальше, я не знала, но аппетит у меня пропал.

С силой я доела всё, что принесли воины, и даже выпила тёплый отвар, тем более Марика, заметив моё состояние, настояла:

– Нужно, Глория, пей. Нужно восполнить силы и показать нашему врагу, что мы небесполезны.

Я сделала глоток, прикрывая на пару секунд глаза, настолько этот несладкий и простой напиток показался мне вкусным, а после спросила её откровенно:

– И ты согласишься лечить наших врагов? Не воротить нос, не показывать виду, Марика, а просто целить раненых? Возможно, час за часом, день за днём. Бесконечный поток раненых, никакого уважения, работа на износ.

Марика хмыкнула, с горечью отвечая:

– Да всё равно, враг – не враг, просто раненые. И наша сила не разделяет, она требует помочь. Ты же сама знаешь, чем ты сильнее, тем эта тяга выше. Тем более, если ты сможешь сделать прорыв, к тебе вопросов вообще не будет.

Марика отвлеклась на отвар, от удовольствия делая очередной глоток. Я же пила маленькими глотками, желая продлить это ощущение тепла и возвращающейся силы. Пространно заметила:

– Не будет вопросов… Ты понимаешь, что они не отпустят меня, если я сделаю этот прорыв? Я стану не просто целителем, а истинной ценностью. Они просто не отпустят меня. И тебя, Марика. Ты же знаешь, наша магия уже переплелась, они не захотят терять мою помощницу.

– И пусть, Глория! Мы должны выжить, или ты забыла? Ты сама говорила. А ещё обещала, что рано или поздно, за тобой придёт твой жених. А значит, спасёт и нас.

Разгорячившись, Марика говорила громко, стастно, забывая, где мы находились. Я шикнула на неё и показала, что следует молчать об этом.

Целитель Калеб не забыл о нас, вызвав ближе к вечеру. Мы шли по лагерю в сопровождении тех двоих воинов, что приносили нам еду. Тот, кому я предлагала помощь, теперь молчал, иногда посматривая на меня неприязненным взглядом. Возможно, на него донёс второй воин, и он больше не желал разговаривать со мной.

Полевой целительский лагерь располагался особняком и насчитывал несколько больших шатров. Это удивило меня, я растерянно оглядывалась, пока другой воин не прикрикнул на меня:

– Поспешите, целитель не любит ждать. И можете так не любопытствовать, вам всё равно не убежать.

Глянула на воина, испугавшись его догадливости. А ведь я действительно думала, а не попробовать ли нам сбежать отсюда.

– Что за чушь, я и не думала об этом… – Начала я отвечать, на что воин шикнул на меня, напоминая: – Никаких разговоров и вопросов. Поспешите и прекратите ворочать головой.

Целитель Калеб занимал большую и удобную палатку. Это был небольшой полевой госпиталь. При нашем появлении он нетерпеливо кивнул, подзывая меня ближе. Выглядел целитель уставшим, но и сейчас он не потерял своей надменности, холодно велев воинам:

– За пределы госпиталя. Ждите снаружи.

Воины кивнули, а целитель напомнил одному из них:

– Калеб! Далеко не уходи. Я позову, когда понадобишься.

Воины вышли, а целитель окинул меня жадным, нетерпеливым взглядом. Он нетерпеливо взмахнул рукой, подзывая меня ближе, а дёрнувшуюся Марику остановил:

– Только леди, ты ждёшь здесь. Кстати, твою работу я тоже проверю. Осмотри вот этих троих раненых. Они спят после зелий, поэтому будь деликатнее. Если нужно будет, смени повязки, материал весь вот здесь. И смотри у меня, у этих воинов раны несмертельные, хуже им после тебя точно быть не должно.

Целитель поманил меня рукой, показывая на вход в следующее помещение. Я же застыла в ступоре, и на меня напал глупый страх неизвестности.

Целитель холодно спросил меня:

– Вы передумали, леди Ковентри, или решили признаться в обмане? Имейте в виду, время для раскаяния прошло. Вы помните, о чём я вас предупреждал?

Угрозы привели меня в относительный порядок. Я мысленно встряхнулась, накладывая на себя простое успокоительное заклинание, и ответила почти спокойно:

– Идёмте. Я готова.

Глава 57

Уверенно я вошла в небольшое помещение. Это не была операционная, хотя я ожидала, что именно туда меня и заведёт целитель Калеб. Но нет.

В отдельном помещении лежал один человек. Всего один.

Я сразу не поняла, кто это, посмотрев в ответ на двоих воинов, охраняющих покой единственного больного. На меня смотрели, не отрывая взглядов: настороженных, неприязненных. Я внушала этим двоим явное недоверие, которое они и не думали скрывать.

Мотнула головой, освобождая себя от ненужного сейчас внимания, и почувствовала лёгкий толчок в спину:

– Проходите, леди Ковентри, мне нужно ваше мнение по поводу проклятий, который словил этот достойный воин.

Я чуть не вскрикнула, когда сделала пару шагов к больному. Сразу же почувствовала, что проклятье было не одно. Они наслаивались, мешая друг другу, и фонили от них знатно. Как же так, ведь высшие чины были защищены так, что к ним было почти невозможно пробиться?

Испугало меня другое. Я была уверена, что генерал Танатис, тот самый Ноал Танатис, проклятье прошлой жизни, и тот, кто убил меня, далеко. Мало того, перед этим он уничтожил меня, сделав то, что я никогда бы ему не позволила.

А что же теперь?

Целитель Калеб хотел, чтобы я исцелила это чудовище?

О, нет, ни за что!

Я сделала уверенный шаг назад, в после ещё один, пока меня сзади не схватили за плечи, разворачивая к себе.

Округлившимися глазами я смотрела в глаза врага, а в них читалось столько всего. Прежде всего та самая упёртость, которая ясно говорила: этот человек пойдёт до конца, но добьётся своего.

Шепотом, почти беззвучно я ответила на требовательный взгляд:

– Нет... Нет… Нет…

Даже головой замотала, жестом желая подтвердить своё решение.

Лечить это чудовище?! Ни за что!

В ответ я встретилась с упрямым до жестокости взглядом и чётким ответом:

– Я готов почти на всё, леди Ковентри, дело стоит за временем. Нужный целитель будет, но он может не успеть. Я же не могу рисковать, просто не могу. Моей силы не хватит, в моём роду истинных целителей не было. У меня в наличии добытый годами дар и сила, а он уступает вашему только пробивающемуся истинному дару. И вам это известно лучше меня, леди Ковентри.

Я похрипела в ответ:

– Свобода… Мне нужна свобода. Нам… Тем, кого вы пленили. Всем нам. Сразу же, как этот человек...

Я даже произнесли не смогла, что готова лечить это чудовище. Всё внутри меня сопротивлялось даже просто словам. Пусть лучше умрёт, а я...

Меня и всех, кто был со мной, тогда точно убьют, а ведь я должна была выжить. Мало того...

В сердце предупреждающе кольнуло, и я не сдержалась, поморщилась от боли.

В ответ целитель покачал головой:

– Вы же понимаете, если вы начнёте целить, тем более истинной искрой, ваше присутствие нужно будет генералу часто, особенно поначалу. Я помогу чем смогу, ведь ваш дар ещё не раскрылся, но поддержать до реальной помощи вы его сможете. И после, вы же знаете, понадобится какое-то время ваша помощь. Но!

Целитель понял по моему потухшему взгляду и поджатым губам, что его слова только ухудшили ситуацию, ведь я понимала, что никто меня просто так не отпустит. Это надежда, глупая, иррациональная, именно она заставила озвучить моё самое сильное желание.

Если бы целитель знал, насколько я желала никогда больше не видеть этого человека. Страх сковал мои мысли, и я выпалила первое же истинное желание.

И да, он был прав, как только я приступлю к исцелению, меня не отпустят, ведь вмешательство будет слишком глубоким. Ни меня, ни Марику, ведь помощь целителя Калеба не принесёт той пользы, что могла дать Марика. Магия каждой из нас уже вошла в резонанс при совместной работе, и это значило много больше, чем более развитый дар целителя Калеба.

Я вспомнила о всех тек, кого пленили, кроме нас с Марикой. Адьютанта генерала Стронга и воинов, сопровождающих нас, ждала незавидная участь.

Лэра Тиссея, носителя магии, ждала полная откачка, а после рудники или казнь, если враг узнает, кого именно они пленили. Остальных ждал похожий итог жизни, с вариацией.

Мари, моя верная Мари…

Её участь будет ещё более ужасной. Любой девушке я не пожелаю подобного и если я смогу спасти этих людеЙ, пусть их я и спасу.

Но прежде…

– Погодите торговаться и искать для меня нужный стимул, будь то пряник, или угроза. Сначала мне нужно понять, смогу ли я помочь. Вы разрешите?

Ох, как же мне не хотелось даже прикасаться к этому человеку, чудовищу из моей прошлой жизни. Даже его внешность не спасала от знания: насколько генерал был красив внешне, настолько уродлив внутри. И как же его угораздило оказаться здесь? Я точно слышала, и не раз: генерал Танатис находился далеко от этого лагеря!

Откинув ненужные сейчас мысли, я получила разрешение от целителя Калеба, и его жёсткие заверения:

– Я буду стоять рядом и очень внимательно смотреть за каждой вашей манипуляцией, леди Ковентри. Одно неправильное движение, даже намёк на угрозу, и я вас вырублю. Очень возможно, что навсегда. Вы меня услышали?

Я только кивнула, заставляя себя забыть, кто именно лежал передо мной. Обычно я легко входила в ментальный транс, сама суть тянула меня к пострадавшему, словно моей силе было невыносимо находиться рядом с несовершенством в магическом плане каждого носителя.

Здесь я прямо чуяла, что дело было даже не в одном проклятии, перекорёжившим магическое поле и нити так, что я не сразу сообразила, что за ужасные клубки предстали передо мной. Не сразу поняла, что первой ступени магического зрения было недостаточно, поэтому пробормотала, погружаясь дальше:

– Меня не трогать, не останавливать, иду глубже.

Для облегчения я распростёрла над телом ладони, пальцами визуализируя движения. Слишком мало опыта, в сложных случаях мне было легче помогать себе руками, хотя это было всего лишь личная визуализация. Она не несли помощи, но помогала настроиться, сосредоточиться на действии.

Я шла по тропинкам, которым шло самое сильное проклятье, служившее якорем для сопутствующей гадости, идя дальше, в третий слой магического поля генерала. И да, ему реально повезло, что магически он был очень силён.

Конечно, он был носителем родового дара, причём того же, каким владел и мой жених. Огненная магия и родовой дар, причём истинный дар воителя.

Моя воздушная магия подходила здесь наилучшим образом, и ослабленная магия генерала уже начала ластиться к моей, примеряясь к моему дару.

Гадость!

Чуть не вынырнула прямо из глубокого магического слоя, где я уже начала видеть источник первичных бед, нанёсших основной вред генералу Танатису.

Услышала где-то далеко возмущённый вопль:

– Куда?!

Мысленно очнулась, приведя своё ментальное поле в порядок. Запомнила всё, что смогла обнаружить, и мягко, слой за слоем, начала выходить обратно, в реальный мир.

Охнула, когда вышла из транса, и почти рухнула на пол от потери сил. Сзади меня подхватили сильные, но аккуратные руки, и грубый, низкий голос спросил целителя Калеба:

– С генералом всё хорошо? Чего это барышня сомлела? И куда её, на соседнюю койку?

Нетерпеливый голос целителя донёсся до меня сквозь вату пульсирующей боли, начинающейся от кончиков пальцев, заканчивая магическим сосредоточием:

– Да, посадите или уложите, её сила на нуле. Ниже некуда, истратилась в ноль. – А дальше я услышала деловитое бубнение целителя:

– Так-так, посмотрим. Хм, ушла слишком глубоко, мне дальше не пройти. Видимо, там эта гадость и засела. Сопутствующую гадость вижу, а за что крепится, нет. Был уверен, она облегчит мне путь, и дальше я сам справлюсь, но нет, слишком сильна гадость внутри генерала. И как же его угораздило, ведь сильнейшие родовые артефакты на нём были.

В ответ я услышала уже знакомый голос воина, который меня вовремя поддержал и буквально донёс до лежанки.

– Так он часть снял как раз, с дамой был…

Странно, что я не помнила этого человека рядом с генералом. Мысли текли медленно, и я поняла, что уплываю в небытиё. Расслабилась, понимая, что пока я в безопасности и можно было немного поспать. Целитель Калеб мог ещё долго проверять состояние генерала и разговаривать с незнакомым мне воином.

Судя по вопросам, генерала совсем недавно привезли, и опросить воинов более внимательно ещё не успели.

Я очнулась от крайне настойчивого тормошения и упрямого голоса, зовущего меня снова и снова:

– Леди Ковентри, очнитесь, нам нужно поговорить. Вы слышите меня? Мне нужно, чтобы вы приняли решение, и как можно быстрее. От этого зависят многие жизни, в том случае тех, кто вам дорог. Ну же, леди Ковентри.